Текст книги "Развод. Одинока. Свободна. Ничья? (СИ)"

Автор книги: Ксюша Иванова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

19 глава. Очароваться и разочароваться

Пытаюсь вникать в разговоры, которые ведёт Темнейшество то в одной группе гостей, то в другой.

Но на меня обстановка так давяще действует, что я с трудом нахожу силы, чтобы дышать, что уж говорить о том, чтобы что-то понять и принять участие в их беседах!

Женщины большей частью собираются группками по-отдельности и щебечут между собой, то и дело оглашая огромный зал негромким мелодичным смехом.

И только я всюду следую за своим мужчиной.

За своим?! Опасные мысли, Ксюшенька!

Но это даже не я следую за ним, а он меня водит за собой, не оставляя ни на минуту в одиночестве.

И его пальцы на моей голой спине уже прожгли дыры! Но, покинув ненадолго, снова и снова возвращаются обратно! И я ловлю себя на мысли, что уже жду этих прикосновений! И задыхаюсь, когда они случаются, выпадая на секунды из реальности.

Мне кажется, на меня смотрят абсолютно все – мужчины и женщины! Женщины недобро щурятся и перешептываются, кивая в нашу сторону. Мужчины... Не знаю, какие у них там мысли, но разглядывают меня так, словно я – диковинная зверюшка, выставленная на потеху публики.

Ну, и Борис.

Борис только делает вид, что безучастно стоит у входа с гарнитурой в ухе. Он видит каждое моё движение! Я уверена! Я чувствую!

– Так что, Руслан Усманович, ваша компания готова профинансировать оборудование для детского онкоцентра? – спрашивает очередной, мною не запомненный замминистра.

– Мои люди уже связались с поставщиками. Проверяют их документацию. Если с их стороны всё будет в порядке, мы в следующем месяце приступим к закупке.

– О, это – хорошая новость! За это нужно выпить!

Откуда-то моментально появляется официант, и вот уже у меня в руках бокал шампанского меняется на новый.

Украдкой посматриваю на Темнейшество.

Он оплачивает какие-то аппараты для больных детей? Это благородно очень... И мне даже немного гордо стоять рядом с ним сейчас!

Не ожидала. Думала, что он... Что?

Ну, бандит какой-то...

– Во время открытия центра вам обязательно дадим слово. Расскажете о своём вкладе. В наших Новостях это пройдёт, в газетах тоже. Избиратели такие вещи ценят. Я думаю, в вашей избирательной кампании лишним не будет уже сейчас начать мелькать с благотворительными акциями, – тихонько комментирует в сторону Темнейшества какой-то мужчина в очках.

А, так это всё в рамках избирательной кампании? То есть, получается, не бескорыстно... Эх! И куда, интересно, он избираться собрался? Разве бандиты могут посты какие-то в органах власти занимать?

– Давайте на следующей неделе встретимся и обсудим общие моменты предвыборной кампании? Вы очень вовремя, кстати, задумались о семье, – продолжает тот же мужчина. – Избиратель, особенно пенсионного возраста, предпочитает голосовать за семейного человека, непременно счастливого в браке, с детьми. А если ещё и жена имеет какую-то... правильную профессию, то это вообще замечательно.

– Николай Васильич, у моей невесты, – Темнейшество слегка прижимает меня к своему боку. Его пальцы скользят по талии, и даже слегка проезжаются по моему животу. И я почему-то вся внутри сжимаюсь от этого прикосновения! – Самая правильная профессия на свете. Она – учитель. Работает в обычной школе.

– О-о-о, это шикарно, просто шикарно. Мы обсудим, как на этом можно будет сыграть, – льстиво улыбается мне Николай Васильевич. – Возможно, нужно будет в этой школе пару роликов снять. Может, подарить им какой-нибудь телевизор там, или мячи для спортзала. В чем ваша школа нуждается?

Это всё для пиара! Просто для пиара – и благородство его, и я сама! Я просто имею "самую правильную профессию на свете"! Вот и всё.

Я не знаю, почему от этой мысли я испытываю разочарование.

