Текст книги "Ломбард на навьем перекрестке (СИ)"

Автор книги: Кристина Юраш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Глава двенадцатая

Над головой что-то лихо ухнуло, заставив сжаться. А потом в кустах послышался подозрительный шорох. От этого шороха я подскочила, как ужаленная, дернулась и стала пятиться спиной к дереву.

В кустах снова что-то зашуршало, причем так, угрожающе. Я не выдержала и бросилась наутек.

Я осознала, что за мной никто не гонится только тогда, когда тропинка исчезла, а я остановилась, тяжело переводя дух.

– Я тебя не съем! – послышалось рычание за кустами. Я осторожно подкралась, раздвигая колючие ветки.

– Я фнаю, ты хочефь меня фъефть, – замогильным голосом произнесла Анжела, напрочь отбивая аппетит. – Я тебе пефенку фпою!

«Похоронную!», – добавила я мысленно, содрогаясь от голоса Анжелы.

– Я от бабуфки уфел… – послышалась жуткая песня, которой впору озвучивать фильм ужасов. Странно, как мне на пути не попадались седые звери?

– Я от дефушки уфел! – продолжала Анжела, срочно требуя отдать ее в музыкальную школу по классу барабана. Голос у нее был неразборчивый, словно во рту что-то было.

– Пусти меня, колобок, – визжал голос, а я видела, как огромный волк пытается убраться с дороги. Но не мог в силу того, что его зубами за хвост держал наш колобок. – Помогите! Спасите!

Я бросилась на тропинку, видя пытаясь отбить волка от исчадья кулинарного ада.

– Пусти его! Фу! Фу! Нельзя! – пыталась я разомкнуть челюсти, пока волк трясся и выл в качестве аккомпанемента. – Рано тебе еще всякие торчащие и пушистые органы на букву «х» в рот брать! Пусти бедного волка!

Через пару минут отчаянной схватки, счет был один – ноль! Волк с весьма лысым хвостом дернул в самую чащу, а Анжела сплюнула шерсть, собираясь покатиться дальше.

– Вернись! – дернулась я, понимая, что ребенок совсем от рук отбился!

Тропка уводила в густые дебри, пока я мчалась вперед, наперерез. И тут меня осенила гениальная идея.

– Колобок – колобок! Я тебя съем! – выдала я, выпрыгивая из кустов и глядя на черный шар, который остановился, как вкопанный.

– Не ешь меня… – замогильным голосом произнесла Анжела, намекая, что неизвестно кто еще заработает себе несварение в результате нашей встречи. – Я тебе песенку спою! Я от дедушки ушла… Я от бабушки ушла…

– Ой, что-то я не слышу! Может, на пенек заберешься! Так мне лучше слышно будет! – вздохнула я, понимая, что могу спугнуть ее в любой момент. Она у нас девочка ранимая, так что тут нужно осторожно.

«Проклятый кот!», – дернулась я, вспоминая, как он меня бросил в этом страшном лесу одну. А потом вспомнила умопомрачительный поцелуй, от которого дрожат колени и мысли разлетаются, как птицы с ветки. «Еще раз проклятый кот!», – скуксилась я, видя, как ловко запрыгивает Анжела на пенек и продолжает список своих жертв.

– Я от зайца ушла, я от медведя ушла… – пела она жутким голосом, пока я подозревала, что где-то лежит дохлый медведь.

– Ой, не слышу! – продолжила я. – Совсем не слышно! Может, на руки прыгнешь? Так лучше слышно будет?

Анжела с детства тянулась к славе и людям, поэтому запрыгнула мне на руки.

– Ура! Я поймала! – ликовало что-то внутри меня, как вдруг меня тяпнули за руку!

– Держи ее! – послышался голос кота.

Ага! Попробуй! Колобок выскользнул из рук и стремглав устремился в лес. Кот бросился за ним, а потом остановился, возвращаясь ко мне. В руках у него был клубок.

