Текст книги "Нф-100: Четыре ветра. Книга первая (СИ)"

Автор книги: Леля Лепская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 23 страниц)

– Ты слышишь меня?

Кажется я попытался улыбнуться. Не думаю что мне удалось.

– Как себя чувствуешь?

– Холодно... – мой голос низко хрипел. Я погружался во мрак, а после выныривал. Нечто подобное мне уже приходилось испытывать на свей памяти. Но в подобном масштабе вряд ли.

– Потерпи. Пожалуйста, только держись...

Своей, источающей яркий свет рукой, она переплела наши пальцы...

Я слышал свой голос, свой крик. Всё что я мог ощущать это огонь, сжигающий каждую мою клетку до тла и нестерпимый холод от её руки.

« Я здесь, я с тобой...»

Стало совсем тихо. Тишину нарушал только ритм сердца. У него был двойной бой, оно колотило молотками по моим вискам, и отдавалось где-то в моей ладони. Я сам был одним сплошным бешеным пульсом.

Но наступил момент, когда огонь стал затухать и я вынырнул из пламенного льда на совсем. Не знаю когда именно и сколько я провёл в этом костре, но открыв как-то глаза понял, что я живой. Боль никуда не исчезла, война не окончена, но по крайней мере я был живой. Первое что случилось, когда я попытался встать, меня перегнуло пополам и вырвало кровью. Хорошая новость заключалась в том, что там стояло ведро, видимо заблаговременно поставленное рядом с койкой.

Я узнал наши больничные пенаты, но вокруг всё было каким-то красным. Но скорее всего это мне не хорошо. Поняв что я могу двигаться, без того, чтоб меня сново вывернуло, я поднялся на ноги. Судя по ощущениям на мне была больничная пижама, от неё страшно несло хлоркой. Вообще запахи вокруг были раздражительными, никогда не был фанатом больничного запаха. Я подошёл к умывальнику, и открыл кран с холодной водой. Она была теплой. Наплевав на это набрал в ладони воду и плеснул пару раз в лицо. Прополоскав рот, выплюнул красную воду. Всё было красным, я не понимал в чем дело.

Постояв там держась за раковину, услышал слабый стон. Обернувшись, различил тело на койке недалеко от той, где лежал я. Всего их было пять, но были только я и этот человек. Я подошел к нему, хотя меня сильно качало, как пьяного.

Я знал этого парня, он должен был дембельнуться как и его сослуживцы, когда началась мобилизация. Но он умер, в смысле он был одним из тех, кто попал со мной на карантин, или что там это было, когда учёные из меня сделали чёрте что. Я вспомнил. Их хоронили в закрытых гробах. И он определённо точно умирал именно сейчас. Его глаза налились кровью, он был пепельно-серым. Наверное это о нём говорили, он тот кого заразили для эксперимента. Как и меня.

Если это вирус, то видимо у меня он тоже должен быть, иначе его бы не разместили со мной в одной палате. Парень захрипел и затих. Я пощупал пульс на его шее. Мгновение, и я закрыл ему веки пальцами. С уголков его глаз вытерли капли крови. А потом толи в моих глазах потемнело, толи тело начало чернеть. Прикоснувшись к его плечу, я увяз. Моя рука провалилась в его плечо и подняла тлеющий пепел, словно от дымящего костра. Я отшатнулся, с первобытным страхом смотря на тлеющее тело мгновенно превращающиеся в прах. Я зажмурился, в надежде что всё это только кажется. Надо иметь стальные яйца чтобы равнодушно переживать подобные потрясения раз за разом.

Я различил голоса, и повернулся на них, не рискуя больше смотреть на прах. Но голоса были далекими, и рисовали размытую картинку двух фигур в моей голове. Никогда кажется не привыкну к этому.

Дверь была не заперта и я пошёл на звуки голосов, постепенно начиная различать слова.

– Не волнуйся, криогенная заморозка справится с этим.

– Долго будет заживать?

Я узнал голоса, один был туманом из моего бреда, второй был хрустальным.

– Неделю.

– Неделю?! – всполошилась Сэла, – По твоему у меня есть столько времени?

– Я знал что ты это скажешь.

– Что это?

– Ангельское обезболивающее.

