Текст книги "Носитель гена дракона (СИ)"
Автор книги: Лина Леманн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)
– Это хорошо, что твои мысли полностью загружены учебой, – бубню, отворачиваясь. Делаю несколько шагов вперед, коря себя на чем свет стоит за свою болтливость.
– Не учебой, – летит мне в спину. Останавливаюсь. Неясная дрожь пронизывает тело. Нервно сглатываю, потому что во рту пересохло. Спиной чувствую напряжение Мика.
– А чем? – осторожно спрашиваю, повернув голову.
– Кем, – припечатывает он. Медленно разворачиваюсь, но только для того, чтобы уткнуться носом в грудь Мика, которая оказывается совсем близко. С двух сторон меня окутывают его руки, прижимая.
– Кем занята твоя голова? – спрашиваю хрипло. По телу бегут отряды мурашек. Я не хочу знать ответ и хочу одновременно. Плечо, где след нашей связи, слегка печет.
– Не только моя голова, но и мое сердце занято тобой, Кайли.
Воздух настолько наэлектризован, что вдохнуть совсем нечего. Мик подходит ближе. Сейчас что-то случится…
– Я… – едва произношу, когда Мик делает то, что я от него совсем не ожидала. Как и вообще ни от кого.
Парень медленно наклоняется и касается губами моих губ. Так нежно и трепетно, что я теряюсь. И сдаюсь…
Мои губы медленно открываются ему. Мик нежно посасывает мою нижнюю губу, его руки ложатся на мою спину, осторожно гладят ее, как будто я выпорхну из его объятий и исчезну от неловкого движения. По коже скользят мурашки. Так щекотно и так трепетно одновременно. Так странно…
– Я вам не мешаю? – раздается сбоку недовольный голос. Мы с Миком отскакиваем друг от друга. Мои щеки пылают, а глаза сквозь пелену с трудом различают высокий мужской силуэт.
– Рэн Грегош, – первым здоровается Мик чуть хриплым голосом. Смаргиваю поволоку и повторяю:
– Рэн.
– В академии запрещена прилюдная демонстрация страстных чувств, – сердито замечает декан. – Разошлись по своим общежитиям, немедленно!
– Да, рэн, – смущенно киваю.
– Кстати, рэнни Кайли, я бы попросил вас впредь сообщать о том, что на вас нацепляют магические ограничители. Это, знаете ли, может повлиять на вашу успеваемость, что мне, как вашему декану, это не нравится. За подобное можно и из академии вылетить. – Рэн Грегош поджимает губы. Его ноздри раздуваются от возмущения. Смерив нас тяжелым взглядом, он обходит нас, бросив на ходу: – Доброго вечера.
Только стоит ему развернуться, как Мик ловит меня в объятия снова.
– Мик! – возмущаюсь, отталкивая его. Настроение на всякую романтику пропало.
– Что? – Он предпринимает еще одну попытку, но я делаю шаг назад.
– Действительно, не время.
Поглаживаю краешек платья. Почему я так по-дурацки себя чувствую? Щеки пылают, дышу часто, будто пробежала стометровку. Мик молчит несколько секунд, изучая меня, затем равнодушно соглашается:
– Хорошо. Пойдем, провожу тебя.
Предлагает руку, но я прячу ладонь в складках платья. Чувство неловкости только ухудшается. Мне очень понравился поцелуй, но в голове сразу столько «но» рождается. Сейчас слишком много проблем, им даже очередность по степени важности выстроить сложно.
Прощание у дверей общежития тоже выходит скупым и каким-то неловким, особенно после моей фразы:
– Мне кажется, я пока не готова.
К чему не готова? К отношениям? Так мне их пока никто не предложил. Хотя мы вроде как помолвлены, и академия только нашу связь и укрепляет. А как же то будущее, о котором мы говорили? Его работа в армии, моя длительная учеба? Еще и нужно развеять сомнения по поводу того, кто я есть. Только как я это проверю?
– Хельга, завтра идем к декану, чтобы попытаться вернуть тебя в нормальное состояние, – говорю строго, резко садясь на кровати. Сайми и свекровь, сидящие на противоположной кровати и играющие в шахматы, удивленно на меня воззрились.
– Чего это? – скептично интересуется Хельга. – То ты пропадаешь на все выходные, то мол, давай вернем тебя. Нет, я поняла, что меня все устраивает.