Я смотрела на отпечаток острых зубов на руке, не понимая, откуда в колобке такой стоматологический потенциал.

– Руку сюда давай! – дернул меня за руку кот, разрывая рубаху и заматывая мне руку. Я стояла и смотрела на то, как он бережно завязывает узелок.

– Ты же сказал, что ушел? – прищурилась я.

– О, я тут подумал и решил вернуться! А что отцы не возвращаются обратно в семью? – усмехнулся кот, вручая мне обратно перевязанную руку. – Шучу. Я за клубком мотался. Чтобы узнать верный путь!

Только сейчас до меня дошло, что в глубине, среди яда, гадких улыбок, наглых высказываний и всего-всего-всего, что так манит женщин, скрывается что-то хорошее. Маленькое, светлое и заботливое. И вместо того, чтобы броситься за колобком и за деньгами, он решил перевязать мне руку.

Я умиленно смотрела на повязку, а потом переводила взгляд на кота.

– Не обольщайся! Просто ловить его тебе! – послышался все тот же наглый и бесцеремонный голос.

И все очарование заботы куда-то сникло.

Кот бросил клубок на тропинку, а тот весело поскакал, разматывая нитку.

Мы бежали за ним, пока я высматривала нашего колобка.

– Анжела! – крикнула я, в надежде увидеть, если ни ее саму. То хотя бы седое бесхвостое зверье, требующее моральной компенсации за причиненные страдания и увечья.

Клубок водил на по лесу до самой темноты.

– Трудно найти подгорелого колобка в темном ночном лесу, – усмехнулся кот, когда клубок повел нас на развилке направо.

Мы плутали, плутали, как вдруг клубок размотался и в последний раз приподнял тонкую нить, показывая что-то вроде: «Примерно туда!».

– Ладно, – послышался недовольный голос кота. – Возвращаемся!

Я опомниться не успела, как очутилась возле знакомого дуба, возле которого собралась очередь. Три богатыря, две девицы – красавицы, наминающие платки и косы, один лихой молодец с шапке с пером и еще куча народа, срочно требующего либо обменять свое барахло на деньги, либо купить «то, не знаю что!».

– И где вас носило! – капризным голосом произнесла одна из девиц, уперев руки в боки. Ее драгоценный кокошник сверкнул при свете нашей … «витрины».

Глава тринадцатая

– У нас был обеденный перерыв! Нас чуть не съели! – огрызнулась моя усталость.

Кот? Где кот? Ну понятно! Нет кота! Придется разгребать все самой.

– Двое из ларца, одинаковых с лица! – позвала я, входя наш бутик. Молодцы смотрели на меня, а потом грустнели, грустнели. Под конец на них лица не было!

– Будет сделано, – кисло заметили они, понимая, что впервые с них дерут три шкуры.

Я вышла из дуба, объявляя всем, что сейчас запущу в зал. Теперь наш ломбард напоминал гипермаркет.

– «Ломбард на Навьем Перекрестке!», – пропел женский голос откуда-то сверху. – «Лучшие цены!».

Я присела за кассу, видя груду корзинок, сваленных у входа. Везде появились ценники.

– Набрали – на кассу! – улыбнулась я, видя, как разбирают корзинки.

Ко мне подошел богатырь, выкладывая из корзины два меча.

– Вам мешок? – спросила я, глядя на добротные мешки, которые лежали у меня под столом.

– Не надо… – замялся богатырь. В его глазах читалось, что он будет внукам рассказывать. – Мы … енто… сразу в бой!

– Хорошо! Скидка есть? – спросила я, глядя на цены и выписывая в тетрадочку два меча.

– Да мы сами, кого хочешь скинем! – лихо заметил богатырь.

– С вас два мешка золота, – улыбнулась я, видя, как люди ходят и смотрят во все глаза.

– А откуда нам золото брать! Мы перо жарптицы принесли! – заметил богатырь. – Еле добыли! Отбили у басурманина!

