Текст книги "Как достать архимага 5 (СИ)"

Автор книги: Лев Котляров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Десятки, сотни десятков золотых снежинок в одно мгновение закружилось вокруг меня, чтобы потом прилипнуть к могилам, в которые еще не ударила молния.

Вот значит как.

Пока защитные плетения восстанавливались, я, не отрываясь, смотрел на нависшую надо мной волну. Она не торопилась нападать, но уже достигла наивысшей точки. Чего же она ждала?

Магистра.

Едва я о нем подумал, как всполохи магии сложились в огромную черепушку с длинными белыми волосами, – или это были лишь отблески? – и огромными провалами вместо глаз.

Загрохотало.

Не так, как бывает во время грозы, а намного сильнее. У меня разом перетряхнуло все внутренности, и клацнули зубы.

Как и у черепушки.

Воздух завибрировал рваным ритмом. Сначала я никак не мог понять, что происходит, а потом до меня дошло: магистр изволил со мной беседовать.

Вот только он был настолько силен после смерти, что голос стал восприниматься иначе.

– Говори внятно! – крикнул я. – Ни черта непонятно!

На мгновение вибрации закончились, но я лишь успел перевести дух, как Вотке заговорил снова.

– Я есмь все! Склонись передо мной, смертный!

– Схренали⁈

В эту секунду я как никогда понимал манеру общения мертвого Орландо и был, можно сказать, солидарен с ним.

– Дерзишь мне, смертный!

Его голос раздавался отовсюду сразу: сверху, снизу, снаружи головы и внутри нее. От него нельзя было скрыться, да я и не пытался – силы на силовое поле уже почти не осталось.

Я надеялся, что защитные заклинания, что делали пять архимагов, должна хоть немного сдержать дух магистра. Но как бы я ни вливал в них магию всех видов, кроме молний, ничего не происходило.

Мне нужно было больше силы! Больше!

– А кто ты такой, чтобы склоняться перед тобой? – прокричал я.

Мне нужно было немного времени. То ли я надеялся на Васю и ее кровь, то ли на заклинания, то ли на собственный разум, который вот-вот должен подкинуть годную идею, как все спасти.

Надежда таяла с каждой секундой.

– Я магистр! Магистр Вотке! – прогрохотало в ответ.

– Водка? Нет, водку я не люблю! – с иронией прокомментировал я. – А ты, получается, запойный? И как ты до такой смерти-то докатился? Проспаться тебе нужно, барин!

Знаю, что зря дразнил магистра, но иного пути я не видел. Время все тянулось, заклинания выжимали из меня все силы, а идей все не было.

На мой выпад, к слову, Вотке отвечать не стал. Вместо этого волна пришла в движение, сметая все на своем пути.

Последнее, что я отчетливо запомнил – это как вспыхнули нити защиты и как я закрывался силовым щитом из небесной силы.

Потом пришла темнота.

Глава 9

Темнота была повсюду.

Я и сам был темнотой, лишенный тела, дыхания, биения сердца, но не разума. Да, ведь мысли в голове все же были и местами даже разумные. Но где был я сам?

Неужели я умер? Вроде же успел закрыться силовым полем, да и защитные заклинания должны были сработать. Должны.

Но если и умер, то вся эта темнота не слишком похожа на посмертие.

Тогда, что произошло? А Жу? Смотритель? Выжили они? Не задело их? А что стало с кладбищем?

Надо срочно выбираться из этого странного места, чтобы убедиться, что с ними все в порядке. Да и понять, что с самим кладбищем.

Только как это сделать?

Не успел я додумать эту мысль, как тьме прошла рябь. Она мне напомнила движение волн: неспешное, чарующее и даже успокаивающее.

– Все еще сопротивляешься, человечишка? – раздался чей-то надменный голос. – Пустое.

– Кто ты такой и что это за место? – у меня не была рта и отвечал мысленно, хотя голос, вроде как звучал вне моей головы.

– Я есть все! А ты стоишь на пороге смерти, – ответил неизвестный собеседник.

– А где дверь тогда?

Мне очень хотелось, чтобы во фразе был яд, или хотя бы сарказм, но выразить эмоции не получилось.

– Она появится, как только я решу, куда тебя отправить.

– Обратно.

– Почему?

– А почему нет?

