Текст книги "Нф-100: Четыре ветра. Книга первая (СИ)"

Автор книги: Леля Лепская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 23 страниц)

– Слышала такую поговорку: не откладывай на завтра то что можешь сделать сегодня?

Миа повела бровью, балансируя в воздухе.

– Ты сама её придумала?

– Нет, ей уже сотни лет. Правда она из земного фольклора.

– О чем и речь. – Миа спокойно полетела дальше, – У тебя уже речь стала человечья.

– Что? – я озадаченно хохотнула, – Человечья? Нет такого слова, Миа. – моего веселья не осталась и грама, когда я услышала множество сигналов. Метнула взор на ближайшего ангела с красным индикатором. – Это что там у тебя такое?

Ангел явно был растерян.

– Не знаю, но похоже на термальные изменения в ионосфере. – он покопался в проекции, и изъял другой файл, – А тут вспышка каких-то реакций.

– Давно началось? – я метнулась выше с этим образом и развернув шар в большой экран. Множество эпизодов на грани смерти у людей. Я обратилась ко всем, – У кого нибудь нечто подобное наблюдалось?

Множество положительных откликов заставили меня сильно волноваться.

– Ага? Летальные исходы?

Их судя по неопределённой реакции был не мало.

– Термальная значит.

Развернув ситуацию глобально на масштаб и параметры карты мира, словила очень нехорошее предчувствие. Термальная концентрация, словно некой плазмой зависла над территорией восточной Сибири и имеет тенденцию расширяться в диаметре. Процесс независим от нас, он происходит лишь в слоях ионосферы.

Куда смотрит правительство и военные? Или хранитель министра обороны?

Швырнула наотмашь шар с запросов.

– Найдите мне хранителя, вот этого человека!

Ответ пришёл незамедлительно.

Весь этот участок был под опекой Лави. Я же распределила его, я распределила этот участок! Никто даже не думал начать работу с новыми подопечными. И этот отдел спокойно завершил свою смену, но в случае чего должны отреагировать на экстренную ситуацию. Или не отреагировать.

Я ощутила летящий в меня мыслеобразный шар, перехватила рукой не оборачиваясь и раскрыла файл. Он включал в себе копию документа, и его содержание заморозило мне нутро. Я медленно обернулась, чтобы увидеть отправителя.

– Что ещё за чёрт? – отчеканила я механически.

Рядом со мной приземлился Уриил. Скрестив руки на груди он слегка скривился смотря на меня, а так-мол-не-ясно-взглядом.

– Это что... что это за документ? – слова давались мне с трудом. – Мировое правительство? Сколько стран участвует в подписании? – всполошилась я, хотя мне казалось я еле двигалась.

– Не подпишут. – спокойно, почти меланхолично опроверг Ури, – Реалии таковы, что Россия, а также ряд других стран, и их список по сей день открыт и, скорее всего, будет расширяться, не только не подчиняются Мировому правительству, но и самым очевидным образом противостоят ему своей политикой, экономикой и идеологией. От этой реалии нельзя отмахнуться, её нельзя не заметить. Её не изменить. Они не подпишут. – он поправил идеально белые короткие пряди своих волос.

– И, что? – я суетливо бегала взглядом от документа, к архангелу, – Почему ты это знаешь? – насторожилась я. Уриил ангел-смерти, по природе, и что-то мне подсказывает, что он знает больше.

– Если не подпишут, то у них только один вариант.

– У кого, «у них»?! – не выдержала я, – Говори ясное, чёрт тебя побери!

Уриил не реагируя на мой запал, спокойно ответил:

– Тех, чьё число шестьсот шестьдесят шесть.

Стукнуть его что ли?

– Ты что издеваешься? По твоему это смешно?!

– По твоему мне весело? – парировал Уриил, пресным тоном.

Я зацепилась за фамилию фигурирующую в этом дьявольском договоре. Она казалась знакомой мне, но я отчаянно не могла припомнить кто это. Когда сквозь тебя проходят миллионы людей, это сложно запомнить всех. Невозможно.

– Кто его хранитель?

Ответ на экране после сбора информации, мне выдался очень оригинальный.

«Не существует»

– Не существует? – я недоверчиво покосилась на Уриила, – Это значит что этот человек умер?

– Это не значит что он умер, Сэла. Это значит что этот человек не родился. – он выразительно сверкнул глазами в меня, – Или он не человек.

Я потёрла лоб ладонью, я чувствовала как перегружен напряжением воздух вокруг. Кажется он готов начать метать искры.

– Ещё не лучше... – вздохнула я судорожно, – Так, а что за вариант?

– Убрать правительство и посадить на его место новое, чья подпись замкнёт круг.

– Слишком очевидно. – не приняла я подобную версию.

– Не подпишут договор, пролетят с препаратами. – выдвинул Уриил следом новую версию. Это заставило меня остановиться. Хаос внутри меня замер. Я осторожно заглянула брату в глаза.

– Какими такими препаратами?

Вместо ответа, он на половину изъял свой клинок из ножен, предлагая мне коснуться рукояти. Моё дыхание замерло от этого. Мы редко так делаем, но такое ощущение, что он боится утечки информации. Данный способ самый безопасный. Я обхватила эфес меча и мир перевернулся...

Меня обожгла боль, она была всюду, совершенно невыносимая горящая боль. Туман плыл пред глазами. Я кричу, но это не мой голос. Рядом со мной на операционном столе лежал мужчина, даже не мужчина, а парень, молодой и он не дышал. Он был мёртв, прямая линия кардеоаппарата точно констатировала смерть разнося пронзительный писк вокруг.

Кто-то был там вокруг, их было трое, но в моих глазах всё двоилось. Они мрачными тенями склонились над ним, застлав его лицо от моего взора. Что-то делали с его руками. Я чувствовала запах спирта, медикаментов и горького миндаля. Запах цианида – парфюм самой смерти.

Сверкающие капли падали на его кожу.

Каждая капля запечатлевала одинокий удар сердца.

Я горела в агонии, я знаю что это последние мои минуты. Я умираю, слишко знакомая холодная тяжесть.

Последняя капля сияния на кожу и прямая линия становиться кривой. Голос говорит: « 4 минуты».

Они отошли.

Я увидела его лицо.

Я видела его.

Я знала его.

– Андрей...

Меня подхватили сильные руки, прежде чем я успела упасть.

– Тихо. – Уриил заботливо убрал волосы с моего лица, – Ты как? В норме?

– Что это... – мой голос был шёпотом. Я словно сломалась и рассыпалась. Моё сердце гулко ударялось о рёбра вызывая вспышки боли в местах едва подживших ранений.

– Тихо. – шепнул архангел всматриваясь в мои глаза. Он отпустил меня, отступая.

– Это ещё что такое?

– Я не исцелитель. – замотал он головой, – Спроси у Рафаила.

Я схватила всё это с собой, ткнув Уриила пальцем в грудь.

– Ты идёшь со мной!

– Всё равно туда собирался.

Ясное дело без Рафаила тут не разобраться.

...

Идя по каридору к главной лаборатории, на лёгкие звуки в стиле регги, говорящие о том что Рафаил на месте, я осторожно спросила Уриила:

– Откуда?

Мы синхронно заозиралась. Мы кажется стали параноиками.

– Чья-то смерть. – ответил он тихо, – Это то, что видел один умирающий, перед тем как уснуть мертвенным сном. Порой мы видим такие вещи. А ты что, знаешь его, того кто умер? – спросил он следом.

– Хуже. – выдохнула я, переступая порог лаборатории наполненной музыкой Боба Марли.

– Рафаил! – позвала я. Архангел выглянул из смежного помещения, за ним несколько комичным образом покачиваясь в такт, выплыл шар, от коего собственно и распространялась музыка.

– Здравствуй, брат.

– И вам того же. – улыбнулся Раф.

– На вот глянь, – Уриил бросил ему колбочку с чем-то, – скажи нам что это такое.

Я послала Рафу шар в материалами вдогонку. Всё кроме видения, это лишнее сейчас, нужно как минимум раздобыть образец, или привести Рафаила непосредственно к образцу.

Поймав и шар и колбу, Раф, подошёл к столу с пробирками. Развернув проекцию, принялся планомерно разбирать файлы. Они явно ужаснули и озадачили его. Вскрыв колбу, он подцепил оттуда волос, и просканировав развернул проекцией ДНК цепочку. Один внимательный взгляд и Рафаил присвистнул, тем образом не предвещающий ничего хорошего. Он по инерции вплёл одну руку в плотные золотые кудри. Вид у него был растрепанный и слегка сумасшедший, собственно как и всегда. Честно признаться в повседневной жизни, мимо зала заседаний где военный мундир обязательный дресс-код, Рафаил похож на хиппи или на сёрфера. Порой может забавлять, сочетание длинных шорт бермудов, ожерелья из деревянных бус и лаборантского белого халата. Особенно сейчас в окружении шаров с файлами, в свёрнутом виде сильно напоминающие мыльные пузыри.

– Ну как тебе? – поинтересовалась я сев на стол, и подцепив с него какую-то штуковину.

Рафаил отмер, отнял у меня странную коническую воронку, и в священном ужасе посмотрел в мои глаза.

– Что это?

– На земле сейчас эти вспышки, так что, это я у тебя хотела бы узнать, что это?

Рафаил всматривался в проекцию ДНК, увеличивая её, и сверяясь с информацией из моих файлов. Достав из кармана халата красную бандану, он завязал её вокруг головы убирая непослушные кудряшки от лица. Пара мелких косичек, с нанизанными на них бусинками свисли поверх повязки, когда он едва ли не носом прилип к модели, высматривая что-то, и что-то выбрасывая от туда, как ненужные элементы. Помогла братцу и приподняла модель выше, на уровень его глаз, чтобы он не склонялся в такой неудобной позе. Он словно не замечая этого выровнялся вместе с протекцией, не прекращая манипуляции. Затем он резко отстранился, встав в позу, он обхватил себя за подбородок. Его брови рисовали встревоженные линии, а взгляд то фокусировался то рассредотачивался на проекции.

– Не поверишь. – сказал он и замолчал.

– И? – подтолкнула я. У него был такой вид, что мне уже натерпелось узнать вердикт.

Рафаил создал отдельную модель в пару движений.

– Видишь, – указал он, – это вирус который унёс намедне полмиллиона. Он функционирует только в живом носителе.

– Птицы? – догадалась я, – Носитель умирает, и вирус вместе с ним?

– Верно. – подтвердил Раф, – Но те у кого остался иммунитет, то бишь те...

– Да, те кто пережил все вспышки, я не глупая, Раф, давай в темпе. – поторопила я.

– Обнаружить было нереально, вирус нейтрализовался. Но как итог: Птиц нет, насекомые остались и ничего им теперь не мешает, а аномально высокая температура, только способствует. – намекнул он на термальнцю плазму, над Сибирью. Затем он изъял из модели фрагмент, и сверил его с другим, – Некий геном переносимый насекомыми взаимодействует именно вот с этими остаточными последами вируса в организме и вызывает отравляющую реакцию.

Мы с Уриилом переглянулись, я решила осведомишься точнее:

– Некий? Что ещё за некий геном, Раф?

Рафаил рассматривая проекции потёр лоб, слегка сдвигая повязанную бандану.

– Это чёрная генетика.

– И разумеется есть анти-дот, так? – вздохнула я, начиная соображать где тут собака зарыта, – Якобы волшебная таблетка, укол или ещё что?

– В точку. – прищёлкнул Раф пальцами, – Иначе зачем всё это нужно?

Рафаил собрал весь материал, в одну проекцию.

– Пойду найду Михаила. – сказал он проходя мимо нас, мне лично добавив: – А ты по возможности усиль наблюдение, ладно?

Шар с его музыкой всё так же ритмично покачиваясь уплыл вслед за Рафом, позитивной мелодией противореча ситуации.

Ури взобрался ко мне на стол.

– Не понимаю, какой смысл с ними возиться. Им так или иначе только две дороги. А судя по ситуации, только одна дорога. В ад.

– Твоя вера в человечество просто феноменальна, Ури. – пробормотала я мыслями находясь далеко от сюда. Очень далеко.

– Сама подумай, даже Бог уже разочаровался в этом Своём творении. Иначе, допустил бы Он подобное? Кстати, говорят, что несколько миров захватили. – заявил он внезапно, словно спохватившись.

– Что? – я резко повернулась к архангелу, так, что хлестанула его волосами по лицу, – Когда?

Потерев нос после нападения моих волос на свое лицо, Ури пожал плечами.

– Точно не знаю. – он сосредоточился, навострив уши, – Слышишь? Это откуда-то сверху, из первой сферы.

Действительно отдалённые тяжёлые звуки доносились из далека. Похоже на гомон голосов, в первой сфере определённо паника и суета.

Ури разверз передо мной планетарную карту. Она ужаснула меня. Из живых планет осталась только Земля. Остальные либо погибли, либо захвачены нижним меридианом, что собственно не имеет великой разницы.

– А почему, тогда никто ничего не предпринимает? – мой голос был пропитан сожалением. Среди этих миров было не мало прекрасных, не на столько совершенных по своим свойствам как Земля, но всё же...

– Не было таких распоряжений.

– Получается... это всё?

Чувство сильного одиночества проглотило меня. Вот мы и остались совершенно одни. Только Небеса и Земля. Только люди, ангелы и Бог. Всё что кроме – Ад.

– Откуда нам знать? – задумчиво сказал Уриил, – Мы же не везде были, верно? – он попытался уменьшить масштаб Вселенской карты, – Может быть там дальше и ещё что-то есть.

Но дальше только мёртвые звёзды.

– А может уже и нет. – проворчал Уриил, мы встретились взглядами, его глаза сверкали голубыми льдинками, – Вот увидишь, сестренка, мы донянчимся с людьми, что наступит тот день, когда эта волна поглотит и нас. – как всегда негативно заметил архангел. Он всегда такой, пессимистичный и ворчливый. В этом он чем-то похож на Гавриила, только создаётся впечатление, что у них разница в возрасте лет 500. Ури ворчун юный, Гэб ворчун старый. И Ури мы в самом деле дразним Ворчуном, Гавриила особо не подразнишь.

– Не выдумывай, Ури, это невозможно.

Он разочарованно покачал головой, имея мнение определённо отличное от моего, и свернув карту, спрыгнул со стола.

– Спокойной ночи. – только и сказал он уходя.

Объятая холодной тревогой, я проводила взглядом брата.

– Да уж... спокойной.

Спокойствие мне только сниться в последние время. Вернувшись домой, я с трудом уснула, проворочавшись пол ночи. Образ странных капель падающих на кожу руки, не давал мне покоя. Капли падали обжигая моё сознание миллиардами вопросов. Каждой капле сопутствовал удар сердца, словно отголосок. «4 минуты» крутились в голове. 4 минуты смерти, это была клиническая смерть вне сомнений. Но что, а главное кто сделал это с ним? Я хотела сорваться и увидеть это своими глазами. Что это такое вообще? Никогда не видела подобной субстанции, она похожа на расплавленное серебро, а может на жидкие кристаллы. Они сияли, они завели его сердце. Что это может быть? И когда это случилось? До того как я свалилась вряд ли, но если после, то почему он ничего не сказал? Или он и сам не знает?

В какой-то момент я вроде уснула, но открыв глаза не ощутила тела. И была я вовсе не одна. Окружение вокруг было иным, было плывущим пространством, бесформенным и разрежённым. Силуэты были такими же нечёткими, одного я узнала сразу же за счёт буйных кудряшек.

– Что это значит, Рафаил? Ты что проник в мой сон? Ты знал что нехорошо так делать?

– Надо поговорить. – услышала я эхообразный голос Михаила. Мы все сидели в круге, все семь фигур включая меня.

– У нас что... экстренное тайное заседание Совета? – усмехнулась я.

– Типа того. – подтвердил Гавриил. – Пока тебя дождёшься, состоишься.

Фигуры стали чётче, окружение стало отдалённо напоминать пустыню.

– Сам-то понял что сказал? – парировала я.

Три хлопка разнесли вибрацию кругом.

– Давайте вы потом обменяетесь любезностями? – назидательно предложил Михаил. Хотя едва ли это предложение. – Не поймите меня превратно, но вы читали Апокалипсис? – обратился он ко всем.

– Там много зашифровано, – начала Миа, рядом со мной, – но суть как известно проста. Человек сам планомерно себя уничтожит. Это мы давно уже поняли.

– А что если мы ошиблись?

Повисло молчание сконцентрированное на Михаиле.

– В смысле? – решила я уточнить.

– Достаточно обратить внимание на эти три шестерки. Что это?

– Всё говорит о том, что в них зашифровано имя дьявола, но... – я всплеснула руками от абсурдности данного вопроса в принципе, – Но это только для человека секрет, мы же знаем это имя!

– А знаем ли? – спросил вдруг Гавриил. Михаил поддерживая его, кивнул.

– Вот смотрите, есть упоминание о Люцифере, так? Упоминание как о первом падшем.

– Он пал после! – возразил Уриил, – Первым пал Самаэль!

– И того и другого спускал я, верно? – спросил Михаил.

– Верно. – подтвердили мы хором.

– Но повествуют только о Люцифере, как о дьяволе, при том, что именно Самаэль на момент его падения, являлся дьяволом. И даже ладно, что нет Самаэля в Писании, он пал прежде, чем пали люди. Хотя Люцифера видели в Эдеме, видели и отождествлют со змеем, но он падшим не был тогда. А теперь давай с тобой вспомним, что произошло с атлантами. Рахаб потопил остров, он потопил его несанкцианированно, при этом погиб сам во время этого действа...

– Говорят, его Бог убил. – пробормотала я, малость невпопад, привлекая тем самым к себе всеобщее внимание. Весьма скептического характера кстати. Я развела руками, что, мол, сказать уже ничего нельзя?

– Ну или так. – не стал со мной спорить Михаил, – Кто когда в последний раз был в аду?

– Ещё не хватало...– прошёлся раздражённый шёпот среди нас. Михаил жестом дал слово тому, кто в отличие от большинства, частенько в аду бывает по долгу службы.

– Уриил.

– Некоторые области преисподней, не очень-то похожи на ад. – осведомил нас Ури, – Более того, вполне пригодны для обитания, на столько, что не каждый земной город может подобным похвастаться. Есть конечно и нелицеприятные уголки, как и прежде. Осеченное близкие к бездне. И с Самаэлем, явно не то, что-то. Он ведёт себя... странно. Несколько иначе, может даже так, как прежде.

– Например? – подтолкнула я к разъяснению.

– До того, как пал, например. – ответил Уриил, что у меня не вызвало особого доверия. Уриил вздохнул видя всеобщий скепсис.

– Это зародилось в наших рядах, если вы забыли. И оно, не сидит на одном месте.

– Что ты хочешь сказать? – спросил Гавриил. Ури взмахнул рукой задаваясь, поглядывая на Михаила так, словно он заранее предупреждал, что никто и не подумает его слушать.

– Уриил хочет сказать, что оно сменяет носителей. – пояснил Михаил, – То есть фактически, не сам Самаэль дьявол, а то, что внутри него. Вспомните, как это произошло? Произошло внезапно, словно на пустом месте, и начало своё это берёт в атлантах. Почему по твоему Бог допустил гибель Атлантиды? Потому что они ища код бессмертия, нашли код зла. Сами вряд ли, а вот Рахаб мог посодействовать. И они были потеряны, изнутри мертвы, от того безнадёжны. Рахаб видимо прозрел позже, увидел что натворил, но было уже поздно. Или как из архангела Самаэль внезапно стал человеконенавистником из зависти, что человека вознесли над ангелами. Вот тебе было до этого дело? – спросил отчего-то именно меня. Я в состоянии онемения от открытий, кое-как выговорила:

– Нет.

– И никому не было, всем напротив понравилась эта идея. – продолжил Михаил, – Что случилось далее? Самаэль участвовал в разрешении конфликта с атлантами, он видимо и подцепил это на себя. А потом подставил людей, воспользовавшись их правом свободного выбора, затем устроил саботаж наверху и пали треть Небес. Однако история гласит что змеем был Люцифер, для нас же история повторилась позже, с той разницей, что Люцифер замахнулся на Божественную власть. Но доказать это долгое время не могли, доказательством было когда он обличил себя сам, там, вселившись в Иуду. Однако где он теперь? Правит южной областью ада, на данный момент в альянсе с некоторыми Верховными демонами прилагает попытку замедлить дрейфующие тектонические пласты, из-за внешнего термального воздействия. Но история гласит Истину, так, что точнее будет спросить: где теперь зло, в каком носителе? Ты уверена, что у нефилимов была душа? – спросил он следом меня.

– 100 процентов. – ответила я.

Михаил многозначительно обвел взглядом всех присутствующих.

– Видите ли, живая душа это признак угодности Богу. Взять к примеру низших демонов, и всех тех кого породили падшие ангелы. У них нет живой души, и если у нефилимов была душа, это значит что? – задал он наводящий вопрос, смотря опять таки на меня. Сегодня, что Всемирный день «спроси Сэлу»?

– Значит они были угодны Богу. – предположила я, не совсем уверенно.

– Это значит, что на момент их зачатия, ангелы не были падшими. – заявил Михаил, – Что возможно только в том случае, если они не нарушали страшный запрет.

– Ммм... Искусственное оплодотворение? – предположила я, тут же получая от архангелов что-ты-опять-мелишь-взгляд.

– Всё проще. – сказал Михаил, – Просто сложно нарушить запрет, которого нет.

– В каком смысле? Ты же...

– Да, идея была моя, но я не говорю с Богом. Законы утверждается через того, кто говорит с Ним. Шесть, шесть, шесть... – произнёс он задумчиво, – А что если это не число, а тройное подтверждение?

– Шесть, шесть, шесть... крыльев. – осенило меня. Мой взгляд хаотично заметался по всем, оценивая реакцию, а то мало ли я сново что-то не так поняла. Но все были в состоянии от удивления до задумчивости.

– Но, зачем Метатрону врать нам? – поразилась Миа.

Гавриил послал второй из наминанток на премию « Не тупи» очевидный взгляд.

– Ну, здесь по моему лишь один ответ, Рамиэль.

– Гавриил, давно ты Его не слышишь? – спросила я. Гавриил почесал подбородок.

– Знаете... давненько. – ответил он подумав, – Наверное со времен Римской империи.

-Но ты же говорил и позже. – сново вклинилась Миа. И сново получила ментальный подзатыльник от дедушки Гавриила.

– Это не значит что я слышал именно в тот момент, просто всему своё время. – произнёс он сдержанно, явно сдерживая желание дать Миа подзатыльник реальный, – В своё время я и говорил.

– А когда было написано Откровение? – спросила я.

– Ну, вот тогда и было. – ответил Гавриил, – Конкретно Его голос невозможен для смертного. Он дал слово Сыну, Сын мне, а я уже провёл Иоана по духовной пустыне во сне. Откровение написали и всё, более я Бога не слышал. Всё верно, всё что нужно уже сказано. – он чему-то усмехнулся, – Вот за что всегда любил Бога, так это за краткость и прямолинейность. Сказал раз, так зачем повторять по сто, правда? Совершенно незачем.

Я запросила внимание Михаила, ища его опущенный задуманный взгляд.

– Как быть?

– Спускать его, и всё, как тут ещё быть? – пробормотал Уриил.

– Рано. – предупредил Гавриил. Миа солидарно кивнула ему. Я так например не согласна.

– И если ты его спустишь, он воцарится на земле....

– Он давно уже это делает. – возразил Михаил выйдя из размышлений, – И не только он походу, ты оказалась права. В скором времени в полку падших прибудет.

Уриил многозначительно провёл большим пальцем по горлу.

– Может... мм? – вскинул он бровь, намекая на полное устранение так называемого «змея».

– Убить то его можно, вот только то что в нём сидит, так просто не убьёшь. – не согласился Михаил, с таким сомнительным планом, – Да оно и не опасно, для тех в ком свет, они сразу узнают его, понимаешь? А в ком света нет, те слепы, те не узнают его, и пойдут за ним.

Мы все надолго замолчали и каждый мысленно уже проигрывал войну в голове.

– Спускаем? – спросила я наконец.

– А я говорю вам, рано. – стоял на своём Гавриил.

– А когда, Гэб? – вспылила я, – Когда? Давай может ещё лет сто подождём, когда он мировое господство укрепит, и Небеса ополчаться против Совета?

Михаил приподнял ладонь призывая нас к порядку.

– Утром у нас общее заседание. – сказал архистратиг, – Вот там я это и покажу всем.

– Нет, не ты. – запротестовала я, зная последствия, – Я покажу. Понимаешь, если не поверят мне, максимум народным голосование принудят тебя изгнать меня за клевету и лжесвидетельства. А вот если не поверят тебе, это гражданская война, переворот...

– Иногда ты звучишь как Михаил. – хмыкнул Ури.

– Это в любом случае гражданская война на Небесах Сэла. – утвердил Михаил, – Или ты что, действительно думаешь, что народ так просто позволит спустить Посредника, того, кто несет Слово Господнее, святого серафима? Или может быть ты думаешь, что я позволю случится такой несправедливости и спущу тебя вниз? – он распростёрся свой тёмно-синий взгляд на всех, – Вы хоть раз задумывалась, а к чему он создал нас такими? Почему мы войны? Почему мы наделены помимо воинственности, миром? Было только два пути, путь простой, и путь сложный, всё зависело от того, какой путь изберет человек. Мы одарены и войной и миром, и миром бы мы жили, если бы человек не выбрал сложный путь, – путь через падение. Почему самые светлые из нас, самые славные войны? Потому что Создатель знает всё, и что войне этой быть, Он тоже знает. Будем воевать. За правду сам Бог велел.

– Поддерживаю. – проголосовала я сразу же. Раф тоже кивнул в поддержку.

– Рано. – сказал Гавриил.

– А потом будет поздно. – прошипела я на него.

– С людьми-то тогда чего делать? – спросил Уриил в отвлеченной манере, – Сия армия, ведь к ним свалится, к людям.

– А я вам говорю, рано. – сново заявил Гавриил. Метнула в него недобрый взгляд.

– Ты знал что так будет? -потребовала я ответа, – Почему ты никому не сказал? Что ты вечно молчишь, когда нужен!

– Я же сказал, рано! – рявкнул он выходя их себя, – Нам нужен план. Вы только, подумайте. По-настоящему подумайте. Люди слабы, и телом квелые, сейчас особенно. Духом слабы и очернели к чертям. Это тот удачный момент, когда всё может перевернуться.

– Удачный для кого? – не совсем видать поняла Миа.

– Ну явно не для них, правда? – съязвил Гэб, – И не для нас тоже.

– Четыре ветра. – сказал Михаил. Все уставились на него.

– Чего?

– Я знаю как всё остановить.

– Разве можно это остановить? – удивились мы все коллективом.

– Приостановить можно. – поправил Михаил. – Седьмая глава начинается с описания затишья, наступившего на земле: четверо ангелов сдерживают «четыре ветра земли»: « И после сего видел я четырех Ангелов, стоящих на четырех углах земли, держащих четыре ветра земли, чтобы не дул ветер ни на землю, ни на море, ни на какое дерево.» – процитировал он отрывок из пророчества, – «Ветер», – символ войны, борьбы как Высших сил, так и покровительствуемых ими народов.

Гавриил прищёлкнул пальцами.

– Кстати! Михаил, а это мысль! Эти же описания можно встретить в другой книге, в книге пророка Даниила. «...видел я в ночном видении моем, и вот, четыре ветра небесных боролись на великом море, И четыре больших зверя вышли из моря, непохожие один на другого.» Угадай кто ему показал видение?

– Ты? – не сложно догадаться. – Что ещё за четыре зверя?

– По ходу разберёмся. – отмахнулся Михаил, – Значит четыре стороны света, четыре континента, четыре ангела. Просто как уравнение. Первая стадия операции, – обличение. Нужно точно знать кто по какую сторону баррикад. Я уверен будет серьёзный раскол и многие падут. Граница будет перекрыта, во избежание штурма подкрепления, и чтобы не получилось как в прошлый раз, и мы не устраняли последствия падших следующие пару сотен лет. Я и Гавриил, силами Легиона, будем вести войну на Небесах. – он указал на Рафаила, – На тебе Раф, не только лечение раненых ангелов, но и придумать, как избавиться от этого яда в людской крови.

– Уже в процессе. – улыбнулся архангел.

– Уриил, – продолжил Мтхаил, – возьмёшь Землю под контроль. Тебе нужно как минимум сохранить её в прежнем облике, в лучшем сценарии с минимальными потерями. Имей в виду, что никто тебя не должен ни видеть ни слышать, ни вообще знать о твоём существовании, понял? Начнётся паника, она нам ни к чему. Строгий контроль эвакуации мирного населения, на случай атак. А они поверь мне будут несомненно, так что следи за любыми военными действиями, и нерациональных не допускать. Людей не трогать! – обратил он особое внимание на сей момент, – Любую демоническую активность уничтожить. Справишься?

– Легко. – отсалютовал Ури, – Только мне нужна парочка «Смертников».

– Зачем? – насторожился Михаил.

– Для пущей эффективности.

– Возьми отряд хранителей.

Уриил раздраженно сжал переносицу двумя пальцами.

– Михаил, хранители давно уже забыли как оружие в руках держать. Их самих в пору эвакуировать и защищать. – он покосился на меня, – Зато каждый солдат из бывших дивизионов Сэлы по сей день в отличной форме. Два дивизиона этих бойцов остаются у тебя, для битвы на Небесах. Мне, нужна только пара солдат.

– Согласен. – подумав ответил Михаил и переключился на меня, – Сэла, слушай внимательно, это чрезвычайно важно. Ты диверсионным методом, займёшься рекогносцировкой всего и вся по меридиану в поиске цитадели, той самой « вавилонской блудницы». А главное выйди на её зачинщиков. На всех причастных, ясно? Поверь мне она может быть где угодно и учредители могут быть кем угодно. Но обнаружить этот рассадник зла нужно прежде чем он себя проявит в полную силу и распустит свои сети. – не дав мне и слово вставить он обратился к Вэлу, – Вэл, у тебя как дела с частотами обстоят?

– Чётко как часы. – ответил самый молчаливый элемент Совета. У него даже прозвище соответственное – Молчун.

– Значит, Вэл постарайся устранить волны влияющие на ионосферу. – отдал указания Михаил и продолжил: – Миа, у тебя будет пропуск, чтобы ты могла пересекать границу, ты отвечаешь за переправку падших в ад, чтоб ни одного падшего по земле не шаталось, это понятно? Подчинение я тебе организую.

– Мои справится. – сказала она.

– Тем лучше. Впоследствии на вас распространение анти-дота. Не думаю что согласятся все, иначе это было бы слишком просто, но даже если есть подвох, постараться стоит на 100 процентов. Тем кто на земле, будет оказана поддержка нашими людьми... ну почти людьми. – исправился Михаил.

– Гаргульи? – первым догадался Уриил.

– Именно. Как только Сэла найдёт источник, направимся туда с Карателями, делаем шоу и устраняем цитадель. – распорядился Михаил, – Только до этого момента, я вас умоляю без шума, и суеты. Повторяю людей не убивать, – это приказ! И помните, цель: замедлить процесс до полной остановки, а затем удержать равновесие, любой ценой. В противном случае цикл прийдёт в назначенное движение, и приведет к Суду, как и должно. К тому Суду, к которому никто из людей не готов сейчас, и вряд ли будет готов позже. Нам не зря дана эта подсказка, нужна остановка, нужно время, чтобы всё изменить. Изменить можно всё, главное правильно начать. Основа ясна, теперь о деталях..

– Можно вопрос? – вставила я наконец слово.

– Да, Сэла?

– Как ты прикажешь мне вести диверсионную миссию непосредственно на земле, то бишь по факту шпионить, проникая во все сферы жизни людей, в том числе надо понимать в правительственные и военные, с парой трёхметровых крыльев за спиной, мм? То что мы, братцы, не отбрасывает тень, ещё не значит, что мы неприметные ниндзя в ночи, если б что.

Этот вопрос встал костью поперёк горла всем. И Михаилу в первую очередь. Ведь наблюдая только со стороны, я далеко не продвинусь. Или продвижение будет очень медленным, что противоречит заявленному плану.

Рафаил нарочно прочистил горло привлекая всеобщее внимание.

– Есть у меня одна идея. – сказал он, очень осторожным тоном, каким детям отвечают на вопрос откуда собственно берутся дети. – Но предупреждаю сразу, идея совершенно безумная.