– Серьезно?

– Нет конечно. Обычный нурофен.

– Как быть с погодой. От Вэла никаких вестей.

– Вот.

– И что это за волшебная синяя таблетка.

– О, эта малышка, обеспечит людям защиту от ультрафиалетовыйх и гамма-лучей, так же обеспечит баланс жидкости и полезных элементов в организме. – весело отчитался ангел.

– Это законно?

– Разумеется. Они и сами бы лет через сто додумались до нечто подобного. Но сто лет мы ждать сама понимаешь не можем.

– Побочные эффекты?

– Может только гиперактивность. Но если ты оставишь им нашего генмайора для подготовки, то с излишней энергией не будет проблем.

Справа по коридору, я нашёл их в хирургическом блоке.

Мой шаг замер. Я оторопело завис взглядом на спине Сэлы. Она сидела на хирургическом столе, пока светловолосый кудрявый ангел аккуратно упаковывал белоснежные крылья в пленку.

На спине ангелессы красовалась повязка. У неё нет крыльев. Они в руках ангела в медицинском халате.

Мои мысли удались.

– Он взбесится. – тихо усмехнулась Сэла.

– Конечно взбесится. – рассмеялся ангел относя куда-то крылья Сэлы. – Оставляешь его, – архангела, Стража ада нянчиться с детишками.

– А как иначе? – она всплеснула руками, но тут же вздрогнула и зашипела. – Мы видели всё. – цедила она сквозь зубы, стараясь держать спину ровно. – Ты и сам видел, их сотни, тысячи! Словно кто-то заблаговременно сделал их и в один момент спустил с поводка эту свору. И всё в одном эпицентре, где правительственный аппарат выведен из строя! Накрылся к чёрту! За пределами действия этой плазмы состояние не на столько критическое. Люди эвакуированы в безопасные точки.

– Ты же понимаешь, что это и есть самая безопасная точка? – донёсся голос ангела из глубины помещения, – Именно поэтому с неё и начали. Падёт Российская империя... В смысле, федерация и всё. Дальше преград уже не будет. Они уже считают что преграды нет, ведь одного «царя» они вывели из строя и уже считают что исключили все риски и на половину празднуют победу. Для них выражение «цари с востока» отчего-то имеет буквальный смысл. Но это не так. Речь о народах в целом, и пока жив хоть один представитель, жива надежда.

Сэла раздраженно цокнула.

– Забудь на мгновение об апокрифичной ерунде, пожалуйста. Я всё это к тому, что эта территория закрыта, отрезана от планеты всей, из неё сделали цитадель в глазах всего мира, СМИ уже оповестило об этом. В то время как настоящая цитадель разворачивается свою деятельность где-то ещё. На помощь сверху, можно даже не надеяться, там такой небывалый неравный раскол, что упования только на Всевышнего, чтобы он дал сил Михаилу и Легиону выстоять эту войну. А здесь отныне, спасение утопающих, дело рук самых утопающих. Если бы этот горе-подопытный рассказал мне всё сразу, мы бы успели эвакуировать население до наступление Красной Луны, Чёрной Чумы, нашествия и полной анархии. Это ещё возможно сделать, но отправлять солдат сейчас – самоубийство, они не готовы, половина просто дети, многим едва 18 успело исполниться. И они будут прибывать поверь мне всё младше и младше, неподготовленные перепуганные до смерти. Подростки, мать, их с автоматами! Ты как представляешь себе это? Но в этом есть плюс, они как живая глина. И если из этой глины будет лепить достойный мастер, то через три месяца это будет взвод элитных солдат, каких ещё не видывал белый свет.

Ангел вернулся к Сэле уже без крыльев, и протянул ей целлофановую упаковку.

– Если эта Чёрная Чума, не прикончит всех к тому времени. – заметил он важным образом, – Она зверствует не на шутку. Локки с Бэмби обещали потравить насекомых, но это лишь замедлит потери. Или ты думаешь, что пока ты ищешь образец, для антидота, чума будет ждать? Нет, Сэла, она не будет ждать, она будет убивать.

Его взгляд нашел меня, замеревшего в дверном проеме.

– Смотри-ка, а ты живучий парень. – усмехнулся ангел.

Села, вскрывая целлофановый сверток обернулась через плечо. Судя по взгляду она все еще чертовски зла на меня.

– Ага. – кивнул я, еле сумев оторвать глаза от её забинтованной спины.

Ангел указал на хирургический стол.

– Сядь, я тебя осмотрю.

Сэла развернув черную футболку из упаковки, осторожно натянула не касаясь бинтов и спрыгнула со стола. Раздалось приглущенное рычание. Ангел вскинул руки,

– Ну что ты в самом деле? Аккуратнее, швы разойдутся.

– Не разойдутся. – буркнула она, отходя к окну и уселась на подоконник. Испепеляя меня взглядом, Сэла прижалась было к стеклу спиной, но тут же отпрянула. Она не была похожа на ангела сейчас. Вообще, нет. И я только тогда понял, что комплекцией, она здорово уступает тем ангелам которых я видел. Они выше, крупнее, от них на ментальном уровне исходит мощь, даже от ангелессы с булавой, которая Бэмби. Сэла... меньше гораздо. Сейчас, без огромных крыльев за спиной она была девчонкой в синих джинсах, берцах и черной футболке с лейблом рок-группы.

Ангел жестом велел мне снять рубаху. Я пытался вспомнить его имя, оно крутилось буквально на языке, но я не мог его вспомнить.

Пальцы не слушались меня, они были ватными, поэтому стянул рубашку через голову.

У меня вырвали волос. Ангел, чье имя я пытался вспомнить покрутил его в пальцах и меня немного ослепило.

Из его рук образовалась светящаяся схема, как я подозреваю ДНК, зависнув как проекция в воздухе. У меня челюсть отвалилась. Это нашло свое объяснение в моей голове. Это и есть те самые шары, или как их там... мыслеобразы?

Ангел ловко перебирал пальцами по проекции, он управлял ей как сенсорным экраном. Он приложил два пальца к моему сердцу. Думаю статоскоп ему за ненадобностью.

Сэла хмурилась смотря на меня. Сильно хмурилась и её зубы определенно были плотно сжаты. Вероятно ей просто больно, все таки ей удалили крылья. Господи, зачем ей удалили крылья?

– Где твои крылья. – решил я спросить.

– В отставке. – процедила Сэла.

Ясно, дело не только в боли, она меня ненавидит. Смотрит холодно, а в уме, я зуб даю, сворачивает мне шею.

Что я могу сказать? Моя вина.

– Ой. – выдал вдруг ангел, и отдёрнул от меня руку. Смотря на проекцию, он выглядел как нашкодивший кот. Нервно и тихо.

– Что ещё за «ой», Шегги? – спросила Сэла, сползая с подоконника. Точно, Шегги, вот как она его называла вчера. Или не вчера... А сколько меня жарило в этой лихорадке?

– Я кажется случайно... случайно... – он покосился на Сэлу. Прочистив горло он вдумчиво посмотрел на меня. – У тебя странное сердце, парень.

– Да, мне говорили. – пожал я плечами.

Сэла скрестила руки на груди, заискивая взгляд Шегги. Ангел смотрел то на меня, то на проекцию, в общем куда угодно только не на неё.

– Что ты сделал? – потребовала Сэла и лёгким движением придвинула к себе плавающую в воздухе проекцию. Ангел было бросился её остановить, но остановил сам себя. Он провел по кучерявым волосам и уперев руку в бок зажал рот ладонью. Его взгляд бегал по мне в головы до ног и обратно.

– Но показатели в норме. – пробормотал он в ладонь, – Ну, почти в норме. – Шегги поджал губы, – В его рамках нормы. – сказал он наконец.

Сэла медленно посмотрела на ангела.

– Что за?...

– Ну это похоже на... шестую рассу. – сказал он и сам кажется ужаснутся тому что сказал.

Я сам ужаснулся. Господи, эта жизнь когда нибудь станет легче? Или хотя бы пусть снова станет нормальной.

Сэла открыла рот, явно собираясь кричать, ругаться и метать молнии. Шегги выставил на неё ладони в умиротворяющем жесте.

– Я случайно. Я не думал что так получится. Вот. Вот почему чёрная генетика вне закона. Никогда наверняка не знаешь, что может получиться в итоге. – махнул он рукой на меня. У него была нервная улыбка на лице и он попятился от Сэлы, – Но если получилось, значит, так было запланировано, значит такие гены были заложены априори. Как-то же три рассы получились? А потом их стало пять, верно? Никто не контролировал этот процесс, он был запрограммирован в первых людях, а....

– Сэла!!! – равкнул кто-то из далека, но явно кто-то очень стремительно приближающийся.

Сэла метнула взор в окно. Шегги кажется вздохнул с облегчением.

– Это наверное Локки доложил некоторым, о подготовке солдат. – вздохнула Сэла, выходя из помещения. – Думаю мне пора. – она обернулась, – Шегги, если это твоё восьмое чудо света начнёт мутировать, – намекнула она на меня, – лишу тебя лицензии до скончания веков. Ты понял меня?

– Угу. – кивнул архангел, занятый по всей видимости изучением меня, – Слушай, какой ты интересный экземпляр... – он сунул руку в карман халата и вручил мне синюю полу-прозрачную капсулу, – На, тестируй.

Недоверчиво покосился на синюю пилюлю.

– Что это?

Ангел широко улыбнулся.

– Это чтобы вы не поджарились, парни.

Глава 8

Сэла.

Попробовала сново. И сново. Я уже минут десять словно бьюсь головой о стену. Меч не канает.

Разочарованная, я уселась на землю. Уставилась на клинок. Посмотрела вокруг. Сконцентрировалась. Ноль. Словно всё обесточено, покрытие обеспечивавшее работу порталов разрежённо под ноль. Всё эта растущая блямба в ионосфере. Она высасывает влагу, а вместе с ней энергию. Кажется наступит день, и любая электропроводность исчезнет.

И что это в точности такое, мы стыдно признаться и сами не знаем. Нет, мы думали это человеческое погодное оружие. Было бы неплохо.

Покосилась на красную Луну. Чёрта с два человеческое так может. Нечто подобное, возможно, но чтобы в таком масштабе и мощи... Неа, это явно высший разум.

Обернулась на часть. И что теперь? Перемещение через порталы отменяется. Крыльев нет. И как мне двигаться дальше? Пешком? Так я три века буду искать цитадель.

В голове зародилась мысль. Мысленно соорудила себе транспорт, проекция получилась, а вот с обличением облом. Значит найду себе настоящую машину.

Решив так, поплелась через лес к городу. Наверняка там полно сейчас брошенных машин. Уж два проводка, замкнуть не проблема. Хорошо иногда знать о мире людей всё. Многие ангелы даже не догадываются, что из себя представляет современная Земля.

Представляла. Эта мысль посетила меня сразу же как я миновала лесную часть и вышла к полям. Город погружён во тьму. Могильную тишину здесь нарушали звуки издаваемые явно не человеческим ртом и вряд ли ртом. Здесь было что-то не так. Не так. Чувство, словно людей здесь нет вообще. Только адские твари, земного производства. По крайней мере Самаэль клянётся, что он вообще не при делах, и сам перевернул к чёрту преисподнюю в поисках предателей. Но верить дьяволу, хоть и в отставке, сомнительное мероприятие.

Не знаю. Я уже устала ломать голову, кто друг, а кто оказался вдруг. Взять того же Ситрина. Да, демон. Верховный демон. На арене, он сохранил крылья и вышел победителем, в решающей схватке убил такого же как и он падшего, но всё таки брата. За убийство и загремел в ад, только за человекоубийство. Хотя в любом бы случае загремел, как и все Стражи Григори. До сих пор понять не могу, зачем? Зачем он убил свою жену? Вот, зачем? Чтобы она не попала в ад? Но смысл оттягивать неизбежное. Допустим она спит сейчас смертным сном, но рано или поздно всё разрешится. Ситрин в свою очередь никак не комментирует свой поступок. После этого случая я стала думать, что ангелы-смерти, знают больше нашего. Ури тоже ничего мне не сказал, хотя об заклад бьюсь он знает в чём секрет. У Михаила можно даже не спрашивать, он не ангел-смерти, но 100 процентов знает. Но разве он скажет?

Михаил это вообще отдельная история. Я больше чем уверенна, что он всегда знал, что зло не так просто и сменяет носителей. Уверенна, что знал, о том, что Метатрон врал нам всё это время. 3000 лет... Господи! Три тысячи! Мы идиоты.

Нет, ладно на счёт страшного запрета и людей – без претензий. Это то, что верно. Человек умирает, а ангел? Тут стоит начать с того, что раз ангел готов рискнуть всем, что у него есть, то это должна быть очень весомая причина. Значит ангелы вовсе не лишены чувств такого рода. Значит ангельская любовь не сказка, просто нам тысячелетиями внушали, что ангельское сердце не способно любить и мы поверили в это. Поверили, а тем временем, что же выходит? Человек умирает. Ангел – нет. Ангел живёт с болью потери вечность. Он не может взять и наложить на себя руки, это почти нереально. Всё что он может нарочно пасть и умереть в аду на арене или умереть в бою. Так обычно это и происходило, я думаю. С атлантами такого не было. Всё началось именно с людей, почему-то именно в человека, ангел, говорят, может влюбиться. Правда это или нет, но пока не появились люди, ничего этого не было. Я и Рахаб – исключения. Рахаба Бог убил ( по крайней мере я склоняюсь к этой версии) А я... Я – неудачница. Моя смерть вообще нелепая случайность. В остальных случаях не обошлось без людей. Ни одной ангельской смерти зафиксировано не было. Пока не появились люди. Никто не стремился «приземлиться» так сказать, отсекая себе крылья. Пока не появились люди. И не было легенд об Эфемерах – краткоживущих ангелах. Пока не появились люди.

Легенды в основном все о том, что ангелам Бог создал половинки, и что умирая ангелы уходят в иной мир, где имеют возможность воссоединиться со своей половинкой. Эти присказки очень завуалированны, похлеще чем Священное Писание. Но это бред какой-то, я умирала. Я знаю что там нет ничего. Я вероятно видела Бога, вероятно! Смертные не видят Бога, однако душа бессмертна, так что вероятно я видела именно то, что я видела. Но это всё. Остальное разрежённая среда, Чистилище, где можно пересмотреть всю свою жизнь, или создать иллюзию бытия, но это будет только иллюзия. Или закрыть глаза, не открывать их и не заметить как пролетают тысячелетия. Это видимо и есть тот самый мёртвый сон. Не так плохо наверное, просто спишь. Ад ясное дело хуже.

Территория Ада не лишена конечно всякой мерзости и страстей, но Ури сказал, что всё изменилось. Ад вообще штука неоднозначная. Он во первых: имеет столько областей, в том числе захваченных, что проще изменить Небеса с нулевой бесконечной сферой, чем Ад. Во вторых: сама столица так называемый город Дид – резиденция Тёмного Князя Самаэля и обитель Верховных демонов. А вот в самом центре – в сердце ада – Бездна. Вот это, наверное и есть ад в понимании людей. Я в Бездне не была ( И Слава Богу! ), но тех, кто мог бы рассказать что это такое, нет. От туда ещё никто не возвращался. Кроме Люцифера. Его сбросили туда, но он вернулся. И лучше не спрашивать у него, что там... Спрашивали конечно, но это было то, что они сделали последним в своей жизни. У Люцифера крышу сносит от одного лишь упоминания о Бездне.

Я в аду была только раз. Именно на кругах, была у меня такая миссия. Больше я туда не ногой. Круги ада это не аттракцион нифига. Сами адские муки это не физическая боль, как все привыкли думать. Мучения на духовном уровне. Боли как таковой нет и в то же время она есть. Говорят лучше вырвать себе хребет, чем минуту пробыть хоть на одном из кругов. Верю им на слово. Столько воплей, криков и слёз не слышали даже своды Освенцима. Жены Стражей, не меньше тысячи лет были там, пока Григори ломали головы, как можно их вытащить оттуда. Вытащить-то вытащили, но не учли, что это только души, бестелесные духи, плоть которых давно умерла. Последние две тысячи лет думают как заключить души в телесную оболочку. Нет, запихнуть в тело можно конечно, но физических ощущений нет. Совершенно. Даже ангел, неважно падший или нет, вселяясь в тело ничего в нём не чувствует. Только эмоции.

Первым делом залезла на одну из вышек ЛЭП, на полях, чтобы просмотреть город сверху. Боль в спине мешала, но я терпела. От наркоза ещё немного шатало, но это временно. Ничего хорошего я с высоты не увидела. Почему темнота такая? Правда зарево вдалеке было, как от костров. Решила что двинусь туда.

Идя по пустой улице, я ощущала на себя взгляды. Значит люди тут есть, просто попрятались все. Но кажется... кажется, только двое. Услышала щелчок затвора.

Упс.

Я на мушке. Остановилась, и подняла руки. Пуля – дура ей в принципе по барабану, что я архангел.

– Спокойно, ребятки, не надо так нервничать.

Некоторое мгновение, стояла нерушимая тишина. Я смотрела в темноту и слышала как полыхает пожар. Я ментально чувствовала пламя костров, чувствовала запах машинного масла.

Из темноты среди высотных фасадов домов, вышел парень лет шестнадцати, с охотничьим ружьём.

Серьезно?

Второй кажется ещё младше, остановился возле дерева, наблюдая за мной. Вооруженный не снимал меня с прицела, хотя приближался вполне уверенно. Конечно, о чём ему тревожиться, с ружьём в руках.

Он замер на пол шаге. Моя наружность сейчас, как никогда сбивает столку. Такого он думаю, вряд ли ожидал. Парень отмерев, внимательно посмотрел за мою спину. Думаю мой клинок его заинтересовал.

– Оружие на землю.

Молча скинула меч в ножнах на землю. Он не хило брякнул, и дал трещину. Пацан не понял в чём фишка и заозирался вокруг. Маякнул мне отступить назад. Отступила. Склонился за мечом, не отводя от меня ружья, потянул за ремень. Сопротивление заставило его дернуться. Медленно он поднял на меня взгляд. В карих глазах расплескался страх. Он не успел выпрямиться, я с колена пнула ружье, оно перевернулось в воздухе, вырвавшись из рук парня. Перехватив оружие, приставила дуло к его лбу.

– Рокировка. – улыбнулась я. – Перетрём?

Парень у дерева, дернулся вперед. Выхватив кинжал из-за пояса, пригвоздила парня к дереву за куртку, не задевая плоти. Он потянулся в карман, наверняка там есть сюрприз для меня.

– Руку отрублю. – пригрозила я. Парень приподнял руки.

– Всё что мне нужно – это машина на ходу. И всё.

– Это ты не по адресу. – он как-то нехорошо улыбнулся, – Нужна тачка – тебе к бандитам, девочка.

– Угу. А где они у вас обитают?

Он смотрел на меня озадаченно и неверяще одновременно. Не решительно, он взглядом намекнул на северо-запад. Оттуда пахло огнём и машинным маслом. Думаю это не единственная группировка, но самая крупная.

– Ясно. – я убрала ружьё от его лица, – А люди-то, где?

Оба стоически молчали. Видимо это секретная информация.

– Не скажешь? – догадалась я, – Понятно. А что не нашлось храбрых к военным примкнуть?

Они переглянулись.

– К каким военным? – переспросил парень передо мной. Он хмурился.

– Живёте под боком военной базы, и что, не пришло в голову, что им бойцы нужны?

С далека донёсся утробный рокот, некоего существа.

– У нас не было времени думать. – многозначительно пробурчал парень.

На вскидку это похоже на ту черную тварь из подземелья на отшибе одного города среди заброшенных заводских строений. И здесь эта дрянь была не в единичном экземпляре. Они чуяли, что на базе есть ангелы, поэтому инстинкты не позволяли им приближаться слишком близко. Даже сам факт моего нахождения здесь, спугнул их и они отдалились. Городок окружён полями и лесом, думаю там они и прячутся. А люди по всей видимости ушли под землю, в подвалы. Что ж, разумно. Но почему подростки у них в рейды отправляются?

Подумала. Пришла к выводу, что всё дело в мобилизации. Мужчины ушли на войну, в данном случае на границу по большей части, молодых распределили по внутренним военным базам. А женщины, дети и старики остались. И ушли под землю. Ладно хоть догадались, зачёт человечеству.

Я притянула кинжал в свою ладонь, и сунула его обратно за пояс джинс. У пацанов челюсти отвалились от этого манёвра. Я подцепила меч, и перебросила на ремне за спину. Проходя мимо парня, закрыла ему рот приподняв двумя пальцами подбородок, и бросила ему его ружье.

– Помощь прийдет позже. Следите за поверхностью. – посоветовала я, для себя отмечая, забросить Локки маяк.

– Эй! Постой...

Обернулась. Парень закинул ружье на плечо и быстро подошел ко мне. Он завёл руку за шею, нервно потирая её.

– Не знаю кто ты такая, но... – он сбился с мысли. – Чёрт.

– Не то слово. – намекнула я тонко. Пацан оказался понятливым. Он недоверчиво покосился на небо. Посмотрел на меня, теряя остатки концентрации.

– Не все успели уйти. – сказал он наконец, – Многие попали к бандам, мы отправляли проверить, но никто не вернулся.

– Ясно.

Я подождала мгновение, он явно хотел сказать что-то ещё.

– Почему вакцина не работает? – спросил он, – Мы пробиралась в больницу за лекарствами. Но вакцина не работает, люди умирают и... тлеют. – его карие глаза приобрели налет ужаса, – В прах.

– От этого нет вакцины. Пока нет. – уточнила я, – Насекомые первичные переносчики. В основном, комары, клопы, оводы. Всё что кусается. Их потравят сегодня на рассвете. Но это не панацея, чума передаётся по воздуху. Изолируете больных, в зоне риска только те, кто переболел вирусом. Тем, кого он обошел, Чёрная Чума не грозит. – проинформировали я. Парень оглянулся на своего напарника. Затем он отрывисто кивнул, явно торопясь доложить новость остальным.

– Спасибо.

Кивнув в ответ пошла на северо-запад, красть у бандитов машину. Втыкаться с ними в послеоперационном состоянии опасно. Маякну Локки, пускай разбирается.

– А почему без крыльев? – спросил всё таки парень.

– ПВО у вас уж больно нервное. – ответила я не оборачиваясь.

Держа курс на северо-запад нырнула в переулок. Отправила маленький скоростной шар Локки. Прошибая пространство сияющей нитью, маячок умчался к адресату.

Проходя в глубь города, начала ощущать запах гниения и цианида. Сначала нашлось тело черного зверя, застреленное явно из «Калаша». Присев на корточки осмотрела всё вокруг. Нашла патроны. Калибр патрон, правда, не совпадал с армейскими. 47-я модель «Калашникова» -запрещённое оружие. Значит дело рук местных банд. Чем дальше я продвигалась, тем чаще обращала внимание на трупный запах, но человеческих трупов не было видно. Значит гибриды не брезгуют мертвечиной.

На земле и асфальте было много жёлтых опавших листьев. Температура днём была высокой. Сейчас она упала до минус 5, точно. Ненормально для середины июня. Наледи почти нет, но думаю это из-за нехватки влаги. Уверенна пока плазма будет рости, день станет пеклом, а ночь сухим морозом. Наступит зима, и минус 70 градусов обеспеченно. И это днём. Про ночь и подумать страшно.

Не стоило Вэла одного отправлять, нужно было кого-то направить с ним. Если с ним что случиться, мы пропали. Кроме него только Гавриил сможет разрешить эту проблему с погодой. Вообще по хорошему это задача властей, но они увы нам и подбросили эту задачу. Больше некому, к тому же никто из вышестоящих чинов к Михаилу не примкнул, только ангелы и архангелы. Архангелы это хорошо. Мы можем открывать в себе те способности, которыми наделены все остальные чины. Только их силы ограничены. Для архангелов не существует ограничений. Могут проявляться самые различные таланты, поэтому один архангел стоит тысячного полка. Правда архангелов у нас не так-то много. Кроме семи в Совете, ещё 15 итого: всего 22 Верховных ангела на все Небеса. Было 24, но сначала пал Самаэль, а потом Семияза пал.

Где-то через полчаса добрела до какого-то заграждения. Сетка отгораживала территорию без зданий, но силуэты автомобилей в зареве от огня, рисовались чётко. Не менее чёткими были звуки. Значит я на месте. Перелезла, через забор, спрыгнув осмотрелась. Увидела человека с «Калашом», присела. А вот и бандитский патруль. Нырнула под машину, просматривая низ. Вид роскошный. Насчитала как минимум троих охранников, мерюющих ленивыми шагами территорию по примеру. Заприметила себе «Геленваген». По территории раскинулся целый палаточный городок, на подобии тёмных шатров. Боятся землетрясений, поэтому городские здания заброшены. Скопление народа у костров. Шум, гам, стоны, крики, слезы, пьяный смех. Долбанный хаос... Подорвала бы, да нечем. И заложников надо сначала вывести. А если маячёк перехватят? Михаил сказал людей не убивать? Что об этом говорил завет?

Пункт завета Хранителей номер 3: Я даю обет, на неприкосновение мною светлой души человеческой, никогда не отниму честной жизни, не дам просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобного замысла.

« Неприкосновение светлой души»

Я – архангел хранитель рода человеческого, официально заявляю: Если это человечество – уволите меня. В такие моменты я реально понимаю Уриила и Гавриила, не счищающих подобных падших людей, за людей в принципе. Они не люди. Звери.

Выползла из под тачки, тенью скользнула за спину охранника с аурой чернее ночи. Потихоничку свернула ему шею. Она хрустнула, мужик даже понять ничего не успел.

Баю-бай...

Уволокла тело за собой к земле, чтобы не создавать шум. Прокралась ко второму. Тем же манером прибрала его и третьего.

Спокойно прошла к кострам. Небо видело всё. Я видела всё. Кто прав, кто виноват. И свет, и тени. Мольбы и проклятья. Кто помилован, а кто приговорён.

Хоровод тёмных духов правил балом. Люди не видят их, но это не значит, что они не видят людей. Духи зашипели увидев меня и ринулись прочь, трусливо прячась. Столько черни в одной точке я признаться, давненько не видала. Это видимо и запихали в монстров, уж больно ужимки похожи. Гибриды умирают, а это остаётся шататься среди людей. Плохая новость. Думаю, это работка для Миа и её ангелов, они умеют с такой чертовщиной бороться. Хорошая новость: они остались на стороне Михаила.

Проходя мимо приговоренного, вытащила у него пистолет из-за пояса. Сняла с предохранителя, идя к большому костру из покрышек. Становясь перед огнём, подняла оружие и выстрелила в воздух.

Степенно настала относительная тишина. Шепот, тихий плач.

– Тик-так... – сказала я, отбрасывая ствол в сторону. Из притихшей толпы вывалился не малых габаритов бритый мужик с бородой.

– Не понял... – он окинул меня не трезвым шальным взглядом с ног до головы, – Ты кто такая?

Он стал в развалочку подходить ко мне, занося руку за спину. Занесла свою руку за спину, прежде чем он достал оружие.

– Палач. – я обнажила меч, – Час Суда пробил, господа.

– Какого...

– Высшего. – уточнила я, – Добро пожаловать в Чистилище.

Взмах сверкающего метала, как серебряное перо, скользнул по его горлу. Он проделал ещё шаг. Он был с сантиметрах от меня, горой возвышаясь надо мной. Его зрачки расширились и угасли. Он замер. Красная линия на шее, быстро закровоточила. Я толкнула его назад. Тело упало на землю, голова откатилась в сторону. Теперь тишина была мёртвой. Ужас и паника замерли на мне сотней глаз.

– Приговор окончательный и обжалованию не подлежит.

И тишина взорвалась. Настало время жатвы. Кто-то пытался бежать, но это глупо. От смерти не убежишь. Кто-то прятался, но от неё не спрячешься. Кто-то сражался, но её не победить. Кто-то молился, и я слышала свет. Или не слышала его, и выносила вердикт. Я не чувствовала, ни жалости, ни удовольствия. Я просто вела кровавую жатву. Ошибаюсь я или нет – не важно. Об этом не мне судить, меня осудят позже. Иди не осудят.

Рыдания женщин разных возрастов, огонь и мёртвый сон – вот и всё что тут осталось.

Меня подкосило. Упала на колени, наблюдая, как те, кто пал от моего меча, кровоточат. Успокаивали те, кто был пленён, унося ноги обретя свободу.