– А редкие проблески кошачьей натуры? – напоминаю нерешенную проблему.
– Так я с ними завязала, – парирует кошка. – Наведалась к зельеварам, они такое чудное зелье сделали, просто закачаешься. Эффект надолго сохраняется.
– Как ты к ним ходила, если они тебя не понимают? – спрашиваю, и по смущенным щекам Сайми догадываюсь, кто был засланным казачком. Вот Хельга, всех припашет к ее делам. – Ясно.
– Вот выпустишься из академии, вернусь в свое обычное состояние, – продолжает Хельга. – Тут кормят, гладят, готовить не надо, стирать, убирать. Кайф же. Знаешь, каково одной, без сына, землю пахать? Просто ужасно. А у меня уже давление поднимается, одышка при физической нагрузке. Так что это тело мне нравится.
– Ладно, – пожимаю плечами. Одной проблемой стало меньше. Теперь их осталось… около сотни?
Ночью мне снились кошмары, как меня забирают из дома какие-то стражники в золотых кольчугах. Но никто их не останавливает. Как будто их ждали.
Утром чувствую себя разбитой. На истории Варфы откровенно клюю носом, пока преподаватель монотонно рассказывает о постройке королевской резиденции и сколько камня привезли из соседних стран ради этого.
– Почему так мало уделяется политике? – хмыкает Сайми, которая раньше ни на что не жаловалась. Мы пересели на самую галерку, а наш центральный ряд так и остался свободен. Рона, одарив нас скупым приветствием, села рядом с экстра, гордо вскинув голову. Хорошо, что пары с боевиками-экстернами у нас теперь редки и мы почти не пересекаемся.
– Я тоже считаю, что нашу программу странно создали. Особенно когда на границах конфликт с Соланой, – равнодушно замечаю. – Знаешь, мне все время кажется, что мы не о том говорим. О другом нужно, о настоящем. Взять хотя бы ненависть к ведьмам? Кто-нибудь пытался разобраться в этом вопросе?
– Думаю, вряд ли, – шепотом замечает Сайми, потому как преподаватель злобно зыркнул в нашу сторону.
– Как-то декан Грегош предложил мне направить мою энергию в мирное русло. Я решила, что газета – это то, что нам действительно нужно. Газета, которая пишет правду. Нужно просвещать массы! – добавляю с г87шэнтузиазмом слишком громко, отчего близко сидящие одногруппники удивленно на нас посмотрели.
– Если я так скучно рассказываю, может, сами выступите? – громко возмущается преподаватель, покраснев от гнева.
– Извините, рэн, – смущается Сайми. Ее застенчивая улыбка любого заставит сменить гнев на милость, поэтому пара продолжается без публичного унижения.
Зато сон как рукой сняло. В голове возник план.
꧁Глава 19꧂
Декана посчастливилось найти быстро. Только стоило ему увидеть меня, как его лицо исказила вся скорбь эльфийского народа.
– Что вас привело ко мне, Кайли? – сдержанно спрашивает декан, оторвавшись от бумаг.
– Я считаю, что идея создать академическую газету – просто прекрасна! – с пылом заявляю, отчего у рэна Грегоша лицо становится еще мрачнее.
– Чем же? И почему вас вдруг вдохновила моя давняя идея?
– Понимаете, народ нужно просвещать…
– Извольте, – рэн Грегош останавливает поток аргументов, тщательно мною подготовленных, одним движением руки. – Если хотите говорить про историю с ведьмой, то предлагаю ее забыть. Ректора Дель Мара и так чуть инфаркт не схватил.
– Но погодите! – нетерпеливо хлопаю по краю декановского стола. – У нас будут не сплетни и чьи-то домыслы, а, считайте, аргументы и факты. Например, вы знали, что некроманты и зельевары вместе создают уникальные заклинания?
– И где? – рэн Грегош спросил это таким тоном, словно там чем-то незаконным занимаются.
– В склепе. На кладбище.
– Драконы, вы и склеп, – правый глаз декана странно дергается, но он быстро берет себя в руки. – Значит, так. Вот вам и пробное задание. Если ваша статья наберет популярности у аудитории, тогда посмотрим, о чем еще вам будет дозволено писать. Декан зельеваров нелюдим, поэтому можете обратиться к рэнс Иветте, она вам поможет.
