Текст книги "Нф-100: Четыре ветра. Книга первая (СИ)"

Автор книги: Леля Лепская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 23 страниц)

А я молча терпела боль. Потревоженные швы сильно пылали болью, всю спину сковывали мелкие судороги. Вытерев окровавленное лезвие о рубаху ныне упокоенного, нырнула в карман кожанки и достала флакон. Я проглотила таблетку данную мне Рафаилом. Встала на ноги, заставила ноги идти, невзирая на отлив сил.

Боль притупилась когда я вернулась к запичканному «мерседесу». Машина не новая, но явно крепкая. То, что нужно. Дверца была не заперта, я скользнула в салон и нырнула под руль. Два проводка. Замыкание и вот джип уже урчит мотором в сторону первого пункта проверки. Всего их семь. И один маршрутный лист: Москва, Киев, Константинополь, Рим, Лиссабон, Вашингтон, Сан-Франциско. Я бы начала с Рима, но петлять нет времени. А так проверю всё что на сими горах распростёрлось.

В столице, мне нужны гаргульи. Они обитают в крупных центрах, на окраинах их нет.

К рассвету, я добралась до соседнего города. Он полыхал. Город был в огне, проезжая по главной улице, заприметила баррикады, перекрывающие путь. Свернула, объезжая заслон, окольными путями, сверяясь с картой в проекции. Концентрация гибридов здесь была высокой, они не стесняясь, даже пытались догнать меня на скорости под 200 км/ч. Но тупые – бросались под колеса.

Жители города вели ожесточённый огонь. Здесь были и гражданские, помогающие «омону», и прочим внутренним органам охраны правопорядка, на баррикадах. И полным полно странной символики на стенах высотных домов, явно демонической характеристики, судя по пентаклям. Похоже тут есть поклонники «Зверя». А, он интересно знает об этом?

Этот город был крупнее военного городка. Здесь я уверенна полно и группировок и революционных движений. И сатанисты, судя по пентаклям тоже имеются. Многие сепаратистские организации здесь ходили под символом свастики. Лучше бы они имели клеймо распятья на душе, и помогали держать оборону от гибридов. Религия, религии рознь, а вот ритуал крещения работает как ни крути. Двигатель в вере. Не в фанатизме, а в искренней вере. Это не просто вера в то, что Он есть. Это в первую очередь признание добра и зла. И в ясном видении как отделить первое от второго. Это заложенно глубоко внутри, глубже клеток ДНК и атомов. Есть нечто сильнее тела. Есть сила жизни в душе. В ней и отвага и честь и мудрость. Всё там, кто разумеет, сможет отыскать силу внутри.

Вон, взять того же Громова. Верит он в Бога или нет, – это отдельный вопрос. Но ступает верно. Ступал, пока не облажался. Придурок. Скажи он сразу, всё было бы проще. Одни сутки, но они решили бы много, будь опора правительства. Страна без головы – это нечто. Теперь Ури, вместо того, чтобы бдеть, вынужден тренировать солдат. А Локки с Бэмби ломают головы, чтобы взломать пароли минобороны. Без них отбиться от предстоящих атак сложно. А ещё эвакуация... Куда? В подвалы. Бункера на 70 процентов под грифом секретно. Их расположение и все пороги доступа – всё зависело от правительства.

Только спустя час я выехала из обороняющегося города. Лампочка индикатора оповестила меня, о пустом бензобаке, а желудок затребовал есть.

Отлично.

С горящим индикатором проеду максимум 10 километров. Заправка подвернулась только через пять километров. Разумеется АЗС пустовала. Разобравшись самостоятельно, заправилась и укатила дальше. Организм требовал пищи. Я ела в последний раз... Не помню когда. Может неделю назад. Плюс ангельского организма – долгое время можно обходиться без еды и воды. Минус – организм энергозатратный. Мне нужно восполнить утраченное. Это где-то 26 тысяч килокалорий, в два раза больше недельной нормы человека. Надо было подсуетить Рафаила, может быть придумал бы капсулу на подобный случай.

