Текст книги "Развод с драконом, или Каждой твари по паре (СИ)"

Автор книги: Лесана Мун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

Глава 9

– Где ты была так долго? – с порога встречает меня воплями недовольный муж.

– Разве долго? Чуть больше часа…

– Я не отпускал тебя так надолго! Ты обязана спрашивать у меня, – перебивает меня муж, но я тоже не молчу.

– Ничего такого я не обязана, – отвечаю. – И хватит уже кричать, все гости слышат твой ор.

– Да как ты… – Амудсен замахивается на меня.

Я не двигаюсь, просто стою и смотрю ему в лицо. Он трус. Все мужики, которые бьют женщин – жалкие трусы. Поэтому тут важно показать, что я сильнее его, если будет нужно – смогу ответить. И дело вовсе не в физической силе. Тут битва характеров.

– Опусти руку, Амудсен, – говорю спокойно. – Хватит уже позориться.

– Все! Ты меня вывела! Сегодня ты тоже никуда не пойдешь! Будешь сидеть в комнате безвылазно! И завтра не смей даже подумать о том, что выйдешь к завтраку!

– Как скажешь. Я уже могу раздеваться, чтобы ты закрыл мою одежду и спокойно ушел праздновать? – спрашиваю, заходя в свою спальню.

– Да! Немедленно снимай платье! Ты сама меня вынудила, Алария! Сама! Ведешь себя… безнравственно! – Амудсен бегает туда-сюда, в порыве эмоций выкрикивая откровенную чушь.

Ха! Вот это он дает! Самый похотливый помойный кот этого города рассказывает мне о нравственности. Во дает!

В общем, этот вечер завершается так же, как и предыдущий – муж запирает мои вещи в гардеробной и уходит к себе, а через час-полтора я слышу, как он отправляется на маскарад, закрыв меня на замок.

Как и в предыдущий вечер я обматываюсь шторой поверх нательной рубашки и нижней юбки. Открываю замок шпилькой, в очередной раз послав благодарность своему первому мужу, и быстренько выбегаю к уже знакомому боковому коридору.

Как и вчера, я внезапно оказываюсь в руках незнакомца. Только в этот раз я не падаю.

– Вот это удача! Дважды за два дня в мои руки попадает прекрасная леди, – говорит мужской голос.

В полутьме лестницы мне совершенно не видно лица мужчины. Но руки, держащие меня за талию – сильные и молодые.

– Да вы – баловень судьбы, – язвлю, освобождаясь от нежеланных объятий.

– О, да. Можно и так сказать. Вы снова куда-то спешите, моя прекрасная леди? Позвольте я вас провожу?

– Нет, благодарю вас за предложение, но я сама дойду.

– Тогда встретимся на маскараде, – прощается мужчина и продолжает подъем вверх, я же, немного удивленная, что меня так легко отпустили, быстренько спускаюсь вниз и бегу к апартаментам Вирджинии.

– Ты сегодня еще позже, чем вчера, – говорит подруга, помогая мне переодеться.

– Да, Амудсен долго не уходил, – отвечаю, надевая очень изысканное бежевое платье из ткани, которая при каждом повороте тела переливается разными оттенками, добавочными к основному цвету. То голубоватым, то нежным розовым, то глубоким фиолетовым.

– Какая красивая ткань, – говорю, поправляя кружево на груди. Оно крепится на резинке, благодаря чему ткань можно опустить, оголив плечи и верх груди, или поднять – получив довольно скромный вырез.

– К этому платью даже не нужны украшения. Будет достаточно тех сережек, что сейчас на тебе. Вот только маску надень, – Вирджиния протягивает мне белую кружевную маску.

– А кроме маскировочных способностей у этой маски других функций нет? – спрашиваю.

– А теб еще что-то надо? – смеется Вирджиния. – Она скрывает твою внешность, изменяет голос, убирает запах…

– О? А запах зачем?

– Ну ты чего? Твой муж, хоть и сильно разбавленный, но все же дракон. Мало ли… а представь, он бы почувствовал твой запах? Вот это была бы неожиданность.

– Да уж. Неприятная очень.

Хмурюсь, потому что опять забыла про всех этих драконов и прочих. Все-таки подобные виды для меня еще пока в диковинку. И крайне непривычны.

– Все, можно идти. Давай, Алария, дожми его!

Мужа я узнаю довольно легко, но что становится для меня сюрпризом так это то, что и он меня узнает. Когда я подхожу к столу с напитками, он подходит сзади и дышит мне в шею. Так и хочется плеснуть ему из стакана в физиономию, чтобы остыл. Но надо делать вид, что я вся горю.

Поэтому поворачиваюсь к нему и дарю свою самую лучшую улыбку.

– Добрый вечер.

– Добрый. Ты сегодня прекрасна. Не так, как вчера, но я очарован.

Кто бы сомневался, что такому недалекому тебе не понравится столь изысканное платье, которое на мне сейчас.

– Знаешь, как я тебя узнал? – не благоверному, видимо, очень хочется похвалиться смекалкой.

Поощрительно улыбаюсь и спрашиваю:

– Понятия не имею. Расскажи.

– У тебя родинка вот здесь, – и касается пальцем точки на шее. – У моей жены тоже такая есть.

Вот на этих словах я замираю. Неужели рассекретил? Неужели я так глупо попалась?

– Но у тебя она красивая, ровная, так и зовущая ее поцеловать.

– А у нее? – спрашиваю из любопытства.

– У нее – просто точка. Совершенно не привлекательная, – и тут же добавляется, совершенно без паузы. – У меня есть укромный домик. Поехали сейчас? Обещаю до утра привезти назад.

Ух ты. Как-то все слишком быстро. И совсем не по плану.

– Или ты уже передумала? Мне будет очень жаль, если ты откажешься, но настаивать я не буду, – продолжает гнуть свою линию мой неблаговерный.

И оно действительно так: если сейчас откажусь, завтра будет сложнее его сподвигнуть. Если вообще возможно. Ко всем своим недостаткам, он еще и трус, каких мало, так что…

– Нет, я не передумала. Но ты же понимаешь, у меня муж, я не могу вот так сорваться, нужно обеспечить себе алиби на случай всяких подозрений. Или ты хочешь, чтобы к тебе завтра пришли специально обученные люди с палками и топорами?

– Он у тебя совсем больной? Я на такое…

Блин! Не то ляпнула, надо срочно исправлять.

– Не волнуйся, он мне доверяет. Просто нужно проверить, выпил ли он свое лекарство и заснул ли. Давай я сейчас быстро схожу в свои апартаменты – проверю и заодно возьму плащ, а ты бери карету и жди меня возле черного хода.

– Хорошо. Но только ради тебя, моя прелестница. Я просто горю уже весь от желания, – муж делает попытку меня поцеловать, но я ловко выворачиваюсь и отхожу.

– Не будем тратить время. Я пошла. Жди меня.

И послав ему воздушный поцелуй, почти бегом иду к лестнице. Настроение у меня препоганое, поэтому я пролетаю фурией на свой этаж, даже не обратив внимание на мужчину в маске, стоявшего возле колоны и проводившего меня слишком внимательным взглядом.

Забежав к себе, быстро забираю нужную бутылочку, хватаю плащ, выхожу в коридор и уже гораздо медленнее возвращаюсь на первый этаж. Сердце стучит, как сумасшедшее. Адреналин бурлит в крови. Теперь главное – отвлечь муженька от идеи снять с меня маску. Наверняка он захочет это сделать.

Экипаж ждет меня с черного хода, как и договаривались. Едва я успеваю сесть, как мы трогаемся. И Амудсен тут же переходит в наступление:

– Прелесть моя, как же я ждал этого часа, – и лезет целоваться, лапами своими пытаясь снять с меня маску.

– Не трожь ткань, – говорю ему. – Я хочу сохранить нашу тайну.

– Но как же? – на лице мужа недоумение. – Я ведь показал свое лицо, а ты?

– А я хочу остаться инкогнито.

– Ты мне не доверяешь? – делает обиженную моську и отодвигается. Ну что за идиот?

– Нет, ну если тебе не подходит, то давай на этом закончим. Чтобы я еще и уговаривала мужчину, не бывало такого. Прикажи остановить карету!

– Ну что ты, прелесть моя, – Амудсен тут же перестает корчить из себя обиженку, хватает мои ладони, покрывает их поцелуями. – Прости, я погорячился. Я еще ни одну женщина так не хотел, как тебя. Ты – сама тайна. Мой прекрасный секрет, моя…

– Благодарю, – прерываю велеречивые комплименты мужа. – Нам долго ехать?

– Нет, мы уже приехали. Сейчас еще немного и будем выходить.

И едва Амудсен это произносит, как мы подъезжаем к воротам дома. Выходим из кареты, муж открывает ключом замок, и пропускает меня во двор. Стоит мне зайти, он закрывается и приглашает пройти к дому, стоящему чуть поодаль, и наполовину скрытому цветущим садом.

Страха у меня нет. Я уверена, что в любом случае смогу выкрутиться. Есть волнение, чтобы все получилось так, как надо. Потому что если сорвется – этот мерзавец будет меня мучить еще не один десяток лет, а мне такой вариант категорически не подходит.

– Проходи, располагайся, – мы заходим в небольшой домик. Судя по планировке – всего две комнаты, гостиная и кухня.

Муж вешает ключи в коридоре на крючок и опять лезет ко мне целоваться.

– Пойдем в спальню, моя прелестница, я уже весь горю…

– В смысле? – останавливаю этого пиромана-любителя. – Ты пригласил меня к себе и даже выпить ничего не нальешь? Однако…

– Нет, конечно же налью, просто мне так не терпится, – Амудсен красноречиво смотрит куда-то в коридор, видимо в той стороне спальня.

– Ну пару минут уже можно и потерпеть. Надеюсь, ты в постели не такой же скорострел, как в ухаживаниях? – позволяю себе откровенную шутку.

Лицо мужа моментально багровеет, он хватает бокалы и наливает нам что-то золотистое из графина на столе.

– Конечно, нет! Поверь, моя радость, ты во мне не разочаруешься. У меня богатый опыт и еще ни одна женщина не была недовольна мной.

– Это радует. А можно какую-то закуску? Что-то легкое? Фрукты, или сыр? Я так и не поужинала.

– Конечно, моя прелесть, – скрипит зубами Амудсен и, поставив бокал, уходит в кухню. Она рядом, с гостиной, так что сильно расслабляться не стоит.

Прислушиваюсь, муж стучит ящичками. Быстро достаю бутылочку и капаю снотворное в его бутылочку.

– Так тебе фрукты или сыр? – спрашивает Амудсен, внезапно высунувшись из кухни.

– Лучше фрукты, – отвечаю, глядя в его бокал и понимая, что накапала больше, чем нужно.

– А вот и я! – радостно улыбаясь, появляется Амудсен, поставив на стол тарелку с тремя ломтиками… лимона. Какая изысканная закуска!

Мы выпиваем до дна. Потом жуем кислющий лимон, который этот жлоб даже не присыпал сахаром. И опять пьем.

– Думаю, уже пора, радость моя, – решительно заявляет муж, подступая ко мне.

– Да, пора, – отвечаю.

А у самой в голове только одна мысль: «Почему он до сих пор не вырубился?» Похоже, придется действовать более грубо. Думаю, вон та уродливая ваза подойдет.

Глава 10

– Я мечтал об этом, как только увидел тебя в том красном платье, – пыжится на комплементы мой неблаговерный. – Ты была такой… яркой. Все мужчины в зале смотрели только на тебя. Даже не верится, что ты выбрала меня.

Внимательно наблюдаю за мужем. Речь становится невнятной. Движения какие-то скованные. Может вот оно? Начало действовать?

– Что-то я… как-то устал. Странно…

– Да, странно. Я ведь думала, что ты будешь достаточно бодрым, чтобы мы провели интересную ночь, но похоже, я ошиблась.

– Да подожди ты, – делает неловкое движение, спотыкается, и потихоньку оседает на пол. – Сейчас я встану, и мы… – заваливается назад, закрывает глаза и внезапно комнату оглашает громкий храп.

Ура! Получилось! Так, а теперь самое время быстренько все осмотреть. Начинаю со спальни. Тут минимум мебели – огромная кровать и один комод. Ничего не обнаружив, осматриваю-простукиваю ванную комнату и возвращаюсь в гостиную. Тут сложнее – мебели больше, да и ковры. Делаю все быстро, но тщательно.

Увы, ничего не нахожу и тут. Уже собираюсь в кухню, но потом вспоминаю, что по виду дом похож на двухкомнатный. А значит, где-то должна быть скрытая дверь. Которую, кстати, обнаружить удается довольно быстро.

Простукивая стены, через считанные минуты слышу характерный звук деревянных панелей. Возвращаюсь на кухню, нахожу там что-то вроде фонарика – сияющий камень в колбе, и с помощью яркого света сразу обнаруживаю неровную панель, надавив на которую тут же получаю свободных вход в потайную комнату.

Захожу. Окон нет. Мебели – минимум. Это что-то вроде кабинета. На дальней стене – множество полок с книгами. Перед ними – большой стол. Итак, начнем с легкого – со стола.

Два ящика в нем открыты, а вот нижний – заперт. Только мне это не помеха. Конечно, пальцы в моем новом теле не такие гибкие, как нужно для профессионалов, но это ничего, еще несколько замков открою – натренирую.

И смех, и грех, конечно. Девушка благородного рода, а вовсю использует навыки домушника. Открываю нижний ящик и сразу же вижу толстую тетрадь в кожаной обложке. Неужели то, что нужно?

Хватаю и, чтобы убедиться, что это что-то важное, открываю посредине. И обалдеваю! Ах ты, сволочь!

Глава 10-1

Это дневник его похождений! По датам расписаны женские имена. К ним – несколько кратких предложений. Вроде: «маркиза Манжу – перезрелая груша, приставучая и ревнивая, надо с ней аккуратно. На левом колене шрам от падения в детстве. Муж – министр внутренних дел». Или: «баронесса Судрик – нервная, боязливая. Растяжки на животе и отвратительной формы пупок. Муж – мэр Гомитвиля».

После очередного описания женщины, у которой муж судья, у меня закрадывается подозрение. А уж когда я увидела даты, а потом напротив некоторых имен плюсики, то задумалась всерьез. Неужели, Амудсен шантажировал своих любовниц? Тогда он еще большая мразь, чем я думала. Надо было все-таки врезать ему вазой! Хотя… еще не вечер, так сказать.

Положив дневник Амудсена на стол, продолжаю поиск нужных мне документов. Время бежит неимоверно быстро. Кажется, я только начала, а часы показывают, что уже полчаса роюсь. Долго. Пора уходить. Но покинуть дом без документов я не могу.

Часы отбивают еще пятнадцать минут, когда я наконец-то нахожу потайной шкафчик на одной из полок. Долго с ним не миндальничаю – просто выбиваю железным подсвечником. Грохот стоит колоссальный, но Амудсен спит, как ребенок. В том смысле, что тихо и что-то там причмокивая.

В тайнике я нахожу папку с документами. Беру ее всю, рассмотрю потом, когда буду в безопасности. А еще там же лежит холщовый мешочек с золотом. Отлично. Возьму в качестве моральной компенсации.

Сложив все в дамскую сумочку, намереваюсь выйти из дома. И мне это почти удается. Почти. По пути к двери меня тормозит рука Амудсена, схватившая подол платья.

– Ты куда это собралась? А как же спальня? Как же ласки?

Муж делает попытку подняться, ему это удается плохо, но он не теряет энтузиазм. При этом мое платье он не отпускает.

– Ты все проспал, – отвечаю. – Перенесем нашу встречу на завтра. Сегодня я уже не могу задерживаться так долго.

– Ну нет! Как это перенесем? Сейчас, подожди… я встану. Вообще не понимаю… что произошло? Я упал? Я перепил?

Какой ты перепел? Индюк надутый – это да.

Муж становится на четвереньки и, шатаясь, пытается подняться. Я понимаю, что, ни времени, ни желания на это смотреть у меня нет. По какой-то странной причине капли подействовали не так, как должны были. Может, сырье было несвежее, может аптекарь что-то напутал – не суть. Разбираться потом.

В общем… совесть меня совершенно не мучает, когда я беру вазу и опускаю ее на затылок пытающегося подняться мужа. Ибо нечего так подставляться!

Мужская рука отпускает подол моего платья, я разворачиваюсь на выход и тут…

– Ох… что-то не пойму… я что, задел вазу? – Амудсен с недоумение рассматривает крупные куски фарфора, рассыпанные по полу.

Я же судорожно ищу глазами, чем бы еще врезать мужу. И, кажется, целится нужно гораздо ниже.

Вечер не задался с самого начала. Но вот финал – вообще получается зубодробильный. Потому что не успевает отзвенеть разбитая ваза, как дверь дома слетает с петель, бьется об стену и в гостиной появляется… Зорро! Нет, не герой боевика. А уже порядком мне надоевший герцог. Со сверкающими глазами, судя по всему, готовый убивать.

– О! А это еще кто? – почти приходит в себя Амудсен. – Я на такое не согласен! Два мужчины и одна женщина, это – разврат! Вот если бы две женщины…

– Умолкни! – рявкает герцог и просто чудесным хуком справа отправляет Амудсена в глубокий и, надеюсь, продолжительный сон.

Потом поворачивается ко мне:

– Маску сними!

Ну вот… а ведь он мне почти начал нравиться, этот неистовый герцог.

Глава 10-2

– Во-первых, не смейте так со мной разговаривать! – отрезаю нежданному спасителю. – Во-вторых, я сниму маску только тогда, когда захочу. И вы мне не указ. Это ясно?

– Вполне. Тогда я позову стражей. И вы им расскажете, что тут делаете и почему граф без сознания, – делает свой ход герцог.

– Зовите. Заодно расскажете, что ВЫ тут делаете. И зачем ударили графа, из-за чего он лежит в отключке, возможно, с обширной черепно-мозговой травмой.

Приподнимаю бровь. Да, провоцирую. Ну надоел указывать, честное слово! Этого я даже своим мужьям не позволяла, не то что какому-то незнакомому мужчине.

– Туше, – герцог внезапно улыбается, вынудив меня почти зависнуть на его белоснежной улыбке, как-то резко преобразившей лицо из хмурого и грозного в обаятельное и жаждущее ответной улыбки.

Но я так просто не даюсь. Продолжаю хмуриться. Герцог пожимает плечами, типа ну не получилось и ладно, я попробовал. И в следующую секунду опять передо мной злобный тиран.

– Соседи, услышав грохот, скорее всего уже позвали стражей. Останетесь здесь, или примите мою помощь?

– А что вы можете предложить?

– Увезу вас. Ночью одинокой женщине в городе небезопасно.

– Хорошо, – я даже не раздумываю. Все, что нужно, я взяла, действительно, пора отсюда уходить. – Поехали.

Герцог делает жест рукой, приглашая на выход. Прохожу мимо него, словно он – часть обстановки. Ух, как вкусно пахнет, гад! Что-то такое горячее, со специями, и хвойное немного, словно глоток глинтвейна под елкой. А надо сказать, что Новый год – это еще с детства мой любимый праздник. И тот факт, что приставучий герцог так чудесно пахнет, действует весьма раздражающе.

Мы выходим из дома и обходим его. Я, наивная, думала, что у герцога карета. Ха-ха. За домом, привязанный к ограде, нас ждет огромный черногривый конь.

– Мы на ЭТОМ поедем? – спрашиваю на всякий случай, хотя и так известен ответ.

– Да. Давайте руку, – герцог уже успел взлететь в седло и теперь ждет, когда и я соизволю вскарабкаться.

Делать нечего. Назвался груздем – полезай в кузов. Подаю руку и позволяю себя затянуть наверх. И, кстати, мой попутчик делает это легко, словно играючи, заставив меня всерьез задуматься, насколько же он силен. По фигуре видно, что мышцы есть, но я уже давно знаю, что мышцы не равно сила. Бывают сухие и жилистые парни, а такое с весом вытворяют, что и не снилось качкам в спортзале.

Сижу в седле, получаю новый опыт. На лошадях я когда-то ездила. В деревне у бабушки, еще молодой совсем. Но там была обычная старая кляча, едва волочившая ноги. Тут же такой зверь, что его постоянно нужно замедлять, иначе сорвется и понесет быстрее ветра. Прямо перед моими глазами смуглые руки герцога, держащие поводья. Его пальцы крепко сжаты, я вижу, сколько силы требуется, чтобы конь шел, как надо. Норовистое животное? Или герцог не очень хороший ездок? Словно в ответ на мой вопрос, раздается мужской голос:

– Сутки как купил этого коня, не объездил еще толком, не нашел к нему подход, времени не было.

Я только киваю и старательно отодвигаюсь настолько далеко от горячей мужской груди, насколько позволяет сиденье и мое платье. Впрочем, безуспешно. Как-то так оказывается, что я все равно спиной прижата к мужчине позади меня. А уж то, что я чувствую своей пятой точкой, невзирая на кучу юбок, мы вообще обговаривать не будем, не для верных жен подобные разговоры.

К счастью, едем мы недолго. И едва останавливаемся возле замка, герцог легко спрыгивает и протягивает ко мне руки. Приходится воспользоваться, а что делать? Не валиться же мешком с картошкой на его голову?

Аккуратненько кладу ладони на широкие мужские плечи, и позволяю рукам герцога обвиться вокруг моей талии. И съезжаю вниз по боку коня. Плавненько. И очень медленно. Сзади прижатая зверем, а спереди – мужчиной. Каждый бугорок прочувствовала, пока спускалась вдоль герцогского тела. Уверена, он тоже оценил, судя по черным горящим глазам.

– Можете уже отпустить, – говорю, – потому что уже долгую минуту, а может, и больше просто стою на земле, сжатая с двух сторон, как сосиска в хот-доге.

– Не могу, – отвечает хрипло.

А потом делает вроде как случайное движение, поправляет сбрую коня, и сбрасывает с меня маску. Наглец!

– Так я и знал! – восклицает и выглядит при этом так, словно ему только что подарили что-то, о чем он давно мечтал.

– Надеюсь, вы удовлетворены? – спрашиваю холодно.

– Еще нет, – отвечает.

И внезапно, жадно и очень настойчиво прижимается к моим губам в крайне собственническом и наглом поцелуе. А когда отодвигается, сияя начищенным самоваром, то говорит:

– Вот теперь да, удовлетворен.

– Это хорошо, – отвечаю ему.

И шлепаю по наглой морде смачно, с оттяжечкой, очень громкую пощечину.

– А теперь и я удовлетворена, – сообщаю в ошалевшие глаза герцога. – И раз мы оба уже удовлетворились, то будьте любезны, уберите свои руки с моей талии.