– Ну, спасибо! – бойко благодарю и выхожу из кабинета.
Правда, весь пыл немного гаснет, когда понимаю, где именно мне нужно будет искать рэнс. В ее кабинете, куда я недавно проникла со взломом, пусть и ради благих целей. Зато одна-две интересные статьи – и всем докажу, что ведьмы не такие уж плохие. А потом осветим вопрос принудительных браков у фей, запрещенную магию… В итоге получу доступ в библиотеку и смогу прочесть закрытую литературы. Быть может, найду ответ на вопрос, кто же я?
Поток мыслей так захлестнул, что не замечаю, как оказываюсь возле кабинета декана факультета некромантов. Не успеваю сообразить, отскакиваю на инстинктах от двери, которая распахивается, с силой впечатываясь в дверь.
– Веди себя приличнее, Ванджелис! – раздается оттуда шипение. Рэн Аро выскакивает из комнаты, даже не глядя.
Может, лучше уйти? Но рэнс Иветта меня замечает.
– Кайли? Вот так сюрприз! Ты ко мне? Проходи.
При свете дня, без давящей магии, я чувствую себя несколько лучше, но все равно с сомнением захожу внутрь.
– Чаю? – любезно предлагает рэнс, магией нагревая чайник: с ее рук мягко льется сиреневый поток. В черном платье, плотно облегающим тонкую фигуру, она всегда кажется мрачнее и старше своих лет. Как обычно, каштановые волосы распущены. Я слышала, что рэнс не замужем, что меня удивляет, поскольку она очень красивая женщина.
Если рэн Ванджелис казался сгустком молний, то рэнс Иветта – само спокойствие. Она молча греет чай. В какой-то момент легким движением руки она откидывает волосы назад, и моему взору открывается маленький шрам на бледной шее. Опомнившись через секунду, рэнс возвращает локоны на место.
– Спасибо, – произношу, беря из ее рук изящную кружку с чаем из синего хрусталя. От напитка исходит просто невероятный аромат, и я с удовольствием делаю глоток. На вкус еще лучше.
– Рассказывай, что тебя привело? По учебе проблемы или личные переживания? – мягко спрашивает рэнс Иветта, усаживаясь в свое кресло. Мне же кивают на маленький сиреневый пуфик возле шкафа.
Коротко излагаю суть дела, опуская стычку с Изабеллой и собственные мотивы. Рэнс только изредка кивает, соглашаясь.
– Что же, идея отличная! Я действительно знаю детали создания дюкса, так что отвечу тебе на некоторые вопросы. В остальном, Кокки и Макс тебе дополнят последними новостями. Признаюсь, меня очень восхищают мальчики! Они довели дюкс до такого состояния, что его не берет никакая магия. К концу учебы, думаю, мальчики создадут полноценный боевой снаряд и запатентуют его!
Странная эмоция мелькнула в глазах рэнс, которая насторожила меня. Но декан некромантов продолжает мило рассуждать об успехах других своих студентов, и я немного расслабляюсь.
После разговора меня отводят к парням в склеп. Идти туда в сумерках весьма странно, тем более когда из-за каменных стен раздаются взрывы, а вековые витражи трещат, и за ними мелькает огонь. Но рэнс Иветта абсолютна спокойна. Наверное, ей не впервой видеть буйство своих студентов.
Мы подходим к мрачной дубовой двери. Ее ржавые петли жалобно скрипят из-за взрывов. Такое ощущение, что она молит о пощаде. С крыши сыплется песок.
Вместо стука рэнс рисует в воздухе заклинание. Мгновенно воцаряется тишина. Рэнс ждет еще с несколько секунд, а после открывает дверь, и мы заходим внутрь. Все присутствующие замерли в неестественных позах: Кокки странно кривит лицо, в опасной близости от которого полыхает огромный дюкс. Патлатый Макс пытается сесть. Еще пятеро кружат хоровод, задрав правую ногу возле огромного плоского камня. Над головой замерли в трех миллиметрах пара переливающихся заклинаний-вспышек.
– Осторожно, – предупреждает рэнс, перешагивая через лежащего на земле парня в черной мантии. Я успеваю усомниться в его живости, но через пару секунд замечаю, как его грудная клетка медленно поднимается.
