Текст книги "Его собственность (СИ)"
Автор книги: Лекси Смит
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц)
Глава 3
Артём чуть склонил голову, изобразив приветствие. Инвесторы какое-то время скептически разглядывали его, потом младший из них спросил без всяких потуг на вежливость:
– И в чём особенность?
– Уникумы вроде Артёма, – пояснил шеф, – полностью сохраняют в игре свою реальную память. Как им это удаётся – вопрос, как говорится, на миллион долларов. То есть понятно, что на результат влияют индивидуальные свойства мозговой деятельности, но вот какие именно? Нейрофизиологи пытаются разобраться, но пока безуспешно. Артём и ему подобные регулярно подвергаются комплексному обследованию…
– И много у вас таких уникумов?
– Можно пересчитать по пальцам.
– Как выглядит их работа?
В другой ситуации Артём мог бы, пожалуй, и оскорбиться тем, что его обсуждают как какой-нибудь предмет мебели или товар на рынке, но сейчас ему было всё равно. Он устал, и его, несмотря на выпитый кофе, клонило в сон (в настоящий сон, в смысле, без всякого лежания в коконе и погружения в виртуальность). Инвесторы с их циническим интересом не столько злили его, сколько утомляли и вызывали нечто вроде брезгливости. Шеф между тем втолковывал:
– Артём и его коллеги должны найти залипшего игрока и подсказать ему, что вокруг – виртуальный мир. Подсказку эту залипший должен получить в разговоре лицом к лицу, с соблюдением всех игровых условностей. Только в этом случае он не сможет проигнорировать информацию.
– Мутновато, – пробурчал молодой, – танцы с бубном какие-то. И что, много времени всё это отнимает?
– А вот давайте и спросим у непосредственного участника. Артём, расскажи, пожалуйста, о последней миссии – можно с подробностями, только без имён.
Сообразив, что обратились к нему, Артём кое-как отогнал сонливость, сел прямо и сказал:
– Ну… Залипла одна дамочка из Петрозаводска… Подавила воспоминания о реальности – и её магические способности в игре сразу попёрли вверх. Она ведь искренне считала себя самой крутой ведьмой на районе… То есть, простите, в графстве…
– Значит, – перебил старший гость, – любой залипший становится сильнее? Это общая закономерность?
– Да, – подтвердил Артём. – Психологические барьеры снимаются, ну и вот… Но насчёт этого – лучше у психологов спросить, почему и как. Меня-то больше волнуют внешние проявления. Вот как у этой ведьмы – у неё вокруг башни такие спецэффекты пошли… И пейзаж начал перерождаться, и климат… Крестьяне окрестные разбежались… Причём в эту башню мы даже заглянуть не могли – прямо аномальная зона… Пока наши наблюдатели разобрались, кто там буянит, пока подтвердили факт залипания… Короче, в конце концов послали туда меня – я уже был в игре, как раз заканчивал другое задание. Получил инструкции и рванул к этой ведьме в гости. Ближайший портал там – в столице графства. Я прошёл через портал, а дальше ехал верхом…
– Почему вас не телепортировали непосредственно в башню?
– Говорю же – аномальная зона, внешнее управление там не действовало. Ну вот, добрался я туда своим ходом, вызвал ведьму на поединок, посмотрел ей в глаза и говорю – так и так, мол, пора на выход…
Он замолчал, и повисла пауза. Инвесторы опять обменялись взглядами, потом встали:
– Нам надо обсудить услышанное и проконсультироваться. Давайте продолжим завтра с утра.
– Разумеется, – сказал шеф и тоже поднялся. – В любое время к вашим услугам.
Артём дождался, пока инвестиционные волки покинут переговорную, после чего спросил:
– Что, Станислав Борисович, реально перцы с деньгами?
– Ты даже не представляешь, – буркнул начальник и, снова присев за стол, потёр седеющие виски. – Если они в нас вложатся, то… Но разговоры про деньги у них – с нашим генеральным, а со мной – про саму игру… Причём у меня ощущение, что про баги эти ребята знают не хуже нас, но всё равно расспрашивают… В общем, ладно, проехали. И не трепись на эту тему ни с кем, понятно?
– Не буду, Станислав Борисович, вы же знаете.
– Знаю, поэтому и говорю как есть. Ты у нас – товарищ проверенный. Стоял, можно сказать, у истоков…
Артём подумал – а ведь действительно, пять лет пролетели быстро, компания разрослась. Теперь даже с трудом верится, что когда-то в виртуальном пространстве был один-единственный городок…
– Ну-ка, – сказал шеф, – давай глянем, что ты сегодня наворотил.
Он взял планшет и синхронизировал его с настенным экраном, где спустя несколько секунд появилось изображение – та самая долина, через которую недавно ехал Артём (точнее, Снегирь). С высоты птичьего полёта территория вокруг башни была похожа на чернильную кляксу. Развалины неприятно чернели в центре.
– Справился хорошо, – похвалил начальник, – но вообще ситуация неприятная. Слишком резко эта Глузякина окрутела, сила нарастала по экспоненте. Если бы мы не вмешались, тётка через неделю могла бы загадить весь континент… Раньше до такого не доходило…
– Да, – подтвердил Артём. – Раньше как-то всё поскромнее выглядело. А программисты что говорят?
– Программисты тихо охреневают. Дело, Артём, серьёзнее, чем ты думаешь. Есть ощущение, что виртуальность потихоньку выходит из-под контроля. Пока это ещё не тенденция, а только намёк – но намёк достаточно явный. Более того…
Он замолк, будто был не до конца уверен, нужно ли обсуждать эту тему. Но всё-таки продолжил:
– В общем, можно предположить, что кто-то целенаправленно нам мешает. Там, в виртуальном мире.
Артём недоверчиво хмыкнул, потом осторожно уточнил:
– Конкуренты? Каким же образом? Я ещё понимаю – напакостить нам в реале, но внутри игры – это как вообще? Серверы-то у нас под контролем…
– Вот мы и ломаем голову. В реале специалисты уже работают, а в игре – разбираться придётся нам. Уточняю: «нам» в данном случае означает «тебе».
– Спасибо, я догадался, – буркнул Артём. – Вы ж не просто так со мной завели беседу…
– Подробные инструкции – завтра. А пока – поезжай домой, отдохни. И не напивайся сильно – с утра ты мне нужен со свежей головой.
– Ясно.
Артём уже подошёл к двери, когда шеф сказал ему вдогонку с иронией:
– Если пойдёшь за пивом, то не ломись в закрытые магазины. А то ведь могут и ментов вызвать. У нас же тут не игра.
– Не понял? – обернулся Артём. – Это вы на что намекаете?
– Да просто логи смотрю. Ты по пути к ведьме остановился на покинутом постоялом дворе и пробыл там десять минут. Коньяк тырил?
– Почему «на покинутом»? Хозяин на месте был, колоритный такой степняк. Он меня позвал – ну, я и решил потратить несколько минут, расспросить его по-быстрому, как оно там, в окрестностях.
Начальник снова вгляделся в экран планшета:
– Ты, Артём, что-то путаешь. Никаких степняков там быть не могло. Хозяева постоялого двора – супружеская пара стандартной внешности. И они сбежали ещё вчера.
***
– И снова не понял, – пробормотал Артём. – Значит, этот чувак зачем-то притворился хозяином, угостил меня грогом… Хорошо, кстати, притворился, у меня и тени подозрения не возникло… Но ради чего всё это? Никаких секретов он не выпытывал, агрессии не проявлял… Задержал меня совсем ненадолго, на результат поездки это не повлияло вообще никак…
Шеф нахмурился, продолжая считывать информацию:
– Слушай, Артём… Ты как себя вообще чувствуешь? Голова не болит? Соображаешь нормально?
– Станислав Борисович, не пугайте меня. В чём дело?
– На постоялом дворе, судя по сохранённым файлам, ты был один. Совершенно один, подчёркиваю. То есть ни с кем говорить не мог.
– Да ладно вам. Мне, по-вашему, почудилось, что ли? Я, правда, его личные данные почему-то сразу не глянул… Как-то в голову не пришло… Но вы же запись можете посмотреть, какие проблемы?
– Сохранились только системные логи. Видеозапись отсутствует – шли сильные помехи от башни.
Артём ощутил унизительную растерянность. Никаких доказательств того, что разговор на постоялом дворе действительно имел место, у него нет. Но сам-то он отлично всё помнит! И полированную деревянную стойку, и блеск бутылок, и насмешливый голос хозяина-самозванца…
Он попытался ещё раз прокрутить тот разговор в памяти – и скривился от боли, будто получил удар по затылку. Пошатнувшись, он услышал обеспокоенный голос шефа:
– Артём! Ну-ка посмотри на меня!
Сфокусировать взгляд удалось с некоторым трудом. Несколько мгновений Артём стоял, глубоко дыша. Боль постепенно отступила, самочувствие пришло в норму.
– Значит, так, – сказал шеф, – давай-ка бегом на экспресс-обследование.
– Меня Сёма уже проверил…
– Сёма всего лишь оценил общее состояние. А сейчас ты пойдёшь в медблок, где серьёзный сканер. После этого – домой, отдыхать. От погружений я тебя временно отстраняю. Считай, что у тебя внеплановый отпуск.
– Но вы же только что говорили – с утра надо на инструктаж…
– Артём, по-твоему, я могу отправить на задание человека, который страдает галлюцинациями?
Так и не придумав, что возразить, Артём поплёлся по коридору к лифту. Вяло подумал, что отпуск – это не так уж плохо. Лишь бы отпуск этот плавно не перешёл в увольнение…
В медблоке всё сверкало стерильной, неестественной белизной. Плафоны на потолке светили раздражающе-ярко. Дежурила, как назло, не симпатяжка Леночка, а пожилая мымра Зоя Кондратьевна. Посмотрев на Артёма так, будто он оторвал её от чрезвычайно важного дела, она велела ему сесть в кресло и нацепить шлем-сканер.
Приборы едва слышно гудели. Зоя Кондратьевна молча стояла рядом, глядя на монитор. Артём от нечего делать попытался прочесть название журнала, лежащего на столе в противоположном углу. Что-то про дачу, кажется. На обложке – тётка в панаме рядом с разлапистым цветущим кустом.
Запиликал допотопный мобильник, валявшийся по соседству с журналом. Докторша взяла его, недовольно буркнула:
– Да, Станислав Борисович. Как раз заканчиваю сканирование. Результаты? Не вижу никаких отклонений. Здоров как Буратино… Нет, с нашими ресурсами ничего тут больше не выяснишь – я ведь сколько раз уже говорила, что нужно новое оборудование… А? Да, всё поняла. До свидания.
Закончив разговор, она бросила Артёму:
– Свободен. Станислав Борисович сказал – если что, позвонит и вызовет.
Не добившись от неё больше никаких пояснений, он попрощался, спустился на первый этаж и вышел на улицу. Уже стемнело; погода стояла мерзкая – мартовский ветер выл, не переставая, швырялся в лицо не то мокрым снегом, не то ледяным дождём.
Фонари моргали сквозь беловато-серую пелену. Дорога превратилась в полужидкое месиво – машины, заполошно сигналя и заплёвывая друг друга, рывками ползли в направлении светофора. Артём подумал, что пробки сегодня – образцовые, почти как в Москве; прикинул с тоской, сколько займёт поездка, если он сядет сейчас за руль. А сначала ведь надо ещё дойти до стоянки – она тут расположена неудобно, не прямо возле здания, а чуть в стороне…
Послышался звон, и мокрую мглу раздвинул краснобокий трамвай. Номер было не рассмотреть, но Артём знал – чаще всего тут ходит восьмёрка, на которой можно доехать прямо до дома.
Разбрызгивая лужи, он сделал корявый спринтерский рывок и успел-таки вскочить на подножку. Облегчённо перевёл дух – и только после этого вспомнил, что завтра утром он сюда не вернётся, поскольку отстранён от работы. А машина осталась тут – глупо получилось…
Но трамвайные двери уже закрылись, и дёргаться было поздно.
Артём мысленно махнул рукой, протиснулся к заднему окну, посмотрел на улицу – и чуть не матюкнулся на весь трамвай.
Под фонарём стоял тот самый степняк-трактирщик.
Одет он был, правда, не как в игре – сейчас на нём были джинсы и куртка-аляска с меховым капюшоном. Зато лицо с желтовато-охряными, чуть светящимися глазами узнавалось сразу и безошибочно.
Он смотрел прямо на Артёма.
Ущипнув себя за запястье, Артём тряхнул головой и снова уставился за окно – но тип из игры как раз в этот момент отвернулся. Край капюшона полностью скрыл лицо, да и трамвай отъезжал всё дальше – силуэт на обочине постепенно растворялся во мгле.
Артём прислонился лбом к замызганному стеклу и принялся мучительно размышлять, насколько далеко уехала его крыша и как бы её вернуть на прежнее место. Если мыслить рационально, ты вывод прост – степняк ему померещился. Переутомление, все дела…
Но слишком уж ясно он разглядел желтоглазого.
Зайдя в продуктовый возле дома, он купил полбатона ветчинной колбасы и буханку белого хлеба, уже разрезанную на ломтики и завёрнутую в целлофан. Ещё взял двухсотграммовую фляжку дешёвого коньяка с тремя звёздочками. Ценителем элитного алкоголя он никогда не был, а сейчас просто хотелось выпить.
Поднялся в квартиру, прошёл на кухню. Сделал себе бутерброд, плеснул коньяк в рюмку. Выпил одним глотком, закусил.
Вроде полегчало.
Артём подумал не без цинизма – хорошо хоть, с подругой Сонькой он окончательно расплевался ещё неделю назад. Семейная разборка с воплями и упрёками в пьянстве пришлась бы сейчас некстати.
На кухне было уютно, уходить не хотелось. Продолжая жевать, он включил маленький телевизор, закреплённый на кронштейне в углу. Дикторша центрального канала затарахтела:
– Президент Российской Конфедерации Михаил Кирьянов провёл сегодня в Кремле переговоры с главами пяти крупнейших транснациональных концернов, работающих в нашей стране. Он подчеркнул, что сотрудничество с международными деловыми кругами является неизменным приоритетом национальной политики. Глава государства выразил надежду, что и бизнес-сообщество, в свою очередь, будет придерживаться принципов транспарентности и открытости…
Хмыкнув, Артём переключил канал. В спортивной студии комментаторы с унылыми лицами обсуждали, почему столичный «Спартак», в кои-то веки продравшись сквозь групповой этап Лиги чемпионов, в одной восьмой финала продул не только выездной матч, но и домашний тоже.
Артём ещё раз нажал на кнопку и попал на местные новости. Ведущая здесь была, пожалуй, даже посимпатичнее, чем москвичка. И помоложе, кстати. В её исполнении текст звучал несколько по-детски, зато эмоционально – так, словно она и впрямь переживала насчёт того, что подсказывал ей телесуфлёр:
– …повышение интереса к нашему региону. Об этом сообщают источники, близкие к администрации области, комментируя заявление президента. В частности, по их данным, корпорация Джей-Кью-Эйт изучает возможность крупных инвестиций в проекты, которые у нас успешно реализуются. Конкретных деталей источники пока не назвали…
Артём задумался. Ему вспомнились давешние волки-инвесторы, приходившие в офис. Может, они и правда из Джей-Кью-Эйт? Это была бы запредельная крутизна. Тогда их надо уже не с волками сравнивать, а с акулами, с гигантами-кашалотами. Или сразу с Великим Кракеном…
Кормовая база у них огромна – телекоммуникации, софт, причём самый разнообразный. Так почему бы не прикупить и перспективную многопользовательскую игрушку? Пусть даже игрушка эта раскрутилась пока только в России. Они-то как раз, если захотят и увидят потенциал, запросто её выведут на международный рынок.
Да, теоретически такое возможно.
Если только не подтвердятся слухи, что игра выходит из-под контроля…
На экране тем временем опять замелькали кадры с кремлёвской встречи. Председатель правления Джей-Кью-Эйт там тоже присутствовал – маленький, сухой, остролицый. Дождавшись очереди, вежливо пожал руку президенту Кирьянову.
Президент смотрел устало и хмуро.
Примерно такой же взгляд, как вспомнилось Артёму, имел последний генсек, когда красный флаг над Кремлём спустили, а Союз, дотянувший до девяносто восьмого года, всё-таки рухнул, рассыпался на осколки. И впервые прозвучала сакраментальная фраза про «внешнее управление»…
Артём выключил телевизор, перешёл в комнату и лёг на диван. Мысли продолжали роиться назойливо и бессвязно. То выныривала из памяти ведьма, то насмешливо ухмылялся степняк, то прищуривались инвесторы. Оплывала башня-свеча, мигал медицинский сканер, трамвай уползал в холодную мглу.
Заснуть удалось лишь ближе к полуночи.
А утром раздался телефонный звонок.
Глава 4
Артём с удивлением уставился на смартфон, который от нетерпения вибрировал и елозил по прикроватной тумбочке. На экране высветился номер Станислава Борисовича. С чего вдруг? Вчера же было сказано – отпуск…
– Алло.
– Значит, так, Артём. – Голос шефа звучал встревоженно. – Обстоятельства изменились, твои каникулы отменяются. Ноги в руки – и на работу, я жду тебя у Сёмы.
– А что случилось?
– Если коротко – форс-мажор. Приедешь – объясню, что и как. Всё, давай, не тормози. Выдвигайся.
Шеф отключился. Артём ещё несколько секунд таращился на потемневший экран, потом прошлёпал в санузел. Полюбовался на морду в зеркале, заросшую трёхдневной щетиной. Подумал мстительно – а вот хрен вам, бриться не буду. Сказали – срочно, ну и не жалуйтесь…
Ночью подморозило, причём сильно, и улица превратилась в каток. Оскальзываясь на каждом шагу, Артём кое-как добрался до остановки. Сообразил, что время – самое неудачное, утренний час пик. Асфальтовый пятачок возле рельсов был переполнен. Хмурые работяги, сонные школьники, тётки-пенсионерки в бесформенных серых пуховиках (вечная загадка – почему этим тёткам приспичило ехать куда-то именно утром, когда повсюду толпы народа). Ярким пятном выделялась разве что девица-студентка в кислотно-розовой курточке и ультракороткой юбке – подрагивала от холода, пристукивая каблучком по асфальту.
Трамвай наконец подъехал. Токоприёмник царапал обледенелые провода, разбрызгивая багряно-жёлтые искры. Артём втиснулся в салон и прикрыл глаза, жалея, что не захватил наушники. Пенсионерки справа что-то бубнили о предстоящем повышении цен. Худой мужичонка слева пихался костлявым локтем и шмыгал носом.
Реальный мир брал Артёма в клещи.
Остро захотелось нырнуть в спасительный кокон.
Дождавшись-таки своей остановки, он продрался к выходу. Вздохнул с облегчением и зашагал к офисному центру, где компания арендовала два этажа.
– Чего так долго? – спросил Станислав Борисович. – Просил же – быстрей!
– Как смог. Извините.
– Ладно, слушай сюда. Мне через десять минут – опять в переговорную к этим. А ты сейчас – обратно в игру. Погружаешься и сразу едешь в Тень-город. Твоя задача – разыскать персонажа с никнеймом Бакенщик. Он должен где-то там ошиваться, если информация достоверная…
– Погодите, что значит – должен? Вы что, из реала не можете посмотреть, где он сейчас конкретно?
Шеф тяжело вздохнул, снял очки и потёр переносицу:
– В том-то и проблема, Артём. Бакенщик – не игрок и не НПС. Он не зарегистрирован. Понимаешь? Отсутствует в нашей базе! Мы не видим его. А о том, что он вообще существует, знаем только со слов других игроков.
– Слушайте, шеф, вы меня простите, но это какая-то голимая мистика.
Станислав Борисович не ответил – лишь мрачно посмотрел на Артёма. Тот несколько смешался, взял паузу, после чего спросил осторожно:
– Ну, раз другие игроки с ним общались, то хоть фотка его должна быть? Скриншот же кто-нибудь сделал?
– Пытались сделать, но без толку. Получается брак – какие-то пятна вместо изображения. И в логах тоже лакуны. Вот только не спрашивай, как это может быть! Я без понятия! И устного описания тоже дать не могу. Никто из тех, кто с ним говорил, не запомнил внешних примет. Как будто гипноз какой-то включается.
– Офигительно. И как быть?
– Прояви смекалку! Это вообще-то твоя работа – разрешать нестандартные ситуации. Повторяю задание – ты его находишь и выясняешь, что кто он такой, как проник в игру и что ему надо. А ещё – что он знает о закупорках, которые происходили недавно.
– А почему он должен что-нибудь знать?
– Он, по слухам, общался с несколькими залипшими. В том числе – с твоей ведьмой, которая Повилика Шестая.
– Восьмая вроде.
– Да пофиг. Главное, что он якобы ездил к ней неделю назад. До меня эта информация дошла буквально сегодня ночью… Короче, Артём, ты понял? Вопросы есть?
Вопросов у Артёма имелась целая куча. Но, во-первых, он понимал, что конкретных ответов всё равно не последует (собственно, за ответами его и посылают в игру). А во-вторых, шеф уже поглядывал попеременно то на часы, то на дверь. Время, похоже, действительно поджимало.
– Ладно, Станислав Борисович. Отправляюсь.
– Да, и ещё. О результатах докладываешь мне устно. Отчёт официально не оформляешь. Понял?
– Угу. Всё серьёзно?
– Более чем. Удачи.
Медлить Артём не стал. Выйдя от шефа, сразу направился на своё рабочее место, в зал игровой загрузки. Разделся, улёгся в кокон. Сработали захваты – теперь он не смог бы пошевелиться. Надвинулась полупрозрачная крышка – сквозь неё было смутно видно, как техник Сёма изучает показания на экране и вводит команды с клавиатуры.
На внутренней стороне крышки замерцали цифры – пошёл обратный отсчёт.
Десять секунд до погружения.
Девять.
Восемь…
Артём ощутил головокружение и лёгкую тошноту.
Реальный мир подёрнулся рябью и потускнел.
Потом в этих тусклых сумерках возникла яркая точка, будто засветилась звезда. Она призывно мерцала, звала к себе. Он мысленно потянулся к ней и почувствовал, что скользит сквозь пространство. Разум пытался протестовать, напоминая, что тело заперто в коконе, но восторг от скольжения уже захлестнул Артёма. Звезда сверкнула, вспыхнула с утроенной силой, серебряный свет залил всё вокруг.
Артём-Снегирь задержал дыхание…
…и шагнул из портала.
Его появление в игровом пространстве не произвело фурора. Разве что крепыш с живописным шрамом на морде и с мечом за спиной зыркнул из угла портального зала, а миниатюрная брюнетка, листавшая фолиант с адресами, вежливо улыбнулась. Брюнетке Снегирь улыбнулся тоже, на крепыша взглянул с подчёркнутым равнодушием – и шагнул на залитую солнцем улицу.
Впрочем, строго говоря, павильон с порталами стоял не прямо на улице, а слегка на отшибе, на пологом холме. Площадка перед входом была вымощена брусчаткой и отделялась от склона изящной каменной балюстрадой. Снегирь, облокотившись о перила, окинул взглядом окрестности.
Вид ему открылся не хуже, чем на открытке. Городок, приютившийся у холма, утопал в белой пене яблоневых садов. Меж крон виднелась разноцветная черепица, изумрудно зеленели лужайки. Река за дальней околицей вальяжно посверкивала золотыми солнечными чешуйками.
У балюстрады, на которую опирался Снегирь, цвели ромашки и колокольчики. Над ними гудели шмели, мохнатые и солидные, но к перилам не приближались. Покусанные клиенты были разработчикам ни к чему.
Здесь, в этой части материка, времена года сменялись, как и положено. Но, разумеется, с поправкой на пожелания почтеннейшей публики. Если уж зима – то пушисто-белая, с деликатным морозцем и уютным потрескиванием поленьев в каминах. Если осень – то золотая, фруктово-сладкая. Ну а если весна – то кипенная, пьянящая, буйная. Вот как сейчас примерно…
Городок стоял на пересечении трёх дорог. Широкий тракт с верстовыми столбиками уходил на юго-запад, в столицу. В том направлении как раз выдвигался небольшой компактный обоз – волы, телеги, несколько верховых. Другая дорога шла на восток, где искрились вершины Корундового Хребта. И, наконец, на север вёл ещё один наезженный путь; пункт назначения виднелся у горизонта – бледное сероватое марево, которое чуть заметно подрагивало. Марево это вызывало смутное беспокойство и несколько нарушало благостность окрестных пейзажей.
Там, на севере, и находился Тень-город – место, пользующееся весьма сомнительной репутацией. Туда съезжались те игроки, которым не хватало разгула и приключений в большинстве стандартных локаций. Город слыл оплотом авантюристов, адреналиновых наркоманов и конченых отморозков.
Попасть туда напрямую через порталы было нельзя. Точнее, порталы-то там имелись – но прежде чем получить к ним доступ, путешественник обязан был въехать в город по обычной дороге. Тратя на это пару лишних часов, он волей-неволей задумывался – а нужно ли вообще соваться в Тень-город?
Снегирь в городе уже бывал, и далеко не единожды, но с момента последнего посещения прошло больше трёх месяцев. При таком большом перерыве система обнуляла статистику. То есть сейчас Снегирю предстояло добираться туда без всякой телепортации, как обычному новичку.
А значит, требовалось средство передвижения.
***
Он спустился по тропинке с холма и зашагал к конюшне, которая располагалась поблизости, за деревьями. Ветерок, напоенный цветочными ароматами, игриво лизнул в лицо и взъерошил волосы.
– А, Снегирь! Какими судьбами?
Хозяин конюшни приветственно помахал рукой. Мужик он был колоритный, с юмором – не НПС, а настоящий игрок. В реале – ветеринар-недоучка, фрилансер, едва сводящий концы с концами, в игре же – уважаемый гражданин, богатый делец, с которым за руку здоровается сам бургомистр.
– Привет, Айболит. За транспортом к тебе.
– Это само собой. Выбирай на вкус. Но сначала, может, винца?
– Уговорил. Давай.
Они сели за деревянный столик под огромным кустом черёмухи. Высокая грудастая девка принесла кувшин и глиняные, подчёркнуто-простецкие кружки. Снегирь сделал глоток, кивнул:
– Нехилый тут у вас винодел.
– А ты думал. Десятый ранг.
Ранги, они же уровни, заслуживались в игре с изрядным трудом. И ценились намного выше, чем в какой-нибудь стандартной стрелялке. Перейти на второй десяток удавалось лишь очень опытным игрокам. А самый крутой персонаж, с которым сталкивался Снегирь, имел семнадцатый ранг – тёмный маг-отщепенец, личный враг четырёх клан-лидеров побережья (задрот из Бутово, сын директора торгового центра).
Какой уровень был у владельца конюшни, Снегирь навскидку не помнил. Заинтересовавшись, уставился ему в переносицу, сосредоточился и коротко шепнул:
– Справка.
Над головой у собеседника замерцали зеленовато-синие искры – они сложились в слова: «Никнейм: Айболит-с-Района. Раса: человек. Класс: торговец. Специализация: фауна. Ранг: 8». Дальше шли служебные пометки, которые обычный игрок не смог бы увидеть.
– Чего вылупился, Снегирь?
– Да так, любопытствую. Кстати, раз уж речь зашла… Индивидуальный кокон эр-эм триста двадцать дробь сорок шесть. Бонус-пауза.
Автоматические сигналы, о которым шеф вчера толковал инвесторам, посылались игрокам каждые два часа. На несколько минут человек отчётливо и ясно осознавал, что вокруг – игра. Чтобы это не становилось шоком, мозг аккуратно сглаживал информационные перепады. Играющему казалось, что он просто отвлёкся от очередного квеста и задумался о жизни вообще, о собственной роли в мире. А затем воспоминания из реала снова отступали на второй план, становились подспудными.
Но ещё можно было дать внеплановый импульс, что и сделал сейчас Снегирь, назвав номер кокона. Собеседник застыл на миг, прислушиваясь к себе, потом усмехнулся и подлил ещё вина в кружки. Спросил:
– Как там в Москве погода? А то я уже сутки не вылезал.
– Мороз. Как и на всей европейской части.
– Вот блин. Возвращаться реально влом. Будь моя воля – вообще сюда бы переселился. Если б ещё бабло разрешили в реал выводить без ограничений, по нормальному курсу…
– Ага, раскатал губу.
– Помечтать нельзя? И, кстати, у меня чувство, что ты не просто так со мной квасишь. Спросить чего-то хотел?
Снегирь кивнул:
– Ты тут – на бойком месте, в курсе местной движухи. Может, подскажешь – чувак с ником Бакенщик мимо не проезжал?
– Нет, – сказал Айболит, подумав. – Хотя сам ник доводилось слышать. Мутный какой-то тип. И слухи невнятные – вроде рейд сорвал Черепам недавно. Но без подробностей почему-то…
Снегирь, продолжая слушать, зашёл к Янтарным Черепам на клановый форум. Там и правда с пеной у рта обсуждали несостоявшийся рейд, но Бакенщик не упоминался ни разу. То ли рядовые бойцы про него не знали, то ли имя попадало под блок.
– Слушай, – продолжал Айболит, – а чего ты сам не пробьёшь его через поиск? Ты ж из Птичьего Ордена, у вас вся инфа…
– Долго объяснять. Свои заморочки, – буркнул Снегирь. – Но ты мне помог, спасибо. Держи плюс двадцать пять к репутации. А вообще, мне уже ехать пора. Пошли посмотрим твоих коняшек.
Выражение лица у хозяина неуловимо переменилось. Теперь он снова ощущал себя дельцом, а не лузером из реала. Сделав приглашающий жест, он повёл гостя к стойлам.
Снегирь вообще-то не очень любил животных.
В реальной жизни у него не было ни кота, ни собаки, ни даже плохонькой аквариумной рыбёшки. Он совершенно не понимал, как можно просыпаться в несусветную рань, чтобы выгулять какого-нибудь блохастого дармоеда. А потом помыть ему лапы, накормить, поменять лоток – и что там ещё положено…
Нелюбовь эта, будучи составной частью его натуры, перенеслась и в игру. Так что обзаведение личным петом было ему противопоказано. При необходимости он брал напрокат коня – и без всякого сожаления бросал его, завершая очередную миссию. Благо лошадки были смышлёные и возвращались в стойла самостоятельно, если дать им соответствующую команду.
Зато для тех пользователей, которые в зверушках души не чаяли, игра была настоящим раздольем.
В конюшне у Айболита, вопреки названию, содержались не только кони. Имелись тут и тягловые волы (массивные, угрюмо сопящие), и охотничьи псы (поджарые, зубастые, резкие), и почтовые голуби (сизые, суетливые, лупоглазые ), и даже саблезубый медведь для полного счастья. Если бы дело происходило в реале, вонь стояла бы до небес. Но разработчики смилостивились – фауна хотя бы не гадила. Только мычала, лаяла, порыкивала и дальше по списку.
– Тебе какой вариант? – спросил Айболит. – Чтобы побыстрее доехать? Или подраться тоже?
– Без драки, пожалуй, не обойдётся. Но совместимость у меня, сам знаешь, фиговая, так что боевое зверьё – в пролёте. Стандартный резвый скакун – и хватит.
– Форсаж-галоп нужен?
– Да, обязательно.
– Тогда бери вон того.
Хозяин указал на рыжего жеребца – тот маялся в дальнем стойле, а при виде клиента фыркнул с долей презрения. Снегирь пожал плечами:
– Ладно, сойдёт.
– Надолго арендуешь?
– Не знаю. Ориентировочно – пара дней. Да, кстати, ещё карту Тень-города дай, пожалуйста.
Выехав за околицу, он сразу послал скакуна в галоп. Для рядовых игроков форсированный режим был недешёвой дополнительной опцией, но Снегирь привычно воспользовался преимуществами своего положения. Конь рванул во всю прыть, ветер хлестнул навстречу, пейзаж по обеим сторонам дороги чуть смазался. Вёрсты дробились под копытами, пыль поднималась шлейфом, минуты свистели мимо.
Скачка заняла полчаса. Лишь однажды за это время Снегирь ненадолго притормозил, чтобы присмотреться к картине, открывшейся по левую руку. В распадке между холмами чернело выжженное пятно радиусом в сотню шагов, и там, в самом центре этой угольной черноты, лежал скелет гигантского ящера. Зияли пустые глазницы, торчали обломки рёбер. Хребет был перебит в двух местах. Тварюгу, похоже, колошматили долго, целенаправленно и с размахом. Причём происходило это совсем недавно – земля под скелетом до сих пор немного дымилась. Судя по сиреневому оттенку, это был не обычный дым, а остаточные токсичные испарения какой-то алхимической дряни.
