Текст книги "(не) избранная для султана (СИ)"

Автор книги: Лина Калина

Соавторы: Лина Калина
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

– Я думала…

– Это нужно заслужить, девушка, – ворчливо вмешалась другая хиндийка.

Мехтаб кивнула, хотя сердце стучало в груди. Она была далека от дома, в месте, где всё было так непривычно и ново. Но где-то в глубине души она понимала, что это судьба.

Сначала её отвели в хамам. Это не просто бани, а целый комплекс для парения, медитаций и общения.

Внутри встретила служанка, облачённая в нежно-голубой кафтан и канареечные шаровары. Она улыбнулась и указала на деревянные двери, за которыми расположился хамам. Это была тёплая комната с длинной скамьёй вдоль одной из стен. Пар, поднимавшийся из встроенных в пол камней, окутывал всё вокруг туманной вуалью. В бане уже было несколько женщин. Некоторые из них улыбались ей, другие просто сверлили взглядом. Мехтаб почувствовала, как внутри неё начинает расти напряжение, но она здесь не для удовольствия. Нужно привести себя в порядок. Служанки искупали девушку и натёрли тело маслами, отчего кожа стала нежнее атласа. Затем Мехтаб одели и вернули в личные покои.

– Здесь ты будешь жить, – сказала старая хиндийка, указывая на маленькую комнату, в которой было уютно, но просто. Одно крохотное окно в стене пропускало тусклый свет, освещая скромное пространство. У стены стоял топчан, а в углу сундук для одежды. На столе лежали несколько книг и карандаши. Вторая рабыня достала из сундука шелковые шаровары, лиф, изумрудный кафтан и вуаль.

Мехтаб перебирала в руках салатовые шаровары, ощущая гладкую, прохладную на ощупь ткань. Тонкий материал лифа идеально подчёркивал стан, обнажая плечи. По спине бежали приятные мурашки от контакта с легковесной тканью. Тончайший шёлк, как вторая кожа, скользил по телу, очерчивая каждый изгиб фигуры. Старая хиндийка принесла туфли из тёмно-зелёной лайки, расшитые золотом, а другая протянула переливчатую вуаль.

Нарядившись в красивое убранство, Мехтаб подняла взгляд и встретила своё отражение в зеркале. Это было нечто большее, чем просто одежда: этот наряд превратил её в совершенно другую женщину.

Рабыня хотела что-то сказать, но, внезапно, была прервана оглушительным грохотом взрыва. Звук пронзил воздух, заставив всех присутствующих вздрогнуть от неожиданности. До них донеслись громкие крики, но больше всего злился Башир-бей. Служанки кинулись на его голос, оставив Мехтаб в комнате, наказав никуда не выходить.

Долго и терпеливо девушка ждала, как было приказано. Но что, если о ней попросту забыли? Мехтаб решила сама найти комнату, где будет происходить инициация, о которой говорил евнух. Она последовала направо, но тут же вернулась, устремляясь в другую сторону. Если бы она только знала, что нужно запомнить дорогу, пока её вели рабыни, она обязательно бы так поступила. Упершись в красиво разрисованную дверь, она дёрнула её на себя и оказалась в просторной комнате. Стены были выкрашены в шафрановый цвет, и девушка хотела уже уйти, когда увидела принца.

Глава 4

Первая мысль, пришедшая Ане в голову, как только она увидела юрту и человека: бежать. Она уже было развернулась, чтобы выскочить обратно за калитку, но голос остановил.

– Счастлив тот, у кого бывают гости, радостен дом, у коновязи которого всегда стоят кони приезжих.

Аня остановилась, пытаясь переварить информацию, пока старик продолжил.

– У человека всегда есть выход из положения, у зверя всегда есть собственная нора.

– Это что? – задалась вопросом вслух. – Загадки? – не могла понять происходящего, и кто вообще теперь перед ней.

– Входи, – снова последовало приглашение. – У Оюу давно гостей не было.

Аня видела, как старик неторопливо подбирается к растопленной печи, ставя на неё чайник.

«Сумасшедший какой-то», – Аня стояла, всё ещё раздумывая.

– Неужто откажешь старику чаю с ним выпить? – послышалось из юрты, и Аня, вздохнув, направилась к дому. Родители учили уважать старших.

