355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Лев Златкин » Убийство в морге » Текст книги (страница 16)
Убийство в морге
  • Текст добавлен: 16 марта 2017, 16:30

Текст книги "Убийство в морге"


Автор книги: Лев Златкин



сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 33 страниц)

14

Шукюров, когда ему доложили о большой резне, в результате которой он потерял своего заместителя, лучшего снайпера, двух охранников и одного паршивого агента, обрадовался.

«Это просто замечательно! – поздравлял он себя с гениальной идеей. – Оба претендента на мой пост сломали себе шею в схватке с Джафаровым. Молодец! Ей-богу, молодец! Я не знал, как избавиться от этих хитрых и подлых родственников, а ты так вовремя подвернулся. Меня ни в чем нельзя обвинить, все ты виноват, ты, голубчик!»

Шукюров даже позволил себе немного расслабиться и выпить французского коньяка.

И тут его неожиданно вызвал Гейдаров.

Шукюров замер. Это означало, что его ждет большой разнос.

«Вай, аллах! – воскликнул он горестно. – А я еще выпил сто граммов. Убьет меня Гейдаров! Если только сказать, что я с горя выпил… Неплохая идея! Все-таки двух родственников потерял, не хухры-мухры!»

Но на душе было все же тревожно.

«Надо еще разобраться, – думал он, – кто из посольских меня все время подставляет и докладывает через голову. Кому-то, я вижу, своей головы не жаль. Может, запасная есть?»

И он рассмеялся.

В кабинет Гейдарова он, однако, вошел со столь скорбным видом, будто только что вернулся с похорон своего ребенка.

– Делаешь вид, что очень переживаешь? – спросил его Гейдаров. – Очень хорошо у тебя это получается. Слушай, давай я тебя сделаю актером, а?

– Актером не делаются, а становятся! – улыбнулся Шукюров. – Народное признание требуется.

– Ты меня еще будешь учить! – рассмеялся Гейдаров. – Присвою тебе звание «народный артист республики», это и будет твоим народным признанием. Первый раз, что ли? Актрис, конечно, лучше делать!

– Клянусь, я не виноват в их смерти! – упал на колени Шукюров. – Мой господин, убей меня, если я в чем-то солгал! Я им дал первоклассных агентов, я их вывел на те места, где они обязательно должны были встретить Джафарова.

– Значит, они сами виноваты? – гневно спросил Гейдаров.

А его гнев был предвестником смерти.

– Мамой клянусь, только они сами! Халилов знал, что Румянцев может привести с собой Джафарова, но пошел на день рождения без оружия и один. Естественно, он встречает его там, и тот убивает Халилова.

– А Гаджиев? – нахмурился Гейдаров.

– Гаджиев поторопился! – быстро стал объяснять Шукюров, опасаясь гнева владыки. – Вначале он все сделал правильно: выбрал хорошее место для засады, замаскировался так, что Джафаров его не обнаружил. Но… очень хотел выстрелить! А подумать, куда стреляет, посчитал ненужным, лишним. Выстрелил не в Джафарова, а в его костюм, который в это время примерял хозяин квартиры.

– Он убит?

– Наповал! – честно признался Шукюров. – Надо мне извиниться перед великим соседом, неудобно, мои люди ведут себя там слишком свободно. Вы здесь ни при чем!

– Спасибо, утешил! – усмехнулся Гейдаров. – Слушай, может, вместо тебя мне Джафарова пригласить на службу? Ошибок не делает, хорошо стреляет. Что еще нужно для твоего поста?

– Быть вам верным, мой господин! – польстил Шукюров. – А Джафаров – сумасшедший!

– Ты мне рекомендовать не можешь! – разозлился Гейдаров. – Это я тебе могу порекомендовать.

– Простите, шеф!

– Хватит, вставай! – приказал Гейдаров. – Игра в феодала закончилась!

Шукюров обрадованно встал с колен.

И вытянулся по стойке «смирно».

– Готов лично возглавить группу захвата!

Гейдаров остановил его характерным жестом руки.

