Текст книги "Книга Самуила (Первая и Вторая Книги Царств)"

Автор книги: Леонид Михелев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

«Неужто во пророках и Саул»!?

*****************************

 1. «Наваф» переводится обыкновенно как собственное имя и, вероятно, действительно употреблялось как собственное имя; но оно, по всем признакам, заключает в себе нарицательное понятие, соответствующее тому, что у нас называется «общежитием»; некоторые толкователи слово «Наваф» переводят «пастушеский дом, гостиница», а халдейский переводчик – «дом учения». Имея ввиду, что в Навафе был сонм пророков, можно думать, что Наваф был общежитием, питомником, «seminarium'oм» сынов пророческих в Раме Самуиловой (Я. Богородский, «Еврейские цари», с. 92-93, прим. ).

  2.Обаяние сонма пророков было настолько велико, что его не избежал и сам Саул.

Первая Книга Царств, гл.20

Давид и Ионафан заключили завет дружбы для себя и потомства своего навеки; Саул упрекает Ионафана за его любовь к Давиду; Ионафан извещает Давида об опасности для его жизни.

Давид Наваф покинул утром рано,

когда Саул там гимны распевал,

и в Гиву поспешил, к Ионафану.

«Чем согрешил я? – другу он сказал. –

Чем пред отцом твоим я провинился,

что хочет смерти он душе моей?

Не тем ли, что в сраженьях отличился

и жизнью рисковал не раз своей»?

«О.нет! – Ионафан ему сказал, –

когда бы было так, то я бы знал!

Ни малых дел, ни замысла большого

отец не делал, не сказавши мне.

О, нет! Не будет ничего плохого!

Меня б он не оставил в стороне»!

Давид ему в ответ: «Отец твой знает,

что я благоволение нашёл

в глазах твоих. И просто не желает

чтоб ты слезами горя изошёл.

Ты твёрдо знаешь: я царю не враг.

Но между мной и смертью только шаг»!

Спросил Ионафан: «Чего желает

душа твоя? Всё сделаю сполна»

Давид ответил: «В доме каждый знает,

что завтра праздник – новая луна.

А в новомесячье сидеть я должен.

с отцом твоим за праздничным столом.

Ты отпусти меня. Тогда мы сможем

узнать всю правду и решать потом.

Я скроюсь в поле на три долгих дня.

Услышишь, что он скажет про меня.

Когда он спросит, должен ты ответить,

что в Вифлеем Давида отпустил.

Мол, всё своё родство он должен встретить

и отпустить для встречи попросил.

И если «хорошо» на это скажет,

то мир и радость твоему рабу.

А если разъярится в гневном раже,

то знай, что царь решил мою судьбу.

Задумал злое, хочет погубить.

А это значит – мне при нём не жить.

И ты, Ионафан, мне сделай милость.

В завет Господень принял ты меня.

Но коль на мне теперь вина открылась,

то умертви раба средь бела дня».

Ионафан ответил: «Нет, с тобою

такого не свершится никогда.

Неужто я, узнав, что дело злое

отец задумал, что грозит беда,

тебя о том тотчас не извещу?

Да я себе такого не прощу»!

«Кто известит меня, когда сурово

отец ответит, сидя за столом,

услышав о моём уходе слово,

и снова станет гневаться потом»?

Сказал Ионафан: «Идём на волю.

Чтоб нашу речь никто не услыхал».

И оба мужа тут же вышли в поле.

Давиду так Ионафан сказал:

«Всё видит Бог! Я верен до конца.

И выпытаю правду у отца.

И, если царь к Давиду благосклонен,

и я тебе о том не сообщу,

пусть Бог меня накажет неуклонно,

себе я промедленья не прощу.

А, если царь замыслил сделать злое,

тогда я с миром отпущу тебя.

И да пребудет наш Господь с тобою.

Иди один и береги себя.

Известие получишь от меня.

И терпеливо жди его три дня.

Но ты и мне воздай Господню милость

в том случае, когда останусь жив.

Не отними её, чтоб не случилось.

Умру – мой дом заботой окружи».

Так царский сын вошёл в завет с Давидом

«Да взыщет Бог с Давидовых врагов!

сказал Ионафан, – Он правду видит!

Ни клятв не нужно Господу, ни слов!

На третий день вечернею порой

известий жди у камня за горой.

Я выйду пострелять из лука в поле.

И, будто в цель, отправлю три стрелы.

И отрока возьму с собой на волю.

Ему я стану громко говорить:

«Пойди, скажу, – найди мои ты стрелы.

Возьми их. Позади они тебя.

И это значит – возвращайся смело –

Царь ждёт, о всём содеянном скорбя.

Он злобы в сердце больше не таит

и ждёт, когда вернётся зять Давид.

Но, если отроку я громко крикну:

«Вот стрелы впереди тебя легли!

То это значит – можешь ты погибнуть,

и должен скрыться от царя вдали.

Тому, о чём с тобой мы говорили,

Господь свидетель. Он ведь слышит всё.

Завет меж нами вечно будет в силе,

Тепло не потеряет он своё».

На том ушёл Давид в леса от бед.

И вскоре царь уселся за обед.

Там были Авенир с Ионафаном,

но не было Давида за столом.

Саул смолчал. Ни поздно и не рано

ни слова он не вымолвил о нём.

Подумал, что наверно не успел он

очистится, и был ещё нечист.

Но в день второй в нём злоба закипела.

Обычно молчаливый, стал речист:

«Где Иессеев сын? Его здесь нет!

Он пропустил второй уже обед!

Скажи Ионафан, куда он скрылся?

День новомесячья не для него?

Вчера исчез, сегодня не явился, –

пытал Саул у сына своего.

Ионафан Саулу так ответил:

«Отец, он отпросился в Вифлеем.

чтоб дома, вместе с братьями отметить

семейный праздник. У него их семь.

Он повидаться с братьями хотел

и возвратиться для военных дел».

Саул, услышав это, рассердился.

И в бешенстве он сыну закричал:

«Негодный сын! Я знаю, подружился

и сыну Иессееву отдал

свою ты душу, неслух непокорный,

на срам себе и матери твоей.

И правде не внимаешь ты упорно.

Но знает правду всякий из людей:

покуда ходит по земле Давид,

ни ты, ни царский дом не устоит»!

И приказал он привести Давида.

«Сын Иессеев обречён на смерть! –

Саул промолвил не таясь, открыто, –

Сын Иессеев должен умереть»!

Ионафан спросил: «Но, что он сделал?

За что его ты хочешь умертвить»?

Тогда Саул вскочил и оголтело

метнул копьё, чтоб сына поразить.

Ионафан ушёл, невзвидя свет.

И понял: «Всё, теперь спасенья нет»!

Наутро он собравшись, вышел в поле.

И лук и стрелы, малый отрок с ним.

Здесь в это время ждёт Давид на воле

за камнем Азель, так любимом им..

«Беги вперёд и находи мне стрелы, –

Ионафан помощнику велел.

И за стрелой стрелу рукой умелой

пускал вперёд, чтоб отрок не поспел.

И он кричал, страдая и любя:

«Стрела упала впереди тебя»!

И вновь, и вновь стрелял он вдаль из лука.

И всё кричал, что стрелы впереди.

И думал, что с Давидом ждёт разлука,

что очень скоро будет друг в пути.

Оруженосец юный господину

собрал все стрелы и к нему принёс.

Не ведал он стрельбы такой причину.

Царевичу служил как верный пёс.

И лук и стрелы тот ему отдал

и с ним оружье в город отослал.

Давид тотчас же вышел из укрытья,

пред сыном царским он на землю пал.

Ионафан Давиду, как в забытье,

слова прощанья горестно сказал:

«Господь да будет вечно между нами

и между нашим семенем в веках»!

Последний раз обнялись со слезами.

«Теперь иди. Дорога нелегка, –

сказал Ионафан, – за всё прости».

И разошлись надолго их пути.

Давид и Ионафан

Первая Книга Царств, гл.21

Священник Ахимелех помогает Давиду и его людям, отдав им хлебы предложения, а также, меч Голиафа; Давид убежал к царю Гефскому, но спасся, притворившись безумным.

И вот пришёл Давид к Ахимелеху -

священнику, что в Номве жил тогда. 1

Здесь, в городе священном, без помехи,

и кров, и хлеб невинным был всегда.

Ахимелех при встрече удивился:

«Зачем один сюда ты завернул»?

Давида он увидел и смутился:

ведь знал – его преследует Саул.

«И почему один ты здесь, сын мой?

Людей твоих не вижу я с тобой»?

Давид сказал: «Дал царь мне порученье,

велел он, чтоб о том никто не знал.

А по сему людей моих явленья

здесь в городе святом, я не желал.

Но нет у нас с собой хлебов и пищи.

Итак, что под рукой, мне дай для них.

Все очень голодны, неси, что сыщешь.

В известном месте я оставил их.

Чтоб бодрость возвратить и дух поднять,

достаточно хлебов хотя бы пять».

Сказал священник: «Хлеба нет простого

Один лишь хлеб священный на столе.

Я дам его для гостя дорогого»!

Но думал сам: «Лишь уходи скорей»!

А вслух сказал: «Но есть одно условье:

от женщин воздержаться в эти дни».

Давид сказал: «Ни женщин нет, ни крови

В дороге мы три дня уже одни.

Сосуды наших отроков чисты –

хлеб, не колеблясь выдать можешь ты.

И если будет нечиста дорога,

останется в сосудах чистым хлеб.

Напрасны все сомненья и тревоги –

Ты знаешь правду и душой не слеп»

Тогда отринув все свои сомненья,

Ахимелех Давиду предложил

пять освящённых хлебов предложенья 2

и из дому Давида проводил.

«А нет ли у тебя, – спросил Давид, –

меча, что от врагов нас защитит?

.

Я в спешке дома острый меч оставил,

когда по приказанию царя

в места иные ночью путь направил,

Увидел всё, когда взошла заря».

«Есть лишь один, давно тебе известный, –

сказал Авимелех, – тяжёлый меч.

Ты им тогда, в ущелье дуба тесном

сумел гиганту голову отсечь.

С ним Голиаф из Гефа воевал.

Хочу, чтоб ты теперь его забрал».

Давид сказал: «Меча не знаю лучше!

Послужит правде этот острый меч.

Как солнце он разгонит злые тучи,

и головы врагов снесёт он с плеч».

И вышел он из Номвы на просторы

Спасаясь от Саула, поспешил

в Геф, к Анхусу, через леса и горы,

где Голиаф ещё недавно жил.

Всё дело в том, что в Номве в этот день

был некто Доик, от Саула тень.

Пред Господом в тот день он находился.

Сауловым стадам он вёл учёт.

Увидев, что Давид сюда явился,

немедля до Саула доведёт.

И к Гефскому царю пришёл гонимый,

но узнан был он слугами царя.

«Не тот ли он, Саулов зять любимый,

не про него ли в песнях говорят:

«Саул в походах тысячи разит.

Десятки тысяч поразил Давид»?

Давид, услышав это, испугался.

Пред ними исказив своё лицо,

больным он и безумным притворялся,

пришельцем из пустыни и лесов.

И Анхус молвил: «Это сумасшедший!

Зачем вы привели его ко мне?

У нас своих хватает, а пришедший

пусть остаётся где-то в стороне.

Пред нами он юродствует притом.

Неужто я впущу его в свой дом»? 3

*******************************

  1.Номва – к северо-востоку от Иерусалима. Можно полагать, что здесь находилась в настоящее время скиния Господня.

  2.Простого хлеба, однако, у священника не было – только священные хлебы предложения (Исх. 25:30), которые как бы теряли свою святость после того, как их заменяли свежеиспеченными хлебами (1Цар. 21:6; ср. Лев. 24:5-9). Эти хлебы можно было есть, как об этом скажет позднее Сам Иисус (Мат. 12:3-4). Но обычно их ели священники и члены их семей, а если кто из «посторонних», то уж, конечно, не оскверненные церемониально. То, что Давид и бывшие с ним воины ели хлебы, взятые в святилище, – пример «уступки», предусмотренной законом; обоснование такого рода уступки в том, что жизнь – более священна нежели жертва (см. Мат. 12:7-8).

  3.Будучи узнан филистимлянами, Давид, чтобы спасти себе жизнь, притворился безумным (ст. 11-13). В древнем мире психически больных людей считали вместилищем злых духов и предпочитали не трогать их, дабы не навлечь на себя гнева «богов».

Первая Книга Царств, гл.22

В пещере Адолламской четыреста мужей Давидовых с другими беженцами присоединились к нему; Давид сокрыл отца своего и мать у царя Моавитского, а сам ушёл в землю Иудину; Доик Идумеянин донёс Саулу о помощи священника Ахимелеха, оказанной Давиду, и по приказу Саула поражает Ахимелха, весь его дом и Номву, город священников; спасся один только Авиафар – сын Ахимелеха, и убежал к Давиду, под нго защиту.

Давид из Гефа вышел в поле снова.

В местах пустынных, между острых скал,

в стране безлюдной, дикой и суровой

надёжный он приют себе искал.

Он шёл на север, к Иерусалиму,

Вдали увидел город Одоллам. 1

Он не прошёл большой пещеры мимо.

Заночевал, и жить остался там.

Пещера необъятна и длинна.

Людей немало может скрыть она.

В пещеру Адолламскую к Давиду

отец и мать, и братья собрались.

Гонимые надёжно здесь сокрыты.

И бедняки свою спасают жизнь.

Он сделался начальником над ними.

Четыреста здесь душ живёт при нём.

Питаются набегами лихими,

ночами согреваются огнём.

И жили здесь они из года в год.

И за Давида жизнь отдаст народ.

В Массифу Моавитскую 2 оттуда

пошёл Давид, и так сказал царю:

«Пускай отец мой с матерью побудут,

пока судьбу узнаю я свою,

у вас. Пусть поживут они доколе

не буду знать, что Бог со мной свершит.

До той поры придётся жить мне в поле,

до той поры темны мои пути»!

И он родителей оставил там,

а сам ушёл надолго в Адоллам.

Однажды, Гад – пророк, сказал Давиду:

«Не оставайся больше здесь. Пора

в Иудиной земле жилище выбрать,

а на чужой земле не жди добра»!

Давид с людьми покинули пещеру,

дарившую надёжный им приют.

На Бога уповая, Богу веря,

они землёй Иудиной идут.

Лес Херет им шатры свои раскрыл

и путников усталых приютил. 3

Шло время, и Саул узнал об этом.

Под дубом в Гиве он сидел с копьём.

С ним рядом слуги – все его клевреты,

что сладко жили при царе своём.

«Вениаминовы сыны, ответьте, –

сказал Саул в вечерний тихий час, –

Неужто Иессеев сын приветит

и даст вам всё, на что нацелен глаз?

Поля и виноградники раздаст?

Начальниками сделает всех вас?

Так почему же все вы сговорились

против меня? Никто мне не открыл,

когда вы сами в этом убедились,

что сын мой в дружбу тесную вступил

с честолюбивым сыном Иессея?

И обо мне никто не пожалел,

и не открыл мне правду поскорее,

о том, что сын в объятиях согрел

и возбудил раба против меня,

как видно в свете нынешнего дня»!

И Доик отвечал Идумеянин,

стоявший здесь со слугами царя:

«Сын Иессея, словно нищий странник,

к Ахимелеху приходил не зря.

Он в Номве был у сына Ахитува.

Тот дал ему и хлеб, и острый меч,

которым Голиафу зло и грубо

он смог в долине голову отсечь.

Я в Новме был и видел это сам,

но жив остался, слава Небесам»!

И царь велел призвать Ахимелеха –

священника и дом отца его.

Священников из Новмы без помехи

пригнали, не оставив никого.

Саул сказал: «Зачем вы сговорились?

Сын Иессея приходил к тебе.

О нём вы в Номве Господу молились,

и вопрошал ты о его судьбе. 4

И хлеб и меч изменнику ты дал,

чтоб ковы строил, на меня восстал»!

И отвечал Ахимелех смиренно

«Кто самый верный из твоих рабов?

Кто, как Давид, в сраженьях неизменно

на смерть и подвиг для тебя готов?

Он зять царя, надёжный исполнитель

всех повелений царственных твоих.

Он крепкий царства твоего хранитель.

Он прям и честен в помыслах своих.

Теперь ли только встретил я его

и вопрошать стал Бога для него?

Не обвиняй же, царь, раба напрасно!

И дом его отца не обвиняй!

Ведь это дело мне совсем не ясно.

От ков я сторонюсь, как от огня»!

«Ты должен умереть, – Саул промолвил, –

И твоего отца презренный дом!

Свой долг перед царём ты не исполнил.

Вы все не рассказали мне о том,

что в город ваш пришёл Давид-беглец

с ним вместе мне замыслили конец»!

И повелел он слугам, с ним стоящим,

священников Господних умертвить,

пред Господом в ефодах предстоящих.

Но слуги не посмели их убить.

Тогда сказал царь Доику сурово:

«Ступай и за измену умертви

священников, своё сказавших слово,

и город Номву утопи в крови»!

И Доик на священников напал,

разил и беспощадно убивал.

И восемьдесят пять мужей в ефодах

зарезал Доик. В Новму он вошёл

И ни один из местного народа

от гибели нежданной не ушёл.

Мужчин и женщин, юношей, младенцев

он поразил огнём, копьём, мечом.

Убил волов, ослов… живого сердца

он не оставил в городе святом.

От смерти спасся только лишь один –

Авиафар – Ахимелехов сын. 5

В лес Херет убежал он от пожаров,

к Давиду обратившись, рассказал,

как посланный Саулом Доик ярый

священников Господних убивал.

Тогда сказал Давид Авиафару:

«Я знал в тот день, когда гостил у вас,

что Доик – этот злой Идумеянин

Саулу всех и выдаст, и продаст.

Но ничего не сделал я для них.

На мне вина за смерть твоих родных.

Останься у меня и не тревожься:

кто пожелает душу взять мою,

тот пожелает, так же непреложно,

сгубить немедля чистую твою.

Ты будешь у меня под охраненьем.

Наш быт суров, но тут твои друзья.

Все радости, невзгоды и волненья

мы вместе делим, как одна семья.

Живём в годину травли и тревог

и ждём, когда нам путь укажет Бог».

*********************************

  1.Адоллам – между Гефом и Вифлеемом, в пустынной части Иудиных гор. Известная и ныне пещера, примерно в 30 км. от Иерусалима.

  2.Для вящей безопасности отца и матери Давид предпочел отвести их в Массифу Моавитскую, под защиту местного правителя , возможно, потому, что в той земле жили их родственники по линии прабабушки Давида – Руфи.

  3.На территории Иудеи местом его пребывания стал лес Херет (на востоке от Адоллама); нет сомнения, что Давид руководствовался желанием оказаться среди своего народа, над которым Бог помазал его царем.

  4.Вопросил о нем Господа – через посредство святыни Господней первосвященнического нагрудника.

  5.Вместе со священником в стан Давида был принесен и священный ефод. В наиболее затруднительных случаях Давид мог пользоваться теперь откровениями благой и совершенной воли Господней, являемыми через посредство Его святыни.

Первая Книга Царств, гл.23

Давид освобождает жителей города Кеиля от Филистимлян, но Авиафар предостерегает его, что будет ими предан Саулу; Давид скрывается в пустыне Зиф, но Зифеи тоже донесли об этом Саулу; Саул погнался за Давидом, который едва от него скрылся.

Давид узнал, что вновь Филистимляне

напали на Кеиль и гумна жгут.

И вопросил он Бога утром ранним:

«Идти ли в бой, иль оставаться тут?

Смогу ли поразить я вражью силу»?

И отвечал Господь ему: «Иди.

Ты поразишь врага, сведёшь в могилу.

Не сомневайся. Встань и победи»!

Но те, что с ним, не верят, что поход

победу им и славу принесёт:

«Мы даже здесь страшимся, в Иудее»!

И снова Господа спросил Давид.

«Иди в Кеиль, рази их не жалея, –

опять Господь Давиду говорит, –

Предам Филистимлян в твои я руки»!

Пошёл Давид в Кеиль на этот раз.

Филистимлян разбил он без натуги

угнал их скот, а всех живущих спас.

И Господа Давид благодарил:

Не зря Авиафар ефод вручил. 1

Саулу донесли: Давид в Кеиле.

Возрадовался царь и так сказал:

«Себя теперь за стенами закрыл он

Его сам Бог моим рукам предал»!

И тут же приказал войну готовить.

Идти в Кеиль и город осадить.

Давидовой он страстно жаждет крови.

Людей Давида хочет погубить.

Узнав, что на Кеиль Саул идёт,

Давид надел священника ефод.

«О, Господи наш Бог! Твой раб услышал,

воззвал он, – что Саул идёт войной.

Он город разорит. Он местью дышит.

от ярости и злости сам не свой.

Скажи мне, он придёт ли в этот город,

и предадут ли жителя меня,

чтоб царь им не принёс большое горе,

разрушив город среди бела дня»?

«Придёт, – Господь ответил, – Предадут.

Тебя Саулу в руки отдадут».

Давид поднялся, вышел из Кеиля

и с ним шестьсот поднялось человек,

которые при нём в пещере жили,

которые верны ему навек.

Они бродили по местам пустынным.

Саул об этом действии узнал,

поход военный тотчас отменил он:

«Давид опять расправы избежал!

Но я его найду. Не убежит, –

сказал Саул, – мой меч его сразит»!

Давид с людьми в пустыне Зиф скрывался. 2

В лесу на горном склоне ночевал.

Саул от своего не оказался –

и днём и ночью зятя он искал.

Но в эти дни Господь хранил Давида.

Оберегал от гибели и ран.

И в лес к нему, тропой средь скал  сокрытой,

Саула сын пришёл Ионафан.

Придал свои приветом новых сил.

На Бога упованьем укрепил:

«Не бойся. Ты Саулу недоступен.

Ты будешь над Израилем царить.

А план отца коварен и преступен.

Того он не желает допустить.

Я в царстве по тебе вторым лишь буду.

Пройдёт чреда тревожных этих лет.

Пред Господа лицом клянусь, что буду

всегда и всюду помнить наш завет».

Они, обнявшись, разошлись на том:

Давид в леса, Ионафан в сой дом.

Но вот Зифеи 3 донесли Саулу:

«Скрывается Давид у нас в горах,

Есть на холме Гахила тихий угол,

что над Иесимоном,  весь в лесах.

Итак, иди, наш царь, сдадим Давида.

И месть свою исполнишь ты вполне».

Сказал Саул: «Не будет мной забыто,

что ныне пожалели обо мне.

У Господа благословенны вы

и пред лицом Израиля правы!

Итак, ещё удостоверьтесь снова

и высмотрите все его места.

Узнайте, где жилья его основа.

Его тропа хитра и непроста.

Про все его убежища узнайте:

где прячется, и кто встречал его.

Тогда ко мне с известьем возвращайтесь

не пропустив на месте ничего

На поиск вслед за вами я пойду

и в тысячах Иудиных найду»!.

И в Зиф они пошли перед Саулом.

Давид с людьми в пустыне был Маон.

в лесах меж скал укрылись люди, мулы,

где пущи разостлал Иесимон.

Саул с отрядом шёл за ним в пустыню.

Узнав об этом, встали за горой

Давид и все, кто с ним и, без унынья

вступить они готовы в смертный бой.

Но не желал Давид сражаться с ним –

царём и тестем, ревностью больным.

И поспешил уйти в леса, за гору.

Саул с отрядом шёл ему в обход.

Но тут пришёл к Саулу вестник скорый:

«Филистимляне начали поход, –

сказал он, – Возвращайся поскорее!

На нашу землю снова враг напал»!

Саул пошёл, от ярости немея,

и за Давидом гнаться перестал.

«Села-Гаммахлеков, – он так сказал,

и так скалу огромную назвал. 4

******************************

  1.Спасаясь от преследований Саула и переходя их за этого с места на место, Давид, однако, вмешался в судьбу жителей Кеиля, города, которому постоянно досаждали Филистимляне. Не прежде, однако, чем вопросил на этот счет о воле Господа (прибегнув для этого к туммиму и уриму – атрибутам священнического ефода, служившим своего рода жребием). Давид избавил Кеиль, находившийся близ филистимской границы, километрах в 25 на юго-запад от Вифлеема, от извечных его врагов, но узнал от Бога, что «в благодарность» жители спасенного им города предадут его в руки Саула, если он вовремя не уйдет оттуда.

  2.Местом их нового пристанища стала пустыня Зиф), ненаселенная территория в горах, покрытая лесом, – между Хевроном и Мертвым морем. Туда-то и пришел к Давиду  Ионафан, чтобы еще раз заверить будущего царя в своей дружбе и верности.

  3.Зифеи (т. е. жившие в месте под названием Зиф) тоже выразили готовность предать Давида в руки Саула. Но Давида известили об этом, и он, скрывавшийся в пустыне Маон, километрах в 16 на юго-восток от Хеврона, стал переходить с места на место, убегая от Саула. Неожиданно царю пришлось прервать свой рейд, чтобы отразить очередное нападение филистимлян на землю израильскую

  4.Села-Гаммахлеков – скала разделения.

Первая Книга Царств, гл.24

Давид сберегает жизнь Саула в пещере, в пустыне Ен-Гадди; Этим поступком он доказывает Саулу свою верность ему; Саул смягчается и возвращается домой.

Давид ушёл к горе над Мёртвым морем.

Там был оазис, годный для жилья.

И в Эн-Гадди с людьми вошёл он. Вскоре

их приняла пустынная земля. 1

Когда Саул вернулся из похода,

успешно отразив Филистимлян,

он в тот же день узнал через кого-то,

что в Эн-Гадди Давид разбил свой стан.

И взял Саул три тысячи мужей –

отборных слуг Израильских вождей.

И по горам, где только серны скачут,

пошёл искать Давида, чтоб убить

И мыслить он не мог теперь иначе:

«Покуда жив Давид – мне не царить»!

К овечьему загону при дороге

Саул пришёл вечернею порой.

От поиска в горах устали ноги,

и людям нужен отдых и покой.

Саул решил дневной закончить путь –

в пещере у дороги отдохнуть.

И он прилёг на щит, вблизи от входа,

а воины его дремали вне.

Давид тогда в тени пещерных сводов

таился со своими в глубине.

Давиду говорили: «День расплаты –

день, о котором говорил Господь,

настал, и вот погибнет враг заклятый

В твоей руке душа его и плоть»!

Давид стоял в раздумье нал царём.

Одежды край отрезал он мечом.

И сердцу стало больно и обидно,

и тихо он сказал тогда своим:

«Перед людьми и Господом мне стыдно,

что недостойно поступил я с ним.

Господь не даст убить мне господина –

помазанника Божия сгубить.

Не даст мне в эту судную годину

расправу над лежащим совершить»!

И удержал Давид рукой своей

к цареубийству рвущихся людей.

  Давид над спящим Саулом

Саул, проснувшись, вышел на дорогу.

Давид тотчас отправился за ним.

Переборов душевную тревогу,

он крикнул звонким голосом своим:

«Мой господин! Мой царь! К тебе взываю! –

И поклонился низко, до земли. –

Я говорю, на Бога уповая,

Словам моим, душе моей внемли»!

Как громом поражённый, царь Саул

свой взор назад к Давиду повернул.

«Зачем речам враждебным ты внимаешь,

что на тебя я замышляю зло?

Открой глаза, и ты сейчас узнаешь,

что было ночью, что тебя спасло.

В пещере Бог тебя мне предал в руки.

Мне говорили: умертви его.

Я пощадил. И совесть мне порукой,

не трону господина моего.

Он Господа помазанник один.

Я раб его, а он мой господин!

Отец мой, посмотри на край одежды –

твоей одежды, что в руке моей!

Её отрезал я в пещере прежде,

когда ты спал, но ты живых живей!

Узнай и убедись, что нет коварства,

в душе моей, ни подлости, ни зла.

И никогда не помышлял о царстве,

и честно делал царские дела.

Безгрешным пред тобою я стою.

За что же ищешь душу ты мою?

Так пусть Господь рассудит между нами

и за мои страданья отомстит.

Скажу я притчи древними словами,

которая о жизни говорит:

«Всё беззаконие от беззаконных».

Моей руки не будет на тебе.

Я соблюдаю Божии законы.

Я честен и в работе, и в борьбе.

Но кто нарушил царский твой покой?

Гоняешься по полю за блохой?  2

Господь меж нами будет судиёю:

увидит, разберётся и поймёт.

Рассудит между мною и тобою

и от руки твоей меня спасёт»!

Дошли слова Давида до Саула.

Воскликнул он: «Мой добрый сын Давид»!

Волной признанья душу захлестнуло

и стал он отвечать ему навзрыд:

«Правее ты меня! Добром ответил

на зло, что воздавал тебе всегда.

Сегодня новой милостью отметил!

Такого не бывало никогда,

чтоб, кто настиг врага и мог убить,

его с добром решил бы отпустить.

За то, что ты, мой сын, сегодня сделал

Господь сполна воздаст тебе добром.

Теперь я знаю: станешь ты умелым

и праведным Израиля царём!

Так поклянись мне Господом: не станешь

искоренять потомство ты моё,

когда царём Израиля предстанешь,

а имя не предашь в небытиё».

Давид царю согласьем отвечал.

И в верности ему он клятву дал.

И разошлись. Саул пошёл в свой дом.

Давид с людьми к себе – на горный склон.

**************************************

  1.Эн-Гадди – дикая гористая местность с оазисом на западном берегу Мертвого моря.

  2.За  одною блохою. Сравнения, указывающие на несоизмерность социального положения и вооруженной силы Саула и Давида.

Первая Книга Царств, гл.25

Навал отказал Давиду и его людям в хлебе и поносит его; Авигея, жена Навала привозит дары свои Давиду и отвращает его гнев; После скоропостижной смерти Навала Авигея становится женой Давида; Он берёт себе в жёны также Ахиноаму, но теряет Мелхолу.

Безжалостно уносит время годы.

Уснул навеки в Раме Самуил.

Он был, пророком, чтимым всем народом.

И вот ушёл достойно, как и жил.

И погребли его Израильтяне,

собравшись в Раме на печальный сбор.

И плакали по нём, и поминали

его учений мудрость и простор.

Давид с людьми в то время был в горах,

но вот в пустыню он сошёл Фаран. 1

В Маоне, в славном городе Кармиле, 2

неподалёку жил богач Навал. 3

Его овец земля едва носила,

а тучным козам счёта он не знал.

Он человек был грубый и жестокий

и никогда не славился умом.

В самом Кармиле, на горе высокой

среди садов его обширный дом.

Его жена –  красива и умна.

в угодье этом много дней одна.

Она Кармилитянка Авигея 4

ждёт мужа, а Навал стрижёт овец.

Навал в Маоне пастбищем владеет,

как Халев им владел, семьи отец. 5

Давид услышав, что Навал на стрижке,

к нему направил отроков своих.

Велел с ним познакомиться поближе,

хозяина приветствовать от них.

Скажите в знак приветствия ему:

«Мир дому и богатству твоему».

Ещё скажите так: «Давид услышал,

что ныне у тебя овец стригут.

А стрижка – праздник, милосердьем пышет,

и просит он, пусть отроки найдут

в хороший день твоё благоволенье:

что под рукой, им дай – рабам твоим.

А пастухи и слуги без сомненья

расскажут, как мы защищали их.

Мы охраняли их, пока Кармил

почти весь год овец твоих кормил»! 6

И десять отроков пришли к Навалу,

и все слова, что им сказал Давид,

ему при встрече точно передали.

Навал ответил, приняв важный вид:

«Да кто такой Давид, сын Иессеев?

Здесь ныне ходит множество рабов –

грабителей, мошенников, злодеев,

сбежавших от хозяина воров!

И что? У стригалей я должен взять

и незнакомым людям всё отдать?

И мягкий хлеб, и ключевую воду,

и мясо, приготовленное мной,

чтоб беглый раб, почуявший свободу,

моей едой набил желудок свой»?!

И отроки душою оскорбились.

Пересказали всё, что им сказал,

когда в Фаран к Давиду возвратились,

хозяин стад, бессовестный Навал.

Давид не стал минуты лишней ждать:

велел в поход людей своих поднять. 7

Велел всем опоясаться мечами.

Четыре сотни вышли на Кармил.

В обозе – двести заняты делами,

Давид решил – и так довольно сил.

А до того, узнала Авигея –

прекрасная Навалова жена,

что муж её Давиду хлеб жалеет,

и тем она была возмущена.

И тут же ей один из слуг сказал,

что к ним Давид послов своих прислал.

И, что Навал отчитывал их грубо.

Они ж всё время были к ним добры.

что в хлебе отказать им было глупо,

и ждать теперь не долго до поры,

когда Давид в Кармил сюда прибудет

и всем за оскорбленье отомстит:

«И будет прав, поскольку знают люди:

Господь такой неправды не простит.

Когда мы там, в глуши, пасли стада,

они защитой были нам всегда.

Итак, подумай, что возможно сделать?

Грозит ведь дому этому беда!

Лишь ты способна мудро и умело

всё разрешить, как делала всегда.

А с господином говорить не стану.

Он зол, не хочет слушать никого.

На стрижку он уехал утром ранним

и не успеет сделать  ничего»!

И в тот же час решительно и смело

жена Навала принялась за дело.

Отборных пять овец и двести хлебов,

с вином два меха, двести связок смокв,

изюм и зёрна под открытым небом

навьючили проворно на ослов.

Послала слуг вперёд, сама за ними,

а мужу не сказала ничего.

И встретилась в межгорье, близ пустыни

с самим Давидом и людьми его.

Давид её на склоне увидал

и отрокам он с горечью сказал:

«Как долго зря я охранял в пустыне

добро неблагодарного сего!

Цело его имущество поныне,

ягнёнка не пропало у него.

А он мне платит злом за добродетель.

Ему я по делам его воздам!

Господь наш Бог словам моим свидетель,

что из всего, чем он владеет сам,

я не оставлю, по его вине,

хоть одного, кто мочится к стене»!

Сошла с осла поспешно Авигея.

Давиду поклонилась до земли.

Сказала: «Об одном лишь сожалею,

что не было меня, когда пришли

к Навалу слуги от тебя с приветом.

Прошу покорно – выслушай меня,

помедли с сокрушительным ответом.

Пусть говорит тебе раба твоя»!

И пала на колени перед ним,

который жаждой мести одержим:

Давид и Авигея

«Не обращай вниманья на Навала!

Он зол и глуп по имени его.

Прими дары, что я тебе прислала.

Не совершай плохого ничего!

Господь в крови не даст запачкать руки.

Тебе не зря он светлый разум дал.

Пусть все твои враги погибнут в муках,

и пусть страшней не будут, чем Навал.

Прости, мой господин, рабу твою –

вину я пред тобою признаю.

Господь тебе устроит непременно

на сей земле могучий, твёрдый дом.

Ведешь ты войны Божьи неизменно,

и зла вовек не будет в доме том.

А если недруг на тебя восстанет –

преследовать, души твоей искать,

тогда Господь Бог на защиту встанет,

врагов твоих готовый покарать.

Он души их швырнёт Своей рукой,