Ей казалось, что она нагнулась низко, но всё равно, проходя, стукнулась головой о перекладину и невольно зашипела, прикладывая ладонь к ушибленному месту. Никогда раньше не была в юртах, потому с удивлением обнаружила, что внутри всё заставлено мебелью и завещано разноцветными тканями. По правую руку – кухонный угол, где стоял приземистый посудный шкаф, хранящий в себе так же крупы и чай, рядом с ним – небольшой стол, возле которого разместились две пластиковые ёмкости с водой. По правую – рукомойник с необходимыми принадлежностями и ведром вместо слива.

Яркая красочная мебель по всей юрте, всё того же оранжевого цвета, в некоторых местах повторяла узоры с двери. В самом центре сундука была мастерски расписана белая лошадь, а рядом на двух одинаковых тумбах, странная собака с длинными усами, как у сома. Всё остальное пространство на мебели было заполнено ромбами, косами и цветами.

На сундуке разместилось небольшое трюмо, покрытое выбитой салфеткой, перед которым шёл караван из трёх керамических верблюдов. Рядом на стене висел большой старый бубен, на коже которого чёрной краской были нарисованы непонятные символы. Под ним тумба, где лежали какие-то перья, колотушка, куски дерева и стояла невысокая металлическая чаша. Вдоль войлочных стен три кровати, застеленные грубой тканью, и шкаф, где хранились постельные принадлежности, увиденные Аней по причине того, что дверки до конца закрыты не были.

Центральным элементом являлась печь, уходящая вверх трубой, укреплённой в специальном окошке наверху. Топилась она дровами, но чаще кизяком, который собирали люди неподалёку. Накидывали в вёдра и приносили домой. Горел кизяк мало, но отдавал хоть какое-то тепло, потому эффекта хватало минут на двадцать.

Поддерживалась конструкция юрты специальными подпорками: длинными палками с узорчатым горизонтальным навершием, упиравшимися в большой круг в центре, являющийся окном. Задрав голову, Аня различила небо с зарождающимися на нём яркими звёздами.

И уж чего точно она не ожидала увидеть в юрте: маленький телевизор с антенной, питающийся от солнечных батарей. Странное сочетание прошлого и современного. Совсем как у неё в театре живое гармонично с неживыми механизмами.

– Оюу, – снова повторил непонятное слово, прикладывая руку к груди, и Аня обратила внимание на хозяина.

– Я просто заблудилась немного, – решила уточнить. – Тут неподалёку живём, – указывала куда-то позади себя. – Саяна! – внезапно вспомнила имя хозяйки.

Девушка заметно нервничала, потому старик обратился к ней снова. – Если боишься, то не делай, если сделал, то не бойся. На этот раз Аня поняла, что на самом деле старик говорит не загадками, а какими-то странными изречениями.

– Старая монгольская мудрость! – поднял палец вверх, будто отвечая на вопрос, и указал рукой на одну из кроватей, призывая сесть.

Откуда-то с пола поднял большой китайский термос, отчего Ане сделалось смешно, и она улыбнулась.

– Вот, – протянул ей дымящую чашку с белёсым напитком. – Угощайся. Аня принюхалась, не понимая, что это.

– Сутэй цай, – подсказал дед хрипло, усаживаясь прямо на пол, скрестив ноги. – Монгольский чай, – будто перевёл.

Она проследила, что он налил себе из той же ёмкости, и принялся с удовольствием пить. Теперь девушка могла рассмотреть хозяина. Чёрный длинный халат был украшен расшитыми золотыми нитками по рукавам, груди и подолу. Седые волосы лежали ниже плеч, рассыпаясь по ним серым водопадом. Борода длинная и в тон волосам доходила до самого живота, пока и без того узкие прищуренные глаза, прячась среди морщин, смотрели на гостью изучающе.

Пригубив напиток, она недовольно сморщилась.

– Он солёный !– удивлённо произнесла, и Оюу согласно кивнул, делая ещё несколько глотков.

Аня готова была поспорить, что ему лет триста. Но, учитывая, что столько не живут, ставку можно было понизить раза в два.

– Можно узнать, сколько вам лет? – всё же не вытерпела.

– 98.

– Ооо, – вскинула брови. – Выглядите на семьдесят, – решила сделать комплимент.