– Накося выкуси! – заявил он со среднерусским акцентом, недаром когда-то в молодости служил в России. – Ты мне нужен здесь, во главе моей гвардии, а не в далекой столице.

– Кого порекомендуете, шеф? – обрадовался вновь обретенной милости Шукюров.

– Никого! – сказал Гейдаров жестко и твердо. – Хватит жертв! У меня не такой большой род, чтобы я мог швыряться кем-либо еще.

– Решили заманить его сюда? – обрадовался Шукюров, по уловкам с заманиванием ему не было равных.

Гейдаров постучал кулаком по столу:

– Где-то ты умный, а где-то совсем тупой доцент! Райкина помнишь?

– С Райкиным не знаком, шеф!

Гейдаров ничего ему не сказал, а стал набирать номер телефона, известный лишь ему одному.

– Игорь Валерьевич! – заворковал он нежно в трубку. – Узнаешь? Сколько лет, сколько зим! Как здоровье? Как семья?.. Давно не виделись! Игра, говоришь, в суверенитеты мешает? Что делать: человек, играя, познает мир! Может, заедешь отдохнуть?.. Дочку замуж уже выдаешь? Эту маленькую егозу с косичками? Как быстро время летит. Обрадуй ее, скажи: шесть каратов ее ждут в маленьком миленьком гарнитурчике. Она уже тогда обещала быть красавицей. Бриллианты только подчеркнут ее красоту… Ничего, ничего, жена пусть носит свои сама. Ей подарены… У меня? – переменил тон Гейдаров. – Случилось! Извини, без тебя как без рук. Мои оболтусы не могут справиться с одним государственным преступником.

Гейдаров быстро договорился с неизвестным Шукюрову Игорем Валерьевичем о встрече в Москве в самом ближайшем времени.

– Приходится все делать самому, Рагим! – пожаловался он Шукюрову. – Ничего! Я уже распорядился продать квартиру и все имущество Джафарова, немного сами добавим, но свадебный подарок должен быть роскошным.

Шукюров вернулся в свой кабинет и срочно вызвал к себе Арнани.

Арнани курсировал связным между Шукюровым и группами ликвидации.

Самостоятельного задания Шукюров ему почему-то не поручал.

Неожиданный вызов обрадовал Арнани.

«Наконец избавлюсь от дурацкой работы: привозить инструкции и увозить отчеты!» – подумал он.

Но, с другой стороны, задание заданию рознь!

Кто мог поручиться, что ему не предложат возглавить очередную группу по преследованию Джафарова, к этому Арнани не испытывал ни малейшего влечения и ни малейшего желания.

А Шукюров смотрел на друга своего смертельного врага со смешанным чувством: он натравит их друг на друга, но он опасался, что Арнани не сможет убить Джафарова.

– Честно говорю тебе: не могу поверить, что ты убьешь Джафарова при встрече!

– Враг моей страны – мой враг, кем бы он ни был раньше! – сухо ответил Арнани.

Он решил не пререкаться с Шукюровым, ни в чем не уверять его, а говорить преимущественно лозунгами, они все скроют: и бедность мысли, и искренность чувств.

– Хорошо сказал! – одобрил Шукюров. – Враг есть враг! Убей Джафарова, Арнани! Сам Гейдаров смотрит на тебя!

– Убью! – вытянулся во фрунт Арнани.

– Ты же знаешь, – стал подкупать его Шукюров, – у меня две должности вакантны. Сам выбираешь, какую тебе занять. О мелочи разной – орден, квартира, мебель, деньги – не беспокойся, все будет…

– «Раньше думай о Родине, а потом о себе!» – подтвердил свою решимость Арнани.

Шукюров расчувствовался:

– Дай я тебя поцелую!

Затем он усадил его рядом с собой на диване, Арнани даже забеспокоился, не начнет ли приставать, ходили слухи, что Шукюров – бисексуал, но все обошлось.

– Я дам тебе перспективное направление для поиска Джафарова. Составь список солидных коммерческих банков и прогони их через компьютер. Не догадываешься, зачем?