В общем с горем пополам, я за трое суток добралась до столицы. Вереница машин от Твери, до черты Москвы. Проехала сколько смогла по проселочным дорогам, благо машина не подвела. Добралась до столицы и не узнала её. Причём я добралась, плазма сюда не добралась, а вот анархия и хаос оказались шустрее и меня и плазмы. Здесь творилось нечто потрясающее. Военных море – толку ноль. Люди подняли восстание. С вертолётов их усыпляли газом. Но кажется это не единичная акция. Люди в респираторах, кто-то даже в противогазах. Но проблема лежала глубже. Гаргулий нигде не было. Я приехала ночью, я прошла пол города пешком, но не одной гаргульи не нашла.

Не сдаваясь рванула на север, в Питер, – любимый русский город гаргулий. Любят эти существа красивую архитектуру. Но и там их не было. Была только Дарлая. Но она давно уже древняя старуха, мне она вряд ли чем поможет. Но решила разбудить, может она знает где все.

Залезла на крышу, дождалась ночь. Постучала по макушке старушке. Ноль реакции. Померла что ли? Попробовала снова. На третий раз стукнула сильнее.

Древняя встрепенулась, крылья распахнула, камушками меня зацепила, да как заорёт...

– А-ну руки прочь, фрицы проклятые!!!

Я выставила ладони.

– Дабрайя... Вторая мировая закончилась семьдесят лет назад.

Старуха прищурилась. На её лице отразилась сложная визуальная обработка. Затем она удивлённо вскинула седые брови.

– Сэла!

– Признала? – я вздохнула, – Слава Богу. Дабрайя, а где все Стражи?

– Стражи... – пробормотала она отвлеченно. Затем нахмурилась, – Стражи? Дак, тута были вроде. Что? Нет? – заметила она моё отрицание на лице.

– А который год? – спросила она.

– 2015.

Она присвистнула.

– Ох, ёлки моталки... Вчера тока сорок третий, а сёдня уже... – бабуля повисла, смотря в одну точку.

– Дабрайя? – помахала я перед ней ладонью. Она встрепенулась.

– Я не сплю. – сконцентрировалась, – Так, чего ты хотела-то, милочка?

– У нас вроде как.. шестая печать в процессе. – сообщила я. Дабрайя, надула губы, думая.

– И чего теперь?

– Не знаю. – пожала я плечами, – Мы стараемся задержать ход. Но ваша помощь не помешала бы. Вот только где вы есть?

Гаргулья надолго замолчала. Закрыла глаза. Я думала, что она опять в спячку впадает.

– Сэла, а ты знаешь, что гаргульи умирая попадают в ад? – спросила она не открывая глаз.

– В Чистилище. – исправила я. Все туда попадают, все спят мёртвым сном. Если в ад конечно не попадают. Но гаргульи не попадают.

Дабрайя распахнула глаза. Они смотрели ясно, глубоко в мои. Они были древними глазами древнего существа. Ей 300 лет. Она долгожительница.

– Неа. – покачала она головой, – В Лимб.

– Лимб – это сказки. – уверила я, – Так просто Чистилище иногда называют.

– Лимб – это ад. – стояла на своём старуха, – Одна из областей. Он там, где был наш мир. А они хотят на Небо, понимаешь? Гаргульи хотят на Небеса.

– Но это невозможно. Небеса для ангелов. Это наш дом, ваш дом ваши предки проиграли Дьяволу.

– Не проиграли. – опровергла она, – Они его продали.

Мгновение, я смотрела в её глаза. Она с ума сошла? Но нет. С ней всё в порядке.

– В смысле? – решила я уточнить.

– Продали, в замен на Небесное место. – пояснила Дабрайя, – Сделку заключили, за это наказаны Лимбом.

Я с опаской смотрела на неё. Я чувствовала темноту. Откуда, не пойму, но чувствовала.

– Откуда ты знаешь об этом?

– Не знаю. – она закрыла глаза и начала каменеть, – Снилось так. Я верю своим снам...

– Спа... – я не успела, она окаменела. – Спасибо. – сказала я тем не менее.

Минуту я соображала. Потом подскочила. Город был тих, наверное здесь тоже ушли под землю.

Я впилась в волосы пальцами.

– Вот чёрт. Чёрт! Чёрт! Чёрт!

– Я тебя умоляю, закрой варежку Сит.

Я уставилась в небо. За моей спиной опустились двое. Я резко обернулась.

Самаэль. И Ситрин. Они что-то высматривали внизу.

– Хм. Ну точно по первому призыву.

Падшие аж подпрыгнули. Медленно они обернулись. Посмотрели на меня. На окаменевшую старуху-гаргулью.