– Ты так не думаешь, – лукаво улыбнулся дед всеми морщинами, и Аня спрятала неловкость в большой пиале.

– Приехала одна? – принялся он задавать вопросы.

– С мужем.

– Только тут одна, – опять поймал её старик.

– Разминулись, – пожала плечами.

– Нечасто ко мне гости заходят.

– Да я тоже как-то случайно, – усмехнулась Аня, распробовав напиток. – Слушайте, необычно, но вкусно, – похвалила старика. – Что внутри?

– Молоко, масло, вода, соль, чай, мука, – перечислил ингредиенты.

– Знаете, – поднялась Аня с места. – Я пойду, наверное, а то мой муж станет искать.

– Или ты сама его найдёшь.

– Да, – неуверенно ответила, – наверное. Мне пора, – оставила на столике пустую пиалу, намереваясь уйти. – Спасибо за всё, дорогой… – замялась, забыв странное имя.

– Оюу, – кивнул дед. – А себя так и не назвала.

Аня цокнула язфком, ударив себя по голове.

– Да, простите. Аня, – приложила руку к груди. – Рада была посидеть, вы очень гостеприимны.

– У меня для тебя подарок, – внезапно сказал старик, поднимаясь с места.

– Ой, не возьму, – запротестовала Аня. – У меня для вас ничего нет, и я вообще…

Но старик, казалось, её не слушал. Подойдя к одному из ящиков, выдвинул его и достал что-то маленькое. Повернувшись, протянул гостье сложенный кулак, в котором было что-то зажато.

– Я не возьму, – Аня подняла руки, будто отгораживаясь.

– Ты даже не знаешь, что это!

– Да, но… – пыталась найти нужные слова, но Оюу требовательно потряс кулаком, призывая протянуть девушке ладонь.

Аня подчинилась, и в её руку упало что-то круглое.

– Это… кольцо? – не могла понять она, притягивая к себе украшение ближе.

– А на что похоже? – по его выражению лица было неясно, улыбается он или же просто смотрит.

– На кольцо, – пожала плечами, рассматривая, как соединяются два разных металла в одно солнце с пустотой внутри. Половина белого, половина чёрного. Лучи расходятся по разным сторонам, пока в центре зияет дыра. – Необычное, – искала слова. – Древнее?

– Даже не представляешь насколько, – кивнул хозяин.

– И вы вот так собираетесь подарить реликвию человеку с улицы? – смотрела недоумённо, думая, что дед точно спятил.

– У меня нечасто бывают гости, – нашёлся с ответом. – Бери.

– Ладно, – неуверенно произнесла Аня, – только, кажется, оно слишком большое.

– Поверь, тебе будет в самый раз.

– Аняяяяяя, – раздался голос Стаса, и она спохватилась.

– Муж ищет, – указала на дверь. – Спасибо, мне пора.

– В родном краю, к которому привык, и холст мягок, в незнакомой стороне и шёлк груб.

Аня снова ничего не поняла.

– До свидания! – попрощалась.

Выбежав, быстро оказалась за калиткой, всё ещё сжимая в руках подарок, и, чтобы не потерять, засунула украшение в карман шорт.

– Стас, я здесь, – откликнулась, и тень бросилась к ней.

– Где ты была? – недовольно спросил он.

– Просто немного заблудилась, там старик позвал в гости.

– Какой старик? – не понимал он.

– Долгая история, – отмахнулась. – Я всё ещё хочу есть. Накормишь меня?

– Идём.

Он в который раз пытался забыть, как она рвёт ему сердце. Не пришла – бросился искать, и теперь снова, как верный пёс, у её ног. Но, если ничего не изменится, он переступит через свою любовь и даст ей развод.

Глава 5

Мехтаб охнула. Её глаза расширились, и она попятилась.

Принц был сосредоточен на своих мыслях, что не услышал, как кто-то незаметно вошел. Он осторожно заглядывал за мебель, словно что-то искал.

Девушка нерешительно замерла, наблюдая за гибкой фигурой мужчины. Она знала, что это один из сыновей султана. Однажды Мехтаб видела, как он гордо ехал на белоснежном коне среди стражи Саттара II.

– Бари, это не смешно. Выходи, говорю, – послышался низкий голос. Принц нагнулся, заглядывая под софу.

