Текст книги "Его собственность (СИ)"

Автор книги: Лекси Смит

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)

Артёму ощутил, как шевельнулись волосы на затылке. Хотя, может, просто разыгралось воображение. Он спросил:

– А при чём тут Глузякина?

– Не уверен на сто процентов, опять же – слухи… Вроде как перо появляется в тех местах, где был магический выброс – и не какой попало, а охренительно мощный. Поэтому проверяем локации, где шёл конкретный замес с залипшими… А твоя Глузякина – самая отмороженная за последние дни была, ну и вот…

– Понятно. Но я про перо и правда не слышал.

– Вот ёлки… А нам тут премию обещали, если найдём…

Последняя фраза несколько успокоила, заставила усмехнуться. Артём подумал – ну да, если разговор переходит с магических кошмаров на деньги, то всё не настолько страшно. Даже тёмное колдовство пасует перед баблом…

– Ладно, удачи, Грач. Флаг в руки, как говорится. Мне-то самому премия уже не обломится.

– Это да. Отдыхай, Снегирь. Сорян, что побеспокоил.

Зазвучали гудки отбоя. Ещё с минуту Артём сидел, вертя в руках телефон. Нахлынула вдруг тоска. Остро захотелось нормальных человеческих новостей – без дарк-фэнтези и прочего киберпанка.

Он открыл список номеров, прокрутил до искомой строчки.

– Привет, Марина.

– Привет! Надеялась, что ты позвонишь.

– Я тут неожиданно оказался-таки в Москве. Ну и, само собой, не мог не воспользоваться твоим приглашением.

– Ой, ну классно! Долго пробудешь?

– Пару дней – точно, а там посмотрим. Как насчёт встречи?

– Я сегодня на кафедре целый день, потом к сестре зайти обещала. А завтра – суббота, было бы в самый раз. Подойдёт тебе?

– Да, конечно.

– Ты территориально где? Какое метро?

– Шоссе Энтузиастов, – сказал Артём.

– А у меня – Первомайская, соседняя ветка.

– Где удобнее встретиться? И во сколько?

Она задумалась:

– Артём, слушай, а ты раньше в Москве бывал?

– Пять лет тут проучился.

– Ага… То есть стандартная туристическая программа тебе не так интересна?

– Да, Кремль с мавзолеем вычёркиваем. Туда я точно не рвусь. Предлагай, куда тебе хочется.

– Предложение, может, странное, но…

– Говори, Марина, не бойся.

– В общем, я очень зиму люблю. Но в этом году она у нас была отвратительная. Слякоть и грязь сплошная! А сейчас вдруг, в марте – сам видишь. Морозец, снег, просто сказка. И ужасно охота в парк…

– В Измайловский, имеешь в виду? Который рядом с тобой? Не вопрос.

– Ура! Тогда давай завтра в час, прямо на платформе метро. Интересно, мы друг друга узнаем?

– Вот и проверим, – сказал Артём, – пусть будет интрига. В крайнем случае созвонимся ещё раз, помашем ручками.

– Ладно, тогда до встречи!

Распрощавшись с Мариной, он хотел убрать телефон, но зацепился взглядом за какую-то неправильность на экране. Присмотрелся – и не поверил своим глазам. На рабочем столе появился новый значок, которого не было ещё пару минут назад. Между салатовым кружком мессенджера и чёрно-белой пиктограммой читалки мерцало серебряное перо.

Глава 17

Подземный поезд катился по синей ветке.

На этот раз обошлось без давки – суббота, день, толпа не ломится на работу. И чем дальше от центра, тем просторнее становилось в вагоне. После Семёновской, где многие вышли, даже освободилась пара сидячих мест.

Но Артём садиться не захотел. Стоял, прислонившись к стенке, в торце вагона; смотрел перед собой отрешённым взглядом, почти как настоящий москвич. Думал в основном о Марине, но мысли то и дело соскальзывали на ту коллекцию странностей, что пополнялась все последние дни.

Он вытащил из кармана смартфон, взглянул на экран.

Нет, новый значок с пером никуда не делся. Активировать его, правда, тоже не удалось. Хоть до посинения тыкай пальцем – реакция нулевая. И в списке приложений не появилось новых программ. Короче говоря, значок был, а толку от него не было.

Поезд выехал из тоннеля и минуту спустя подкатил к платформе. Артём вышел из вагона, вдохнул морозный воздух и огляделся.

Обындевелый парк прижимался к станции, а по другую сторону рельсов расположился блёклый микрорайон из кирпича и бетона. Виднелся торговый центр, облепленный рекламными баннерами. Вокруг него, как поросята вокруг свиньи, теснились табачные и водочные киоски. Несколько маршруток нетерпеливо коптили воздух в ожидании пассажиров.

Артём прошёлся взад-вперёд по перрону. Тот был полупуст; одиноких барышень не наблюдалось вовсе. Впрочем, до назначенной встречи оставалось ещё больше пяти минут.

Он сунул руки в карманы куртки и поднял воротник. Мороз за сутки усилился – хорошо хоть, не было ветра. Стылый антициклон выдавил с неба все облака; лишь несколько куцых пёрышек примёрзли к самому горизонту.

Подъехал поезд в сторону центра, вышли человек десять. Артёму заметил девчонку в дутой спортивной куртке и широких штанах – она двигалась энергично и резко, как Марина в игре. Хотел окликнуть её, но она равнодушно мазнула взглядом и зашагала прочь, к выходу с платформы. Он, глядя вслед, подумал – ну ладно, первый блин комом. Было бы неожиданно, если бы Марина пришла минута в минуту…

– Артём?

Он обернулся и удивлённо моргнул.

Встреть он её случайно – не узнал бы ни за что в жизни.

То есть, конечно, он и не ожидал абсолютного портретного сходства с игровым персонажем. И принял как должное, например, что сейчас она уже не сверкала фиолетовыми глазищами. Глаза у неё оказались вполне обычные, серые.

Но дело было не в этом.

В игре Марина была воровкой – наглой, шустрой и тощей. И одевалась так, чтобы иметь возможность бегать, прыгать и бить обидчикам морды.

А тут на него смотрела элегантная дама, наряд которой не допускал и мысли об акробатических подвигах. На ней была светлая короткая шуба и шапка из такого же меха; сапоги на внушительном каблуке; облегающая юбка средней длины. Округлые бёдра манили взгляд, а высокая грудь угадывалась даже под шубой.

И при этом Марина казалась слегка испуганной, щурилась близоруко. Как гимназистка перед экзаменом.

– Вау, – сказал Артём. – Это ты? Ну ничего себе.

– Не смущай меня. Ты так смотришь…

– Прости. И не сочти за банальность, но я сражён наповал.

– Спасибо. – Наконец она улыбнулась и, кажется, расслабилась. – Мне нравится комплимент и льстит твоё удивление. Ты думал, что я уродина?

– Не то чтобы уродина, но… Девушки обычно приукрашивают себе фигуру в игре, а ты почему-то – наоборот…

– Я там хотела стать не такой, как здесь. Ну, знаешь, не домашней тихоней, которую всё пугает, а спортивной пацанкой, авантюристкой, которая постоянно влипает в разные приключения. И внешность хотелось подходящую, и повадки. Нормально ведь получилось, как ты считаешь?

– Роль ты отыгрывала неплохо, согласен.

– В обычной игре, наверно, не вышло бы ничего, а вот в вашей – вполне. Иногда вообще забывала, что я всего лишь выпускница филфака…

Разговаривая, они спустились с перрона и углубились в парк. Вдоль дорожек тянулись невысокие сухие сугробы. Белые деревья стояли, не шевелясь. Солнце проблёскивало сквозь ветки, высекая льдистые искры.

– А ты, – сказала Марина, – более или менее похож на себя в игре. Внешне, я имею в виду. И такой же худой. Почему ты там, например, не нарастил себе мышцы? Пацаны это любят.

– Я ведь не просто геймер. И не могу радикально поменять внешность. Ну, то есть технически можно нарисовать совершенно другую морду и бодибилдерский торс. Но через пару часов искусственная личина размоется. Это как-то связано с тем, что я не теряю настоящую память. Мозговая активность влияет на внутриигровые кондиции. Малоизученная фигня, но что есть, то есть.

– Надо же… Интересный эффект, теперь буду знать. У тебя в виртуале, правда, лицо более суровое, мужественное… Ой, прости, не хотела тебя обидеть!

Артёму стало смешно:

– Переживу как-нибудь, не волнуйся… Расскажи лучше о себе. Значит, филфак закончила? А теперь что делаешь?

– Аспирантка. Удивляешься, наверно, откуда у меня деньги на кокон «платинум»? Просто родители небедные, ну и вот…

– Марина, окстись, я же не фининспектор. А с позавчерашнего дня – даже не наблюдатель из пернатого Ордена.

– Да, действительно… Кстати, чем теперь будешь заниматься?

– Работу искать.

– В Москве?

– Можно и в Москве, раз приехал.

– А кто ты по специальности?

– Почти твой коллега. Литинститут.

– Ой, правда? Класс! Но как тебя угораздило в этот Орден?

Он пожал плечами:

– Меня вчера об этом же спрашивал мой бывший однокурсник. Ругался много и долго… Короче, в Ордене я пять лет, а раньше был сценаристом. Разрабатывал лор, сюжеты…

– То есть это ты придумал игру?

– Скажем так – приложил к ней руку. Не в одиночку, само собой. Но потом начальство решило, что я полезнее в коконе.

– Хм… – Марина задумалась. – Может, ты ещё и поэтому сильный маг? Я ведь помню, как ты меня отправил в реал без всякого интерфейса… Если ты – один из сочинителей сказки, то это даёт тебе, по идее, дополнительные возможности. При условии, что мы всерьёз воспринимаем всю эту магию…

– Я сам не знаю, как к этому относиться, – сказал Артём. – В любом случае – сейчас от меня уже ничто не зависит. В игру не могу попасть. Меня туда, скорее всего, не пустят, даже если персонажа сменю.

– Да-да, извини… Тогда, знаешь, давай не будем больше про виртуал. Тем более что у меня к тебе есть вопрос, очень глубокомысленный.

– Не пугай меня.

– Строго между нами, коллегами, – сказала она, интимно понизив голос. – Признавайся – ты пишешь тайком роман?

Он заржал, она тоже засмеялась.

– Нет, – сказал Артём, – не пишу. Пробовал начать, но забросил. Лень помешала.

– Что же вы так, товарищ Снегирь? Лишаете мировую культуру своего бесценного вклада… Но вообще, Артём, мы вот пошутили – и ты опять стал какой-то грустный. Это из-за того, что без работы остался?

– Ну, как тебе сказать… Дело не в работе как таковой. Просто ощущение странноватое. Столько лет просидел в выдуманном мире, а теперь вдруг окунулся в реальность – и никак не могу поверить, что всё это по-настоящему… Как пацан, которому непонятны взрослые игры. Ещё и выборы эти…

– Пойдёшь голосовать, кстати, завтра?

– Прописан-то я не здесь, так что не судьба. Не допустят к заветной урне. Да не очень-то и хотелось, честно сказать… А ты? Определилась, за кого будешь?

Она снова смутилась:

– Я в политике не особо… За Громова, скорее всего…

– Ну да – красавец-мужчина, богатырь земли русской…

– Ой, ну вот чего ты подкалываешь? Не во внешности дело! Но он хотя бы решительный и не мямлит. Прямо говорит, что и как. Про корпорации, про страну… Не подумай, пожалуйста, что я какая-нибудь великодержавная шовинистка, но… На Кирьянова уже смотреть стыдно, тут я с Громовым соглашусь…

– Ладно, – сказал Артём. – Может, ты и права. Сама завтра разберёшься, где ставить галочку. А пока – отдыхаем.

– Да! Хорошо, что выбрались. Красиво тут, согласись?

Они остановились на пересечении двух дорожек. Артём заметил, что Марина подрагивает. Спросил:

– Замёрзла?

– Ага. Чуть-чуть переоценила свою морозоустойчивость.

– Ну, давай где-нибудь в тепле посидим.

– Можем съездить на Курскую. Там прямо рядом с метро здоровенный торговый центр, мне нравится – кафешки на любой вкус, пиццерия.

– Поехали.

И они направились обратно к платформе.

***

На перроне им пришлось проторчать ещё минут десять – поезд почему-то задерживался. Марина, кутаясь в шубку и пританцовывая на месте, призналась:

– Начинаю скучать по той локации, где каньон. Помнишь, какая там стояла жарища? И вообще – сейчас, пару дней спустя, вспоминать уже не так страшно. А многие нам позавидовали бы даже, наверно. У нас было настоящее эпичное приключение. А речка чернильная – прям ни в сказке сказать, ни пером описать.

– Пером? – переспросил Артём. – Гм…

– Ну да, обычная присказка. Что тебя удивило?

– Да просто насчёт пера появилась одна инфа…

– Расскажешь? Или опять секрет?

– Расскажу, там и быть. Даже покажу.

Он вытащил смартфон, но яркий послеполуденный свет мешал толком рассмотреть значок на экране. Пока Марина приглядывалась, подошёл-таки поезд. Дверь оказалась прямо напротив них, и они, войдя, устроились на сиденье, спиной к окну.

– Вот, – сказала Марина, – теперь уже лучше видно. Что это за приложение?

– Без понятия. Само загрузилось, а включить не могу.

Сняв перчатку, она коснулась экрана:

– Да, не работает. Но перо красивое, стильное. К нему только чернильницы не хватает, как у старинных писателей.

Уже не впервые за последние дни Артёму почудилось, что он вот-вот поймает за хвост некую ускользающую догадку.

– Да, – повторил он медленно, – у писателей… Перо и чернила…

– Артём, – сказала Марина, – а почему мы одни в вагоне?

Он поднял голову. И действительно – других пассажиров не было. Пустой и гулкий вагон покачивался на рельсах.

– Да, странно, – согласился Артём. – Может, поезд в депо идёт, и посадка запрещена? А мы с тобой прослушали объявление.

– Вряд ли. Никто не объявлял ничего…

Поезд влетел в тоннель. Лампы почему-то не загорелись, и навалилась тьма, непроницаемо-чёрная. Марина сдавленно ойкнула и прижалась к Артёму.

– Не бойся, – сказал он. – Едем – и ладно, можно без света. Скоро следующая станция.

– Мне кажется, – прошептала она, – там кто-то прячется в темноте…

– Перестань, что за детский сад…

В дальнем конце вагона раздался явственный скрип – не металлический, а другой, совершенно здесь неуместный. Мелькнула мысль – так могло бы скрипнуть старое дерево под порывом сильного ветра. Или весло в уключине…

А миг спустя, словно в подтверждение нелепой догадки, послышался плеск волны, размеренный и негромкий.

Артём, опомнившись, включил фонарик на телефоне.

В призрачно-белом свете прорисовался человеческий силуэт, который стоял в проходе, метрах в пяти от них. Человек был одет неброско, но несколько архаично, как всадник из реалистичного фэнтези – стёганая короткая куртка, грубые штаны, сапоги. А в ухе у него блеснула золотая серьга.

Он приближался – молча, неторопливо.

Это было словно во сне, в тягучем ночном кошмаре.

Но, к сожалению, всё-таки наяву.

– Ушкуйник? – Артём поднялся навстречу. – Как ты сюда попал?

– Не надо фамильярности, – ровно ответил тот. – Я ведь объяснил – в быту называйте меня магистром.

– Да хоть генсеком. Что тебе надо?

– Свои требования я изложил ещё в прошлый раз. Они неизменны, мне нужно ваше содействие. Но поскольку предыдущее моё предложение вы отвергли, я вынужден прибегнуть к более убедительным доводам.

Приподняв руку, колдун сжал пальцы, будто пытался раздавить что-то в кулаке. Это, похоже, стоило ему изрядных усилий – лицо на миг исказилось от напряжения, он хрипло вздохнул.

– Пытаешься колдовать? – поинтересовался Артём. – А вот хрен тебе. Здесь реал, а не сказка, если ты не заметил.

Ушкуйник прикрыл глаза – пережидал, казалось, приступ головокружения. А потом вдруг прыгнул вперёд – и его кулак врезался Артёму в грудину. Удар был страшен, словно вместо руки колдун отрастил кувалду.

Артём отлетел на несколько метров, упал навзничь между рядами пустых сидений. Воздух вышибло из груди, от боли помутилось сознание. Сквозь вязкую пелену донёсся отчаянный крик Марины.

Она вскочила, чтобы помочь Артёму, но Ушкуйник схватил её за плечо:

– Тише, барышня, тише. Вы пойдёте со мной – и чем меньше будете трепыхаться, тем лучше будет для вас… А вы, молодой человек, были в чём-то правы. Мы пока трудно пользоваться здесь магией. Но это временно, вы ведь помните – новолуние близко.

Смартфон, упав на пол, не разбился, но светил теперь вертикально вверх. Ушкуйника и плачущую Марину почти поглотила темень. Артём попытался встать, держась за пластиковую стойку возле двери. Получилось не очень.

– Мне пора, – обратился к нему колдун. – Как вы уже поняли, девицу я забираю. Будет ли она жить, зависит теперь от вас.

– Скотина… – сказал Артём. – Я тебя найду…

– На это я и рассчитываю. В день новой луны я жду вас на дороге в каньон, когда сядет солнце. Первый верстовой столб, если ехать со стороны Тень-города. Разумеется, вы должны быть один. В противном случае – понимаете сами. Я не любитель пустых угроз.

– Мне отрубили доступ в игру…

– Я думаю, вы решите эту проблему.

Поезд продолжал нестись по тоннелю. Следующая станция всё никак не показывалась, как будто перегон удлинился на многие километры.

Ушкуйник повернулся к Марине:

– Сударыня, от вас тоже потребуется кое-какая помощь. Ничего запредельного, не волнуйтесь. Потерпите секунду.

Он вытащил кинжал. Она закричала, но колдун не обратил внимания и полоснул ей лезвием по ладони. После чего потащил Марину в дальний конец вагона. Артём всё-таки поднялся и, подобрав телефон-фонарик, заковылял следом – ему казалось, что он бредёт по речному дну, сквозь неподатливую толщу воды.

Ушкуйник, дёрнув Марину за руку, приложил её окровавленную ладонь к стеклу на торцевой стенке. Стекло сверкнуло, как линза на телескопе, поймавшая серебряный свет луны. Два человеческих силуэта отчётливо проступили на этом фоне – а в следующий миг исчезли.

Колдун увёл свою пленницу.

Вагон же начал преображаться – теперь он напоминал придонный пейзаж. Петли на поручнях удлинились и потемнели. Они колыхались в призрачно-белом свете смартфона, как водоросли в воде, и загораживали проход.

Артём вдруг ощутил ледяное жжение в районе сердца.

Сунул руку во внутренний карман куртки…

…и нащупал рукоять плети.

Припомнил – да, он, кажется, сунул её зачем-то в карман, выходя из дома. А потом она словно затаилась, дожидаясь своего часа.

Теперь он снова достал её.

Синеватая вспышка рассекла полутьму.

Дёрнулись ленты водорослей, теряя ошмётки.

Артём двинулся вперёд. Теперь это стало проще – возникло невидимое течение, которое подталкивало его, постепенно усиливаясь. Плеть хлестала, кромсая чёрные заросли. О том, что прежде здесь был вагон, уже ничего не напоминало. Пол превратился в вязкое дно, сиденья – в продолговатые валуны, покрытие илом. Вместо потолка серебрилась зыбкая речная поверхность.

Время размылось, ум отключился – остался только инстинкт, который толкал туда, к мерцающей линзе, в которую втягивалась река. Шаг, другой, третий – всё остальное не имело сейчас значения.

Потом он оказался у цели.

Чиркнул себе плетью по кисти левой руки, между большим и указательным пальцем. Кровь из пореза растеклась по ладони.

Приложив пятерню к стеклу, он задержал дыхание.

Течение взревело и ударило его в спину, швырнуло в стеклянный омут.

Мгновением позже он вывалился из зеркала среди скал.

Глава 18

Он поднялся и огляделся.

Зеркало всё так же стояло, перегородив реку. Вода втекала в него с одной стороны – но не вытекала с другой. Туда, на «сухую» сторону и выпал сейчас Артём. Из морозной Москвы – в удушливый зной, накрывший Каньон Клыков.

Из реала – в игру.

Без помощи техники.

В обычной зимней одежде…

– Марина! – крикнул Артём. – Ты где?

И тут же сообразил – ответа не будет.

Солнце уже садилось, хотя должно было висеть высоко, если брать московское время. То есть почти полдня куда-то пропало – побочный эффект, судя по всему, при магическом переходе. А за это время колдун успел увезти девчонку.

Урод.

Ну ладно, ещё посмотрим, чьё кунг-фу круче…

Почувствовав, как пот стекает за воротник, Артём снял куртку и свитер. Закатал рукава рубахи. Окинул себя критическим взглядом – ну, пожалуй, сгодится. Джинсы – нейтрально-серые, рубашка – однотонная, тёмная. Ботинки обычные. Не средневековый рыцарь, конечно, но и не клоун по местным меркам. Издали сойдёт за мастерового. Тем более что в игре никто не стремится к исторической достоверности. Девушки, например, разгуливают в штанах или мини-платьях…

Он обмотал кровоточащую ладонь носовым платком. Куртку и свитер спрятал между камнями, сунул за пояс плеть и побрёл по пересохшему руслу.

Вскоре он сделал фундаментальное, но раздражающее открытие – пешком дольше, чем верхом. Значительно дольше.

К выходу из каньона он доковылял через час, когда опустилась ночь. Мучила жажда, гудели ноги. Он сел на гладкий валун и, тяжело дыша, прикинул, сколько ещё до города. Километров, кажется, десять? Блин, так и сдохнуть можно…

Лунный серп в небе истончился донельзя, дорога едва виднелась. А ночное зрение в этом теле не предусматривалось природой.

Артём вытащил смартфон, проверил уровень заряда – двадцать процентов. Да, маловато. Если использовать как фонарик, то надолго не хватит…

Послышался стук копыт.

Артём обернулся. К нему приблизились трое всадников – они ехали не из глубины скального массива, а вдоль края, с востока. Мрак мешал рассмотреть их толком. Сами они, однако, ориентировались свободно – у них-то магические примочки вроде «кошачьего глаза» никуда не пропали.

Он быстро прикинул – вряд ли это люди Ушкуйника, иначе ждали бы возле зеркала. К тому же колдун и так уже обзавёлся рычагом давления на Артёма, когда похитил Марину и предъявил ультиматум. Значит, эти трое здесь – случайные встречные. Но, конечно, не безобидные экскурсанты, а серьёзные парни. Охотники на монстров, к примеру. Теоретически, они могут помочь. Или, наоборот, сочтут одинокого безлошадного путника подходящей добычей…

Нужен был нестандартный ход.

Включив фонарик на телефоне, он посветил на них, и стали видны подробности. Всадники были в лёгкий доспехах. Один держал наготове лук, стрела лежала на тетиве. Его спутники тоже были настороже – положили ладони на рукояти мечей.

Увидев телефон, они замерли от когнитивного диссонанса.

– Приветствую, парни, – сказал Артём. – Я из Птичьего Ордена, тестировщик. У нас тут небольшой глюк, так что не удивляйтесь. Реальный облик спроецировался в игру. Вы же вспомнили, что мы виртуале, да?

– Охренеть – не встать, – сказал лучник, пряча стрелу в колчан. – Такого я точно ещё не видел. Скриншот… А, блин, стоп, тут же ни хрена не работает…

– Да, – подтвердил Артём, – возникли помехи. Небольшая локальная аномалия. Сейчас здесь задействован только авторизованный персонал. А вы, кстати, как попали в эти места?

– Мимо проезжали. И чё-то я не припомню, чтобы был официальный запрет. Или хотя бы оповещение.

– Ну вот, считайте, что я вас оповестил. И мне потребуется ваше содействие. Нужен один из ваших коней. Не навсегда, конечно, только на время. Администрация компенсирует неудобства, даст бонусные баллы…

– Не понял. Я тебе отдаю коня, а сам пешком иду, что ли?

– Через пару километров отсюда интерфейс опять заработает. Ты сможешь уйти в реал, а я потом попрошу коллег, чтобы тебе начислили бонус. У меня есть выход на сотрудников Ордена с нужными полномочиями…

Всадник, который прежде молчал и держался чуть позади, сказал лучнику:

– Слышь, Илюха, тут какой-то развод. Этот чел нам втирает, что он пернатый, но мы даже ник не знаем. Читер, по ходу.

– Напомню, – сказал Артём, – что здесь у нас аномалия. Я не смог бы показать ник, даже если бы захотел. Но сами посудите – если бы я был просто мошенником, то откуда взялся бы телефон? Система не пропускает в игру такие предметы-анахронизмы.

– Вот я и говорю – чит, – констатировал недоверчивый. – Или тупо магическая иллюзия. А ну, дай гляну трубу.

– Я ведь и так показываю. Вот фонарик, а вот экран…

– В руки дай. Я чё тебе – лох?

– Не хочу конфликта. Но дело срочное, нужна помощь…

– Ты чё, не въехал? Трубу гони!

Артём отступил на шаг:

– Опомнитесь, парни. Мы в мире фэнтези, а вы пытаетесь отжать телефон. Привычки из реала проснулись?

Всадник выхватил меч из ножен и бросил коня вперёд.

Замахнулся – блеснула гладкая сталь.

Артём, утративший навыки Снегиря, не успел бы отбить удар. Но плеть, за которую он схватился, будто предугадала его желание – взметнулась вверх, навстречу клинку. Сверкнула синяя вспышка.

Меч отлетел на несколько метров в сторону. Его хозяин вскрикнул от боли, тряся пострадавшей кистью. Лучник тем временем уже натягивал тетиву. Артём рефлекторно отдёрнул голову – стрела взвизгнула над ухом, царапнув кожу.

Плеть, прочертив дугу, раскромсала лук.

Третий всадник обнажил меч, но чужие кони ему мешали – загораживали дорогу. Тогда он спрыгнул и, обогнув препятствие, бросился на Артёма. Замах был страшен – останься Артём на месте, ему снесло бы башку. Но за миг до этого плеть хлестнула мечника по плечу – вспорола доспех и плоть, достав почти до кости. Раненый взвыл от боли.

Лучник тоже выпрыгнул из седла – теперь с кинжалом в руке. Краем глаза заметив это, Артём отскочил к обочине. Развернулся и проорал:

– Стоять!

Плеть в его руке хищно дёрнулась. Лучник замер, понимая, что не успеет.

Артём тяжело дышал, кровь стучала в висках, адреналин зашкаливал. Накатило паническое, хоть и запоздалое осознание – он только что чуть не сдох. Буквально и без всяких условностей.

Попади стрела в голову, он не очнулся бы в коконе.

Он остался бы лежать здесь, возле этих скал.

Да, остался бы. Мёртвый.

Если бы не колдовская плеть, улавливавшая мысли… Наверно, всё дело в том, что она пропитана его кровью… Магическая привязка…

Если бы не она…

– Так, – прохрипел Артём, – ладно… Вы трое – мордами в землю…

– Слышь, мужик, – сказал тот, который требовал телефон, – давай порешаем. Мы ж реально не знали. Думали, ты звездишь…

– Рот закрой. Откуда вы, отморозки, только берётесь? Вы убить пытались, а не просто ограбить… Как только поняли, что здесь не ведётся запись, крышу у вас снесло…

– Ну и чё ты паришься? Вылетел бы в реал, потом подключился бы заново. Как два пальца, если ты правда техник.

– Вы думали, что убиваете меня понарошку. Пусть так. Но вам, блин, не приходило в голову, что стрела в глаз – это не по-людски в любом случае? Что у меня как минимум будет болевой шок?

Мечник пожал плечами. Он и Артём таращились друг на друга, как представители двух инопланетных рас при первом контакте.

– Короче, дядя, – вмешался лучник, – расклад такой. Как только интерфейс заработает, я кину репорт, что ты пытался нас развести на бабки. Ну, в смысле, хотел забрать у нас средство передвижения. Я на юридическом учусь, если чё, сделаю всё красиво. Твоё слово против нашего…

Плеть подсекла ему ноги, и лучник грохнулся в пыль. Двум остальным Артём, с трудом сдерживаясь, сказал:

– Лицом вниз, последний раз повторяю. Иначе – хана всем вашим аккаунтам. Думаете, блефую? Окей, проверим. Стандартный интерфейс не работает, это да, но зато есть… гм… аварийный.

Он шевельнул плетью, и та впилась лучнику в запястье. На этот раз сцедить информацию из реала удалось почти без усилий. И даже без причинения боли – противник лишь коротко матюкнулся. Видимо, Артём уже приобрёл сноровку – или, оставшись без техподдержки, резко прибавил в магии, почти как залипшие.

– Ну что же, – сказал Артём. – Слушай сюда, Илюша, пятикурсник-юрист с Кутузовского проспекта. Бан тебе на неделю. Ограничимся пока этим – не до тебя сейчас. Можешь кинуть репорт, конечно, если считаешь, что у меня не найдётся убедительных возражений. Рискни. Твой выбор.

Сверкнула синяя вспышка, и лучника выбросило в реал. С двумя остальными Артём провёл ту же самую процедуру, сказав напутственные слова. После чего взобрался на лошадь и поехал к Тень-городу. Смартфон пока отключил, чтобы не разряжался аккумулятор.

Поездка не доставила удовольствия. Теперь, когда ощущения больше не отфильтровывались, реалистичность выматывала всерьёз. В седле было неудобно, оно натирало задницу и внутреннюю сторону бёдер. А сама лошадь потела нагло и беззастенчиво.

Кое-как он всё же добрался. Миновал ворота, и над ним всколыхнулось серо-серебристое марево, нависшее, словно туча. В горле запершило, зачесались глаза, как от приступа аллергии. Голова налилась болезненной тяжестью. Прежде Артём такого не чувствовал, хоть и знал, что марево, согласно сценарию, аккумулирует остаточную магическую энергию, связанную с отрицательными эмоциями. Небо коптится от человеческой злости…

Он подъехал к особняку Звезды.

***

Мажордом заикнулся было, что у хозяйки уже есть посетители, но Артём продемонстрировал плеть и прошёл в гостиную. Там с владелицей дома беседовала юная дама в стильном костюме для верховой езды.

– Прошу прощения, – сказал Артём, – чрезвычайные обстоятельства. Технический перерыв. Администрация игры сожалеет о доставленных неудобствах.

Гостья тихонько охнула и выскочила за дверь. Звезда спросила обеспокоенно:

– Что случилось, Артём? Почему ты в таком виде? И кровь…

– Долгая история. Магия проникает в реал и наоборот. Мне надо разобраться с одним ублюдком, он похитил мою подругу. Ушкуйник – не приходилось слышать?

– Нет.

– Ладно. Сразу, кстати, скажу – я больше не в Ордене, меня выгнали. Я здесь фактически нелегально, могу тебя серьёзно подставить…

– Хватит, – сказала она спокойно, – не теряй время. Дай я обработаю рану, а ты расскажешь, чем я могу помочь.

Он содрал повязку с руки, и Звезда залила порез жгучим целебным зельем.

– Спасибо, – кивнул Артём. – Мне, во-первых, нужны игровые деньги, чтобы купить магические приблуды…

– Конечно. Из сейфа сейчас возьму. Что ещё?

– Ещё – информация. Сегодня была подозрительная движуха? Связанная с каньоном и новолунием, я имею в виду? Может, слухи какие-нибудь?

– Тут, к сожалению, вряд ли буду полезна. Я в игру зашла всего полчаса назад, а до этого весь день была там, в настоящей жизни. Утром внуки пришли проведать, потом ходила голосовать…

– Погоди! Голосование же в воскресенье, девятнадцатого, а сегодня суббота?

Она взглянула на него удивлённо:

– Суббота была вчера, Артём. Ты запутался.

– Блин! Значит, не полдня пропало, а полтора, пока я перемещался… Побочная хрень какая-то… А может, Ушкуйник, сволочь, что-то наколдовал, чтобы замедлился переход…

– Прости, не понимаю, о чём ты.

– Ладно, не суть… Надеюсь, управлюсь до новолуния – два дня в запасе… Надо найти этого ушлёпка…

– Артём, – сказала Звезда, – ты еле на ногах держишься. Присядь на пару минут. Я принесу деньги, а заодно – ещё один эликсир, он укрепляет силы… И, пожалуйста, не спорь со старшими!

– Ладно…

Она вышла из гостиной, а он опустился в кресло. Хозяйка была права, допинг не помешал бы – самочувствие ухудшалось с каждой минутой. Магический прыжок из реала истощил все резервы бодрости, глаза сами собой закрывались.

– Артём, ты спишь?

– А? Нет-нет, Звезда, всё нормально.

– Вот, выпей.

Откупорив флакон из фиолетового стекла, он залил в себя содержимое. Вкус был престранный – словно горчица с сахаром.

– Подействует примерно через минуту, – сообщила Звезда. – Пока не вставай. А это – на закуску тебе.

Она дала ему бутерброд с бужениной, огромный и восхитительно пахнущий. Увидев его, Артём и вправду почувствовал зверский голод. Впился зубами в мясо, едва не рыча от жадности. Сказал с набитым ртом:

– Вещь… Спасибо тебе ещё раз…

– Что дальше-то собираешься делать?

– Придётся импровизировать, ориентироваться по ходу… Без понятия, что здесь будет, но явно – какой-то масштабный кипеш… Игра меняется…

– Не только игра. Снаружи тоже что-то такое чувствуется, прямо витает в воздухе. На участке, где я голосовала, все были возбуждённые…