Текст книги "Мороженое со вкусом чили (СИ)"

Автор книги: Лера Черника

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 22 страниц)

– П…Покормить? – я чуть не уронила мороженое вниз и выпучила глаза.

Он совсем офигел?! Меня поражала его наглость и в то же время безобидность.

– Ну да. Мы пока доедем до спокойного места, боюсь, оно растает. Будет обидно, если я не попробую кусочек, – надув губы, развернулся и приобняв подголовник рукой, стал сдавать машиной назад. – И в этом будешь виновата только ты.

– Я? Почему это? – сощурила глаза, ища подвох. – Ты сам купил два рожка, зная, что нам нужно будет отсюда уехать.

– Не будь букой, Вишневская. Ну, покорми несчастного парня, который любит мороженое. Мое бедное сердце не переживет.

– Да ну? – нагло слизнула кусочек со своей порции, блаженно прикрыла глаза и закашлялась от непривычного сочетания сладости и остроты, но послевкусие дало о себе знать трепетным жжением на языке. Я его дразнила. И откуда у меня такая самоуверенность?

– Не мучай меня, – жалобно посмотрел исподлобья, когда мы вернулись на главную дорогу и пришлось смотреть на дорогу, а не на купленную вкусняшку.

– Ну ладно, – я поднесла к его рту рожок и Громов с большим удовольствием откусил смачный кусок.

Желудок ухнулся. Наблюдать за тем, как парень ест из твоих рук, это незабываемое ощущение и картина. Наверно, я забыла, как дышать. Кашлянув, откинулась на сиденье лишь бы больше не приближаться к нему. Опасно.

– Это перец? – уточнила, слизывая шоколадную растопленную глазурь.

– Да. Чили, – кивнул и открыл рот для повторного куска, не отрываясь от дороги, склонившись ближе.

– Необычный вкус. Любишь экспериментировать? – Неохотно протянула ему и посмотрела, как его губы сомкнулись.

– По настроению. Это мороженое как-то показал мне близкий человек. Теперь только его и ем, – неохотно ответил Громов и в глазах потух огонек, будто он вспомнил что-то неприятное. А плечи затвердели от напряжения.

– Вот как. Наверно бывшая девушка? – усмехнулась и отвернулась к окну, ощущая, как сердце пропустило два болезненных удара. Не то от глупости, не то от разочарования. Я злилась и непонятно на что. Чувства, что испытывала в данную минуту, накрывали волной.

– Мама…

Глава 5

– Мама? – прикусив губу, опустила взгляд на остатки рожка и выругалась про себя. И кто меня тянул за язык? Вот, дура, раз подумала о бывшей девушке, а не о ком-то другом.

– Она любила мороженое, – Макс сухо ответил, доедая порцию, когда мы остановились у аллеи нашего Универа.

– Она…

Я не знала стоило ли мне спрашивать настолько личные вещи. Не каждый человек способен открыться другому, особенно когда в душе таится мрак. Листая телеграмм, натыкалась на множество историй, когда кто-то терял либо обоих родителей, либо кого-то одного. Не представляю, что испытывает человек в данный момент. Сколько боли он прячет внутри себя лишь бы не показаться слабым перед остальными. Насколько выедает чувство одиночества, ведь это не кто-то дальний, а самый родной и неважно в каких отношениях находился человек. Если бы у меня случилось горе, то не представляю, что мне пришлось бы пройти в одиночку. Может быть, началась ядовитая до хруста костей истерика, а может не проронила и ни одной слезинки, тупо пялясь в одну точку. Никто не знает, как отреагирует его организм. Горе у всех индивидуальное. Есть те, кто скрывает за улыбками, смехом и весельем, а есть те, кто, разбивая кулаки и мебель в квартире, пытаются унять долбанную жгучую боль.

– Давай не будем, окей?

– Конечно, – кивнула и посмотрела на цифровые часы на магнитоле. – И спасибо за угощение. Этот вкус не забудется.

Время будто замедлилось. Дождь не прекращался. Дворники машины нещадно расчищали воду. Сквозь завесу, посмотрела, как бегут люди с пакетом на головах. Молодая парочка, наоборот, кружилась под дождем. Парень подхватил ее на руки, а она смеялась, подставив лицо небу.

– Будем брать его чаще, согласна? – приоткрыл окно, потом достал из пачки сигарету и задумчиво прикурил, рассматривая пешеходов. – У меня идея.