Мехтаб снова сделала шаг назад и нечаянно зацепила напольную вазу, которая покачнулась, но не упала. Девушка успела её подхватить и вернуть на место.

Принц услышал глухой стук и обернулся. Его лицо искривилось, а Мехтаб низко поклонилась и опустила глаза. Но всё же успела заметить, что у мужчины были глубокий, проницательный взор и длинные пальцы, которые легли на эфес сабли тотчас, когда он услышал шум. Тёмные волосы были аккуратно уложены назад, открывая широкий лоб, на котором покоилась тяжёлая золотая диадема, усыпанная драгоценными камнями. Туника была сшита из тонкого шёлка, который сверкал при каждом движении, подчёркивая сильное тело.

– Только не кричи, девушка. Меня зовут шехзаде Джалал ад-Дин. Я ищу Бари. – Окинув взглядом наложницу, пояснил: – Он – машина.

Всё здесь дышало роскошью и восточной экзотикой, но принц не обращал внимания на это. Его цель была другая – кот, который спрятался где-то здесь. Механический зверь – Бари, был не просто игрушкой, а искусно созданным механизмом, внутри которого хранилась магия. Он был сделан из меди и стали, с изумрудными глазами, сверкающими в темноте. А ещё Бари был игривым, хитрым и вечно убегал.

Мехтаб смутилась и не ответила, а принцу надоело смотреть на присмиревшую наложницу отца. Он их терпеть не мог! Красивые цветы, которые не давали ему прохода. Пустые сосуды, в которых не было ни капли ума и сообразительности. Лишь коварство и цинизм. Они всегда ходили вокруг, пытаясь привлечь внимание своими нарядами, украшениями и изысканными манерами. Джалала это сильно раздражало, он считал, что красавицы видели в нём только принца: возможность возвыситься, став одной из жён.

Джалал сосредоточился на механизме. Достал маленькое круглое зеркало и, поймав свет, направил на стену. Стекло пускало солнечных зайчиков, прыгающих по мебели и шторам. Из-за занавеси выглянул механический кот, интересуясь изменчивым светом. Его изумрудные глаза пристально наблюдали, а тельце изогнулось, показывая, что Бари собирается броситься на солнечного зайчика.

– Что ты украл на сей раз, негодник? – насмешливо спросил принц. – Придётся вернуть, – пожурил кота, словно тот мог понимать его.

Бари не ответил, а лишь хитро наклонил голову. Джалал подошёл ближе и аккуратно взял кота на руки. Тот, казалось, понимал серьёзность момента и не сопротивлялся.

– Ты идёшь со мной, – сказал принц, и, улыбнувшись, добавил: – И больше не пытайся убежать.

Откинув занавеску, Джалал увидел на полу любимый кулон фаворитки отца. Принц быстро поднял украшение и повернулся.

Мехтаб так и стояла, словно статуя. Джалал закатил глаза и пошёл на неё, но она не двинулась.

– Уйди в сторону, девушка! Ты загораживаешь выход! – приказал он, и Мехтаб подчинилась. Принц нахмурился, потому что тихих и послушных наложниц не терпел ещё больше.

Дверь хлопнула, отчего Мехтаб вздрогнула. Принц её пугал: грозным взглядом и высоким ростом. Подождав ещё немного, пока Джалал уйдёт, она вышла следом и встретила старую хиндийку.

– Вот ты, где, девушка! Было велено не покидать комнаты. Мы уже все обыскали. Скорее! Инициация вот-вот начнётся!

– Я ждала, но никто не шёл за мной, – оправдывалась Мехтаб, торопливо шагая за рабыней. – Сначала этот взрыв, перепугавший всех, потом долгое ожидание. Я решила, что обо мне попросту забыли!

– Снова шуточки шехзаде Джалала ад-Дина, – пробормотала старуха. – Пришли, – уже тише сказала она и кивнула.

Перед резными двойными дверьми стоял Башир-бей.

– Где тебя носит, несносная девчонка? Быстрее! – Он довольно грубо впихнул её в комнату, входя следом, и Мехтаб замерла за спинами других наложниц.

Стены комнаты пленяли взор диковинными восточными узорами. Игра света и тени усиливала контраст ярких цветов. Но самое удивительное было наверху: купол идеально прозрачной и округлой формы. Солнечный свет заливал комнату и позволял рассмотреть лазурное небо и пушистые облака сквозь чистое стекло.

На противоположной стороне купольного зала восседал Саттар II на роскошном троне. Позади него величественно повисла шелковая ширма, украшенная золотым узором: распустившийся цветок в окружение ромба.

Девушек было двенадцать, и Саттар желал посмотреть всех, кого привезли в его дворец. Мощная фигура султана и высокий рост – проявление древней крови, протекающей в его жилах – крови высокородных предков, господствовавших над этими землями в течение многих столетий. Его чёрные проницательные глаза смотрели на мир с невероятной глубиной, словно могли проникнуть в самую суть вещей. Все, кто был в этой комнате, чувствовали силу и знали, что султан обладал полной властью над их судьбами.

– Приветствую вас, мои бесценные наложницы, – произнёс басом Саттар II. – Ваше присутствие в гареме будет радовать и украшать мои дни.

Наложницы склонили головы в знак уважения, продемонстрировав своё подчинение. Они знали, что их жизни принадлежит Саттару и только ему.

Султан подал знак, и перед ним выступил Башир-бей.

– Позвольте мне представить редкую красавицу, мой господин. Пленительные черты её лица соперничают с небесами – сказал евнух, указывая на урусску, единственную среди девушек без вуали. – Её имя – Яра-ханым. Ваш покорный слуга еле выкупил красавицу и потратил так много золота, что за эту цену можно было купить с десяток девушек.

Саттар, осмотрев урусску, довольно кивнул.

Яра встала перед султаном, её глаза светились решимостью, ведь урусска желала стать ещё одной женой повелителя. И сегодня в знак протеста лишь она не надела вуаль, чтобы султан увидел красивое лицо.

Саттар, смотря на Яру, чувствовал: что-то в наложнице его привлекало. В гареме, где власть и женщины были привилегией, Яра представляла собой нечто новое и неизведанное.

– Ты привнесёшь новые краски в мою жизнь – цокнул языком султан, любуясь девушкой. – Но помни, что здесь властвует только один закон – мой.

Дерзкие глаза Яры сияли.

– Я понимаю, мой повелитель, – её голос звучал смиренно.

Султан усмехнулся. Он не верил, что эта девушка покорна, чтобы там она не пыталась показать. Тем не менее он уже решил взять удивительную красавицу на своё ложе.

– Я буду следить за тобой, Яра, – сказал Саттар, наслаждаясь игрой власти.

– Да, мой господин. – Урусска поклонилась, а её губы растянулись в довольной улыбке. Яра вернулась на место, продолжая бросать кокетливые взгляды на султана.

Башир-бей представлял наложниц по ценности и красоте. Когда он назвал имя киланской принцессы – Сиюн, она не вышла, а лишь задрала свой подбородок вверх, демонстрируя надменность, но султан не рассердился, а довольно захлопал в ладоши.

– Как тебе удалось? У меня никогда не было в гареме киланок, они такие же красивые, как экзотические цветы.

– Мы захватили киланский корабль в Дангайском море, мой господин.

Султан одобрительно закивал. Всякий знал, что вот уже десять лет, как Аланская и Киланская империи грабят в море корабли друг друга.

– Я объехал весь мир, – говорил евнух, – чтобы найти самых экзотических женщин для вашего гарема. – Он улыбнулся и поклонился. – Наката-ханым. – Представил евнух. – За этой красавицей пришлось ехать на другой конец света в республику Финий.

Прижимая барабан, финийка вышла и поклонилась султану. Саттар одобрил и этот выбор своего слуги.

– Аника-ханым, – вывел Башир хиндийку. – Империя Хинди лежит на Северо-востоке у Ялмонского моря.

Султан проводив Анику восхищённым взглядом.

Евнух представил всех наложниц, оставив напоследок Мехтаб.

– Я привёз ещё и красавицу, – осторожно начал Башир-бей, – которая была спрятана у вас под носом – Мехтаб бинт Айман.

Мехтаб вышла, поклонилась и опустила глаза.

– Ты знаешь, дорогой друг, – поморщился Саттар, – я не люблю аланок. Они рядом с моими экзотическими цветами совсем пресные, – султан недовольно посмотрел на Башира.

– Но мой господин, – евнух устремился к наложнице и сдёрнул вуаль. – Посмотрите, девушка красива, как сама луна, – Башир нагнулся и прошептал: – Быстро улыбнись и подними взор, иначе поедешь домой.

Мехтаб послушалась. Она уставилась на султана. Глаза, словно чёрные алмазы, мерцали на красивом лице. Полные губы раскрылись в улыбке, и Саттар замер поражённый. Девушка и вправду была красива как луна.

– Ты прав, мой друг, – твёрдо сказал султан. – Она – красавица. Пусть остаётся. Мне кажется, мы поладим, да, Мехтаб?

– Да, мой господин. – Она поклонилась и вернулась к остальным наложницам.

– Раз я посмотрел всех моих бесценных дев, – Саттар улыбнулся, глядя на красавиц, – и теперь вашим домом станут стены этого дворца… дарую вам милость.

Саттар хлопнул три раза в ладоши, и позади него отворилась дверь.

Худой мужчина, одетый в чёрный кафтан и серебряные шаровары, двигался неспешно. Его угольные глаза смотрели пренебрежительно. Словно он устал от этой картины, которая повторялась раз за разом. Он остановился перед султанами и поклонился. В его руках был стеклянный поднос, на котором стоял искусно выкованный серебряный сундук, украшенный драгоценными камнями. Сундук дёрнулся по стеклу и звякнул. Наложницы с интересом уставились на предмет. Затем мужчина приоткрыл крышку, и из него медленно потянулась мерцающая кровавая дымка. Словно туман, она растекалась по полу, подбираясь к наложницам, которые взвизгнули и отступили. Они прижались к стене, пытаясь укрыться от странного представления.

Саттар довольно хохотнул, наблюдая за испугом своих женщин.

Лица красавиц были искажены ужасом, пока маревный дым продолжал неспешный танец.

– Я, Майсур ибн Надир, – раздался сильный голос мужчины, держащего шкатулку, – призываю тебя, ифрит, дитя огня! – Колдун резко рванул крышку, распахивая сундук ещё больше. Красно-оранжевые клубы дыма вырвались наружу и собрались в небольшой шар. Магия сжималась и разжималась, создавала завораживающее зрелище. Купольную комнату окутали потоки чаровского дыма. Преобразившись, он превратился в призрачную мужскую голову, украшенную густой бородой. А на вершине этой головы, словно корона, расположились узкие витиеватые рога.

– Мой повелитель, – зычный мужской голос ифрита был слышен в каждом углу комнаты. – Приказывайте.

– Я желаю наделить этих девушек магическими кольцами.

Клубы колдовства вспыхнули, и появился мужчина. Весь его облик горел огнём. Он неспешно прогулялся рядом с наложницами, оставляя за собой мерцающие огоньки, которые растворялись, как только он отдалялся.

– Подставьте свои ладони, красавицы. Получите силу и обретёте могущество, ведь теперь вы будете отмечены моим господином Луноликим.

Ифрит подходил к каждой девушке, доставал украшение из воздуха и надевал им на безымянный палец серебряное кольцо со знаком животного. Мгновенно за спинами наложниц появлялись звери, которые были хранителями украшений.

Мехтаб вздрогнула, когда по руке пробежал хамелеон, слился с узорчатой комнатой, а потом растворился в облачке блестящей пыли.

– Возвращайся, – приказал колдун, когда дело было сделано.

Красные нити из центра сундука протянули светящиеся волокна к ифриту. Обвили его, утягивая обратно в пристанище, и Майсур быстро захлопнул крышку, чтобы заключённый ифрит не посмел вырваться.

– Ваши кольца. Ваша власть, – сказал Саттар, он был доволен зрелищем. – Носите украшения и не снимайте. Чуть позже вас научат, как с ними обращаться.

Глава 6

Утром Аня не сразу поняла, где находится. По ощущениям складывалось, что они со Стасом поругались. Она посмотрела на вторую половину кровати. Пусто. Копалась в воспоминаниях. События всплыли в сознании.

– Я не параноик, Аня, но гулять в темноте в незнакомом месте... – Стас замолчал, а его брови взлетели вверх. – Я думал, ты оставишь там, – он махнул рукой в сторону, – свою работу и, наконец, мы побудем вдвоём. Вместо этого постоянно выясняем отношения, а теперь ты вообще сбегаешь от меня куда-то!

– Я просто прошлась по берегу, ещё этот дед.

– О ком ты вообще говоришь?

– Ну дед, ему на вид лет триста. Седой, – перечисляла. – В морщинах, телевизор у него в юрте стоял.

– Ясно, – как-то грустно вздохнул Стас.

– Я не вру! – защищалась Аня. – Он мне ещё кольцо дал!

– Кольцо?!

– Да, Стас! – ей не нравилось, что муж ставит под сомнения её слова. Резким движением сунула руку в карман, нащупывая украшение, и дёрнула вверх. Выскользнувшее солнце звякнуло о пол, немного прокатилось и застыло на месте. Нагнувшись, Аня подняла его, сказав недовольно. – На, смотри!

Стас неуверенно протянул руку, принимая вещь, и приблизил кольцо к глазам.

– Бижутерия? – перевёл взгляд на жену.

– Ты вообще не разбираешься, – покачала головой. – Старое, мне так сказали.

– То есть ты сейчас меня не обманываешь? – вертел в пальцах кольцо мужчина.

– Да зачем мне это?!

– Не знаю, – покачал головой Стас. – Мне кажется, я совершенно тебя не знаю. Ты так не хочешь детей, что пытаешься перевести мое внимание на что угодно.

Аня набрала полную грудь воздуха для ответа, но не нашла слов и шумно выдохнул.

– Ты должна его вернуть! – заключил он.

– Почему? – уставилась на него не понимая. Он обидится, – пожала плечами. – Я же не отнимала его силой и не хотела принимать. Но он так сказал: "Это подарок", – спародировала она Оюуна, – и мне пришлось взять.

– Ты его даже не знаешь! Может, он пожалел уже о своём поступке, – ответил. – Если, конечно, он существует.

– Идём, – схватила мужа за руку Аня. – Я познакомлю тебя с этим дедом.

Она была так зла на Стаса за то, что он не верит ей. А он считал, что жена снова ищет возможность разрушить его планы, потому одёрнул руку.

– Уже поздно, завтра, – сказал грустно.

Они уснули друг к другу спинами, чувствуя, что партнёр совершенно не понимает того, что творится внутри их душ.

И вот сейчас, проснувшись, Аня поняла, отчего она раздражена. Решила, что подтвердит свои слова и даже простит мужа за вчерашнее. И, возможно, попробует отвлечься от работы и стать хорошей.

Стас внёс в дом термос с чаем, боовы (прим. – жареное тесто, монгольский десерт), вкусную рыбу и овощи.

– Всё же сахара им не хватает, – откусила Аня местную "сладость", запивая солёным чаем. Она смотрела на мужа, и отчего-то безумно стало его жаль. Решено. Пусть признаёт, что был не прав, и всё изменится.

После завтрака они направились искать дом.

– Ну вот это самое место, – Стас остановился на берегу, и Аня различила вчерашнюю калитку.

– Да, оно, – согласилась, подходя ближе и предчувствуя победу – А вон, – протянула палец, надеясь увидеть жилище. – Юрта, – сказала ошарашенно, смотря на голый каркас, словно сразу же после её ухода Оюун принялся разбирать дом. – Погоди, – пыталась вспомнить ещё хоть что-то.

Вошла на территорию, оглядываясь, словно здесь могла быть спрятана ещё одна юрта.

– Знаешь, – послышался голос Стаса за спиной. – Я загадал вчера... Да, наверно, глупо в таком возрасте что-то загадывать, но всё же. Я подумал, если ты говоришь правду, то у нас всё получится.

Аня смотрела в его глаза. Что она увидела? Разочарование, безысходность, усталость.

– Стас, ты должен поверить. Я говорю правду! Он был здесь вчера! В этой самой юрте!

Мужчина покачал горько головой.

– Завтра едем домой, ты получишь свободу, как и хотела. Я больше не стану тебя преследовать и пытаться сохранить семью. Ты права, Ань, – вымученная улыбка на губах выдавала его боль, – это конец, – руки, разведённые в стороны, резко опустились, создавая хлопок, и Стас отправился обратно.

