Текст книги "Как достать архимага 5 (СИ)"

Автор книги: Лев Котляров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Этим я и занялся.

Напрягал всю волю, до которой мог дотянуться, мысленно заклинал свои мышцы, кричал, ругался, разом вспомнив все ругательства, которые когда-либо слышал.

Но ничего не получалось. Я был зол, расстроен и не терял надежды.

– На этом все, – устало выдохнул Козински, выдернув меня из моих тщетных попыток. – Теперь ничего не повредит тело. Следите, чтобы здесь была прохладная температура, подпитывайте плетения. Я остановил все процессы, но лечебное заклинание может вызвать рост волос и ногтей. Из-за него я добавил еще и массажные, чтобы мышцы были в тонусе. Постарайтесь не вмешиваться в их работу.

– Как долго они будут активны? – спросил Григорий.

– Я очень рекомендую держать его в них не больше месяца.

– Почему?

– Потому что, по сути, как вы уже знаете, он мертв. Даже если душа все еще привязана, дальнейшее использование этих заклинаний может испортить тело. А с учетом силы кладбища, то возможно, что он поднимется.

– Как это поднимется⁈

«Как это поднимется⁈ Я что, зомби могу стать⁈ Да вы охренели⁈»

– Как живой мертвец. Заклинания очень сильные. Особенно с учетом лечебного. Может, я все же уберу его?

– Нет, – поспешно сказал Григорий.

– Простите мое любопытство, но зачем это все? – аккуратно спросил Козински.

– Архимаги так просто не умирают, – холодно ответил он. – Выход сами найдете?

– Да, спасибо. Мои помощники будут раз в неделю приезжать, чтобы проверить его состояние.

– Хорошо.

Раздались удаляющиеся шаги, которые затихли вместе с хлопком двери. В следующий же момент из кухни выскочила Василиса, она добежала до комнаты и влетела в нее.

– Как он, Гриш?

– Заклинания все активны, постарайтесь не трогать их.

– Как думаешь, мы за месяц справимся? – тихо спросила она.

– Должны. У нас нет других вариантов.

Я их слушал и все кричал, что да, я жив! Но кто же меня услышит?

Зараза!

– Чтоу этоу с ним?

«Жу! Услышь меня, пожалуйста! Я никогда больше не буду называть тебя шерстяной засранкой!»

– Лечебные и сохраняющие заклинания, – ответил Григорий. – Что скажете, Жу? Что вы видите?

– Слоужно увидеуть что-то зау такоу заувесой.

– Жу! – требовательно позвала Вася. – Скажи, он же жив⁈

– Не знау.

– Ты опять не договариваешь? А?

Голос Васи зазвучал чуть ниже, видимо, она наклонилась к кошке. И я был уверен, что она грозила ей пальцем.

– Яу не увеурена, чтоубы говоурить наверняука.

– Но что ты думаешь?

– Егоу душау ещеу живау. Боульше ничегоу яу сказауть не могу.

– Засранка! – моментально взорвалась Вася. – Ты всегда ничего не можешь сказать, а потом выясняется, что ты знала! Всегда! Леша постоянно из-за этого попадал в опасности! Ты сейчас должна очень хорошо подумать и ответить, что с ним и что нам делать! Месяц! У него остался всего месяц!

Кошка молчала.

Святое небо, как же я сейчас хотел придушить засранку! Но для этого нужно было встать с этой чертовой каталки.

– Да скажи ты хоть что-нибудь! – крикнула Вася и топнула ногой.

– Василиса Михайловна, осторожнее. Не здесь.

О чем он говорил? Что происходит?

– И ты опять ничего не говоришь! – все больше распалялась Василиса. – Почему ты молчишь⁈

– Василиса Михайловна! Не здесь! – рыкнул Григорий.

Потом скрипнул пол, затрещала одежда, охнула Вася.

Да что происходит⁈ Как же мне не хватает возможности чувствовать магию! Видеть всех остальных! Святое небо, я же рехнусь!

– Лекарь запретил использовать здесь магию! Это может повредить заклинания на Алексее Николаевиче! Плетения могут неправильно сработать!

Вот оно что! На эмоциях у Васи в руках появились нити, и она напитала их силой.

Я на долю мгновения замер, ожидая изменений в своем состоянии.

– Жу! Скотина ты такая, слезь с него! – с надрывом закричала Василиса.

И вдруг меня окатило теплом.

Оно родилось где-то в середине грудины и волной прошлось до самых кончиков пальцев.

Что это было? Неправильно сработало лечебное заклинание или это работа Жу?

Вася что-то кричала, плакала, Григорий нашептывал ей успокаивающие слова, а кошка продолжала молчать.

Отбросив все мысли, я решил сосредоточиться на внезапных изменениях и воспользоваться ими.

Мысленно я представил свое тело, прямо как оно было: скелет, обтянутый мышцами, линии нервов и сосудов, кожу, даже волосы! И все для того, чтобы пошевелить пальцем. Если бы у силы воли было физическое воплощение, то сейчас бы оно прошло проверку на прочность.

Концентрация достигла той самой точки, что весь мир сузился только до одного пальца. Остальное перестало существовать.

Я должен им двинуть. Должен!

А потом у меня дернулась рука.

Глава 11

Когда дернулась рука, я сначала даже не поверил. Показалось? Нет?

Осознание, что у меня, наконец-таки, получилось, начисто сбило концентрацию, и пришлось начинать все заново.

Однако мне помешали.

– И что теперь делать?.. – истерика Васи схлынула, оставив плаксивое настроение. – Гриша? Почему ты молчишь?

– Будем искать варианты, Василиса Михайловна. Я напишу в столицу, в главную больницу города и империи. Не переживайте, мы обязательно что-нибудь придумаем.

Василиса вздохнула. Кажется, она сидела на полу, по крайней мере, звук ее голоса шел ниже места, где я лежал. Совсем расклеилась! Надо срочно повторить движение рукой. Они с Григорием заметят и выдохнут!

– Жу, слезь уже с него. Он тебе не лежанка, – устало попросила Вася.

Кошка все еще сидит на мне? Может, она почувствовала изменения?

– Я вызову повторно Козински, чтобы он проверил плетения.

– Ты думаешь, что я все испортила⁈ – взорвалась Василиса.

– Я не думаю, что вы что-то испортили. Возможно, добавили, возможно, изменили. Это слишком сложные заклинания, Василиса Михайловна, и я должен быть уверен, что все в порядке.

Топнула маленькая ножка, а потом Вася убежала.

– Зачем же она так, как думаете, Жу? – тихо спросил Григорий. – Никогда не слушает. А вы, действительно, слезайте с него.

– Неу нужноу вызывауть леукаря, – вдруг сказала она. – Нити в поурядке.

– Хорошо, если это так, однако я все же предпочту проверить.

Нет, Жу точно что-то почувствовала!

Я постарался отрешиться от разговоров и снова подвигать пальцами. Удивительно, но у меня почти сразу это получилось! Заметил ли это кто-то?

Прислушавшись, я понял, что ничего не слышу. Меня оставили одного. Ладно, так даже лучше. Сейчас еще немного постараюсь и сам встану. Мне даже отчаянно захотелось увидеть лица, когда своими ногами войду в двери кухни и скажу: «Не ждали⁈»

Вася будет визжать, это точно.

Я внутренне засмеялся, а потом стал серьезным. Сначала еще нужно встать, а у меня и пальцем толком не получается пошевелить!

Зараза! Чтоб этого Вотке драли все черти всех миров одновременно!

Насилу успокоившись и запихнув эмоции подальше, я сосредоточился.

Мизинец и безымянные пальцы на правой руке послушно пошевелились. Следом и остальные.

Продолжая не верить в происходящее, я осторожно и медленно сжал и разжал их в кулак. Я все это осознаю.

Вот только почему я все еще этого не чувствую? Ни запахов с кухни, ни холода, ни боли? Хотя последнее весьма даже радовало.

Шаг за шагом я проверял работу каждой мышцы. И они отзывались, послушно сгибаясь и разгибаясь. Моя надежда, что я вот-вот встану, крепла с каждой минутой.

Попутно не забывал прислушиваться к происходящему в доме. Удивительно, что Вася не сидела сейчас рядом, я-то думал, что она от меня не отойдет!

Да и вообще, никого рядом не было! Неужели они смирились с тем, что я якобы умер⁈ Нет, никогда в такое не поверю. Должно быть разумное объяснение, просто я его еще не нашел.

Ладно, пусть делают что хотят, у меня тут свои планы, один грандиознее другого.

Прошла уже не одна вечность, прежде чем я подумал о том, что готов вставать. И едва решил, как раздался нетерпеливый звонок в дверь, затем торопливые шаги Григория из кухни.

– Что случилось? – недовольный бас Козинский зазвучал раньше, чем я услышал скрип открываемой двери.

– Необходимо проверить стабильность ваших заклинаний, – сухо ответил Григорий.

– И как это получилось? – тяжелая поступь лекаря пересекла коридор. – Вы плели заклинания? Решили, что у вас лучше получится?

– Просто сделайте, что должны, – в голосе помощника послышались железные нотки.

Я был уверен, что Козински поморщился. Любой от такой постановки задачи сделал бы то же самое. Мне даже показалось, что и мои лицевые мышцы дрогнули.

– Сейчас все проверю.

Сказал, будто одолжение делал.

На мгновение мне захотелось подняться и врезать ему в челюсть. Двойной удар – мертвый встал и отправил в нокаут. А потом все же, решил подождать. А то схватит Козински инфаркт, набегут другие лекари, еще на опыты отправят – не отобьюсь без магии-то!

Поэтому я замер, прислушиваясь к каждому шороху.

Очень долго Козински что-то делал, неразборчиво бормотал, что я чуть не заснул. Очнулся, когда лекарь громко обратился к Григорию:

– Все испорчено! Не знаю, что вы тут натворили, но теперь заклинания работают неправильно.

Вот же какой Коз… Козински! Его надменный голос так и стоял у меня в ушах. Нет, я сейчас точно встану.

– Нужно все переделывать! – продолжал он. – Счет я вам вышлю после. Эту комнату нужно изолировать снаружи от любого магического воздействия! Я же вас предупреждал!

– А покажите, где именно заклинания расплелись? – неожиданно спросил Григорий.

Его тон был настолько холоден, что должен был заморозить лекаря, да и меня заодно. Да уж, правильно говорят, не злите отставного военного.

– Вы разве что-то понимаете в лекарском деле?

– Я понимаю в мошенниках, которые хотят задурить мне голову и получить лишние пару монет, – жестко ответил Григорий.

«Так его! Так!» – ликовало все внутри меня.

– Вы обвиняете меня в нарушении лекарского кредо⁈ Я действую исключительно в рамках своих полномочий и инструкций! Если я сказал, что вы все испортили, значит, так оно и есть!

– Сомневаюсь. Вы так и не показали мне испорченные плетения, а продолжаете возмущаться, будто я вам на хвост наступил.

– Какой еще хвост! Вся моя работа проделана ювелирно! Я лучший специалист в этой области!

И тут я не выдержал и резко поднялся. Тело было таким легким, что мне легко удалось это сделать. А дальше случилось, как я и предсказывал.

– Твою же святую колокольню! – завопил Козински и хлопнулся в обморок, едва не опрокинув единственный стол в комнате.

Теперь хоть своими глазами можно было убедиться, что его внешность вполне соответствовала характеру: козлиная борода, простоватые черты лица и удивительно мелкие кудри, которые он, кажется, залил всем воском, что нашел в городе.

– Лучший специалист, ага, как же, – с сарказмом проговорил я и торжествующе глянул на Григория.

И тут же пожалел о своем решении подняться. Мой помощник, белый как мел, дрожащими руками плел заклинания. Оно срывалось с пальцев, но он неизменно начинал заново.

– Гриш, это я, все хорошо. Я жив, – мягко сказал я, широко улыбнувшись. – Сейчас этот придет в себя, денег ему дадим, и путь идет на все четыре стороны.

– Але-ексей Ник-колаевич… – прошептал Григорий. – Как же это так получилось-то. Ох, нехорошо.

– Что? Тебе нехорошо? Я сейчас помогу.

Не сводя с него взгляда, я спрыгнул с каталки и хотел подойти к нему, но Антипкин резко отпрянул, вжавшись в стену.

– Не подходи!

– Григорий? Ты нормальный?

– А вы?

Я машинально протянул к нему руку и вдруг понял, о чем он говорил. Потому что сквозь рукав куртки я видел его ноги.

Видел. Ноги. Сквозь. Рукав.

– Твою-то дивизию, – выдохнул я, мгновенно понимая, что произошло.

Резко обернувшись, я со звенящей пустотой в голове рассматривал лежащее на каталке собственное тело. Какое у меня умиротворенное лицо…

– Твою-то дивизию…

– Как так вышло-то?.. – проговорил Григорий.

– Сам же сказал, что архимаги так просто не умирают, – я снова постарался улыбнуться, но ручаюсь, вышло не очень.

Вот в чем была задумка Вотке, осенило меня. Чертов мертвый магистр решил выбить мою душу из тела!

Я мысленно обрушил на него все известные ругательства.

Внутри меня бушевали эмоции. Хотелось пробить кулаком стену, но я уже понимал, что не смогу так сделать, и это злило еще сильнее.

Чертов магистр! Доберусь я до тебя и успокою так, та темнота тебе покажется раем. Найду любой способ вернуться в тело, стать живым – и отомщу ему.

Где-то на краю сознания, не тронутым яростью, мелькали суетливые мысли: почему так произошло? Что делать? Как жить, в конце концов, дальше⁈ Силу я не ощущаю, резерва нет.

Твою же…

– Думаю, Василисе Михайловне не нужно видеть вас в таком виде.

Григорий почти справился с паникой, но седых волос у него явно стало больше.

– Что я не должна видеть? – звонко спросила Вася. – В каком таком виде?

На долю мгновения время растянулось. Я видел отдельными картинками, как она сделала шаг в комнату, смотря на Григория и еще не заметив меня.

Первым желанием было рыбкой нырнуть в собственное тело, но я не шелохнулся. Видел ее покрасневшие глаза и опухшее от слез лицо. Было б у меня сейчас сердце, оно бы сжалось.

Василиса вопросительно изогнула брови, а потом обернулась, проследив за взглядом Григория.

– Леша⁈

Мир взорвался криками, упреками, вопросами и причитаниями. В этот момент я мечтал быть глухим и слепым. Я выслушал о себе все, что Вася про меня думала, и это было щедро сдобрено отборной руганью.

– Леша! Какого хрена ты стал призраком⁈

После этого вопроса в комнате повисла тишина. Она была такая неприятная, что липла к коже и душила, повиснув на моей шее удавкой.

– Давайте обсудим этот вопрос, к примеру, на кухне, – спокойно сказал Григорий. – Там будет удобнее.

Он покосился на лежащее тело, потом на меня и на Васю. Та продолжала кипеть и ждать моего ответа на свой каверзный вопрос.

Удивительно, что коты еще не появились. Их любопытные морды всегда и везде первые. Так почему же их здесь нет?

Не совершая резких движений, Григорий пододвинулся к Васе, взял ее за локоть и вытащил в коридор. Я дал им немного времени, чтобы прийти в себя, а затем вышел следом. Или вылетел? Никак не могу понять, касаются ли пола мои ноги и почему я не проваливаюсь сквозь него.

Когда я вошел на кухню, Вася занималась чем угодно, лишь бы не смотреть на дверной проем. Григорий же впился в меня взглядом.

– Алексей Николаевич, – начал он и покачал головой. – Даже не знаю, что сказать!

– Ничего не говори, – проворчал я. – Я сам не знаю.

– А что с лекарем делать?

Я уже и забыл про него!

– Как я уже сказал, дай ему денег, пусть проваливает на все четыре стороны. Мне такие специалисты не нужны.

– А если заклинания действительно повреждены?

– Григорий! Если бы они не были повреждены, я бы тут сейчас не стоял! В этом и смысл. Думаю, если заново все сплести, то у меня не будет шансов вернуться или я, наоборот, окажусь снова запертым в теле.

Антипкин задумчиво разглядывал то ли меня, то ли стену через меня, а я все смотрел на Васю, которая каждый раз вздрагивала, когда я начинал говорить.

– Я понимаю, что у вас много вопросов, – вздохнул я. – У меня их не меньше.

– Вопросов⁈

Василиса, наконец, обернулась. Уперев руки в бока, бледная лицом и с абсолютно сухими глазами.

– У нас миллион чертовых вопросов!

– Вась, чего ты начинаешь-то? – со всей доступной мне суровостью спросил я. – Думаешь, я специально решил напугать вас таким образом? Лежал себе такой в теле и думаю: дай доведу Григория до седых волос, а Васю до икоты.

– А лекаря – до обморока, – тихо добавил Антипкин.

– Нет, его как раз хотел, – я развел руками. – Признаюсь честно, только это меня и подняло.

Уголки губ Григория дернулись, обозначая улыбку, и взгляд его потеплел.

– Сейчас нужно думать не как такое вышло, а как это исправить! – я хотел грохнуть кулаком по столу, но рука прошла сквозь него. – Да, черт подери…

– Леша… Но как такое вышло-то? Что, вообще, случилось на кладбище?

– Кстати, о кладбище, – кивнул я, старательно собирая мысли из всех углов головы. – Где источник? Вы его забрали?

– Да, конечно, Алексей Николаевич, я его к вам в кабинет отнес. Не знал, что с ним делать.

– Молодец. А с самим кладбищем что? Я слышал ваши разговоры, но интересно, как это выглядит.

– Леша! Ты стал призраком, якорь тебе…

– Вася! – хором крикнули мы с Григорием.

– … в мачту! Почему ты продолжаешь думать об источнике, о грешном кладбище в таком состоянии?

– Когда я думаю, я понимаю, что еще не все потеряно, – тихо ответил я. – Или ты мне предлагаешь лечь и смотреть в одну точку?

– Нет, не предлагаю! – она скрестила руки и грозно посмотрела на меня. – Просто в голове не укладывается. Сначала нужно решить, как тебе вернуться в тело, а уже потом думать про источники.

Она замолчала, а я не знал, что ей ответить. Так и сидели, стараясь не смотреть друг на друга. Пока на кухне не появились коты.

– С воузращением, – сказала Жу и начала меня внимательно разглядывать.

– И тебя ничего не смущает⁈ – кажется, у Васи дернулся глаз. – Леша стал призраком!

– А неучего былоу плеусти зауклинания ряудом.

После такого Василиса окончательно разъярилась, подхватила первое, что попалось под руку, и бросила. Нужно отдать должное ее доброте, кружка полетела не в нас, а в другую стену, и с грохотом разлетелась на мелкие осколки.

– Если бы не я, – дрожащим от гнева голосом произнесла Вася, – то и такого бы не было.

Она махнула рукой, указывая на меня. Спасибо, конечно, дорогая. Как же без тебя-то, а⁈

– Давайте дружно успокоимся и рассмотрим варианты, – я поднял ладонь, и все дружно перевели на нее взгляд.

Я вздохнул.

Разговор не клеился, напряжение росло с каждой секундой, и я никак не мог придумать, как его развеять. Поэтому просто вышел с кухни, возвращаясь к своему телу.

– Леша! Ты куда⁈ – раздался крик мне в спину. – Мы придумаем что-нибудь! Обязательно!

Я не ответил, а Вася не побежала следом. Нам всем нужна была небольшая передышка, чтобы переварить мой новый вид.

– И каук ты себяу чувствуешь? – Жу бесшумно двигалась за мной и была единственной, кто спросил про это.

И пусть я понимал, что для них я стал шоком, но осадок все равно остался.

– Никак, – я остановился у самой лестницы, не решаясь пройтись по ступеням. – Что ты сделала, когда прыгнула на меня?

– Доубавила в зауклинание приузраучную силау.

– И это выбило дух из тела?

– Оноу и неу былоу таум.

– То есть, ты знала еще с кладбища? И ничего не сказала? – у меня не было сил злиться. – Вася была права.

Жу прикрыла глаза, соглашаясь со мной. Вот же засранка, а?

– Рассказывай, – я все топтался у лестницы.

– Тыу соубираешься подняуться? Или таук и будеушь здеусь?

– А если я провалюсь?

Откуда у меня эти опасения? С чего вдруг я боюсь этих чертовых ступенек⁈

И решительно сделал шаг.

– Надо же! – вырвалось у меня. – А почему тогда кулак прошел сквозь столешницу?

– А яу откудау знаую?

Другого ответа я не ожидал.

Дойдя до кабинета, я снова остановился, теперь уже перед дверью. Если я возьмусь за ручку, то пальцы пройдут через нее? А весь я?

Почему бы не попробовать?

Не дав себе времени на лишние моральные терзания, я буквально с головой нырнул через полотно двери. Секунда шока, и вот я уже в кабинете.

– Получилось! – обрадованно сообщил я кошке, но она-то осталась с другой стороны. – Зараза! И как теперь впустить ее⁈

Я выглянул через дверь на возмущенно смотрящую на меня кошку.

– Поговорим в другом месте, – я заметил, что веранда открыта. – Думаю, на свежем воздухе будет удобно.

Кошка ничего не сказала, и я был ей за это благодарен.

Я еще никогда не был на этой веранде, как-то совсем не было повода даже зайти. Застыв у самых перил, я задумчиво рассматривал соседние здания, густо укрытых зеленью деревьев.

Жаль, что совсем не чувствую запахов, наверное, сейчас одуряюще сладко пахнут персики и цветы.

– Неу сваулись, – раздалось позади меня.

– Не смешно. Так почему же мой дух выбило из тела на кладбище?

«Попробовать сесть в кресло? Или я провалюсь сквозь него?» – мелькнула в голове дурацкая мысль.

Последовавшую за ней вспышку гнева я подавил очень быстро. Нет времени. Потом, все это потом. Сейчас все мое внимание было сосредоточено на Жу, которая делала вид, что она здесь просто так сидит.

– Так что? – поторопил я ее.

– Думау, чтоу дух из тебяу выбиули на клаудбище, коугда вспыухнуло всеу от тогоу зауклинания.

– Я надеялся услышать что-то новое.

Пришлось коротко рассказать ей, что случилось возле могилы Вотке, а также про непосредственное участие магистра. Жу несколько раз просила меня повторить момент с пребыванием в темноте. Про рябь, про то, как я представлял дверь, даже просила нарисовать эти знаки, словно забыв, что я не могу держать в руках карандаш.

В ответ я предложил показать их в книге, как только найдется помощник с руками. Нормальными, а не лапками и не призрачными.

– Ты знаешь, что это за место? – спросил я. – Где я был?

– Меуртвый магиустр заутянул тебяу в проустранство меужду мирауми.

– Между мирами⁈ – я упал в плетеное кресло.

– Неу проувалился.

– Что?

В тот же момент, когда я понял, что именно она имела в виду, то сразу же рухнул на пол.

– Жу! Какого черта⁈ – я поднялся. – Так что за пространство между мирами?

– Соузданное силау маугистра.

– Так оно не общее? Не как та дверь на дне озера у белых атарангов?

– Оубщее дляу миуров, ноу этоу тоулько егоу. Этоу случауется, еслиу егоу слишкоум раноу убили.

– Как это рано? И что теперь? Переубивать его?

– Неут. Ужеу поуздно. Этоу и не имеут знаучения.

– Почему?

– Оун сделаул, чтоу хотеул.

– И что дальше? Как мне вернуться в тело, если остался всего месяц?

– Тебеу нужноу обраутить веусь проуцесс обратноу.

– И как это сделать?

– Запустиуть истоучник.