Текст книги "Неандерталец: Навстречу солнцу"

Автор книги: Леонид Ангарин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц)

– Куда дальше, Рэту?

Размышления прервал Эпей Три пальца. Они уткнулись в широкую реку, пересечь ее можно только на плоту. Но где его взять? Не умел никто из белогорцев их вязать, а лесовиков с ними нет. Наверное, изначально надо было двигаться ближе к горам, где река не столь полноводна, но теперь обратно не повернёшь. Их скорость и так невелика– нелегко идти, когда несешь на себе свернутые шкуры, оружие и маленьких детей.

– Пойдем вдоль реки, найдем, где можно ее перейти и двинемся обратно на закат. Достигнем гор и повернем в солнечную сторону.

Решение ничем не лучше и не хуже любого другого.

Эпей согласился и принялся поднимать людей, которые с заметной неохотой вставали на ноги с пожелтевшей травы, нагретой солнцем.

– Подожди,– Рэту обратил внимание, что один из мужчин, взобравшийся на небольшой холм, вдруг резко присел.

Белогорцам наконец то повезло – по ту сторону холма паслось большое стадо животных, похожих на оленей. У них была короткая коричневая шёрстка и небольшие рога. Если подкрасться к ним, скрываясь в высокой траве, на расстояние броска дротика или копья, у семьи белогорцев появится еда.

Олени что-то почувствовали. Рэту слышал, как волнуется стадо, пытаясь определить источник опасности. Опытный охотник всегда определит этот момент, когда промедление лишит его добычи. Далеко еще было до стада, но что делать, еще пара мгновений, и они останутся ни с чем. Рэту вскочил на ноги и метнул легкий дротик в коричневое море: копье на такое расстояние не добросить. Его примеру последовали и остальные.

Оленей словно унесло сильным ветром. Стадо исчезло в несколько мгновений. Никогда он не выдел столь быстрых животных. На траве остались лежать только два раненых самца, которых охотники добили копьями.

Рэту осмотрел их: небольшие рога, длинные ноги, в холке едва достигают ему до пояса. Шерстка коричневая, а живот белый. И как они убедились, быстрее любого виденного ими животного. Только из засады и достанешь их. Бесполезно пытаться их догнать на равнине. Сегодня белогорцы останутся здесь, люди должны поесть мяса.

– Мягкое мясо у маленьких оленей,– Эпей ковырял пальцем в зубах. – Только жира маловато.

Рэту передал Эдине и Граке горячие кусочки на палочках с костра. Попробовал и сам. Действительно, суховатое мясо.

– Смотри!– Грака поднялась на ноги и показала шампуром на вечернее небо, где стремительно росла белая полоса, которая вдруг прервалась белым облаком. Через какое-то время до них дошел громкий звук. Маленький Эссу заплакал, и Рэту с трудом его успокоил. Долго смотрели в небо, пока появившаяся светящаяся линия не исчезла. Значит, к ним она не имеет никакого отношения.

Белогорцы двигались вдоль берега уже несколько дней, периодически пытаясь нащупать дно палкой. Бесполезно – слишком глубоко. Рэту злился. Если так пойдет дальше, то не получится ее пересечь. И идут они слишком медленно. На показавшемся ему безопасном месте они разбили временную стоянку, а сам он с Эпеем налегке направился дальше. Все быстрее, чем идти всей семьей, едва передвигая ноги.

– Совсем уж река разлилась.

Рэту и без Эпея Три пальца видел: чем ниже спускаются они по течению, тем шире она становится.

Рэту спустился к воде и обнаружил множество человеческих следов. Удивительно, что на именно на этом месте так натоптали. Если кто-то хотел набрать воды, то сделать это можно где угодно. Пологий берег позволяет это сделать. Хотел обсудить странную находку с Эпеем, но не обнаружил его рядом. Куда он делся?

Три пальца сжимал в руках копье, направив блестящее острие в сторону появившихся из неоткуда темнокожих охотников числом пальцев одной руки. Как-то незаметно они подошли. Он не стал кричать Рэту об их появлении – пусть у него будет время незаметно исчезнуть и вернуться в семью. Без него плохо придется белогорцам. А он дорого продаст свою жизнь.

Время тянулось, а темнокожие никуда не спешили. Черные наконечники на копьях направлены вверх. Даже немного попятились назад. Почему они не нападают.

– Эой…

Самый высокий из них наконец раскрутил веревку и швырнул в него камень, который пролетел далеко мимо.

Дыхание рядом. Напряженно следивший за действиями темнокожих Эпей скосил глаза. Рэту не покинул его, а встал рядом. Рыжий держал в одной руке большой нож, а в другой такое же копье, как и у него. Зря он не ушел. Теперь погибнут оба.

Появление еще одного противника вызвало странную реакцию у темнокожих. Не показывая спину, они быстро отдалялись от них, пока не исчезли за кустами. Спустя некоторое время Эпей увидел удаляющиеся темные точки, хорошо различимые на желтой траве.

Эпей стоял в воде и щупал дно реки древком копья, за ним Рэту. Скоро они поменяются местами. Они дошли до середины реки, а вода поднялась только до бедра. Прав оказался рыжий. Не случайно у берега так сильно натоптали: здесь находится брод. Правда, перейти на противоположную сторону не так уж и легко. Прежде чем снова оказаться на твердой земле, он дважды проваливался в глубокие ямы. Женщинам и детям придется быть осторожными.

– Почему они не напали на нас,– в который уже раз допытывался он до Рэту мучившим его вопросом.

– Ты так и не понял этого Три пальца? Они не подходили близко, потому что боялись стрел. Темнокожие видели луки и короткие копья у мужчин из семьи длинноногих или охотников Гррх. И встреча с ними им не понравилась.

* * *

Совет Долгой дороги прошел спокойно. Подспудно ожидая сопротивления, Андрей объявил о том, что пришло время покинуть Каменную стоянку и снова выйти на Долгую дорогу. Но все молчат. Ну и хорошо.

– Старшая сообщит всем, сколько нам необходимо саней, припасов, обработанных шкур. Мастера подготовят все необходимое, а ты, Эзуми, отправишь к ним людей, если им нужна будет помощь. Когда выпадет снег, все должно быть готово.

– Жаль все-таки уходить отсюда, Эссу,– Эзуми оглянулся на остальных членов Совета Долгой дороги, словно ища поддержки своим словам.– Хороший был год.

Собравшиеся согласно покачали головами. Конечно, никому не хочется оставлять теплые жилища, бескрайние поля травы, с которой можно собрать столько зерна, чтобы не знать голода всю зиму; а также стада быков и оленей, которые проходят через эту равнину. А совсем рядом горы, где пасутся кривороги, и леса полные вкусных плодов и ягод.

Но просто согласие со словами Эзуми ничего не значило. Никто не озвучил вслух предложение остаться на равнине у двух рек, потому что нет с ними белогорцев с беспокойным Рэту. А длинноногие еще не забыли, кто им помог выжить год назад, а каменщики, лесовики и «ныряльщики» давно слились с семьей Гррх. Даже скучно стало, поскольку раньше Советы Долгой дороги проходили гораздо оживленнее.

– Все слышали гром при чистом небе и белый дым, протянувшийся с захода на восход. Это знак того, что пора двигаться дальше и становиться на Долгую дорогу.

Спокойная жизнь на Каменной стоянке приходит к концу.

Хорошо дышится. Уже третий день с Энку и Эхоутом они шли по выцветшей траве к широкой реке, за которую в прошлом году отошли темнокожие. С тех пор их никто не видел. Но вернулся с охоты Энзи и принес неприятные вести– уже на этой стороне реки он наткнулся на истекающего кровью оленя. Он дождался, пока к подранку выйдут темнокожие охотники, и убил одного из них. Получается, что он сам накаркал про завершение спокойной жизни.

– Сколько их было?

– Пальцев одной руки. Убил одного копьем.

Не верить Тени нет никаких оснований, но и проверить все самому тоже не помешает. Вдруг это просто случайность. Могло случиться и так, что в азарте погони темнокожие побежали за оленем, перешли реку и на свою беду наткнулись на Энзи. Надо пройти вдоль реки и поискать следы. Если их будет много, то подготовка к отходу значительно осложнится. Ни мужчинам на зверя не пойти спокойно, ни женщинам – за съедобными корнями.

– Птицы с голой шеей собрались над холмом,– Эхоут обратил внимание на необычную стаю.

Неужели темнокожие не забрали с собой оленя, и гниющая туша привлекла крылатых падальщиков?

С трудом отогнали больших птиц, не желающих оставлять добычу. Это оказался не олень. На плоском камне лежало истерзанное крепкими клювами голое тело темнокожего мужчины.

– Как же он без головы в Другом мире управится?– Энку растерянно обошел по кругу камень, с лежащим на нем трупом.

Андрей внимательно осмотрел тело. Не мог ему Энзи голову отрубить в драке. Он говорил, что проткнул его копьем, да и слишком аккуратно она отделена. Значит, ее забрали с собой. Странные обычаи у живущих здесь кроманьонцев.

– Завалим его камнями?– большеносый все не унимался. Ему, видимо, и в самом деле жаль темнокожего.

– Нет, возможно они вернутся и принесут голову обратно, а если мы его завалим камнями, то не найдут тело.

Они шли на север вдоль реки. Неугомонный Эхоут напоминал собаку, которую, наконец, спустили с привязи. Азартно искал следы на песке берега реки, рассматривал примятую траву, иногда отходил далеко на равнину и возвращался обратно. А вот насупившийся Энку молча топает сзади, находит на него иногда такое.

– Следы разные, но далеко от реки не отходят: самые старые оставлены луну назад, и все они ведут вверх по течению,– Эхоут присоединился к ним.

Плохо, значит темнокожие целенаправленно охотятся по эту сторону реки. А где-то рядом, судя по всему, находится брод. Не вплавь же они сюда перебрались.

– Надо перейти реку и отогнать темнокожих еще дальше,– Эхоут строил планы у вечернего костра.

– Люди Долгой дороги уйдут с Каменной стоянки по первому снегу, Эхоут. Нам не нужно с ними драться.

– А если снега снова не будет? Мы не пересечем эту реку, если она не замерзнет.

– Холода придут.

Андрей старался, чтобы его голос выглядел уверенно, но он и сам иногда задумывался про возможность второй подряд бесснежной зимы и тут же отгонял подобные мысли. Да не может такого быть. Не на экваторе же они находятся. Но на всякий случай не помешает дойти до брода, просто чтобы знать, где он находится. С этими мыслями он и заснул.

– А в Другом мире много темнокожих? Не хотелось бы встретить там безголовых.

После дня молчания на Энку напал приступ болтливости, и он изводил Андрея с самого утра.

– Нет там безголовых, Энку, голову вернут умершему. Ее взяли на время. Много ты голов видел на Каменной стоянке?

Эхоут опять ушел вперед и пропал за очередным поворотом реки. Когдаони завернули за него, то он, почесывая свою светлую бородку, задумчиво рассматривал сильно истоптанную траву у самого берега. Что там? Они дошли до брода? Непривычно, чтобы неугомонный стоял на месте. Наверняка что-то обнаружил.

Эхоут между тем упал на колени, выковырял что-то из травы, очистил от грязи об одежду и протянул Андрею. На руке у него лежал маленький кусочек продырявленного растаявшего камня.

Примечания

Андрей не знает, что в Северной Америке растут несколько видов местного винограда.

Слива– природный гибрид алычи и терна. Ничего удивительного, что она обнаружилась рядом с ними.

Скелеты без черепа, датируемые этим периодом, обнаружены в Малой Азии. По одной из версий антропологов обычай оставлять трупы умерших для падальщиков укоренился еще во времена нафутинской культуры 30 тыс. лет назад.

Белогорцы наткнулись на стадо газелей. На некоторых стоянках до 70 процентов обнаруженных костей принадлежат именно этим животным. Много их водилось на Ближнем Востоке.

Глава 3

Снег

Далеко отправил старший охотник мужчин озерного племени. Реку они перешли несколько восходов назад, а теперь осторожно передвигались на закат, стараясь держаться холмов, поросших невысокими деревьями, с уже покрасневшей листвой. Так безопаснее – чужаки не пойдут в заросли, когда на равнине пасутся стада быков и оленей. Они совсем близко от Рода и скоро достигнут его окрестностей.

Поляна с еще зеленой травой около невысокого холма. Хорошее место для отдыха. Молодойохотник, с густой черной бородой, погладил свою руку. В несчастливом для людей Хррх сражении в нее угодила стрела чужаков с необычно маленьким и крепким наконечником. С тех пор прошло много времени, даже арунту успели заново собрать, а рана, хоть и зажила давным-давно, но время от времени побаливала. Хорошо бы из такого камня, из какого чужаки изготовили наконечник своей стрелы, острие для копья добыть, или нож. Говорят, у мужчин одного из племен, стоянки которых расположены дальше на восход, есть такой нож, которым одним ударом можно срубить толстую ветку для копья.

Губы ссохлись– хотелось пить. Но воды в кожаном мешке не оказалось. Неудивительно, на кулак мужчин ее маловато набрали, успели выпить. Придется ему найти ручей.

Солнечную сторону холма пересекал длинный глубокий овраг, поросший местами еще зелеными колючими кустами. Долго уже идет, а ручья все не видно. Скоро на другой стороне холма окажется, ближе к равнине. Овраг закончился тупиком. Со стороны равнины послышался шум. Охотник остановился. Вернуться обратно? Но любопытство победило. Влез на пригорок. Отсюда отлично видно, как по равнине бредет почти четыре кулака чужаков, которые толкают странные сооружения из обрубков дерева, чем то похожими на те, что использовалось в Роду для перевозки камня. Зачем им так много? Чужаки исчезли. За пригорком овраг тянулся дальше. Он прошёл еще немного. Здесь должен быть родник.

Молодой охотник застыл на месте: он услышал странно звучащие голоса, которые не могли принадлежать людям Хррх. Снова чужаки. Осторожно выглянул из-за кустов. Вот он, ручей! Стекает с холма в небольшую котловину, образовав маленькое озеро. Дети чужаков окружили высокое дерево, растущее на его берегу, срывая с него мягкие желтые и черные плоды. Он и сам любил их сладкий вкус – у него потекла слюна. Мужчина озерного племени крепче ухватил копье. Он раздумывал над тем, вернуться ли за остальными охотниками или же напасть самому. Детей он перебьет без труда, но хотелось все же взять их живыми, чтобы показать их мужчинам озерного племени. Пока думал над тем, как поступить, послышался еще голос, не похожий на остальные.

Охотник не верил своим глазам. Девочка-человек, с темной кожей, принесла несколько корзин и теперь подгоняла остальных, чтобы они быстрее их заполнили, а не раскидывали, откусив разок, плоды вокруг дерева. Откуда она здесь? Попалась охотникам чужаков, когда с женщинами собирали зерна арунты? Девочка повернула голову, и он увидел ее узковатые глаза. Нет, она не из племен Хррх, не видел он у людей, живущих на равнине между двумя реками, таких глаз, да и кожа ее чуть светлее, чем у него.

Странно, что дети находятся здесь без взрослых. Не должно так быть, если не человек, то зверь может на них напасть. Девочка-человек поднесла ко рту палочку и раздался свист. Охотник вздрогнул от неожиданности. Еще голоса. А вот и взрослые. Еще одна женщина-человек, с большим животом, лицом скорее похожая на него, чем на девочку с корзинами и чужак, с коротко обрезанными волосами на голове. Прежде чем он успел моргнуть, чужак внезапно исчез. Вот только стоял у воды, а в следующее мгновение нет его, словно это была тень, а не живое существо.

Так и не набрав воды, молодой охотник осторожно пробирался на место временной стоянки. Он был уверен, что за ним кто-то следит. Несколько раз он внезапно останавливался, вслушиваясь в звуки редкого леса, окружающего овраг. Ничего необычного, но чувство чужого взгляда не пропало, а даже усилилось. От страха он перешел на бег. Опавшие листья громко шуршали под ногами, но чернобородый охотник не обращал на это внимания. Надо скорее возвращаться и сообщить остальным о увиденном, и пусть уж старшие охотники и Адэху решают, что со всем этим делать.

* * *

– Тук, тук, тук…– Андрей размеренно колотил пестиком в ступе, превращая зерно в мелкий порошок. Он попробовал получившуюся серую массу двумя пальцами, остался доволен полученным результатом и пересыпал содержимое ступы в горшок. Почти полный.

– Хорошо темнокожие придумали зерна давить, – Грака внимательно наблюдала за его работой.

Когда они догнали семью с Белой горы по оставленному следу, и Энку дал сигнал из горна, то он не сразу и признал Граку в худой женщине, со сваленными светлыми волосами. Рядом с ней стоял Рэту с открытым от изумления ртом. Теперь Грака вроде приходит постепенно в себя. Даже волосы вымыла золой с застывшим раскаленным жиром криворога, и одежду ей новую Старшая где-то достала. Сейчас терпеливо ждет, пока он закончит работу. Андрей понимал, что пришла она не просто так.

Странная получилась ситуация. Семья с Белой горы, которую они нашли, расположилась на Каменной стоянке, спокойно объедая их припасы, словно и не исчезала на полтора года. Разговор с Рэту у него не выходил, рыжий юлил и все куда-то торопился. Неопределенность раздражала.

– Мы уйдем на восход по первому снегу, Грака, семья с Белой горы должна сама решить, пойдет ли она с нами.

– Рэту думал, что Эссу утонул в море. К оговоренному сроку не вернулись те, кто отправились искать тебя. Только поэтому семья решила жить сама по себе, а не с Гррх и длинноногими.

– Мы оба знаем, что это не так, Грака. Рэту везде ищет Белую гору, но он не найдет ее здесь.

Молчит, белобрысая.

– Тук, тук, тук…

Горшок заполнился мукой. Надо бы передать его Старшей, пусть женщины испекут «лепешки» для детей, которые посещают «школу».

Энзи с женщинами. Что-то быстро появился. Утром он неожиданно захотел отправиться в лес вместе с Ам и Асилой, которые принесли корзины полные разноцветных плодов. Не удержался и взял один фиолетового цвета. Сладкий, хоть и вяжет немного. Похоже на инжир. Тень терпеливо ждет.

– Темнокожие следили за детьми, которые собирали плоды.

Далековато они забрались, до разделяющих их реки несколько дней пути.

– Ты не убил их?

Энзи не из тех, кто отличается миролюбием. Да и нет таких добряков в этом времени. Но ответ удивил.

– Нет, вместо этих придут другие. Надо уходить, Эссу. За ушедшую луну через реку перешло много таких охотников, которые уже успели вернуться обратно на свои стоянки. Темнокожие не нападают, а смотрят, где люди Гррх охотятся на быков и маленьких оленей, где женщины и дети собирают плоды, коренья, в каких лесах добывают дерево для копий.

– Мы ведь можем перебить их мужчин еще раз и прогнать за реку.

– Если бы они хотели прогнать нас с Каменной стоянки, то уже все пришли сюда. Они хотят другого: выследить и напасть на мужчин на охоте, женщин и детей, когда они собирают плоды и коренья, или на лесовиков Лэпу, выбирающих правильное дерево для саней.

– В семье с Белой горы две луны назад не вернулись мужчины, которые отправились охотиться на равнину,– вмешалась в разговор Грака.

Умничает белобрысая. Словно он не понял, что Энзи хочет донести до него. Хорошо еще, что кроманьонцы дали им год спокойной жизни и только сейчас решились на вылазки за реку. Но задерживаться нельзя. Чем дальше, тем смелее они станут, и начнутся неизбежные потери. Конечно, люди Гррх убьют много врагов, но это ничем им не поможет, темнокожих намного больше.

– Скажи Рэту, пусть мужчины белогорцев находятся рядом с женщинами и детьми, когда они идут в лес за плодами или на озеро за корнями водных растений.

Отомстил рыжему, не осмелится он перечить Энзи. Хватит белогорцам есть мясо и рыбу за просто так.

* * *

– Угу…– сын неуверенно стоял на ногах, держа в руках его большой нож. Лэпу забрал у него опасную игрушку. Старшая покормила ребенка грудью и как всегда тут же исчезла. Еще два лета он будет питаться материнским молоком, постепенно привыкая к твердой пище.

– Угу…

Ребенок залез в колючки, оцарапал руки и собрался зареветь. Лэпу бросился его утешать. Так он не успеет выполнить странную просьбу Эссу, если постоянно будет отвлекаться на малыша. К счастью, мимо проходила с небольшой корзиной Ам, и он с удовольствием перепоручил ей непоседу.

Не получалось. Лэпу приуныл. Солнце уже высоко, а он отделил только одну заготовку от толстого ствола. К ночи рядом лежала еще одна, и на этом все. А ведь еще нужно их выдолбить в самом толстом месте, посередине, чтобы закрепить между ними палку, как это было на каменном вепре маленького Эрита. Вот только для саней куски бревен нужны совсем другие, большие по размеру.

– Угу…

Ам уже вернула ребенка, а вскоре появилась раздраженная Старшая.

– Нужно чинить повозки длинноногих, за год дерево совсем сгнило. А у каменщиков и вовсе не осталось саней: сожгли зимой на костре вместо дров. Почему лесовики не занимаются этим? А это что еще?

Лэпу развел руками, лесовики сделали несколько саней и даже принесли их из леса на Каменную стоянку, но Эссу отвлек его. Его женщина смягчилась, Эссу знает что делает.

Старшая подняла замучивший его отрубленный от ствола кусок дерева, который тут же свалился плашмя на землю. Поверхность оказалась неровной, а на одной стороне выделялся утяжелявшей заготовку конус. Надо бы убрать его топором.

– Я видела у Эрру кривую палку с тонким острием из растаявшего камня. Возьми у него завтра.

Легко сказать, возьми у Эрру. Хромоногий мастер никак не хотел расставаться со своей кривой палкой. После долгих уговоров пришел сам вместе с сыном Иквы. И так и остался.

Лэпу вытер пот. Хорошо, что мастера пришли на помощь, но и втроем они возятся с деревом уже два восхода. С помощью кривой палки с лезвием кое– как обработали поверхность круглого дерева. Теперь она не заваливалась, а стояла на траве. Больно. Лесовик дул на пальцы, по которым угодил тяжелым камнем. Он возился с отверстием посередине диска, которое проделывал с помощью поломанного острия копья из черного камня. Готово. Можно позвать Эссу, пусть объяснит, что со всем этим делать.

* * *

Андрей осматривал творение Лэпу. Странные сани получились, не тянул результат на одно из важнейших изобретений в истории человечества. Колеса получились разного размера и с довольно выпуклой внешней стороной, не догадался лесовик обстругать каменным долотом внутреннюю часть, сделать ее тоньше, ось, на которую они были намертво прикреплены, болталась под днищем, продетая через жерди. Пора опробовать повозку.

Откуда-то появилась Старшая. Ну да, без нее ничего не происходит значимого на стоянке. За ней пришли Младшая, Энку, Эзуми и Эхоут и даже Грака, теперь с любопытством осматривают странные сани.

– Залезайте.

В повозку накидали старых шкур, на которых устроились Старшая с ребенком и Грака с Младшей.

– Толкайте.

Под напором мускулистых рук большеносого и Эхоута сани сдвинулись с места, заскрипели, и набирая скорость, покатились вниз по спуску. Женщины завизжали.

Надо было на ровное место выкатить и уже там толкать, подумал Андрей, но было уже поздно. Наехав на пригорок, сани перевернулись. Андрей побежал на помощь.

Вроде все целы. Женщины стоят на ногах, а рядом – удивленные мужчины.

– Как это, Эссу. Снега нет, а сани быстро катятся.

– На них можно по траве и без снега двигаться, Энку.

Повозку поставили на место, и Андрей осмотрел ее. Вроде выдержала испытание– ось не треснула, колеса тоже целы. Несмотря на неказистый вид, вполне себе движется туда, куда толкаешь. Укрепить днище повозки и можно двигаться и летом, пусть и медленно. Но зимой сани с полозьями, конечно, удобнее. И быстрее, что немаловажно.

Лэпу сиял. Наконец-то он понял, для чего нужны куски дерева. Мужчина Старшей представлял, как много подобных саней он изготовит вместе с лесовиками и мастерами, и они отправятся на них в Долгую дорогу. Но он ошибался.

– Завтра с восходом начинайте готовить обычные сани для длинноногих и каменщиков, пока Старшая не скажет, что их достаточно,– у Эссу свои намерения на счет новых саней.

* * *

Туша криворога, кожаные мешки с арунтой, половина кабана– неожиданно появившиеся старшие охотники племен Хррх пришли не с пустыми руками. Все принесенное сложили у красноватого каменного изображения змееголовой дочери Хррх. Адэху не ожидал столь скорого появления старейшин, да еще с наступлением времени дождей, которое продлится еще целую луну. И почему с ними находится молодой охотник?

– Значит люди, которые живут вместе с чужаками, не похожи на нас?

– Нет, Адэху. Среди племен на равнине между реками подобных людей нет. Наверное, они из дальних земель, как и чужаки.

Адэху встал с каменной скамьи, когда он над чем-то усиленно думал, то не мог усидеть на месте. Что-то важное из рассказа молодого охотника ускользнуло из его внимания, не связанное с девочкой и женщиной– человеком, а другое.

– Ты сказал, что прежде чем увидеть детей ты заметил, как чужаки что-то волокли по траве.

– Да, это было как стволы деревьев, по которым люди Хррх толкают большие камни для Рода. Только дерево тоньше и они были соединены между собой веревками, совсем не тяжелые.

– Много таких было?

– Кулак, может больше.

– Две луны назад семья чужаков перешла реку и отправилась на закат. Их видели охотники из племени, стоянка которой расположена недалеко от гор. Они сказали, что чужаки переносят в них шкуры, еду и детей. Так зачем им так много связанных стволов?

Старшие охотники молчат, не понимают, что именно хочет донести до них Адэху.

– Змееголовая помогает нам, чужаки скоро покинут Род и равнину между двумя реками.

Старейшины заворчали. В зале змееголовой стало шумно. Не все хотят ждать, не верят, что захватившее Род чужое племя вдруг куда-то исчезнет. У них было много времени проделать это прошлым летом, или этим. Но идти куда-то зимой, когда льет холодный дождь. Это не укладывалось в голове. Не лучшее время для длинных переходов с женщинами и детьми.

– Многие не верят, что сын Хррх отвернулся от нас,– старший охотник озерного племени стоял рядом с Адэху.– И после завершения дождей мужчины пойдут и заберут у чужаков Род обратно.

Не думал Адэху, что их доверие сыну Хррх столь глубоко.

– Ты сам видел изображение змеи на небе. Сын Хррх забыл про нас. Они убедятся в этом, когда чужаки вновь прогонят их за реку.

* * *

Андрей проснулся. Над головой висели куски подвешенного за балки мяса, которое из-за бесконечных моросящих дождей пришлось сушить внутри залов Каменной стоянки. Вышел из помещения, аккуратно переступая через холмики завернувшихся в шкуры криворога людей. Холодно, никто даже голову не высунет из под шкуры.

Дождь зарядил через несколько дней после того, как Лэпу с мастерами сделал первую в историю повозку с колесами. Ну, он надеется, что первую. Хотя, может где-то уже кто-то, шибко умный, и додумался поставить на обрубки бревен настил для перевозки грузов и соединить их палкой. Но если семью и наблюдательного гения каменного века перебьет кто-то вроде Ахоя, который собирает силой очередное девятиглавое племя, то следующего изобретения колеса придется ждать еще пару тысяч лет. Интересно, как сложились дела Ахоя на равнине у Трех зубов. Не подсидел ли чернобородого здоровяка хитрый старик в лисьей шапке.

Туман, который последний месяц каждое утро наползал на Каменную стоянку с дальних гор, сегодня наконец-то пропал. Андрей, однако, не обольщался. И ранее случались просветы, когда по полдня землю грело не по-зимнему теплое солнце, но затем снова набегали тучи, и опять заряжал моросящий дождь, из-за которого им приходилось большую часть времени находиться в землянках или в помещениях Каменной стоянки.

Время шло. Вылезли из шатров по своим делам женщины, пробежались дети, торопясь успеть к раздаче еды в «школе», показались «каменщики» из своих клеток, сложенных из булыжников. Андрей прислонился к нагретой солнечными лучами каменной кладке. Приятно. Неужели многодневный дождь закончился, и можно готовиться к дальнейшему пути. А ведь уже наступил последний месяц года по календарю Гррх.

Постарел старый «художник»: борода совсем поседела, а кожа стала какой-то серой. Хромой Уто по его примеру прислонился к теплой стене.

– Не стоит ждать снега, Эссу. Мы можем его не дождаться. Пора выходить на Долгую дорогу.

– На санях мы пойдем быстрее, а реки легче пересекать по льду, Уто.

Андрей понимает его тревогу. Второй год находятся они на Каменной стоянке. А старик не молодеет и может не дойти до Восточных земель, померев по дороге. Однако, зимой по снегу они покроют гораздо большее расстояние, чем на повозках в теплое время года. И не хочется толкать сани по траве и грязи всю весну, лето и осень.

Мимо прошмыгнул Лэпу с лесовиками, решивший воспользоваться хорошей погодой, чтобы заготовить подходящего дерева для новых саней. Ушел на озеро бить уток Эхекка с младшими охотниками. А это еще кто? Неужели Рэту вместе с улыбающейся Гракой?

– Семья с Белой горы отправится вместе со всеми в Долгую дорогу.

Кажется, рыжий решил, что делает ему большое одолжение.

Андрея охватил не свойственный ему гнев.

– Нет.

Грака удивленно выпучила глаза.

Молчат. Молчит и Андрей, зажмурив глаза и делая вид, что наслаждается солнцем. Но дышит глубоко.

– Люди Долгой дороги не могут рассчитывать на белогорцев. Семья с Белой горы однажды ушла посередине зимы, забрав все мясо и шкуры, а в другой раз оставила всех на каменистом острове, решив жить самостоятельно– перечислил он обиды.

– У белогорцев сильные мужчины и умелые охотники,– осторожно проговорил Уто, когда они снова остались вдвоем.

– Дождя сегодня не будет, пора готовить сани и собирать в них вещи,– перевел Андрей тему разговора.– И ждать снега.

Куда все девать? Вечный вопрос, который возникает, когда люди Долгой дороги покидают временную стоянку. У Ам опускались руки– горшки с семенами и косточками заполнили ее сани, а она и половины не вынесла из собранных запасов. Ее карие глаза заполнились слезами. Младшая с голубоглазым Уони наотрез отказывалась помочь ей– у самих нет места.

– Что у тебя?– из неоткуда появилась Старшая.

Ам всхлипнула, показала на оставшиеся горшки.

– Жди,– собранные в хвост светлые волосы мелькнули и пропали за шатром.

Вот кому нужны эти косточки от съеденных плодов, когда даже разрисованные горшки некуда сложить. Младшая завистливо посмотрела на новые сани, которые притащили для Ам лесовики взъерошенного Лэпу. От таких бы и она не отказалась– длиннее обычных, с двумя коробами вместо одного, да еще и место позади осталось, где можно отдохнуть, уютно завернувшись в теплую шкуру. Только тяжелые, наверное.

Старшая появилась снова, на этот раз не одна, а с Эхеккой, который привел недовольного Лэнсу и других младших охотников.

– Они помогут тебе сохранить твои косточки и толкать сани, пока не дойдем до новой стоянки следующим летом,– хвост светлых волос снова исчез шатром. У Старшей всегда много дел.

Над стоянкой висел густой аромат «лепешек».

– Тук, тук, тук.

Андрей толок зерна в ступе. Очень уж много зерна оказалось на Каменной стоянке, не могли они взять все с собой. Поэтому последние дни питались только лепешками и вареными зернами с жиром. Мясо только свежее, но и его нет почти в последние дни, после того, как он запретил охотникам покидать территорию стоянки. Лепешек стало так много, что они образовали залежи в шатрах, подсыхая до каменной твердости.