– Нет! – искренне ответил Арнани, не знавший финансового положения Джафарова.

– Да, ты не знаешь! – вспомнил Шукюров. – Джафаров похитил у Дадаева крупную сумму в валюте и в драгоценностях. Наверняка часть этих денег он положил в банки. Ты все выяснишь и встретишь его там. У меня нюх. Верь мне, Арнани. Я бы направил туда своих, но от них за километр агентом несет. Есть один там… Ладно, не будем.

«Зачем тебе знать, что Гасан будет за тобой ходить и охранять… от глупостей!» – подумал он.

Гасана Шукюров, откровенно говоря, побаивался. У него было все, что помогло Шукюрову стать правой рукой Гейдарова. Единственное, чего тот был лишен, – это родственных связей с кланом Гейдарова.

А Гейдаров доверял только своим.

15

Джафарову понравилась двухкомнатная квартирка уехавшего в длительную командировку приятеля Ирвиньша.

Квартира хранила все воспоминания от многочисленных поездок хозяина по белу свету: здесь были и африканские маски, и индийские фигурки Будды, птиц, животных, дешевые офорты из Италии, лампа в виде Эйфелевой башни, и многое-многое другое.

Но главное, что понравилось Джафарову после осмотра всего дома, – это возможность дополнительного выхода через чердак.

А отмычки у Джафарова были всегда с собой.

Красивый жест Джафарова в квартире Ирвиньша оставил его без средств к существованию.

Необходимо было выбирать: либо отправляться к заветному чемоданчику Валентины, либо брать деньги из банка.

Но к Валентине Джафаров ехать боялся, смерть Ирвиньша лежала тяжелым камнем на сердце.

Идти в банк тоже не было ни малейшего желания. Джафаров прекрасно знал, что его фотография и фоторобот разосланы всем постовым, и ему пока что нельзя покидать квартиру.

Необходимо было переждать пару дней.

Джафаров обследовал холодильник и, к своему удивлению, нашел там довольно много еды. Не было только хлеба.

На кухне он обнаружил просто залежи пустых бутылок.

«Придется разыграть алкоголика и сдать эту гору, – размышлял Джафаров. – Найдем старую, рваную одежонку, денек не побреемся, и ни один милиционер не узнает в небритом опустившемся алкаше разыскиваемого суперубийцу».

Хорошенько выспавшись, Джафаров претворил свой план в жизнь.

Старой одежды в квартире было больше чем нужно, но, к сожалению, не было нужного размера. После некоторого раздумья Джафаров решил, что так даже лучше: одежда с чужого плеча – это последняя степень деградации человека.

Джафаров решил не умываться, чтобы к своей небритости и растрепанности добавить еще и неопрятность.

Посмотрев в зеркало, Джафаров даже пожалел себя, настолько жалко он выглядел.

На улице случайные прохожие шарахались в сторону от шатающегося забулдыги несущего сдавать в пункт приема стеклотары две полных сетки бутылок из-под водки, коньяка, шампанского и пива.

Пункт приема стеклотары найти было нетрудно, он был хорошо виден из окна квартиры. Густой мат и ругань донеслись до слуха Джафарова, когда он только что открыл глаза, лежа в кровати.

Пункт приема стеклотары служил для алкашей своеобразным клубом по интересам, где обсуждались самые животрепещущие проблемы современности. Здесь были свои философы и поэты, разведка и контрразведка, стукачи и диссиденты. Но большая часть, естественно, была из отсидевших. Отбывали наказание они в основном за хулиганство, за нанесение тяжких и менее тяжких телесных повреждений.

Сдав бутылки, Джафаров накупил хлеба, чем вызвал сочувствующие взгляды продавщицы: надо же, одним хлебом питается, бедолага, совсем спился человек.

Ни одного милиционера Джафаров не встретил, патрульных машин тоже.

Зато он увидел стайку молоденьких девчонок, которые звонко расхохотались, увидев нелепое одеяние Джафарова.

Одна из них осудила подруг:

– Девчонки, нельзя над этим смеяться! Может, ему не на что купить другое.