Разговор явно не складывался. Я ощущал, что меня изучают, перетряхивают мою жизнь по годам, дням и минутам. Можно было бы сказать, что мне это не нравится, но все снова упиралось в отсутствие эмоций.

– Резонно, – согласился невидимый собеседник и снова замолчал.

Почему же я умер? Или все-таки нет?

Я задавал этот вопрос себе из раза в раз, но никак не находил ответа. Не верил, что так закончится моя жизнь. Нет! Я же хотел стать бессмертным. К тому же у меня есть Григорий, Вася, коты, проблема с магией, да еще целый дормез мелочей, которые никто без меня решать не будет. Единственное, что меня могло сейчас успокоить, так это то, что у меня есть завещание и отдельные указания для Григория.

Но лучше бы мне вернуться.

Все, что от меня осталось, воспротивилось всему этому месту и дурацкому состоянию.

– Не дергайся, – вдруг сказали мне.

– Буду! Не собираюсь оставаться здесь ни одной лишней секунды.

– У тебя нет выбора.

– Выбор есть всегда!

Я мысленно пытался нащупать в себе то, что поможет выбраться из темноты и этой ряби. Она все колыхалась, буквально сводя меня с ума. Хотелось остановить ее движение, разгладить, успокоить. Теперь она меня раздражала.

Вдруг я увидел очертания своей руки.

Интересно.

В голове моментально начали всплывать картинки из жизни, когда я был взбешен сверх меры. Кажется, именно в гневе и раздражении скрывался секрет появления моего силуэта.

Первой, конечно, появилась Жу. Потом мелкие чиновники, которые тянули из меня нервы по любому поводу. Следом я вспомнил одного из военных, под чьим началом я служил по молодости. Редкостный гад, который воровал так, что на нем не только шапка, но и весь мундир горел.

Вереница лиц тянулась, распаляя меня еще больше. На мгновение мне показалось, что я что-то почувствовал.

– Что ты делаешь⁈ – внезапно громкий крик разорвал тишину и сбил концентрацию.

Зараза!

– Пытаюсь выбраться! – прорычал я мысленно. – Не мешай!

– Никто не имеет права со мной так разговаривать!

– А кто ты, вообще, такой⁈

– Тебе это знать не положено, – отрезал голос.

– Тогда и не мешай, – была бы рука, рубанул бы ладонью воздух.

Неожиданно я ощутил движение воздуха. Не знаю как и чем, но что-то изменилось.

– Дерзкий! Наглый!

– Да, да, – отозвался я, – здесь я тебе такой не нужен и все такое. Ладно, согласен, отправляй меня обратно.

– Что⁈ Да ты хоть понимаешь…

– Не понимаю. И не собираюсь. Мне нужно назад, – припечатал я фразу, насколько это возможно сделать было мысленно.

Мой ответ явно не понравился собеседнику. Да и плевать я хотел на него! Мне, действительно, пора возвращаться, а не болтаться тут в темноте. Непонятно где.

Там мертвецы на кладбищах, духи не успокоенные, Василиса, небось, переживает. В общем, бардак. Злость придала мне сил, и я стал замечать, как начал чувствовать холод и сосущую пустоту в области сердца.

Мысленно прокрутив в голове все детали того, что было до этого места и что произошло здесь, мне в голову пришла совершенно дикая идея.

– А не магистр ли ты, часом? – спросил я.

– Какой магистр? Не знаю я никаких магистров, – последовал поспешный ответ.

– Слушай, Вотке, я сейчас вернусь в реальный мир и успокою тебя, самым надежным образом, – строго подумал я. – Чего ты все время буянишь-то? Жену простить никак не можешь?

– Стерва! – впервые в голосе прорезались эмоции.

– Еще какая! Согласен. Но и ты тоже хорош, вел себя, как последний идиот. Не удивительно, что она тебя отравила.

– Да как ты смеешь⁈

– Ты помер уже четыреста лет назад, а все обижен на нее. Ненормально это для магистра твоего уровня.

– Это еще почему?

– Потому что ведешь себя, как обиженный ребенок, – я хотел рассмеяться, но не сумел. – Хочешь, найду твою жену и доставлю ее тебе?

– Нет! Видеть ее не желаю! Стерва! Дрянь!

– Спокойно, магистр, спокойно. Давай-ка я выберусь отсюда, и что-нибудь придумаю. Дел у меня там много осталось незавершенных, а призраком их недоделаешь.

– Призраком? А чем тебя бестелесное существование не устраивает? Летаешь где хочешь, никаких преград, ни чувства голода, ни страха.

– Ни вкуса еды, ни дружеского рукопожатия, ни простого доброго удара в челюсть, – дополнил я его список. – Да и через ограду кладбища не выбраться. Нет, мне такое не нравится. Возвращай обратно. Или я сам. Выбор за тобой.

Наступила тягучая тишина. Рябь то вспыхивала, то затихала, не исчезая окончательно. Приступ гнева схлынул, оставив после себя рваную дыру в душе.

Голос молчал.

Я постарался снова разозлиться, напрягал силу воли, всей сутью стремясь выбраться из этого места. Но я не понимал, как это сделать. Захотеть? Создать дверь?

Черт, не чувствую резерва! Да что там, у меня не было никакого резерва!

Значит, и магии тоже нет.

А, хрен с этим! Справлюсь! Я должен вернуться!

– Так, так, так, – вдруг заговорил голос. – Решение принято.

– Тогда я собираю вещички, – ответил я. – Верни меня к ограде кладбища.

– Что? Наглец! Я тебе сейчас устрою!

Темнота поменялась. Неуловимо, но я ощутил. Но не обращая внимания на это, я продолжал собирать волю в кулак и думать о доме. О Василисе, Григории, даже о котах. Шерстяные засранцы.

Мысль об атарангах подкинула еще одну идею, и я начал представлять перед собой символы, что открывают двери. Неожиданно некоторые из них начали светиться. Я усилил напор, прорисовывал снова и снова каждый знак, пока вся надпись не начала ярко сиять.

– Прощай, – сказал голос. – Решение принято.

Темнота вздрогнула снова, запульсировала, и меня куда-то потащило. А потом буквально размазало по реальности. Единственное, что меня держало в сознании – это символы атарангов.

– Нет! Куда! – крикнул голос обеспокоенно. – Не туда! Что ты делаешь⁈

Его вопль только подтвердил, что я все делаю правильно.

Напрягая волю и воображение до упора, мне не только удалось удержать внимание на надписи, но и собрать образ двери. В ней почему-то проступило лицо Васи. За него я и зацепился, потянувшись к нему всем собой.

Голос сорвался на визг, заскрежетал, растянулся до неразборчивого звука и пропал.

Как и я сам. Темнота вспыхнула яркими красками. Ослепила.

Раздавила.

* * *

– Леша! – женский голос говорил очень требовательно. – Леша! Какого черта ты тут устроил⁈ Леша! Да очнись же ты!

– Помер. Однозначно помер, – недовольно буркнул мужской, явно старый. – Надо стражников кликнуть, чтобы забрали тело. Не думайте, что на этом кладбище ему выделят место.

– Какое тело, какое место, старый ты дурак⁈ Это же архимаг! Он не может умереть!

Голоса ввинчивались в мозг, но почему-то мне никак не удавалось разглядеть лица говоривших. Вроде я должен знать говоривших. Отказало не только зрение, я не чувствовал запахи, холода, боли. Ничего.

– Василиса Михайловна, – появился третий голос. – Я сейчас приподниму его, а вы влейте ему в рот эликсир.

– Конечно, Гриш, конечно, – торопливо и беспокойно сказала девушка.

Интонации были очень знакомы. Василиса Михайловна!

Вася!

Я судорожно хватанул ртом воздуха, но ничего не ощутил. Может, у меня сильный шок? Ударился головой? Почему я не чувствую биения сердца?

Открыть глаза не получалось, что-то мешало. Да что происходит-то⁈ Я в коме⁈

– Он не глотает! Гриша! Сделай что-нибудь!

– Василиса Михайловна, не волнуйтесь. Кажется, что он просто без сознания.

– Да помер он. Стражников звать надо.

– Уймись, старик! Леша не умер! Это… это… магический сон! Лекаря нужно! Срочно!

– Зря надеетесь, – хмыкнул голос и начал отдаляться. – Сейчас напишу, раз вам так хочется. Сколько лет на кладбище работаю, никогда такого не видел…

Наступила тишина, нарушаемая звуками текущей воды, шорохом травы и еще чего-то, что я не смог распознать. Да что происходит-то⁈

Мысли в голове были, словно я опять оказался в той странной темноте, без единой возможности двинуть ни рукой, ни ногой.