– А вы… радикальны, – говорю, пытаясь подобрать подходящее слово.
– Я не мешаю детям резвиться, но все же не хотелось бы лишиться головы, – с улыбкой отвечает рэнс Иветта, направляясь прямиком к Кокки. Я следую за ней. – Об этом лучше не писать, сама понимаешь.
– А что происходит там? – киваю на замерших танцоров.
– Так, ерунда. Пытаются воскресить призрака. Это их курсовая, – отмахивается женщина.
– Всем пятерым?
– Ну да. Эти ж дурачки до сих пор не догадались, что возродить призрака нужно на самом кладбище, а не в склепе. Здесь давно никто не похоронен, а гробницы остались для антуража. Только об этом не пиши. Зато на эту территории никто не зарится, переделывая под академические полигоны для боевиков-экстернов.
– Ясно.
Рэнс дарит мне милую улыбку, громко хлопает в ладоши – и все приходит в движение. Заклинания-вспышки сталкиваются, рассыпаясь на множество зеленых искр, танцоры таки ставят ноги на пол и падают, запнувшись; Макс садится на пол, а Кокки отгоняет от лица дюкса.
– Как успехи? – мягко спрашивает рэнс, с интересом разглядывая огонек. – Вижу, что он намного стабильнее, чем был еще вчера.
– Это влияние обычной валерианы, – пожимает плечами Кокки.
– Удивительно, – хмыкает декан некромантов и поворачивается ко мне. – Вот и труды истинных гениев. Смотри, этот малыш вполне способен обходиться без подпитки магии и управляется силой мысли. Он почти как живой. А благодаря травам его не загасить никакой силой.
– Я обязательно об этом напишу, – киваю.
– Хочешь поиграть с ним? – предлагает Кокки. – В тот раз у тебя почти получилось. Нари скорее сбил, чем помог. Теперь ты будешь под моим руководством.
– Давай, – быстро соглашаюсь. Почему бы и нет? В последнее время я делаю неплохие успехи в магии, и дюкс – это действительно уникальный гибрид между заклинанием и зельем.
Рэнс Иветта еще какое-то время проводит с нами, дает советы и, удовлетворившись результатом, уходит.
Кокки объясняет мне тонкости управления дюксом, как увеличить его или уменьшить по желанию. Быстро мы создаем мой дюкс, переливающийся зеленым.
– Значит, ты пишешь статьи? – спрашивает Кокки, направляя мои руки, чтобы дюкс не приближался слишком быстро.
– Только учусь. Кстати, уже, наверное, поздно и пора возвращаться. Завтра пара с рэном Грегошем. Нельзя быть сонной.
– Понимаю. Что же, открою для тебя секрет. – Кокки достает маленький мешочек. – На самом деле, я научился оставлять дюкса и хранить его в специальном материале. Я очень старался…
– Ты молодец, Кокки! – подбадриваю и хлопаю по плечу.
– Я могу тебя проводить? – неожиданно бледное лицо парня покраснело, а мое сердце пропустило удар: драконы, неужели он хочет мне в чем-то признаться?
– Хм, с какой целью? – с трудом спрашиваю, откашлявшись.
– Хотел бы… ну…
Я задерживаю дыхание. Только бы не признание! Дюкс вырывается из моих рук, сначала подпрыгивает в воздух и с силой ударяется о каменный пол, рассыпаясь на множество золотых искр. Ну вот.
– Ну… – снова мямлит Кокки.
– Он для твоей соседки подарок подготовил, – злорадно фыркает Макс, как будто в чувствах друга есть повод для издевки. Наверное, он злится, что в их мужской тандем вписалась женщина.
– Ну и что? – мягко спрашиваю в попытке сгладить острый углы, потому как Кокки совсем покраснел и впервые походит на человека, а не вампира. – Но, Кокки, ты же знаешь, что она фея и вынуждена выйти замуж только за представителя своей расы?
– Конечно! – пылко отвечает зельевар. В его глазах загорается огонь уверенности, плечи расправляются. – Я даже план придумал. Я разработаю зелье, с помощью которого у нас родится фей!
– Это невозможно, – вставляет Макс равнодушно.
– Ты про дюкс тоже так говорил, а теперь смотри, чего мы достигли! – яростно протестует Кокки. – Он не уничтожаем! Так что я уверен в своих мозгах и силе интуиции!