– Дед! – закричала Аня, проходя дальше на территорию. – Оюуууууу. – Позвала его. Становилось не смешно. Как это вообще можно было объяснить? Дед ей приснился? Но откуда тогда кольцо? Она снова достала его. Настоящее! Стас тоже видел.

– Оюууууу.

Повернувшись, наткнулась на чей-то пристальный взгляд из-за забора.

– Здравствуйте, – удивлённо кивнула. – Я тут деда ищу, – указала на каркас юрты.

– Давно его никто не видел! – качает головой женщина.

– Так как давно? – ошарашенно спрашивает Аня. – Вчера он тут был, вот здесь прямо, – тычет пальцем на место.

– Семь лет его никто не видел, – настаивает соседка.

– Да каких семь?! – нелепо улыбается Аня. – Говорю же, вчера меня чаем поил.

Они обе снова бросили взгляд на то, что осталось от юрты. В глазах женщины читалось недоверие.

– Ушёл, – опять повторила. – Может, неживой уж, кто знает, – смотрела чёрными, как смоль, глазами в самую душу, отчего Ане стало не по себе.

Женщина отошла от забора и пошла дальше, не собираясь иметь дел с сумасшедшей туристкой.

Аня шумно выдохнула и села на землю, обхватив голову руками. Или это розыгрыш, ну, бывают же розыгрыши, или она сошла с ума. Закинула волосы назад и посмотрела перед собой. Озёрная гладь раскинулась довольно широко, где-то подал голос як и заревел двигатель автомобиля.

"В родном краю, к которому привык, и холст мягок, в незнакомой стране и шёлк груб", – вспомнила Аня странное напутствие.

– Да не могла я его придумать. Разжала ладонь, в которой всё это время лежало кольцо, и посмотрела на него при свете дня. Солнечный диск напротив настоящего яркого солнца блестел в её пальцах.

Глава 7

Аня смотрела на подарок, пытаясь в голове сложить головоломку. Глупости, но, может, дед появляется только вечером? Снова посмотрела на юрту и тут же вскочила. А вдруг это просто иллюзия, и внутри юрта целая? Быстро преодолев расстояние, вошла в проём, где на сей раз не было двери, и её снова постигло разочарование. Внутри то же самое, что снаружи. Обыкновенный каркас. Только она не сумасшедшая. Дед был! И ей во что бы то ни стоило надо было доказать это Стасу.

– Так, – задумалась она, поставив руки на бёдра. Глаза пытались найти подсказку, осматривая каркас, но загадка была сложной. – Дед Оюууууууу, – позвала она негромко, принимаясь ждать эффекта. Нулевой.

– Ладно, – вздохнула, выбираясь наружу. – Думай, Аня, думай, – обхватила голову, действительно размышляя.

Рабыня хиндийка вела Мехтаб в свою комнату. И хотя девушка была поражена чудесами, которых никогда не видела, но она, глядя на ифрита, вспомнила про другое кольцо. Мехтаб спрятала его в ящике письменного стола, а сейчас корила себя, что поступила беспечно, не взяв его с собой на инициацию.

Мехтаб думала о том, что должна найти способ продать украшение и передать золото отцу, но для этого следовало бы изучить кольцо и определить его стоимость.

«Поможет ли мне Башир-бей?» – прикидывала она в уме, уставившись в худую спину рабыни.

Пока она сомневалась, они дошли до её комнаты, и старая хийндийка предупредительно отворила дверь. Мехтаб бросилась к письменному столу, боясь, что украшения там уже нет.

Рабыня вышла, а девушка резко выдвинула верхний ящик. Кольцо было на своём месте. Сердце билось так, словно хотело вырваться из груди, но украшение было в безопасности. Мехтаб почувствовала облегчение, но вместе с ним пришла и боязнь. Страх того, что вдруг кто-то знает об удивительной драгоценности? С этой мыслью Мехтаб крепко зажала кольцо в руке. Оно приятно холодило кожу.

Вытянув ладонь вперёд, Аня смотрела на солнце, поворачивая голову то на один, то на другой бок. “Содержит ли кольцо подсказку, или же просто украшение?” Необычное, но чего сейчас только не встретишь! Подняв с ладони явно массивное украшение, Аня надела на указательный палец левой руки солнце и удивилась. Кольцо сидело как влитое, словно было сделано по её руке. Но она была уверена, что оно велико, как такое возможно?