Текст книги "Последний ангел (СИ)"

Автор книги: Лекса Перышкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

– Юки, – Виар старался успокоиться, – я же говорил тебе, что если что-то понадобится, ты всегда можешь прийти ко мне, даже просто поговорить.

– К тебе? – парень обалдело уставился на демона и вдруг расхохотался – О чем мне с тобой говорить? – смех прекратился так же резко, как и начался – Мать твою об стену за ногу!!! Да я тебя ненавижу!!!

– Вот как? Я и не прошу, чтобы ты меня любил, я хочу, чтобы ты слушался.

– Да не дождешься!!! Давай, убивай уже!

Виар взмахом руки отправил Дика восвояси, смерил медиума злым взглядом и замахнулся для удара. Юки не отвернулся, но памятуя о том, что у демонов нечеловеческая сила, невольно закрыл глаза. Если Виар не шлепнет, а как следует ударит его, Юки можно будет от стены отдирать поскребком. От демона не укрылся этот жест, и, вместо того, чтобы ударить, он шагнул вперед, и сгреб Юки в объятия:

– Вот дурак! Ты меня доведешь когда-нибудь.

Никита ожидал удара, ожидал, что демон, возможно, даже прибьет его ненароком, но никак не объятий. А самое странное, что он не контролировал эмоции Виара, он и свои-то не контролировал, то есть, демон сам не захотел его бить.

– Ну что, легче? – спокойно спросил Виар.

– Да. – глухо ответил Юки куда-то ему в ключицу.

Невысокая поджарая фигурка в темно-вишневом приталенном плаще из легкой ткани скакала по двору, размахивала коротенькой катаной и активно крутила длинную пепельную косу с металлическими шариками на самом кончике, гоняя более крупного, но стройного противника. Корин был еще не в форме, при беге затянувшаяся рана противно ныла, сильно одолевали слабость и головокружение, но он упорно продолжал спасаться от более ловкого и здорового Эли. А спасался Корин только бегством, иначе давно бы уже получил по морде косой, толщиной в его запястье. И как только у Эли голова не отваливается под тяжестью такого богатства?

– Ты драться будешь? Или у нас тут скачки? – съязвил молодой заклинатель.

– Скачки! – не полез за словом в карман колдун – Ты же вон как ловко скачешь – горные козлы линяют от зависти.

– Я же не виноват, что ты ползаешь по двору со скоростью беременной каракатицы! – фыркнул парень – Дерись уже!

– Ладно, дерусь. – согласился Корин и пошел на сближение.

Первый замах колдун отбил играючи, второй тоже, но вот Эли резко крутанул головой, тяжелая коса полетела Корину в лицо, угрожающе сверкнули на солнце шарики. Колдун выставил руку, перехватил Элино богатство и одним движением намотал на руку, собираясь прижать лезвие к горлу противника и сообщить, что тот проиграл. Однако Элиор заранее с таким исходом был не согласен, он поднырнул под живот колдуна, и в следующий миг Коринуже лежал на земле, а коса Эли опутала его шею, как удавка.

– Проиграл. – мурлыкнул заклинатель, улыбаясь поверженному – Слаб ты еще, а все на войну рвешься.

– Там Юки. – тяжело дыша, ответил колдун, освобождая шею от «удавки».

– Юки, Юки, ты целыми днями только о нем и думаешь. Мне уже интересно стало, что это за парень. Ты, часом, не влюбился, нет?

– А если так? – игриво повел бровью Корин – Что тогда?

– На свадьбу пригласишь. – хмыкнул Элиор, наблюдая, как заклинатель неосознанным жестом приложил руку к месту ранения.

– Это если будет с кем ее играть. – помрачнел тот.

Вздохнув, Эли протянул руку, помогая колдуну подняться с земли:

– Почему ты не дрался?

– Что? – переспросил Корин, несколько растерянно посмотрев на «тренера».

– На твоем теле не было следов борьбы, ты не сопротивлялся. – пояснил заклинатель – Почему? Ты бы мог его защитить, я тебя знаю, ты способен в одиночку положить три клана в один день, но ты не стал. Почему?

Вид у Корина был такой виноватый, что Эли стало неловко от того, что он задает эти вопросы, но он хотел знать.

– Заложник, они схватили Юки.