При этих словах воздух дрогнул, и из-под трещин в каменном полу тонкой струйкой вылетает серый дымок, который в считанные секунды принимает очертания человеческого тела в доспехах. Немного не там, где танцевали некроманты, но этого хватило, чтобы моя челюсть достигла пола. Драконы, это же призрак!
– О, вот это дела, – присвистнул Кокки, оглядывая мертвого. Судя по одеянию последнего, он умер лет триста назад.
– Извольте сообщить, зачем был нарушен мой покой? – хрипит призрак, медленно выговаривая каждое слово.
– Вы кто? – едва разлепляю губы, чтобы хоть что-то сказать.
– Тот, кого вы разбудили, разумеется! – отвечает рыцарь. Сам оборачивается, видит застывших некромантов, которые явно не ожидали, что реально поднимут из могилы кого-то больше полевой мыши.
– Я думаю, об этом не стоит писать в первом выпуске, – шепчет мне Кокки, откашливается и говорит: – Приветствуем вас, рэн, на территории Туманной Академии!
– Таки студенты, – стонет призрак. – Так и знал. Ну не позволили бы себе нормальные некроманты так на чужой могиле скакать. Нормальные заклинаниями пользуются. А эти. Тьфу.
– Кто-нибудь пошлет за рэнс Иветтой? – пищит кто-то из некромантского круга. – Она обалдеет, когда увидит это!
– Извольте, не желаю быть экспонатом! – фыркает призрак и складывает руки на груди. – И вообще я устал. Верните меня обратно, немедленно!
Воцаряется гробовая тишина. Немой вопрос «как?!» застыл на лицах студентов. И если бы это было «как вернуть бедного призрака домой?». Но нет. Это искреннее восхищение о том, как он появился.
– Пошлите за рэнс! – подхватывает другой голос, и я отмираю.
– Она уже отдыхает, – недовольно замечает Макс. – Нам запрещено ее беспокоить после девяти вечера.
– И что тогда делать? – хором спрашивают некроманты и призрак и почему-то смотрят на меня.
– Что? – искренне не понимаю, чего от меня хотят.
– Я его в мешочек не помещу, – сразу же сливается Кокки.
– Мы его в могилу не засунем, – поддакивают некроманты.
– Я себя туда тоже не засуну, – пыхтит призрак.
– Кайли, ты же целитель, – начинает Макс. – Наверняка, вашим приходилось возиться с призраками. Люди же умирают, и их души вы же должны куда-то деть перед захоронением.
– Лекарская некромантия будет только на последнем курсе, – замечаю. – Нас еще не учили паллиативной помощи. Нет, серьезно. Вы предлагаете мне заявиться в целительский корпус и сказать, что случайно подцепила призрака? Правда?
– Почему бы и нет? – несмело улыбается Кокки. – Я по-прежнему готов тебя проводить. А призрак отгонит всех плохих парней получше боевого заклинания.
– Извольте! – вставляет призрак надменно. – Я – защитник великой Варфы, служил королям, занимал пост советника его величества. Это от меня должны отгонять желающих явиться перед моим ясным оком, а не наоборот.
– Да-да, – поддакиваю, пытаясь найти выход. – Почему бы вам здесь не побыть, в родных стенах, так сказать?
– И чем я всю ночь должен заниматься? – негодует рыцарь. – Нет уж. Я давно не чувствовал мягкого матраца, так что нахожу идеей поселить меня в комнату вполне сносной. Да и к лекарям наведаться надо бы. Шея от долгого лежания невыносимо болит.
– Давайте вы его сами проводите? – предлагаю. – Все знают дорогу к лекарскому крылу.
– Оно работает только днем, а вашего декана мы не знаем, – пожимает плечами Макс.
– Тогда я с радостью доведу вас до него и с миром отправлюсь, идет? – спрашиваю с напором.
– Угу, – соглашается патлатый. – Идемте. Я что-то устал.
– Аналогично! – соглашается призрак.
Мы с Кокки переглядываемся и идем к выходу. Он нервно прячет в карман мешочек со своим дюксом, вяло улыбается мне. Хочется подбодрить его, только мне и сказать нечего. Почему-то мелькает мысль о Мике. Что он там делает? Переживает ли из-за моего отказа? Может, стоит поговорить снова и извиниться?