– Жу, а ты чего сидишь⁈ Что мне нужно сделать, чтобы Леша очнулся⁈ Почему ты молчишь⁈ – закричала вдруг Вася.

Точно, я вспомнил. Еще же и коты.

– Вауся, – мурчаще начала она. – Пеурестань егоу тряусти. Этоу ему неу помоужет.

– Но я хоть что-то делаю! Леша! Очнись, черт тебя дери! Ты меня слышишь⁈

«Да очнулся, слышу!» – мысленно крикнул я.

Наверное, я действительно, под магическим ударом, что не дает мне пошевелиться? Поймут ли это лекари?

Ощущение собственной беспомощности очень злило. Я изо всех сил старался напрягаться, но не чувствовал ровным счетом ничего. Будто у меня вовсе не было тела.

Василиса продолжала требовательно звать меня по имени, Григорий просил ее успокоиться, предлагать выпить эликсира. Только кошка молчала. Признаюсь, в таких обстоятельствах, это напрягало сильнее всего.

– Лекари скоро будут, – я вспомнил, чей это недовольный голос. – Едут.

Смотритель. Значит, он тоже не пострадал. А что само кладбище? Уцелело хоть? А источник?

Вопросы теснились в голове и не находили выхода. Я все еще не чувствовал ни резерва, ни магии. Истощение? Скорее всего. Других у меня вариантов не было.

Сколько мне еще валяться в таком состоянии? Где там уже лекари? Надеюсь, среди них найдется хоть один с мозгами.

Вася о чем говорила с Григорием. Я напряг слух, услышав, что они начали говорить про кладбище.

– Василиса Михайловна, мне сложно сказать. Когда я был с Алексеем Николаевичем здесь вчера, тут были просто могилы и надгробия. Некоторые даже красивые.

– Пусть хоть десять раз красивые, но там же мертвецы!

– Это я вижу. Но вы не переживайте, Василиса Михайловна, мы с вами стоим за оградой, до нас они не дотянутся.

– Но на воротах даже замка нет!

– Это магическое поле.

– Егоу воусстаноувил Алеуксей. Поучти вовремяу.

– Леша? Молодец какой, я в нем не сомневалась, – Вася замолчала. – Но тогда почему тогда он в таком состоянии? Я его тормошу, а он не отвечает!

– Дождемся лекарей, Василиса Михайловна. Они вот-вот приедут.

– Гриш, а ты его знаешь?

Вася сказала это очень тихо, но я услышал. Видимо, из-за отсутствия зрения, у меня слух обострился. Интересно, кого она имела в виду? Смотрителя? Наверняка его. Я улавливал его шаги где-то недалеко.

Шарк. Стук. Шарк. Стук. Шарк. Стук.

Бродит со своей палкой вокруг. Бормочет что-то.

– И как я теперь с этим разберусь? Что мне скажет департамент? Кто все это будет восстанавливать⁈ При отце такого бардака не было.

Из всех слов я понял, что на кладбище сейчас творится форменный кошмар. Надеюсь, ограда спасет город от всего этого.

Черт! Как же выбраться из этого дурацкого состояния⁈ Мне нужно знать, что там за оградой! Что с источником!

Мысли бились в чуть ли не в лихорадке.

Кошка! Конечно! Как я сразу не понял! Белоснежный атаранг со мной говорил, транслируя слова прямо мне в голову. Жу тоже так могла, я уверен. По крайней мере, очень на это рассчитывал.

Я усиленно стал думать, представлять ее образ, шерсть, рога, крысиный хвост. И черные глаза щелочками.

«Ответь мне! Ответь! Ну⁈»

Раздалось шипение, грозный мяв и рычание. Услышала ли она меня? Или я перегнул палку?

– Жу, что случилось, милая? Ты в порядке?

– Дау! – рыкнула она. – В поурядке!

«Ты меня слышишь⁈» – требовательно спросил я, но уже без былого напора.

Снова шипение, но никакого ответа.

– Жу! Куда ты побежала⁈ Что случилось⁈ – с тревогой крикнула Вася.

Но кошка ей не ответила. Куда же ее понесло?

Черт! Черт! Черт!

Что делать-то⁈

Я каждую секунду пытался найти хоть единую крупицу магии. Так бы я смог дать сигнал, что я жив. Ничего не получалось, силы не было. Ни единого всполоха. Я ее не чувствовал. Вообще!

