Текст книги "Нф-100: Четыре ветра. Книга первая (СИ)"

Автор книги: Леля Лепская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 23 страниц)

Этот парень, который Псих, стиснув зубы стянул свою руку через верх лезвия. У половины присутствующих глаза из орбит вылезли от этого. Его же лицо сейчас было каменным. Мгновение назад он орал от боли, и уже с выражением словно ничего не случилось, сам поднялся и пошёл за Климом.

Отлично. Он сумасшедший 100 процентов.

Жнец метнул задумчивый взгляд на весь строй новобранцев. С горем пополам выстроил в четыре шеренги, с учётом того, что девушек строил в отдельную.

Остановился взглядом на девчонке которая за три с лишним года что мы не виделись, изменилась так, что даже я не сразу её узнал.

– Шаг из строя.

Она вышла из строя, словно делала это уже сотни раз.

– Рядовой... – Жнец осекся, и исправился: – Рядовая Бритва – командир седьмого отряда. Встать в строй.

– Есть.

Она вернулась в строй. Назначение среди парней, явно произойдёт по какому-нибудь безумному принципу, как и у нас.

Она смотрела на меня. Теперь её сердце сбивались с ритма, и дыхание было поверхностным. Она стиснула челюсть, я знал что она не заплачет, хотя уверен она хотела. Я уверен что её отец гордился бы ей сейчас, она может и выглядела как чёрт знает кто, но против генов видать не попрёшь.

Вот почему всё так вышло. Я хотел стать военным, она не хотела чтобы я стал военным. Её отец и мой, были друзьями. И Тихон, кстати тоже. Служили вместе в горячих точках и в командировки ездили. С одной из таких командировок пять лет назад, мой отец вернулся, её – нет. Она и четверо братьев, остались одни с матерью. Она боялась, что так же произойдёт и со мной. Что когда нибудь настанет тот день, где вместо меня домой вернется «Груз 200» в цинковом гробу.

Дерьмо, мы выросли вместе, мой батя помогал их семье. Нам было по тринадцать лет, когда стало ясно, что это не дружба, что есть нечто большее. Первое признание. Прогулки за ручку. Первый поцелуй. Первый секс. Часы на телефоне. Не дня врозь. Планы на будущее. Ссоры. Примирения. Всё это было с ней. Нам было по семнадцать лет, когда она выдвинула мне ультиматум. Она или моя мечта. Я не принял этого всерьёз и поступил в военное. Думал, что ещё помиримся. Оказалось она вовсе не пошутила. Пытался всё исправить, поговорить, убедить в конце-концов. Не успел. Она уехала учиться в другой город. Не прошло и месяца, как соцсеть просветила меня в то, что у неё уже другой роман и не я в нем герой.

А дальше как у Animal ДжаZ:

" Внезапно понял я,

Что влюблен не в ту

И любят не меня..."

И я узнал, что время не стирает память.

Всё осталось «там»...

Сейчас мои воспоминания из прошлой жизни, как черно-белое кино. Я плохо помню, что со мной было, до того, как стал тем, кто я есть теперь. И с каждым днём помню всё хуже и хуже. Только то что было важно и помню, а остальное размылось. Отголоски боли остались.

И это уже не я.

Я стал другим. Я иначе вижу, иначе чувствую, мыслю, иначе двигаюсь. Я – новый виток эволюции человечества. И будь я проклят, если мы напрасно гробили свои силы, становясь супер-гвардией элитных солдат. Как говорит Шегги, мы войдём в новейшую историю человечества. Если не сдохнем в бою, о нас будут солгать легенды. Выбор за нами, что это будут за легенды. О героях освободителях или о горстке малолетних неудачников.

Что ж, остаётся только надеяться, что всё это не решено априори до нас и за нас.

Я думал Жнец устроит экзекуцию, как и нам, и назначит командиров отрядов новобранцев. Но кроме девичьего седьмого отряда новых не образовалось. Жнец лишь распределил все три сотни ( или около того) новобранцев по уже имеющимся отрядам. Как они будут нагонять целый месяц подготовки я не представляю.

А потом Жнец поразил меня. Серьёзно. Он дал десять минут свободного времени. Жнец может и садист, но видел, что многие здесь знакомы с новобранцами, многие даже родственники.

Моим родственникам тут взяться неоткуда, но близнецы сшибли меня с ног в то же мгновение как Жнец отдал команду, «разойтись».

– Гром! – синхронный вопль плавно перетек в отборный русский мат. Русский мат может быть показателем крайней радости.

Эти двое приподняли меня над землёй.

– Не Гром. – покачал я головой, когда вернулся на землю, – Кай.

Парни переглянулись, успев уже уловить фишку, Жнец их тоже предупредил о « безымянном» правиле. Тот из них, что был справа от меня закинул брату руку на плечо.

– Всё решено, братка. Я буду Минусом, а ты Полюсом. – протянул брату кулак, – А вместе мы?...

Брат стукнул по его кулаку.

– Замыкание.

– Круто?

– Круто. – спокойно кивнул тот.

Стыдно признаться, до этого момента я и не понял кто из них кто. Серёга, – тот что ныне Минус был сорви-головой. А вот Лёха, – был спокойным, больше походил на меня по характеру, только ещё спокойнее. Внешне одно лицо, я раньше их только по сережке в ухе Лёхи различал. А так, оба русоволосые, кареглазые, долговязые. Раньше они правда очень часто ссорились, не уживались. Вроде и вместе сложно и врозь никак, у близнецов с этим какие-то сложности. А сейчас вроде, ничего – спелись.

– Чёрт, я и раньше вас не различал, а по форме, так вообще. – усмехнулся я.

– Слушай.. – тихо заговорил Минус, – слушай, а батя твой он как, тут остался?

– Нет, отец с мамой теперь. – ответил я. Парни быстро вкупили о чём я. Минус почесал затылок, растерявшись.

– О... блин, извини чувак.

– Соболезную. – добавил Плюс.

– Вирус?

– Сердце. – ответил я.

– Привет. – раздался немного низковатный голос. Его тембр был грубоват на слух, но в нём всегда была какая-то особенная глубина.

Ксюша, так её звали когда, она была моей. Все звали её просто Ксю. Она была лучшей во всём и всегда. Всегда училась на отлично, занималась сноубордингом, всегда была впереди. Была примером для подражания, для меня она была идеальной. "Была" – ключевое слово.

Близнецы переглянулись. Они видимо её узнали давно, ещё в пути. И про нас в прошло они тоже всё знали, городок маленький, слухи разносятся быстро. Шаря глазами в небесах братцы потихоньку отвалили в сторонку.

– Тебя не узнать. – сказала она, сжимая одно запястье ладонью, до бела в костяшках. Мой взор застрял на выглядывающих татуировках.

– Тебя тоже... – заметил я. Посмотрел ей в глаза. Чужая. Боже мой, какая она стала чужая.

Вот и всё. И сказать-то друг другу нечего.

Она была моим запретом мысли, я не думал о ней, запретил себе думать о ней. Разбил тогда жизнь на «до» и «после». На вряд ли хоть одна сравнилась с ней, но я не думал об этом и никого не сравнивал. Я просто не чувствовал такого больше не к кому. Может только к Сэле...

Так, что за мысли? Сдурел?!

Это смешно, глупо, нелепо... идиотизм, бред.. Ещё эпитет? Невозможно. Сэла – ангел. Ангел, который меня ненавидит. Она – ангел. Я – человек. Точка.

А потом, я пропал в моменте, где она подступила ближе, и обвила меня за шею. Я замер. Вот так всегда. Вот теперь я её узнаю. Пожизненный девиз: если гора не идёт к Ксюше – Ксюша идёт к горе.

Отголоски... я помню их, помню эти руки, и вроде всё то же тепло, и аромат волос. Отголоски боли были сильнее. Почти предательство. Но чувствую что я влип. Что-то было ещё, что тянуло к ней. Привычка? Не знаю. Она живая – я сосредоточился на этой мысли, и обнял её в ответ.

– Взвод! – услышал я командный голос Жгеца, – Стройся!

Она отстранилась.

– Только не зови меня Бритвой, ладно? – попросила она на ходу.

– Буду звать тебя Бри.

Она немного улыбнулась, уходя к своему отряду.

С тех пор Ксю стала Бри, и кажется сделала своей миссией, вернуть меня назад.

Очень подходящее время, правда?

С одной стороны, сопротивляться глупо. С другой, моя гордость бросила между нами шлагбаум. В голове система: точка, запятая, точка, запятая... А погода тем временем чудила по полной программе. Вода из под крана стала мутной и напор упал. Запасы воды были на исходе. День был пеклом, а ночь словно в ноябре. Про отопление и думать нечего. Мне было наплевать на перепады температур, я почти не ощущал разницы. А вот остальным приходилось тяжко. За день здания прогневались, но уже к середине ночи стоял страшный дубак. Обогреватели мало чем спасали. Живём мы в казармах по отрядам. Клим в моём отряде, правда ко мне забросили ещё солдат. В том числе Психа с близнецами. С Психом всё ясно, у парня и в правду с головой не очень хорошо, поэтому ему плевать на нагрузку и жесть в исполнении Жнеца. Коса, – его младшая сестра, как-то сказала, что они с ним детдомовские, потому он таким стал. Ещё в детстве парню психологи диагностировали скрытую шизофрению.

Многое объясняет.

Плюс с Минусом, вообще как оказалось весьма недурно справляются и то что мы прошли за месяц, они нагнали моментально. Говорят, что там снаружи им и не такое приходилось делать. Вероятно сказалось что Минус занимался паркуром, поэтому ловкость, скорость и расчёт – его фишка. Плюс играл в группе на барабанах, никаким спортом кроме литербола, не занимался, и никак своих успехов не объясняет.

Минус ржёт над ним, мол, его братец со своей группой вечно были замечены в потасовках. Удивленно смотрю на Плюса. Он в потасовке – последнее что я могу представить. Тот, только плечами пожал, что мол тут такого.

Действительно.

Они меня просветили по поводу населения. Сначала, все ушли в подвалы, из-за жары, наплыва всяких тварей и образовавшихся банд. А потом, когда кто-то был на рейде, на поверхности, остановили девчонку. Она сказала ждать помощи. Поправочка: рыжую девчонку с мечом.

И они ждали. Целый месяц не прекращали караул. Они уже почти отчаялись, но помощь пришла. Я так понял, что Локки с Бэмби начали с дальних районов, и на обратном пути подцепили и их. Все новобранцы как оказалось добровольцы. Даже девчонки. И действительно, не одному из новичков нет 18-ти или они девчонки. Все остальные либо уже были мобилицированны либо в бандах.

Мирное население теперь живет в бомбоубежищах и катакомбах. Локки с Бэмби продолжают рейды, времени на монстров они не тратят, если попадаются гасят, а так, занимаются в первую очередь эвакуацией людей и проверкой остальных военных баз. Большинство военных баз опустели, и незадействованные солдаты и военная техника будут стекаться к нам для подготовки. Благо у нас довольно обширная территория, если разобраться с городком, то можно использовать и его. На поверхности в скором времени ни останется ничего такого, за что стоило бы тревожиться. И тогда настанет наш выход.

А пока что мы существуем в режиме « Умри – но сделай». То есть, стоит иметь в виду, что у нас даже смерть не является уважительной причиной. Но в этом для русского солдата, нет ничего нового. И как говориться, везде хорошо, где нас нет. А нас нигде нет. Никого из нас больше нет. Мы забыли свои имена, прошлую жизнь, наша память сварена в кашу в аномальном июне. По словам архангела мы не солдаты, мы тупое пушечное мясо, которое не выживет и долбанные полминуты, в апокалипсическом мире. Поэтому чтобы стать солдатами, мы живём в режиме новой реальности нашего закрытого карнавала душ.

6:00.

Подъем и умывание. Приём синих капсул, чтобы не изжариться как куры-гриль под палящим оранжевым солнцем. Одеваемся, застилаем койки.

6:10.

Построение. Тихон проверяет казармы. Увидит складку хоть на одной койке – орет минут десять, но в этом нет ничего нового. Зато потом мы всей дружной компанией неудачников фанатеем от новшеств нового распорядка. И от пекла на плацу, на столько раскаленном, кажется асфальт плавится и стелиться поземкой чёрного дыма. Когда солнце в зените, нам не кажется.

Под чутким руководством Жнеца мы бежим пять кругов по мягкому асфальту, но это лучше чем стоять на месте в построении, ощущение такое что пятки прикипают к плацу сквозь берцы. Подгоняю Клима если он отстаёт, чтобы тот не финишировал последним и не имел дело с архангелом лично при разборе полётов на инструктаже.

Псих, за мой выговор по поводу его дебильной шуточки с зубной пастой и лицами спящих солдат, подсёк меня под ноги. Я пробороздил плац мордой пару метров, ободрав левую часть лица. Прежде чем я втащил ему за это, Жнец заставил нас обоих бежать ещё три штрафных круга, хотя прекрасно видел подсечку.

Мысленно разрабатываю план как убью Психа, а потом архангела. Вдыхаемый воздух испепеляет нахер легкие круче папирос без фильтра. Выдыхаемый углерод кажется может загореться на самом деле.

7:30.

Завтрак. Каша в тарелках отдалённо напоминает блевотину. Вкус и запах субстанции подтверждают эту версию.

8:30.

Тренировки на полосе препятствий. Рукопашный бой. Выживание в дикой местности. Выживание в городской местности. Разведка. Связь. Мои любимые тренировки на полосе препятствий и связь. Никогда не забуду как я запутался в подвесной сетке ногой, Жнец забрал у меня нож и приказал провисеть на солнцепеке до ночи.

Связь не лучше. Наша земная связь приказала долго жить, поэтому Жнец, напрягает свои мозги и делает нам те светящиеся шары. Он пытается обучить нас как этим пользоваться. Слово "пытается" очень подходящее поскольку, он сам однажды потихонечку себе под нос признался, что в душе не знает, как это сделать. Эти штуки в лучшем случае не подчиняются нам или бьются током. В худшем взрываются прямо в руках или могут взбеситься и ты убегаешь от этой хренаты, пока она мечет в тебя молниями. Высоковольтными паралитическими молниями. Однажды эта штука догнала меня и врезалась мне прямо в лицо. Зря я обернулся. Ощущения как после поцелуя с шаровой молнией. Последствия те же.

Обед.

В столовой попахивает не свежим мясом и кислой капустой. Вероятно это и есть наш обед. На улице такая жара, что на вряд ли в хранилище холодно, так что, я бы не удивился, найдя опарыша в своей тарелке. В тарелках в самом деле капуста с мясом загадочного происхождения. Этот запах лишний раз напоминает о «Чёрной Чуме». Это не вирус, это хуже. Против вируса мы могли бороться, против Чёрной Чумы нет спасения. Чёрной она зовется, постольку трупы скоротечно умерших людей разлагаются в прах буквально на глазах.

Все мечтают о дожде. Но Жнец говорит, что мы будем скучать по этому зною сжигающему наши задницы, когда наступит зима. Мы не верим что она наступит, но Клим тоже сторонник этой теории архангела, и Клим говорит о ядерной зиме. Тихон говорит что отхерачит Климу язык, если тот не прекратит стращать солдат.

Псих, чей юмор поганее чёрной чумы, говорит, что кто-нибудь рано или поздно начнет зажимать девчонок по тёмным углам, так к чему мол тянуть, если можно договориться. Сказал прямолинейно смотря на Мими за соседним столом. Та поперхнулась и уставилась глазами лани на Психа.

Псих обмудок – девки и так зашуганные.

Стерпел.

Затем он отмочил комментарий на счёт мяса. Типа труппы монстров разделывают и подают нам.

Не выдержал, воткнул вилку в руку Психа. Минус сообразил, и зажал ему рот, чтобы тот не вопил на всю столовку. Плюс воровато озираясь вокруг, удержал Психа на месте.

Выткнул вилку, и предупредил Психа, где она окажется, если он ещё хоть раз откроет рот в столовой.

Стал замечать за собой садистские замашки Жнеца.

15:00

Сново тренировки. Стрельба, сборка и разбор автомата и винтовки на скорость. Клим худший стрелок в части. Предлагаю представить вместо мишени Жнеца, но это не работает.

Разбирая автомат «Калашникова», из рук Мими выскочил шомпол и угадил прямо в глаз Горыну. Горын матерился на девицу минут пять. Потом минут пять матерился на Бри, мол это она командир седьмого отряда и она виновата, что Мими цитирую: «Криворукая тупая овца! Какой пастух, такая и овца!»

Бри психованной никогда не была, всегда была расчётливой и благоразумной. Поэтому промолчала, сунув фак под нос Горыну и демонстративно развернувшись отошла. Горын такого не стерпел, и грубо пихнув её в спину собирался видимо разобраться. Не успел.

Сломал Горыну челюсть. Жнец – урод, влепил мне наряд.

Бри смотрит на меня так, словно я за неё заступился. Вообще-то не только за неё, и за Мими тоже. И вообще, нехватало ещё девчонок ущемлять, хватит с них и Жнеца.

16:00

У всех учения на стрельбище, а я в наряде, на кухне чищу картошку. Зато, добрая тётя Нюра, – кухарка, одарила парой шоколадных ботончиков. Один мне второй Климу, за то, что он вчера починил им несколько сломавшихся выключателей.

17:00

Ужин. Аппетита нет. Нечто похожее на рагу, на вид даже вполне не плохо, но я был на кухне, и видел как это готовили. То, что никому лучше не знать, поэтому я целесообразно помалкиваю и потягиваю компот.

18:00.

Инструктаж. Теория где архангел первым делом разбирает ошибки допущенные на тренировках, напоминая нам какое мы ущербное дерьмо. После этого, он информирует нас о предстоящей аттестации, где курсанты будут сдавать на звание сержанта. Командиры отрядов будут сдавать сразу на лейтенанта и войдут в офицерский состав. Приказом действующего маршала вся военная система была упразднена, из-за огромных потерь. И ничерта не смыслящий новобранец ( который кстати может быть 13-ти летним сопляком в лучшем случае. В худшем – соплячкой ) проходит путь от рядового курсанта до сержанта, который я проходил за три с лишним года в военном училище, за три месяца. Это безумие. В младший офицерский состав входят лейтенанты и капитаны. В старший: майоры и полковники. Высший офицерский состав только маршал, генерал и адмирал. Жнец говорит, что все силы сейчас брошены на границы и береговые линии. Что конкретно там происходит, нам конечно же никто не сообщает. На вопросы о пяти сотни наших солдат, Жнец, наконец сказал, что они заброшены на стратегические объекты особой важности. Речь, надо понимать, об ядерном потенциале.

Затем на повестке учений детальный разбор планов операции, под кодовым названием « Улица Сезам». По сдаче экзаменов шесть отрядов забросят в разные точки. Наша задача: зачистка. К тому времени, мирного населения на поверхности не будет, всех эвакуируют в катакомбы, так что у нас будет полный карт-бланш – убирать все что на поверхности, от банд, до монстров.

Все спрашивают про Черную Чуму. Жнец говорит, что вакцина от Чёрной Чумы будет позже. Причём я точно знаю, что никакой вакцины ещё и в помине нет.

Половина смотрит на архангела с благоговением. Половина, не отошедшая от издевательств на тренировке, представляет свои руки на его шее. Женская половина, вообще его кажется не слышит и с глазами упоротой валерьянкой, кошки пускает слюни на красавчика-архангела. Хотя Жнец ни разу не пошутил и измывается над всеми одинаково независимо от пола, цвета кожи и вероисповедания.

Женщины, всё таки странные существа.

Бри плевать на архангела, по крайней мере её глаза чаще ускользают на меня, чем на Жнеца.

Я стараюсь аннулировать все наши диалоги, пересечения и любой физический контакт, находя тысячу и один повод, сняться с этого крючка, на который частенько напарываюсь. Это было бы куда проще, если бы не два момента. Момент номер раз: все в курсе, что в армейской кухне есть такая особая приправа, как бром. Так, вот, на меня бром не действует. И это чертовски прискорбный фактор. Я конечно сказал об этом Шегги, но тот лишь руками развёл, мол и что? Конечно, блин, у них-то походу нет таких проблем. Нет потребностей – нет проблем. И это не было бы такой уж прям проблемой. Момент номер два: даже выглядя, как неформалка, Бри была очень соблазнительной. Есть девчонки милые, а есть вот такие как она – крутые. И если раньше она была хорошей крутой девчонкой, то сейчас она не была хорошей, неа. Скажем прямо, она вела себя как жестокая стерва, девчонки в отряде, клянусь, ходили по струнке. Бри была эдакой амазонкой. Но в этом что-то было.

Точка, запятая, точка... запятая?

Это сведёт меня с ума. Это, или мои сны. Но мои сны это вообще отдельная история.

20:00

Личное время. Это только звучит как сказка. Стираем форму, чистим берцы и винтовки. Главное не подвернуться под горячую руку Тихону. Если повезёт можно перекинуться в карты, или просто поговорить, всё что угодно, только бы не услышать гудящую тишину вокруг части. Тишину, лишенную птиц и зверей.

Я ухожу в это время в библиотеку, где обычно обитает Клим.

Бросив к нему на стол маленький шоколадный батончик, сел на подоконник.

– Это что? – спросил он оторвав взгляд от кучи книг на столе.

– Подгон от тети Нюры. Чем занят?

– Думаю о словах Христа, раскаявшемуся разбойнику. – заявил Клим. На мой озадаченный взгляд засветил обложку книги, в которую был погружён.

Библия. Клим, последние время не высовывает свою голову из этой книги. Можно подумать это поможет.

– Ха? Бог в отпуске, приятель, надейся на себя! – потешался я над другом жуя батончик и стараясь не думать о боли.

– Если вспомнить об отсутствии знаков препинания в оригинале текста, все встанет на свои места при перестановке запятой на другое место – после слова «ныне же». Тогда получится, что слово «ныне» относится не ко времени «восшествия» в рай, а к периоду произнесения этого обещания. Другими словами, смысл фразы Иисуса выглядел примерно так: «Ты раскаялся и поверил в Меня. Обещаю тебе ныне же, несмотря на то, что Я здесь на кресте мучаюсь и умираю, как простой человек, будешь со Мною в раю».

– И что? – не понял я.

– «...и тогда, сделавшись безсмертным, узришь Бессмертного». – добавил Клим, – Таким образом, все умершие праведники, кроме тех, кого Бог воскресил, примеры чего есть в Библии, сейчас спят смертным сном. Можно понимать это как нахождение в Чистилище. В раю – в Небесном Иерусалиме – они поселятся лишь после Второго Пришествия Христа вместе со всеми людьми, которые записаны в книге жизни.

Мне вспомнились слова Сэлы. И действительно, она ничего не говорила о людях в её мире. Нас там нет.

– Неа, нет рая на Небесах. – замотал я головой, – У нас он будет, на земле.

– Ну или так.

Клим, пожал плечами, листая страницы с конца. Он вдруг прилип носом к книге, так что его очки скатились с носа и прислонились к страницам.

– «...и творит великие знамения, так что и огонь низводит с неба на землю перед людьми.» – Клим подозрительно посмотрел в окно за моей спиной, – Апокалипсис. 13:13.

Обернувшись я увидел уже привычную картину Красной Ночи. Жуткое зрелище, но человек как известно ко всему привыкает.

– Кто творит?

– Зверь. – отрывисто сказал Клим, – Один из моря, другой из земли. То есть, тот, что из земли, он не сам зверь, а тот, кто подчиняется первому.

В такие мгновения я перестаю понимать своего друга. Хотя, вероятно всему виной изнуряющая жара и тренировки.

– Чего?

-О, Боже. – парень подскочил из-за стола, и подлетел ко мне, – О, Боже мой, я понял. Я понял всё! Война на небе, Кай. – тараторил он быстро, – ХААРП. High Frequency Active Auroral Research Program, сокращённо HAARP, это программа высокочастотных активных авроральных исследований. Американский научно-исследовательский проект по изучению полярных сияний. Однако, по другим данным – геофизическое или ионосферное оружие....

Я выставил на него ладони.

– Стой, подожди, не тарахти, я тебя едва понимаю. – скривился я, – Что ещё за оружие?

– Погодное и психотропное оружие, понимаешь? Ядерная бомба – детская хлопушка по сравнению с этим дерьмом! Это средства массового поражения, которые поверь мне нихрена не в Царстве Небесном рождаются. Они рождаются за стенами секретных научных лабораторий. К примеру, на полигоне Гаккон, это в Аляске, американцы проводят широкомасштабный эксперимент по мощному и целенаправленному воздействию радиоволн высокой частоты на околоземную среду. Это сегодня в США называется «программой активного исследования автореальной области», или сокращенно – HAARP. Сейчас в мире известно три объекта, на которых возможны крупномасштабные эксперименты – на Аляске – знаменитый НААRР, в Норвегии – в Тромсё, и третий под названием «Сура» находится у нас в России.

– То есть... то есть, ты хочешь сказать, что мы сами создали всё это? – решил я поинтересоваться.

– Ты разве не понял ещё?

Первые пять печатей уже сняты. Откровение не просто предсказание Страшного Суда, это весь исторический путь мира ведущий к Суду: падение Римской империи, падение Вавилона, – принялся он перечислять, – Османская империя прекратила своё существование. Средневековая темнота с её оккультизмом и инквизицией. " И когда он снял четвертую печать, я слышал голос четвертого животного, говорящий: иди и смотри. И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нем всадник, которому имя "смерть"; и ад следовал за ним..." Да в двадцатом веке погибло столько людей, сколько не умирало до срока ни в одном из предшествующих столетий. Как никогда разгулялись на земле демонические силы, и их символизирует "всадник, которому имя "смерть". Жертвой этого "всадника" стали десятки миллионов людей, претерпевших насильственную смерть или погибших от голода. "И ад следовал за ним..." На земле воцарился сущий ад: как известно, после Первой мировой войны произошли страшные кризисы, сопровождаемые голодом, и сравнительно скоро разразилась Вторая мировая война... Существует мнение, что очень большое число человеческих душ, расстававшихся с телом в эту эпоху, попадало в ад, ибо люди умирали ожесточенными, озлобленными, озверевшими, отходили без покаяния..."...И дана ему власть над четвертою частью земли – умерщвлять мечом и голодом, и мором и зверями земными." Территория бывшего Советского Союза, шедшего в "авангарде стран социализма", занимает примерно шестую часть суши. Если прибавить сюда территорию Китая, Монголии, Восточной Европы, а также территорию большей части Западной Европы, которая была в течение нескольких лет оккупирована немецким нацизмом, то мы как раз и получим "четвертую часть земли". По факту это были в корни атеистические государства! Царство, мать его, зверя, где разрушали церкви, и расстреливали за кресты на теле! На этой "четверти земли" и происходило "умервщление мечом", военным и иным насилием, а также голодом, мором, страшными эпидемиями, и "зверями земными". В связи с последним скажу, что как в нацистских, так и в советских концлагерях людей травили специально выдрессированными собаками, да и сами люди мало от зверей в те времена отличались. Вот он двадцатый век: нацизм, коммунизм, холокост и геноцид в целом! Сейчас эта страшная эпоха подошла к концу. Побежден нацизм, сходит с исторической арены коммунизм, у нас так и вовсе его нет давно...

Вообще-то в этом был смысл.

– Ну это понятно, а дальше? – спросил я, – Что будет после снятия шестой печати?

Клим поправил очки и взглянул на меня так, словно я предложил ему ограбить банк.

– Вот, кстати, да. – пробормотал он сдавленно, – Если, обратиться к древнему пророчеству Моисея о благословении и проклятии, жизни и смерти, которые предложены Богом на выбор народу указанному в тридцатой главе Второзакония, Моисей не сказал, что проклятие обязательно постигнет народ. Проклятие может постигнуть его, только если народ отступит от Бога, станет презирать Его заповеди и издеваться над Его пророками, как гласит Левит. В случае же покаяния народа проклятие может не сбыться, или, по крайней мере, «сбыться» только на духовном уровне, не переходя на материальный. То есть здесь должно иметь в виду, что стоит начинать в натуре молиться о том, чтобы пророчества, приведенные в шестой главе Откровения, не сбылись буквально.

Его голос звучал панически говоря всё это. Что интересно такого в этой главе?

– А что, все так плохо, да?

– Вообще ты знаешь, поздно походу, в некотором роде они уже отчасти исполнились: уже были Хиросима и Нагасаки, были испытания ядерного оружия на живых людях, был Чернобыль... И не дай Бог, чтобы эти бедствия приобрели глобальный характера, ибо сам понимаешь «Богу все возможно» Евангелие от Матфея.

– Ладно.

Клим сменился в лице бросив на меня ошарашенный взгляд.

– Ладно?!

– Нет, в смысле... Что будет, при буквальном исполнении всего по снятию шестой печати? – поинтересовался я.

-" И когда он снял шестую печать, я взглянул, и вот, произошло великое землетрясение, и солнце стало мрачно как власяница, и луна сделалась как кровь. "

Прикинул эту информацию. Оглянулся в окно, на Красную Ночь с кровавой блямбой посередине.

– «Великое землетрясение» – говорил тем ремешки Клим, – может наступить, притом в разных местах земли одновременно, во время ядерной войны, к примеру, слова: «солнце стало мрачно» могут указывать на «ядерную зиму», когда солнце перестанет быть видимо на земле... «И звезды небесные пали на землю, как смоковница, потрясаемая сильным ветром, роняет незрелые смоквы свои.»

– Позитивненько. – пробормотал я. – А что такое смоковница?

– Смоковница, когда ее плоды еще не созрели, стряхивает их в большом количестве, если ее сильно потрясти. То есть ясно видно страшнейшую из всех земных катастроф: множество этих «незрелых плодов» – порождений нравственно незрелого человеческого рассудка, а именно – атомных и водородных бомб, падает на землю... А настоящие «звезды небесные» не могут упасть на нашу планету, потому что каждая из них во много раз больше Земли... – Клим немного задумался, – Я не думаю, что апостол имел иные слова для описания того, что наблюдал. Когда происходит атомный или водородный взрыв, то создается впечатление, будто на земле «взорвалась звезда», появилось новое ослепительное солнце... Быть может, потому и названы здесь «незрелые смоквы» нашей технической горе-цивилизации «звездами небесными»...

– Ну и что же произойдет после падения всех этих страшных «звезд»?

– "И небо скрылось, свившись, как свиток... " – прочитал Клим, – Можно сказать, сгорела, исчезла земная атмосфера, или, по крайней мере, её часть. "...И всякая гора и остров двинулись с мест своих. "

– Думаю это в комментариях не нуждается. – вздохнул я недоверчиво косясь на небо, – Да и так ясно, что может произойти при одновременном взрыве всего ядерного потенциала Земли...

– «И цари земные, и вельможи, и богатые, и тысяченачальники, и сильные, и всякий раб, и всякий свободный скрылись в пещеры и в ущелья гор...»

– «Пещеры» и подземные «ущелья» – это на вряд ли. – усомнился я, – А вот бункера и бомбоубежища, вполне подходящие укрытия на случай войны. И уже сейчас существуют в большом количестве.

Я на некоторое мгновение пожалел что зашёл сегодня к другу и услышал всё это. Можно сколько угодно говорить, что Библия – это мол только еврейские сказки. Однако сложно спорить с тем, что происходит в мире прямо сейчас. Новобранцы рассказывали не только о людях умирающих пачками, но и о мутациях. Сначала животные. У одного пацана новобранца из нашего отряда была собака. Незадолго до наступления Красной Ночи, она заболела, открылись множественные кровотечения. Думали, что она умрет, а в ночь когда впервые взошла красная луна, как раз в ночь моего исчезновения, собака озверела: расчёсываясь до плоти, она просто сама с себе сдирала шкуру до рёбер, она стала бросаться на хозяев. Отец этого парня застрелил её из двустволки. На голове собаки, случайно обнаружили небольшие рога, козлиные такие рожки, которых по законам нашей, мать, природы никак не должно быть на голове собаки. Девчонка Мими как-то призналась мне, что её младшую пятилетнюю сестру схватило какое-то чудище, прямо из рук их матери. И по описанию это очень похоже на ту хвостатую полу-крокодилью тварь. Спустя несколько дней и самой матери не стало, просто пропала, когда в очередной раз выходила из их убежища в поисках пропитания, и так и не вернулась. Мими считает, что какой-то монстр нашёл пропитание в лице её матери. Собственно видя своими глазами монстров в том подземелье, я не удивлён.