Кокки, справившись с волнением, бодро о чем-то вещает. Я лишь киваю в нужный момент или хмыкаю.
– По идее, его разбудила твоя магия, – бубнит Кокки, я привычно киваю и иду дальше. Смысл слов, как флаг, развевается в голове, я сперва не обращаю на него внимание, а потом до меня доходит.
– В смысле?! Что ты хочешь этим сказать?
– С учетом того, что он появился в том месте, где разбился твой дюкс, есть вероятность того, что ты сможешь управлять этим призраком силой мысли посредством…
– Так, стоп! – прерываю Кокки на полуслове. – Теперь простым языком: то есть ты считаешь, что только я могу его вернуть обратно?
– Допускаю такую вероятность. Вряд ли он захочет жить в атласном мешочке.
– Я свою-то кошку расколдовать не могу, а тут мне предлагают призрака в могилу вернуть. – Меня пробирает нервный хохот от такой замечательной идеи.
Чем дальше призрак отходит от могилы, тем материальнее становится. Конечно, полностью прозрачность не уходит, но при каждом движении все отчетливо слышен лязг металла. Если так продолжится, мы всю академию перебудим.
Доходим до жилища преподавателей, и к моему ужасы стражник сообщает, что декан Грегош уехал с рэном Ванджелисом до завтрашнего полудня.
– Я не поведу мужика в свою спальню! Мне комендаторша не даст! – с пылом говорю прежде, чем Кокки открыл рот. Уверена, он хотел сказать что-нибудь подобное. – С собой его забирайте.
– Я бы и не провел с тобой ночь, детка, – пафосно фыркает призрак, обведя меня критическим взглядом, отчего мои щеки запылали. Хочется съязвить, но я прикусываю язык. – Спасибо, Кокки, меня провожать не надо.
– Но…
– Спокойной ночи, мальчики, – натягиваю улыбку и быстро шагаю в сторону общежитий. Слава провидению, никто не пошел за мной следом.
Нет, ну удумали!
Сайми как раз готовится ко сну, когда я захожу в комнату. Хельга уже растянулась на ее кровати в полный рост и благостно закрыла глаза.
– О, Кайли, где была? – спрашивает фея, раскладывая расчески на тумбочке. – Как твои успехи?
– Очень неожиданные, – хмыкаю.
– Дай угадаю, опять во что-то влипла? – хихикает Хельга, не открывая глаз.
– Надеюсь, что нет. Кстати, Мик не заходил?
– А должен был? – интересуется Хельга и таки являет мне взор своих зеленых глаз. – Вы поругались? Он редко без тебя приходит.
Дискуссию развивать мне не хочется, поэтому я просто игнорирую свекровь. Вскоре, приготовившись ко сну, я с блаженством ложусь на подушку и быстро засыпаю.
Не знаю, сколько проходит времени прежде чем понимаю, что навязчивый звон стекла – это не мое разыгравшееся подсознание. Открываю глаза, гляжу на черный потолок с причудливыми тенями, когда звон, словно в окно что-то врезается, повторяется.
– Изволили наконец проснуться? – бодро спрашивает знакомый хриплый голос. – Меня так достал этот ухажер! Ужасно навязчивый. Вот я за своей дамой сердца…
Стоит повернуть голову, как я нос к носу сталкиваюсь с полупрозрачным мужским лицом человека пятидесятилетнего возраста. Он смотрит на меня, улыбаясь во все пять зубов.
Я все-таки снова влипла.
– Чем обязана, рэн? – спрашиваю с максимально вежливой улыбкой, так сильно натянутой на лице, что щеки сводит от напряжения.
– Так бишь я знал! – искренне восклицает рыцарь, совсем не заботясь, что рядом спит моя соседка. – Меня отвели к лекарю, и только он взмахнул рукой, так я сразу здесь и оказался. Как есть, даже в латах. Пытался выйти, но меня к этим хоромам как воском приклеили. Вот и сижу, жду, когда прекрасные девы соизволят проснуться. В мое время они вставали с спозаранку…
Я бы продолжила спор, но дурацкие камешки все еще навязчиво летят в стекло, намекая, что скоро его разобьют к драконьей матери, если ухажер не соизволит успокоиться. Удивительно, что Хельга не подскочила от первого же шороха. Ой, не к добру ей знакомство с зельеварами. Она уже который вечер какой-то раствор на душу принимает, судя по запаху.