Он выкинул только что прикурившую сигарету на асфальт, разблокировал двери и заглушил мотор. Я нахмурилась. Что Макс задумал? Рывком, он выскочил из машины, намокнув еще раз. Быстро обежал и резко открыв мою дверь, протянул руку.

– Выходи.

– Что? Нет, – запротестовала, качая головой.

Громов слетел с катушек?! Какого хрена?! Не успев возмутиться, меня вытащили из теплого уютного места, бросив рюкзак на сиденье. Дождь мигом накрыл с головой. Мне стало холодно и мокро. Я злобно посмотрела на него. Макс улегся на асфальт, раскинув руки прямо на парковке и наплевал на мнение других. Скрестив руки на груди, наблюдала за ним и не понимала, зачем так поступать. Его лицо расслабленное и довольное. Я подняла голову, как делала девушка до этого и почувствовала кайф. Некую свободу. Ту, которой у меня не было. И поняла, что он хотел сделать. Для меня. Здесь нет преград. Нет клетки. Ничего нет. Только ты и дождь. Он будто смывал всю накопившуюся внутри обиду на мир. Исцелял внутренние раны, появившееся из-за гнилых людей. Я вздрогнула от прикосновений со спины. Он обнял крепко за талию, положив подбородок на плечо. Мне нельзя прикасаться. Нельзя. Нельзя. Внутри началась истерика и паника, а Громов, словно чувствовал ее и успокаивал, покачивая нас из стороны в сторону.

– Ты не одна.

Откуда? Откуда он знал, что находилось у меня внутри? Как он пролезал через кожу к сердцу и душе. Зажмурилась. Из глаз вырвались слезы, смешавшиеся с каплями. Вот оно. То, что он хотел сделать со мной. Не только подарить свободу, но и проплакаться. Выпустить напряжение.

– Кто же ты такой? – больше самой себе задавала вопрос, нежели ему.

– Узнаем вместе, – опалил горячим дыханием ухо. – Освободись, черт возьми.

Макс только что сорвал амбарный замок, на который меня посадили.

– А откуда ты ехал с Кренделем? – вытиралась полотенцем в машине, стуча зубами после нашей выходки.

Безумное маленькое приключение еще даст о себе знать. Не удивлюсь если заболею. Оказывается, он должен был поехать на тренировку и по этой причине у него оказались в багажнике два полотенца и пара футболок на смену. Я же уже решила, что он маньяк или запланировал заранее вытащить меня на улицу.

– В ветеринарную клинику. – Потирая шею, Громов выкинул окурок и закрыв окно, развернулся ко мне. – Сонь, насчет случившегося на вечеринке…

– Не надо. Ты сделал то, что сделал. Это мне нужно благодарить тебя за то, что защитил перед Игорем, – остановила его я и продолжила: – Он тот еще говнюк, а когда выпьет так вообще меры не знает в своих словах. Вика из-за этого постоянно с ним в конфликте.

– Что между вами произошло? – нахмурив брови Макс закрепил мобильный телефон на подставке и подключил провод, чтобы включить плейлист пока оба грелись.

– Без понятия, – пожала плечами и печально отвела от него взгляд. – Когда мы только все поступили и начали знакомиться, он сразу же начал подтрунивать над моей внешностью. Потом к нему подключилась Ева и остальные ребята. Я стала изгоем, пока не появилась Покровская.

– Я не вижу изъянов в тебе, – хрипло сообщил.

Щеки внезапно загорелись от его слов. Тихо сглотнула комок в горле и медленно подняла глаза. Он смотрел в упор. Внимательно. Разглядывал каждую деталь на моем лице. Взгляд блуждал, будто он оценщик дорогого ювелирного украшения. Мне стало душно. Макс вызывал во мне смешанные чувства. Приятную истому и дискомфорт от прямолинейности. Пальцами сжала посильнее рюкзак.

– Ты это говоришь, чтобы просто меня не обидеть, – печально усмехнулась, собрав всю волю в кулак.

– С чего бы мне врать? – приподняв бровь, Макс поджал губы и придвинулся ближе, поднес руку к подбородку и приподнял мое лицо двумя пальцами. – То, что я говорю – правда. Какие у тебя могут быть недостатки? Милые веснушки, ярко-голубые глаза цвета океана, красивый носик и очаровательные губы, – взгляд скользнул вниз.

Воздух наэлектризовался. Между нами возникло необъяснимое напряжение. Вот-вот и разразится гром. Взгляды встретились. Мои губы непроизвольно приоткрылись от близости его лица. Его аромат табака и одеколона дурманил, притягивал, сводил с ума. Громов провел подушечкой большого пальца по щеке и касание казалось раскаленным, колким и острым. Еще чуть-чуть и на коже останется ожог. Я не могла себе позволить чувствовать что-то такое, что витало вокруг нас. Не могла себе позволить верить чужим словам. Не могла позволить расслабиться, только потому что приятно слышать то, что давно хотела. Он все еще опасен. Люди – монстры и у них нет человечности. Они звери, которые наслаждаются слабостями.

– Макс, я…

– Да, прости, – он одернул руку и сел обратно, поднес кулак к губам и кашлянул. – Это моя ошибка. Не хотел тебя смутить.

– Все в порядке…

Замялась. Растерялась от новых ощущений. Желудок сводило от подкатившей тошноты. Зачем он так со мной? Зачем он говорит вещи, в которых нет правды?

– Ты меня почти не знаешь, я понимаю это, – Громов заново закурил, приоткрыв окно машины. Его пальцы подрагивали. – Есть идея.

Твою мать. Пожалуйста, только не это. Предыдущая идея закончилась тем, что теперь я мокрая и замерзла.

– Что? Какая? – все еще не успокоившись, сама открыла окно со своей стороны и вдохнула свежего воздуха. Тело онемело из-за произошедшего. Пульс подскочил до скорости света, как мне казалось. Он чувствовался в горле глухими «тук-тук». Перед глазами поплыло и я попыталась сфокусироваться хоть на чем-нибудь.

– Давай сыграем в игру, – усмехнулся, затягиваясь. – До Нового Года осталось пару месяцев, так? А впереди у нас еще и экзамены с зачетами. Что если каждый день в течение дня мы будем задавать друг другу по три вопроса?

Я задумалась на мгновение, но понимала, что его предложение звучало безумно. Игра с тремя вопросами? Он серьезно? Наверно все это ошибка. Его появление в моей жизни. Я, севшая к нему в машину. Полный бред.

– Не знаю, это как-то…глупо. Мы же не дети.

– Почему же? Ты узнаешь меня, а я тебя. Отвечать на эти три вопроса только честно, – щелкнув пальцами, Макс выкинул окурок и повернул голову. – Давай хотя бы попробуем. Можем начать прямо сейчас. Задай мне.

– Ну, – пожала плечами, не веря в положительный исход. – Твой любимый цвет?

– Синий.

– Твоя последняя прочитанная книга? – от усталости глаза слипались, но я не подала вида. Головная боль разрасталась и уже била по затылку. Видимо съесть мороженое на голодный желудок не самая моя замечательная идея, а ливень только спровоцировал.

– Тут ты застала меня врасплох, – Громов кашлянул еще раз и запустил пальцы в волосы, явно смущаясь.

Он, правда, смутился от безобидного вопроса?

– Ты сам выдвинул правила, так что отвечай, – хмыкнула, ощущая, как адреналин пробежался по всему телу и любопытство взяло вверх. Боль затихала и расслабив плечи, покосилась на него.

– Обещай, что никому не расскажешь об этом, – вздохнул и еле понятно пробурчал: – «Бумажная Принцесса».

Поначалу думала, что мне послышалось. Потом все же дошло, что нет, и распахнула в шоке глаза. Пальцами дотронулась до губ, скрывая улыбку и смотрела, как он опустил глаза и разглядывал кроссовки, боясь встретиться со мной взглядом.

– Серьезно?

– Да. Приходила помощница отца вместе с дочерью, и она читала книгу в гостиной, пока они общались. Оказалось, что она забыла ее на диване. Мне стало любопытно, что читает нынче девушки и…

– И решил ее прочитать? И как? – делая серьезное лицо, я прикусила губу, сдавливая в себе смех.

– Я очень переживал за Эллу. А братьям мне хотелось врезать с самого начала, – фыркнул Макс, недовольно сдвинув брови к переносице. – Рид козел.

– Вот как. Хорошо, возьму на заметку твое мнение, хотя я не совсем согласна с ним, – хихикнула, вспомнив как Покровская визжала над парнями в книге. – В наш клуб ты точно не попадешь.

– В клуб? – сощурил глаза и ухмыльнулся. – А может я буду отличным кандидатом по любовным романам.

– Ну уж нет, Макс. Прости, но это точно не для тебя, – звонко рассмеявшись, запрокинула голову назад, представив, как мы втроем сидим и обсуждаем любовную линию главных героев и их страстный секс.

Как ему удалось меня рассмешить? Единственным человеком, который обладал магией веселья была Вика, а теперь еще и он.

– Ты разбила мне сердце!

Громов тихо хохотнул и мило улыбнулся на мой смех.

– Так. Остался третий вопрос, – отдышавшись, задумалась на секунду и спросила: – Твой любимый певец? Только сразу предупреждаю! Не говори мне, что это Сергей Лазарев, иначе я тебя стукну!

– Между прочим у него неплохой вокал, – в защиту высказался он и закрылся руками от моих легких ударов. – Хорошо! Певец…Jony. Да, определенно.

– Хм, – улыбнулась. – Неплохо, Громов. Неплохо.

– Вот видишь, ничего страшного в вопросах нет. Моя очередь, – заулыбался и сжал подбородок ладонью в задумчивом выражении.

Я напряглась. Не особо люблю отвечать на личные вопросы. Особенно если они будут касаться семьи. Пульс заново подскочил, а внутри все «молилось» лишь бы не пришлось рассказывать что-то запретное.

– Твоя любимая погода? – вдруг оживился Громов и отодвинул кресло назад, затем уселся вполоборота, положив ногу буквой «г».

– Погода? Ох… – на минуту размышляя над ответом, посмотрела в сторону ближайшего от аллеи кафе и ответила: – Снег. Я люблю снег. Медленный с крупными – крупными хлопьями.

– Я запомню, – прошептал он, рассматривая профиль лица. – Так! Любимая сладость?

– Не поверишь, но…пирожное «Картошка», – закрыла лицо руками, скрывая смущение.

– Почему же не поверю? – его брови взлетели вверх. – Между прочим, это любимый десерт многих детей. М-м-м…

Послышалось урчание живота. Я удивленно оторвала лицо от рук и повернулась к нему.

– Это…

– Ты раздразнила мой желудок, – отчаянно взвыл Макс и уронил голову вниз. – Может зайдем в кафе и пообедаем? Не против?

Он ковырялся пальцами в штанах, будто искал за что бы зацепиться.

– Я…

– Пойму если ты не захочешь составить мне компанию, – грустно усмехнулся.

Он явно обладает очарованием.

– Просто я никогда не ходила с парнем в кафе и не знаю… – растерянно пролепетала.

Сердце вновь застучало. Ему будет стыдно рядом со мной. Как и другим. По этой причине я никуда не хожу с Викой. Не хочу, чтобы она чувствовала неудобство. А тут идти в кафе с человеком, которого не знаешь, да еще и с парнем. Сексуальным парнем. Люди, наверняка, подумают, что он повел меня на обед на спор. А что еще думать, когда рядом с красавчиком находится жирная девушка?

– Тогда пора – это исправить. Софья Вишневская, приглашаю вас посетить лучшее заведение, – шутливо поклонился и протянул руку в сторону кафе и осмотревшись, добавил: – В ближайшем километре от нас, вместе со мной.

– Я не хочу, чтобы тебе было стыдно, – вырвалось из губ, и я закрыла глаза.

Черт.

Черт.

Черт.

Сбежать. Мне пора сбежать.

Из меня вырвался нервный смех от нахлынувшей паники. Я только что думала о том, как убежать от него. От всех. Как всегда.

– Выбрось из головы. Не смей даже думать об этом.

И его беззаботная улыбка коснулась губ. Взгляд стал озорным, словно я смотрю на мальчика-подростка лет пятнадцати.

– Ладно. Только один раз. Больше так не делай, окей? – переступая через себя, соглашаюсь.

– Она не отказала! – довольно громко и в восхищении выпалил Макс еще шире улыбаясь с довольным лицом.

– Перестань…

– Бежим скорее, а то иначе без нас все съедят самое вкусное! – с веселыми нотками в голосе, он открыл дверь машины и вылез.

Я же его остановила на полуслове, крикнув:

– А Крендель? Забыл? Нельзя оставлять его здесь одного, – покачала головой.

– Я мигом! – успел ответить, перед тем как его фигура скрылась за дверьми кафе.

Пока Громова не наблюдалось, я быстро схватила мобильный и в панике написала Вике сообщение: «Я с Максом. Он пригласил меня в кафе. Не знаю, что делать.» Значок «прочитано» загорелся синим. Подняв глаза, увидела, что Вика печатает сообщение. На что получила ее ответ: «Ч-Т-О-О-О-О-О?! Ты с Громовым и только сейчас мне сообщила?! В смысле?! Как так?!» и добавила три смайлика, где вылезла душа от ужаса. Я хрипло засмеялась. Отвечая, не знала, стоило ли сообщить подробности, но все же решила намекнуть: «Он мне позвонил, потому что я не отвечала на его сообщения. Короче, теперь я сижу в его в машине вместе с Кренделем и жду, когда он вернется из кафе.» Сообщение не заставило себя долго ждать: «Так. Про Кренделя потом расскажешь, потому что я ни хрена ничего не понимаю и кто это вообще такой. Вы где?!?!» Я честно написала: «Без понятия, Вик. У Кафе «ДжастаПаста».» Следом последовали смайлики, намекающие на что-то явно интимное, я же отправила ей смайлик «рукалицо». Наша переписка закончилась, и я оторвала взгляд от экрана. Обратно возвращался Громов с загадочной улыбкой на лице. Дверь машины открылась со щелчком, но он наклонился и сказал:

– Пойдем. Я возьму Кренделя.

– Туда можно с животным? – изумилась. На улице стояла девушка в одежде официанта и курила. Она внимательно следила за нами, не скрывая некого удивления. По телу пробежался жар. Макс взял его на руки и на всякий случай пеленку из кармана, закутал в сухую толстовку, прижимая к себе.

– Я договорился. Не переживай.

Я закинула лямку рюкзака на плечо и подойдя к ним, склонила голову на бок, когда Крендель забавно чихнул и прижал уши к голове.

– И как ты все-таки договорился? – двигаясь с ними в одну ногу, поднялась по двум ступеням. Официантки уже не было.

– Иногда деньги решают все, – усмехнулся он на мой укоризненный взгляд и открыл дверь, впуская вперед.

Над головой зазвенел колокольчик, оповещающий о гостях. У ресепшена на входе, администратор очаровательно улыбнулась, когда увидела клиента и удивленно мимолетно дернула бровь заметив меня, но ничего не сказала, а протянула нам два меню.

– Ваш столик готов, Максим Дмитриевич.

Его здесь знают? Мне показалось, это подозрительным.

***

Кафе оформлено темно-изумрудными стенами. Ореховые балки на потолке и большие корзины, в которых находились растения. Вместо объемных люстр, висели обычные лампочки на черных проводах. Несколько миниатюрных столиков с ротанговыми стульями и черными подушечками вместо сидений. Вдалеке находилась лестница на второй этаж и оттуда доносился приглушенный свет. Мы шли вперед именно к ней. И я замерла. Над потолком висели абажуры от люстр. Оранжевые, желтые и красные. Нас сопровождала официантка, что стояла на улице и пригласила, повернувшись вполоборота протянув руку, вперед. Макс прошел вперед. С интересом разглядывая, я охнула, когда увидела старое пианино.

– Какое необычное место, – прошептала ему в спину и резко остановилась, чуть не врезавшись в него.

Он повернул голову и тоже прошептал:

– Как и ты сама.

Я моргнула. И вот мы дошли до нашего столика в полном молчании. В голове крутились его слова. Что он имел ввиду? Небольшой столик в притемнённом уголке накрыт приборами.

– Прошу. Отдыхайте, – приветливо отвлекла нас официантка и отошла в сторону, чтобы дождаться заказа. Ее встретила вторая и они начали перешёптываться. Макс совершенно не обращал на них внимания, а налил бутилированной воды в приготовленную небольшую пластиковую миску для собаки. Крендель жадно впился и начал пить с большим удовольствием. Потом Громов убрал и погладив по макушке, отправил его спать. Тот плюхнулся, растянувшись во весь рост и мигом захрапел. Мне бы так засыпать. Улыбнувшись уголками губ, топталась на месте. Он подошел ко мне со спины и протянул руки, ожидая, когда сниму куртку. Расстегнув молнию, оттянула вниз осенний пуховик и отдала. Встретились взглядами и щеки запылали. Макс повесил одежду на вешалку недалеко от столика и указал на стул.

– Садись. И прекрати смущаться, я не кусаюсь, – он отодвинул стул.

Когда я присела и хотела подвинуться к столу, он сам меня придвинул без каких-либо проблем. Опешила от его физической силы и охнула. Громов склонился над ухом, прошептав:

– Соня, не стони перед парнем, если не хочешь, чтобы тебя уложили на стол.

Его дыхание обдало жаром кожу и сердце забилось быстрее. Щеки загорелись сильнее. Я сглотнула и опустила взгляд вниз. Твою ж мать. Запах одеколона ударил в нос. Он только что намекнул мне, что я его возбуждаю?! Что?! У меня глаза расширились от осознания.

– Хорошо… – сипло отозвалась.

Провел легонько пальцем по плечу и шикнув сквозь зубы, резко оторвался и уселся напротив, уткнувшись взглядом в меню. Я последовала его примеру и ужаснулась от цен.

– Макс, здесь…

– Выбирай все, что захочешь, – перебил на полуслове, не желая слушать фразу дальше.

– Но…

К нам подошла девушка и спросила:

– Готовы сделать заказ?

Она держала в руках маленький блокнот и ручку, изучающе смотря на главного гостя.

– Да. Будьте добры мне салат «Цезарь» с курицей, Мачете с маринованными огурцами, стакан апельсинового сока. На десерт два шарика шоколадного мороженого и черный чай с бергамотом.

– Хорошо. А вашей спутнице?

Громов оторвался от меню и посмотрел на меня пронзительным взглядом.

– Мне салат как у него. И кока-колу, пожалуйста.

Мой голос сник, но это единственное, что я могла бы себе позволить. Придется уменьшить расходы на питание в Университете.

– Это все? – уточнила официантка, записывая заказ.

– Будьте добры девушке Трюфельную карбонару с сыром пармезан. А на десерт…

– Да, хорошо. Спасибо за заказ. Ожидайте, – забрав меню, она испарилась из виду, будто ниндзя.

Сложилось ощущение, что они что-то скрывают, судя по взглядам, как только он упомянул десерт.

– Макс, не стоило, – закачала головой и неуверенно сжала пальцы в кулаки.

Стало не по себе от его инициативы.

– Я пригласил тебя пообедать. Я и оплачу. Не переживай, хорошо? Просто наслаждайся.

Он опустил руки на стол и сцепил их в замок.

– Ты похож на парня из современных любовных романов, – пошутила и прикрыла глаза, ругаясь на себя за глупость, вырванную из губ.

– Правда? – сощурил глаза и придвинулся чуть ближе. – И чем же? Вот мой третий вопрос.

– Ты серьезно? Ты использовал попытку трех вопросов для того, чтобы узнать почему похож на героя любовного романа? – сначала недоверчиво прищурилась, а потом улыбнулась.

Он дернул бровями.

– Именно так и есть. К тому же до Нового года у меня еще есть время много чего узнать. Так, как насчет ответа? – игривым тоном. – Расскажи-ка мне, тайная поклонница горячих парней.

– Макс! – протянув руку, я стукнула его.

– Прости, – Громов заулыбался еще шире, но поднял ладони в защите.

– И что такого в том, что девушка любит романы про подростков? – возмутилась и скрестила руки на груди, опираясь на спинку стула.

– Поправка, – поднял он указательный палец, – про горячих подростков с мышцами на животе, руках и покрытыми татуировками с определенными значениями.

– Да иди ты, – закатила глаза.

– Я все еще жду.

Опять дернул игриво бровями.

– Ну, – стараясь подобрать нужные слова, задумалась, – ты сопроводил нас на вечеринку, узнав мой номер телефона. Набил морду козлу, который меня обидел. Затем решил извиниться и заехал за мной к торговому центру. Угостил мороженым, а потом пригласил пообедать. При этом шутишь, порой говоришь непристойные вещи, заботишься о комфорте и придумываешь странные игры.

Макс задумчиво стучал подушечкой указательного пальца по губам и внимательно на меня смотрел.

– Да. Я готовый персонаж романа. Ты права, – кивнул и хохотнул в кулак от моего выражения лица. – А еще у меня есть кубики и татуировка. Двойное комбо? Похож на плохого парня-соседа, м?

– Ты невыносим, – завыла и спрятала лицо в ладонях.

Все оставшееся время провели за разговором и приятным вкусным обедом. Паста была восхитительна. Ничего подобного не ела. Непринужденная беседа, тихое место и много шуток. Громов иногда игриво флиртовал, и изредка говорил удивительные вещи. Мне становилось все легче и легче находиться рядом с ним. Сердце то ухалось, то подпрыгивало. Напоследок, когда нам принесли десерт, Макс улыбнулся еще раз и произнес:

– Надеюсь, что наше время запомнится тебе надолго, Веснушка.

Официантка поставила передо мной тарелку с пирожным. С тем самым, который я безумно люблю всем сердцем. Сейчас собственными глазами смотрю на сладость и в груди защемило. Оторвала взгляд от пирожного и подняла глаза на Громова.

– Ты сумасшедший….

– Только рядом с тобой.

Вырвалось у него в полу рыке или полушепоте, заставив мое дыхание сбиться.