Текст книги "Непобежденные (СИ)"

Автор книги: Ксения Мелова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

– Ну, что же, так тому и быть.

Амрит удивленно посмотрел на мать, он не мог поверить, что она сдалась и, наконец, успокоилась.

– Я не могу заставить тебя делать то, что ты не хочешь, но, мой дорогой сын, ты должен знать, что ты не один с таким даром.

Амрит хотел что-то сказать, но женщина быстро встала и вышла из комнаты. Усталость брала свое, и юноша снова упал на кровать. На этот раз ему никто не помешал.

Амрит резко открыл глаза. Окна были закрыты плотными занавесями, но солнечный свет все же проникал через маленькие полоски в ткани.

«Сколько же я проспал?»

Голова все так же раскалывалась, и что-то важное надо было вспомнить, но что? Юноша пока что не мог нормально соображать.

«Какой стыд!»

Амрит дотянулся до колокольчика и позвонил. Через пару минут в комнату вошел Магур. Это несколько удивило юношу. Магур, в основном, прислуживал старейшине, и довольно редко приходил к другим жителям дома.

– Что угодно, господин?

– Как там госпожа старейшина, Магур? Почему ты не у нее?

– Госпожа только что проводила всех гостей и изволит отдыхать. Попросила ее не беспокоить.

– Что? Как так проводила? Ведь они были должны уехать завтра?

– Господин, вы проспали чуть больше суток. Последние гости уже уехали.

От сказанного Амрит невольно похолодел. Ему показалось, что он спал несколько часов.

– Почему ты не разбудил меня? Я должен был быть рядом со старейшиной!

– А я и пытался, – все так же невозмутимо сказал Магур.

– Пытался? И я не проснулся? Да что ты такое говоришь?!

– Да-да, а потом я решился сообщить госпоже, и она сразу же пришла к вам, господин. Госпожа Аггуль была здесь, посмотрела на вас, и сказала мне, что вы проснетесь на следующий день. Вот так.

Амрит, не веря собственным ушам, смотрел на слугу.

«Я ничего не понимаю и мало что помню. Какой позор! Что же со мной случилось?»

– Госпожа старейшина не просила мне что-нибудь передать?

– Нет, она сказала, чтобы все отдыхали.

Амрит сел на кровать, обхватив голову руками. Голос его немного охрип, он попытался немного успокоиться.

– Магур, пожалуйста, приготовь мне ванну и попроси принести что-нибудь поесть.

– Как прикажете, господин.

– И еще, как там посвященные?

Амрит все так же сидел, закрыв лицо руками, и не мог видеть выражение лица слуги.

– Господин Энки и госпожа Эрра сейчас в саду. Они гуляют. Господин Джоти сейчас в оружейной, и он остается на обучение здесь. Его родители согласились со старейшиной, когда она им это предложила. Господин Асим уехал вместе с отцом.

– Тетя не предлагала ему остаться?

– Предлагала.

– Все понятно. Благодарю тебя, Магур.

Слуга тихо закрыл за собой дверь, а Амрит еще долго сидел на кровати, пытаясь вспомнить, уловить ту самую ускользающую мысль…

Глава 16

– Ты чувствуешь что-нибудь необычное? – спросила Эрра.

Она давно хотела задать этот мучавший ее вопрос. С того момента как они выпили настой, приготовленный госпожой Аггуль, прошло уже два дня, но девушка не заметила в себе особых перемен.

– Нет, я ничего не чувствую, – просто ответил Энки.

Эрра почувствовала неладное, уж слишком спокоен был молодой человек, а его голос был отстранен.

– Дай-ка угадаю! Ты не веришь госпоже Аггуль, думаешь, что раз ты был отверженным, то и никакого дара и тебя быть не может!

Энки удивленно обернулся. Эрра была не на шутку зла.

– Как ты можешь говорить так откровенно?

– А почему нет? Тем более, что ты не прав.

– Думаешь?

– Уверена. Вот смотри, я тоже ничего не ощущаю. Что тебе вчера говорил Джоти? Помнишь?

– Да, – нехотя признал Энки, – он тоже ничего не чувствует пока.

– Вот именно, нам надо набраться терпения. Госпожа Аггуль дала нам время отдохнуть и уже завтра мы начнем обучаться использовать наши силы.

– Если такие имеются…

– Да брось ты эти сомнения, надо быть уверенней! Посмотри, какие цветы…

Аггуль стояла у окна, широкие полосы света освещали комнату старейшины. Женщина смотрела на гуляющих в саду детей. Ей хотелось, чтобы они были с ней как можно дольше. Она привыкла к ним, и только тогда, когда они появились в ее доме, она поняла, чего была лишена. Стук в дверь прервал ее размышления.

– Входи, Амри, мой дорогой.

Молодой человек аккуратно открыл дверь и неловко заглянул в комнату. Аггуль видела, что его терзает чувство вины. Улыбнувшись, старейшина пригласила его сесть.

– Что случилось, мой мальчик?

– Вы еще спрашиваете, тетя? Прошу меня простить, я вас очень подвел.

– Это не так, ты ни в чем не виноват.

– Что вы имеете в виду? Я проспал два дня, а вы были одна с гостями, вам никто не помогал! А ведь я обещал. Мне так стыдно…

– О, Боги! Амри, прекрати, пожалуйста, не стоит так убиваться. Ведь тебя навещала мать, не так ли?

– Мать? Мм, что-то не припомню… В голове полная мешанина.

– Точно тебе говорю, ты ведь знаешь, что старейшина в курсе всех талантов своих подчиненных, а уж дар твоей матери мне знаком и подавно.

– Не может быть! Членам семьи запрещено применять свой дар на других ко Арджит!

– Но ведь такое бывало и раньше, Амри?

«О, Боги! Она знает!»

Амрит резко отвернулся от старейшины. Ему никогда не было еще так стыдно. Сейчас, он уже взрослый мужчина, чувствовал себя провинившимся ребенком. И как он мог сомневаться, что всезнающая старейшина пропустит такое преступление?

Он слышал, как Аггуль встала со своего кресла и тихо подошла к нему. Женщина мягко коснулась его плеча.

– Амри, ты же знаешь, что я не считаю правильным читать людей. А тебя и подавно. Но ты еще так молод и не всегда можешь контролировать себя, твои мысли просто кричат, и узнать их не составляет особого труда.

Старейшина говорила мягко, не упрекая, а просто объясняя неразумному ребенку обыкновенные истины. Юноша слабо кивнул, но не мог заставить себя посмотреть Аггуль в глаза.

– Не волнуйся, я в курсе того, что тебя заставляли делать. Меня это совершенно не волнует.

– Как вы узнали? – глухо, не узнавая своего собственного голоса, спросил Амрит.

– Повторю еще раз – твои мысли сами говорят, не позволяй им этого.

– Мне очень стыдно, госпожа, что вы знаете об этом, но сейчас меня больше всего волнует другое. Я должен что-то вам рассказать, но что, не помню!

– Не думаю, что это так важно на самом деле, но давай сыграем в игру твоей матери. Я помогу тебе вспомнить, что она тебе говорила, но ты знаешь, что нужно сделать. Ты должен пустить меня в свой разум. А там я могу увидеть не только ваш разговор, но и, возможно, отрывки из твоего детства, твоих личных воспоминаний, всего, что ты хотел бы скрыть…

– Я согласен, госпожа, пожалуйста.

Аггуль печально посмотрела на молодого человека.

– Не надо быть настолько верным мне, Амри…

Женщина подошла ближе и нежно коснулась своими руками его головы. Амрит был выше Аггуль, так что ей пришлось поднять руки. Она гладила его светлые волосы, а он в этот момент так остро чувствовал нежность, которой был лишен в детстве. Глаза его закрывались, и Амрит почувствовал, что находится будто в густом тумане. Сероватая дымка плыла вокруг него, и изредка в ней мелькали какие-то изображения.

– Амрит ко Арджит! Подчиняйся своей матери! Слушай только ее! Ты меня понял?

– Да, мама…

– Отец! Пожалуйста, помоги мне. Я не хочу больше этого делать! Прошу, скажи ей!

– Я уезжаю, мама…

– Ты никуда не уедешь, ты останешься здесь и будешь делать то, что должно… Ты должен… Должен…

– Я не могу заставить тебя делать то, что ты не хочешь, но, мой дорогой сын, ты должен знать, что ты не один с таким даром.

Амрит резко открыл глаза. Теперь он вспомнил. Но этот факт ведь многое меняет. Его мать заполучила человека с таким же даром и, наверняка, использует его в своих целях. К тому же, это грозит опасностью старейшине. Амрит обернулся к Аггуль. Та спокойно сидела в кресле.

– Ну что вспомнил?

– Да, вы ведь видели? Кто же еще? Я думал, что никого с таким же даром, кроме нас с вами нет.

– И ты был прав, в нашей семье таких больше нет.

– Но, как же…

– Это лишь значит, что твоя мать нашла кого-то в другой семье, только и всего…

Аггуль так безмятежно раскладывала стопки бумаг на своем столе, что Амрит не выдержал.

– Почему вы так спокойны? Прежде всего, опасность грозит вам!

– Мне? Я, конечно, стара, но не так уж и беззащитна, как ты думаешь. И сбавь тон, будь любезен.

Амрит устыдился своего поведения, и добавил уже более спокойным тоном:

– Я просто очень волнуюсь.

– Я знаю, малыш. Иди сюда и послушай.

Юноша послушно подошел к Аггуль.

– Наш с тобой дар уникален, потому что дает огромную власть над людьми. С его помощью можно потерять голову от власти, а можно обрести мудрость, пытаясь контролировать его. Я хочу, чтобы ты вплотную занялся своим обучением, оно еще далеко не закончено. Ты читаешь людей, но и я могу прочитать тебя, причем очень легко! А ты можешь прочесть меня?

– Я никогда не пробовал, – испуганно ответил Амрит.

– Вот и плохо!

– Что? Я не понимаю…

«Скоро поймешь, мой мальчик, и надеюсь, простишь меня».

– Я хочу, чтобы ты поехал за город. Помнишь тот маленький домик у реки, где мы отдыхали прошлой зимой?

Амрит не подал вида, что расстроен из-за отъезда. Ему не хотелось покидать свою тетю, здесь ему было очень хорошо и спокойно. Стараясь не показывать своего разочарования, юноша ответил:

– Да, конечно, помню. Что мне нужно будет сделать там?

– Там ты будешь продолжать свое обучение. Не волнуйся, это ненадолго, всего лишь пара месяцев. Затем я сама лично проверю твои успехи.

– Как прикажете, госпожа.

– Я вижу, что идея тебе не нравится, но ничего не попишешь! Я не хочу, чтобы ты был игрушкой в руках твоей матери! А теперь иди ко мне.

Аггуль нежно обняла подошедшего к ней юношу.

– Не волнуйся, мой мальчик, все будет хорошо, и время пролетит незаметно.

Когда Амрит вышел из комнаты, Аггуль вздохнула и снова взялась за кипу бумаг, но печальные глаза племянника еще долго были у нее в памяти.

Глава 17

Несмотря на весеннее время, было довольно жарко. Люди с облегчением вздыхали, когда наступал вечер, и прохлада окутывала измученные тела. Лето обещало быть засушливым, и крестьяне заранее начинали рыть канавы для сбора воды в полях, чтобы хоть как-то сохранить урожай. Тяжелая работа была вечным уделом этих людей, но в других уголках империи было еще хуже.

Аггуль объезжала поля, сидя в небольшой повозке с крытым верхом. Становилось душно, но крестьяне не уходили с полей. Работа кипела.

– Магур, ты записываешь?

– Да, госпожа.

Слуга сидел напротив старейшины и аккуратно записывал сказанное Аггуль.

– И еще одно – я бы хотела, чтобы крестьянам доставляли бесплатно воду на поля. Отметь это.

Магур записал и этот пункт.

– Ну что же, я увидела достаточно. Возвращаемся домой.

Повозка развернулась, и лошади быстро поскакали по направлению к главному дому ко Арджит. Ритмичный стук копыт убаюкивал Аггуль. Она медленно закрыла глаза и сразу же уснула.

Аггуль резко проснулась, когда повозка остановилась. Старейшина чувствовала себя разбитой.

«Это все жара», – подумала она.

Женщина неторопливо поднималась в свою комнату. Слуги уже все приготовили, и старейшину ждал отменный обед. Аггуль попросила, чтобы ее дети и Джоти сегодня обедали с ней, и стол был накрыт на 6 персон. Наскоро переодевшись, Аггуль стала ждать детей. Вот, она услышала торопливые легкие шаги. Наверняка, это Айа и Хи. Теперь, более размеренные шаги. Это ее старшие дети.

Слуга открыл дверь, предварительно постучав, и дети шумной стайкой, вошли в ее комнату. Сегодня покои старейшины были ярко освещены, и столь любимый ей полумрак сменился солнечным светом, беспрепятственно проникающим сквозь открытые окна.

– Я рада вас видеть, мои дорогие, – ласково сказал Аггуль, и пригласила детей к столу, – Джоти, ты, наверняка, не знаком с моими младшими детьми. Это Айа, а это Хи.

– Госпожа старейшина, благодарю вас, но мы познакомились, когда шли к вам.

– Очень хорошо.

– Жалко, что Асим не остался, я был уверен, что он не уедет, просто мама говорила, что обычно посвященные остаются на какое-то время в главном доме, чтобы узнать свои силы, разве не так?

– Да, Джоти, ты прав, обычно это так, но родители Асима приняли другое решение, и мне ничего не оставалось, как отпустить мальчика. Не волнуйтесь, Асим пройдет достойное обучение, я ввела его родителей в курс дела, так что не о чем переживать.

Джоти тяжело вздохнул.

– Не стесняйтесь, угощайтесь!

Дети не заставили себя упрашивать и принялись за еду. Аггуль между тем продолжила:

– Сегодня вы начнете свое обучение. Теперь оно не будет таким как раньше. Основные дисциплины вы уже в какой-то мере изучили, но если вы захотите, скажем, совершенствовать свои знания никто вам мешать в этом не будет, даже наоборот. Однако, я должна ввести вас в курс дела относительно ваших необычных способностей.

Аггуль заметила, как замерли дети.

– Наверняка, вы ожидали, что ваши силы проснутся, но ничего не произошло. Хочу вас успокоить, некоторые из нас ждали пробуждения сил больше года, тем не менее, они проявились, – невозмутимо говорила Аггуль.

– Больше года? Это довольно странно, потому что действие того настоя, что вы нам давали, пройдет наверняка.

– Настой нацелен на активизацию ваших нервных окончаний, ваш разум становится более активным и мозговая деятельность усиливается многократно. Вы поймете это, когда начнете заниматься. Но, кроме того, в настое есть секретный компонент, а он не исчезает так легко.

Дети в ответ промолчали, а Энки нахмурился. Аггуль четко видела его сомнения, юноша так и не поверил ей до конца, он считал, что никаких сил у него нет и в помине. Но ему так хотелось надеяться.

«Все мы хотим стать чем-то большим», – подумала Аггуль, – «но не всем достает мужества принять это».

– Учителя у вас будут разные, за исключением боевых дисциплин.

– Нас будут учить драться? – в голосе Джоти послышалась надежда.

– Куда же без этого, это нужное и, без сомнения, необходимое сейчас знание, хотя лично мне никогда не нравилось.

Дети и Аггуль доедали обед в полном молчании. Старейшина сообщила им важные новости, и Эрра чувствовала волнение и покалывание в сердце, как всегда в ожидании чего-то непонятного и нового. Энки сидел спокойно, слегка хмурясь, и его присутствие успокаивало девушку.

«Так тепло и спокойно, когда он рядом, так уютно…».

Эрра на секунду закрыла глаза, и в темноте тут же промелькнули вспышки. Рядом с ней, на месте Энки полыхало самое настоящее пламя, напротив, на месте Аггуль, – спокойный, белоснежный сгусток, яркие желто-алые костры на местах сестер и багряное пламя на месте Джоти. Девушка резко открыла глаза и вздрогнула. Пот стекал по ее лбу, а руки нервно дрожали.

– Что такое, Эрра?

Девушка недоверчиво посмотрела в глаза Энки. Он волновался и взял ее за руки. Ее дрожь передалась и ему. Она видела того же Энки, его темные глаза и волосы, которые уже довольно сильно отросли, изогнутые брови и маленькую родинку в уголке глаза. Не осознавая того, что делает, Эрра провела рукой по щеке брата. Нет, теперь она видела его по-другому: над темными волосами юноши клубилось пламя, ярче, чем у Джоти и насыщеннее по цвету. Эрра никогда не видела такого оттенка и не могла объяснить, что это за цвет. Пламя было беспорядочным, суетящимся и неспокойным. Но таким прекрасным…

– Ну что же, Эрра, поздравляю, – голос Аггуль заставил девушку вздрогнуть, она опустила руку, и сияние пропало.

– Госпожа, что это было?

– Твои силы стали просыпаться.

– Я видела… вокруг Энки и у вас тоже…

– Да. Ты видела незримую оболочку каждого человека. Это один из твоих талантов, дорогая.

– Это было так красиво, госпожа Аггуль.

Эрра снова повернулась к Энки.

– Твой цвет я даже описать не смогла бы. Так красиво!

Энки покраснел и внимательно посмотрел на девушку.

– Сейчас больше не видишь?

– Нет, все пропало.

– Не волнуйся, – сказала Аггуль, – скоро ты научишься контролировать свои силы, и сможешь вызывать их, когда захочешь.

– Правда?

Аггуль в ответ только кивнула.

Энки опустил голову, и Эрра вновь ощутила нечто странное.

«Он расстроен, его догадки усиливаются, он боится, что не найдет свою силу».

Эрра положила голову на плечо Энки. Такую вольность она еще себе не позволяла, да еще в присутствии всех остальных. Но он не оттолкнул ее и ничего не сказал, только крепче стиснул ее руку. Но иногда молчание лечит больше, чем слова. Та горечь, которую Эрра так явно ощутила в нем поначалу, уходила, растворялась, и, наконец, совсем исчезла. Девушка закрыла глаза. Она чувствовала себя неимоверно усталой, как будто весь день занималась без передышки.

«Мне просто хочется немного поспать».

Еще сильнее прижавшись к Энки, Эрра провалилась в глубокий сон.

– Не буди ее, – кто-то раздраженно прошептал.

– Но госпожа Аггуль сказала ее разбудить, скоро начнутся занятия, – оправдывался второй голос.

Эрра медленно открыла глаза. У ее кровати спорили Энки и Джоти.

– Эй, вы, успокойтесь, я уже проснулась.

Эрра медленно поднялась с кровати. В глазах Энки и Джоти она увидела волнение и ободряюще им улыбнулась.

– Что-то я немного расклеилась, перед госпожой Аггуль так неудобно, заснула за обедом.

– Ну да, – весело сказал Джоти, – уцепилась в Энки, так и не смогли оторвать тебя от него.

Энки шикнул на парня и подошел к Эрре.

– Ты, правда, чувствуешь себя лучше?

– Да, спасибо тебе, Энки, и прости, что так вцепилась в тебя.

Юноша улыбнулся и обнял ее. Эрра почувствовала, как размеренно бьется его сердце, ей сразу стало намного легче.

– Мм, я не хотел бы вам мешать и все такое, – подал голос Джоти, – но нас ждут на занятиях.

Эрра неохотно отошла от Энки. То же разочарование отразилось в глазах юноши. Бегло посмотрев в зеркало, Эрра пригладила волосы и пошла за мальчиками. Тот страх перед непонятным будущим немного отступил. Ей было интересно, что ждет их впереди, ее и Энки.

Глава 18

Тихие и проворные слуги принесли свертки с одеждой, и Эрра вместе со служанкой отошла в отдельную комнату, чтобы переодеться. Девушка аккуратно развернула сверток и взяла первую попавшуюся вещь.

– Это чуридар камиз, госпожа Эрра.

– Я не видела еще такой одежды. Они такие узкие…

– Зато хорошо тянутся и удобны в носке, как раз то, что надо для ваших занятий.

– Спасибо, – Эрра улыбнулась девушке и спросила, одеваясь, – как тебя зовут?

– У меня нет имени, госпожа Эрра.

Эрра вздрогнула от того, каким голосом служанка произнесла это.

– Прости, что спрашиваю, но я думала, что в доме госпожи Аггуль все не так…

– Вы правы, – как ни в чем не бывало, ответила служанка, – но мы сами так хотим, проще не иметь имени, чем имея его, бросать тень на тех, кого любишь.

Эрра задумалась над словами служанки, пока та повязывала длинный шарф-дупатту поверх свободной рубашки, доходящей почти до колен девушки.

– Ну вот, с одеждой все, теперь ваши волосы, госпожа.

– А что с ними?

– Я их заплету, чтобы не мешали вам двигаться.

– Хорошо.

Эрра села на скамью, а служанка, тем временем, ловко перебирая пальцами, стягивала длинные волосы в подобие косы. Крепко стянув их шнурком, она принесла Эрре зеркало, и девушка удивленно взглянула на свое новое отражение. И ей понравилось то, что она увидела. Даже вид стал немного воинственным.

Усмехнувшись своему отражению, девушка обернулась к служанке, стоящей позади и ожидающей дальнейших приказов.

– Спасибо тебе, без тебя бы я не справилась.

– Госпожа, мой долг служить вам. Теперь пройдемте за мной.

Эрра вошла в комнату, где все остальные как раз тоже закончили одеваться и теперь возбужденно болтали.

«Мальчишки. Им бы только подраться», – подумала Эрра, и оказалась права. Джоти и Энки обсуждали предстоящие занятия и были настолько увлечены, что не заметили, как вошла девушка. Эрра заметила, что их форма несколько отличалась: такие же темные рубашки, как и у нее, но без шарфов, и вместо чуридара, мальчики надели свободные шаровары такого же темного цвета.

Прежде чем Эрра успела что-то сказать, в комнату постучали и только затем вошли двое молодых людей, одетых точь-в-точь как Энки и Джоти.

«Уж слишком молоды, и они будут нас учить?», – с недоумением подумала Эрра. Она представляла себе будущего наставника несколько иначе. Этот должен был быть мужчина средних лет, высокий, обладающий недюжинной силой, возможно, с легкой сединой или, на худой конец, благообразный старец, знающий все секреты боевых искусств, но не двое ее одногодок. Эрра почувствовала себя неуверенно, и поняла, что Энки и Джоти разделяют ее чувства.

– Приветствуем вас, господа. Позвольте представиться, я – мастер Эвр, и это мастер Бирн.

«Надо же, они носят титулы мастеров, такое дается не за красивые глаза».

Заметив, что пауза затянулась, Эрра подошла к наставникам и, слегка склонив голову в знаке почтения, произнесла:

– Приветствуем вас. Меня зовут Эрра, а это мой брат Энки и Джоти, принявший вместе с нами посвящение.

Наставники почтительно склонили головы, и Эрре пришлось слегка ударить локтем Энки, чтобы тот сделал то же самое.

После знакомства Эвр и Бирн отвели их в большой зал, и Эрра в который раз поразилась архитектуре дома ко Арджит. Снаружи он выглядел большим, но внутри он был просто громадным. Проведя столько времени в этом доме, Эрра даже не догадывалась об этом месте. Зал представлял собой обширную площадку для тренировок, на боковых стеллажах было развешено разнообразное оружие, и девушка сразу заметила, как загорелись глаза Энки и Джоти. С потолка свисали канаты, а когда Эрра подняла голову, то увидела наверху многочисленные канатные дорожки.

– Итак, здесь мы будем тренироваться 4 раза в неделю. Скоро к нам присоединиться еще один мастер, для вас госпожа. А теперь прошу вас сесть на эти коврики.

Эра оглянулась и увидела три небольших коврика позади. Эвр сел напротив детей, подобрал под себя ноги, показывая тем самым пример. Эрре так сидеть не понравилось, и было совершенно неудобно, но она промолчала.

– Для начала я покажу вам как дышать. Дыхание – основа всего, основа жизни, и когда заканчивается дыхание, подходит к концу и жизнь.

Дальше Эвр объяснял им упражнения на дыхание, и дети старались повторить все в точности. Эрра удивилась, что парни не возмущаются, а делают все, что им говорят. Она думала, что такие упражнения вряд ли порадуют Энки.

Спустя полчаса, Эвр встал с коврика и повел их к канатам. С непривычки ноги затекли, и Эрра поняла, что чувствует усталость. Стараясь этого не показывать, она активно взбиралась по канату. Высоты она никогда не боялась, но слабые руки мешали ей. Она видела, что Энки и Джоти уже добрались до самого верха, и теперь спускаются, она же едва преодолела половину каната. Девушка стала потихоньку спускаться, руки ужасно болели, и Эрра чувствовала стыд, что не смогла пройти до конца такое легкое упражнение.

Когда она коснулась ногами пола, то чуть не упала.

– Повторите упражнение, госпожа.

Эрра резко обернулась. За ее спиной стоял мастер Эвр и спокойно смотрел на нее. В его глазах не было ни осуждения, ни презрения.

– Мастер Эвр, я не могу, не получается, – начала оправдываться Эрра.

– Пока вы не выполните это упражнение, мы не перейдем к следующему. Говоря мы, я имею в виду господина Энки и господина Джоти.

Эрра резко покраснела. Из-за нее не будут продолжаться упражнения, а она, сгорая от стыда, будет ползти по этому канату. Девушка заметила, что Энки очень рассержен, она видела, как он идет к мастеру, но, прежде чем юноша успел что-то сказать, Эрра произнесла:

– Простите мою слабость, мастер. Сейчас я попытаюсь еще.

Эвр только кивнул, а Энки растерянно посмотрел на Эрру.

Девушка не спеша подошла к канату, руки дрожали, то ли от усталости, то ли от злости.

«Ну, ничего, я ему покажу!»

Вытерев потные ладони о штаны, Эрра сильно схватила канат и заставила себя подняться. Сделав еще несколько неуклюжих движений вверх, девушка, обхватив канат ногами, плотно прижалась к нему и немного перевела дух. Затем осторожно, стараясь не причинять лишнюю боль рукам, она полезла выше. Пот градом стекал по спине и по вискам, попадая в глаза. Руки стали скользкими, но Эрра продолжала ползти.

«Нельзя смотреть вниз. Нельзя!»

В очередной раз, перехватив канат рукой, Эрра почувствовала, что что-то ей мешает. Девушка посмотрела вверх и увидела потолок на расстоянии вытянутой руки. Она справилась! Волна облегчения покатилась по телу, и Эрра, не понимая, что делает, разжала руки.

Крик Энки был последним, что она помнила.

Аггуль было неспокойно, сердце сегодня было особенно непокорно воле своей госпожи. Ноющая боль, начавшаяся слева в груди, перешла на левую руку, полностью захватив ее в свои тиски. Старейшине было не привыкать терпеть боль, и в этот раз, она лишь раздраженно сжимала кисть левой руки, продолжая писать правой.

Устало откинувшись на высокую спинку кресла, Аггуль закрыла глаза. Боль мешала думать, а ясный ум сейчас был так необходим. Нехотя старейшина позвонила в колокольчик, и вездесущий Магур спустя минуту появился в ее комнате.

– Что прикажете, госпожа?

– Магур, позови мне целителя.

Острый взгляд слуги обратился к Аггуль, подмечая все, что она хотела бы скрыть. Но больше всего его поразило то, как Аггуль сжимала левую руку. Ей было так больно, что она не могла скрыть этого. Магур быстро поклонился и вышел. Он очень торопился. Старейшина редко звала целителей, такие случаи можно было сосчитать по пальцам. Магур почувствовал неясное волнение. Ускорив шаг, он нашел посыльного и, написав записку, отправил того за целителем. Облегченно вздохнув, Магур принялся ждать.

Целитель, пожилой мужчина с седой бородой, прибыл очень быстро. Коротко кивнув поджидающему Магуру, он, словно зная дом как свой собственный, спешно поднялся по лестнице. Магур следовал за ним.

Мужчины остановились перед комнатой старейшины. Магур осторожно постучал, прежде чем войти. Аггуль все так же сидела за столом, но что-то в ее позе сразу насторожило верного слугу. Он услышал, как сдавленно ахнул лекарь за его спиной и сразу же подбежал к женщине.

Почти лежа на высокой спинке кресла, Аггуль слабо дышала, ее лицо стало ужасно бледным. Целитель подошел к старейшине, взял ее запястье и начал прислушиваться. Затем резко поставил свой чемоданчик на стол и не теряя ни секунды, схватил склянку с синеватой жидкостью. Пока Магур осторожно держал голову женщины, целитель очень медленно вливал снадобье.

Дыхание старейшины стало выравниваться буквально на глазах, прежний цвет лица вернулся к ней. Но Аггуль не приходила в себя.

– Магур, нам нужно перенести ее на кровать.

Бережно слуга и целитель положили старейшину на стоявшую в дальнем углу кровать. Магур снял туфли Аггуль и укрыл ее легким одеялом.

– Я оставлю это снадобье, давайте ей каждый час по одной ложке. Мне нужно вернуться и взять кое-что из своих запасов. Не отходите от нее ни на шаг!

Магур кивнул и целитель спешно вышел. Слуга же осторожно присел на краешек кровати старейшины, словно боясь испачкать ее своим присутствием, и нежно взял женщину за руку.