Накидываю халат, подхожу к окну. Кого ж там драконы принесли? Приоткрываю окно, выглядываю, да едва успеваю отклониться в сторону, поскольку крупный камень почти прилетел мне в лицо. Кого могли принести драконы? Конечно же дракона.
– Нари, ты что тут делаешь? – шиплю громким шепотом. Впрочем, по белому одеянию принца очевидно, что конспирация провалилась.
– Кайли? Наконец-то! Я уж думал по лозе лезть в ваше окно.
– По лозе? У нас нет никакой лозы, – замечаю очевидное. Да и второй этаж так-то.
– Ну, значит исправим, все равно мне вход через дверь воспрещен.
Не успеваю я возразить, как Нари быстро рисует в воздухе заклинание, и из-под земли вылезает крупный росток, который быстро расширяется в диаметре и вьется вокруг стены вплоть до нашего окна. И когда научился? Впрочем, об этом думать некогда: принц реально поставил ногу на ствол и попытался взобраться руками.
– Поди, убьется, – хмыкает рыцарь, стоящий позади меня.
– Убьется, – повторяю, с замершим сердцем наблюдая, как Нари преодолевает все новые и новые витки злосчастного растения.
Но упертый принц добирается без приключений, разве что его костюмчик изрядно пострадал, только светящиеся в темноте белые зубы затмевают все остальные несовершенства.
– Чем тебе левитация не угодила? – спрашиваю, пока он пролезает в окно. – Или портал бы использовал.
– Какая ты не романтичная, Кайли, честное слово, – почти обижается принц. – Я тут лез, руки царапал, а ты… Тьфу, впрочем, и не для тебя старался. – Он оглядывается в сторону кровати Сайми и уже с нескрываемой обидой восклицает: – Как, она спит?!
– Если ж спящая принцесса – это та юная леди, вы, получается, дракон? – бубнит на ухо рыцарь.
– Скорее цербер, – пожимаю плечами.
– Ты с кем… О, призрак? – Нари передергивает, когда он замечает рыцаря, что странно, ведь последний, как я успела заметить, занимает чуть ли не пол комнаты. Призраки что, расти умеют? – Так, Кайли, почему мужик в вашей комнате? Это против устава!
– Извольте, вы тоже нарушили личные границы дам, – пафосно парирует рыцарь.
– Мне можно, я их друг, – быстро находится принц. – К тому же их будущий правитель.
– Неужели потомок самого рэна Моноцеруса? – тон рыцаря сменяется на благоговейный.
– Он самый, – вскидывает подбородок Нари. Пораженный в самую душу, призрак падает на одно колени, и лязг от его доспехов эхом разносится по комнате.
И только тогда Сайми соизволяет сонно пробубнить:
– Кайли, здесь что-то происходит, или я сплю?
– Происходит, – замечаю с сожалением. До феи доходит быстро.
– А ну быстро все вышли вон! Я не одета! – рычит она, замахиваясь в рыцаря подушкой. Впрочем, та спокойно пролетает сквозь призрака и врезается в Нари. Вы ж не забыли, что феи спят не на пуху, а на мелкой гальке? То-то же.
– Сайми, – согнувшись, хрипит принц, – ты ударила меня в самую… душу.
– А нечего, – фыркает фея. Она давно поняла расклад: наши гости никуда не денутся, поэтому недовольно рыкнуло: – Ну хоть отвернитесь.
Мужчины честно выполняют указ и утыкаются в меня взглядом.
– Кстати, что это за запах? – интересуется Нари, втягивая носом воздух. – Пахнет какими-то травами и чем-то запрещенным.
– Это Хельга, – развожу руки, как будто это кому-то что-то объяснило. Ничего, пусть сами догадываются. Не мое это дело свекровь оправдывать.
– Так, Нари, что ты здесь делаешь? – спустя несколько минут спрашивает Сайми, и мужчины с благоговением разворачиваются. Чего я никак не ожидала, что принц в один шаг пересечет расстояние комнаты и с пылом прижмет фею к груди. Та же, смущенная (Сайми так краснеет, что это видно даже в свете луны), неловко обнимает его в ответ.
– Так, – уже начинаю я, не зная, как иначе реагировать. Складываю руки на груди, смотрю на этих двоих и просто теряю дар речи. Нари прижимается к губам феи в страстном поцелуи. Благо, Сайми отталкивает его сразу же.
– Не при свидетелях же, – бурчит она, игриво щелкая Нари по носу. Он перехватывает ее руку и целует каждый пальчик.
– Не понимаю, – выдыхаю единственно, что крутится в голове. – Ты ж еще совсем недавно ее не замечал.
– А потом, когда мы остались наедине, заметил, – подтверждает мои опасения принц. – Не смотри так, Кайли. Мы сразу поняли, что созданы друг для друга.
– Хм… – протягиваю и медленно оседаю на кровать. Одна часть моей души рада за этих двоих, а другая задается множеством вопросов. Если Нари еще волен поступать, как хочет, то Сайми привязана к вековым традициям своей семьи. Дома ее ждет жених… Хоть Смежные острова и подчиненное Варфе государство, некоторые народы, там живущие, могут быть очень неспокойными.
– Послушай, это не твоя забота, – говорит Сайми, освободившись из рук Нари. Она подошла ко мне, взяла за руки и присела, глядя в глаза. – Я знаю, на что иду.
– А на что ты идешь? – хрипло интересуюсь.
– Так свадьба у них скоро, – довольный своей проницательности, произносит рыцарь.
– Когда? – спрашиваю упавшим голосом.
– Послезавтра, – отвечает Нари.
– Это единственный способ разрушить навязанный мне союз, – добавляет Сайми. – Либо послезавтра, либо никогда. Раз ты теперь все знаешь, станешь моей подружкой невесты?
꧁ ꧂
В считанные сроки, особенно благодаря деньгам Нари, Сайми пошили красивое нежно-розовое платье из тончайшего кружева. Фату отделали живыми полевыми цветами, а на туфельках вышили узоры из бриллиантов. Принц подарил невесте нежное колье из серебристых жемчужин, а мне, за помощь или молчание – золотую цепочку. На фоне темно-синего платья подружки невесты она выгодно подчеркивает мою длинную шею.
Я пыталась поговорить с Сайми о поспешностях такого решения, но какое там? Она не хотела меня слушать. Даже с Нари разговор не удался. Он настроен решительно и строго произнес, глядя мне в глаза:
– Я все решил. Даже не вздумай меня отговаривать.
– Но королевские советники считают, что мы с тобой чуть Предначертанные друг другу, – с трудом выговариваю противные для меня слова. Нари только фыркает.
– Кем бы ты ни была для меня, Кайли, но точно не любовью всей жизни. Я сам решу, с кем мне быть.
Все чаще мне снится испытание, благодаря которому я попала в академию – карусель и принц. Я вновь и вновь задаюсь вопросом, а что я должна сделать? Как спасти его? Или эта скоропалительная свадьба и есть спасение?
За эти два дня я набросала одну статью о зельеварах и одну – о ведьмах. Обе горячо оценила рэнс Иветта и просила писать еще. Рэн Грегош ее восторгов не разделял, но любезно согласился предоставить мне доступ к более «интересно», как он выразился, информации. Был ли это намек на закрытую секцию, я не знаю, но очень надеюсь, поскольку слова рэна Ванджелиса плотно засели в голове.
Радостью или ужасом – я так и не поняла, к какой из этих эмоций меня склоняет больше – оказалось, что другом жениха будет Мик. Одно хорошо: мы не виделись вплоть до захода в маленькую церквушку, находящуюся вдали от столицы. Я не успела ее украсить, поскольку выбраться из академии было очень сложно эти дни. Даже сегодня вечером мы пробирались через дыру в заборе, ужасно боясь попасться страже.
В самой церквушке я помогла переодеться Сайми, сама же с легкостью надела свое платье без корсета. Хельга, которая оказалась сведуща в свадебных делах, научила меня плести длинные каштановые волосы феи, и мы с трудом соорудили что-то красивое.
– Ты все еще осуждаешь меня? – Сайми хватает меня ледяными руками, когда я намереваюсь выйти, чтобы хоть немного украсить зал.
– Наверное, нет, – честно отвечаю.
– Не переживай за нас, мы поступаем правильно, – уверенно говорит фея. Я только пожимаю плечами и выхожу из комнаты.