– Они бы его не убили, и ты это знаешь. Неужто сглупил?

– Не убили бы. – согласился колдун – Но калечить его им ничто не мешало.

– Не понимаю. – нахмурился Эли – Его бы максимум поцарапали.

Корин не хотел об этом говорить, он прекрасно понимал, что смог бы спасти парня, правда, ценой его лица, но не захотел, чтобы Юки резали, не хотел этого видеть. А Эли ждал ответа, и колдун решил отшутиться:

– Если бы ты знал, какие у него нежные щечки, то не говорил бы так.

– И за эти нежные щечки сам Ково бросился на нож. – сыронизировал Элиор – Ладно, потерпи еще неделю. Мы его обязательно вытащим.

– Не ожидал визита. – Виар дружелюбно смотрел на тестя – Чем обязан?

– Да вот думаю, что-то ты не хвастаешься своим приобретением. – Тринис смотрел на главу Кричащих пристально и насмешливо – Или твой медиум сейчас не в форме?

– Я не пытал его. – покачал головой Виар, признаваясь – Он и без того не в своем уме.

– Может, я смогу помочь? Покажи его.

Виар видел, как хищно блестят глаза старого демона, как он испытующе смотрит на него, даже чуть вперед подался, а пальцы до белизны стиснули подлокотники кресла. Мысленно взмолившись, чтобы Юки почувствовал опасность и закатил истерику, Виар встал и жестом пригласил Триниса следовать за собой. Отдавать забавного паренька демон не хотел, ни за какие блага мира, но и войны с Тринисом тоже не хотел.

Юки был в своих новых покоях, где был и ковер, и камин, делал из простыней петли, чтобы прикрепить их к потолку и подтягиваться, а то совсем потеряет форму, когда в комнату вошел Виар в сопровождении еще одного незнакомого ему демона. Увидев Юки за столь экстравагантным занятием, Виар растерялся, у него даже лицо от удивления вытянулось, и, забыв о Тринисе, он спросил:

– Юки, что ты делаешь?

И в голосе столько настороженности, подозрительности и тревоги, что медиум не выдержал и оскалился улыбкой заправского психопата:

– Да вот, думаю, на какой из них повеситься, чтобы не просто висеть, но еще и красивенько так было.

– Что?! – подскочив к нему, Виар отобрал скрученные в веревки простыни и собирался ими всыпать мальчишке так, чтобы месяц сидеть не смог.

Однако Юки довольно легко увернулся, пнул Виара под колено, и демон, не ожидавший такой прыти, рухнул на пол, рыча:

– Я тебе повешусь! Ты у меня месяц сидеть не сможешь!

– Почему это не смогу? – полюбопытствовал мелкий.

– Потому, что задница болеть будет! – просветил его демон, поднимаясь.

– Извращенец! – фыркнул негодник, и, увидев, что демон направляется прямиком к нему, задал стрекача по комнате.

От долгого безделья Юки чуть не взвыл, и теперь, улепетывая от разъяренного Виара, радовался как малое дитя. Ловкость никуда не пропала, и медиум легко перепрыгивал мебель, уворачивался даже тогда, когда демон был уверен, что тот попался, да еще и хохотал как ненормальный.

Тринис еще несколько минут смотрел на веселые гонки, дождался, когда Виар поймает мальчишку, и ожидал, что он его серьезно побьет. Но Виар не оправдал его ожиданий, отвесив медиуму лишь два легеньких шлепка и оба пониже спины.

– Ясно. Он у тебя, и правда, чокнутый.

– Я же говорил. – Виар перехватил обе руки человека и, позвав своего помощника, приказал – Привяжи его к кровати, только покрепче, чтобы не вывернулся.

После чего вместе с Тринисом покинул покои Юки. Старый лис явно был чем-то недоволен, он хмурился и вел себя слишком уж нервно, но молчал, и Виар решил первым нарушить тишину:

– Тринис, почему ты интересовался этим мальчишкой? Тебя что-то беспокоит?

– Только то, сможет ли он указать нам местонахождение ангела.

– Сомневаюсь, он еще юн, к тому же, не смотря на юность, безумен.

– Тогда убей его. Зачем тебе нужна негодная вещь? – Тринис остановился и в упор посмотрел на зятя, он ожидал, что тот что-то недоговаривает. Решил и ангела себе забрать?

