Текст книги "Волчонок"

Автор книги: Леонид Кудрявцев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 19 страниц)

40

Самое худшее на свете – это выполнять приказы штатского, совершенно ничего не понимающего в том деле, которым он пытается командовать, но исполненного огромного самомнения и очень активного.

Активного?

Аркас взглянул на Главного распорядителя.

О, да, некоторое время назад этого было с избытком. А теперь… Что-то большой командир за последние несколько минут сдал по части активности. Сидит на земле, уставившись в одну точку, и тихонько покачивается.

Чуть-чуть приподняв голову над краем оврага, Аркас оценил обстановку и приказал:

– Обходят справа! Двое со «сжигателями» – туда. Их нужно остановить, иначе они отрежут нас от спасательной капсулы.

Убедившись, что его приказание выполнено, он вновь взглянул на Главного распорядителя.

Фу… тряпка тряпкой. И могут ли от такого исходить толковые приказы? Вообще, вся эта авантюра с высадкой на загаженную планету, на планету-свалку, оказывается, с самого начала была обречена на провал.

Вот знать бы это еще тогда, на корабле, прежде чем он отправил своих воинов в прыжок-поле. Скольким бы он тогда спас жизнь? Половине? А может, и большему количеству, учитывая, что им еще предстоит отступать до самой капсулы, и потери при этом неизбежны? Не дело это, заставлять охранников ловить беглеца, заставлять их выполнять то, чему они не научены, к чему не приспособлены. У которых нет даже элементарной техники, хотя бы для того, чтобы вызвать с корабля подмогу.

Дроки. Уж они бы эту небольшую проблему с аборигенами решили играючи. Ну или почти играючи. В общем, они обучены именно для таких случаев, а он не может их даже позвать на помощь.

Аркас взглянул в сторону капсулы.

До нее было не так далеко. Но тому, кто попытается до нее добраться, придется преодолеть открытое пространство, ставшее с начала боя от всей этой безумной пальбы еще более открытым. Его воины…

Нет, ни один из них до капсулы не доберется. Большое тело иногда тоже является помехой. Большое тело – большая мишень. Будь у него сейчас под рукой те, кого они наняли проводниками… Они вовремя смылись. И осуждать их за это нельзя, поскольку им обещали заплатить совсем за другую работу. Они не нанимались драться.

Аркас снова взглянул в сторону капсулы.

Все-таки придется к ней отступать. Прямо сейчас. А иначе рано или поздно враги окружат их овраг. И вот тогда – точно, будет конец. Хорошо, хоть варварам не под силу разрушить спасательную капсулу. Ее не смог повредить даже недавний бешеный обстрел. Ее делали с расчетом на такие испытания, и даже более суровые.

Отступать…

Он придвинулся к Главному распорядителю, осторожно толкнул его задней лапой и прошипел:

– Очнись, есть разговор.

– Оставьте меня в покое, – явственно сказал Главный распорядитель. – Я должен обдумать создавшееся положение. Пропажа симбиота может привести к катастрофическим последствиям. По крайней мере, может опозорить мой род на все оставшиеся времена. Учитывая все это, мне необходимо продумать концепцию дальнейшего ведения дел с традиционными поставщиками. Если они, узнав о случившемся…

– Кретин! – сказал Аркас. – Ты хоть соображаешь, где мы находимся и что вокруг нас происходит?

Главный распорядитель взглянул на него выпуклыми, ничего не понимающими глазами и продолжил:

– Конечно, род древесных пожирателей с планеты Жор расторгнет все сделки. Они такие, чистоплюи. Но если нам удастся принять необходимые меры для того, чтобы не сделать произошедшее всеобщим достоянием, если мы сумеем сохранить хотя бы некую видимость достоинства… Надо сказать, что знание истории нашего и других родов наводит меня на мысль, что подобные несчастливые случайности в прошлом имели место…

Так, от этого пользы никакой. И значит, по всем законам наступило время брать командование на себя. Тем более, положение критическое. Проще говоря – хуже не бывает.

Окинув взглядом остатки своего отряда, Аркас прикинул, что отступать не имеет смысла. Точнее, сейчас это будет самоубийством. Если они кинутся наутек, тут их и перестреляют.

Значит, что остается? Послать кого-то за подмогой, кто должен будет добраться до капсулы и, очутившись на корабле, передать его приказ о помощи. Если это получится, то им останется лишь продержаться до подхода дроков.

Всего-навсего… Ого, дело не плевое. Но есть ли у него другой выход? Нет? Значит, он и его все уменьшающийся отряд продержатся, приложат к этому все усилия.

И чем скорее он отправит гонца за помощью, тем лучше.

Выбрав из своих воинов одного, самого, по его мнению, прыткого, Аркас приказал:

– Герм, отправишься на корабль и передашь мой приказ будить дроков. Пусть спешат. Нам нужна помощь, очень нужна. Понял?

– Да. Но как…

– Мы тебе поможем. Главное, ты, выбравшись из оврага, беги, не жалея ног, и исполняй приказ.

– А если…

Аркас презрительно фыркнул:

– Конечно, стрелять они будут. Но мы постараемся тебя прикрыть. Так что беги, не оглядываясь, изо всех сил. Думаю, это дело выгорит. Понял?

– Да.

– Готов выполнить приказ?

– Готов.

– Ну вот и замечательно. Теперь приказ всем. Слушайте внимательно. По моей команде все поднимаются над краем оврага и начинают поливать врага из всего имеющегося оружия. Зарядов не жалеть. Гарм – гонец, и мы должны его прикрыть. Любой ценой. Если он доберется до капсулы, а потом попадет на корабль, мы будем спасены. Поняли?

– Поняли.

Ну, еще бы не понять? Жить всем хочется.

– По моей команде, – объявил Аркас, – на счет три. Готовы?

– Да!

– Начинаю отсчет. Раз! Два!

«Три» сказать он не успел. Как раз в этот момент аборигены дали залп из какого-то нового оружия. В овраг влетело несколько огненных шаров и, с грохотом взорвавшись, превратили большую его часть в пылающую доменную печь.

41

Шок прошел окончательно, но много ли он от этого выиграл?

Главный распорядитель помотал головой.

Как он здесь оказался? Как это получилось? Точнее: почему этот снящийся ему кошмар все еще продолжается? Слишком долго, очень долго, невероятно долго.

– Говори! – приказал предводитель аборигенов. – У тебя есть всего лишь пара секунд!

Коробочка универсального переводчика на его голове казалась чем-то чужеродным. Неким странным выростом. А вообще, надо признать, выглядел он очень живописно. В просторном костюме, который чем-то напоминал наряд, обычно предписываемый придворным на планете Невинных удовольствий, с каким-то старинным оружием в руке. И морда… да, именно морда, а не лицо.

Жуть какая…

– Ну, будешь говорить, как попасть на ваш летательный аппарат?

Главный распорядитель молчал.

Главарь аборигенов пожал плечами и заявил:

– Ну хорошо, значит, разговор будет чуть дольше, чем я рассчитывал. Пусть так. Ради того, чтобы попасть на ваше транспортное судно, я готов проделать и не такое. В общем, меня зовут Морган. Это ты должен запомнить, это тебе еще пригодится. Тебя как?

Главный распорядитель не сделал и попытки ответить.

Он знал, он совершенно точно знал, что сейчас надо из последних возможностей тянуть время. Вот-вот кто-то разбудит дроков, и тогда весь этот ужас кончится. Дроки быстренько наведут порядок на этом острове, на который их по несчастливой случайности занесло. Они все расставят по своим местам.

Дроки. Вот только, кто их разбудит, если почти все ящеры погибли? Возможно, даже все. Нет, кажется, прежде чем его захватили в плен, несколько, и в том числе Аркас, успели выбраться из пылающего оврага и ушли прочь. К несчастью, они ушли не в ту сторону, в которой находилась спасательная капсула, а в противоположную. И если учесть, что бандиты притащили его именно к ней… В общем, даже если это не было галлюцинацией, то спасшиеся ящеры ему ничем помочь не смогут. А если пригрезилось…

– Говори, как тебя зовут? Отвечай!

Главный распорядитель молчал.

О чем можно разговаривать с бандитами, только и жаждущими ворваться на его корабль? Какие бы обещания они сейчас ни давали, стоит им поддаться, как все будет забыто и его корабль будет разграблен. При этом жизнь свою, пусть даже ценой предательства, он спасти не сможет. Так какая разница? Если он уже погиб, то зачем нужно тащить за собой остальных?

– Хорошо, раз ты упорствуешь, мы применим к тебе особые методы воздействия.

Кажется, этот мерзавец зловеще улыбнулся.

Что за система у этих хомоподобных чуть что скалить зубы? Вот попробуй эти оскалы точно пойми. В то время как звук удовольствия никогда не спутаешь со звуком гнева или вдруг пришедших в голову блестящих мыслей. Причем набор звуков гораздо выразительнее и богаче, чем все эти усмешки, ухмылки и разные виды улыбок.

Звуки…

Главному распорядителю сейчас очень хотелось издать один звук, длинный, словно грузовой корабль ардирейцев, и очень, очень жалобный. Звук крайнего ужаса и мольбы о пощаде.

Толку-то от этого? Как будто он способен разжалобить хоть кого-то из находящихся перед капсулой.

– У нас есть методы разговорить кого угодно. У нас в этом большой опыт. Понимаешь?

Острие оружия Моргана выписало перед глазами Главного распорядителя замысловатую кривую. Такой намек мог понять и слабоумный.

Пытки.

Страшная штука, на цивилизованных планетах недопустимая, а здесь явно считавшаяся чем-то обыденным. Причем возьмутся за него те, кто не имеет ни малейшего понятия о строении его тела, расположении нервных узлов. Таким образом, действовать они будут наугад.

Главному распорядителю стало дурно.

Какие там пытки? Это просто будет зверское убийство, предотвратить которое нет никакой возможности. Или есть? Дать предводителю бандитов то, что он так хочет получить?

Нет и еще раз – нет.

И все-таки, вдруг они не понимают, что делают?

– Вы не сможете меня пытать, – сообщил Главный распорядитель. – Вы не знаете, как я устроен.

– Тем хуже для тебя. Ты не находишь?

Понимают, гады. И только что он пошел у них на поводу, заговорив. А если один раз заговорил, то второй раз они обязательно заставят тебя это сделать.

Скверно-то как. Ой, скверно.

– Что вы сделаете с теми, кто находится на корабле?

– Мы? Ничего особенного. Мы не причиним им ни малейшего вреда.

– Ты врешь.

– Как можно? – возразил предводитель бандитов. – Я говорю правду, чистейшую, словно вода, только что прошедшая очистительную установку.

– И все-таки…

– У меня есть средства убедить тебя в своей искренности.

– Такие же, как те, которыми ты намеревался заставить меня говорить?

– Примерно. А разве они плохи?

– Чудовище.

Главный распорядитель чувствовал себя зверьком, попавшим в ловушку. Он четко осознавал, куда все идет и чем неизбежно закончится. Вот только если бы осознание происходящего могло помочь в подобной ситуации.

Что же делать?

Морган снова показал зубы.

– Никаких угроз. Я имел в виду совершенно другое. Всего лишь хотел сказать, что, заговорив со мной, ты ничего не потерял, а только приобрел. Мы можем беседовать, и ты избавился от опасности неожиданно лишиться, например, одной из своих конечностей. Почему бы не продолжать действовать в том же духе?

– И тогда…

– Все останутся довольны. Никто не пострадает.

– Какие ты можешь дать гарантии?

– Мое слово. Разве этого мало?

Главный распорядитель взглянул на Моргана и издал короткий, отрывистый, с легким дребезжанием, звук. На его родной планете таким звуком встречали особей, прославившихся среди соплеменников нечестностью.

О чем предводитель бандитов, конечно, знать не мог.

Он стоял перед Главным распорядителем, показывал все зубы и ждал ответа. Причем было совершенно понятно, что ответ этот может быть только одним. Любой другой закончится болью и смертью.

И тут до Главного распорядителя дошло.

Все, оказывается, изменилось. Сменились условия выбора. Если до того, как он заговорил, можно было еще рассчитывать просто умереть, не отдав бандитам свой корабль, то теперь все по-другому.

Он умрет неизбежно, но, чтобы это случилось без мук, надо не только отдать корабль, но еще и пройти через целую серию унижений, то есть потерять еще и свою честь.

И тут Главный распорядитель мысленно проклял и симбиот, и охватившую его совсем недавно жажду власти, толкнувшую его на необдуманные поступки. Пусть, пусть этот симбиот останется на планете-свалке, пусть, если даже еще не погиб, умрет здесь или достанется одному из самых жалких и ничтожных аборигенов, тому, кто не имеет никаких шансов покинуть планету, а значит, и воспользоваться им.

– Что-то ты слишком долго думаешь. Не пора ли начать отвечать?

В самом деле…

Главный распорядитель подумал, что делать выбор и тянуть время там, где этого выбора фактически нет, не имеет смысла. А он лично никогда не любил бессмысленных действий, старался их не совершать, не тратить на них время. Раз так…

42

– Думаю, это кто-то нам знакомый. Тебе так не кажется? – спросил Антон.

– Еще как кажется, – согласился с ним Дядюшка-волк. – Наши знакомые ящеры, в количестве трех штук. Удрали с поля боя. Причем, обрати внимание, не бегут без оглядки, не зная куда, лишь бы подальше от драки, при этом здорово рискуя напороться на неприятности. Нет, они уходят по-умному, выбирая дорогу, с оглядкой, на случай, если их кто-то надумает преследовать.

Волчонок пожал плечами:

– Если они бегут, это еще не является потерей достоинства. Как я понял, их дело совсем тухлое. Командир у них ничего в военном искусстве не понимает.

– Он явно попал в командиры случайно.

– Случайно. Вот еще один любопытный вопрос. Если эти ящеры такие умные, то почему бегут прочь от своего «летающего дерева»?

– Хороший вопрос, – подтвердил Дядюшка-волк. – Такой, что на него можно даже попытаться найти ответ. Ну-ка надень. Тебе это пригодится.

Вытащив из кармана такую же, какая была у него на голове, коробочку универсального переводчика, очевидно, взятую у одного из убитых ящеров, он протянул ее Антону. После этого Дядюшка-волк слегка привстал и, высунувшись из-за дерева, негромко сказал ящерам, как раз в тот момент оказавшимся от него в нескольких шагах:

– Торопитесь? Не желаете ли переговорить?

И замер.

Антон подумал, что он поступил верно. Больше всего в таких ситуациях пугают резкие движения. По крайней мере, людей. А вот ящеры… молодцы. Они правильно отреагировали на ситуацию.

Не задавая лишних вопросов, остатки отряда небожителей двинулись к ним, молча обошли дерево и присели рядом с Дядюшкой и Волчонком. Ящеры сидели точь-в-точь, как это делали древние птицы-курицы в одном старинном кино.

Окинув беглецов внимательным взглядом, Антон признал в одном из них Аркаса. Уцелел-таки… И правильно сделал. Настоящий профи.

– Куда бежим? – поинтересовался Волчонок.

Вместо ответа Аркас слегка привстал и еще раз посмотрел в ту сторону, откуда они появились. Наверняка проверял, нет ли за ними погони.

– Никто за вами не погонится, – заверил его Дядюшка-волк. – Им сейчас не до вас. Они, как мы видели, столпились возле вашего летательного аппарата.

Ящер снова уселся на землю и мрачно буркнул:

– Это-то и хуже всего.

– Что не погонятся? – спросил Антон.

– Что они столпились возле спасательной капсулы. Я видел, они захватили Главного распорядителя.

– Большеголового? – уточнил Дядюшка.

– Да, они его поймали. И если он откроет им, как пользоваться прыжок-полем… А дроки спят, как им и положено. Их перебьют во сне или просто не разбудят, оставят спать… и тогда…

– Понятно, – сказал Антон. – Ну-ка рассказывай, кто такие дроки, чем является это самое прыжок-поле и какой вред может быть от того, что преследователи поймут, как им пользоваться. Приди в себя и быстро, толково все расскажи. Я слушаю.

Совет был дан вовремя.

Ненадолго застыв, ящер сделал над собой усилие и, собравшись, в пять минут объяснил, чем может быть опасно пленение его командира, для чего нужно прыжок-поле и кто такие дроки.

Когда он закончил, Дядюшка-волк сказал:

– Забавно. Получается, еще немного и все преследователи отправятся наверх?

– Я думаю, они очень быстро вытащат из Главного распорядителя все его тайны, до единой, – подтвердил Аркас. – Он не силен духом. А если им еще придет в голову пригрозить ему пытками…

– Они это сделают первым делом, – сообщил Антон.

Аркас уныло поник головой.

– В таком случае, наша песенка спета. Мы думали подождать немного. Может быть, бандиты не сумеют забраться на корабль. Рано или поздно представится возможность на него проскользнуть. Ну а там мы разбудим дроков, и весь этот кошмар закончится. А теперь… У нас нет времени ждать. Действовать надо немедленно. Но как?

Дядюшка слегка придвинулся к Антону и едва заметно ткнул его локтем в бок. Волчонок в ответ чуть заметно кивнул. Что означало «Прекрасно понял».

Хотя что тут понимать-то было? Ящеры просто в бедственном положении и готовы, чтобы из него выползти, пообещать хоть все сокровища мира. При этом еще и предоставляется возможность натянуть нос преследователям. Тоже неплохо.

Правда, не совсем понятно, как это все проделать. Ну да ничего. Главное, ввязаться в драку, а там будет видно. И если… А вот такая мысль… Чем не идея?

Антон широко улыбнулся.

Действительно, чем не идея? И она, похоже, пришла в голову не только ему одному. Дядюшка-волк, не тратя времени зря, уже начал атаку.

– Мы не выполнили взятые на себя обязательства, – сообщил он Аркасу. – Не привели вас к беглецу.

– Это плохо, – ответил ящер, – но сейчас наши планы изменились. Нам сейчас важнее предотвратить захват корабля. Это было бы настоящей катастрофой.

– Впрочем, о его судьбе мы узнали.

– Неужели?

– Мой подопечный нашел его труп. К сожалению, предъявить тело для опознания мы сейчас не можем, но уверяю, тот, кого вы пытались поймать, – мертв.

– В другое время это могло бы меня огорчить, – сказал ящер. – Но сейчас мне не до беглецов. Корабль, вот что меня беспокоит.

– Дойдет очередь и до него. Прежде всего мне хотелось бы урегулировать одно предыдущее дельце.

Антон покачал головой.

Дядюшка-волк умел вести переговоры. Сейчас лучше не мешаться у него под ногами. Он и не мешался. Сидел и помалкивал.

– Какое дельце? – спросил Аркас.

– Мы получили аванс, и мне кажется, можем считать, что его отработали.

– Можете, – буркнул ящер.

Похоже, он сейчас мог думать только о корабле, который вот-вот потеряет.

– Возможно, нам даже положено нечто большее, чем аванс? Фактически мы свои обязательства выполнили.

Тут ящер встрепенулся и, окинув Дядюшку-волка заинтересованным взглядом, быстро сказал:

– Вероятно. Однако остальную плату вы можете получить только с Главного распорядителя. Конечно, как только он избавится от общества ваших знакомых-бандитов. Если он после общения с ними останется жив:

– Угу, – сказав это, Дядюшка глубокомысленно пожевал губами. – Тогда не будем подробно останавливаться на его судьбе, хотя я твои слова на всякий случай и запомнил. Если он останется жив и получит свободу, то ты подтвердишь, что я имею основания получить вознаграждение?

– Могу почти наверняка предсказать, что к этому моменту мы останемся без корабля. Как в таком случае мы с вами расплатимся? Но если тебе от этого будет легче, обещаю, что сделаю это.

– А если мы спасем ваш корабль? Что, если мы сумеем разбудить дроков?

– Это невозможно.

– Тогда вы ничего нам не заплатите.

– Хм… что ты задумал?

– Сделать для вас очень опасную и сложную работу. Не бесплатно.

– Ты уверен, что вам, двоим, это удастся?

– Мы попробуем. Если проиграем, то расплатимся своими шкурами. Вы же ничего не потеряете. В общем, все очень просто. Все как обычно.

– Если у вас это получится…

– Десять любых, по нашему выбору, предметов. И это не должны быть игрушки. Хорошие, нужные нам в жизни предметы, либо с большим запасом энергии в батареях, а еще лучше, чтобы этот запас был вечным, либо заряжающиеся от солнца. Оружие, в первую очередь нам нужно хорошее оружие и устройства, очищающие воду, синтезирующие пищу. В общем, когда будете с нами расплачиваться, я должен получить право неограниченного выбора.

– Ну, ты хватил…

– Ваш корабль стоит дороже.

Ящер провел передними лапами по нижней челюсти, словно проверяя, на месте ли она, потом несколько раз легко ударил хвостом о землю и наконец сказал:

– Ладно, можно попытаться. Как вы это сделаете?

– Никаких «ладно», – заявил Дядюшка-волк. – Мы должны заключить договор.

– Хорошо. Пусть будет так. Мы его заключили.

– Ну вот и отлично.

– Как вы рассчитываете спасти наш корабль?

Приосанившись, Дядюшка-волк стал объяснять:

– Прежде всего…

43

Небожитель оказался жалким червяком. Его удалось раздавить без особых усилий, так, походя. В данный момент большеголовый был согласен на что угодно, лишь бы выжить. И болтал, словно заведенный, излишне многословно отвечая на все вопросы, на любые вопросы.

Ничтожество.

– Что будет за красной перепонкой? – спросил Морган.

– Ну, прежде чем ее миновать, надо провести по ее верхней части… очень легко так провести… но ждать, пока она откроется, не надо. Провел и сразу входи. Теперь она сама тебя впустит. И там будет ниша… Нет, сначала длинный стеллаж чуть ли не до самого потолка, и лишь потом появится ниша. Если на нее поглядеть под нужным углом, то она это почувствует, и тогда… тогда… нет ли воды?

– Что лежит на стеллажах?

– Там разные вещи… Кажется, приборы создания климата. Не очень большого радиуса действия. Площадью с эту поляну. Климат, осадки, очистка воздуха и воды. Вот что они делают. Ну и разные удобства.

– А ниша? Что в ней?

– О, ниша… Там вещи поинтереснее. Там, к примеру, лежит очень редкий набор воздействующих полуразумных щетинок для создания инструментов генной хирургии. Иногда некоторые модификации получаются не очень удачными, и удалить их потом можно только этим путем. А также…

Еще минут через десять допроса Морган понял, что выдоил из пленника самое главное. Оставались кое-какие детали, но на их выяснение сейчас не хотелось тратить время.

Его, этого времени, был немало. Как Моргану удалось выяснить, корабль небожителей можно было захватить почти без проблем. Надо только знать, как открывать двери, и прежде всего ту, первую дверь, через которую можно было попасть на его борт.

Морган теперь это знал.

Что дальше?

Он приказал напоить пленника, но воды дать немного, для того, чтобы жажда вскоре снова вернулась. Еще он выбрал из своих воинов двух здоровяков, отличающихся очень скверными характерами, и приставил их к большеголовому, приказав постоянно поддерживать его в тонусе. То есть – всячески запугивать, чтобы, в случае надобности, избавить себя от приложения излишних усилий для получения от него нужных сведений.

Здоровякам эта работа пришлась по душе, и, убедившись в этом, Морган подумал, что вот теперь настало время кое-что прикинуть. Прежде чем пускаться в новую авантюру.

Приказав принести себе складной стул, он уселся на него метрах в десяти от двери, через которую можно было попасть на борт корабля небожителей. После этого осталось только закурить трубку, что Морган и сделал.

Он сидел на стуле, попыхивал трубкой и, разглядывая дверь в космос, думал, стоит ли глотать такую большую добычу. Сможет ли он ее переварить? Вот в чем вопрос.

Что у него было на данный момент?

Очень даже неплохой улов. Оружие, броня и личные вещи убитых ящеров. Это даже не то чтобы неплохо, это – великолепно. Одних этих вещей достаточно для того, чтобы с триумфом завершить поход, для того, чтобы его имя стало легендарным.

Морган, умудрившийся разбить и ограбить небожителей!

Отныне у него никогда не будет недостатка в желающих выйти с ним в море, отныне ему не грозит забвение. Так, может, удовлетвориться достигнутым? Может, не стоит пытаться прыгнуть выше головы?

Там, в космосе, судя по словам пленника, все так же, как и здесь, на Земле. Есть планеты, буквально забитые сокровищами, только и ждущие того, кто пожелает эти сокровища забрать. Но есть также правительства, и у этих правительств имеются сильные армии. Сколько пройдет времени, прежде чем он столкнется с одной из этих армий? И конечно, его разобьют. Как он понял, те, кто с ним воевал, были всего лишь охраной. Они умели охранять и защищать, были приспособлены для этого, но не для ведения боевых действий.

Чем для его команды закончится встреча с настоящими воинами – профи? Почти наверняка поражением. Зачем лезть в космос и искушать судьбу, если выиграть нет никаких шансов? Если бы корабль небожителей давал возможность летать над Землей, ему не было бы цены. А вот если его предназначением является перелет от планеты к планете…

Не слишком ли большой кусок он собирается откусить? Такой, который не сможет прожевать? Может, удовлетвориться уже имеющимся?

– Трофеи собраны.

Ну да, командир абордажников. И как его не убили? Должны были убить, если он шел в первых рядах. Но вот ведь, без единой царапины.

Морган спросил:

– Список составлен?

– Да.

– Дай сюда.

– Держи.

Забрав у командира абордажников бумагу со списком, командор принялся ее изучать. Все оказалось даже лучше, чем он предполагал. Гораздо лучше.

Дойдя до конца списка, он ткнул пальцем в последнюю строчку и спросил:

– А это что? «ПНН – 22 штуки».

– Предметы неопознанного назначения, – расшифровал командир абордажников.

– Вот как…

– Можно использовать пленника для их опознания? Вдруг там есть что-нибудь очень хорошее и дорогое?

– Можно. Но только потом. Сначала он мне понадобится при взятии корабля. Готовь для этого сборную команду. Мы должны действовать очень быстро, для того, чтобы обитатели корабля не успели организовать оборону. Собственно, драться там почти никто не умеет, но вот если они успеют разбудить каких-то там дроков, вам придется несладко.

– То есть ты решил штурмовать корабль небожителей? – осторожно спросил командир абордажников.

Ага, не нравится? Ну, ничего…

– Его будешь штурмовать ты, – уточнил Морган. – По моему приказу. Не желаешь?

– Это безумие.

– Мы живем с этого.

– Мы живем с риска, а это – безумие.

– Думаешь, нам не удастся взять корабль?

– Удастся. А дальше что?

– Отправимся завоевывать планету. Не хочешь быть главным воеводой при дворе властелина целой планеты?

– Нет, не хочу.

Моргана ситуация стала откровенно забавлять, и он, улыбнувшись, спросил:

– Почему?

– Потому, что такого не бывает. Это всего лишь мираж, за которым может гоняться лишь…

Командир абордажников осекся.

– Ну, ну… продолжай, – почти ласково улыбнулся Морган. – Только сумасшедший, ты хотел сказать?

Его подчиненный хмыкнул, а потом, решительно взмахнув рукой, словно разрубая невидимые путы, заявил:

– Я думаю, это недостижимо. Как только мы захватим корабль небожителей, на нас устроят охоту, словно на диких зверей. Это не Земля, где у любого правительства полномочия и возможности хотя как-то на кого-то воздействовать ограничиваются лишь территорией принадлежащих ему островов. Там, вверху, с нами справятся в два счета. И сделают это. Почему бы и нет?

– Если так рассуждать, то небожители неизбежно явятся, чтобы поквитаться за своих погибших здесь товарищей. А мы, надеясь этого избежать, должны вернуть всю добычу и, извинившись за причиненные неудобства, ждать скорого суда.

– Я думаю, все не так, – высказался командир абордажников. – Земля является нашей территорией, нашими охотничьими угодьями. Эти ящеры сами сунулись на нашу планету, в наше логово, за что и поплатились. А вот если мы выскочим в космос, то будем угрозой для всех, заступим на чужую территорию. Мы будем зверями, неожиданно появившимися из леса, прямо у поселка мирных земледельцев, и на нас неизбежно устроят охоту.

Что-то в его словах, конечно, было. Некая логика. Но толку-то с нее? Руководствуйся он, Морган, в своей жизни подобными соображениями, давным-давно бы уже сыграл в ящик. И потом, так приятно было поддразнивать этого зарвавшегося рубаку, мстить за его издевательства, за его вызывающее поведение. Теперь, после победы, это уже было можно.

После победы…

Он улыбнулся, на этот раз уже мыслям, не имеющим отношения к командиру абордажников. Вот к небожителям они отношение имели, это точно.

Может, и в самом деле рискнуть, отправиться на завоевание своего места в космосе? И оно должно быть, обязано быть достаточно высоким. По заслугам, по уму, по способностям.

Этот рубака, его подчиненный, конечно, прав. И на них явно устроят охоту, большую такую охоту, с загонщиками и сидящими в засаде стрелками, с пальбой и фейерверками. Если он будет вести себя на этой охоте как добыча, исход ее неизбежен. Его обязательно прищучат. Будут гнать и гнать до тех пор, пока не загонят в угол, а там – без сожаления пристрелят.

Однако возможен и другой вариант. Дичь, сумевшая доказать, что она очень опасна, сумевшая перехитрить своих охотников, даже убившая некоторых из них, может рассчитывать на уважение. Она перестанет быть предметом охоты, ее станут бояться и обходить стороной, от нее даже будут откупаться.

Если он окажется достаточно крепок в коленках, если судьба будет к нему благосклонна…

Рискнуть?

– Ты хорошо говоришь, – сообщил он командиру абордажников. – Теперь настало время еще раз проверить, как ты умеешь сражаться.

– Хочешь сказать…

– Нет, – зловеще ухмыльнулся Морган. – Я не говорю, я – приказываю, а отказ выполнить мой приказ, как ты знаешь, карается смертью. Мы захватим этот корабль. Готовь воинов к абордажной схватке.

– Хорошо, – сухо промолвил командир абордажников. – Ты сделал свой выбор.

– И еще… – не обратив на его предупреждения ни малейшего внимания, добавил Морган. – Проследи, чтобы среди них были «румыны». Они, кажется, почти не понесли потерь и не сильно устали? На мой взгляд, в драке с ящерами они показали свою сообразительность. Теперь, если они еще и захватят для меня этот корабль, я сделаю их личной гвардией. Как ты понимаешь, житуха у гвардейцев повелителя целой планеты будет весьма завидная. Тебе тоже найдется тепленькое местечко.

Командир абордажников мрачно взглянул на него. Кажется, в грядущую победу он не очень верил.

Ну и зря. Кто смел, тот – съел. А судьба этого абордажника… Он сам ее выбрал. Да, она уже решена.

– Очень тепленькое местечко, – повторил Морган. – Уверяю, оно тебе понравится.