Где же лекари⁈

– Сюда! Сюда! – крикнула Вася.

А вот и они. Я мысленно перевел дух. Они уж точно разберутся!

В глубине души я не верил в их способности. Если уж эликсир Васи не поставил меня на ноги, куда уж там лекарям?

Раздались новые мужские голоса: звонкий молодой и поставленный густой баритон. По тяжелым шагам я смог определить, что второй – крупный мужчина.

– Добрый день! – первым разговор начал баритон. – Дерек Уайт, старший целитель. Этой мой помощник Стивен Цик. Что тут у вас?

– Это мы у вас должны спрашивать! – нетерпеливо сказала Вася. – Что тут у нас?

– Добрый день, – вмешался Григорий. – Мужчина, архимаг. Без сознания, возможен магический удар, а еще и просто ударился головой. Смотритель сказал, что его отбросило через все кладбища за ограду.

– Уберите животное! – воскликнул Стивен. – Она мне мешает.

Раздалось знакомое фырчанье.

– Жу, пожалуйста, отойди от Леши, – голос Василисы смягчился.

Еще одно фырчанье.

– Спасибо, – это уже Уайт. – Мы немедленно займемся пациентом. Говорите, магический удар? Тогда возможно еще и истощение. Святое небо! Что это такое⁈

– Не отвлекайтесь, будьте добры! – с нажимом сказал Григорий.

Видимо, лекари так увлеченно решили заняться делом, что не сразу заметили ситуацию на кладбище. Значит, я был прав и там творится полнейший кошмар.

Но про это потом. Сейчас мне больше всего интересовало, что с моим телом и почему я не могу прийти в сознание. А еще ничего не вижу, черт бы побрал это состояние!

– Так-с приступим, – сказал Уайт, видимо, Стивену. – Сначала проводим полный анализ состояния. Вот таким плетением.

На некоторое время повисла тишина, и я слышал только дыхание и слабое биение сердца Василисы. Странно, что я до сих пор чувствую ее кровь.

Может, попробовать достучаться до Васи так? Нет, рискованно. Подумает, что сердечный приступ, перепугается!

– Не понимаю, а почему заклинание рассеялось⁈ – возмущенно воскликнул Цик. – Мастер?

– Отойди, я сам попробую, – недовольно буркнул Уайт.

Снова тишина, но уже неприятно тревожная. Если бы я мог, то тоже задержал дыхание. Но увы. Я не ощущал даже этого. Как же задолбало это состояние!

– Что с ним⁈ – Вася не выдержала первой.

– Подождите, я попробую другое заклинание. С этим что-то не так. Видимо, в теле совсем магии не осталось, вот оно и не срабатывает, – голос Уайта странно дрогнул.

– Но вы же… – вдруг начал Григорий, но оборвал фразу на середине. – Пробуйте. Сделайте все, что в ваших силах.

– Да-да, конечно.

– Мастер?

– Цыц!

Опять молчание, шорох одежды, щелчки пальцев.

Да что ж такое происходит⁈ Что они так долго делают? Что с заклинанием?

– Ничего не понимаю, – пробормотал Уайт. – А если вот так?

– Мастер? Но почему это плетение?

– Цыц! Не лезь под руку!

И вдруг я что-то почувствовал. Легкое касание силы, как порыв теплого ветра. Он принес с собой надежду, что у меня есть шанс вырваться из этого чертового состояния.

– Ох! – простонал Уайт. – Почти весь резерв израсходовал.

– Мастер?

– Господин лекарь? – едва дыша спросила Вася. – Что с ним? Что случилось?

– Я решительно ничего не понимаю, – рассердился Уайт и стукнул себя по колену. – На нем не срабатывают заклинания.

– Но не последнее? – уточнил Григорий. – Что это было за плетение?

– Да, вы правы, оно почти сработало. Пробилось, – неуверенно ответил он.

– Объясните толком, что с Лешей?

– Дело в том, что по физическим параметрам он не реагирует… Есть отклик только на духовную сущность… Это сложно объяснить, я о таких случаях только читал…

– Что это значит, – напряженно спросил мой помощник, а потом повторил свой вопрос, чеканя каждое слово. – Что это значит⁈

Уайт долго не отвечал, но я уже понял, что он хотел сказать. Наконец, лекарь шумно вздохнул и выдал:

– Боюсь, что ваш друг мертв. Примите мои искренние соболезнования.

Глава 10

– Что значит мертв? – едва слышно переспросила Вася, потом замолчала и крикнула. – Что значит мертв⁈ Вы охренели, совсем, что ли⁈

«Мертв⁈» – если я чувствовал сердце, оно бы точно сейчас остановилось.

Хотелось заорать, что жив, что просто застрял в теле, что архимаги просто так не умирают.

Ярость, густо замешанная с бессилием, требовала выйти наружу, но у нее не было шансов. Я горел в этих эмоциях, пытался подвигать рукой или ногой – хоть как-то подать сигнал Васе или Григорию.

Послышалась возня, писки Василисы, кажется, мой помощник ее пытался успокоить и не дать ей ударить лекаря. Тот отпрыгнул от меня.

– Пусть выполняет свою работу! – кричала она. – Он жив! Жив! Леша!

– Господин Уайт, – вкрадчиво произнес Антипкин. – Вы же сказали, что одно из заклинаний дало результат. Что это значит?

– Да, действительно, дало, – ответил лекарь. – Это меня и удивило. Возможно, магия не позволяет душе уйти из тела. Поэтому я и ощутил что-то. Однако сказать вам точно, что именно это значило, я не могу. Опыта нет.

– А кто может? – голос Григория звучал звеняще спокойно, что подсказало мне о его сильнейшем переживании.

– Я напишу письмо в центр исследования магии…

– И чего вы ждете⁈ – крикнула Василиса. – Пишите! Немедля черт бы вас побрал!

Вернусь к жизни, обязательно проведу с ней беседу о чистоте речи! А то нахваталась от меня всякого.

– Василиса Михайловна, – мягко сказал Григорий, – мы со всем разберемся.

– Да? Разберемся? Интересно, как же⁈ И где коты, когда мне нужен их совет⁈ – она топнула ногой.

Вот и мне интересно, куда ушла Жу и почему не пришел Ли.

Вася все злилась, ругалась, рычала и поминала всех магов на этом свете, которые, вообще, ничего не умеют и не могут. Отдельно досталось и, как я понял, призракам за оградой. Она их бранила так, что я даже заслушался.

Часть выражений явно были не из моего лексикона. Видимо, моряки во время нашего путешествия на корабле постарались. Но это все потом. Сейчас в приоритете всего одна задача – подвигать пальцем или дернуть веком.

– Я понимаю ваши чувства, – голос Уайта приблизился, – однако мне нужно понять, что делать дальше. Я могу предложить вам забрать тело до выяснения всех обстоятельств в городской морг…

– Морг⁈ Он живой, дубина! – крикнула Вася. – Нет! Не отдам!

– Согласен с Василисой Михайловной, – добавил Григорий. – Когда Алексей Михайлович придет в себя, ему будет неприятно обнаружить себя в ящике среди трупов.

В этот момент я очень захотел пожать ему руку. Он сказал не «если», а «когда». Это внушало надежду, что мы все, действительно, справимся, и я смогу вернуться к нормальной жизни.

– Понимаю, понимаю, – ответил лекарь. – Могу ли я предложить отдельную палату в местной больнице? Он будет находиться под постоянным присмотром, ведь нужно максимально остановить все процессы в теле, чтобы оно не…

«Испортилось?» – мысленно добавил я.

– Чтобы оно не подвергалось природным изменениям, – выкрутился Уайт.

– Охладить или поместить под слой льда? – уточнил Григорий. – На это у меня сил хватит.

– Вы верно уловили мою мысль, однако я хотел бы попросить вас доверить это профессионалам.

– Я бы предпочел, чтобы Алексей Николаевич находился дома. Ваши профессионалы будут приходить и наблюдать за ним.

– В больнице ему предоставят весь спектр услуг… – не слишком довольно ответил Уайт. – Простой лед здесь не подойдет. Точнее, нужно особое заклинание, которое не просто заморозит, но и поддержит функции организма.

На деньги, что ли, он их разводит, не пойму никак? Я слышал о некоторых плетениях, которые помогали остановить разложение тканей и буквально консервировали тело.

Я мысленно поморщился. Думать о таком было неприятно. Ладно, когда это кто-то другой, но это же про меня! Про мою кожу, мышцы, органы и потроха!