– Не хочу, пусть будет вместо ручной зверушки, он забавный. – взгляда Виар не отвел.

«Вот же мерзавец! Врет-то как складно, и ведь не поймаешь! Он и мальчишку, наверняка, заранее подговорил к этому представлению» – крутилось в голове Триниса.

– Ты скоро будешь с наследником возиться, тебе не до зверушек будет. Это мне, старому и одинокому впору игрушки заводить. – намекнул он Виару – Только, жаль, что моя игрушка умерла по дороге ко мне.

– О чем ты? – удивился молодой демон.

– Да, так. – отмахнулся Тринис, но про себя решил, что на Виара полагаться не будет. Хочешь что-то сделать хорошо – сделай сам.

Виар не понял, на что намекнул тесть, да и просто не стал забивать этим голову, у него были проблемы поважнее. И, проводив Триниса, демон поспешил к своему медиуму. Ворвавшись в его покои, он увидел перемотанного веревками, словно мумию, медиума и почему-то не на кровати, а на полу. «Дик, криворукая скотина. Убью» – подумал Виар, а вслух сказал:

– И что опять не так, что ты решил повеситься?

– Развяжи меня уже! – буркнул Юки – Твой Дик, придурок, связал меня так, что я даже дышу с трудом.

– Я вопрос задал вообще-то. – Виар прошел, сел на кровать и воззрился на медиума вопросительным взглядом.

Поворочавшись, Юки кое-как сумел перекатиться на спину и, уставившись в потолок, заговорил:

– Знаешь, раньше у меня была куча друзей, только я не признавал их, не ценил. Я вообще думал, что мне и одному неплохо живется. Только попав в твой унылый замок, осознал, что это не так.

– Мне теперь и друзей твоих сюда приволочь, чтобы ты вешаться не вздумал? – вызверился демон.

– Да не собирался я вешаться! – взвыл Юки – Пошутил я! Вообще-то я хотел сделать так, чтобы можно было подтягиваться, а то растолстею от безделья, и со скуки помру.

– И это все? – Виар заметно расслабился – Юки, тебе когда-нибудь говорили, что ты дурак?

– Говорили, но я не верил.

– Зря не верил. – хмыкнул Виар – За западным крылом замка есть небольшой внутренний дворик, там есть все необходимое для этого. Если хочешь, я даже мечом научу тебя владеть.

– Мечом? – задумался медиум – Я драться не люблю, мне убежать проще.

– Иногда бывает так, что бежать некуда. – возразил ему демон – И на этот случай ты должен уметь постоять за себя.

– Ага, и поэтому я буду повсюду волочить за собой здоровую заточенную железку! – сыронизировал медиум.

– Оружие сам выбирай по сердцу, но в рукопашную ты просто обязан уметь драться. – Виар встал и принялся развязывать путы.

– Тебе заняться нечем?

– У нас пока тихо, никто не нападает, а я не хочу нападать. Так что, да, заняться мне пока что нечем. Прямо завтра и начнем на рассвете. Советую как следует выспаться, жалеть тебя я не буду.

Неспешный плавный шаг, еще один, и еще. Куда он шел, и сам не знал, просто шел, прислушивался к людям, хотел понять, что же они за существа, чего хотят и по каким правилам живут. Ему просто было немного любопытно, ведь сам он не знал ни законов, ни правил. И они, такие суетливые и беспечные, словно мотыльки, тоже смотрели на него, не могли не смотреть. И им тоже было любопытно, почему этот парень в лютый холод и ветер не спеша танцует, именно танцует, а не идет, настолько легкий, красивый шаг, по улице в футболке и кожаной куртке нараспашку, да еще и обувь явно не зимняя. Ветер беспощадно треплет черные рваные пряди волос, снег хлещет со всех сторон высокую гибкую фигуру, и в то время, как все прячутся в шубы, шапки и шарфы, он идет себе спокойно, ни на что не обращая внимания.

На соседней улице ажиотаж, шум и чьи-то крики, парень свернул туда, интересно же, почему люди кричат. А там, на железнодорожных путях, застряло колесико тележки у бабули, и она, невзирая на крики прохожих, отчаянно пытается его вытащить, тянет изо всех старческих сил, но безрезультатно. И вот уже загорелся светофор, закрылись шлагбаумы на переходах, а она все еще пытается вытащить проклятое колесико. Кто-то из наблюдателей застыл, широко раскрыв глаза, кто-то наоборот отвернулся. Он мог бы пройти мимо, но поступил иначе. В один легкий прыжок он перелетел через шлагбаум, схватил одной рукой старушку, а другой – ее тележку, рванул в сторону и, пропихнув тележку под шлагбаум, прижал к нему старушку, закрывая собой. Засвистел воздух, загрохотал скорый поезд, а он уперся руками в преграду, заключая женщину в кольце рук.

Поезд проехал, шлагбаум дернулся, поднимаясь, он отстранил от себя бабулю, пытаясь на глаз определить, не пострадала ли она. Вокруг собрались люди, они хлопали в ладоши, умилялись, что-то кричали. А бабуля подняла взгляд старческих подслеповатых глаз на спасителя и вдруг обняла, уткнулась носом ему в грудь и заплакала.

– Что с тобой? – спросил он, не зная, что к незнакомым людям нужно обращаться на «вы», пострадавшей она не выглядела.

– Илюшенька, кровиночка моя! – вдруг сказала бабуля и разрыдалась еще сильнее.

Ангел, мягко говоря, опешил, он пытался отстраниться от нее, объяснить ей, что он не Илюша, но она так плакала, что в конечном итоге, он принялся грубовато и неловко гладить ее по голове.

– Живой, живой, сыночка… – слезы все никак не прекращались – Идем домой, пойдем, родненький. Как тебя убили, я одна осталась, извелась вся от тоски…

– Кто убил? Кого убил? И если этого кого-то убили, почему он живой? – растерянно пробормотал Ниас – Я ничего не понимаю.

А его уже тянули за руку, не отпускали ни на миг, и все что-то сбивчиво говорили и говорили. Женщина, определенно, не в своем уме. Ниасу не было ее жалко, он вообще не понимал что такое жалость, не ощущал ее. Он вообще ничего не чувствовал. И зачем он пошел с ней, он тоже не знал, может, просто было любопытно, а может, он действительно хотел понять, что она чувствует и кто этот Илюша.

Маленькая квартирка почти на окраине города, давно не видевшая ремонта, все равно казалась, хоть и простой, но уютной. Ниас задумчиво прошелся по комнате, рассмотрел фотографии на видавшем виды комоде, и со всех снимков на него смотрел черноволосый сероглазый мальчик, подросток, юноша, молодой человек. Он действительно немного был похож на Ниаса, лишь отдаленно.

– Сын? – спросил ангел, указывая на фото.

– Внучок, это же ты, миленький. Али не помнишь ничего?

– Это не я. – ответил он – Я Ниас. Так, его звали Илюша?

– Илья ты, Илья. – закивала седой головой старушка – И имя не помнишь? А меня помнишь?

Ниас отрицательно покачал головой.

– Я твоя бабушка, баба Тося. Как родители твои расшиблись на машине, я тебя и взяла к себе, один ты у них был, тогда еще маленький совсем, с мой локоть ростом. Как говорить научился – мамой меня звать стал. – голос дрогнул, по морщинистым щекам потоком побежали слезы – А потом вот, в поножовщине уличной тебя убили, полгода назад, схоронила я тебя. А ты, вот, живой оказался, кровиночка. Ты уж прости меня, Илюша, старуху безумную, прости. Одни мы с тобой остались на целом свете, никого больше нет у нас.

Теперь Ниас начал понимать, что бабушка свихнулась от горя и одиночества, единственный потомок, и тот подвел, ввязавшись в драку, где и сгинул. Туда ему и дорога, раз такой придурок, что силы свои не оценил, но вот старушка осталась одна.

– Не плачь. – скорее приказал, чем попросил ангел.

– Изменился ты, словно не живой стал, глаза пустые… Ну, будет, идем на кухню, я щей налью, свежие, утром сварила. А хочешь, пирогов испеку?

– Щи? – Ниас попробовал на вкус незнакомое слово – Что такое щи?

Старушка вытерла лицо тыльной стороной кисти и хитро посмотрела на «внука»:

– Откель ж ты такой взялся, раз простых вещей не знаешь? Идем, покажу тебе щи, отведаешь – узнаешь.

И второй раз за вечер Ниас опешил. Получается, старушка с самого начала знала, что он не ее внук. Тогда зачем притащила незнакомца в дом, еще и кормить собралась? Ангел с отстраненным интересом склонил голову на бок, по новому приглядываясь к бабуле.

– Идем, Илюша. Чего встал, как в гостях?

Юки ненавидел вставать рано, но долгие годы странствий приучили его ко всякому, даже спать он умел по три часа в сутки, и есть раз в неделю. К тому же, он давно заметил, что есть ему совсем необязательно, можно только качать энергию из окружающего пространства.

Виар уже ждал его в небольшом внутреннем дворике за западным крылом, где действительно имелись турники и беговая дорожка с препятствиями.

– Шесть кругов, бегом. – приказал демон, кивая на эту самую дорожку.

Спорить Юки не стал, молча припустил по дорожке, легко перепрыгивая ограждения, карабкаясь по стенкам, проползая по веревкам и уворачиваясь от раскачивающихся мешков с песком. Сколько себя помнил, он всегда был ловким и шустрым, но сильным никогда не был. Поэтому, когда приступили к начальным урокам рукопашного боя, медиум, раз за разом оказывался на земле.

Виар внимательно присматривался к особенностям и способностям ученика, и вскоре понял, что Юки был прав. Такому, действительно проще убежать, чем драться. Нет, он не был совсем уж слабаком, с любым человеком, при должной подготовке, справился бы играючи, но против даже самого хилого демона ему не выстоять. Последняя попытка его чему-то научить – и Юки снова на земле, лежит, скорчившись и стеная.

– Вставай. – тяжко вздохнул демон – Ты был прав, это не твое.

– Ну вот. – медиум уселся скрестив и поджав под себя ноги – Я же говорил, что слабак.

– У всех есть сильные и слабые стороны. Да, ты не силач. Будь я человеком, ты бы легко меня побил, но я демон, я сильнее в десятки раз.

– Заклинатели же вас бьют.

– Это другое, у них есть то, чего нет у тебя – магия. Маги физически гораздо сильнее людей, а с Силой – равны демонам. Ты же одаренный, но не маг. – пояснил Виар – Зато ты быстрый, ловкий, и очень тихо ходишь. Специально тренировался?

– Что? – не понял тот.

– Заклинатели с молочных зубов осваивают тихую поступь. Ты тоже специально тренировался?

– Э… Нет. Я как-то об этом не думал даже, мертвым все равно топаю я или нет, они только энергию чуют, эмоции, чувства. По крайней мере, в моем мире.

– Хм… – Виару стало очень интересно, что же обычно видит Юки, что он чувствует, у него самого ведь нет такого дара, и мертвецов он никогда не видел. Демон уселся рядом с медиумом – А у нас не так? Какие они вообще?

– Кто «они»?

– Души, конечно. Как они выглядят, что обычно говорят?

– Зачем тебе? – зеленые глаза смотрели настороженно и непонимающе.

– Просто интересно. Я же никогда их не видел. У меня в замке кто-нибудь бродит?

– Есть такая вещь, как астрал, это что-то вроде более тонкого параллельного измерения. К примеру, взять ткань, х/б и шелк, что плотнее?

– Что такое х/б?

– Неудачный пример. – Юки слегка нахмурился, подбирая более понятные для демонов объяснения – Тогда кожа, человеческая и шкура животного, рептилии например. Что прочнее?

– Рептилии конечно.

– Ну, так вот в моем мире астрал и физический мир разделяет нечто наподобие человеческой кожи. Она постоянно рвется то тут, то там, и они свободно перемещаются куда угодно, касаются живых, питаются ими, их эмоциями, могут даже подселиться в живое тело. Эти души безумны, они не говорят, только могут показать образы, воспоминания, но в основном они хотят жрать, чтобы жить и снова жить, чтобы жрать. У вас не так, ваша ткань не рвется, поэтому и мертвых я тут не вижу, а чтобы увидеть, мне нужно шагнуть туда, за грань.

– И для этого ты порвешь ткань? А как же быть, если останется дыра?

– Обычно, это никого не интересует, и, признаюсь, ты первый, кто спросил. – Юки неожиданно тепло улыбнулся – Я не оставляю за собой дыр.

– И, получается, ты без последствий для хрупкой ткани мироздания можешь поговорить с моей прабабкой?

– При условии, что она не переродилась. Число душ, знаешь ли, тоже ограниченно. Уж не знаю, кто за этим присматривает, но это так. А по поводу того, как они выглядят… Такие же, как в момент смерти. Умер от старости или болезни – не отличишь от живого, перерезали горло – так и будет бродить, кровью все заляпывая.

– И ты всегда их видел?

– Сколько себя помню.

Виар смотрел на Юки и не мог поверить. Он с таким спокойствием рассказывал ему о таких ужасных вещах и даже бровью не повел, как будто это обычный будничный разговор о погоде. Для демона все было просто: убил врага – и нет его больше. А этот вот, если и убьет, все равно не избавится. Не жизнь, а сплошной кошмар, не хотел бы он быть медиумом.

– О чем задумался? – ворвался в его мысли Юки.

– О том, что не хотел бы быть тобой. Это сколько же ты всякой грязи видишь и тайн знаешь?

– Я их не запоминаю. Но, если честно, я тоже бы не хотел быть тобой.

– Почему это? – удивился Виар – Чем моя жизнь плоха?

Медиум посмотрел ему в глаза расширившимися зрачками, прямо, в упор:

– Ты убийца. За тобой стоит целая толпа твоих жертв, ты их не видишь, но они тянут к тебе посиневшие, холодные руки, они хотят до тебя дотянуться. Они не отводят от тебя своих мертвых, остекленевших, мутных глаз, ничего вокруг не видят, только тебя.

Виара заметно передернуло, он даже невольно оглянулся назад, словно ожидал там что-то увидеть, и, не выдержав, Юки запрокинул голову и заливисто расхохотался.

– Шутки шутишь? – облегченно и одновременно грозно выдохнул глава Кричащих.

– Ага. – признался медиум – Сказал же, что вас разделяет шкура рептилии.

– Ну, ты! – демон захлебнулся возмущением – Отшлепаю, негодник!

И две фигуры, демона и человека, рванули по дорожке с препятствиями, причем человек громко хохотал, а демон ругался и сильно отставал от человека, явно притворяясь медлительным.

– Застанем их врасплох. Как ворвемся – режьте все, что шевелится. – вещал Тринис перед тысячью пар внимательных черных глаз – Не трогать Зарину, и медиума. Вопросы есть?

– Да, хозяин. – подал голос один из воинов – Зарину мы знаем, медиума – нет. Как он выглядит?

– Мальчишка с русой шевелюрой, смазливый, глаза зеленые, тонкий такой, как баба. Звать Юки. Еще вопросы?

Вопросов не последовало. Тринис открыл портал в замок зятя, и вся небольшая армия один за другим вбежала в алое сияние. Шум поднялся неимоверный, закричала какая-то женщина, но кричала недолго, ее быстро убили.

Юки проснулся от какой-то неясной, но сильной тревоги, потер глаза и прислушался. Ничего не услышав, он встал и пошел путешествовать по замку, тихо перебирая босыми ногами. И, едва дошел до южного крыла, услышал лязг металла, возню, возгласы, глухие стуки, какие бывают, когда падают в обморок. Затаившись наверху витой и чересчур украшенной резьбой лестницы, он осторожно свесил голову вниз и увидел много вооруженных демонов, жестоких, сильных, черноглазых, убивающих всех, кто попадется под руку, а кто не попадется, того вытащат и убьют.

Никите стало дурно, как тогда в замке Корина, только тут убивали и демониц, и демонят. Зажав рот рукой, он тихо сполз по резным перилам на пол, мысли путались, а ноги стали ватными. С трудом он заставил себя подняться и снова посмотрел вниз. Посреди всей этой бойни стоял демон, которого Виар приводил к нему в комнату, стоял, скрестив руки на груди, и мерзко улыбался. Юки вспомнил, что медиумы тут ценная добыча, и осознал, что пришли именно за ним. Но в отличие от Виара, этот демон ему не нравился ни капли, такой церемониться не будет, а вести беседы – тем более.

Ноги сами понесли его прочь, он даже не осознавал, куда именно бежит, но мчался так быстро, как только мог, плохо вписываясь в повороты извилистых коридоров, пока не влетел в какую-то дверь, которая легко открылась, и он упал носом в пол.

Виар мгновенно подскочил с постели, в темноте сверкнуло длинное узкое лезвие.

– Юки?

Медиум, тяжело дыша и глотая слова, пытался объяснить ему, что происходит, но Виар уже не слушал, он и так все понял.

– Ранен?

– Нет.

Виар поспешно отодвинул шкаф, пошарил руками по стене, что-то нажал, и в стене открылся ход.

– Иди туда, спрячься.

– Но… – Юки попытался возразить, он терпеть не мог пыльные ходы, увешанные сетью паутин. Лучше уж по-детски залезть под кровать.

– Молчать! Иди! – демон подтолкнул его в спину – Шевели копытами, встал, как хромой осел.

Едва медиум шагнул в проход, за его спиной бесшумно закрылась панель, и он остался в кромешной темноте. Где-то звонко капала вода, шуршали маленькие крысиные лапки, Юки потрогал рукой стену и тут же вляпался пальцами в паутину. Прошипев себе под нос что-то нечленораздельное и явно ругательного содержания, он двинулся вперед, ощупывая стену, чтобы окончательно не потеряться. Этот ход он уже знал, но исследовал-то он его со свечкой. Память услужливо подсказывала ему дорогу, только на этот раз наощупь. Вот нужный поворот, и он окажется в южном крыле, на кухне, а там есть выход за стены замка. Пошарив руками по панели, Юки нашел нужный выступ, аккуратно потянул его пальцами, и ход открылся. После кромешной темноты свет факелов ослепил, он даже не понял, что кто-то бежит на него, только почувствовал негативную энергетику и отошел в сторонку. Этот кто-то пролетел мимо, прямиком в потайной ход, а медиум со спокойной душой закрыл панель.

Битва разыгралась нешуточная, то тут, то там лежали тела, стонали раненые, черная кровь растекалась смоляными лужами по серым камням. В самой гуще сражения Юки увидел Виара, и демону, и его подчиненным приходилось туго, враги теснили их к стене. Юки покрутил головой, взглядом выбрал ту же витую лестницу и, подобрав у кого-то из убитых арбалет с тремя десятками завернутыми в ткань болтами, осторожно пополз наверх, стараясь не привлекать внимания. Ну не вояка он, что тут поделать? Но и в стороне сидеть не мог, зная, что это по его душу явились.

Выбрав позицию поудобнее, откуда ему было все видно, но не видно его самого, медиум повертел в руках тяжелое оружие. И как этим пользоваться? Он осмотрел арбалет и так и эдак, наконец, сообразил, как эта штука должна работать и попытался зарядить. Тетива оказалась тугая, и он, пыхтя и ругаясь, уперся ногой в плечо арбалета для помощи себе в этом нелегком деле. Зарядив, вскинул, прицелился, руки дрожали от тяжести и от страха тоже, он боялся убить, тут и без него убийц хватало, поэтому и целился в руки или ноги. И первый болт полетел, нашел свою цель и пронзил плечо, демон взвыл и выронил оружие, а кто-то сердобольный тут же его добил. Юки не ждал, что точно попадет, он вообще стрелял впервые, тем более из арбалета, но, видимо именно в эту ночь капризная удача была на его стороне. Он перезарядил оружие и снова прицелился. Демонов Виара он знал всех, не по именам, конечно, но однажды увидев, даже мельком, мог отлично запомнить, если сам того хотел. А поскольку Юки считал себя пленником в этом замке, то и запомнил он всех, чтобы, если попадется кому-то из них, бежать без оглядки.

Силы были неравны, их застали врасплох, слишком уж глава расслабился. Виар дрался как дикий зверь, защищая и себя и свой клан, его уже трижды едва не убили, и ярость ослепляла, разрасталась, заставляя драться все отчаянней. Тринис его предал, напал в спину, ублюдок. И, потихоньку проталкиваясь к главе вражеского клана, молодой демон мечтал собственноручно убить предателя, но пропустил удар сбоку, заметил слишком поздно. В голове только и успела мелькнуть мысль о том, что отбить удар он не успеет, как свистнул болт и противник выронил меч, его тут же добил кто-то из своих демонов. Удивляться было некогда, но Виар решил, что нужно будет узнать кто этот стрелок, ему теперь обязан жизнью сам глава клана. И пока демон продвигался к Тринису, стрелок прикрывал его тыл.

Завидев Виара, Тринис оскалился улыбкой мясника-маньяка:

– Что, сынок, не ждал? Как здоровьице?

На старом интригане не было ни единой царапины, что говорило о том, что бой для Виара будет нелегким.

– Как видишь, еще не сдох! – прорычал глава Кричащих.

– Это поправимо, дорогой родственник.

И они сцепились в яростной схватке, как два бродячих пса, рыча и бросаясь руг на друга. Оружие было выбито из рук обоих дерущихся еще на первых минутах схватки, потом они дрались врукопашную, а после и вовсе опустились до уровня зверей, катаясь по полу, и стараясь разодрать плотьдруг друга отросшими когтями.

У Юки остался последний болт, он смотрел сверху на схватку Виара и не решался стрелять, вдруг промажет? Но вот катания по полу прекратились, оба противника застыли, и Виар кулем свалился с Триниса, распластавшись морской звездой на камнях. У медиума поплыло перед глазами, извергом или садистом Виар не был, и Юки искренне его пожалел. Вскинув арбалет, Юки прицелился, ожидая, когда старый демон поднимется, и тогда он выстрелит гаду прямо в голову, но вместо него поднялся Виар.

Тринис лежал мертвым, из рваной раны на шее толчками била черная кровь, растекаясь лужей по полу. Виар встал, посмотрел на своего поверженного врага и еле слышно сказал:

– Туда тебе и дорога, тварь. – и, обведя все еще сражающихся демонов, громко крикнул – Преклонитесь! Тринис, глава клана Темной Луны, мертв!

Драка прекратилась моментально, обе стороны повернулись лицом к Виару и встали на колени.

– Все выжившие принимаются в клан Безмолвного Крика, принесите клятву или умрите.

И демоны, лишившиеся своего господина, один за другим принесли присягу, клан Кричащих выстоял. Виар внимательно слушал слова клятвы, такие вещи очень важны в их безумном мире, и когда все закончили, демон громко спросил:

– Кто стрелял из арбалета?

Тишина была гробовой, демоны сжались, глядя на главу испуганными глазами. Виар вздохнул и обратился к помощнику:

– Дик, кто стрелял?

– Я не видел, откуда-то сверху, вроде бы.

– Придурок, а если бы по нам стреляли?

– Но стреляли ведь не по нам же…

– Да что же это такое?! – рассердился демон – Живо поймайте этого стрелка и поставьте передо мной!!!

Демоны бросились врассыпную по замку. Тихо сидящий Юки бросил арбалет и решил улизнуть, от греха подальше, обратно в сеть тайных ходов, пусть все думают, что он там и сидел все время. Но Виар в этот самый момент пристально изучал взглядом все верха, где мог расположиться арбалетчик, и он заметил движение.

– Стоять!!! – грозно рявкнул глава, и у него это вышло действительно страшно.

Юки остановился, зажмурившись, прошептал что-то непечатное и, нацепив на лицо самую невинную улыбочку, повернулся. Столкнувшись нос к носу с Виаром, медиум чуть не плюхнулся на пятую точку от неожиданности. Демон придержал мальчишку за плечо, а то расшибется еще, осмотрел брошенный на полу арбалет и задумчиво протянул:

– Так это был ты…

– Ну, я. Что дальше? – он воинственно вздернул подбородок.

– А я тебе что говорил делать? – прошипел Виар – Сидеть в тайном ходе и не высовываться!

– И ждать, когда тебя на салат пошинкуют, а меня куда-то еще уволокут? Ага, спешил и падал!

– Да ты хоть понимаешь, что кто-то из нападавших мог сюда подняться!? И что бы ты делал? Невинно улыбался и хлопал глазищами, как минуту назад?

– Мог бы просто спасибо сказать. – буркнул медиум и, развернувшись, потопал в свои покои.

– Кстати, ты умеешь стрелять? – спросил Виар его в спину.

Юки задержался, но не оглянулся, и отрицательно покачал головой. И демона прорвало, он громко рассмеялся и, отдышавшись после смеха, произнес: