Текст книги "Пламя (ЛП)"

Автор книги: Кристен Каллихан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)

Зазвенел входной колокольчик, и юноша дернулся, будто пойманный с поличным на воровстве печенек. Вошли две полноватые дамы, сухо кивнули ему. Как и у Миранды, платья их были слегка старомодными и носили следы аккуратной штопки, но на этот раз продавец, оценив вид пришедших, не стал к ним торопиться.

Миранда провела пальцем в перчатке вниз по горлу.

– Вы… вы не хотите примерить что-нибудь? – спросил продавец.

Она облизала нижнюю губу: мелькнул розовый язычок, и юноша снова не смог отвести взгляда.

– Наверное, мне не стоит.

Губы задрожали почти без усилий. И в самом деле хотелось заплакать.

– Святые небеса!

Восклицание одной из матрон заставило их обернуться. Старшая из женщин стояла, прижав одну из ладоней к груди, а другой вцепившись в свою спутницу:

– Ох, Джейн, смотри, кто там!

Вторая матрона, побледнев, кинулась поддержать подругу:

– Кто, Маргарет?

– Ужасный лорд Арчер! По улице едет его карета!

– Не может быть!

Обе, вытянув морщинистые шеи, вглядывались в просветы между золочеными буквами наружной витрины. Миранда едва не закатила глаза в насмешке. Ну и парочка! Пальцы зачесались схватить добычу, но она удержалась. «Тихонько. Тихонечко». Жертвы всегда чувствовали неладное, стоило начать торопиться. Это инстинкт.

– Я его видела, – прошипела Маргарет. – Однажды поздно вечером, по пути домой из театра. Шел себе по Пикадилли, как будто имеет на это полное право. Клянусь, я чуть в обморок со страху не упала!

– Бедняжка! Куда катится мир, если подобным ему дозволяется разгуливать по улицам?

Миранда в жизни не слышала подобной чуши, произносимой с таким осуждением.

– Дорогая, он аристократ, – сказала Маргарет, – и богат, как Крез. Кто осмелится запрещать ему? Я слышала, не меньше четырех мужчин оказались в больнице только из-за того, что косо на него посмотрели.

В этот момент экипаж проехал мимо витрины. Миранда уловила очертания кучера в черных плаще и цилиндре и белый герб на двери черной кареты

– Боже мой, он посмотрел на меня… – Джейн содрогнулась, застонала, глаза ее закатились.

– Джейн! – попыталась поймать начавшую оседать женщину ее подруга.

– Сейчас, сейчас! – бросился ловить дурочку и продавец.

И от пугливых теток бывает толк. Миранда быстро опустила жемчуга в карман юбки и тоже ринулась на помощь, в спешке якобы нечаянно смахнув с прилавка несколько ожерелий.

– Ой, простите! – воскликнула она, лихорадочно пытаясь собрать украшения и попутно наводя еще больший беспорядок. Посыпавшиеся золотые цепочки, нитки камней смешались в кучке на полу.

Растерянный продавец и хотел бы ей помочь, но не мог бросить распростертую на полу матрону. «Отлично».

– Ах, что я наделала! – Миранда прижала ко лбу трясущуюся ладонь. – Мне так жаль. У вас и так полно хлопот.

С колотящимся сердцем она подошла к двери. Оно каждый раз так колотилось. Каждый раз.

– Подождите, мисс! – Юноша протягивал к Миранде руки, будто хотел оттащить ее обратно.

Пальцы на ручке двери дрогнули, и Миранда послала продавцу извиняющуюся улыбку:

– До свидания. Мне действительно жаль.

Звон дверного колокольчика заглушил его ответ.

Снаружи пресловутой кареты уже не было видно, ее поглотили уличное движение и стелющийся туман. Зеваки только-только начали расходиться. Волна тревожного шепота пробежала по улице, прежде чем ее заглушил обычный шум: цокот копыт, грохот омнибусов и дребезжание повозок по мостовой. Миранда решила, что ей совсем не интересно поглядеть на несчастного лорда Арчера. В ее короткой жизни ужасов и без того хватало.

Небольшое ожерелье оттягивало карман так, будто весило целую тонну. Подходя к дому, Миранда запнулась и остановилась: у переднего крыльца, будто гроб, вытянулась изящная черная карета. По мощеной дорожке стелился вечерний туман, скрывая в ядовито-желтых клубах спицы больших колес и обвиваясь змеей вокруг ног терпеливо ждавшей пары черных фризских лошадей.

Внутри все сжалось от неприятного предчувствия. Давно минули те дни, когда аристократы заезжали к отцу, дабы купить товару, и у дома выстраивались в очередь ландо, коляски и фаэтоны.

Заскрипела упряжь, застучали копыта, карета развернулась и в гаснущем свете промелькнул герб на двери. Надпись на белом щите, разделенном надвое черным крестом, гласила «Sola bona quae honesta». Честность превыше всего. Четыре стрелы пересекали наискось белые поля щита. У Миранды волосы встали дыбом. Теперь ясно, почему ей так неспокойно: Ужасный Лорд Арчер.

Карета поравнялась с ней, и в окне показалась фигура, видны были лишь темные очертания – широкие плечи, рука. Глядя вслед черному экипажу, Миранда чувствовала, как по спине ледяными пальцами скользит холодок: на нее тоже смотрели.

– Не выйду!

Ее крик эхом отразился от голых каменных стен темной заставленной кухни. Высокий и тонкий, почти визг, совсем непохожий на нормальный голос Миранды. Надо успокоиться.

Отец обошел старый деревянный стол, разделявший их. Карие глаза горели гневом.

– Непременно выйдешь! – Он ударил кулаком по столу. – Мое слово здесь – закон!

– Вздор! – Миранда тоже стукнула по столу, деревянной ложкой, и пудинг забрызгало подливкой от бараньего рагу. – Ты не распоряжаешься мной с того дня, как продал Дейзи предложившему самую высокую цену.

Морщинистое лицо побледнело, как льняная простыня.

– Как ты смеешь!

Рука поднялась для удара, но так и осталась трястись в воздухе, когда Миранда даже не шелохнулась.

– Давай, пожалуйста, – тихо произнесла она и посмотрела отцу прямо в глаза. Воздух вокруг нее начал сгущаться, согреваясь, завихряясь, почти в радостном ожидании. – Прошу тебя.

Рука дрогнула, потом медленно опустилась.

– Не сомневаюсь, дочь моя. – В углах трясущихся губ выступила слюна. – Ты бы с радостью смотрела, как я мучаюсь от ожогов.

Миранда заерзала, внутри смешались жар и боль, пламя просилось наружу.

– Всегда зовешь на защиту огонь, – отец, не отводя горящего взгляда, шагнул еще ближе, – о цене не задумываешься.

Будто свечу сквозняком, сказанные слова погасили жар. А уверенность родителя, напротив, раздуло.

– Хуже всего то, что я для тебя стараюсь, – уговаривал он, склоняясь сверху. – Ты уже не девочка. Давно уже. Неужели собиралась всегда жить здесь, со мной?

– Нет, я…. – Она закрыла рот.

Миранда не задумывалась о будущем, просто жила. Выживала каждый день, как могла. Какой смысл менять знакомый ад на другой, незнакомый?

– Похоже, собиралась. Отпугивала каждого парня, кто появлялся поблизости после того дурака Мартина… – Отец остановился. В кои-то веки понял, что зашел слишком далеко. Но тут же начал снова, сведя вместе седые кустистые брови: – Ты не могла не заметить, что мы давным-давно так хорошо не ели. – Старческая рука указала на скромный ужин, который готовила Миранда: баранье рагу и простой хлебный пудинг. – Как ты думаешь, на чьи деньги это куплено?

– Я полагала, ты продал шерсть…

Он фыркнул саркастически:

– Шерсть так упала в цене, а у меня столько долгов, что тех денег едва хватило бы на рыбьи головы. К концу года кредиторы отберут у меня особняк, – тихо добавил он. – У тебя даже дома не будет.

Дом? Она чуть не рассмеялась. Настоящего дома у нее давно уже нет. С тех пор, как его покинули сестры.

– Нетрудно представить себе, чем будет зарабатывать себе на жизнь такая красавица, – продолжал отец. – Но что станешь делать, когда красота поблекнет? Вряд ли мне стоит рассказывать, что тебя ждет.

– Ох, перестань! – не выдержала Миранда. – Ты рисуешь ужасно мрачную картину. Ту самую, что грозит мне уже годы.

– Черт побери! – Пудинг полетел на пол и превратился в коричневое месиво с осколками посуды. – Миранда, ты у меня в долгу! – Побагровев от гнева, отец наставил на нее палец. – Если бы не пожар, половина моего состояния была бы при мне! Ведь ты уничтожила тот чертов склад!

– И годами расплачиваюсь за свою ошибку! – заорала она. – А тебе все мало. Что ж, с меня хватит. – Миранда рубанула воздух рукой, как будто это движение могло как-то прекратить их разговор. – Ты не можешь меня заставить.

Тонкие губы отца скривились в усмешке, он неожиданно спокойно согласился:

– И правда, не могу. В договоре указано, что ты должна выйти по своей воле, иначе он недействителен. – Он подошел вплотную, прижав ее к столу, и ткнул в нее дрожащим пальцем: – Но вот что я тебе скажу: откажешься – здесь больше жить не дам!

Горло перехватило, будто там застрял болезненный, горячий ком. Одно дело, когда у тебя нет настоящего дома. И совсем другое – когда негде переночевать.

– Ты не можешь серьезно… – Ей пришлось сглотнуть, не закончив фразы.

Пожелтевшие белки глаз отца сверкнули в свете лампы.

– С тобой покончено. Я не терпел бы тебя так долго, не жди подобного предложения и подходящего момента. Что ж, Мартин тебя разочаровал. Я рад! Глупо с моей стороны было даже надеяться, некоторые обещания слишком опасны… – Он громко сглотнул и отрезал: – В любом случае вещи твои собраны.

Вот так, значит. Нижняя губа Миранды задрожала, и она крепко ее прикусила. Особой любви друг к другу они не испытывали. Но он все-таки отец ей, а готов бросить ее волкам. Боль из груди разливалась по всему телу, проникая в кости.

Но в смотревших на нее глазах не осталось эмоций. И жизни. Миранда хорошо знала, что это означает: решение окончательно. И все равно, нельзя не попытаться.

– Не могу поверить, что ты…

– Ты выйдешь замуж за лорда Арчера! – выкрикнул отец, его показное спокойствие рассыпалось в прах. – К дьяволу, тебя пожелал один из богатейших аристократов королевства! Не могу поверить, что ты настолько глупа, чтобы отказаться. Из всех чертовых упрямых…

– Но почему? – Жалобный всхлип вырвался прежде, чем Миранда смогла его подавить. Как ей была ненавистна эта слабость перед отцом!

Он замолк и непонимающе моргнул:

– Что почему?

– Почему он пожелал меня? – Она утерла рот рукой. – Я никто. Никогда не слышала о нем раньше. Откуда он меня знает?

Отец какое-то время стоял с застывшим на лице выражением недоумения, а потом разразился смехом:

– Пусть я банкрот, Миранда Роуз. Но в моих сундуках все же есть настоящий бриллиант.

Он снова пошел к ней, глядя на нее почти влюбленно. Она отступала, пока не наткнулась на разделочный стол. Отец остановился, но довольная улыбка не сходила с его губ.

– У лорда Арчера есть богатство, власть, земля. Такому человеку нет нужды искать невесту среди аристократии. Близкородственные браки приносят детей без подбородков и с маленькими глазками. А ты, дорогая, – бриллиант среди океана стекляшек. – В пожелтевших глазах появился знакомый блеск, отсвет удачно провернутой сделки. – Его прекраснейший трофей.

На мгновение мир заволокло красным.

– Я поеду к Поппи или к Дейзи.

Воцарилось тягостное молчание, отец уже не выглядел таким уверенным и снова побледнел:

– Они тебя не примут. Когда они этого хотели?

– Они и раньше предлагали. – На самом деле, скорее, упрашивали. А она отказывалась из ложного чувства долга перед родителем. Точнее, епитимьи, потому что с Миранды начался его крах. Приятно сознавать, что ее чувство вины имеет свои пределы. Но она не хотела жалости, не хотела обременять сестер. От одной мысли все нутро переворачивало.

Отец поднял руки и скорчил недовольную мину:

– Он прилично заплатил за право получить тебя, Миранда. Если не собираешься соблюдать соглашение, я ухожу. – Он поправил потрепанный сюртук и пригладил растрепавшиеся волосы. – Предлагаю последовать моему примеру. Поверь, лорд Арчер не любит, когда его обманывают.

– Да верю, верю.

Что-то подсказывало, что в эту заваруху она попала именно из-за обмана отца.

Минуту они молча смотрели друг на друга. Миранда выбивала пальцами дробь, отец ждал с каменным выражением лица. Ей бы возненавидеть этого лорда Арчера из-за того, что ее купили, как товар. Вот только так поступали почти все джентльмены в Англии. Брак был сделкой. Любая разумная девушка это знала. Лишь после того, как они обеднели, Миранда начала надеяться, что сможет выйти замуж по любви.

Рагу в горшке побулькивало и аппетитно пахло, у Миранды заурчало в животе. Она скучала по сытной еде, по жизни без воровства и чувства вины. Волна стыда залила ее так внезапно, что Миранда втянула воздух сквозь зубы. Лорд Арчер честно заключил соглашение. Но станет очередным обманутым отцом клиентом, а она – пособницей обмана.

Хватит. Она не будет уподобляться отцу. Можно ведь жить честно и с этой минуты идти по жизни с высоко поднятой головой.

Выбор, поставленный таким образом – жить на улицах или поступить по совести, – оказался довольно легким. К несчастью, Миранду все равно замутило, когда она выдавила:

– Ладно. – На секунду она вспомнила лавку ювелира и упавшую в обморок матрону, и ее охватил ужас. Она с трудом сглотнула. – Ладно. Я выйду.

Отец смотрел на нее с раскрытым ртом, не веря своим ушам. А когда она не больше ничего не сказала и не отвела взгляд, расплылся в улыбке:

– Отлично. – Довольный, он схватил со стола толстый ломоть хлеба. – Значит, завтра.

Миранда от неожиданности вскинулась:

– Что?

– Он настаивает на том, чтобы ваша свадьба состоялась завтра, – с набитым ртом проговорил отец, полуобернувшись. – Все устроено. Лорд Арчер уже купил специальное разрешение, нет никаких препятствий, откладывать незачем.

Огонь в плите ярко полыхнул, но через мгновение успокоился. Миранду продали, купили, и все устроили аккуратненько. Мужчины, черт бы их побрал!

Отец оторвал зубами еще кусок и повернулся, чтобы уйти.

– Постой! – Миранда сунула руку глубоко в карман и вытащила свою добычу. – Возьми это! – Жемчуг со стуком шлепнулся на стол. – И цени его как следует, потому что больше я для тебя ничего никогда красть не стану. Мы разочлись, отец. После этого между нами все кончено.

Глава 2

В детстве мечты о счастливом замужестве занимали все мысли Миранды, но, повзрослев, она быстро лишилась сих грез. Лицо, что глядело на нее из зеркала каждое утро, было ей отлично знакомо, и ей хватало ума не скромничать и не притворяться, что она дурнушка. Тщеславие есть смертный грех, но и ложь тоже. Лицо и фигура у нее совсем недурны, хотя встречались девицы и краше.

Но предложения руки и сердца не сыпались как из ведра, ведь она не могла похвастаться ни приданым, ни титулом. Шутливые, почти все они исходили от рыночных торговцев на Ковент-Гарден, куда она ходила каждое субботнее утро. «Как же все это случилось?», – подумала Миранда, когда на следующий день Дейзи стала прикалывать к ее волосам белые розы. Это сон? Женщина в зеркале совсем на нее не похожа. Слишком бледная. Розовое платье, одно из многих, купленных на деньги лорда Арчера, в оборках и рюшах, делало ее похожей на пирожное. Миранда в смятении отвернулась. Она являла собой образ наивной девственницы, а ведь не обладала этими свойствами. Однако он пришел за ней. Почему? Конечно, отцовское нелепое объяснение, мол, жениху она приглянулась лицом и фигурой, – ложь. В свете хватало красавиц – дочерей разорившихся отчаявшихся аристократов, из которых любой богач мог бы выбрать себе пару. Чего же тогда он хочет?