– А я говорил, тебе...

Самаэль послал Ситрину заткнись-взгляд. Посмотрел на меня, с подозрением.

– Ты тут откуда?

Что-то грохнуло в далеке.

– Цэр! – крикнул Самаэль.

– Это что сейчас было? – напряглась я.

– Не обращай внимания, Сэла. – отмахнулся Самаэль, – У меня фамильяр сбежал.

Я ужаснулась от этого.

– То есть, ты хочешь мне сказать, что где-то в центре Санкт-Питербурга, разгуливает трёхметровая псина с тремя головами? – осведомилась я, – Я правильно всё поняла?

Самаэль кивнул.

– Правильно. Цер! – крикнул он сново. Земля задрожала. Самаэль улыбнулся, – О, кажись нашёлся.

Что-то вскорабколось по зданию, и застыло за моей спиной, пыша жаром. Подобный звук издаёт часто дышащая собака. Вот только это не простая собака. Это Цербер, фамильяр Самаэля.

– А он меня не сожрёт? – спросила я, чувствуя что это существом внимательно меня изучает, и обнюхивает.

– Он не голодный. – уверил Самаэль, – Ко мне, малыш. – подозвал он трёхголового громадного пса.

– Конечно не голодный. После прогулки по Питеру.. – пробормотал Ситрин. Самаэль наступил ему на ногу, мило мне улыбаясь.

– Сит.. – прошипел темный князь.

– Да, Сатана.. – отозвался демон с широкой улыбкой.

– Клоун.

Животина лизнула меня в плечо. Покосилась на пса.

– Хоррроший пёсик. Ссспокойно!

Одна из чёрных голов чихнула, вторая зубами тянула за ухо третью в сторону Самаэля.

– По моему ты ему понравилась. – сказал хозяин сея создания.

– Надеюсь, речь не о кулинарных пристрастиях этой зверюшки. – пробормотала я.

– Старуху будила? – спросил Самаэль. Кивнула.

– Будила.

– И?

– Гаргульи попадают в ад? – спросила я в ответ. Падшие фыркнули. Ситрин поглаживая черную морду зверя, протянул:

– Тоже мне новость...

– Ты выкупил их души? – обратилась я к Самаэлю, – Они с тобой заключали сделку?

Кажется он мимолетно удивился. Он нахмурился, чтобы скрыть это. Что у него с враньём за проблемы, он же отец, мать её, лжи.

– Я думал, они просто сдались. – ответил он. Так, отец лжи, не сам Самаэль. Самаэль один из носителей.

– С Дьяволом, значит. Ты в курсе, что ты в отставке? – спросила я. Его руки влетел. вверх.

– А-то! Ну и ладно, всё равно я Князь Ада.

Ситрин закивал в поддержку,

– А Метатрон пускай сначала в Бездне погуляет, уму разуму наберётся. Или сгинет. Люцифер мне такое про бездну по пья.. ну в смысле рассказывал он кое-что... – договорил он скомкано. А то я не знаю, чем они там в аду заниматься. Вечный пир, разврат и прочее...

– Для начала надо его в эту Бездну упрятать. – заметила я.

– А что, не справляется Князь Небесный, да? – потешался Самаэль. Хмуро уставилась на него.

– Твоё какое дело?

– И то верно. Так что старуха сказала? Гаргульи тоже к Метатрону примкнули? – догадался он.

– Вам-то что? Вы вообще что тут оба забыли?

– Ну так, человечество и наш хлеб насущный.

– И что?

Самаэль задумался.

– В курсе что эта ваша штука в небе может? – покосился он на Красную Луну, – Про ядерную зиму, например, нет?

Скрестила руки на груди.

– Самаэль, или говори прямо или заткнись и убирайся восвояси.

– На таком морозе вся земная техника встанет колом. – заявил он, – Я мог бы помочь.

Смех вырвался из меня прежде чем я смогла остановить его.

– Ты? Не смеши меня. – я прочистила горло, – Что ты можешь? Ад разверзнуть и растопить льды. И да здравствует потоп!

– Ну это я тоже могу. – подтвердил он, – Я вообще много чего могу. – проворковал он лукаво, – Симуранов например отпустить.

Это заставило меня застынь. Я в шоке.

– Что?

– Волки такие здоровенные, – принялся он напоминать, – древние, мощные, с крылышками.

Крылатые волки давно уже исчезли. Мы думали они вымерли! А их оказывается Самаэль приватизировал! Они Небесные создания! Они светлые. Какого чёрта?!

– Что ты хочешь? – встала в оборону. Это не нормально. Что он хочет. Он не предлагает ничего просто так. Так не бывает.

– Ад. – ответил он на полном серьёзе.

Я моргнула. Ещё раз моргнула.

– Ад?

– Да, Сэла! – рявкнул Самаэль, – Ад. Весь. Мой. Точка. – заявил он категорично, – Я там власть. В Бездну хоть пачками сбрасывайте дьяволов или еще там кого. Но преисподняя моя.

Она вроде и так его? Разве нет?

– И всё?

– Нет. – Самаэль пялился за мою спину, – Можно интимный вопрос?

– Попробуй.

– Где твои крылья?

– В креагенной камере. – усмехнулась я невесело. Боже, мои крылья... Хочу в небо! Хочу теплый свет! Хочу тепла...

– Ясно. – кивнул он, – Подбросить?

Повела бровью.

– Ну только в вашей компании меня не видали... Нет, уж, я как-нибудь сама. – выставила я ладонь, – А симуранов верни, они не твои. И да, нам пригодятся.

– Мы договорились?

– Ну, сбросим мы Метатрона в Бездну. – вздохнула я, – А потом? Если выкарабкается?

– Не выкарабкается.

– Хм. Тебе виднее. А ад, твой и так. Симуранов верни. – напомнила я. Самаэль бегал по моему лицу глазами.

– Верну. – согласился он без сомнений, – А ты не там ищешь. В Риме ищи. Точно тебе говорю.

– Я знаю.

Я собиралась уже свалить, как ко мне подошёл Ситрин.

– Сэла... – его синие глаза вспыхивали. – Где Найда?

Мои брови уползли в небеса.

– Что?

– Ты ведь... Ты была там, умирала. – клянусь, он звучал умоляюще, – Она спит, да?

– Я её не встречала. – ответила я растерявшись. Он выглядел так же как в ту саму ночь. Боль витала в нём.

– Её там нет?

– Я не знаю. – ответила я, – Там словно никого ни для кого нет.

Его брови рисовали линии тоски.

– Спроси Михаила о страшном запрете. – сказал он, – О Эфемерах. О половинках. – затараторил он, – Просто спроси. Он не лжёт, он скажет если ты попросишь. Спроси. Всё не так. Ангел может любить. Но любит только раз. Спроси, он знает, где мне её найти. Я в долгу не останусь.

– Я не могу сейчас. – я отступила, – Граница закрыта.

– Потом спроси. – не отставал он, – Но только спроси.

Уходя, я всё таки обернулась.

– Ладно, спрошу.

Глава 9.

Кай.

В то время, когда меня мотало чёрте где, из офицеров остался только Тихон, который теперь не прапор, а майор и начальник части. Остальные старшие по званию с батальоном из пятиста человек были переброшены куда-то еще, срочным приказом маршала. А потом накрылась связь.

Наш взвод составом в оставшиеся четыреста шесть душ, разделился пополам. Первая половина готова целовать землю по которой ступал Жнец. Вторая половина спит и видит как прикончит этого крылатого садиста.

А Жнец был самым настоящим садистом. Садистом который учил нас заново ходить, дышать и думать.

Все были в шоке, когда Тихон нас выстроил утром на плацу и мы увидели его.

Беловолосый ангел, тот самый которого Сэла называла Ворчуном. Мне не известны причины по которым Сэла прозвала его Ворчуном, но мы зовём его Жнец.

Он прошелся холодным вглядом по нашим скудным рядам. Покосился на Тихона, смерил того взглядом. Сделал шаг вперёд.

– Итак, салаги, запоминайте с первого раза, повторения не будет. Можете забыть кем вы были до этого момента, у вас больше нет ни имён, ни званий. Всё что вам нужно усвоить: в ваших же интересах быть паиньками и без вопросов выполнять всё то, что я вам говорю. Вопросы?

Многообещающее вступление, не так ли?

Мы не сразу поняли, что стоит воспринять его слова буквально. Я тоже не сразу понял.

– И как, прикажете к вам обращаться. – поинтересовался я. В меня впился ледяной взгляд.

– Шаг из строя.

Вышел из строя. Вообще-то я зря свой рот открыл, нужно было помалкивать.

Ангел прошествовал ко мне, обнажая свой меч. К моей глотке прижалось остриё ангельского меча. Точно, не стоило развивать рот.

– Имя, курсант.

Остриё 100 процентов прокололо кожу, я ощутил струйку крови сбегающую за ворот гимнастерки, и нажим усиливался.

Поперёк горла встрял ком. Я ощущал на себе взгляды солдат, слышал грохот их сердец и сильный выброс адреналина в воздухе. Я чувствовал их страх перед ангелом, но не чувствовал своего. Нет, страх я вроде чувствовал, я сердце своего не чувствовал. Оно как билось ровным тихим пульсом, так и не дрогнуло. Я почти поверил что помер со страха.

Ангел нажал сильнее на меч, его лезвие острее бритвы. По идее он должен был уже продырявить мне глотку, однако ангел медлил....

Я начал соображать, что к чему.

– У меня его больше нет. – ответил я.

Ангел опустил взгляд в область моего сердца. Его глаза вернулись в мои, замораживая меня изнутри. Он забавлялся.

– Хм. Глыбу льда тебе туда что ли засунули... – хмыкнул он тихо. Он склонил голову чуть влево, и убрал меч от моего горла. Ангел приблизился к моему лицу, и сорвал погон с моего плеча. Мимолётно взглянув на него, лицо ангела перекосило в жестокой ухмылке.

– Хорошо, мальчик Кай оставайся сержантом. – прошипел он, так чтобы его слышали все в гробовой тишине воинской части. Он с силой пихнул меняв грудь ладонью с моим погоном. – Но помни, кому больше дано, с того больше спросится.

Он отпрянул оставляя мне погон и развернувшись вернулся к Тихону, становясь перед ним. Майор оттянул ворот военной рубахи, смотря на меня Громов-ты-дебил-взглядом.

– Ладно, салаги, сыграем в вашу игру. – зловредно проговорил ангел, – Мне наплевать как вас звать, напрягите мозги и придумайте сами. Но свои имена забудьте, те, с кем вам придется иметь дело могут прикончить вас зная лишь ваше истинное имя. И это не шутка. Я генерал-майор, но я не ваш генерал, ваше руководство позади меня. Я – Верховный ангел, проще говоря архангел, значит обращаться ко мне следует – Арх. Но вы можете звать меня Жнец, вот увидите, щенки, я стану вашим самым страшным кошмаром на ближайшие месяцы. Я буду, тем кто отделит плевы от зёрен. И вы либо следуете новому режиму, в котором я буду делать каждый ваш день невыносимым, выбивая из вас всё ненужное дерьмо или вы сдохните. Всё просто.

Мы начали понимать, что это не пустые слова в тот же злополучный день, после задания на полосе препятствий, подготовленной заблаговременно и по каким-то адским законам.

Жнец, сжав переносицу многозначительным жестом, выругался под нос, явно намекая на нашу никчёмность. А по сравнению с ангелами мы и вправду были абсолютным нулём. И если я был генетическим недоразумением, почти восстановился после лихорадки и всё равно нихрена не справлялся с нагрузкой заявленной Жнецом, то как остальные не сдохли на полосе препятствий, я просто не представляю. Это было адом.

Выстроив нас в шесть шеренг, архангел поднялся в воздух.

Мы стояли по стойке смирно, что предусматривает нашу совершённую слепоту в отношении архангела парящего над нашими головами. Он даже тень не отбрасывал и шум от крыльев был минимальный. Кроме меня никто и не слышал, как он зарядил лук. Я лишь не знал куда он собирается стрелять, но куда бы он не целился он точно не промажет. Кажется я понял его план, понятия не имею зачем ему это, но именно это он собрался сделать.

Моя версия начала подтверждается, когда сквозь наши ряды начали свистеть стрелы и вонзаться в землю под углом. Они могли пролетать в аккурат между бойцами, а могли слегка задевать оставляя глубокие царапины на шеях и руках. Дерьмо заключалось в том, что команды вольно не было и мы даже пошевелиться не могли, не то что бежать. Стою, мысленно ругаюсь матом. Выстрелы всё чаще цепляли за кожу солдат жаля как стая разъяренных ос.

Напряжение трещало в воздухе, а стрелы летели под углом.

Жнец стрелял под углом.

– Вольно. – прозвучало над нашими головами.

– Ложись! – команда прозвучала словно эхом в несколько волн. И звучала от нескольких солдат одновременно, включая меня. Припадая к земле, я на всякий случай зацепил Клима, (он слегка тормозной), и утянул за собой. Я ещё не приземлился, а уже ощутил как просвистела стрела прямо над моей головой, она прошила бы мне лёгкое, если бы я не успел упасть на землю.

– Отставить! – скомандовал Жнец, приземляясь перед нами. – Равняйсь!

Я поднялся, Клим за мной. Клима трясло, клянусь, как проститутку на морозе. Я просто замёрз на минус 300 изнутри.

Какого хрена это было?

Жнец вытянул ладонь, одна стрела вернулась в его руку словно гвоздь к магниту. Вышагивая вдоль шеренги, он ловко крутил стрелу между пальцами.

– Ну и кто из вас, отбросы, отдал команду?

Вот, дерьмо. Я и сам не знаю что за чёрт меня дернул. Если это было испытанием на выдержку, то почему непосредственно в меня он целился чётко на поражение? И уверен не только в меня.

Жнец притянул ещё несколько стрел, убирая их в колчан за спиной. Он отошёл подольше, и развернувшись вытянул тетиву со стрелой, целясь в кого-то.

– В последний раз спрашиваю, кто посмел отдать команду? Шаг из строя.

Деваться некуда, вышел из строя, все равно ведь или узнает или всем взводом огребём.

– Кто бы сомневался... – протянул Жнец. Он пустил стрелу прямо мне в ногу, чуть ниже колена. Этого я точно не ожидал. Как я не заорал не знаю, но я прокусил свой долбанный язык, резко стиснув челюсть. Соленая медь напомнила мой рот. Жнец – скотина, понаблюдал за мной мгновение, непроницаемым взглядом. Оторвав от меня взгляд, он прошёлся по остальным не опуская лука.

– Ещё как минимум пятеро. Буду отстреливать поочередно всех, пока не увижу ещё пятерых наглых засранцев выходящих из строя.

Я слышал больше, голосов, но я стоически молчал. Мне вообще кажется челюсть свело. Нога пылала болью. Я чётко ощутил, как у меня поднялась температура.

Ещё двое вышли почти синхронно из второй и третьей шеренги. Затем ещё двое.

Жнец прождал ещё мгновение ожидая видать, что найдутся ещё такие идиоты признаться сразу. Пятый нехотя, но всё таки вышел из строя. Затем Жнец резко запустил стрелу мне под ноги. Я был настолько ошеломлён всем этим, что даже не дернулся.

– Сержант Кай, – командир первого отряда. – ещё одна стрела воткнусь в землю перед парнем из второй шеренги.

– Рядовой Якут, – командир второго отряда. – распорядился Жнец.

Я посмотрел на парня, с Алтайского края, а не с Северного.

– Я бурят. – неслышно буркнул парень, не знающий про ангельский супер-слух.

– Мне плевать. – бросил Жнец и запустил стрелу под ноги третьему солдату, – Рядовой Сид, командир третьего отряда. Потому что похож. – добавил он сразу же.

Стало ясно, что архангел имел в виду ленивца Сида из «Ледникового периода», чувак действительно был похож на Сида.

Так стрела за стрелой он обозначил командиров шести отрядам, численностью в среднем по 60 человек. Пожалуй в этом был смысл. Правда нахрена он мне ногу прострелил, не знаю. Возможно это личное. Он в курсе как я облажался, струсив, и не рассказав Сэле про печати. А именно это я и сделал, я побоялся что она меня прикончит. Теперь она злится на меня. Но какая к чёрту разница, мы может больше и не встретимся. Выбросил всё это из головы.

Так, парень с угрюмой, грозной физиономией, был прозван, Горыныч, и назначен командиром четвертого отряда. Балу, здоровенный парень дембель, – командиром пятого. Шестым командиром стал Гэри, с намеком видать на улитку Гэри, так как, парень вышел последним.

– Сержант Кай, в медблок. Остальным, встать в строй. – распорядился Жнец, тихо пробурчав нам в спины: – Мультики долбанные...

Сплюнув кровь, я похромал в сторону медблока, проклиная Жнеца. Задумался. Сид, Гэри, Горыныч, Балу... Шегги, Бэмби, Джери... Ангелы смотрят мультики? Попытался представить себе эту картину. Подвернул мозг.

Спустя месяц адской подготовки я стал думать, что Жнец пытается меня убить. Это он и делал. Шегги, который и сам уже по моему задолбался меня латать, сказал, что Жнец, видимо проверяет мой болевой порог и какую степень прочего дерьма способен вынести мой уникальный организм.

Прелестно.

Хорошая новость заключалась в том, что на мне всё заживало как на собаке. Простреленная нога заросла через сутки, а на вторые даже шрама не осталось. Синяки и ссадины, исчезали уже к отбою. Любая боль проходила у меня уже к утру. Плохая новость: этот круговорот боли был бесконечен, и уже тем же утром я так или иначе получал от Жнеца. Мне даже не требовалось давать ему повод, чтобы огрести от него. Он находил его сам.

Вестей от наших бойцов не было. Ни одна из военных баз не выходила на связь. Со связью вообще была какая-то беда, даже радио частоты несли только шум. Всё словно умерло на километры вокруг. Мне удалось перехватить Локки, они с Бэмби часто были на рейдах. На мой вопрос о батальоне, Локки лишь головой покачал. И не ясно толи ему нельзя разглашать, толи он и сам не хочет произносить вслух, то, о чем все думают, но молчат.

Мы уже было решили, что мы последние люди на земле, когда одним ранним утром к нам поступили новобранцы. Вместе с тремя сотнями людей, Локки и Бэмби пригнали с рейда военную технику в часть. Некоторые из новобранцев были военными, некоторые гражданские.

На утреннем построении волнение закаливало десятикратно. Наши взгляды метнулись к Тихону и строящейся шеренге на противоположной стороне плаца. Мы толи хотели найти знакомых среди новичков, толи напротив не хотели увидеть их здесь. Новобранцы были уже по форме, и то, что половина из них гражданские, было очевидно. Я сразу признал двух парней, близнецов. Мы жили в одном дворе, значит они из нашего городка. Значит Локки шерстя округу с Бэмби заглянули и туда. Но где остальные? И почему все такие молодые? Но это как оказалось пол беды. Я признаться охренел чуть позже, когда присмотрелся внимательнее. Среди новобранцев были девчонки. Не женщины или девушки, нет, именно девчонки на вид от 15 до 18 лет в количестве сорока штук. Как выяснилось позже самой младшей действительно было пятнадцать. Мы ещё не покидали часть, но судя по их виду, новобранцы успели хапнуть на свою долю в новом обезумевшем мире. Особенно это было очевидно по младшей из этих девиц. Она была перепуганной до бела.

Жнец, шествуя вдоль шеренги, с белоснежными крыльями за спиной и одной рукой на эфесе меча, в принципе производил неизгладимое впечатление. Когда кто бы то ни был сталкивается взглядом с ледяными глазами архангела, то первой же мыслью становится: «Бежать!»

Его шаг замер в аккурат около меня, что прискорбно, ни передо мной а около, так что я мог только догадываться что выражает его жестокое лицо сейчас и куда и за что мне сейчас прилетит. В строю голова должна быть только прямо и никак иначе. Боковым зрением я видел как Жнец развернулся и медленно прошёл к новобранцем. Высоченный ангел склонился над одной из девчушек.

– Это, что, это я такое вижу? – проворковал Жнец, – Дочери человеческие, в рядах бойцов.

Его голос звучал вкрадчиво, он никогда не повышал голоса, это только Тихон мог орать так, что в ушах звенело. Архангел говорил тихо, тем зловещим образом от которого вполне могло разорваться сердце. Он мог дать тебе под дых, выволочь из строя за волосы, так что ты падал мордой на асфальт и выдавал ему сотку отжиманий, при том что он подставлял лезвие клинка под твоё брюхо, и не дай бог свалиться на это лезвие, оно в лёгкую может вспороть живот в одно касание. Он мог приподнять за горло сантиметров на двадцать над землёй, а затем отшвырнуть как котёнка на три метра в сторону. И всё что угодно ещё, но Жнец никогда не повышал голос.

У девчонки от вида Жнеца перед собой глаза были огромными как блюдца. Она чем-то напоминала кота из «Шрека» или Морта из «Мадагаскара», особенно когда у неё затряслась нижняя губа и казалось сейчас прозвучит это «Ми-ми-ми-ми-ми...», но девчонка стоически молчала.

Было ясно, что она была младше остальных. И вряд ли кто-то знает, что такие термины как ангел и воин – абсолютно тождественны. И о том, что Жнец нихрена ни ангел-милосердия, им тоже только предстоит узнать.

Жнец переключился на следующую девицу.

– Что ж, если вы думаете, что у нас тут летний лагерь, то вы не угадали.

Кто-то всхлипнул. Жнец немедленно метнул взор на девчушку постарше. Он подошёл к ней. Девчонку повело в обмороке, её еле успели подхватить, чтобы она не рухнула на асфальт.

Не обращая внимания Жнец напал на следующую жертву, стоящую рядом. Девчонка точно была старше всех, ей лет восемнадцать, у неё чёрные длинные волосы, и в прошлой жизни она кажется была неформалкой. Даже под фуражкой было видно, что половина её головы выбрита, и чёрные волосы собранные в странную косу, как канат, переброшены на одно плечо. Это напомнило мне о другой девушке, о той что я когда-то называл своей. Из под манжет на её руках виднелись татуировки. В общем хорошей девочкой эта особа не была точно. Её плюс, что она явно была не из пугливых. Её сердце билось ровно, ровным было и дыхание, взгляд в тени короткого козырька фуражки был ясным и уверенным.

– Или вы быть может думаете, что к вам тут будет особое отношение, леди?

– Никак нет. – отчеканила она громким, хорошо поставленным голосом. Смятение. Она или военная или кто-то в семье был военным. Но всё это неважно, я узнал этот голос. Мой взгляд внимательно впился в девушку. Наши глаза встретились. Больше никаких сомнений. Это она. Та, что я называл своей. Не сдержался и выругался под нос. Не знаю от радости и облегчения что она живая или от нахлынувшей боли родом из дней давно минувших. Это так глупо, что я готов дать себе по роже. Но ничего не поделать, есть шрамы которые остаются навсегда.

Жнец покосился на меня через плечо. Затем он окинул её взглядом с головы до ног и обратно, и странно хмыкнул.

Притянув следующую девицу за светлую длинную косу, он столкнулся с ней лбами.

– Здесь правила одни на всех. Выживает сильнейший. Это, понятно?

– Да... – еле сумела ответить поражённая девчонка.

– Я не слышу.

Вторая рука ангела перехватила запястье какого-то самоубийцы. Парень новобранец, замахнулся прямо в сонную артерию ангелу тонким стилетом или чем-то похожим. Дернув его за руку, Жнец с характерным хрустом кости вырвал парня из строя и отшвырнул в сторону, оставляя холодное оружие в своей руке.

– Нет! Пожалуйста! – взвизгнула девица, стоило Жнецу отпустить её косу, – Не надо. Он... он мой брат.

– Брат говоришь? – прошипел Жнец, медленно приближаясь к отползающему парню. Крутя в пальцах тонкий стилет, он смотрел ему чётко в глаза своими древними и до дрожи пугающими.

– Он немого... не в себе. – продолжала заливаться девчонка, – Только не убивайте...

Жнец запульнул стилет вниз, так что он пригвоздил руку парню прямо к плацу. Его болезненный рёв прошёлся по всей территории части. Он упал на спину корчась и крича от боли, пытаясь вынуть стилет из руки. Ангел присел на корточках перед горемычным и надавил на рукоять стилета.

– Буйный значит? Это ничего... Запомни щенок блаженный, ещё одна такая выходка и я отрублю тебе эту руку. Ты понял меня рядовой Псих?

– Так точно... – простонал сквозь зубы парень, поняв что ничерта не в сказку попал и что героями тут становятся только сожрав порцию отборной боли и собственной крови. Жнец отломил рукоять стилета и выпрямился. Он метнул рукоять точно в Клима, и проследил за ним. Клим едва успел подхватить рукоять, ловя её как горячую картошку. Замерев Клим столкнулся взглядом с самой жестокой парой глаз во всей вселенной. У Клима, от этого кажется в жилах застыла кровь несмотря на пекло вокруг.

– Рядовой Клим, Психа в медчасть.

Климу как ни странно никаких прозвищ на присваивали. Жнец сказал, что с таким именем как у него потребуется табор цыган, чтобы отгадать полное имя Клима.