Текст книги "Лишняя в его доме (СИ)"
Автор книги: Кристина Майер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 22 страниц)
Я была не согласна с решением Эльдара. Жалко Малику, но с такими догмами, которые распространяет моя свекровь, я считаю, не стоит заниматься воспитанием Аяны. Малика внушит ей, что нам она не нужна. Что это я, такая плохая, отказалась принимать ее в нашу семью.
Малышка вырастет с мыслью, что отец променял ее на другую женщину. Этот ребенок будет уверен, что любит ее только бабушка, а единственный родитель отдает предпочтение младшим детям. Эльдару я свои мысли не озвучивала, у него и так непростые отношения с родителями, если так дальше пойдет, боюсь, они окончательно рассорятся. В любом случае я думаю, что малышке будет лучше жить с нами.
– Нужно вызвать врача… – подходит к нам бабушка, тоже кладет руку на лоб. – Дети часто болеют, – тяжело вздыхает бабушка Атана. Дом полон женщин, отсюда и суета. Непрофессиональные советы только усиливают мое беспокойство.
– Сначала давайте померим Аяне температуру, – Тоня уже спешит на кухню за градусником.
– Эльдар, я отнесу Аяну в спальню, а ты принеси, пожалуйста, градусник, – поднимаясь малышкой на руках. Аяна разворачивается, обнимает меня за шею, утыкается горячими губами в шею.
«Моя маленькая… – теснее прижимаю девочку к себе. – Какое же это удовольствие», – в который раз ловлю себя на мысли, что не хочу отдавать ее Малике.
Сколько времени нужно, чтобы почувствовать себя мамой? У меня на это ушло меньше недели. Конечно, я ей не настоящая мама, но я привязалась к ней и с каждым днем прикипаю все больше.
Эльдар поднимается следом. Аяна капризничает, когда мы ставим ей градусник, но у Эльдара получается ее отвлечь. У малышки температура – тридцать восемь и два.
– Для паники нет причины, – успокаивает меня Эльдар. Играя с Аяной, смотрит зубки, проверяет горлышко. – Если к утру не станет лучше, вызовем врача, – меня удивляет его спокойствие. Наверное, это не первый такой случай, поэтому он привык, а мне только предстоит научиться всему. На всякий случай Эльдар обрабатывает горлышко, мажет десна мазью, – Давай я ее укачаю, ты устала, – тянет руки за дочерью.
– Я не устала, – разрешаю забрать малышку, но она крепко держится за мою шею.
– Аяна, иди к папе, – зовет Эльдар, пытаясь завлечь ее шевелением пальцев.
– Не хотю. Я хотю с Дяной, – капризничает, теснее прижимается ко мне.
– Оставь, – накрываю ее своими ладошками, словно говорю, что не отдам. – Я тоже не хочу отпускать тебя, маленькая, – шепчу успокаивающе на ушко.
– После праздников я найду няню, нечестно скидывать на тебя заботу о моем ребенке, – Эльдар накрывает мою ладонь, которая лежит на затылке Аяны.
Предупреждаю взглядом, чтобы замолчал.
– Когда у меня начнется учеба, нам нужна будет няня, но в свободное время я могу сама заботиться об Аяне, – категоричным твердым тоном. Если заботу о ней я полностью доверю няне, то няню она и будет любить. – Теперь Аяна живет с нами, я не хочу, чтобы она чувствовала себя лишней в этом доме. Возможно, я никогда не стану ей мамой, но я могу стать старшей подругой, которая будет заботиться о ней и защищать.
– Ты намного лучше ее родной мамы… – обнимает нас, целует по очереди в макушки. – Что-то я в этой жизни все-таки сделал хорошего или должен буду сделать, раз Аллах вознаградил меня такой женой, – отшучиваться не получается, Гасанов предельно серьезен. В носу защипало от его слов.
Малышка засыпает у меня на руках. Аккуратно, чтобы не разбудить, укладываю ее в кроватку.
– О чем задумался? – подхожу к Эльдару, который стоит у окна, смотрит на заснеженный пейзаж.
– О покупке соседнего участка, – удивляюсь его серьезному задумчивому тону. – Летом Софья Григорьевна и Антонина переедут к нам. Когда-нибудь у нас появятся дети. Этот дом станет мал для всех нас.
Я согласна с Эльдаром. Несмотря на то, что я безумно счастлива приезду сестры и бабушки, рада видеть с нами бабушку Атану, я ощущаю, как нас много. Иногда не хватает тишины, нет возможности уединиться днем и побыть только вдвоем.
– У тебя еще не закончились эти дни? – спрашивает Эльдар, притягивая к себе. Накрывает мой рот поцелуем.
– Закончились, – между поцелуями. Стук в дверь, она тут же распахивается, мы даже отскочить друг от друга не успеваем.
– Я стучалась, – произносит застукавшая нас Тоня. Она не виновата, в детскую обычно все входят без стука. Бабушка Атана и вовсе предпочитает спать на диване, но зато рядом с правнучкой, хотя в нашем доме у нее есть своя комната.
– Тише, – шиплю, указывая на кроватку.
– Извините. Меня послали узнать, как Аяна? – тихо-тихо.
– Спит, – отвечает ей Эльдар.
– Я могу ночью за ней присмотреть, – предлагает сестра.
– Отдыхай, у тебя каникулы, мы сами присмотрим, – на такое рвение нельзя реагировать без улыбки.
– Я тогда к себе, снимать блог, пока мой канал не стал терять подписчиков, – шепотом произносит Тоня, отступая назад, закрывает дверь.
– Идем спать? – спрашивает Эльдар.
– Не рано?..
– Для того, что я задумал, самое время…
Глава 79
Диана
– Твои гости сейчас должны приехать, – поправив примятый подол юбки, произнесла Фарида, поднимаясь с дивана. – А я поеду проведать Айдиля, – на ее губах за долгое время появилась улыбка. Приятно наблюдать, что она оживает. Пока Айдиль был в реанимации, она ничего не ела, переживала, как следствие – сильно похудела, посерела, осунулась. Как только Айдиля перевели в палату, Фарида, убедившись, что жизни ее единственного сына ничего не угрожает, сама ожила.
Проводив Фариду, я возвратилась в гостиную. На журнальном столике Светлана разложила тарелки с нехитрыми закусками: тарталетки, канапе, брускетты… На каминной полке в ведерке со льдом остывало шампанское, там же стояла тарелка со сладостями, в вазе лежали фрукты, в основном – мандарины. Да, скоро приедут мои подруги…
Как только мы проводили в аэропорт Тоню и бабушку, я позвонила Вике, пригласила их в гости. Откладывать разговор с девочками больше не стоило, через два дня я вернусь в университет.
Бывшая подруга без энтузиазма приняла мое предложение.
– Я поговорю с девочками, но не уверена, что они согласятся, – тянет наигранно-равнодушным тоном. – Диана, не обижайся, мы с тобой искренне общались, а ты нас обманывала, – звучит с претензией.
– Я не могла вам всего рассказать, на это были причины. Я пойму, если вы не хотите со мной больше общаться, – выдержанным тоном. Неприятно, но я это как-нибудь переживу. Теперь я знаю, чего ожидать, когда вернусь. Собираюсь положить трубку, но Вика опережает.
– Диана, я не говорила, что мы не хотим с тобой больше общаться, просто ты больше не лги нам, – между нами десятки километров, я ее год не видела, но в этот момент увидела перед глазами ее любопытное выражение лица. – Я с девочками поговорю, перезвоню и скажу, когда мы сможем к тебе приехать...
Мы договорились, что они приедут сегодня днем. Эльдар, чтобы не мешать нам с девочками, с утра уехал в офис, а бабушку Атану и Аяну отвез в особняк. Малика всю неделю звонила, плакала в трубку, просила привезти к ней внучку. Эльдар был непреклонен, о чем-то долго и жестко говорил с матерью, но вчера она и Арам без предупреждения приехали нас навестить.
Эльдар не хотел видеть отца, он был зол, что тот явился без предупреждения. Арам собирался извиниться, о чем и заявил с порога. Эльдар долго молчал, глядя отцу в глаза, я подозревала, что он не станет с ним разговаривать, но все-таки у него хватило мудрости выслушать родителя. Мужчины скрылись в кабинете, их не было больше часа. Не знаю, о чем был их разговор, но, когда они присоседились к нам, Эльдар не выглядел таким напряженным, каким был при встрече. До полного прощения и потепления в их отношениях далеко, возможно, этого никогда не случится…
Малика вела себя сдержанно, говорила мало, не улыбалась никому, кроме внучки, весь вечер она не спускала с рук Аяну, но малышка все равно убегала ко мне, забиралась на колени и обнимала.
После ужина, когда я уносила грязную посуду на кухню, Малика вызвалась мне помочь. Эльдар напрягся в своем кресле, сурово свел брови.
– Все будет хорошо, – мягко произнесла она сыну.
Я понимала, что свекровь хочет поговорить, но Малика удивила. Моя гордая и властная свекровь решила склонить голову, помириться со мной, пусть и ради внучки.
– Прости, Диана, – произнесла она, когда на кухне мы остались одни. – Я виновата перед тобой, – опуская тарелки в раковину. – Я с предубеждением отнеслась к тебе. Последние дни я много времени об этом думала. Я ненавидела твоего деда за то, что он убил моего деверя, – отводя взгляд.
Всего на миг, но я увидела в ее глазах боль. Так человек страдает, когда кого-то искренне любит. Не стоит, наверное, придавать значение этому факту, но он отложился в моей голове. Сколько таких историй, когда девушка любит одного, а замуж ее выдают за другого…
– Твой дед вор и убийца, – поспешила она перевести тему. – Карим обокрал нас, но при этом имел наглость управлять судьбой моего сына, ставить нам невыполнимые условия, – поджав губы, выговаривала обиженная женщина. – Я не хотела тебя принимать, не хотела видеть, что ты достойная девушка, способная сделать счастливым моего сына. Я злилась, что мои свекры полюбили тебя, ревновала своих сыновей, теперь я ревную к тебе мою внучку, – грустно улыбается она. – Я вела себя отвратительно, – становясь возле раковины, закатывает рукава и принимается мыть посуду.
– Не надо, я сама вымою, – пытаюсь ее остановить.
– Мне хочется, давно этого не делала, – уголки ее губ дернулись вверх. – Знаешь, Диана, я забыла, что когда-то была такой же юной девушкой, которую, не спросив, выдали замуж за нелюбимого, – задумчиво, с нотками грусти. – С годами я стала черствой и злой, по сути, я просто несчастная одинокая женщина. Дети давно выросли, у мужа… ты и сама все понимаешь, – грустно было слышать ее откровения. Малика знает о похождениях своего мужа, представляю, как это больно. – Смыслом жизни для меня стала Аяна. Мне не нравилась ее мать, Алина не подходила моему сыну, но я обязана была ее принять, чтобы не пострадала карьера мужа. Я так боялась потерять уважение, которого наша семья добилась в обществе… – продолжая натирать тарелки, мотает головой. – Потом она забеременела, я была счастлива, что скоро стану бабушкой, смогу отдать малышу всю нерастраченную любовь. Я закрывала глаза на ее поведение… При этом я строго относилась к тебе, – передает мне чистую тарелку, которую я протираю кухонным полотенцем. – Ты правильно сделала, когда сбросила мой звонок. Я такого тебе наговорила… – перестает натирать тарелку, виновато смотрит на меня. – Я никогда не стану настраивать Аяну против тебя, Диана. Она заслуженно тянется к тебе. Ты очень хорошая девушка, – никогда не думала, что услышу похвалу из уст свекрови. – Аяне лучше будет с вами, а я постараюсь не забывать, что я всего лишь бабушка, которая может ее навещать, ждать в гости… и баловать, – примирительным тоном. – Потом у меня появятся еще внуки, – изрекает она, забирая у меня полотенце. Вытирает руки. – Мне будет чем заняться до глубокой старости, – примирительным тоном заканчивает она...
Шум въезжающей во двор машины вырывает меня из моих мыслей. Глубоко вздохнув, иду встречать подруг. Накидываю на плечи пальто, выхожу на крыльцо. Мороз забирается под одежду, кусает лицо.
– Блин, как холодно, – бурчит Вика, первой покидая автомобиль. Следом выходят Олеся и Марина. Маша не смогла приехать, она стала мамой. Жду появления нашей четвертой подруги – Ирины, но из машины выходит Матвей. Меня сковывает нехорошее предчувствие, в груди вспыхивает злость.
Как его пропустила охрана?..
Без позволения Эльдара он не мог попасть на территорию…
Глава 80
Эльдар
Сученыш!
Втянув воздух, медленно выдыхаю. Урод! Он приперся в мой дом, к моей жене…
Злость и ревность темным ядом выжигают нутро. Неприятное чувство, малознакомое, не получается с ним совладать. Я уверен в своей жене, знаю, что она любит меня, но это не изменяет того факта, что один зарвавшийся неуправляемый пацан сейчас находится рядом с ней и может позволить себе лишнее.
Сам виноват, нужно было давно решить вопрос с этим мальчишкой. Не хотел трогать пацана? Молодой, горячий, дурной? Думал, он поймет, отступится. Не понял… Не отступился…
Охрана тоже молодцы! Хотя я сам виноват, уезжая из дома, предупредил парней, что к Диане приедут друзья. Друзья!
– Эльдар Арамович, к вам Константин…
– Позже, – обрываю голос секретаря, звучащий из селектора. Включаю камеры, вывожу их на монитор. Постукивая пальцами по столу, переключаюсь на камеру в коридоре, разворачиваю окно на весь экран, включаю звук.
– Матвей, зачем ты приехал? – спрашивает Диана парня, руки сложены на груди, поза воинственная. – Ты хоть понимаешь, что твое поведение недопустимо? Я замужем!
– В Екатеринбурге для нас двоих это было неважно! – его слова проходятся лезвием по сердцу. Неприятно такое слышать. – Ты отвечала на мои чувства! – повышает голос. Нутро словно обдает кипятком. Зарывается мальчишка. Я мирился с его чувствами, но кричать на свою жену не позволю.
Схватив пиджак с кресла, иду к выходу. Вот и поработал! Предупреждаю секретаря, что меня сегодня не будет.
– Домой, – садясь в машину, отдаю распоряжение водителю. Подключаюсь к камерам с помощью телефона.
– Матвей, я прошу тебя уйти, – мне хорошо знаком этот холодный отстраненный голос Дианы. – Я прошу прощения за то, что дала тебе надежду. Мне стыдно за свое тогдашнее поведение. Я не могу ответить тебе взаимностью, Матвей, я люблю своего мужа, – одной фразой она усмирила зверя, что драл мою душу острыми когтями.
– Ты его не любишь! – кричит Усачев, хватает Диану, прижимает к себе. Подношу палец, чтобы позвонить охране, пусть вмешаются и выкинут его за ворота. Не успеваю нажать кнопку вызова. Диана замахивается и бьет Матвея по щеке.
– Никогда, слышишь, никогда так не делай! – оттолкнув парня от себя. – Я думала, у нас получится остаться друзьями, Матвей, но теперь вижу, что я ошибалась. Уходи, – кивая на дверь.
– Диана…
– Уходи, – делая от него два шага назад. В ее поведении столько достоинства, что он не смеет к ней больше подойти.
– Усачев, да отвали ты уже! – выходит в коридор ее подруга. – Ты мне сказал, что тебе нужно сообщить что-то важное Диане, а ты ее из семьи пытаешься увести, – насмешка Виктории злит парня.
– Пошла на хрен, шалава! – бросает ей, выходит, громко хлопнув дверью. С мнением парня я согласен, но выбирать подруг своей жене не буду, она умная девочка, со временем сама во всем разберется.
Звоню охране, прошу передать трубку Усачеву. Разорвал бы сученыша!
– Здравствуй, Матвей! – цежу сквозь зубы.
– Здравствуй! Тебе не о чем переживать, она выбрала тебя, – выплевывает слова с ненавистью. Парню больно, это его первое разочарование в любви, только поэтому я делаю скидку на его поведение.
– Если ты не хочешь, чтобы в следующий раз мы встретились лично, не подходи к ней больше! – рыкнув в трубку. – Не испытывай мое терпение, – предупреждаю и отбиваю звонок.
– Разворачивайся, едем обратно, – водителю не удается скрыть удивление, но он никак не комментирует мое распоряжение. Глаза секретаря ползут на лоб, когда я появляюсь в офисе.
Остаток дня я наблюдаю за своей женой, но звук на камерах не включаю. Не хочу подсушивать, о чем они говорят. Девичьи разговоры не предназначены для мужских ушей. Мне важна лишь реакция Дианы. Вначале она закрытая, слишком серьезная. Видимо, разговор с подругами выходит напряженным. После выпитого шампанского разговор протекает активнее. А вот она уже улыбается, что-то просматривая на экране телефона подруги. Присматриваюсь, кажется, это фотографии ребенка.
Провожу все назначенные встречи. Закончив все дела на работе, выезжаю в сторону дома, но сначала еду в особняк – забрать Аяну. Как только охрана сообщает, что гостьи уехали, мы с дочкой возвращаемся домой.
Аяна бросается в объятия Дианы, висит на ее руках весь вечер. Я немного ревную, меня никто не обнимает. Хочу похитить жену, уединиться с ней в нашей спальне. Хочу целовать всю ночь, вдыхать вкусный аромат ее волос…
Уложив Аяну спать, я наконец-то могу поцеловать свою жену. Я становлюсь зависимым.
– Как прошел твой день? – не дожидаясь ответа, впиваюсь в пухлые губы. – Я хочу услышать те слова, что ты сказала Матвею, – разрывая поцелуй.
– Какие слова? – настораживается Диана. Я окончательно поплыл, поэтому выдал себя с головой.
– В коридоре стоят камеры, я слышал ваш разговор, – врать ей я не стану.
– Камеры? – хмурится.
– Их установили перед тем, как ты сюда переехала.
– Ты следил за мной? – выбирает не самые приятные слова.
– Наблюдал. Мне нравилось на тебя смотреть, – совершенно искренне. – В то время ничего большего я себе позволить не мог.
– Только в коридоре? – смотрит с подозрением.
– Нет, не только в коридоре, но в спальнях их нет, – спешу успокоить. Диана отходит от меня, закрывается. Мне не нравится тот холодок, что образовался между нами. – Диана, изначально я их устанавливал ради твоей безопасности.
– Ты не имел права этого скрывать, – она отходит от меня. Мне неприятно это слышать, но я заслужил. – Я должна была знать.
Я чувствую, как Диана подавляет в себе панику. Я не позволю, чтобы она отдалялась от меня. Диана задумывается, пытается вспомнить, что было «неприличного» за это время?
– Все было слишком прилично, Диана, – по ее реакции понимаю, что попал в точку. – Ты ни разу не спустилась на кухню в трусиках, чем очень меня огорчала. Я мечтал увидеть, как ты ласкаешь себя у камина… – понижая голос, озвучиваю свои фантазии. Щеки Дианы начинают краснеть.
– Эльдар! – возмущенно.
– Ты страстная и чувственная, Диана, и этого не стоит стесняться. Придет время, когда ты будешь ласкать себя, а я – смотреть и сходить с ума, – возбуждая Диану словами, сам теряю контроль. Ее дыхание меняется, грудь чаще вздымается, твердеют под тонкой кофтой соски. – Идем в гостиную, – подхожу и подхватываю жену на руки. – Я собираюсь любить тебя всю ночь…
Глава 81
Диана
Эльдар будит меня поцелуем в шею. Ласкает губами за ушком. Прикусывает мочку. Поджимаю пальчики на ногах от удовольствия. Прижимаюсь к эрегированному члену, трусь попкой.
– Проснулась? – Эльдар проходится языком по линии позвоночника. Целует и ласкает ключицы. Гладит шершавыми ладонями бедра, живот.
– Меня разбудили, – выдыхаю со стоном.
– Извини, – ни капли раскаяния. – Хочешь продолжить спать?
– Пока не знаю, все зависит от того, что ты готов предложить взамен? – слышу смешок за спиной.
– Торгуешься? – стягивает с меня трусики. Сминает грудь, пощипывая сосок. – У меня есть предложение, которое заинтересует нас обоих, – отводит мою ногу в сторону, головкой давит на влагалище.
– Да, – на выдохе. Он входит резко сразу на всю длину. Я уже достаточно влажная, чтобы принять его без боли.
– Ты такая горячая… влажная… обожаю быть в твоей тугой дырочке, – шепчет на ухо, ускоряя темп. Кусаю подушку, чтобы своими стонами не разбудить весь дом.
– Эльда-а-ар… – кричу в подушку, сотрясаясь в оргазме. Несколько глубоких толчков, и Эльдар кончает следом за мной.
– Как же красиво ты кончаешь, – целует в губы, лаская их языком. – Я опять хочу тебя.
– Нет, нет, – смеясь, вырываюсь из его объятий. – Если мы продолжим, я опоздаю на учебу, – Эльдар отпускает, я поднимаюсь с постели.
Я и так часто пропускаю занятия – месяц назад я сильно простыла и две недели провела дома. Потом Аяна заболела ветрянкой, я не могла оставить ее на няню. Малышка любит Марину, но когда она болеет, успокоить ее могут всего три человека – Малика, я и Эльдар. Малика лежала в то время в больнице, а Эльдар был в командировке.
Иногда Эльдар устраивает нам «выходной»: отпускает прислугу, отвозит малышку к бабушкам, чтобы мы могли провести время вместе, побыть только вдвоем.
– Я иду в душ, – доставая из шкафа трусики и бюстгальтер. Эльдар не сводит с меня горящего взгляда. – Одна, – предупреждаю я, считывая его намерения.
– Безжалостная у меня жена, – притворно вздыхает. Поднимается с постели, демонстрируя эрегированный член, словно мы не занимались десять минут назад сексом, и свое красивое тело – результат тренировок. Телефон на тумбе напоминает, что пришло время принять таблетки. После Нового года я сходила к гинекологу, она подобрала для меня оральные контрацептивы. Пришлось прервать прием на время болезни, но сейчас принимаю строго по расписанию. Я собираюсь ими пользоваться, пока не закончу учебу. Эльдар обо всем знает и не возражает.
Улыбаясь, я скрываюсь в ванной комнате…
Позавтракав с семьей, мы целуем на прощание малышку. Аяна долго нас не отпускает, приходится вмешаться няне, она отвлекает малышку новым набором пластилина.
– Одевайся теплее, – останавливает меня супруг, видя, что я накидываю поверх рубашки удлиненный пиджак.
– Сегодня будет тепло, – указываю рукой на окно, за которым ярко светит солнце.
– Весеннее солнце обманчиво, Диана. Хочешь опять заболеть? – добавляет голосу строгих нот. Вместо пиджака надеваю куртку, спорить с ним бесполезно.
На занятия меня отвозит Эльдар, охрана держится позади. После того, как дедушку осудили на пятнадцать лет и перевели в тюрьму строгого режима, стало легче дышать. Мы понимаем, что угроза не исчезла. Наверняка он будет искать способы нам отомстить. Дядя на свободе, братья сбежали за границу, все они представляют угрозу.
– Вы слышали, что Шарко нам сегодня контрольную проведет? – сообщает возмущенно Олеся.
– Контрольную? – в один голос. Обычно преподаватели предупреждают заранее.
– Она старосте поручила предупредить, а та забыла… – возмущаясь, мы дошли до аудитории. Весь курс налетел на старосту. «Дура, идиотка…» – оскорбляли в основном девочки, хотя были парни, которые не молчали, лили в ее сторону поток грязных ругательств. В глазах Евгении блестят слезы.
– Прекращайте ее оскорблять! – не выдержав, встаю на защиту. – Сколько раз Женя вас предупреждала о запланированных мероприятиях, на которые никто не являлся? Сколько раз предупреждала о сдаче курсовых или рефератов, но половина из вас дружно ее игнорировала? Сколько раз она не ставила вам пропуски в журнал, забыли? – пока я выговариваю, Матвей хмуро смотрит в мою сторону. Мы учимся вместе, но не общаемся. Он даже не здоровается со мной. Неприятно, но так лучше для нас обоих.
По аудитории ползут шепотки. Кто-то-то начинает громко и открыто поддерживать меня, защищать старосту. Но есть те, кто надеется, что контрольную отменят. Как только Шарко входит в аудиторию, они начинают жаловаться.
– Контрольная состоится, – твердым, не терпящим возражений голосом.
С контрольной работой я справилась, хотя не повторяла материал. Не все хорошо написали, поэтому возмущались всю перемену, шепотки слышались и во время последней пары.
– Идем в кафе? – спрашивает Вика, когда мы выходим из университета. На улице прохладно, солнце спряталось за тучи. Застегиваю куртку, радуясь, что муж заставил переодеться.
– Нет, – улыбаюсь, знаю, что сейчас последуют подколы.
– Ну, конечно, дом, семья, заботы. Вы с Машкой потеряны для нас, – шутят девочки.
– Я вчера сидела с вами в кафе, – напоминаю подругам. – Пока, до завтра, – прощаюсь и иду к машине.
– Домой? – спрашивает Георгий, заводя двигатель.
– Домой…
Это слово приобрело для меня новое значение. Оно наполнилось теплом, уютом, счастьем. Живя с родней, я не хотела возвращаться из школы. Тот дом был для меня тюрьмой. В нем никогда не жило счастье и любовь. В наш с Эльдаром дом я хочу возвращаться. Я замужем, но я чувствую себя свободной. Эльдар подарил мне новую жизнь. Я люблю наши вечера, обожаю просыпаться в его объятиях, я таю, когда малышка Аяна бежит ко мне, забирается на руки, чтобы обнять и поцеловать.
Из моих мыслей меня выдергивает резкий маневр водителя. Я улетаю вперед, потом бьюсь плечом о стойку.
– Что случилось? – прежде, чем Георгий отвечает, начинается стрельба.
– Пригнись! – кричит водитель, пытаясь уйти от столкновения. Перед нами резко тормозит фургон, таранит водительскую дверь. В меня летят стекла. Кожу лица обжигает болью.
– Быстро, быстро! – командует мужчина, вышедший из фургона. Я блокирую двери, хочу выиграть хоть немного времени. Для чего? Машину с охраной от нас отрезали, там продолжается перестрелка. – Через три минуты здесь будет полиция, бегом! – орет он на подельников, которые через водительскую дверь открывают мою.
Проезжающие автомобили приостанавливаются, думая, что произошла авария и нужно помочь пострадавшим, но наставленный на них пистолет убеждает продолжить движение.
Я кричу, прошу о помощи, но ее нет…
Глава 82
Эльдар
На город опускается ночь, а я до сих пор не знаю, где моя жена! Ожидание невыносимо! За все это время мне с незнакомого номера пришло одно сообщение:
«Если вмешаешь в это дело полицию, твоя жена умрет».
От полиции толку мало. Сидят в соседнем кабинете, ждут, что я позову их, если будут звонить похитители. Не хотят брать инициативу в свои руки! Путь, по которому следовали преступники, они не могут отследить, потому что камеры на том участке трассы не работают.
– Эльдар, мы найдем ее, – виновато отводя глаза, произносит Рамзан. Мое состояние далеко от адекватного, мне хочется убивать собственными руками тех, кто стоит за похищением Дианы. И тех, кто допустил, чтобы ее забрали.
У меня душу вырвали! Я загибаюсь от страха и боли, хотя стараюсь этого не показывать, но внутри все горит, не дает дышать. Если они ее убьют, породят монстра.
– Все наши люди подняты по тревоге. Я готов землю рыть носом…
– Так иди и рой! – повышаю голос на старого товарища. Лучше Рамзану скрыться, умом понимаю, что нет его вины в похищении Дианы, но эмоции разрывают.
Отец пытается дозвониться до старого друга – генерала ФСБ. Я готов согласиться на любую помощь, отдать любые деньги, только бы Диану вернули живой и здоровой.
– Почему они не звонят?! – сжимаю кулаки до хруста костяшек.
– Позвонят, они хотят, чтобы ты нервничал, – озвучивает свои мысли брат.
Возможно, он прав. Я догадываюсь, кто стоит за похищением моей жены – ее дед. Сейчас служба безопасности выясняет, Алихан вернулся в Россию или отсиживается за границей? Что-то мне подсказывает, что Алибековы желают лично расправиться со мной и Дианой. Я пожалел его выродков, дал возможность смотаться за границу, когда мог посадить за избиение Айдиля и попытку изнасилования его невесты, а в ответ получил нож в спину. Алихан и Карим – нелюди! Нет в них чести и благородства! Их нужно уничтожить!
– Я дозвонился до Александра, он обещал прислать людей, – отец заходит в кабинет, устало падает в кресло.
– Пусть лучше организует встречу с Каримом Алибековым! – кричу я, стукнув кулаком по столу.
– На это нужно время, – хмурится отец, недовольный вспышкой гнева. – Да и толку? Он ни в чем не признается, будет видеть твою беспомощность и наслаждаться, не делай ему такой подарок.
Моя первая мысль – нужно достать старого паука и раздавить его, пока не признается, где Диана. Проблема в том, что он в тюрьме, поэтому почти недосягаем для моего гнева.
– Эльдар, можно? – постучав, в кабинет входит Рамзан.
– Что у тебя? – стараюсь держать эмоции под контролем.
– Твоего тестя освободили неделю назад по УДО, – сообщает начальник безопасности.
– Почему мы об этом ничего не знали? – темнеет перед глазами. Я сейчас кого-нибудь убью. Освобождают чиновника, получившего срок за коррупцию, получив с него баснословную взятку. Наша прогнившая правовая система…
– Мы отслеживали информацию, но, видимо, ее тщательно скрывали от общественности. Мы искали в тюрьме человека, который устроит нам неформальную встречу с Алибековым. Заместитель начальника тюрьмы готов посодействовать за определенную плату, но не раньше следующей недели. Он и сообщил, что вчера без предупреждения к ним наведалась проверка. Они подозревают, что бывший чиновник Томаев, получив свободу, решил им отомстить за плохие условия содержания, – сообщает Рамзан.
Они все подстроили! Заранее спланировали!
– Где он сейчас?! – вскакиваю с кресла.
Злиться нужно только на себя. Расслабился, поплыл. Был уверен, что контролирую ситуацию. Не стоило забывать, что у Алибекова мышление преступника, методы преступника. За солидной внешностью всегда скрывался убийца и вор!
– Жена говорит, что он уехал с друзьями на рыбалку, – скептически произносит Рамзан.
– Проверяйте! – тороплю его, мне нужен быстрый результат, а мы несколько часов топчемся на одном месте.
– Уже проверяем, – тут же отвечает Рамзан.
– Нет его на рыбалке. Я уверен, что он стоит за похищением Дианы. Вопрос в том, действовал он один или ему помогали Алибековы. Найдем его, найдем Диану. Отследите его место нахождения по номеру телефона, я должен знать, где он!
Кивнув, Рамзан уходит, а мой телефон, лежавший на столе, начинает звонить. Номер не определен. Приложив палец ко рту, прощу всех молчать.
– Поставь на громкую, – успевает произнести Магомед, прежде чем я принимаю звонок. Сложно оставаться спокойным, когда тебя убивает страх за любимую женщину, когда душу разъедает чувство беспомощности. Как бы тяжело ни было, я надеваю маску, под которой прячу все эмоции.
– Слушаю, – спокойным, сухим тоном.
– Вечер добрый, Эльдар, – раздается голос тестя.
Сука! Какая же ты сука!
– Слышал, ты жену ищешь? – издевательски-высокомерным тоном.
– Говори, чего ты хочешь, – обрываю его.
– Самую малость, садись в машину и выезжай на загородную трассу, – серьезным тоном. – Если мне сообщат, что ты не один, я пришлю тебе сначала один палец жены, потом второй… – растягивает он удовольствие, пугая меня.
Мне ему угрожать нечем. Человек потерял единственного человека, кем дорожил – дочь. Отчаянный опасный хищник, который мечтает лишь о мести. Он ни перед чем не остановится.
– Я хочу убедиться, что она жива, – сердце перестает биться в ожидании ответа.
– Приедешь, увидишь своими глазами, – меняется его тон, становится резким и злым.
– Дай ей трубку! – командую я. Мне нужно убедиться, что Диана жива.
– Пусть она пропоет своему мужу, – кидает он, отводя трубку. Я перестаю слышать его дыхание.
Слышится хлесткий удар, за ним следует крик Дианы. Кровь в венах леденеет. Перед глазами расплывается кровавое марево. Убью!
– Убедился? – насмешливо.
– Как я найду тебя? – если я до него доберусь, голыми руками разорву.
– Я позвоню. Если ты не выйдешь из здания через три минуты, сделка отменяется. Время пошло, – сбрасывает звонок.
– Эльдар, давай успокоимся и подумаем! Ты никогда не действовал на эмоциях, не стоит начинать, – пытается остановить меня брат. – Не соглашайся на их условия, – пытается остановить меня Магомед.
– Не о чем думать, Мага. Если он убьет Диану… – даже думать об этом не хочу, я не вижу свое будущее без нее…