Джафаров вернулся в квартиру очень довольным. Его не ищут, а если и ищут, то явно не здесь.

Вспомнив девчушку, которая за него заступилась, Джафаров улыбнулся – она ему понравилась, но…

На любовь он права не имел.

День прошел на удивление быстро. Джафаров плотно поел, соединив завтрак с обедом. Нашел среди скромной подборки книг, занимающей всего две полки, томик Чехова и часа два почитал. Затем закрыл входную дверь и лег спать.

Спал он беспокойно, а проснулся от того, что кто-то начал ломиться в дверь квартиры.

Одеться и неслышно прокрасться к двери было для Джафарова делом нескольких секунд.

В глазок двери он увидел трех молоденьких девиц и двух солидных мужчин, стоящих рядом с ними, лицо одного из них показалось Джафарову очень знакомым.

– Ирвиньш, открывай! – орал тот, чья физиономия показалась Джафарову знакомой. – Слезай со старухи, мы тебе молоденькую привели!

Его вопли привлекли внимание соседей.

Дверь квартиры напротив приоткрылась, и в образовавшуюся щель высунулась любопытная физиономия старушки, и ее хитренькие глазки внимательно осмотрели и мужчин и женщин. Затем дверь закрылась, и замки и затворы демонстративно загремели.

Джафаров решил, что можно безбоязненно открыть дверь: с мужчинами он справится.

Он ее открыл так, чтобы его самого за приоткрытой дверью не было видно.

Компания шумно ввалилась в квартиру.

Когда Джафаров закрыл за ними дверь, гости даже не удивились: видно, много разных людей в отсутствие настоящих хозяев, уехавших за границу, посещало этот ставший гостеприимным дом.

Оба мужика одновременно протянули руки для рукопожатия и хором в унисон воскликнули:

– Привет!

И засмеялись. Потом, торопясь, схватили, как мальчишки, друг друга за волосы и спросили:

– Когда мое желание исполнится?

– Ваше желание исполнится ночью, а может, и раньше! – игриво ответила на этот вопрос одна из девиц.

– Согласны! – ответили мужики и весело заржали.

На такой веселой ноте и произошло знакомство.

– Арслан! – представился Джафаров вымышленным именем. – Или Лев!

– Люблю котов! – завопила одна из девиц. – Это – Вета, остальные Светы! Запомнить легко даже в дым пьяным, а наши склеротики все время путают! – пожаловалась она на спутников.

– Я – Миша, а он Гриша, – опять засмеялся чем-то знакомый мужик. – У нас сплошной зоопарк. Остается надеяться, что девочки не посадят нас в клетки.

– Посадим, посадим! Еще как посадим! – завопила опять Света-черная, как окрестил ее Джафаров. – Но эти клетки вам понравятся.

– А вы нас посадите в золотые клетки! – защебетала Вета. – Мы возражать не будем!

Света-беленькая молчала, глядя жаркими глазами на Джафарова, и таинственно улыбалась.

Тем временем Гриша быстро осмотрел всю квартиру и вернулся очень довольный:

– Жратвы – полный холодильник, и свежий хлеб куплен, не иначе как Львом: ну и жрать ты горазд, столько хлеба закупил.

– А у нас с собою было, а у нас с собою есть! – запел Миша. – У тебя много их? Хватит на шестерых! Ай спасибо Сулейману, он помог советом мне!

Девочки быстро стали готовить банкетный стол, что, как позже выяснил Джафаров, было делом всей их жизни, единственной профессией – они работали официантками.

Джафаров воспользовался моментом, чтобы собрать постель, на которой он спал в маленькой комнате, но Миша одернул его:

– Не делай двойную работу! Все равно расстилать придется! Блондиночка на тебя глаз уже положила. Ты будешь здесь, а мы вчетвером в большой комнате. Нам уже долго и упорно нужно разжигать друг друга.

Джафаров понял, что здесь не сработает ленинское – «на чердачок и работать, работать, работать».

«Квартира получилась не совсем конспиративная! – с досадой подумал он. – Вернее, конспиративная, но для любовных шашней. Ирвиньш, очевидно, просто не успел предупредить. Впрочем, это к лучшему: кто станет искать убийцу среди гуляк из высшего света».

Гриша помогал девицам накрывать на стол: эта работа заключалась в том, что он доставал из принесенного объемистого портфеля бутылку за бутылкой и открывал их.

Бутылки со спиртным были явно куплены не в кооперативных киосках.

– «Руки мыть, за стол садиться, кашку есть и спать ложиться!» – продекламировала Вета, которую ждали дома двое очаровательных малышей и верный муж.

– Ветка, тебе лишь бы в постель! – уколола подругу Света-черная. – Посидеть надо, поговорить, посплетничать. А этим ты и дома можешь заниматься, муж-то молодой!

– Надоел он мне хуже горькой редьки! – пожаловалась Вета. – Я могу на год вперед расписание составить: куда он меня поцелует и за что сначала ухватится. Никакой романтики!

Несмотря на протесты Веты, из-за стола вставать не торопились: пили, ели, травили анекдоты.

– Вы что, есть сюда пришли? – нетерпеливо спрашивала Вета.

– И пить тоже! – тут же пьяно откликался Гриша.

– Вы это можете делать дома со своими благоверными! – не уступала Вета. – Раз уж пригласили, то сначала дело, а потом пить-есть.

К Джафарову подошла блондинка и шепнула на ухо:

– Давай удалимся в соседнюю комнату! – предложила она. – Пусть договариваются без нас. О цене в том числе! – засмеялась она.

– Я без гроша в кармане! – предупредил Джафаров.

– Не волнуйся! – засмеялась Света-беленькая. – За все уплочено! А с тобой я и бесплатно могу себе позволить, по любви!

Джафарову не хотелось обманывать ее надежд, но и «залетать» ему не очень хотелось, поэтому он, идя вслед за блондинкой в маленькую комнату, где так и не застелил постель, думал, как ему отбояриться.

Но все разрешилось само собой.

– Милый! – обратилась к нему Света-беленькая. – Ты меня извини, но я только с «презиком»! Не возражаешь?

Джафаров не сразу и сообразил, что такое «презик». А когда понял, что это то, что предохраняет от «наваривания», то есть презерватив, отдался в опытные руки очаровательной блондинки.

Света-беленькая занималась сексом с такой самоотдачей, так вопила и визжала, что Джафаров даже подумал, что на ее крики, чтобы дать советы, сбежится если не весь дом, то весь подъезд уж точно.

Ее не менее очаровательные подружки также на совесть отрабатывали обещанную плату.

Света уже лежала в изнеможении рядом с Джафаровым, а в соседней комнате все еще были слышны профессиональные стоны ее подруг.

– Стараются! – улыбнулся Джафаров. – Надеюсь, к взаимному удовольствию!

– Среди этой публики они пользуются огромным авторитетом.

Наконец и там все стихло.

– Лев! – раздался довольный голос Миши. – Выползай из клетки вместе со своей собачкой.

– От кобеля слышу! – немедленно отреагировала Света-беленькая.

– Выходите, выходите! – не желал втягиваться в перепалку Миша. – Только нагишом, а-ля натурель!

Джафаров смутился. Но не Света.

– Будь проще! – успокоила она Джафарова. – У тебя есть что показать и есть на что посмотреть. Они в душе все нудисты! Пошли!

Когда Света-беленькая вывела на свет божий Джафарова, ее подруги завистливо ахнули.

– Ну, подруга, ты, как всегда, в двойной выгоде! – сказала Вета.

– А я бесплатно, по любви! – ответила та.

– В наше время это геройский поступок! – одобрил Миша. – Он еще молодой. – И Миша пропел: – «Танцуй, пока молодой!»

– Действительно, – вспомнила Вета, – почему бы нам не потанцевать.

И она бросилась к Джафарову.

Танцуя с ней, Джафаров краем глаза заметил, что Света-беленькая о чем-то договаривается с Мишей. И согласно кивает ему головой.

«Кажется, будем меняться партнершами! – понял Джафаров. – Блондиночка, как всегда, хочет быть в двойной выгоде!»

Вета, возбуждая Джафарова, танцевала быструю ламбаду, а не блюз, который играл магнитофон. В скором времени она в этом, преуспела и, продолжая танец, увлекла Джафарова в маленькую комнату.

И вскоре танцующие в большой комнате пары услышали ее вопли и стоны.

Дамы стали, возбуждаясь воплями Веты, ласкать своих плательщиков.

И вскоре две новые пары медленно и печально занялись сексом.

– Темп сбивает! – томно сказала Света-беленькая о Вете.

Магнитофон продолжал тихо мурлыкать медленную мелодию, но ее уже никто не слушал. Секс царствовал властно и надолго.

Джафарову Вета понравилась даже больше, чем Света-беленькая, в ней было больше нежности и откровенности. И она также пользовалась презервативом.

– Пойдем, посмотрим! – предложила Вета, исцеловав Джафарова в знак благодарности. – Прелюбопытнейшее зрелище, скажу тебе!

Джафарову тоже стало интересно. Он еще ни разу не наблюдал со стороны, как занимаются групповой любовью. Он всегда считал, что секс – это очень интимная вещь, только для двоих.

Зрелище действительно было занимательным: дамы оседлали своих кавалеров и, принимая соблазнительные позы, профессионально работали, искусно создавая иллюзию страсти.

Мужики одновременно достигли высот блаженства. Дамы, почувствовав это, тут же изобразили оргазм с закатыванием глаз и с глубоким обмороком. Это давало им полное право плюхнуться рядом со счастливчиками.

– За мной памятник тебе, Лев! – проникновенно сказал Миша. – Ты мне вернул мои шестнадцать лет! И, оказывается, для этого не надо быть на Большом Каретном.

– Да! – поддержал его Гриша. – Я лет двадцать не мог за какие-то полчаса захотеть дважды. Будем считать, что мы – два старых вампира, которых ты насытил своей молодой энергией.

– Не пора ли и подзаправиться? – предложила Вета, чем вызвала общий смех.

– Ну, подруга! – с завистью сказала Света-черненькая. – Сколько же ты энергии потеряла в маленькой комнате, что есть-пить захотела.

Но смех смехом, а все охотно согласились с Ветой, что для дальнейших любовных подвигов неплохо бы и покушать.

Они стали пить-есть, рассказывать друг другу скабрезные анекдоты.

Постепенно поднялся такой шум и гам, что когда в комнате раздался громкий крик: «Руки вверх!» – никто и не обратил на него внимания.

Случайно Миша повернул голову в сторону двери в прихожую и заметил ввалившихся милиционеров во главе с капитаном.

– Что еще за явление? – удивился он, думая, что ему это мерещится.

Девицы взвизгнули и хотели броситься за вещами, но их остановил окрик капитана.

– Стоять на месте!

– Не стоять, а сидеть! – поправил его Миша. – Появился, как чертик из табакерки…

– Я тебе покажу «из табакерки»! – разъярился капитан. – Я тебе покажу оскорблять капитана милиции. Предъявить документы!

– В пиджаке на стуле! – показал рукой Миша. – В наружном кармане.

– Обыскать! – рявкнул капитан, направляясь к пиджаку так осторожно, словно он был заминирован.

Сопровождающие капитана сержант и рядовой недоуменно переглянулись.

– Они же голые! – протянул растерянно сержант.

– Выполнять приказ! – подтвердил указание капитан, доставая из кармашка удостоверение Миши.

Сержант сразу направился к девицам. Обыскивать.

– Что, так и будешь в штанах обыскивать? – встретила его вопросом Вета, выпячивая грудь.

Сержант протянул к ней руку, но ее отбросил назад испуганный вопль капитана:

– Товарищ генерал?!

Сержант тоже чего-то испугался и, оглянувшись, увидел бледного как мел капитана, который растерянно держал перед собой удостоверение Миши.

– Чего застыл? – насмешливо спросил Миша. – Чего уставился, спрашиваю? Голого генерала не видал, что ли?

– Так точно! Никак нет! – бормотал капитан.

Он был близок к обмороку. Глаза его застыли в одной точке.

Миша налил в большой фужер коньяка и приказал:

– Пей!

Капитан строевым шагом подошел к столу и одним глотком осушил фужер.

Цвет его лица сменился на красный. В глазах блеснули слезы. Если полминуты назад он был близок к обмороку, то теперь он был готов броситься в ноги генералу и вымаливать прощение.

– Благодарствую! – сказал он прочувствованно.

Девицы, нога на ногу, покуривая, смотрели на бесплатное представление.

– Ты зачем ворвался в квартиру? – спокойно спросил Миша, но в его голосе была слышна буря. – Забыл здесь чего-нибудь?

Капитан отдал честь Мише. Джафаров даже мысленно никак не мог заставить себя называть голого собутыльника генералом.

– Разрешите доложить!..

– Как фамилия? – спросил, прерывая капитана, генерал.

– Иванов! – отчеканил капитан.

– Хоть ты и Иванов, а дурак! – усмехнулся Гриша. – Кто тебя учил честь отдавать голой заднице? Отдают честь только погонам! Докладывай!

– Потоком шли жалобы от соседей: в квартире притон, уголовники до утра гуляют. Решил проверить.

– Дверь отмычкой открыл?

– Так точно!

– Под статью идешь, капитан! – вздохнул Миша. – Пока доложишь начальнику отделения, что я тебе влепил пятнадцать суток ареста. А этим охламонам по десять. Ясно?

– Так точно! – ответил капитан. – Разрешите удалиться?

– Удаляйся! – махнул рукой Миша.

Когда капитан уже был в дверях, Миша крикнул ему:

– Эй, капитан! Хочешь пять суток скосить?

– Так точно! – обрадовался капитан, развернувшись на сто восемьдесят градусов.

– Обесточь квартиру напротив! Понял?

– Так точно! Разрешите идти?

– Подожди! – вспомнил Миша. – Эти охламоны еще не выпили. Марш к столу!

Сержант и рядовой, чеканя шаг, как на строевом плацу, подошли к столу, где их уже ждали две внушительные емкости с водкой.

Проглотив ее как воду, милиционеры развернулись через левое плечо и вышли, так же чеканя шаг.

Скоро все присутствующие услышали стук захлопывающейся входной двери.

Квартира взорвалась хохотом.

Смеялись все. Смеялись долго, до слез. Дамы даже взвизгивали.

Говорить не мог никто. Иногда у того или иного «нудиста» прорывались какие-то отдельные междометия.

Но, отсмеявшись, все как по команде бросились одеваться.

– Слушай, Миша! – вдруг вспомнила Света-черненькая. – А зачем ты дал команду обесточить квартиру напротив?

– А я сразу понял, что эта старая мымра организует «жалобы от соседей», – пояснил тот. – А сегодня очередная серия «Санта-Барбары». Пусть подумает над своим поведением.

Прощаясь, Миша на листке бумаги написал номер телефона и протянул его Джафарову.

– Будешь в Питере, обязательно заходи, – предложил он Джафарову. – Я пока там квартирую, но скоро меня в Москву перебрасывают. Черёз месяц приблизительно. Телефона в Москве пока нет, не знаю, где меня поселят, но я через Ирвиньша сообщу. Пока!

И он величественно удалился вместе с Гришей и тремя дамами легкого поведения.

Джафаров остался один.

Правда, ненадолго. Через пять минут в дверь позвонили.

«Кто это может быть? – подумал Джафаров. – Разгневанная старушка-соседка, не получившая очередной порции „Санта-Барбары“, или муж-рогоносец, выследивший, наконец, Вету?»

Все оказалось значительно проще.

За дверью стояла Света-черненькая.

– Извини, Арсланчик, но я пришла за своей долей. Приход этих охламонов мне помешал. У нас есть хорошая пословица: «Бог троицу любит!»

С таким телом, как у Светы-черненькой, можно было смело претендовать на место в троице, пусть и не в святой.

И она осталась до утра.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю