Текст книги "Ломбард на навьем перекрестке (СИ)"

Автор книги: Кристина Юраш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Глава двадцать четвертая

– Ах, ты! – рассвирепела я, оттолкнув смеющегося кота. Он распростерся на кровати, смеясь, как сумасшедший, что еще больше злило меня.

Дерзко сгребая свою зарплату со стола, я спрятала ее в декольте и понеслась проверять свою заначку. Перепрячу ее на всякий случай! Подальше от начальства!

Я с грохотом спустилась вниз, слыша, что смех не прекращается Нахмурившись и зыркая в сторону доносившегося смеха, я любовно достала из тайника огромный мешок с золотом. По сравнению с зарплатой «самопремия» выглядела внушительно и солидно. Жалкий мешочек с зарплатой кисло обвис в моих руках, пока я проверяла, все ли на месте.

– Зарплата, – усмехнулась я, тряся унылый мешочек. – Смотри на большой мешочек и учись!

Говорят, что если полить зарплату слезами, то она вырастет. Не знаю, не проверяла!

Золото ссыпалось в большой мешок, а я с наслаждением запустила в него руку, перебирая монеты. Звон монет ласкал мне уши, как лучшая музыка.

– Надо бы пересчитать! – прячась под прилавком. Я сидела и раскладывала золото на стопки по десять монет.

– Так, так, так! А кто у нас тут пересчитывает? А? Кто недавно говорил, что я – самый жадный кот на свете! – послышался насмешливый голос, а я шикнула на него: «Брысь!».

– Я тут вот по какому делу, – начал кот, наваливаясь на прилавок. – Вчера помимо золота, нам целая партия сапог скороходов перепала. Раньше знаешь, «летят гонцы на все концы»! Модно было, когда гонец долетал за минуту. Вот и закупали цари оптом. Вот только беда. Знаешь, сколько их врезалось в деревья насмерть? О! Хоть мемориал строй! А сапогам сносу нет. Поэтому и валялись в закромах. Вчера их и притащили. Так что думай, куда их девать! А мне пора…

Кот растворился, а я задумалась.

Сапоги – скороходы?

Я прищурилась. Перед глазами появилась огромная вывеска «Хочешь быть быстрым, как понос? Мечтаешь сэкономить на коне?», а рядом «Опережая время и мысль!».

– Есть мысля! – обрадовалась я, щелкнув пальцами и обещая своему внушительному мешочку, который я перепрятала от кота подальше, что он скоро пополнится!

– Эй, двое из ларца, мятые с лица! – грубо пнула я злосчастный ларец, откуда выскочили двое. Царапины на них чуть подзажили, а значит, они были готовы к новым.

– Мне нужно… – начала перечислять я, видя, как бледнеют и переглядываются молодцы. – И полосатую палочку! Понятно?

– Да, – уныло протянули они, кисло глядя по сторонам. Работать им вовсе не хотелось. А придется!

Через двадцать минут я гордо смотрела на красивую надпись, прибитую к дубу: «Сапогошкола «Погнали»! Права категории А, Б, В и Ять!».

– Ну что ж! – заметила я, надевая сапоги своего размера. – Погнали!

Нет, а что тут такого? Деньги за сапоги – коту, а деньги за обучение – мне! Я считаю, что все вполне справедливо!

Через минуту я поняла, что это – не сапоги – скороходы. Это – сапоги – «скородохи». Стоило мне только сделать осторожный шаг, как я очнулась возле дерева в лесу. Со звоном в голове, я отряхнулась и попыталась встать, понимая, что влетела в дерево и даже не заметила. Но сапоги дернули меня и понесли в строну дуба.

– Стоять! – рявкнула я, пытаясь свернуть. От неожиданности я повернулась на каблуке и … понеслась в другую сторону. Пробежав метров триста, я отклонилась назад, и сапоги встали!

– Тихо, тихо, тихо! – успокаивала я сапоги и сердце, которое чуть не вылетело!

– Превосходно! – потерла я руки после недолгих тренировок. Сапоги упали на прилавок, а я взяла перо и лист бумаги.

– Правила сапожного движения. С разъяснениями! Менять каждый год! Нет, нет, нет! Лучше полгода! Так выгодней получится! – написала я, вздыхая и глядя на потолок. – Общие понятия! Перед началом движения убедитесь, что вокруг никого нет. Перед началом движения вы должны выставить руку, как бы показывая начало движения… Вы обязаны пропустить всех скороходов и пешеходов, которые движутся в этот момент рядом, и только потом начинать движение…

Шестой листок был исписан, а я перешла на дорожные знаки. Художник из меня был так себе, но все-таки я что-то изобразила.

– Эй! – пнула я ларец. – Двое из ларца, одинаковых пока! Вылезайте! Мне нужно разослать гонцов во все концы, рассказать про школу и сделайте, пожалуйста, вот это! На обратном пути. Я тут все нарисовала…

– Так тошно, – выдохнули двое и переглянулись унылыми взглядами. – Будет сделано!

Я взяла со стола листок, отмечая, сколько раз я могу вызвать народных умельцев – страдальцев и снова не очутится в ларце.

Через три часа, я смотрела на новенькие сосновые парты и на корявые правила, которые лежали на каждой парте.

На дубе висела доска, а мой мешочек настолько поправился, что завел себе пару! Теперь он не такой одинокий как раньше! У него есть семья, и скоро будут детки – мешочки! Ах, как они быстро растут.

– Оборудование себя, – произнесла я, показывая на рисунок на доске. Вы обязаны нацепить на себя два фонаря. Спереди и сзади. И включать их в ночное время. Так же вы обязаны при себе иметь зеркало заднего вида.

Я постучала указкой по доске и тут же пнула ларец. «Кто дежурный? Стереть с доски!».

– Следующий пункт. Скоростной режим! – строго произнесла я, показывая на рисунок. – В населенных пунктах, городах, деревнях, поселках и хуторах, скорость должна быть низкой! Обязательно снижайте скорость перед населенным пунктом. Перед лесом и в зоне плохой видимости, тоже стоит снизить скорость. Если хотите повернуть налево, то показывайте поворотник рукой! Правая рука – правый поворот, левая рука – левый! Все записали?

За партами сидели писари, а рядом стояли царевичи, жадно поглядывая в сторону груды учебных сапог.

– Учтите! Будет экзамен! И я с вас спрошу! – строго произнесла я, стуча указкой по столу. Как приятно быть основателем ГАИ! – Так, пишем и запоминаем! Перед лесом устанавливается какой знак? А ну все посмотрели сюда? Деревья! Перед оврагом – овраг…

Царевичи захихикали, глядя на мой «овраг». Он был в треугольнике, как полагается, Справа и слева две дуги со схематичной растительностью в виде черточек, а посредине я нарисовала камень.

– Стыдоба! – шмыгнули они носами.– Прямо, как срам бабий!

Кто виноват, что меня не учили рисовать овраги!

– Да, вы правы, – гордо произнесла я, обижаясь за свой овраг, которому впору украсить любой забор. – Овраг для вас «звизда!». Это – предупредительный знак! Так, а вот это горы. Гористая местность!

– Прямо как титьки! – оживились царевичи, глядя на две горы. Просто больше не поместилось!

– Тоже предупредительный знак! Речка… Ну тут все понятно! Озеро – болото – это у нас одно, и тоже! Море! Заметьте, озеро – круглое, море большое! – продолжала я, глядя на царевичей, которые оживились при виде знака «Неровная дорога».

– Титьки поменьше, – закивали он, деля вид, что проверяют воздух наощупь.

– Вот знак населенного пункта, – строгим голосом продолжала я, показывая указкой на …

– Уд срамной! – ржали царевичи, пока я предвкушала взятки.

– Это княжий терем, – обиделась я. Чем больше обижали во мне художника, тем большую компенсацию он требовал.

– Азм есьм царский терем, где правит великий царь… – занудно писали писари, скребя перьями или царапками по бересте.

– А кто придумал эти правила? – почесался гусиным пером один из старательных писцов. Я посмотрела на него убийственно– испепеляющий взглядом, намекая на полный писец за такие вопросы.

– Заметьте, эти правила придумала не я! Их придумала… Жизнь! – страшным голосом произнесла я, глядя на царевичей, которые все никак не могли отойти от оврага и обсуждали «горы», которые штурмовали в своей жизни. – Эти правила написаны кровью! Так. Поехали дальше! Звуковые сигналы в черте населенного пункта! Никаких громких криков: «Па-а-аберегись!». Особенно в спальных районах! По поводу оборудования. Перед началом движение убедитесь, что сапоги исправны! Набойки не слетели, кушать не просят, швы не разошлись! Повторяю При себе нужно иметь два фонаря – передний и задний и зеркало заднего вида!

Я показала на рисунке человечка, у которого на груди и на спине висят фонари. А в руке зеркало.

– А че будет, если правила нарушим? А? – залихватски сдвинул шапку добрый молодец, зубоскаля мне, изучая взглядом мои «пригорки».

– Штраф, – холодно произнесла я. – Минус зуб, минус нога, минус рука! За скорохождение в нетрезвом виде – штраф – жизнь! Не отвлекайте! Все вопросы потом! Теперь переходим к перевозке грузов!

Глава двадцать пятая

– А если я красну девицу буду на руках нести, а?– спросил один из царевичей, предвкушая, для чего он будет ее нести!

– Это – пассажирские перевозки! – ледяным голосом ответила я. – И вам нужны права категории: «Ять!». Так что те, кто хотят возить царевен, красных девиц, пусть доплатят! Это называется – права для гужевого транспорта!

Через час, я стояла и смотрела на то, как привязанные цепями к дубу добры молодцы учатся бегать в сапогах. Скажу сразу, зрелище было попораздирающее!

Грозным инструктором – коршуном, я ходила вокруг несмелых попыток убежать в произвольном направлении. Но цепи не пускали.

В руках у меня были наклейки: «У!», что для их владельцев означало «ученик», для меня «уроды мамины», а для всех остальных: «Уйди по добру по здорову!».

– Поворотник кто показывать будет? Царь – батюшка? Или царица – матушка? А? – рявкнула я, видя, как резко заносит одного из молодцев. Да так, что он врезался в дуб. – Ну пообщайся ты с остальным скороходами! Тебе руки для чего даны?

– Я руку зашиб! – простонали мне в ответ. – Не подымается!

– И не вздумать подмигивать, если где-то стоит инспектор! – пугала я, скрестив руки на груди.

– Так, ты! Какого сивки – бурки ты по зеркалу не смотришь! – бросилась я к следующему. – А тебя куда на встречку поперло! Корона на голове мигалкой не считается! Не видишь, тебе навстречу такой же идиот бежит! Бамс! И у нас авария! Ты-то куда смотрел! У тебя фонарь потух! На груди потух, под глазом появился!

Зла не хватало! Чувство ответственности за возможное сокращение популяции царевичей заставило меня отбросить сломанную об спину одного из самый резвых Иванов, палку.

– Больно же! – проныл он, сидя на земле, пока ноги его куда-то упорно бежали в воздухе. Второй его собрат по тяге к приключениям получил остатками палки по удали молодецкой.

– Тяжело в учении – легко в гробу! – фыркнула я, видя, как один, особо резвый, уже пытается снять с себя цепь и припечаться удалью молодецкой в ближайшее дерево.

Писари сидели и отдыхали, поглядывая, не убьется ли их царевич. И в глазах у них тайная надежда светилась.

– Это вам, сосунки леденцов, не на волке кататься! И не на сивке-бурке! Считай, такси! – ругалась я, удивляясь, откуда у меня столько желания поубивать всех.

– Левее бери! Лев… – начала я, сгорбившись и сморщившись от «бум».

– Я не лев, я Иван! – послышался голос, а я поняла, что жив.

– Куда прешь! Встречка это … СМЕРТЬ!!! – страшным голосом крикнула я, успокоившись, что меня услышали.

– Это не мой размер! – ныл кто-то рядом. Белокурый молодец с ясными глазами сидел и смотрел на свои сапоги.

– Ты – не мой размер, – усмехнулась я, поигрывая новой полосатой палкой.

Под конец сапоги были кое-как освоены.

– Учите теорию! Будут билеты! – пригрозила я, царевичам, пока их транспортные средства ржали и выли в лесочке. А герои расходились по царствам.

– Идите-ка сюда мои хорошие, – ласково сгребла я мешочки с золотом. Но один не обняла. Это кота. За проданные сапоги. – За каждую нервную клеточку по золотому! Вполне честно! Завтра еще взятки понесут…

Я спрятала свою заначку, выпрямилась и уже собиралась идти чехлить скатерть самобранку, как вдруг послышался голос за спиной.

– Это как понимать? – голос кота был явно недовольным.

– Что именно? – спросила я, делая вид, что не знаю, о чем он.

– А вот что! – усмехнулся кот, доставая какую-то бумагу. Я прищурилась. – Список чудес на свете… Так, белка, что поет песенки и грызет орешки… Первое место. Царевна Лебедь – второе… Это что за местный «Форбс».

– Ты сюда смотри! – зловеще произнес кот, тыча когтем в конец списка.

– Алиса Эдуардовна… Что? – удивилась я, понимая, что меня занесли в чудеса. – Я – чудо?

– Ты попала в список чудес расчудесных! – рявкнул кот, словно мечтал оказаться там сам.

Неужели?! А с чего это я чудо?

– Дай сюда, – вырвала я листик у кота, читая про каждое чудо. – Царевна Лебедь – строит города за ночь… Ого! Сивка Бурка Вещая Каурка, Конек Горбунок… С конебазой понятно… Щука! Это что? Та самая? Золотая рыбка! Вау! Так, аквариум пролистываем.. .О! И правда! Я! Девица, которая делает деньги из воздуха? Серьезно?

Я осмотрелась, пытаясь понять, кто меня туда внес. Чья добрая душа меня сюда внесла?

– Ты чего улыбаешься, чудо-расчудесное! – язвительно заметил кот, а мне в подбородок уперся острый коготь. – Ты хоть понимаешь, что это значит?

Через мгновенье вокруг меня появился дворец, а на троне сидел кот – батюшка в тяжелой золотой короне с ватной бородой.

– Слышал я про чудо – девицу! Кто мне ее достанет, тот богатым сразу станет! – скрипучим голосом произнес кот. Что-то хлопнуло и все испарилось.

– О, достать меня легко, – усмехнулась я, будучи слегка польщенной. Нет, ну надо же! До белки мне еще далеко, а вот щуку я вполне могу обогнать!

– Ты что? Хочешь, чтобы тебя украли? – спросил кот, сощурившись.

– Смотря кто, – уклончиво заметила я, взвешивая мешочек за проданные сапоги. Завтра у нас экзамен, поэтому котику ничего не достанется. Хотя, он и так богат!

– Мне кажется, – сладенько заметила я, поднимая на кота бесстыжие глаза и ведя пальчиком по его рубахе. – Один котик просто завидует…

– Как замурчательно, – заметил кот сладострастно, ловя мою руку в свою. – Учти, красна– девица, вызволять тебя не буду…

– Это еще почему? – притворно обиделась я, выпятив губу. – А кто тебе продажи будет поднимать? А?

– Еще раз так сделаешь, – сладенько заметил кот, обнимая меня. – И у меня на тебя продажи поднимутся.

– Фу, – притворно скривилась я, вручая ему мешочек выручки за сапоги.

Я вспомнила, как отчаянно продавала их.

– Универсальная резина, высокий клиренс, – заливалась я, показывая сапоги будущим бегунам. – Подвеска!

И тут же вспомнила, как жадно смотрели на сапоги царевичи.

– Замшевый салон, – рекламировала я с видом эксперта, заглядывая внутрь сапога. – Только к сапожнику сходите, пусть развал – схождение сделает!

Не стоит говорить о том, что партия сапог разлетелась, как горячие пирожки.

– Мур-мур-мур, а это что? – послышался сладенький голос, как вдруг я почувствовала, что у меня из лифа вытаскивают один из моих мешочков с деньгами.

– Отдай! – возмутилась я, как вдруг увидела, что наглый котяра обернулся черным пушистым котом, схватил его зубами и ловко вскарабкался на дерево.

– Ах ты! – возмутилась я, пытаясь найти сучок, за который можно зацепиться, чтобы влезть на дуб. Кое-как с кряхтением и сопением я смогла закинуть ногу и подтянуться. Но кот уже был высоко!

– Вот зараза! – обиделась я, понимая, что не успеваю лезть за ним. Кот ловко прыгал с ветки на ветку, пока я карабкалась, грозно поглядывая наверх. Веток стало больше и дело пошло чуточку быстрее.

Крона дуба шелестела, а я пробиралась через ветки, как вдруг очутилась на развилке. Кота нигде не было! Я держалась за ветку, понимая, что до ужаса боюсь высоты! Пока я догоняла кота в пылу азарта, было как-то не страшно. Но сейчас, когда я увидела шумящие кроны деревьев, небо и то, что было внизу, мне стало дурно. Пальцы вцепились в ветку, комок тошноты подступил к горлу, а перед глазами все поплыло.

– Я фак не игфаю, – обиделся кот, высовываясь из листвы с мешком в зубах. – Эй, ты фиго?

Фиго! Фиго! Фиговенько мне… Мне казалось, что если я еще раз посмотрю вниз, то потеряю сознание. Сердце панически колотилось, подгоняя ком тошноты повыше. Внизу все расплывалось, словно там не трава и мои туфли, а распростертая бездна ада.

– Держи, – послышался торжественный голос кота рядом, а я поклялась, что не отпущу эту ветку никогда!

Я зажмурилась и уперлась лбом в толстенный ствол, а когда открыла их, то увидела красивый букет цветов и мой мешочек с деньгами.

– Ну должен же был быть предлог, чтобы пригласить тебя на свидание?

Что? Свидание?

Глава двадцать шестая

– Сколько вас было в помете? – спросила я, как бы намекая, что еще одно такое свидание, и мне крышка. Ой, мамочки! Зачем только я взглянула вниз.

– В помете восемь. А я у мамы один, – рассмеялся кот, тыча мне цветы. – Так, я не понял? Ты чего?

– Я… я высоты боюсь, – прошептала я, глядя страдальческими глазами на букет.

Он казался мне посмертным. Да-да, именно такой букет я видела на своей могиле…

– Положишь мне его на могилку, – простонала я, в отчаянии обнимая ствол.

– Пойдем, не бойся, – усмехнулся кот, разглядывая букет.

– Ой, а можно свидание у нас пройдет здесь? А? – спросила я, понимая, что отцепить руку для меня уже подвиг.

– Хочешь так? – спросил кот. – Ладно. А вдруг у нас дело дойдет до обнимашек? Знаешь, на свидании и такое бывает!

– Я уже обнимаю дерево. Вакансия занята, – простонала я, не чувствуя от страха ни рук ни ног. При мысли о том, как я буду слезать, меня замутило от ужаса.

– А если мне вдруг приспичит тебя поцеловать? – игриво спросил кот, осматривая свои железные ногти.

– Пошлешь воздушный поцелуй, – выдохнула я. Ни за что не отпущу! Пусть хоть мир рухнет!

– Давай сюда руку, – мне протянули ладонь, а я поняла, что не могу отлипнуть от шершавой коры.

– Нет, – выдохнула я, жмурясь и отворачиваясь. О, нет, так еще страшнее.

– Хм… – послышался голос снизу. – Отлично! Просто превосходно!

Я отважилась посмотреть вниз, видя кота, который каким-то чудом оказался на земле. Он сделал пальцы квадратиком.

– Так, с вывеской я вопрос решил! – заметил кот, глядя на меня коварным кошачьим взглядом. – Вывеску мы обновили!

Ветер задрал мою юбку, обнажая стринги.

– С русалкой у тебя тоже свидание было? – скрипнула зубами я, не зная, как высвободить руку, чтобы поправить юбку.

– Не сказать, что свидание, – вздохнул кот. – Так, ничего серьезного!

– Вот только не говори, что у нас все серьезно, – язвительно выдала я, делая глубокий вздох. – Я тебе не верю.

Я подумала и стала кричать: «Снимите меня кто-нибудь!».

– Почем? – спросил кот, тут же появляясь рядом.

– Ах ты… – скрипнула зубами я.

– Ладно, значит, переходим к делу! – заметил кот деловым голосом. Он посмотрел на букет и забросил его подальше.

«Это мне? Пасиба!», – послышался радостный мужской голос.

– Итак, есть тут одно дельце, – заметил кот, вальяжно располагаясь на ветке. – Ты меня слышишь, чудо-чудное? Диво-дивное?

– Слышу, – мрачным голосом заметила я. И ведь надо ж было поверить, что он просто так пригласил меня на свидание! Нет, ну на минутку я действительно поверила в то, что за это будет просто свидание.

– Ах ты! – возмутилась я, а меня захлестнула злость. Так бы и двинула. Я замахнулась на него, забыв про свой страх высоты, как вдруг меня поймали. Мы стояли на тонкой веточке. Точнее, кот стоял, а я отчаянно цеплялась за него.

– Как тебе не стыдно, золотко мое, – заметил кот, осматриваясь по сторонам. – Прямо сразу на шею…. Ну скажи, что ты мечтала об этом…

– Молчи-и-и! – взвизгнула я, мельком глядя вниз. Кот пошатался на месте, каким-то чудом удерживая равновесие, а я обняла его, как родного.

– Ммм, сколько страсти! – рассмеялся он, глядя на меня желтыми кошачьими глазами и сверкая острыми клыками. – Тебя что-то смущает?

– Наверное, то, что ты людоед, – заметила я, глядя ему в страшные глаза. Зрачок его превратился в тонкую нитку, от чего глаза стали еще страшнее.

– Иногда людоед, иногда людолюб, – усмехнулся он, снова покачнувшись. – Ну что, чудо-чудное?

По моей спине пробежались когти, а я застыла.

– Да держу я, держу, – послышался голос кота, когда я в ужасе карабкалась на него.

– Учти, я не настроена на … – предупредила я, чувствуя, как его рука наглаживает мой попинс.

– А тебе и не надо настраиваться, – послышался ласковый шепот. И тут кот запел, улыбаясь. Я пожалела, что злой ЛОР нашел у меня серные пробки в третьем классе и избавил меня от них!

– Ты что делаешь? – прошептала я, чувствуя, как мои глаза слипаются. – Я не согласна!

Очнулась я на кровати, не помня ничего. В ужасе и панике я стала проверять наличие белья. Только моя рука осторожно скользнула вниз, послышался голос кота.

– Поздравляю! Скоро нас будет трое! – игриво заметил кот, пока я в ужасе прикидывала, как такое могло случиться. Нет, и ведь самое обидное, я ничего не помню!

– Ты, я и большие деньги, – рассмеялся кот, потирая руки. – Впрочем, сейчас все узнаю…А потом изложу план. Ну что ты так смотришь? Что я не так сказал? У нас почти семья!

– Семья? – округлила глаза я.

– Ты же любишь деньги? Ты любишь деньги, я люблю деньги. А деньги будут любить нас. Приятно смотреть, обнявшись, как они растут, – задушевно начал кот.

По кошачьим глазам я поняла. Никакого свидания не было! Это была кошачья месть за поиск зарплаты! А то распалила котика и ушла!

Кот исчез, растворяясь в воздухе.

Я спустилась в лавку, жуя бутерброд. «Пафибо!», – поблагодарила я скатерть самобранку.

– Хоть крошки с меня вытряхни, неблагодарная! – разоралась скатерть, пока я запивала бутерброд чаем.

«И все-таки я ему нравлюсь!», – не без удовольствия отметила я, глядя на себя в зеркало.

«А он тебе?», – спросило что-то внутри. Я застыла с бутербродом в руках.

– Я никогда не встречала такой беспринципной, жадной, бессовестной, мстительно, самовлюбленной сволочи, как он, – усмехнулась я. –Я начинаю его обожать.

Настроение было расчудесным. Толпа царевичей пришла на экзамен вместе с писарями и челядью. У нас сегодня теория!

– А вы кто такие? – спросила я, глядя на делегации.

– Как кто? Подсказчики – шептуны, – переглянулись шпаргалки на ножках.

– Так, заходим по одному, – выстроила я царевичей в змейку.

План был прост. Сегодня сдаст только один. И побежит хвастаться царю– батюшке. А тот растрезвонит по всему государствам! Что его сын единственный, кто сдал. А ко мне выстроится очередь со взятками.

– Вот такое я – чудо – расчудесное! – потерла я руки, доставая экзаменационные билеты и рассаживая царевичей за парты.

– Всех писарей и подсказчиков – шептунов вон туда! Никаких шпаргалок! – строго зыркнула я, раздавая дуракам билеты и перья. – Поставить галочку или крестик напротив правильного ответа.

Пока я следила, чтобы шептуны не подсказывали и не советовали, царевичи что-то отмечали. Я уже купалась в деньгах, витая в облаках финансового успеха.

– Все! Время вышло! Сдавайте работы! – потерла я руки, собирая листочки.– Не забудьте написать, кто вы и из какого царства!

Царевичи сдали работы и остались ждать результата, а я села проверять и доедать бутерброд.

– Кхе! – поперхнулась я, видя все правильные ответы в одном листе, потом во втором. И в третьем! Это как? Мои глаза округлились, а я зыркнула на царевичей слегка недоверчиво. Мой гениальный бизнес – план надел противогаз и сапоги по подмышки и направился познавать кота с другой стороны.

– Вы же не учили? – прищурилась я, глядя на царевичей, которые дурачились. – Как?

– Я наобум поставил! – удивился один из царевичей, закинув ноги на стол.

– Я тоже! А я на авось! – переглянулись царевичи, подтверждая простую истину. Дуракам везет.

– Отлично, теорию сдали все! – скрипнула я зубами. – А теперь практика!

Через час я вышла с результатами.

– Сдал только … эм… Иван Царевич из Тридевятого царства! – ткнула я счастливчика, который стал таковым с моей легкой руки. – Остальным пересдача!

Видимо, к такому были уже готовы.

– А у вас сдача с пересдачи найдется? – подлетели ко мне делегации, потрясая мешками. Я щедро отписывала права на управление сапогами скороходами, пожимала руку и украдкой поглаживала толстенный мешочек.

Все ушли довольными, а я богатой. Мои золотые запасы росли, а я любовно пересчитала их, запустив в них руку.

– Эй, девица – красавица! – послышался голос, а я спрятала свой тайник. Передо мной из неоткуда выросла целая шайка во главе с каким-то лихим красавцем в одежде, щедро украшенной перьями.

– Что вас интересует? – спросила я, видя молодцев, которые мне не приглянулись.

– Что не признала? – усмехнулся красавец с перьями. – Соловей – разбойник.

Грабить тебя будем, девица – красная!

– Кота нет! – осмотрелась шайка, пока я пятилась в сторону шкафа.

– Не боись. С чародейством знаком! – заметил красавец, прошелестев перьями. – Так что ничего от меня не утаишь!

«Тронешь мою самопремию – по клюву получишь!», – мысленно прошипела я, осматриваясь в надежде, что сейчас появится кот и полакомится птичкой.

Птичка зубоскалил, пока его молодчики хватали все подряд.

– А ну девица-красавица, что ты там прячешь? – послышался голос, а на меня смотрели азартным взглядом.

– Девственность, – улыбнулась я, пятясь и натыкаясь, то на поеденные молью ковры «недолеты», то на корзину с червивыми молодильными яблоками по уценке…

– Давай сюда свое золото! – протянули мне руку, а я засопела, как целый лес ежиков! Значит, я тут честно грабила! А у меня отбирают…