Ой, Ксюша, ну, вообще-то, Темнейшество именно этого и хотел от тебя – с твоей помощью сделать картинку! Он прямо сказал об этом!

Это просто тебя в глубине души грела мысль, что ты ему нравишься, как женщина!

Вот ещё!

Выбрасываю идиотские мысли из головы.

Нечего тут разочаровываться... Я им и очароваться-то толком не успела!

А вот для нашей школы можно и попытаться хоть что-то выбить, раз уж такая возможность так неожиданно представляется.

– Вы знаете, нашей школе, конечно, нужно очень много всего. В век информационных технологий у нас даже не во всех классах имеются проекторы. А без них на любом уроке уже как без рук! К проекторам нужны специальные экраны. Желательно стационарно закреплённые. Ну, и ноутбуки...

Николай Васильевич с жутко серьёзным видом задумчиво кивает, разглядывая бокал с шампанским в своих руках.

Губы Темнейшества вжимаются мне в ухо.

Со стороны, наверное, смотрится, как будто он меня поощрительно целует. Но на самом деле он шепчет:

– Чем будешь расплачиваться со мной за все эти блага?

Кто? Я?

Ослепительно улыбаюсь ему в ответ. Маню пальцами. Наклоняется, подставляя ухо.

По его примеру тоже практически прижимаюсь к нему губами. Из головы мгновенно вылетает заготовленная фраза. Это так интимно, так остро – ощущать под своими губами его кожу!

Не к месту подключается обоняние! Ну, вот зачем, зачем! Зачем я вдруг вдыхаю его запах? Он так пахнет волнующе – свежестью, чистотой, парфюмом этим особенным! Господи, что я там сказать-то хотела?!!

Теряюсь.

– Что? – поворачивается ко мне с понимающей улыбкой, как будто в курсе того, что со мной сейчас происходит.

– Мне в туалет надо, – глупо шепчу я.

Да, выдохнуть там хоть на мгновение! Просто постоять одной, чтобы на меня никто-никто не смотрел!

– Я с тобой...

Как со мной? Зачем?

Взглядом показывает на Бориса.

Ох, и правда! Ещё не хватало, чтобы Борис меня там перехватил! Так и до скандала недалеко!

– Николай Васильич, я покажу Ксюше, где здесь дамская комната. Извини. Продолжим разговор чуть позже.

Проходим мимо Бориса. Он прямо-таки резонирует яростью. Как будто неверная жена сейчас оскорбляет своим поведением благочестивого мужа!

Темнейшество даже глазом не ведёт в его сторону. Как будто Бориса не существует!

Мне бы такую выдержку!

Сворачиваем за угол в тихий технический коридор.

Подводит к двери, на которой висит табличка со схематические изображением женщины в юбке. Берусь за ручку.

– Спасибо. Дальше я сама! – открываю дверь.

Вскрикиваю от неожиданности. Потому что, обхватив руками под бёдра, он вносит меня в женский туалет!

Захлопывает дверь ногой. Впечатывает в неё спиной! А потом с несдержанным стоном врезается губами в мои губы...

20 глава. Средневековые замашки

Искусав мои губы и исследовав своим языком весь мой рот, отстраняется. Уткнувшись лбом в мой лоб, тяжело сорванно дышит, как будто мы не поцеловались всего лишь, а прямо здесь, возле этой стеночки, быстренько потрахались!

– Что ты делаешь? – выдыхаю я.

И вдруг с ужасом понимаю, что делает не только он! Я в этом безобразии принимаю самое действенное участие! Мои руки всё ещё наглаживают его затылок! И моим пальцам так нравится это, что они самовольно продолжают, сползая на его шею!

– Хочу тебя. Я там не соображал уже ничего даже, – сжимает обеими руками мои бёдра, чуть подтягивая вверх платье. Медленно наклоняется, прикусывая кожу у меня на шее. Меня передёргивает от очень острого ощущения, которое от места укуса молнией прошивает низ живота! – Чушь какую-то нёс...

Господи! Мы в дорогущем ресторане! Там, в десяти метрах, десятки людей, да ещё каких людей! Там Борис, в конце концов! А я тут, у стеночки, зажимаюсь с этим страшным человеком! И, самое жуткое, не могу найти в себе силы, чтобы это прекратить!

И сюда в любую секунду может кто-нибудь войти!

Проводит по ноге, нащупывая резинку чулок.

Резко задрав подол моего платья, просовывает руку между сжатых бёдер, большим пальцем через трусы поглаживая лобок! С рычанием кусает ухо, шею. Я вся в мурашках от этих несдержанных укусов!

В бедро толкается его твёрдый член...

– А-а-а! – словно через слой ваты слышу свой стон. Ксюша, да он же тебя здесь сейчас трахнет! И как после этого ты выйдешь к людям? Они же всё поймут!

Но его ладонь трогает меня там, прижимая к телу мокрую ткань трусиков. И мои колени слабеют.

– Руслан, – шепчу ему хнычущим голосом. Я не знаю, чего выпрашиваю сейчас – то ли продолжения, то ли, чтобы прекратил и не позорил! – Не надо!

Замирает. Медленно убирает руку. Губы ещё некоторое время ласково целуют меня где-то за ушком.

– Блять... Крышу снесло на хер...

Мне, похоже, тоже? Или что это было такое?

Дышим с ним, как спринтеры в конце дистанции.

Дожилась ты, Ксюшенька.

Зато теперь ты в курсе, что такое хотеть мужчину.

Хорошо это или плохо?

С меня словно морок спадает! И я, наконец, смотрю на произошедшее так, как должна!

Что он о себе возомнил? Что вот так может со мной? Захотел – взял?

А-а-а! Точно! Он же Борису за меня заплатил! Решил, что я – его собственность. А не принуждал ни к чему сразу только потому, что... Ну, не знаю, почему! Игры такие у него... Ролевые!

– Никогда больше не трогай меня! Понял? Я тебе не проститутка! – цежу сквозь зубы, поправляя платье.

– Ты думаешь, мне только проститутки дают? – неожиданно оскорбляется он.

Открываю рот, чтобы ответить! Что ответить-то? Что, во-первых, мне не интересно, кто и что там ему даёт! А во-вторых, что я вообще не желаю это обсуждать!

– Тебе ведь понравилось! – усмехается он.

– Нет!

Дернув бровью, шагает на выход.

– Я жду тебя за дверью.

Выдыхаю, когда выходит.

Смотрю на себя в зеркало.

Глаза безумные. Губы опухшие. На щеках румянец.

Дрожащими руками поправляю растрепавшуюся причёску.

Он ненормальный! Сумасшедший!

Зачем здесь? Зачем так? И как много женщин он вот так вот трахал в туалетах!

И самое непонятное и даже страшное... Что стоит только мне закрыть глаза и... Я как будто снова ощущаю всё то, что только что прожила с ним! Низ живота ноет, соски болезненно трутся о гипюр.

И как я поеду сегодня к нему домой? Практически в самое логово к маньяку...

Господи, Ксения! Что такого страшного случится, если ты переспишь с ним? Не сотрешься же! Да и судя по твоей на него реакции, тебе может даже понравиться!

Стоп! Обрываю свои мысли!

Всё так просто, да? Он меня, видимо, не за ту принимает! Потому что я не такая! Я так не могу! Да я его знаю всего-навсего несколько дней! Мы друг другу кто? Мы встречаемся? Мы жених и невеста? Или он изначально привёз меня к себе, желая просто трахнуть? И я, получается, не сдавалась целых два дня... А теперь вот всерьёз подумываю сдаться!

Так! Выбросила все мысли из головы.

Пришла в туалет, чтобы отвлечься и успокоиться. Ну, и вот. Отвлеклась и успокоилась! Так успокоилась, что ещё хуже стало!

Припудриваюсь, поправляю причёску.

Как теперь одной мимо Бориса идти? Темнейшество – предатель, сбежал!

Со страхом выглядываю из-за двери.

Натыкаюсь взглядом на его широкую спину.

Он меня ждёт! От осознания этого неожиданного факта даже злость на него немного притупляется.

