Текст книги "Последний ангел (СИ)"

Автор книги: Лекса Перышкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

– Дани?! Ты тут?

Демоненок часто закивал головой:

– Я застрял тут, не смог вернуться.

У Юки внезапно задрожали губы. Он смотрел на красноглазого демоненка и не мог сказать ни слова.

– Ты что, плакать надумал? – Даниэс наклонился над ним и внимательно посмотрел в глаза.

Задавив в себе эмоции, Юки успокоился, привел сердцебиение в порядок:

– Прости, Дани. Я не успел тебя вытащить отсюда.

– Перестань! – Даниэс махнул рукой – Даже если бы успел, я бы все равно не выжил. Ты лучше послушай, что тебе расскажет Роир.

– Да, слушай Никита. – Роир дождался, когда Дани присядет рядом и продолжил – Когда ты был младенцем, я спрятал тебя в одном из отражений земли, подкинул людям, оставив только записку с именем Никита. Твоя родина не там, Икинтар, она тут. И да, тебя зовут Икинтар.

– Минуточку! – Юки вскинул руки в останавливающем жесте – Тут жили ангелы, а я на вас ничуть не смахиваю.

– Нет, ты не ангел. – улыбнулся Роир-Мирами правят демиурги, они играют судьбами своих творений, их не касаются наши страдания, наши молитвы не долетают до ушей наших творцов. Но твой отец таким не был, он не участвовал в играх собратьев, он слушал мольбы, он был милосерден, понимаешь? И это раздражало других демиургов. Они затеяли игру и убили его, разумеется, чужими руками.

– Чьими же? – хрипло выдавил Никита – не каждый день услышишь, что твой родной отец был демиургом. Не доверять ангелу не было причин, как и у ангела не было причин лгать. Мертвые не лгут.

– Ниас. Он родился почти три тысячи лет назад и погиб на войне с демонами около тысячи лет назад. Ниас был знаменитым полководцем. В те времена битвы за миры были ужасающими. Кровь обеих сторон текла реками, кровь невинных существ из рек собиралась океаном. Ты видел когда-нибудь гномов, фей или, например, кентавров с драконами?

– Нет. – завороженный рассказом, медиум покачал головой.

– Это потому, что их расы сильно пострадали в тех войнах. Беспричинная жестокость и убийства тогда были обычным явлением. С тех пор они живут замкнуто, не показываются и чужаков не любят. Только люди, самые плодовитые, быстро оправились, расселились практически по всем мирам и все забыли.

– Ты сказал, что знаешь Ниаса. Но как так? Он же был полководцем прошлого?

– Ангелы живут долго, я его единственный потомок, внук. И то вышел случайно, если бы не ошибка Ниаса, то не было бы сына и моего отца. Ниас погиб, когда я был маленьким, но я его хорошо помню.

– Так, минуточку… – Юки уронил голову на руки и принялся отчаянно тереть виски, словно у него болела голова – Если он погиб тысячу лет назад, то кто сейчас бродит под его именем?

– Он сам. Они вернули его. Все что ты сейчас видишь – его рук дело.

– Хочешь сказать, он все здесь уничтожил?

Роир кивнул.

– Как такое возможно?

– Ниас и при жизни обладал ужасающей силой, не рождалось еще ангела сильнее его. Они подменили ему память, он взбесился и сотворил все это.

– И ты… – Юки скосил глаза на развороченную грудную клетку собеседника.

– Да. Я успел спрятать тебя, прежде чем мой дед вырвал мне сердце.

– Но ты же его внук!

– Он этого не знал, он не понимал, что делает. Им игрались демиурги, убившие твоего отца его руками. Уверен, что сейчас Ниас совсем ничего не помнит, а отправить его назад, где и положено быть мертвым, у них силенок не хватает. Иногда творцы создают то, что легко может уничтожить их самих.

– И чье же создание этот монстр? – задал справедливый вопрос Никита.

– Он не монстр. – обиделся за деда Роир – Его сделали таким. И ангелов, и этот мир создал твой отец.

– А кто моя мать?

– Она была богиней нижнего мира, распределяла умершие души по мирам и телам. Сейчас ее тоже нет. Ее убили, когда искали тебя, думали, что это она тебя спрятала. Ее обязанности выполняет сейчас ее дочь, твоя старшая сестра по матери. И налаживать контакт с ней не советую, она тебя ненавидит. А ты еще не вырос как творец, хотя способности матери у тебя с рождения. Знал, что можешь переправлять души в новые жизни?

– Нет, я ничего не знал. И это кажется мне бредом. Я Никита Снежкин по прозвищу Юки, обычный человек, пусть и медиум. Мне нет никакого дела до ангелов, демонов, богов и демиургов!

– У него истерика. – заметил Даниэс.

– Я понимаю. – Роир смотрел на Юки сочувствующе – Но, тем не менее, это не меняет того, что он Икинтар, сын демиурга и богини. Слышишь? Ты должен принять этот факт.

– Может, ты меня с ним перепутал, а?

– Нет. – Роир смотрел твердо – Это точно ты, я узнал тебя с первого взгляда. Можешь сам все увидеть. – и он протянул медиуму руку.

Юки несколько мгновений смотрел на протянутую к нему длань с тонкими длинными пальцами, такую изящную, что впору облезть от зависти, и дернулся прочь:

– Нет! Я не хочу ничего видеть! Я не хочу знать!

– Ты всегда можешь сюда придти, это твой дом и он нуждается в ремонте. – Роир смотрел печально – Возвращайся, Юки.

Медиум не услышал последнюю просьбу, он прыгнул в алое сияние, покидая мертвый мир, не увидел и того, как из раскосых серебристых глаз умершего ангела скатились две слезинки.

Юки просто плюхнулся в тело. Наверное, не стоило так делать, тело тут же скрутило болью ломкой и изнуряющей, теперь неделю будет все болеть и ни какие подпитки не помогут. Но хуже тела отзывалась болью голова, в висках противно стучало, и Юки заскулил, свернувшись в комочек. Ему бы уснуть, но вредный сон все никак не желал приходить к нему. В голове злыми молоточками стучали мысли о том, что он не человек, что родители его не люди, и что их убили. Поверить в это не мог, или не хотел, он и сам не знал. И этот ангел, зачем ему понадобилось спасать сына демиурга ценой своей жизни? Настолько любил его отца? Или… его все равно бы убили, так почему бы не спасти младенца? И потому умерла его мать. Сволочи, все сволочи. Зачем все это? Юки бы не обиделся, если бы его не стало, он был маленький и ничего не понимал. И не было бы его бродячей жизни, одиночества съемных квартир, холода внутри него самого.

Медиум сполз на пол и прижался лбом к холодным камням пола. А как бы поступил он, если бы был Роиром? Если бы на его руках оказался младенец, за которого кто-то решил, что жить он не должен, что бы он сделал? И кто-то до сих пор решает, жить ему или нет, пока он тут скулит, лежа на полу.

Игнорируя головную боль, Юки перевернулся на спину, снова вытянулся во весь рост и повторил процедуру выхода из тела. Оглянулся, посмотрел на себя и, увидев заплаканное лицо, презрительно скривился:

– Ну, Юки, ты и плакса! Размазня феерическая.

Сосредоточившись на том, что хочет видеть отца Зарины и собрал все доступные ему силы и вытянул душу демона, идти к нему сам он не хотел, не знал что там, за их гранью. Тринис хмуро посмотрел на медиума, сплюнул черной кровью себе под ноги:

– Виар приказал меня допросить?

– Нет. Я сам хочу знать.

– Вот как? Ну что ж, малец, приятно было познакомиться и спасибо, что вытащил. – демон зло усмехнулся, и Юки понял, что тот хочет мстить. С таким уровнем энергии как у него вполне можно переквалифицироваться в местный полтергейст.

Никита тут же перенаправил потоки энергии и крепко связал душу так, чтобы и тот пальцем не мог пошевелить, пригрозив:

– Развею к чертям.

– Да кто ты такой? – зашипел Тринис, пытаясь пошевелиться.

– А это тебя не касается. Говори уже про свою дочурку.

– А что мне за это будет? Отпустишь меня?

– Верну туда, откуда взял. А если будешь торговаться или молчать – развею.

Тринис пожевал губами, подумал и, наконец, выдохнул:

– Стерва она. Сказала мне, что Виар убил демона из клана Ходящих за Грань, чтобы мне не достался. Мы договорились, что поделим медиумов, добытых у Корина, мне достанется демон, а ему – человек.

– Дани умер до того, как явился Виар.

– Но я-то этого не знал! И тут падаль эта на ушко напела, мол, обманул тебя Виар, убил демона, а человека взял себе. Отомстила, сука!

– И за что мстила?

– Она любила колдуна, Корина. Он когда-то ее поймал, подчинил, и она долго жила у него, вот и влюбилась, как блудливая кошка. А потом он ее отпустил, а я отдал ее Виару. Она накануне обряда отравилась, но я успел вовремя и выходил. Мне нужен был союз с кланом Кричащих, и Зарина была гарантией этого союза, она ведь наследница моего клана. А она, тварь, сделала вид, что смирилась, образумилась, а сама стравила нас с Виаром. А Виар колдуна ее ненаглядного убил, так что она и ему мстить будет.

– Почему Корин ее отпустил?

– Я подкупил его подружку, Бертану, и она заставила его вернуть Зарину мне. Уж не знаю, как она это сделала, но ведь сделала.

– Ага. А, позволь узнать, зачем тебе так нужен был медиум, что ты даже войну затеял?

– Ангел, я хотел найти ангела. Кровь этих светлых тварей может отобрать у колдунов власть над демонами, они просто больше не смогут подчинить демона, испившего кровь ангела. Это дало бы нам преимущество в войне и, выиграв, мы бы расселились по всем мирам, мы были бы господами.

– Ну, конкретно ты уже никем не станешь. До перерождения тебе как до Китая на трехколесном велосипеде.

– Но ты же можешь мне помочь?

– А зачем мне это делать? – Юки пожал плечами – За каждый момент своей жизни нужно платить.

И, отправив демона восвояси, Юки вернулся в свое тело, свернулся калачиком, но сон пришел к нему только после рассвета.

– Бабуля, а кто убил Илью? – в сотый раз за третий день спросил Ниас.

Он сидел в тесной кухоньке и наблюдал, как ловко старческие пальцы стучат спицами, так быстро, что даже ангел не может уследить за их движениями. Старушка была к нему добра, заботилась, кормила человеческой едой, вразумляла иногда. И в последнее время ему все чаще хотелось что-то для нее сделать, что-то такое, чтобы она чувствовала себя хорошо, чтобы улыбалась. Как это чувство называется, ангел не знал, от чего оно в нем появилось – тоже, и зачем ему все это так же не понимал. Но к бабуле испытывал симпатию, может, даже привязанность. Единственное, что он умел и даже слишком хорошо – это убивать. Только старушка не желала сообщать ему, кто виновник ее горя, молчала, переводила тему, или имитировала приступ склероза и маразма разом. Но на этот раз она оторвалась от вязания и хитро глянула на ангела:

– Зачем тебе?

– Я убью его. – честно ответил Ниас, в его мире убить убийцу чем-то ужасным не считалось. Месть была в порядке вещей.

– О чем только ты думаешь? – укоризненно покачала седой головой бабушка – Нельзя так делать.

– Почему? – искренне удивился ангел. Он действительно не мог понять, почему нельзя убивать, он же всегда так делал, и о том, что это делать, оказывается, нельзя слышал впервые.

– Потому, что всякая тварь, что живет, даже убивцы, могут раскаяться. Жизнь, она бесценна, сынок, и убивая, пусть даже и убивца, ты не его убиваешь – себя жизни лишаешь.

Ниас надолго завис над сказанным старушкой, из всей ее речи он не понял ровным счетом ничего. Он, Ниас, убил стольких, что и сосчитать не мог, но сам-то не умер от этого. И почему это, убивая других, убиваешь себя?

– Я убивал. – признался Ниас – Но я ведь жив.

– Нет. – бабушка отложила вязания и воззрилась на него проницательным взглядом подслеповатых старческих глаз – Дышать, ходить, есть и спать – это не жизнь. Жизнь – это когда ты рад тому, что живешь и потому рад, что живы другие, и оттого счастлив. А ты счастливым не выглядишь, сынок, глаза-то свои видел? Мертвые они у тебя, пустые. Живые глаза, они светятся, в них любовь сияет.

– Что это такое?

– Нечто, не любил ты никого?

Ангел задумался, нахмурив брови, пытался сообразить, что такое любить и было ли с ним нечто подобное. Не вспомнил.

– И тебя никто не любил?

Он удивленно посмотрел на бабулю. Чаще всего его ненавидели, хотели или просто интересовались из любопытства.

– Тогда я буду тебя любить. – заявила старушка – Я уже тебя люблю, сынок.

Он пытался осмыслить ее слова, как это, любить? И самое главное, зачем? Это он и спросил вслух.

– А разве любят зачем-то? – возразила женщина – Любят просто так, потому что ты есть на свете.

И она действительно любила Ниаса, не смотря на его отстраненность, его непонимание, ничего не требуя взамен. Она провожала его, когда он уходил, и встречала, когда возвращался. Она часто говорила с ним, пытаясь донести смысл немудреных истин. И постепенно Ниас научился принимать ее любовь, научился улыбаться в ответ на ее улыбку, позволял ей называть его сыночком и сам звал ее бабулей. Со временем он понял, что где бы ни находился, ему всегда хочется вернуться к этой старушке, положить голову ей на колени и послушать, что она скажет. Он по-прежнему не видел смысла в ее речах, не понимал, не ощущал, но всегда возвращался.

Юки проснулся от того, что кто-то пытался отодрать его тушку от пола, вяло отмахнулся от этого кого-то и охнул – у него болело все, даже те мышцы, о существовании которых он и не подозревал. Виар же пребывал в недоумении, отчего это медиум накануне выглядел вполне себе живеньким, а теперь вот кряхтит, как разбитый радикулитом дедуля. Он поставил Юки на ноги и, придержав шатающееся, как после пьянки, тело, спросил:

– Что это с тобой?

– Я ночью кое-что узнал. – пропыхтел тот, пытаясь стоять самостоятельно – И мне нужно тебе это сказать.

– Я весь внимание. – согласился демон, роняя Юки в кресло.

– Поаккуратнее нельзя было? – злобно зашипел медиум – И без твоих трудов все болит.

– Извини. Ну, так что ты хочешь мне сказать?

– Что меня отравила Зарина. Я мешал ей добраться до тебя.

– Что? – демон решил, что Юки неудачно пошутил – Зарина, конечно, сейчас капризничает, как и все беременные женщины. Но то, что ты говоришь – это уже перебор.

– Нет, не перебор. Она мстит за Корина. Я уже помешал ей однажды подсыпать тебе в вино яд. Видимо, она решила избавиться сначала от меня, чтобы не мешал.

– Да уж… – Виар посмотрел на Юки, как обычно родители смотрят на детей с яркой фантазией – Тебе бы романы писать. А что, это идея, велю принести тебе сегодня все необходимое.

– Ты меня не слушаешь! – рассердился медиум – Зарина хочет твоей смерти! Лично мне не хочется менять шило на мыло, и потом, лучше уж ты, чем какой-то другой демон.

– Ах, вот оно что! А я-то уже успел подумать, что ты обо мне беспокоишься, а ты просто не хочешь попасть в руки худшие, чем мои. Юки, успокойся, я никому тебя не отдам.

– Я тебе не домашняя зверушка! – парень резко вскочил, охнул и рухнул обратно – И не предмет, чтобы торговать! – и добавил тише – Я думал, что мы сможем подружиться, но о какой дружбе может идти речь, когда мои слова ни во что не ставят?

– А во что я должен их ставить? – парировал демон – Ты сам-то понимаешь, что говоришь о моей женщине?

– Я понимаю. Это ты, похоже, у нас дебилизмом страдаешь.

– Нет, не страдаю! – огрызнулся Виар – Наслаждаюсь!

– Так? – Юки посмотрел на него отчужденно, словно тот для него больше ничего не значил, и Виара это задело – Наслаждайся. Я навещу тебя как-нибудь, за Гранью.

– Угрожаешь? – уточнил демон.

– Обещаю.

– Значит, угрожаешь. Извини, Юки, но я предупреждал тебя, что у всего есть мера. Я ограничиваю твое перемещение по замку. – с этими словами он вышел.

В этот же день в покои Юки вошел целый отряд демонов, они забрали из комнат все, чем медиум мог воспользоваться для того, чтобы навредить себе, даже вещи забрали с постельным бельем. Ванну унесли, окна заложили камнем, замуровали камин, забрали посуду, оставив только железный пузатый кувшин с водой. После ухода всей этой делегации Юки без особого интереса подошел к дверям, подергал – так и есть, заперто.

– Это был клан Безмолвного Крика. Они забрали Юки. – признался Корин.

За прошедшее время стараниями Анны и Эли он полностью восстановился, вернулась магия, место ранения больше не давало о себе знать, только прибавился к безобразным узорам еще один шрам. Но колдун никогда не придавал значения этим отметинам, выжил – вот и славно.

– И, раз ты поправился, мы можем пойти к ним и забрать медиума обратно. – Эли был в предвкушении.

Корин посмотрел на него и вздохнул: Элиор еще слишком молод, всего два с половиной века, потому и горячится, в драку рвется. Если доживет до его, Корина, лет, может и поймет, что война не есть благо, не развлечение.

– Напомню вам, что это один из десятки самых сильных и многочисленных кланов.

– Уже девятки. – поправила Анна, не отрывая взгляда от маленького арбалета, который начищала и смазывала вплоть до последней самой маленькой ложбинки – По последним новостям, Виар убил Триниса и присвоил его клан.

– Вот как? Дело усложняется. – вздохнул колдун – Надо действовать, пока этот демон не присвоил еще один клан или не заключил с кем-то союз.

– Ты прав, чем дольше протянем, тем труднее будет с ним справиться. – Анна отложила оружие и привычным жестом потрепала короткие волосы – Да и медиум твой вряд ли из стали сделан. Помрет еще, пока мы тут планируем вселенские побоища.

Корин в очередной раз подавил вздох, что-то часто он стал это делать, не иначе, стареет, и Анна туда же. Без плана, с одной только целью лезть в самое пекло, глупо. Но и у него плана тоже не было, да он никогда и не планировал свои вылазки, всегда действовал, как карта ляжет. А на этот раз ситуация сложная: есть заложник и есть двое молодых заклинателей, чьими жизнями Корин не хотел рисковать, а без них вряд ли справится.

Эли слушал их и закатывал глаза к потолку:

– Вы воины или политики? Думает пусть Совет, наше дело воевать. Ты, Кор, насколько я помню, послал их подальше, когда тебе место в Совете предложили. И даже знаю, почему. Потому, что думать заранее не любишь. Ты хороший воин и сильный маг, но никак не стратег и не политик.

– Да, ты прав. Головой думать я не приучен. – согласился колдун – Когда мстишь, вообще ни о чем, кроме самой мести не думаешь. Но когда-то же надо начинать? Кто еще может пойти с нами? Подумайте.

– А никто! – фыркнула девушка – Корин, ты всем уже успел плюнуть в компот, и не единожды. Все только и ждут, когда ты, наконец, сдохнешь и дашь дорогу молодым. А размышлять о жизни на том свете будешь. Не хватало нам только событий четырех сот летней давности!

И снова попадание. Если с Юки что-то случится, Корин и вправду начнет мстить, как когда-то мстил за брата. Поэтому бессмысленный разговор прекратился, и решено было хорошенько выспаться перед боем. На том и разошлись по комнатам. Только вот Корин так и не сомкнул глаз.

Умом Виар понимал, что поступил так, как должен был, но сомнения все равно терзали его сердце. Он ловил себя на том, что приглядывается к жене, или вдруг обнаруживал, что стоит перед дверями медиума. Вот же подлец этот мальчишка! Всего несколькими словами лишил его покоя, превратил в подозрительного, сходящего с ума от паранойи демона. Ведь не Зарине выгодна его смерть, а Юки выгодно, чтобы Виар сошел с ума. Тогда медиум сможет сбежать, станет свободным. Зря, очень зря он обходился с этим мальчишкой хорошо, надо было сразу сажать на цепь и в подвал, чтобы и в голову не приходила мысль смущать главу своими глупыми выдумками.

На второй день после заточения медиума в замке начало твориться что-то невообразимое. Затряслись стены, огонь в факелах дрожал и плясал, падали предметы. Виар даже не понял, в чем дело, пока не услышал дикий птичий клекот, такой мощный, что у некоторых слуг полопались барабанные перепонки. Так кричать умела только одна демонесса во всем клане – его жена, Зарина. Как ненормальный, демон рванул на звук ее голоса, неспроста же кричит, и добежал до дверей, за которыми должен быть заперт Юки.

– Какого черта плешивого тут твориться?! – крикнул он громко.

Но всем было не до его недовольства. Оказалось, стража спит, как убитая, двери открыты, а посреди комнаты Зарина душит Юки. Медиум не дотронулся до нее и пальцем, он просто начал пить демонессу, а избыток энергии выбрасывал вовне, оттого и стены тряслись, он не жалел ее и потому ей было больно, вот и кричала.

Виар шагнул вперед, схватил супругу за руки и, силой разжав ее пальцы, оторвал от парня. Крик прекратился, она повисла в его руках тряпичной куклой, Юки даже не пошевелился. Демон грозно посмотрел на него:

– Что ты сделал с моей женой?!

– Я помешал ей себя задушить. – спокойно просветил его тот.

– А может, ты всю эту сценку подстроил, чтобы восстановить меня против Зарины?

Юки недоуменно моргнул и рассмеялся:

– Ты сам-то себя слышишь? Может, тебе романы начать писать с такой-то богатой фантазией? А что, это идея!

– Чего ты хочешь? Зачем все это?

– Я? Я от тебя ничего не хочу. И от твоей жены мне тоже ничего не нужно.

Но тут очнулась Зарина, воззрилась на главу испуганными полными слез глазами:

– Виар, это он сделал такое с охраной! Он сбежать хотел, а я помешала!

«Замечательно! Кому мне верить?» – подумал Виар. И он бы наказал обоих драчунов, разумеется, больше досталось бы парню, все же беременную женщину обидел, как снова ему помешали. На этот раз поднялась тревога из-за чужого вторжения.

– Я потом с вами двумя разберусь! – прошипел демон и, заперев Юки, затолкал Зарину в свободную комнату – Запрись и не выходи.

Во дворе кипел бой. Выхватив меч, Виар ворвался в первые ряды сражающихся, и глазам своим не поверил:

– Дик же убил тебя!

– Не добил малость! – оскалился в ответ Корин и, пробормотав под нос заклинание, ускорился.

Краем глаза Виар оценил обстановку и понял, что не все так плохо. Да, его клан снова застали врасплох, но и заклинателей было всего трое. Десять демонов пытались добраться до арбалетчицы, но гибли один за другими от выстрелов рунированными болтами. Похожий на эту девушку парень прыгал в толпе демонов, как бешеный заяц, размахивая короткой катаной. Удары он наносил в основном ногами, использовал собственную длинную косу как плеть и аркан одновременно, а после добивал противников мечом. Их Виар видел впервые, а вот колдун был уже знаком.

– Мстить явился? – вопросил его демон, отбиваясь от черного лезвия оникса – Так сильно обиделся, что тебя пырнули?

– Не за себя. За Юки. – ответил ему Корин – Тебе ведь интересно было, что я сделаю? Ну, так смотри. Я убью тебя.

– Ну, это мы еще посмотрим. – пообещал в ответ Виар и полностью сосредоточился на бое.

Через пять минут бессмысленных атак и защит, Виар понял, что Корина не зря считают легендой. Он оказался достойным противником, и силы были приблизительно равны. Демон понял, что не одолеет колдуна, если только не произойдет что-то, что отвлечет его внимание хоть на мгновение.

Корин видел, что демон начал уставать, темп движений стал медленнее, он перешел в глухую оборону, но и эту оборону сломить было непросто.

Тем временем некоторые члены клана Кричащих, связанные заклинанием подчинения, сплетенными Анной и Эли, пошли на своих же соклановцев, ситуация менялась. Это все и видела Зарина, она искала взглядом своего мужа. Под шумок всадить ему кинжал в спину – самое лучшее решение, что когда-либо приходило ей в голову. И пусть потом заклинатели добьют или подчинят оставшийся без главы клан, она будет уже далеко. Она – высокородная демонесса, не пропадет. Только сначала нужно избавиться от мужа и ребенка.