«Куда катится мир, если подобным ему дозволяется разгуливать по улицам?»

Над верхней губой Миранды выступили капельки пота. Только вот лорд Арчер не вполне понимал, что приобрел, когда выбрал ее в невесты, не так ли?

Способность воспламенять предметы силой мысли считалась мифом. Миранда случайно обнаружила свой талант. И не раз страдала от последствий своих вспышек. Отец с матерью запретили ей не только рассказывать о своем даре, но и вообще им пользоваться. Поппи едва не поселилась в библиотеке, лишь бы найти объяснение, но потерпела неудачу. Только Дейзи была в восторге, хоть и расстроилась, что сама не обладает подобным сверхъестественным даром. Миранда же так и не решила: монстр она или нет? Красавица и чудовище, одно тело, одна переменчивая сила. Несмотря на желание понять, она боялась спрашивать, боялась, что от нее отвернутся – как сделал Мартин. Потому держала все внутри. Она не станет рассказывать будущему мужу, о нет. Но понимание, что она не беспомощна, успокаивало.

Сестры не ладили с отцом, посему стояли поодаль, пока родитель крутился рядом, держа младшую дочь под локоток, дабы помешать возможному побегу. Разговор сестер казался далеким шумом, да и руку отца на своей Миранда не чувствовала, пока шла к небольшой семейной часовне у реки.

У входа их встретил преподобный Спредлинг. Мясистый рот священника окружали морщины, которые лишь углубились, когда он перевел взгляд с Миранды на ее родителя.

– Лорд Арчер… – Он склонил голову и оттянул воротник сутаны. – Он… ожидает в ризнице.

– Превосходно, – ответил Эллис с пустой улыбкой.

И попытался войти, но преподобный его остановил:

– Лорд Арчер желает переговорить с мисс Эллис наедине. Я напомнил ему, что так не подобает, но он очень настаивал.

И они оба повернулись к Миранде. Так теперь ее мнение что-то да значит? Она бы рассмеялась, только боялась, что зарыдает.

– Конечно. – Приподняв юбки давно оледеневшими пальцами, Миранда почувствовала, как те выскальзывают, и уцепилась покрепче. – Не думаю, что это займет много времени.

Она медленно пошла к виднеющейся двери ризницы. Наконец-то встретиться лицом к лицу с тем, кто станет ее супругом! С мужчиной, что отправлял задир в больницу, а женщин – в обморок от испуга.

Ее жених стоял прямо, как солдат, в противоположном углу небольшого каменного помещения. «Женщины, – подумала Миранда, разглядывая его, – иногда ведут себя чертовски глупо».

Она закрыла дверь и стала ждать, когда он заговорит.

– Вы пришли. – В глубоком голосе лорда Арчера прозвучало удивление.

– Да.

Он был высоким и очень крупным, но, пожалуй, без единого грамма лишнего жира. Широкие плечи, мышцы, которые не скрывал темно-серый отлично скроенный костюм, и длинные сильные ноги в серых шерстяных штанах. Не элегантный стройный мужчина из высшего общества, но грубый здоровяк, напоминающий матерого рабочего из доков. Другими словами, у лорда Арчера было сильное тело настоящего мужчины, которое бы привлекало и удерживало внимание дам, если бы не одна бросающаяся в глаза особенность.

Миранда перевела взгляд на его лицо и увидела черную твердую маску с нарисованной улыбкой Моны Лизы. Такую надевают на карнавал. Из-под маски выглядывал черный шелк, который скрывал всю кожу. Странный, пугающий наряд, но она не собиралась падать в обморок.

– Я подумал, что лучше вам заключить этот союз с полным пониманием, на что идете, – дав Миранде время рассмотреть себя, сказал он наконец и погладил серебряный набалдашник трости пальцами в черной перчатке. – Было бы глупо пытаться скрыть от вас свою внешность.

Лорд Арчер говорил с такой невозмутимостью, что ей оставалось только изумленно таращить глаза. И тут перед Мирандой встала другая картина – воспоминание, смутное, ускользающее, словно огонек свечи на ветру, о другом мужчине и другом месте. О мужчине, что также стоял в тени и чье чудесное стройное тело потом месяцами являлось ей во снах, вынуждая желать чего-то в то время ей непонятного, заставлявшего гореть жарким пламенем в холодные ночи. Как было стыдно жаждать того загадочного незнакомца! Но он не мог быть лордом Арчером. Тот говорил, будто тень, хрипло и едва слышно, а ее жених – сильным грудным баритоном.

– Присмотритесь хорошенько, мисс Эллис! – Трость с треском опустилась на каменный пол, и Миранда аж дернулась. – Вы все еще хотите выйти за меня? – спросил Арчер спокойнее.

Она шагнула вперед, и ее якобы жених застыл.

– Кто вы такой? Актер? – Гнев взметнулся словно пламя. – Если это шутка, которой отец решил меня наказать, то извольте знать…

– Я лорд Бенджамин Арчер, – сказал он с такой горечью, что Миранда застыла. В прорезях маски яростно блеснули глаза, рука сжала трость. – И я не шучу, хотя бывают дни, когда я бы этого хотел.

– Зачем вы носите эту маску?

– Спрашивает та, чья красота – такая же маска, как и моя.

– Простите?

В ответ лишь пристальный взгляд и неподвижная черная маска, парящая, словно бюст, над широкими плечами.

– Что есть красота и уродство, как не ширма, по которой человек делает выводы, не заглядывая глубже? Посмотрите на себя. – Арчер указал на ее лицо. – Идеальная красота, без единого изъяна. Мисс, я видел ваше лицо и прежде. Микеланджело вырезал его из холодного мрамора триста лет назад, божественной рукой создав предмет поклонения мужчин. – Он шагнул ближе. – Скажите, мисс Эллис, разве вы не используете эту красоту, как щит, закрываясь от мира, дабы никто не узнал вашу истинную природу?

– Ублюдок! – выпалила Миранда, когда вернулся дар речь. За всю жизнь ее несколько раз били, заставляли красть и лгать, но еще никто и никогда не заставлял чувствовать столь выставленной напоказ.

– Уж какой есть, и лучше вам узнать об этом сейчас.

Миранда попыталась подобрать тяжелый шлейф, но ткань выскальзывала из пальцев.

– Я пришла сюда по доброй воле и не потерплю жестоких нападок, – ответила она, наконец овладев собой. – Прощайте, лорд Арчер.

Он было двинулся, но остановился, словно боясь подойти слишком близко, и глухо спросил:

– Что я должен сделать?

Едва сдерживаемое желание в его голосе заставило Миранду обернуться.

– Если вам так противны мой характер и внешность, то почему же вы попросили моей руки? – процедила она сквозь зубы.

Его темная голова едва заметно дернулась.

– Я – последний из рода, – сказал он немного неуверенно. – И хотя люблю королеву и страну, но не собираюсь позволить короне поглотить наследие моих предков. Мне нужна жена.

Миранде даже в голову не пришло, что когда-то она обзаведется ребенком от этого мужчины. Это казалось невероятным.

– Так почему же вы не ухаживаете за одной из светских барышень? – спросила она, едва шевеля пересохшими губами.

Лорд Арчер слегка вздернул голову:

– Немного найдется отцов, готовых отдать своих высоко ценящихся на брачном рынке дочерей за такого, как я.

При этих словах ее грудь сдавило от сочувствия, и Миранде это совсем не понравилось. Лорд Арчер же склонил голову на бок и посмотрел на невесту так, как мужчина глядит на лошадь, которую собирается купить.

– Ваша внешность для меня особого значения не имеет, но когда моему наследнику придет время выйти в свет, ваша потрясающая красота послужит ему хорошим подспорьем.

Миранда не могла отрицать разумность этого плана. Но даже так…

– Зачем вы носите эту маску? – снова спросила она.

Маска уставилась на нее.

– Вы больны? Ваша кожа слишком чувствительна к свету? – настаивала Миранда.

– Чувствительность к свету, – пробормотал он и насмешливо расхохотался. – Я обезображен. – Миранда видела, что признание ранило его гордость. – Несчастный случай много лет назад.

Она невпопад кивнула.

– Я понимаю, что моя внешность далека от идеала, особенно для привлекательной молодой леди, ищущей супруга. Но я могу обеспечить жизнь, полную богатства и приятностей… – Арчер замолчал, будто ему самому не понравились эти слова, а затем переступил с ноги на ногу. – Так что же, мисс Эллис? Что скажете? Теперь все зависит от вас. И каково бы ни было решение, ваш отец может оставить те крохи, что не сумел растратить, не боясь моего возмездия.

– А что вы сделаете, если я откажусь? Попросите другую? Есть такая на примете? – Миранде в общем-то было все равно, но любопытство никак не унималось.

Арчер вздрогнул. У другого это было бы незаметно, но тут казалось, будто его ударили.

– Нет, только вы. – Судорожно вздохнув, он выпрямился по-военному. – Говоря по правде, у меня нет других вариантов. Если откажете, останусь холостяком. Проще говоря, ваша помощь мне необходима. И если вы мне ее предоставите, мисс Эллис, то не будете нуждаться ни в чем.

Мужчина в черной маске, казалось, не принадлежал никому и ничему. Одинокий до глубины души, Миранда не сомневалась в этом. И она вспомнила то, о чем пыталась забыть: как сама стояла в этом же самом углу и смотрела, как Мартин разрывает их помолвку и уходит. Это было больно, боже, как же больно. Настолько, что мысль поступить подобным образом с другим вызывала тошноту.

Лорд Арчер показал свою слабость, дав ей шанс нарушить их соглашение. Подарил ей власть над собой. И он явно достаточно умен, чтобы поступить так нарочно. Выходит, есть надежда на равноправие в их союзе?

Однако все это может и не значить ничего. Глупа та женщина, что отдает свою свободу из сочувствия. Нет, не сочувствие и не надежда на власть повлияли на решение Миранды. В присутствии этого странного человека она что-то испытывала, какое-то покалывание в животе, ощущение толчка, стремления вперед, пусть она и стояла неподвижно. Чувство, которое слишком долго спало. То чувство, что охватывало ее, когда она брала в руки меч или рыскала по темным переулкам, пока все приличные девушки крепко спали в своих постелях. Приключение. И лорд Арчер, со своими мрачным спокойствием и завораживающим голосом, наполнял ее предвкушением авантюры, бросал ей вызов. Миранде оставалось лишь принять его или до конца дней своих сожалеть об упущенной возможности. Выходит, она могла бы помочь им обоим. Одна мысль о помощи, а не об уничтожении, наполнила ее сердце легкостью.

Миранда подхватила проклятый шлейф, который так и норовил ее опрокинуть, и выпрямилась.

– Мои отец и сестры заждались, лорд Арчер. – Она остановилась у дверей, дожидаясь жениха. – Идем?

Глава 3

То была короткая церемония безо всякой сентиментальности. Несколько слов, и Миранда Роуз Эллис исчезла навсегда. Невеста взглянула на свое обручальное кольцо – тонкий золотой ободок с крупным сияющим лунным камнем. И вот уже леди Миранда Арчер ехала в элегантном городском экипаже, сидя напротив своего новоиспеченного супруга.

В небесах сварливо заворчал гром, вспыхнул голубой свет. На мгновение блеснула черная маска лорда Арчера, в полумраке мелькнули выступы скул и круглые глазницы. Сердце Миранды пропустило удар.

Серебристые струйки дождя скользили по окну, не давая толком рассмотреть ни неглубокий овраг, через который они переезжали, ни виды вокруг. Миранда наклонилась ближе, но от ее дыхания запотело стекло. Она протерла окно, даже не думая о чистоте лайковых перчаток, и, когда экипаж свернул на длинную подъездную дорожку, была вознаграждена видом своего нового дома.

Четырехэтажное здание вздымалось на невысоком холме, будто горные скалы. Над скользкой от дождя шиферной крышей сверкали молнии, ясно обрисовывая коньки крыш и многочисленные дымовые трубы на фоне гневного неба.

Миранда прижала ладонь к ледяному окну. Почти квадратный, мрачный, средневековый дом громадой нависал над окрестностями, господствуя над ними словно могучий зверь. Большие эркеры блестели бледными драгоценными камнями в короне, но внутри не видно было ни света, ни движения, и только маленький одинокий огонек над входным портиком манил домой.

Экипаж вздрогнул и остановился, ритмичный стук капель по крыше немного стих. Лорд Арчер поспешно вышел из кареты и тут же взял жену под локоть. Миранда закусила губу и, держа спину прямо, стала подниматься по холодным мраморным ступенькам.

«Я не заплачу».

Ветер завывал между колоннами портика, высоко висящий медный фонарь раскачивался под его порывами. Позади них спокойно стояла четверка вороных лошадей. Дождь стекал по их лохматым гривам, из ноздрей вырывался пар. Они ждали, пока верховой заберет багаж.

Тут руку Миранды резко сжали, и она повернулась. Нет, сбежать в безопасность экипажа не получится. Нависающие черные двойные двери открылись, и на пороге показался пожилой мужчина, едва различимый в тусклом свете лампы. Еще больше сумрака и теней.

Но стоило новобрачным сделать шаг, и они вошли в… свет. И тепло. При виде огромной прихожей Миранда в нерешительности застыла. Коридор, с легкостью вместивший бы весь ее прежний дом, вопреки ожиданиям не был покрыт паутиной и плесенью, но был светлый и прекрасный. Под ногами блестели черно-белые мраморные квадраты, уложенные в шахматном порядке. Деревянные панели были выкрашены в белый, а покрытые черным лаком стены гагатом сияли под светом канделябров и элегантной люстры из хрусталя и золотых филигранных украшений. Миранда решила, что это произведение искусства приехало из России, ибо такого не сотворили бы больше нигде.

Пока она рассматривала убранство, лорд Арчер не сводил с нее глаз.

– Вы ожидали чего-то иного?

– Я… да, ожидала, – не стала лукавить она. – Когда мы подъезжали, дом показался мне таким зловещим.

– Мы приехали в грозу. – Пронзительное завывание ветра словно бы подчеркнуло его слова. – В подобных обстоятельствах немногие дома покажутся гостеприимными, особенно незнакомые.

– Верно.

– Но вы все равно ожидали чего-то иного, – заметил он, разглядывая ее, будто незнакомую букашку под микроскопом.

Миранда не понимала, как он догадался. Ведь правда, с самого начала ее воображение рисовало мрачные коридоры, полутемные комнаты и покрытые пылью, затянутые паутиной залы.

Муж так и не сводил с нее проницательного взгляда:

– Мой дом – моя крепость. Разве мне не следовало сделать его удобным?

– Конечно, следовало. – Миранда с отчаянием взглянула на пожилого джентльмена, который стоял прямо, словно грот-мачта, всего в полуметре от супругов. Он успел взять у лорда Арчера пальто и шляпу с такой молчаливой расторопностью, что хозяин дома вряд ли заметил слугу.

Проследив за взглядом жены, лорд Арчер напряженно выпрямился.

– Здравствуй, Гилрой, я тебя не заметил. Все готово?

– Добрый вечер, милорд. Все готово, милорд. – Среди сети морщинок на лице блеснули добрые карие глаза.

Миранда приветственно кивнула Гилрою, пока Арчер снимал с нее накидку.

– Гилрой – наш дворецкий. Мажордом. Как вам угодно, так и называйте, – сердито прибавил ее супруг, будто само понятие должностей его немного раздражало.

Дворецкий коротко поклонился:

– Мое почтение, миледи. От имени всех слуг смею заверить, что мы приложим все усилия, дабы служить вам верой и правдой.

– Не сомневаюсь, – ответила Миранда с таким же спокойным достоинством. От одной мысли о штате слуг она едва не бросилась назад к экипажу. Только вот лорд Арчер, конечно же, притащит ее обратно.

Муж снова взял Миранду под локоть, и они зашагали по коридору, мимо полотен с пасторальными пейзажами и портретов дам и джентльменов в париках.

– А у вас есть камердинер? – спросила Миранда, повернувшись к Арчеру, как только они миновали небольшую гостиную, отделанную в лимонно-белых тонах и обставленную изящной мебелью в греческом стиле.

– Я взрослый мужчина и вполне способен сам одеваться и бриться. Гилрой занимается всякими мелочами. – И Арчер рассеянно махнул рукой.

«Бедняга Гилрой».

Муж посмотрел на нее, будто услышав молчаливый укор, и пояснил: