Текст книги "Риск (ЛП)"
Автор книги: Кора Брент
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)
– Пришёл Корд, – сказала я. – Он ждёт, пока кто-нибудь принесёт ему колу.
– Хмм, – пробормотала она, – он рано.
Я велела Сэй подойти к Корду, а сама взялась обслуживать её столик. Сэйлор благодарно улыбнулась и вышла с напитком Корда в руках. Я отнесла еду группе из четырёх студентов. Парни пытались безобидно флиртовать, но я была не в настроении. Только спросила их, не нужен ли им ещё кетчуп, а затем ушла.
Увидев сидящих вместе Корда и Сейлор, я застыла на месте. Корд выглядел расстроенным. Сэй сидела напротив него, склонив голову. Внезапно она встала и придвинулась вплотную к своему парню, прижимая его голову к груди. Он обнял её за талию и закрыл глаза, а Сэйлор принялась неспешно раскачиваться взад-вперёд, целуя его в макушку.
Через несколько минут Сэйлор вернулась к работе; Корд же остался сидеть за столом, спокойно ожидая её. Как только все остальные клиенты ушли, а на двери появилась надпись: «ЗАКРЫТО», я присоединилась к Сэйлор у стойки.
– Всё в порядке?
Она попыталась улыбнуться, но я видела, что подруга опечалена. Сэй взглянула на Корда и пожала плечами.
– Не знаю.
– Я могу что-нибудь сделать?
– Нет, – она быстро обняла меня. – Но спасибо. Это действительно мир Джентри, вот и всё.
– Тебе не нужно напоминать мне об этом, – пробормотала я, и Сэйлор посмотрела на меня, подняв брови. Я слегка подтолкнула её локтем. – Почему бы тебе не убраться отсюда? Я прикрою тебя во время уборки.
– Спасибо, – рассеянно сказала она, глядя на Корда. – Увидимся завтра.
Она подошла к Корду, и они ушли, обнявшись. Я не могла не задаться вопросом – имеет ли происходящее какое-либо отношение к Криду.
Новая официантка, по-видимому, была слишком шикарной, чтобы помочь с уборкой. Я уставилась ей в спину, пока она болтала с Гриффином, постукивая своими розовыми полированными когтями по барной стойке.
– Некоторые люди всё ещё работают, – громко заметила я.
Джули повернулась ко мне с натянутой улыбкой и оглядела с ног до головы. В этот момент я не была особенно привлекательной. Волосы собраны в небрежный конский хвост, а джинсы, которые я носила, сидели лучше несколько лет и пару сотен циклов отжима назад.
– Некоторые люди больше подходят для тяжёлой работы, чем другие, – ответила она таким откровенно злобным тоном, что у меня возникло искушение засунуть в её маленький курносый нос бутылочку соуса «Табаско».
Убрав со столов и расставив стулья, я сняла фартук и пошла в подсобку. По тому, как удовлетворённо Гриффин смотрел на меня, я поняла, – он думает, что с Джули у него есть шанс. Я показала ему язык просто потому, что могла. Его глаза расширились, и он вернулся к слушанию болтовни Джули о ритуалах для новичков в женском соррорити.
Забрав свою сумку, я заглянула в кабинет Эда.
– Я ухожу, босс.
Эд посмотрел на меня. Он выглядел так, будто до моего прихода занимался разглядыванием своих ботинок.
– Хорошо, – менеджер вздохнул и провёл рукой по голове. На краю захламлённого стола стояла бутылка антацида. Я быстро ретировалась от печальной сцены, пока не пострадала моя душа.
Воздух снаружи был влажным. Обычно по вечерам, когда я заканчивала работу и садилась в машину, то испытывала огромное чувство свободы. Я справлялась самостоятельно, у меня имелось всё необходимое, и я собиралась продолжить работать, пока не сумею подняться выше. Но сегодня, вспоминая Корда и Сэйлор вместе, таких милых и влюблённых, я чувствовала себя немного одиноко.
Стефани дома не было. Что неудивительно, она почти никогда не появлялась в квартире. Моя соседка была настолько неуловимой и скрытной, что я иногда задумывалась, не является ли она членом мафии.
Ко мне подбежала Долли; я взяла её на руки и поцеловала в маковку.
– Знаю. Ты всегда рада меня видеть.
Я опустила кошку на пол и пошла в спальню, чтобы положить сумку. Я надеялась, что в морозилке осталось мороженое, и собиралась съесть его как свинья, вытирая рот тыльной стороной ладони, развалившись на футоне за просмотром худших реалити-шоу по телевизору.
«Не делай этого. Не делай этого».
Но я сделала. Я схватила рубашку Крида и вдохнула сквозь ткань. Этот поступок заставил меня почувствовать себя такой распутной и жалкой, что мне пришлось сесть. Неужели я всегда буду идти по этому пути, несмотря на мои отчаянные попытки исправиться?
«Ты хочешь его, девочка. Чёрт, ты из тех, кто для этого рождён».
В моей голове слышался не голос Крида. В нём звучал алабамский акцент, и воспоминание об этом вызвало у меня тошноту.
Стиснув челюсти, я начала непроизвольно скручивать ткань рубашки. Он не был первым мужчиной, который прикоснулся ко мне где бы то ни было, но он стал первым, кто преступил черту и после этого получил всё.
Когда Лора Ли узнала, что её последний мужчина трахает дочь, она потеряла последние остатки разума. В свои тридцать шесть Лора выглядела на десять лет старше. И чем ближе мы подходили к совершеннолетию, тем недоверчивее и несчастнее она на нас смотрела. Я не знала, подозревали ли мои сёстры то, что сама уже поняла: наша мать тосковала не по детям, которыми мы были, она грустила по молодости, которой мы ей стоили.
Никогда не узнаю, как всё обернулось бы, останься я с ними. Возможно, Лора Ли преодолела бы свой гнев, и я смогла бы окончить среднюю школу. Не было мужчины, за которого можно бороться. Больше не было. Он ушёл, не оглядываясь, как и многие другие до него. Но оставались вещи, которые мы с мамой наговорили друг другу.
«Грязная грёбаная шлюха».
«Чёртова сумасшедшая сука».
На моей щеке всё ещё чувствовалось жжение от её руки, а на спине – рубцы от щётки для волос, которой она меня била. Было и кое-что ещё, чего она не знала и никогда не узнает.
Я не считала Лору Ли одной из самых болезненных потерь в своей жизни. Я могу прожить без неё. Но лишиться сестёр было больно.
Долли, казалось, почувствовала моё плохое настроение. Она потёрлась о мои ноги и сочувственно мяукнула.
Я не стала думать. А просто взяла телефон и позвонила.
– Привет, – ответила моя сестра Августа. Её голос звучал запыхавшимся, словно для ответа на звонок она спешила найти тихое место. Я восприняла это как хороший знак.
– Привет, Агги, – и тут я потеряла дар речи. Учитывая наши детские годы, я принимала как должное наш простой способ общения на своего рода тайном языке, рождённом из совместного опыта. Иногда мы, конечно, спорили, но это никогда не длилось долго. Это было похоже на кочку, через которую нужно просто перешагнуть.
Знай я, что уход той ночью четыре года назад оборвёт невидимую нить, которая связывала нас, я бы, возможно, не смогла так поступить.
Сестра вздохнула. До сих пор у неё всё получалось хорошо. Агги училась на втором курсе ветеринарного факультета Университета штата Оклахома. На другой стороне линии слышался шум дождя, и я попыталась представить себе Оклахому. Я проезжала там однажды и запомнила много равнин под бескрайним небом.
– Ну, как ты? – наконец спросила она.
– Я в порядке. Работаю на том же месте. Коплю деньги, чтобы пойти в школу.
– Это здорово, Трули. Правда, хорошо. Ты вообще занимаешься дизайном?
– Не в последнее время. Мне пришлось избавиться от Зингер некоторое время назад. – На самом деле мне пришлось продать свою дорогую швейную машинку, чтобы наскрести денег на аренду, но я не видела смысла раскрывать все печальные подробности. – Ты слышала что-нибудь о Мие в последнее время? Я оставила ей сообщение около двух месяцев назад, но она так и не перезвонила.
– У неё больше нет телефона. Мия присоединилась к какому-то экологическому движению; они выращивают свёклу из коровьего дерьма. Живёт в сельской местности Орегона, промокшая и засовывая руки в грязь. Пишет мне письмо раз в месяц или около того. Но кажется счастливой.
Мне было трудно представить себе хрупкую Меридиан Ли с грязными светлыми волосами и нежными руками, покрытыми мозолями.
– Что ж, думаю, это хорошо для неё. И я знаю, что Кэрри начала свой выпускной год.
– Точно. Несколько футбольных скаутов уже предложили ей стипендии.
Я села на кровать.
– Так как у тебя дела, Агги?
Я почти слышала, как сестра пожимает плечами.
– Отлично. У меня хороший средний балл и я не ввязываюсь в неприятности.
– Есть парни, о которых стоит поговорить?
– Если бы они были, то безусловно, попали бы в категорию «неприятности».
Мне показалось, что я уловила резкость в её тоне и вспомнила – Агги была в ужасе от того, что я сделала. Августа Ли не из тех девушек, которые тают от придуманных мужчинами комплиментов. Ещё она не думала, что может быть какая-то веская причина спать с чужим мужчиной, особенно если другая – женщина, которая дала тебе жизнь. Не имело значения, насколько плоха была мать, о которой идёт речь, или насколько молода и глупа была девочка. Агги, вероятно, была права.
«Я буду вечно расплачиваться за ту слабость?»
Я положила руку на почти невидимый шрам, скрытый одеждой, и моё сердце подпрыгнуло, когда разум ответил: «Да». Я никогда не освобожусь от принятых мною решений. Это была цена, которую приходилось платить, когда от сердца откалывался кусочек и отправлялся в мир.
– Я скучаю по тебе, Августа.
Сестра вздохнула. И мне показалось, что я услышала, как с её губ сорвалось какое-то ругательство.
– Я не прячусь от тебя, Трули, – тон её голоса стал холодным. После того как я оставила её один на один с судьбой женщин Ли, я почти не слышала ни о ком из них в течение года. Я пробиралась через ад, который создала сама, и это было всё, что могла сделать, чтобы продолжать дышать. Но всякий раз, когда я выныривала и брала трубку, Агги умоляла меня вернуться. Пару раз она даже плакала, а Августа Ли не плакала с тех пор, как в десять лет ей в ногу вонзился гвоздь. Но сейчас в её голосе не было слёз, только усталость и упрёк.
Я ответила запинаясь.
– Знаю, милая.
Раньше нам было так легко разговаривать. Миа и Кэрри постоянно жаловались, что мы болтаем до поздней ночи и не даём им спать.
Агги кашлянула.
– Слушай, мне нужно идти. Меня ждёт моя учебная группа. Хотя я рада, что ты позвонила.
– Мы скоро снова поговорим, верно, Агс?
– Конечно.
И сестра повесила трубку. Я уронила телефон на пол, чувствуя себя ещё более несчастной, чем раньше. Как могло случиться, что два таких близких человека стали чужими? Может, если бы я тогда всё рассказала Агги, всё сложилось бы по-другому. Она могла бы понять. Может быть, они бы все поняли. А может, и нет.
В какой-то момент, пока сидела на кровати и мучилась, я поняла, что снова кручу в руках рубашку Крида. Я посмотрела на неё. Покрытая кошачьей шерстью, ткань слегка растянулась из-за того, как я с ней обращалась. Если Крид когда-нибудь за ней зайдёт, мне придётся дать ему какое-то объяснение.
Глава 8
Крид
Бой закончился, даже не начавшись.
Три быстрых удара, и противник уже ползал по гравию, а изо рта у него текла струйка кровавой слюны. Пока я ждал, когда он вернётся в бой, я осознал многое.
Неясная боль чувствовалась в костяшках пальцев. Толпа жаждала крови. Гейб Эрнандес жадно оглядывался в группе бесстрастных мужчин, от которых пахло деньгами. Ещё была темнота безлунного неба над головой и горячий ветер, который начал дуть с внезапной яростью.
Наконец, и это самое главное, рядом были мои братья. Я чувствовал исходящую от них безмолвную силу. Именно на этом я и решил сосредоточиться.
Парень у моих ног всё ещё пытался подняться. Он несколько раз кашлянул, испуганно посмотрел в сторону, возможно, думая, что я буду трусом и нападу на него, пока он пытается перевести дух. Я просто ждал, раздумывая, как закончить начатое, и понимая, что лучше устроить зрелище. Гейб хотел именно этого. Ещё я знал, что будет гуманнее покончить с этим быстро.
Я посмотрел на Чейза и Корда. Братья поняли мой немой вопрос и одновременно кивнули.
Когда боец, наконец, с трудом поднялся на ноги, я отступил и нанёс быстрый хук ему под подбородок. Его глаза закатились, а затем он смялся, как папиросная бумага. Толпа ликовала, а я наклонился, пытаясь отогнать от себя ужасное чувство, которое накрывало меня каждый раз, когда я причинял боль другому человеку – страх почувствовать хоть малейшее удовлетворение и поэтому оказаться на дороге, куда всегда хотела привести жестокая кровь в моих венах. Именно страх толкал меня к бутылке и заставлял поддаваться старым воспоминаниям. Это было чертовски ужасно.
Я почувствовал руку на своей спине, затем ещё одну. Я слегка расслабился и взял протягиваемую футболку.
Чейз сжал моё плечо.
– Ты в порядке, Здоровяк?
Оба брата смотрели на меня серьёзно, без торжества, которое обычно следует за чистым боем. Для этого была веская причина. Это была не просто драка. Это была приманка, чтобы заставить больших мальчиков вложить деньги в нечто более жестокое.
Появился Гейб и холодно улыбнулся мне.
– Хорошая работа.
На заднем плане избитый боец пытался прийти в себя и, пошатываясь, уйти. Никто не обращал на него никакого внимания. Уже начинался следующий бой.
– Ты знал, что так и будет.
Гейб неопределённо кивнул.
– Да. Мои партнёры были впечатлены твоей силой. Однако тебе нужно научиться вызывать расположение толпы, Крид. Сделай так, чтобы зрители хотели болеть за тебя, зная, что их ждёт страшная награда.
– Пошёл ты, – выплюнул Корд. Он встал прямо за Гейбом и смотрел с ненавистью.
Эрнандес повернулся и удивлённо посмотрел на него.
– Кордеро, я не видел тебя. При желании всегда можно организовать место не для одного Джентри…
Я не дал ему закончить. Я толкнул Гейба, и чтобы устоять на ногах, ему пришлось отступить, но он столкнулся с таким же разъярённым Чейзом.
Гейб посмотрел на нас по очереди; вспышка ужаса, которую я увидел в его глазах, почти заставила меня разразиться смехом. Чего, чёрт возьми, боялся этот гад? Он наживался на крови людей, как другие наживаются на акциях и облигациях. Но ему никогда не приходилось по-настоящему рисковать самому.
Поглазев друг на друга в течение минуты, Гейб взял себя в руки, прочистил горло и посмотрел на меня.
– Будем на связи, Крид.
– Знаю, – ответил я, а затем позволил ему пройти.
Корд бросил на Эрнандеса сердитый взгляд, а Чейз попытался подтолкнуть нас обоих к выходу.
– Давайте выберемся из этого безумия.
Чейз решил сесть за руль; меня это вполне устраивало. Плюхнувшись на переднее сиденье, я прикрыл глаза рукой. Парни вели себя тихо, а я позволил звукам шоссе заполнить мои уши, пока искал душевного спокойствия.
– Итак, – сказал Чейз. Я открыл глаза и увидел, что он пытается мне улыбнуться. – Криденс, тебе решать, что делать. Пить, трахаться? Что выбираешь?
На секунду я задумался. Больше всего на свете мне не помешала бы ещё одна доза Трули. Было уже больше десяти, и она, скорее всего, как раз сейчас заканчивала работу. Но я не знал, как девушка воспримет моё появление и желание провести ещё один секс-марафон. Кроме того, я не был уверен, что этого будет достаточно, чтобы удержать меня от алкоголя. А когда я пил, я всё портил, и не было причин впутывать её.
Мысли о Трули даже на несколько секунд пробудили мои нижние области. Я попробовал сосредоточиться на чём-то другом и вернулся к ударам, которые наносил и принимал. Мои кулаки сжались. На этой земле существовал только один человек, которого я хотел бы превратить в месиво. Иногда я думал, что если бы получил такую возможность, то из моей головы ушло бы всё дерьмо. И кто знает, может, тогда Кордеро смог бы спать спокойно. Может быть, Чейзин перестал бы страдать, потому что никому из тех, кто жил в том дерьмовом трейлере в Эмблеме, не было дела до того, жив он или мёртв.
– Остановись у Derry’s, – потребовал я, и Чейз посмотрел на меня с некоторой грустью. Я услышал, как Корд вздохнул на заднем сиденье. Но они не собирались останавливать меня, пока, оставаясь дома, я буду напиваться, чтобы вырубиться на полу. Сэйлор будет держаться на расстоянии и в какой-то момент накроет меня одеялом. А завтра мы все притворимся, что этого никогда не было.
Чейз загнал грузовик на парковку у винного магазина и через несколько минут протянул мне литровую бутылку водки, которую я просил. Прежде чем приложиться, я даже не стал ждать, пока мы доберёмся до дома.
Сэйлор ждала нас. Она сначала посмотрела на меня и улыбнулась. Её улыбка немного померкла, когда увидела бутылку в моей руке.
Корд быстро подошёл и обнял свою девушку. Он ни за что не позволил бы ей наблюдать за боем.
– Ты в порядке? – наконец спросила меня.
– Буду, – пробормотал я и сделал большой глоток из бутылки, протискиваясь мимо неё в квартиру.
Остаток ночи прошёл как в тумане. Корд проводил Сэй в их спальню, чтобы ей не пришлось смотреть, как я выставляю себя идиотом.
Парни начали играть в видеоигры, не сводя с меня глаз, а я сидел на улице в затемнённом дворе и смотрел в пустоту.
«Попробуй ещё раз, и ни один из твоих братьев не сможет сидеть на заднице в течение месяца».
Каждый раз, когда слышал его скрипучий голос в своей голове, я делал глоток. Довольно скоро половина бутылки исчезла.
– Заткнись, бля, – проворчал я, лишь смутно осознавая, что невнятный голос, который слышал, принадлежал мне. Я сделал ещё один глоток, чтобы забыться, но мне следовало уже знать: забыться невозможно. Я продолжал пить до тех пор, пока больше ничего не перестал слышать.
Когда сильные руки пытались осторожно поднять меня с цементного пола двора, я ругался и сопротивлялся.
– Тише, Здоровяк. Всё в порядке.
Я расслабился и прислонился к Корду и Чейзу, пока они втаскивали меня внутрь. Квартира начала вращаться, живот бунтовать.
– Раковина, – простонал я, а затем прокричал. – Раковина!
Братья привели меня на кухню и держали мою голову, пока я выливал жидкость из своего желудка обратно в раковину из нержавеющей стали. Когда я закончил, один из них, возможно Чейз, вытер мне лицо салфеткой, а затем они потащили меня в мою комнату.
Я лежал на кровати, смотрел в потолок и пытался найти в этом смысл. С меня градом лил пот, поэтому я стянул футболку, разрывая ткань. Снова рухнув на прохладную простыню, я услышал голос Сэйлор в соседней комнате. Корд ответил ей, но я не мог понять, о чём они говорили. Я увидел, как в дверном проёме появились тёмные фигуры, и понял, что это люди. Мне хотелось, чтобы они ушли, а когда они ушли, я почувствовал себя одиноким.
Проснулся я от слабого света рассвета. Кто-то поставил большой стакан воды рядом с моей кроватью, и я жадно выпил его, пытаясь смыть неприятный привкус во рту. Попытался вспомнить, что произошло накануне вечером, и не нашёл много пробелов, поэтому решил, что не сделал ничего ужасного.
Хотя голова болела. Я хотел кофе.
Ещё до того, как вышел в коридор, я знал, что в квартире все спят. Дверь в комнату Чейза была закрыта. А у Корда и Сэй осталась открытой, и я подумал, не из-за меня ли это. Возможно, они хотели держать ухо востро, на случай, если ночью я проснусь и начну сражаться в полузабытых битвах. Такое уже случалось раньше.
Я посмотрел на спящих Корда и Сэйлор: её длинные каштановые волосы разметались по подушке, его лицо покоилось у неё на плече. Брат слегка нахмурился во сне, затем обнял Сэй, и выражение его лица снова стало спокойным.
Тихо закрыв дверь, я пошёл на кухню и быстро сварил кофе. Костяшки пальцев украшали ссадины, но они заживут через день или два.
Примерно в этот час неделю назад я проснулся рядом с Трули. С тех пор я много думал о ней, и большинство этих мыслей были совсем нецеломудренными. Но сейчас на кухне я размышлял о том, какой расстроенной девушка выглядела в то утро. Позже я жалел, что не нашёл способа сказать ей: «Послушай, малышка, нет ничего плохого в том, чтобы делать то, что заставляет тебя чувствовать себя хорошо».
Если бы этим утром Трули была со мной, я бы с удовольствием выпил с ней кофе и послушал её болтовню. Я вспомнил, что она ответила мне, когда сказал ей: «я просто Криденс Джентри», забыв, что девушка не из Эмблем и не может понять, что значит быть частью моей дрянной семьи. Но она всё равно дала мне ответ, как раз перед тем, как заснуть.
«Ну, судя по тому, что я вижу, это много значит».
Это меня зацепило. Если Трули на самом деле думала, что во мне есть нечто большее, чем мускулы и твёрдый член, то я, честно говоря, не мог не задаться вопросом, – почему? Я пожалел, что не спросил её об этом.
Глава 9
Трули
– Скажи, что ты заболела, – предложила Сэйлор.
– Я не могу, – ответила ей по телефону, складывая бельё под внимательным взглядом Долли. – В любом случае игра даже не начнётся до семи.
– Ну, тогда скажи Эду, что тебе нужно уйти домой пораньше, потому что у тебя месячные. Помнишь, как сильно его пугает женская анатомия?
Я засмеялась. Никогда ещё не пропускала работу из-за болезни, будь то настоящей или выдуманной. Однако предложение Сэйлор казалось заманчивым. После телефонного разговора с Агги накануне вечером я ходила с плохим настроением. У Сэй было несколько бесплатных билетов на сегодняшний футбольный матч в университете. Они с Кордом собирались пойти на игру с её двоюродным братом Брейденом и его девушкой. Похоже, Сэйлор твёрдо решила взять с собой и меня.
– Откуда у тебя все эти бесплатные билеты?
– Чейз работает там в службе безопасности, – она сделала паузу, – и Крид тоже.
– Понятно, – сказала я, а моё сердцебиение участилось.
– Ты его даже не увидишь, – быстро добавила она, – им нужно разнимать драки на трибунах или что-то в этом роде.
– Я уже говорила тебе, что не собираюсь избегать его вечно. Всё в порядке, Сэйлор.
– Отлично, – я слышала улыбку в её голосе, – тогда у тебя нет оправдания. Тебе не нравится футбол?
Я любила футбол.
– Только когда они делают много хоум-ранов.
– Очень смешно. Мы встречаемся в квартире Брея в шесть.
– Хорошо. Я придумаю, как соврать Эду о задержке воды и менструальных спазмах.
Эд воспринял моё симулированное недомогание лучше, чем я думала, особенно учитывая, что это был субботний вечер. В его глазах промелькнуло почти отцовское сострадание.
– Ты в порядке, Трули?
– Да, Эд. Просто… Боже, мне нужно принять ибупрофен, – я сжала живот, будто у меня случилась внезапная судорога.
Он рассеянно кивнул.
– Тогда иди. Выздоравливай.
Это был самый дружеский разговор, который я когда-либо вела со своим боссом. И я чувствовала себя немного виноватой за то, что солгала ему в лицо.
Я заехала домой, чтобы переодеться, прежде чем отправиться к двоюродному брату Сэйлор. Хотя джинсы, которые были на мне, больше подошли бы для спортивного мероприятия, мне захотелось немного приодеться. Я сказала себе, что это не имеет никакого отношения к встрече с Кридом, вовсе нет. Облачившись в тёмно-бордовое платье длиной до колена, я пошла в ванную, чтобы накраситься. Стефани в кои-то веки была дома. Я слышала, как она ходила взад-вперёд по комнате, крича что-то о разнице в баллах. Это не было похоже на дружескую беседу.
Повернувшись боком к зеркалу, я провела рукой по ткани платья. Мужчины всегда смотрели на меня, и я знала почему: я рано расцвела и не прекращала развиваться. Какое-то время я даже пользовалась этим при необходимости. Я не гордилась собой. Возможно, именно поэтому в последний период я так старалась слиться с окружающей средой. Не уверена, что смогу найти золотую середину – я помнила, что чувствовала, когда Криденс Джентри сходил с ума от желания и увлекал меня за собой.
Прежде чем выйти из квартиры, я постучала в дверь Стефани.
– Что? – проворчала она с другой стороны.
– Просто хотела убедиться, что с тобой всё в порядке, вот и всё.
Стефани приоткрыла дверь и прислонилась к косяку. Её светлые волосы с оттенком мёда, были вьющиеся и растрёпанные, а лицо, похожее на лицо фарфоровой куклы противоречило грубому поведению.
– Знаешь что, Трули? Они все засранцы.
– Соглашусь, что это слово определяет гораздо больше людей, чем допустимо с человеческой точки зрения, – я сделала паузу, а затем спросила, – ты ввязалась в какие-нибудь неприятности, Стеф?
Она слабо улыбнулась.
– Нет. Я никогда не попадаю в неприятности. Ты хорошо выглядишь. Повеселись. – И Стефани закрыла дверь, давая понять, что разговор окончен.
По дороге до апартаментов в Палм-Дезерт, мысль о том, что я выйду в мир, несколько приободрила меня. В жизни мне требовалось больше простого веселья.
Дверь открыл Брейден. Парень улыбался, приглашая войти. Он был красивым, в очках и с такими же зелёными глазами, как у двоюродной сестры.
– Привет, Трули. Заходи. Я рад, что Сэй убедила тебя присоединиться к нам, – он заметил моё платье. – На тебе тоже цвета университета. Эй, хочешь кусочек пиццы? У нас там на столе осталось несколько ломтиков.
– Нет, спасибо, – я покачала головой и последовала за Брейденом внутрь.
Ко мне подошла Сэйлор и радостно обняла.
– Выглядишь потрясающе. Это ещё один из твоих шедевров?
– Технически, – пробормотала я, немного смущённо. Я всегда увлекалась винтажной модой. Платье не было таким облегающим или броским, как то, что я надевала неделей раньше, но в нём я чувствовала себя комфортно.
В гостиной Корд стоял на стуле и менял лампочку на потолочном вентиляторе; от этой картинки я потеряла дар речи. На мгновение он стал похож на Крида. Потом парень спустился, и я заметила разницу. Корд не был таким внушительным физически, и у него было более открытое, дружелюбное выражение лица.
– Приветик, – поздоровался он. Сэйлор подошла к нему и обняла, а Корд улыбнулся ей сверху вниз.
Появилась Милли, девушка Брейдена. Она была великолепна в простом платье кремового цвета; прямые чёрные волосы она аккуратно перекинула через левое плечо. Я увидела, как Брейден восхищённо смотрит на неё; Сэйлор на заднем плане прижималась носом к шее Корда, и меня осенило: я нахожусь не на своём месте в комнате, полной пар.
Брейден напомнил, что мы можем опоздать, поэтому все забрались в его Камри, чтобы отправиться в кампус. На улицах сновали толпы болельщиков, одетые в цвета штата Аризона.
От места парковки до стадиона нам ещё предстояло преодолеть большое расстояние, и я была рада, что надела туфли на плоской подошве. Я шла между Сэйлор и Милли, а Брейден и Корд держались чуть позади.
– Эй, – позвала их Сэйлор. – Помните, когда мы были в шестом классе и поехали сюда посмотреть игру?
– Чёрт возьми, да, – ответил Корд. – Всегда было приятно ненадолго вырваться из Эмблем.
– Разве ты не потерялся или что-то в этом роде? – спросил Брейден. – Я помню, как мисс Замбони стояла посреди автобуса с багровым лицом и проклинала Джентри.
– Это была не моя вина, – рассмеялся Корд. – Чейз съел около шестнадцати хот-догов, ему стало плохо, а потом он блеванул на Крида. Я был с ними, швырял в братьев туалетной бумагой и говорил, что нам нужно спешить, но они были слишком заняты, толкая друг друга. К тому времени, как мы вышли из туалета, вы, ребята, уже вернулись в автобус. Крид засунул свою рубашку в раковину, чтобы смыть блевотину Чейза. У Замбони из ноздрей шёл дым, и она кричала: «Криденс Джентри, с тебя повсюду капает вода!» Он бесстрастно посмотрел на неё, на лужу у своих ног, и ответил: «Нет, вовсе нет».
Как только Корд упомянул своего брата, я обернулась. Он заметил, и наши взгляды встретились на мгновение, прежде чем я снова отвернулась. Мне стало интересно, говорил ли Крид ему что-нибудь обо мне. Возможно, для Крида то, что мы сделали, было рутиной и не заслуживало даже упоминания.
Милли толкнула меня в плечо.
– Я рада, что ты пошла с нами, – сказала она, указывая кивком в сторону парней. Сэйлор присоединилась к ним, и все они смеялись над воспоминаниями. Милли улыбнулась. – Иногда я чувствую себя немного обделённой в толпе выходцев из Эмблем.
Я улыбнулась в ответ.
– Могу тебя понять.
Милли сделала паузу и внимательно посмотрела на меня.
– Итак, Трули, откуда ты? У тебя явно южный акцент, но я не могу его определить.
– У тебя хороший слух. Я росла в восьми разных штатах, так что акцент немного смешивается.
– Тебе нравится жить в Аризоне?
– Да, – честно ответила я. Что-то в Милли вдохновляло на откровенность. – Но иногда мне не хватает семьи. Я уже давно сама по себе.
– Да, – кивнула Милли, – я понимаю, – она оглянулась туда, где Сэйлор, Брейден и Корд разразились хохотом. – Самое приятное то, что всегда можешь создать новую семью из людей, которых тебе посчастливилось встретить на пути.
К тому времени, когда мы добрались до ворот стадиона, энергия толпы зашкаливала. Я знала, что команда хороша в этом году, и предстоит игра против соперника по лиге. Внезапно я очень обрадовалась, что не увязла по локоть в жареном филе из «Безумной курицы».
Через ворота вливалось так много людей, что трудно было не отделиться от группы. Сэйлор взяла меня под руку и потащила за собой. Наконец мы добрались до мест на трибуне как раз в тот момент, когда марширующий оркестр выходил на поле.
Мы сидели в студенческой секции. Это было здорово, потому что нас окружала взбудораженная толпа. Но видимо, предстояло стоять всю игру.
– Они что, никогда не садятся? – крикнула я Сэйлор.
Брейден услышал меня и обернулся.
– Нет! – ответил он смеясь.
В этот момент толпа взорвалась. Получив прекрасный пас от квотербека «Аризоны Стэйт», ресивер пробежал более сорока ярдов и забил первый тачдаун в игре. Все вокруг меня сходили с ума. На самом деле, я улыбалась как дурочка, радуясь тому, что нахожусь среди этого хаоса; несмотря на то, что парень рядом со мной поднял руки над головой, чтобы показать, как мало он заботится о дезодоранте.
Игра развивалась увлекательно. Не успела я оглянуться, как первый тайм закончился. Я последовала за Милли и Сэй в туалет. Туда растянулась длинная очередь; я решила их оставить и подождать в коридоре. Повсюду бродили студенты, они толкали друг друга ради забавы и выглядели беззаботно. Я им завидовала.
И пока прислонившись к бетонной стене, рассеянно наблюдала за проходящими мимо людьми, я увидела Крида. В чёрной рубашке-поло с надписью SECURITY на спине он разговаривал с рыжеволосой миниатюрной девушкой в форме чирлидера. То, как она улыбнулась ему, заставило моё сердце страдать. Потом он повернулся, и я поняла, что ошиблась: этот парень был не Крид, а его брат Чейз.
Чейз легонько шлёпнул девушку по заднице, и она завизжала. По тому, как она повернулась, чтобы посмотреть на него, я поняла, – он ей очень нравится. Однако Чейз уже отвернулся. Он приблизился к стене в нескольких футах от того места, где стояла я, и посмотрел на трибуны внизу.
К нему подошёл бледный чувак с оранжевыми волосами, и Чейз обратился к нему тихим голосом. Затем Чейз достал что-то из кармана и протянул чуваку. Это выглядело как деньги. Парень вложил ему в руку какой-то предмет, затем похлопал Чейза по спине и ускользнул.