Взгляд демонессы легко отыскал высокую сухощавую фигуру супруга и его светловолосого противника. Зарина сбилась с дыхания, она не могла поверить своим глазам, поэтому, легко сбежав со ступенек крыльца, тенью шмыгнула ближе. Это действительно был он, заклинатель, которого она когда-то любила, а теперь любовь к нему и ненависть к нему же сцепились в ее сердце, пытаясь уничтожить друг друга.

– Корин? – позвала она неверяще, голос отчаянно дрожал и срывался.

Она не ждала, что он услышит, даже не надеялась, что хотя бы узнает ее. Но он услышал и узнал. Потому и отвлекся, чем воспользовался ненавистный Виар. Не задумываясь ни на минуту, забыв все свои обиды, ненависть, желание отомстить, она сделала то единственное, ради чего и родилась на свет – шагнула вперед и встала между демоном и заклинателем.

Виар не успел остановиться, и с ужасом смотрел на свой клинок, засевший в животе жены. А она, захлебываясь собственной кровью, ухватилась за рукоять, пытаясь то ли придержать, то ли вынуть лезвие, повернулась к Корину и улыбнулась.

– Ко…рин… – изо рта потоком потекла черная демонская кровь, но взгляд, обращенный на заклинателя, выражал столько нежности, столько любви, которые она не могла выразить, когда была жива.

Так и умерла Зарина, высокородная демонесса из клана Темной Луны, глядя на смысл своей жизни печальными и любящими глазами. И оба противника застыли посреди битвы над телом одной женщины, и было не важно, что один ее любил, а другой – нет. Они оба потрясенно, скорбно и неверяще смотрели на хрупкую девушку с водопадом огненно-рыжих волос и молчали.

– Она была беременна. – прошептал Виар и как подкошенный упал возле неена колени.

Дверь открылась без скрипа, Юки сидел на кровати, смотрел в стену и даже головы не повернул, и так понятно, что явился Виар, разбираться желает. И он не ошибся, это действительно был Виар, вот только разбираться он не собирался. Молча прошел в спальню медиума и холодно бросил:

– На выход. Можешь валить ко всем чертям.

– Что случилось? – спросил Никита, внезапно обнаруживший, какое каменное выражение лица у демона, какой безжизненный голос.

– Я сказал, на выход! – рявкнул он и, ухватив парня за плечо, рывком содрал с кровати.

– Если на нем останется хоть один единственный синяк, я тебя вместе с твоим паршивым кланом в порошок сотру! – раздался слишком хорошо знакомый голос.

– Не понимаю, чего ты тянешь! – фыркнул голос незнакомый.

Юки обернулся и увидел троих: миниатюрную девушку с коротким ежиком топорщащихся во все стороны волос, невысокого паренька с длинной пепельной косой, такой толстой, что медиум мысленно подивился, как он не падает, таская за собой такую роскошь, и Корина, живого и здорового. На нем Никита и сосредоточил свое внимание.

– Я не воюю с раздавленными морально демонами, пусть придет в себя, потом повоюем. – ответил Корин молодому заклинателю.

– Ты такой благородный, что аж тошнит. – скривился Эли – А еще мясником зовешься!

– Я зовусь Корином, чужие выдумки мне не интересны, и соответствовать им я не собираюсь. Юки, идем.

Однако, куда-то идти Юки не собирался, он скрестил руки на груди, поджал губы и продолжил молча разглядывать колдуна. Корин, мягко говоря, удивился такому поведению, он тут, значит, явился его спасать, а тот его вот так «радушно» встречает.

– Юки, да что с тобой? – он шагнул вперед и, ухватив медиума за руку, потянул на себя – Идем, хватит на меня пялиться, будто я враг народа!

– А ты, значит, не понимаешь, почему я так смотрю? – Никита вырвал руку и, замахнувшись, неожиданно сильно врезал Корину в челюсть – Я думал, что ты умер!!!

– О! Какая экспрессия! – съязвила Анна, глядя, как колдун вытирает кровь с прокушенной от удара губы – В последнее время тебя столько бьют, сколько мамка не била.

– Анна, ты себе несварение заработаешь от собственной язвительности. – беззлобно буркнул колдун.

– Давайте вы в другом месте будете количеством яда меряться. – устало предложил Виар – Убирайтесь все отсюда, я не хочу войны.

– Угу, а когда Юки похитил, ты думал так же? – съязвил Эли.

– Думал так же. – ответил Виар – Пошли вон, пока я добрый.

– Не ори, гланды вылезут. – скривилась Анна – И добрые тут мы. Или нам продолжить?

Демон начал впадать в неконтролируемую ярость. У него погибла жена и ребенок, а эти тут еще зубоскалят, твари! Беспринципные, жестокие, циничные твари! Им же без разницы кого убивать, будь то старики, женщины или дети, они и младенцев в колыбелях режут, как скот. И Виар потянулся к оружию, пальцы уже сжались на рукояти меча, но чья-то прохладная рука легла поверх его кисти.

– Хватит. – Юки стиснул руку демона – Прекратите все. Вы и без того друг другу изрядно нагадили, правых тут нет.

– Из-за него, – демон ткнул Корина пальцем в грудь, – погибла Зарина!!!

– Она погибла из-за тебя. – возразил колдун – Слышал поговорку, насильно мил не будешь? Она сама выбрала такую смерть.

– Это должна была быть твоя смерть! – прорычал Виар.

– Да заткнитесь уже!!! Оба!!! – голос медиума звенел от гнева.

И, как ни странно, они оба замолчали, только злобно сверкали взгляды, обращенные друг к другу, и сжимались-разжимались кулаки.

– Раз Виар мне не верит, не желает видеть до такой степени, что даже запер, я ухожу с Корином. – продолжил Никита – Надеюсь, он вернет меня домой, подальше от всего этого дурдома.

– Не верну. – тут же буркнул колдун.

– И ты думаешь, что чем-то лучше Виара? – усмехнулся Юки – Тоже собираешься запереть меня в замке, как и этот демон. «Юки, я тебя никому не отдам» – передразнил он Виара – И вот, отдает. Да вы оба меня за мыслящее существо не принимаете, я для вас предмет!

– Это не так! – разом выкрикнули демон и заклинатель, и снова уставились друг на друга тяжелыми взглядами, поубивать друг друга готовы.

– Угусь, я верю. – съязвил Юки и почему-то шагнул к Анне, подал ей руку.

Девушка сама не поняла, как так вышло, что она ухватилась за узкую ладонь с прохладными длинными пальцами, открыла портал и шагнула, втянув за собой и медиума.

– Это твой дом? – парень огляделся вокруг и тяжело стек на пол.

Анна присела перед ним на корточки и, как ребенка, погладила по голове:

– Ну чего ты расстроился? Ну, дураки они оба, что тут поделать? Есть хочешь? Я мясо вкусно готовлю…

– Это что такое было? – потрясенно выдохнул Элиор.

Анна никогда раньше не оставляла его одного в логове врага, а тут ухватилась за медиума, как утопающий за соломинку, и была такова. Корин тоже глупо хлопал глазами, видимо, ожидал найти тут не целого парня, а полудохлый полутруп, болтающийся под потолком подвала на скованных цепями руках. В действительности же колдунглубоко задумался о том, как Юки удалось избежать всех кошмаров, какие обычно любят устраивать демоны, и почему так отреагировал на его приход. Может, у парня стокгольмский синдром? Чем еще можно объяснить такую теплоту к своему пленителю?

– Ну, пошли, хватит изображать недоумение. – Эли дернул Корина за рукав плаща и потащил в портал – Если честно, на его месте я бы тебе ноги переломал.

– За что? – изумился Корин – За то, что явился спасать и испортил всю малину?

– Вот же придурок! – фыркнул молодой заклинатель – А еще старший! Где ты там малину увидел? За то, что не дал ему никакой знак, что жив, вот за что он тебе врезал. Он считал, что ты умер, понимаешь? Может, даже искал тебя за гранью.

Корин покачал головой:

– Сомневаюсь. Юки терпеть ненавидит покойников, думаю, я был бы не исключением.

Когда потухло алое сияние портала, обоих заклинателей встретила подчиненная демоница. Она с мученическим выражением в глазах осмотрела гнездо на пепельноволосой голове хозяина и покорно вынула из маленького кармашка передника костяной гребень.