– Ну тогда один меч, – вздохнула я, глядя на прейскурант, который появился у меня на стене.

– Да как же один! Нас-то двое! – удивился богатырь.

– А вы по очереди! – пожала я плечами, забирая один меч и пряча его под прилавок.

– Эх! – выдохнул богатырь, снимая доспехи.

Красавицы забыли за чем пришли. Я тоже весьма подзабыла обо всем, видя мощное тело со шрамами. Наверное, глаза, видевшие это, я отложу на старость, чтобы вспоминать…

– Вау, – едва слышно заметила я, видя накачанный торс. У одной красавицы из рук яблоко выпало. И упало на пол рядом с челюстью. У второй глаза были размером с два блюдца. Она стояла, не шевелясь, словно боясь вздохом спугнуть свое счастье.

– На тебе! – скинул богатырь все, что на нем было.

– Ой, – ойкнула одна из девиц, схватившись на всякий случай за прилавок.

Вторая молча села на сундук, глядя на богатырский меч крайне заинтересованными женскими глазами.

– Не девица – ты! – вздохнул второй богатырь, глядя на меня из-под кустистых бровей. Я удивилась, откуда такая осведомленность? Не помню, чтобы когда я целовалась на выпускном с щуплым одноклассником, в тени ивы стоял огромный богатырь, внимательно наблюдая за нами.

– Не девица ты, а сволочь! – сплюнул богатырь, заценив мой редкий дар зарабатывать деньги.

– Проходим, не стесняемся! – крикнула я, чувствуя, что это бесконечный день вот-вот закончится. – О, вы тут яйца несете?

Передо мной стоял растерянный паренек вида лихого и слегка удалого. Длинные рукава кафтана подметали пол, а сапоги делали скрип-скрип.

– Одно яйцо? – устало спросила я, глядя на какого-то Ивана, видимо, Царевича. – Ну вы же мужчина! Что за мужчина с одним яйцом! Берите сразу два! Для полного комплекта! У мужчины должно быть два яйца!

– А зачем мне два яйца с Кощеевой смертью? – удивился Иван, почесав светлые кудри так, что чуть не свалилась шапка.

– А контрольный кто будет делать? Я что ли? – спросила я, пожимая плечами.

Внезапно паренек уронил яйцо, а там… ничего не было…

– А где иголка – смерть Кощеева? – спросил он, пока я высунулась из-за кассы.

– А, это … это… – замялась я, пытаясь скрыть неловкость. – Это у нас Кощеев Сюрприз! Где-то есть иголки, а где-то нет! Лотерея! Как повезет! Кощею тоже нужно дать шанс!

– Тьфу ты! – выругался Иван Царевич, возвращаясь в зал. Девицы ничего брать не стали. Они бросились вслед за голым богатырем и пропали из виду. Всегда, когда рядом появлялся голый красивый мужчина, все женщины считали, что ему очень холодно. Поэтому тут же начинали льнуть к нему в попытках его отогреть! С мужчинами и голыми женщинами все тоже самое. А вы говорите, что люди не любят заботиться о других!

Надо будет ширму для богатырей, а то у меня всех клиентов распугают!

– Следующий! – позвала я, в надежде, что скоро смогу отдохнуть. – Так, мужик с яйцами! Вы там яйца выбрали? Не надо их трясти! Пока вы трясете яйцо Кощей обливается холодным потом и начинает что-то подозревать.

Через двадцать минут очередь рассосалась, а я сидела и считала выручку.

– Так, мне нужна комната! – потребовала я, с размаху пнув ларец. Но ларец не подавал признаков жизни.

О, они еще не знают, на что способна уставшая женщина.

– А ну быстро вылезайте! – потребовала я, пытаясь приподнять кованную крышку, усеянную самоцветами.

– Не-а! – донеслось в два голоса. А в щель пролезли чьи-то пальцы. Крышку попытались ухватить и потянуть на себя.

– Ручка с моей стороны, – заметила я, видя, как из щели в два пальца смотрят на меня четыре ненавидящих меня глаза.

– Ладно, ребята! Пошутили и хватит! – уговаривала я, пытаясь дернуть на себя крышку.

– Не-а, – послышались приглушенные голоса из ларца. Они изо всех сил держали крышку, не давая мне возможности ее открыть.

– Ладно! – озверела я, понимая, что слишком устала, чтобы быть вежливой. – Одну минутку!

Я бросилась трусцой в сторону оружия, осторожно беря меч, чтобы использовать его, как рычаг.

– Па-а-аберегись! – предупредила я, пока совесть стирала следы будущей чужой крови с идеально белого пальто.

– Ииих! – задорно выдала я, налегая на меч, как вдруг…

Я почувствовала, как меня схватили руки.

– Р-р-раз! – крикнули голоса, дернув меня за одежду. Они тащили меня прямо в ларец, а я не понимала, как, но я в него пролезала!

– Помогите! – крикнула я, решив, что можно поспать и на диванчике.

Глава четырнадцатая

Внезапно меня окутала темнота, а я прокашлялась. Я лежала в унылой избе, напоминающей холостяцкую берлогу и строительный вагончик. Только без окон и без дверей. Гора грязной посуды валялась на столе, гирлянда из мужских портков и портянок на веревке намекала на некую торжественность. Красные кожаные сапоги, стоящие в углу сражали женщин наповал своим запахом. Старинный утюг на углях стоял на столе рядом. А почерневший зев печки, вокруг которой собрались закоптившиеся горшки, намекал, что подгорело – значит, готово!

На деревянной стене были зарубки и береста, прибитая кинжалом.

– Уговор… – прочитала я корявые царапки. – Обязуемся службу служить тому, кто молвит: «двое из ларца, одинаковых с лица» на срок тысяча явлений!» Коли смены не будет, срок начинается сызнова.

Мой взгляд скользнул по зарубкам на стене. Последняя была зачеркнула и ножом было написано «ура! Свобода!». Это что за сказочная мобилизация? Это что за сказочный призыв?

Я почувствовала себя самым удачливым человеком на свете. Присев на скрипучую скамейку, я увидела стопку замызганных пошлых лубочных картинок, с которых на меня смотрели голые и страшные женщины в позах двусмысленных, а местами беспощадных.

На столе были крошки, в почти пустой чашке закисли щи.

– Вау! – в тишине выразила я свой восторг, положив руки на колени. Я все еще не верила, что оказалась внутри ларца. Это как же так получилось? У них срок подошел, видимо, а эта царевна жаба мне ничего не сказала! Видать, не просто так хитрая бестия ларец приволокла! А как торговалась, словно жаба душит! Ничего! Я ей тоже колобка подсунула! Пусть теперь разгребает!

Я вздохнула, решив обойти избушку со всех сторон, в надежде, что найду хотя бы подсказку, как выбраться отсюда!

– Яко должен выглядеть молодец добрый! – прочитала я, видимо, должностную инструкцию. – Косая сажень в плечах, кудрявый чуб, вид молодцеватый, портки новые, кафтан чистый! На вызове иметь вид лихой и придурковатый! Коли что не так, слова поперек не молвить, но делать все по – своему!

Я хотела сесть на скамейку, даже не зная, что делать, как вдруг откуда-то сверху послышался голос кота.

– … нет, у нас, кажется, не завалялся! Но я посмотрю! – голос кота был сладок. – Эй! Где это чудо-чудное, диво– дивное! Только что тут бегала!

Послышался далекий голос, а я не сумела разобрать слова.

– Да, девка пропала, – небрежно заметил кот, а я скрестила руки на груди. – Найдется!

– А вдруг ее Кощей похитил! – донесся до меня мужской голос. – А то я ходил, звал! А тут никого!

– О, эту как похитит, так обратно вернет. Еще и бегать за мной будет! Возьми, возьми! – пренебрежительно усмехнулся кот. – Да кому она нужна!

– Ну да, помню тут русалка на ветвях качалась! – вздохнул покупатель.

– А? Русалка? Да? – послышался голос кота. – Она, эм… уволилась по моему желанию…

А сам зубом цыкнул.

Тебе, друг мой печеночный, на кой ларец сдался?

– Эх, царь батюшка велел принести. Прослышал он про такой. И сроку дал три дня и три ночи! – сокрушался незнакомый голос со знакомыми проблемами. – Иначе … голова с плеч! Вот такие пироги!

– Да и начинка у пирогов, скажем так, – двусмысленно заметил кот, а я попыталась кричать. Даже на стол залезла. Но, кажется, меня не слышали. Со стола посыпались замусоленные карты, в которые, видимо, добрые молодцы играли на досуге.

– Нет у нас ларца! – развел руками кот, а я вспомнила, что ларец для себя конфисковала. И коту про него ни слова не сказала.

– Беда-а-а! – ужаснулся кто-то.

– Но вы не расстраивайтесь! Приходите еще! – заметил кот.

Тьфу ты! Вот так всегда!

Я чуть не грохнулась со стола.

– А это что? – спросил внезапно покупатель, а я у меня появилась надежда. – Так это ж он, вроде!

– О, он отложен для одного клиента, – тут же не растерялся кот. – Обещала залететь через часик.

– Ну мне позарез надо! А ей другой! – спорил покупатель, решив торговаться до победного. Кот был беспощаден и обдирал его, как липку.

– Ну по рукам! – заметил покупатель. – Только вот надобно проверить! А то вдруг…

– Да что проверять! – отмахнулся кот. И тут его голос стал зловещим. – Или думаешь, что обмануть тебя хочу?

Щеки горели. А при взгляде на кота, мне становилось не по себе.

– Ап… – замер клиент. Если прислушаться, то было слышно, как внутри идет тяжелый мыслительный процесс, потом заходит в угол и топчется в нем.

«Только бы отказался!», – пронеслась в голове шальная мысль.

– Эх! Просил царь – батюшка двоих из ларца? – вздохнул покупатель, прочесывая пальцами бороду. – Авось отвлечется… Нет, ну формально…

Он посмотрел на мою грудь, прикрытую рубахой.

– … я как бы все выполнил… – заметил покупатель. – Эх! Беру! Тем более, что искать двоих некогда! И голова болит!

Что?! Нет-нет-нет! Нужно срочно что-то делать!

– Ы… ыыы…. – захныкала я. – Никуда я не пойду! И вообще! Я хочу платьюшко и бусики! Ыыыы!

Никогда не думала, что женская истерика спасет мне жизнь! Ну, комплексы! Настал ваш звездный час!

– Я, правда толстая? Да? – плаксивым голосом выдала я, растирая слезы.

– Да нет, вроде… Ху-худая… – опешил клиент, глядя на меня. – Но где надо там… толстая…

– Это ты говоришь, чтобы меня утешить! – скривилась я, надеясь, что в послужном списке у меня не будет престарелых венценосных особ! – А на самом деле…

– Что с ней? – спросил клиент у кота. Он даже отошел на несколько шагов.

– Это бракованная модель, – вздохнул кот, сощурившись на меня. – Она требует законный брак, а потом уже исполняет три заветных мужских желания!

Я тут же уцепилась за его слова.

– А то знаю я вас! – закусила я дрожащую губу и стерла слезу. Табуретки подо мной шатались, но я старалась балансировать. – Сначала на полу, на кровати, на печи, на сундуке, на травке, а потом фиг женитесь! Сначала жениться, а потом на кровати, на печи, на сундуке, на травке….

– Пусть она помолчит! Я думаю! – взмолился клиент.

Кот сделал вид, что у него в руках невидимый пульт.

– Увы, не отключается, – заметил он. – Нет, ну что тут думать! Бери! Бери! Гляди, какая красавица! Ну бывает у нее раз в день истерика! И что? Бери, не пожалеешь!

Я злобно зыркнула на кота, понимая, что он меня сбагрить решил! Значит так, да?

– Бери, говорю, – обнял он за плечи покупателя. – Где ты еще такую найдешь? Ты гляди! Не баба, а картинка!

Столько комплиментов я в жизни не слышала!

– Губки – вишни спелые, глаза – два озера бездонных, в которых утопленники плавают! – перечислял кот. – Волосы, как шелк! Кожа, как атлас! Что тут думать? Тем более, что сказку бесплатно! О том, как ты ее добывал!

– Нет! – дернулся клиент, звеня своим золотом. – Я уж лучше сам поищу! За такую мне царь-батюшка точно голову снимет! А так хоть ниц паду, умолять буду, авось и смилостивится! Тем более, что у меня тут целый список! Яблоки молодильные… Три штуки… Слушай, нечисть поганая!

– Да-да, – усмехнулся кот бархатным голосом. – Нечисть поганая в полном вашем распоряжении…

Глава пятнадцатая

В этот момент он улыбнулся, но я видела, как сверкнули железом внезапно появившиеся когти. Когти тут же исчезли, а кот продолжал осматривать клиента, уткнувшегося в список со всех сторон. Он прохаживался, словно прикидывая, под каким соусом его лучше пригубить… Если честно, то это выглядело страшновато.

– Ты не знаешь, где можно быстренько добыть царь-девицу? – спросил клиент, оборачиваясь. Кот тут же спрятал руки за спину.

– Блондинка, брюнетка, шатенка, рыжая? – спросил кот, со скучающим видом поглядывая на наш дуб.

– Да вот царь – батюшка жениться собрался… – заметил клиент. – Сказал, чтобы коса до пояса, глазища васильковые, кожа белая, румяная и … ну ты понял… Ах, вот портрет царя – батюшки! Ну, мало ли!

Он полез за пазуху и достал портрет. Оттуда на меня смотрел красавец – мужчина с волевым взглядом томных серых глаз. Золото волос спадало прямо на роскошные плечи. Сердце забилось, а дрожащая от волнения рука непроизвольно потянулась заправлять волосы за ухо.

– Отлично! А то тут со сморчками всякими ходят! – заметил кот, а я увидела, как он смотрит на меня. – Одну минутку!

Кот исчез, а я поняла, что только что счастье гребло ко мне с распростёртыми объятиями. А я его отталкивала двумя руками! Все эти сказки виноваты! Это в них вечно цари – старые сморчки!

– А вот и девица! Молодильные яблоки возьмешь в молодильнике! Вон там! – послышался голос кота, а на поляне появилась раскрасневшаяся, растрепанная красавица, придерживающая кокошник.

– Ну, бывай! – заметил клиент, вернувшись с яблоками.

– Молодильник закрыл? – спросил кот, вручая красавицу, которую, словно корову на буксире повели навстречу будущему счастью.

Жизнь! Так ты меня еще не обламывала!

– Ну что ж, – послышался голос кота, а он потер руки. – Двое из ларца на уровне лица! Я так понимаю, про срок годности ты не слышала? Или в сказках о таком не говорили?

– Эм… В сказках много чего не говорили, – выдохнула я, видя, как кот ходит вокруг меня кругами. – Слушай, мне в туалет надо… Я как бы и так терплю…

– Так какие ты желания выполняешь? – спросил кот, позади меня. – Три заветных желания, да?

– Я это сказала, чтобы меня не забрали! – выпалила я, стараясь вертеться на своей табуретке поосторожней. – И вообще, ты поможешь мне выбраться?

– А мне это ужасно невыгодно… Так тебе еще зарплату платить, – сладким голосом замурчал кот, снова оказываясь передо мной. – А так… Ммм… Какая жалость, да? Царь –то красивым оказался? Не так ли?

– А ты что? Ревнуешь? – спросила я, видя, как плавно двигается вокруг меня кот.

– Я? Ревную? Никогда… Ревность вообще мне чужда! – заметил кот. – Ревнуют неудачники…

Я шумно вздохнула, слыша, как где-то поют птички, а вокруг собираются вечерние сумерки. Даже огромный дуб выглядел слегка зловеще, когда его окутывала вечерняя мгла. Темнело на удивление быстро. А в темноте я меня смотрели горящие глаза кота.

– Котик, а котик, – вдруг ласково заметила я, понимая, что когда у него горят глаза, у меня должны сверкать пятки! – Ты же такой умница…

– Я знаю, – сладко заметил кот, жутко улыбаясь.

– Такой красавец, – продолжала я, идя на хитрость. Ну какой мужчина устоит перед комплиментами?

– О, я это тоже знаю… – сладко муркнул кот, щуря светящиеся глаза.

– Ты ведь знаешь, как меня вытащить отсюда? – елейным голосом заметила я, поглядывая на табуретку. – Знаешь? Да?

– Знаю, – улыбнулся кот самодовольной улыбкой. – Знаю, но делать этого не буду… Потому что ты обижаешь котиков… Смотришь на всяких царей – батюшек… Грубишь… Капризничаешь… Продаешь без спросу колобков…

Внезапно послышался сиплый голос. Кто-то крался к нам, ломая ветки. Я не видела, кто это, поскольку фигура была скрыта плащом.

– Колобок есть? – негромко и очень конспиративно спросил голос, подходя к коту.

– Проводятся клинические испытания, – так же негромко и очень конспиративно ответил голос кота. – Ждем одобрения от ассоциации стоматологов…

– Понятно, – так же ответил голос и исчез в темноте, словно действительно что-то понял.

Кот повернулся ко мне.

– Иди! И чтобы глаза мои тебя не раздевали! – махнул он рукой. – Я подумаю…

Я стала неловко спускаться с табуретки, предчувствуя огромные неприятности.

– Огласите, пожалуйста, размер неприятностей? – уныло спросила я, ощущая, как подо мной трясется вся моя пирамидка. Нога искала точку опоры, пока я осторожно слезала, стараясь не чебурахнуться.

– Тебе в длину? – спросил кот. – Если в длину, то сантиметров двадцать… Если в толщину, то… Впрочем, готовься… Форма одежды – соблазнительная…

– Какая? – подняла брови я. – Кокошник на голое тело? Или лапти на босу ногу?

– На, возьми! – заметил кот, а в его руках появился сверток одежды. Он бросил его мне, а я потеряла равновесие.

– Аааааа!

С диким криком, я завалилась вниз, едва не сломав себе все. Испуг сменился ушибом всей меня. Охая, как старенькая бабушка, я побрела на скамеечку.

Поглядев на потертые лубки, которые жизнь и мое падение раскидало по сторонам, я поняла, что примерно знаю, о чем буду заниматься ближайшую тысячу раз.

– Нет! – швырнула я лубки. – Никогда!

Мое грозное отражение в треснувшем зеркале говорило о том, что на такое я никогда не соглашусь! Уж лучше я города строить буду! Тут даже книжка есть! Пособие по строительству городов за одну ночь!

Даже пусть не думает!

Время шло, я перелистывала страницы замусоленной книги, пытаясь понять хоть что-то…

Внезапно я подняла голову. Может, он забыл обо мне?

Насторожено осмотревшись по сторонам, я помотала головой, отгоняя тоскливые мысли.

– А вдруг он меня кому-то отдал? – снова встрепенулась я, чувствуя, что чуть не подпрыгнула от этой мысли.

Когда у тебя шило в заднице, ты сидишь, как на иголках!

– Надеюсь, что нет, – выдохнула я, поглядывая на сверток.

Время ползло так медленно, что я уже разложила три пасьянса из найденных карт, обошла стол вокруг сорок раз.

– Эх! – выдохнула я, хмуро разворашивая сверток. – Фе! Это что такое? Ой, мамочки!