Робко выхожу, не зная, что говорить и как теперь быть.

– Извини. Такое больше не повторится, – произносит холодно и практически без эмоций, подставляя мне локоть.

Ага! Не повторится! Вчера вообще-то было тоже самое в кухне. Сегодня вот – в туалете даже! Завтра что нас ждёт?

Сколько там мне нужно продержаться? Три месяца?

– А это что вообще было? – притворно улыбаюсь ему, потому что мы выходим в зал. – Темперамент такой восточный? Ты так со всеми женщинами делаешь?

– Меня раздражает, что эти все мудаки, – с притворно любезной улыбкой обводит зал взглядом. – На тебя пялятся. Если бы ты была моя, я бы, наверное, успокоился. Но ты же не моя...

Это – средневековые замашки какие-то, вот честно! Но... Что-то в этом есть...

21 глава. Пустые разговоры

– Надо же, мы имеем честь сегодня лицезреть невесту самого Руслана Алиева! Столько лет кто только не пытался занять вакантное место его почившей так трагично жены! А удалось вам, – девушка с белыми волосами и ярко-красными губами протягивает мне бокал шампанского. – Поделитесь тайной, что вы для этого сделали? Продали душу? Приняли ислам?

– Ничего, – встречаюсь взглядом с Темнейшеством, который стоит возле одного из столиков, беседуя с двумя пожилыми мужчинами. Старательно улыбаюсь ему, играя роль влюблённой по уши дурочки – в рамках нашей договорённости, конечно же. – Знаете ли, мой Руслан не любит, чтобы женщина делала первый шаг в отношениях. Он предпочитает сам...

– Да-а-а, – перебивает она, любопытно и одновременно холодно посматривая на меня. – То что он – ярковыраженный альфа-самец, это все знают. Но вот чтобы он вдруг решил жениться на русской!

Пожимаю плечами.

– Просто мы любим друг друга. Любовь способна преодолеть любые преграды.

– Это да, конечно, – задумчиво качает головой. – Позвольте вопрос. Нет, вы не подумайте, что я из любопытства, просто вдруг вы не в курсе... Раз так неожиданно откуда-то появились в его жизни.

Поскольку Темнейшество подробный инструктаж по поводу того, что можно и что нельзя говорить, не провел, то я решаю импровизировать – в конце концов я слишком мало об Алиеве знаю для того, чтобы выдать какую-то важную информацию.

– Задайте, – разрешаю ей, где-то в глубине души чувствуя заранее какой-то подвох – ведь вот нас друг другу никто не представлял, а она подошла ко мне и так настойчиво обсуждает моего "жениха", как будто имеет какой-то личный интерес.

– Он вас уже бил?

– Что? – я даже сначала успеваю подумать, что мне послышалось. По инерции продолжаю играть роль влюблённой дурочки. – Да что за глупости! С чего вы вообще взяли, что он на такое способен!

– Как это с чего? Вы реально не в курсе? Да ладно!

Вопросительно смотрю на неё. Ну, чего тянуть и строить из себя актрису, репетирующую эффектную паузу. Понятно же, что вот именно за этим она и подошла ко мне изначально.

– Серьёзно не знали, что он в припадке ярости, которым подвержен с детства, когда-то избил до полусмерти свою жену. Она потеряла ребёнка и через несколько дней умерла сама.

Открываю и закрываю рот.

Смотрю на Алиева.

Оооох!

Он мог такое сделать?

Нет, ну, раз люди говорят, значит, наверное, мог!

Ужас какой!

Оборачивается, словно чувствует мой взгляд.

Подозрительно сужает глаза, стреляя взглядом в мою собеседницу.

Она машет ему пальчиками. Улыбается так, словно мы сейчас вовсе не эти страшные подробности из жизни Алиева обсуждаем, а делимся друг с другом рецептом яблочного пирога.

А ведь он, действительно, странный. Вчера вот с рукой у него что-то случилось. И он за мной гнался. И, судя по взгляду, готов был убить за пощёчину. И сегодня...

Но, с другой стороны, убить не убил, да и не пытался даже...

Так. Ладно. Как бы там ни было, ощущения дружеского участия со стороны этой женщины я всё равно не ощущаю. Не с добром она подошла, не с добром...

– А вы с чего вдруг так интересуетесь подробностями наших отношений? – усмехаюсь я, пытаясь наездом скрыть какую-то неожиданную неловкость от того, что она поняла – я была не в курсе этой информации! – А, ну, ясно! Вы были одной из тех, кто неудачно пытался занять вакантное место рядом с моим Русланом.

И да! Я попадаю в точку!

Она свирепеет, меняясь на глазах.

Даже, кажется, и без того острые скулы заостряются сильнее, а чуть удлинненные клыки, как у вампирши, чуть вырастают. Это, естественно, зрительная иллюзия, но на мгновение мне мерещится такая ерунда.

– Будь осторожна, – цедит она. – Он не выносит, когда ему отказывают в чем-либо.

И уходит, гордо задрав подбородок.

Да ему откажи попробуй! Он умеет обставить всё так, что выбора не остаётся.

– Ксения, – меня тут же ловит под локоть Арам Дворновский, с которым мы познакомились на входе в ресторан. – Нам с вами не удалось пообщаться, но...

Ловко дотягивается до клатча, висящего на тонкой цепочке на моем запястье. И одним движением пальцев раскрывает его. Я успеваю увидеть, как внутрь засовывается визитка, чёрная с тиснеными золотом буквами.

– Если вдруг у вас случится какая-то проблема с... моим дорогим другом Русланом, или просто вдруг понадобится помощь, то можете смело набрать меня в любое время дня или ночи.

Его отвлекает какая-то женщина, а я с удивлением смотрю вслед.

Что это было?

По привычке оглядываюсь, пытаясь отыскать взглядом Темнейшество, но не вижу его нигде.

– Я смотрю, ты прямо-таки идеально вписалась в этот гадюшник, – передо мной откуда-то вырастает Борис. – Пошли. Поговорить надо.

Растерянно осматриваюсь еще раз.

Темнейшество, ты куда подевался?

– Он с губером вышел. Видимо, серьезный разговор. Так что давай, топай в сторону выхода...

22 глава. Фурор

– Нет-нет, я, пожалуй, ещё побуду в этом... как ты сказал? Гадюшнике! Здесь всяко безопаснее, чем с тобой.

– Быстро же ты утешилась! И недели не прошло, как под Алиева легла! Или, может, ты и раньше с ним потрахивалась в тайне от меня? – шипит, наклонившись к моему уху.

Я прямо-таки всей своей кожей чувствую исходящую от моего мужа злость! Кажется, будь мы одни сейчас, он бы меня разорвал на кусочки!

– А ты по себе людей не суди!

Но он, конечно, меня не слышит.

Продолжает:

– Вырядилась! Он уже и шмотки тебе покупает? Наверное, приходится потрудиться за это ночью?

Такое ощущение дикое, что Борис ревнует! Это вообще смешно в нашей ситуации!

– Покупает! Покупает всё, что я захочу! – усмехаюсь. – И даже тебе денег отвалил, чтобы ты отстал. Видишь, как твою жену другие мужики ценят? А ты вот не ценил такой бриллиант. И даже деньги взял. Считай, что продал меня.

Я осторожно оглядываюсь вокруг. На нас уже посматривают многие.

И с одной стороны, собственно, особой разницы нет, что они там подумают, потому что я здесь совсем никого не знаю. Но с другой, я себя сейчас чувствую, как актриса, которая прямо во время спектакля забыла свою роль. Когда весь зал уставился на неё и ловит каждый звук.

Темнейшество, где же ты?

Вот ведь удивительная история! Все тут мне говорят, что Алиев – страшный человек, а я жду, что именно он меня спасет от собственного мужа!

– Ксюша, не устраивай представления! Давай выйдем и поговорим! – как-то вдруг скисает Борис, словно ему становится немного стыдно за то, какой он мудак.

Ага! Неприятно слышать правду?

– Борис, о чем нам разговаривать? О чем? Всё и так ясно. Нам осталось только развестись, да и дело с концом.

– Развестись? – мне кажется, у него даже челюсть отвисает от удивления.

– Нет, а ты думал, я внезапно потеряю память о том, как ты в нашем доме спал с какой-то пошлой бабой, всё прощу и вернусь?

– Я думал, ты в курсе.... А у тебя, оказывается, даже права голоса нет! Ты, Ксюша, ещё очень сильно пожалеешь, поверь мне! Очень сильно, что связалась с этим человеком! Борис тебя и пальцем не трогал!

Ага, не трогал!

Он продолжает, говоря о себе в третьем лице:

– Да, Борис немного сбился с пути! Да, загулял. С кем не бывает. Но разве тебе плохо жилось со мной? А вот этот... Он же баб за людей не считает! Скоро дышать по команде будешь. В хиджаб оденешься. Если он уже, не ставя тебя в известность, просто взял и развёл нас, то что дальше?

В каком смысле "развёл"?

В том, что я теперь не жена Борису? А как так? Без моего ведома?

А может, я уже по тем документам замужем за самим Алиевым? А я и не в курсе.

Обалдеть новости...

– Ладно, будем считать, что мы с тобой поговорили! – решаю не продолжать этот бессмысленный разговор и, отсалютовав ему бокалом шампанского, делаю шаг в сторону.

Краем глаза замечаю, как его лицо перекашивает от ярости.

– Куда собралась? Я не договорил!

Хватает за локоть, дергая на себя.

Мой бокал падает на пол, разбиваясь вдребезги.

Я сама едва удерживаюсь на ногах.

А в следующее мгновение Бориса сносит куда-то в сторону. Я даже не сразу понимаю, что это Темнейшество! Просто вот, как в фильмах показывают – ударная волна, и человек улетает в стену, попутно сбивая стол с едой!

Алиев начинает методично лупить Бориса кулаками по лицу. У него это так получается, словно он – робот-убийца какой-нибудь! Ритмично и с расстановкой!

А ещё у него такое выражение лица страшное, что хочется просто убежать подальше и спрятаться куда-нибудь под стол! Такой запросто убить может.

Ресторан наполняется звуками ударов, криками, звоном посуды, женским визгом.

– Разнимите их, пожалуйста! – прошу, растерянно глядя по сторонам.

Но никто не решается.

Холёные мужчины, большей частью обладатели немаленьких животов, прячутся друг за друга, видимо, боясь огрести сами. Замечаю, что многие женщины снимают происходящее на телефоны.

– Помогите кто-нибудь! Ну, что вы за люди!

Но никто даже шага не делает.

Встречаюсь глазами с Дворновским. Ну? Ты же, кажется, помощь предлагал? Давай, помоги!

– Охрана! Охрана! – кричит он.

Ага, что-то и не видно охрану вашу! Где она вообще? Почему до сих пор не явилась?

Делаю пару неуверенных шагов в сторону дерущихся.

– Руслан! Руслан, пожалуйста! Прекрати! Хватит!

Его кулак неожиданно зависает в воздухе. Он медленно оборачивается и невменяемым взглядом смотрит на меня.

И нет, я пока не лишилась чувства самосохранения и не преисполнилась любовью к бедному избитому Борису. Просто... Словно кто-то толкает в спину! И откуда-то появляется необъяснимая уверенность в том, что он мне ничего не сделает. И я иду к нему!

– Руслан, пойдём! – протягиваю руку, но не решаюсь его коснуться.

Мне видно с такого близкого расстояния, как он медленно расслабляется. Как разжимаются пальцы. Как в глаза возвращается осмысленность.

Отпускает пиджак Бориса. Тот оседает на пол.

Бросаю только один короткий взгляд на... бывшего мужа. Лицо в крови, голова повисла, как будто он потерял сознание. Рубаха в крови. Ужас...

Темнейшество выпрямляется, расправляя плечи. Протягивает мне руку. Вкладываю пальцы в его ладонь – надо же уводить его отсюда как-то!

И мы идём.

Взгляды всех присутствующих обращены исключительно на нас. Да, мы явно произвели сегодня фуррор среди местной публики...