Интересно, а что есть еще, более подходящее для такого случая?

– Какие еще варианты? – Григорий будто уловил мои мысли.

– Мне нужно посоветоваться с коллегами, – задумчиво произнес Уайт. – Однако вы должны понимать, что времени у вас очень мало на принятие решения.

– Хорошо, – сказал Антипкин. – Тогда отправляйте запрос на доставку Алексея Николаевича домой, а там разберемся.

– Вы уверены? Наша больница считается лучшей в этой части города. К тому же и расположена удобно. Для вас можно сделать возможность навещать вашего друга в любой момент времени. Да и не забывайте, ему нужен постоянный присмотр.

Ох, чую, они меня еще и изучать собрались. Хотелось крикнуть Григорию, чтобы он не соглашался.

– Знаете, как говорят, – ответил мой помощник, – что дома и стены помогают. Я настаиваю на этом.

«Я пожму тебе руку, дружище. Как только проснусь, сразу это сделаю», – подумал я с благодарностью.

– Хорошо, дайте адрес дома, и я все организую.

Мне показалось, что его ответ звучал очень недовольно. Что, не вышло вытянуть больше денег? Знай наших!

Вспышка этой радости вышла довольно зыбкой и быстро растаяла под грузом остальных проблем.

Может, мое состояние все же временное? Магия все равно должна восстановиться, а там, глядишь, и начну шевелиться. Да, почему-то последнее волновало меня больше всего. Ведь даже если меня посадить в инвалидное кресло с магической поддержкой, у меня все равно не будет возможности использовать силу. А какой я тогда буду архимаг?

Никакой.

Это злило сильнее всего.

Почему со мной это произошло? Зачем Вотке вернул меня назад в таком виде? Решил показать, каково быть мертвецом с сознанием?

Я снова решил перебрать в голове детали моего возвращения. Помню крик Вотке, он был явно недоволен тем, как шло перемещение. Это почти стерлось из памяти, ведь когда меня начало тянуть в той темноте, я все время держал внимание на двери атарангов. Возможно, именно это сделало меня таким?

А что хотел сделать Вотке?

Чтобы это узнать, мне нужно выбраться из этого чертового состояния!

Пока я размышлял, лекарь уже отправил письма. Я в очередной раз с горечью отметил, что не ощутил ни единого всполоха силы. Гадство.

Вася опять опустилась рядом со мной. Шелест ее одежды недвусмысленно мне на это намекнул.

– Леша, очнись, пожалуйста, – шептала она. – Мне страшно. Как я буду без тебя? Очнись!

«Ты не представляешь, как я хочу выполнить твою просьбу!» – зарычал я мысленно.

– Леша…

Я услышал в ее голосе слезы.

«Не плачь, милая. Я обязательно решу этот вопрос.»

– Василиса Михайловна, давайте дадим возможность лекарям работать.

Он помог ей подняться, я мысленно проследил за их шагами. Они смешались с торопливыми чужими. Шуршала ткань, раздавались короткие команды, и вот уже, как я понимаю, меня начали грузить в карету скорой помощи.

– Василиса Михайловна, пойдемте. Я вызвал возницу, мы поедем следом за ними, – голоса начали удаляться.

А вокруг меня были только лекари. Я вслушивался в их разговор, надеясь на обсуждение моего состояния.

– Марк, я слышал, что игру перенесли на сегодняшний вечер. Ты пойдешь с нами?

Первого говорившего я окрестил Игрок, он явно был очень молод и все время суетился, производя много шума.

– Какая теперь разница? – ответил Марк. – До ночи провозимся с этим.

Этот лекарь был постарше, а еще он интересно тянул гласные, словно был выходцем из сельской местности.

– Я не пойму, на кой ляд мы этим занимаемся? – это уже третий лекарь. – Мужик точно мертв. Зачем с ним возиться? Мало того что домой отвезти, так еще и полностью обеспечить его сохранность. Это же на несколько часов работы! А если там помещение не подходящее? Сколько нужно заклинаний вешать? А если домашние животные?

– Заткнись, Ллойд, – цыкнул Марк, – сказали перевезти и обеспечить. Нам за это платят.

– Ну и что, что платят? Я же не про это говорю, – Ллойд стукнул кулаком по колену. – Я смысла не могу понять. Он же мертв! А может, у них это часть какого-нибудь ритуала? Может, они, вообще, не хоронят, а выставляют их в каком-то музее. Кстати, а он хоть знаменит? Может, в этом дело?

– Тебе больше заняться нечем? – рыкнул Марк. – Начни уже плести заклинание.

– А чего я сразу⁈ Ты же старший смены!

– Потому что болтаешь много и не по делу, – хохотнул Игрок.

– Хватит болтать, за работу! – припечатал Марк, и разговоры затихли.

Все пространство кареты заполнилось шорохами одежды, щелканьем пальцев и тихим бормотанием. Я ничего не чувствовал от их действий. Ни холода, ни тепла, ни прикосновений. Надежда, что тело еще как-то может мне помочь. Бесполезный кусок мяса!

Надеюсь, эти лекари толковые и все настроят правильно. Не хотелось бы вернуться в поврежденное тело с неучтенными дырками. Или еще чем похуже.

Сложно было оценить, сколько времени заняла поездка, думаю, около тридцати минут. Возница явно старался ехать медленно и аккуратно. И на том спасибо.

– Выходим, – скомандовал Марк, и все запыхтели. – Куда?

– На первом этаже есть комната, – раздался голос Григория. – Там будет удобнее всего. Что вам нужно?

– Не мешайте, – коротко ответил лекарь.

Загрохотали шаги по деревянному полу, скрипнули двери, двигалась мебель. Я слышал тихую ругань и мягкую поступь котов. Ли и Жу спрыгнули со ступенек и, как я думаю, наблюдали за всем происходящим.

Я все ждал, когда лекари закончат, чтобы все спокойно обдумать. И попробовать еще раз докричаться до пушистых засранцев. В этот раз буду действовать аккуратнее.

Едва выпроводили одних, как пришли новые люди. Не дом, а проходной двор какой-то! Я прислушался, чтобы уловить слова.

– Где труп? – пробасил кто-то.

– Какой труп⁈ – воскликнула Вася. – Он жив! Имейте совесть!

– Простите, да-да, конечно же, – смутился лекарь.

Видимо, ко мне приехал тот самый профессионал, о котором говорил Уайт. Послушаем, что он скажет. Пока он произвел на меня неприятное впечатление своими словами.

– Прошу вас в комнату, – вмешался Григорий. – Василиса Михайловна, вы не приготовите нам чай?

Топнула маленькая ножка, и раздались шаги, уходящие в сторону кухни. Вася злилась, это я сразу понял.

Захотелось обнять ее, утешить, нашептать какую-нибудь чушь, угостить мороженым. Да еще много всего сделать!

Я снова попытался пошевелить рукой, но мне это никак не удавалось. Зараза!

– Простите, я не представился, – раздался голос лекаря прямо над головой. – Серго Козински.

Легкий скрип кожи и шелест ткани подсказал, что Григорий с Серго пожали руки.

– Что вы собираетесь сделать?

– Сейчас проведу базовое сканирование, потом сплету несколько защитных заклинаний. Они должны сохранить тело в таком виде.

– Вы не могли бы добавить еще и лечебных заклинаний?

– Лечебных? На что вы рассчитываете? – голос звучал с удивлением.

– Просто сделайте, – жестко сказал Григорий.

– Хорошо, как скажете. Тогда позволите, я начну работать.

– Я хотел бы поприсутствовать, – он не пошевелился.

Лекарь не ответил и зашуршал тканью.

Я прислушивался к своим ощущениям, стараясь почувствовать хоть что-нибудь, но тщетно. Меня заблокировало со всех сторон: и магии нет, и двигаться не могу.

Как достало все это!

Козински все пыхтел и пыхтел, плетя заклинания одно за другим. Я не чувствовал этого, но понимал, что раз так долго, значит, их было много. Сложно оценить, не видя это собственными глазами.

Святое небо! Как же я хочу поднять руку! Да хрен с рукой, моргнуть! Дыхнуть! Ощутить тепло!

Чем дольше работал лекарь, тем быстрее я приходил к мысли, что магия мне не поможет. Резерва не было, реакции на плетения – тоже.

Чертов Вотке!

В один момент я даже не понял, чего хотел больше: встать с каталки или создать заклинание, которое добьет мертвого магистра.

Была бы возможность, я бы шумно выдохнул.

Ладно, какие у меня варианты, кроме, как ждать, что магия лекарей сработает? Только пытаться и снова пытаться.