Текст книги "Небесный всадник 6 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц)

Глава 148

Наверное, именно это и объединяет всех всадниц – свобода и жажда приключений. Даже если ты всё равно на дежурстве, даже если летишь на войну, ты чувствуешь себя свободным, вольным направиться куда угодно и когда угодно. Да, мы всё равно не летим куда хотим, но тем не менее важен здесь даже просто сам факт такой возможности. И теперь я это ощущал как никогда.

А значит, надо поскорее расправиться со всеми делами! И первым делом, естественно, связной, с которым должна была быть организована встреча.

Оделся я нейтрально, накинул шлем, на спину повесил плащ, который нашёлся у Бати. Вроде со спины я должен был выглядеть ровно как он. После этого мы выдвинулись на место, где я расставил стражников. Большую часть я расставил на заметном удалении полукольцом, и только троих оставил рядом с собой. Даже если связной придёт, увидит меня и издали поймёт, что что-то не то, уйти он уже не сможет, оказавшись в кольце.

Собственно, именно так всё и было. Я стоял у озера, искоса наблюдая за округой, когда заметил вдалеке движение. Среди стволов деревьев и высокой травы тень, которая не спешила подходить, наблюдая издали. Несколько секунд она стояла неподвижно…

После чего сорвалась с места и бросилась наутёк.

Да только далеко он не убежал, и уже через минуту трое стражников придавили бедолагу к земле. У всех была чёткая инструкция – если пришедший убегает, то все тут же бросаются без команды его ловить, а радиус окружения был настолько велик, что увидеть меня, не попав в ловушку, было невозможно. Сработало всё настолько гладко, что я даже удивился. Обычно у меня всё идёт через жопу по самому худшему варианту, а тут прямо-таки идеально, я бы сказал.

– А ну-ка, покажите этого товарища мне, – произнёс я, подходя ближе.

Стражники поставили мужчину на колени, схватили за волосы и задрали голову ко мне. И если в первые секунды лицо мне показалось смутно знакомым, то потом, приглядевшись, я внезапно узнал гостя.

– Оп-па… какие люди… – протянул я, растянувшись в улыбке. – Вижу, тебя повысили с вора мешков зерна до организатора преступной банды.

Да-да, это был тот самый придурок, который тырил у людей мешки с зерном. Тогда, зимой, когда пришли сначала двое, а потом он привёл дружков, но ушёл ни с чем и оставил там свою броню. Вот это он и был, тот наглый дебил. Удивительно, как мир цикличен.

– Я вам ничего не расскажу, – прорычал он.

– И именно этой фразы на пафосе я ждал! – хлопнул я в ладоши. – Парни, тащим этого супостата в подвал и смотрим, настолько же он крут, как говорит, или нет!

Любят же люди разбрасываться пафосными фразочками, за которые не могут потом ответить. Этот тоже не смог и продержался ровным счётом около часа, прежде чем начал изливать всю информацию соловьём, о чём мне сообщил Якбёк.

– Что-то он быстро – нахмурился я.

– Оказался не так крут, как говорил. Обычный балабол, возомнивший себя кем-то большим, – усмехнулся тот. – Даже главарь банды продержался дольше, а этот начал плакать после двух пощёчин.

– Правильных пощёчин? – уточнил я.

– Естественно.

– Понятно… Ладно тогда, оставим это до завтра, а вы его пока продолжайте допрашивать, мало ли что он решил от нас скрыть.

Честно скажу, мне его не жалко. И сколько страданий принёс он людям, столько же получит сам. Глаз за глаз, зуб за зуб – это единственная справедливость в подобном мире, и, думаю, те, кто пострадал от него, со мной согласятся. А те, кто будут против подобного, видимо, от него не страдали, и их мнение не считается. Ну а пока меня ждёт прекрасный ужин с моими подругами.

После ужина Зирейя пришла ко мне с написанными от руки документами. Видимо, целый день ей было чем заняться, потому что там было листов десять, исписанных мелким почерком, и единственное, что от меня требовалось…

– Ваша роспись и печать, – кивнула она на бумаги.

– Так, с росписью всё понятно, а печать…

– У вас…

– Мы же договорились, что будем на «ты», – напомнил я.

– У тебя нет печати?

– Я… вроде была какая-то, но… – я поднял палец. – Секундочку! – и пошёл искать Ценст.

Она всё знает, она умная. Наверняка в курсе, где моя печать, потому что ту я один раз, кажется и видел всего, после чего даже не возвращался к этому. Потому что был до ужаса занят: то меня убивали на севере, то в потустороннем мире, то в пустыне, а в поместье я был всего-то один раз.

И уже вдвоём мы начали рыскать по всему поместью, ища печать, которая как сквозь землю провалилась. Ну вот нет нигде!

– Так, у нас проблема… – пробормотал я. – Печати нет.

– Скорее всего, её забрали вместе с вашими личными вещами, когда вы пропали, – предположила Ценст. – Это не проблема, уверена, можно всё вернуть.

– А где мои вещи?

– В столице, господин.

– Отлично. Ценст, вы отправляетесь в столицу за моими вещами.

– Я бы рада, господин фон Хертвёрд, но выдадут их только вам, не мне.

Ну вот почему не может быть всё просто, а?

Что мне оставалось? Вернее, лететь в столицу на драконе, чтобы забрать свои вещи.

Я и полетел. Сначала в столицу, в шпиль небесных всадниц, после чего в ратушу. Там куча бумажной волокиты, пришлось привлекать самих всадниц, чтобы они подтвердили мою личность, получить вещи и лететь обратно. Три дня ушло на эту ерунду, я даже соскучиться не успел. Вернулся, поставил печать и…

– Теперь надо передать эти документы в столицу, – обрадовала меня Зирейя.

Ну ёп…

Это похоже на тупые квесты, где ты что-то получил, вернулся, сдал, а потом беги обратно, чтобы сделать затем ещё один круг. А ещё это называется бюрократическим адом. Ещё минус три дня, и почти неделя у меня ушла на одни документы. А когда я вернулся…

– Он умер, – сообщил Якбёк.

– Кто умер? – не понял я.

– Пленник, тот связной, которого мы поймали. Он умер.

– Да вы издеваетесь… – выдохнул я. – Так, обрадуй меня, он же сказал, на кого работал и от кого пришёл?

– Он упоминал баронство ван Крайдерс, господин фон Хертвёрд.

– Что ж, этого хватит, – кивнул я.

Хотя хватит на что? Чтобы сжечь всех?

Проблема в том, что я не сильно верил, что баронство ван Крайдерс просто взяло и само решило мне так подосрать. С их детьми я вроде как не сталкивался. Нет, был один эпизод, когда я кинул камень в жопу виконту, но барона не тронул, пусть и сказал, чтобы валил, пока не пробил голову. То есть у него причин идти со мной на такую конфронтацию, учитывая, что я тем более небесный всадник (а они не могли этого не знать к тому моменту), попросту не было. Не настолько его задели, чтобы так поступать.

Больше похоже, что баронство подтолкнуло (или заставило) виконтство, где одному просадили камнем, а другому дупло в жопе сделали. Вот у них мотивы были, и довольно логично, что хитрожопые мстительные ублюдки не стали бы лично пачкать руки, а работали через своих подпевал.

Но был один момент, который смущал: когда они начали эту херню, меня в живых не было уже пять лет. То есть началось всё три года назад. Кому они собирались мстить таким образом? Покойнику? Нет, я знаю, что некоторые пытаются уничтожить наследие просто в отместку, но я не сказать, что очень уж поправил всё на своей земле.

А может, это и вовсе не против меня всё было?

Непонятно… но надо предупредить Каталину, потому что, если не мне хотели насолить, то кому-то другому, а эта территория из-за смерти так формально и не отделилась от графства Нойхельйское. Что-то у них там мутки какие-то, я погляжу. У одной вся семья гибнет, у другой какой-то заговор с соседом…

– Тело вы ещё не выбросили? – спросил я.

– Нет, висит в подвале, – ответил Якбёк.

– Отлично. Тогда отнесите и бросьте на дороге прямо на границе баронства ван Крайдерс. У нас не благотворительная организация, хоронить его сами не будем.

Заодно дадим понять, что нам всё известно. Обычно такие ссыкуны сразу прячут голову в песок и не показываются, а это мне и нужно, чтобы за время моего отсутствия ещё чего не учудили. Да и другие притихнут, поняв, что что-то намечается.

Тем не менее с этим мы пока вопрос закрыли, и надо было возвращаться к землям и золоту. Нам нужно больше золота! И теперь мне надо было просто дождаться комиссии, которая проверит земли. И ждать их надо было…

– Где-то через полгода, – предположила Зирейя. – Может, год.

– Сколько⁈

– Полгода-год.

– Да они что, охренели, что ли⁈ – возмутился я. – Они же не пешком оттуда добираться будут! Нет, стоп, пешком будет быстрее! Они что, на руках побегут ко мне⁈

– Очередь, – пожала она плечами.

– У нас что, каждый второй увеличивает земли?

– Нет, но пока они измерят, пока осмотрят, пока задокументируют, пройдёт время.

Господи, ну и бюрократия. Я думал, с печатью проблемы, а тут, оказывается, я ещё легко отделался! И само собой мой взгляд покосился на Серафину, которая сидела с нами в одной комнате.

– Серафина, а у тебя, случаем, знакомых нет? Чтобы ускорить процесс?

– Самсон, ты знаешь, что это называется использованием служебной должности в корыстных целях? – поинтересовалась она.

– Учитывая аристократов в Нарианской империи, я не думаю, что буду как-то прямо-таки сильно выделяться на фоне остальных. Да и вообще, что смеяться, пользоваться служебным положением среди аристократов нормально.

Просто Серафина, конечно, правильно сказала, да только это правило никто не соблюдал. Есть возможность – пользуешься. Нет возможности – обтекаешь и ждёшь очереди, которая ещё и смещаться будет постоянно. А это буквально годами может тогда длиться.

Я против взяточничества и кумовства, но в мире, где простой люд, которого этот закон и должен защищать, за людей и не считают, а аристократы плевать на него хотели, соблюдение подобных формальностей выглядит как выстрел себе в ногу. Причём и себе, и людям на твоей территории. Типа: смотрите, какой я правильный, да только всем насрать, и лучше не станет никому, а хуже только себе. Поэтому…

– Ты поможешь? Мне-то, как небесному всаднику и заслуженному защитнику империи, могут пойти навстречу?

– Моя семья может помочь, – сказала Зирейя.

Я даже не знал, как ей отказать, если честно. Потому что мне меньше всего хотелось пользоваться услугами её семьи и быть должником. Серафину же я просил не как графиню Ди Вльен’Санти, а как главу небесных всадниц и хранительницу шпиля. То есть как нейтральную силу, а не ту, кому я буду должен.

– Серафина, я целый год буду вот так бегать туда-сюда, боясь, что кто-то вскроет это место и присвоит себе. Неужели мне нельзя помочь? Блин, да я же не подкупать прошу, а просто ускорить процесс!

– Ладно-ладно, я поняла, Самсон, хорошо, я обращусь и посмотрю, что можно сделать, хорошо?

Конечно хорошо. Особенно когда через три дня эти увальни приехали мерить землю, которую я решил купить. Я даже не удивился, чего они так долго работают, глядя, как эти боровы, под которыми подыхали виверны, неспешно расхаживают, будто не на работу вышли, а погулять.

И нет, это они не досконально территорию осматривали. Более того, несмотря на слова Зирейи, они даже взглядом по ней не провели, что там я себе отхапать собираюсь. Другими словами, я просто зря собирал всё это золото в русле вместе с Тамарой на пару (а когда я был не рядом, он сам это делал), потому что в итоге территорию никто не осмотрел. Просто измерили да записали в документы.

То, что могло занять год, заняло два дня в буквальном смысле слова. Я так полагаю, эти паразиты по большей части просто нихрена не делали. Нет, ну если они у меня справились за два дня, какая очередь на полгода-год? Что они там делают? В нарды играют?

По итогу это заняло суммарно около недели, и единственное, что мне оставалось, – это дождаться официальной исправленной грамоты, где будут внесены новые территории. А значит, у нас оставалась последняя нерешённая проблема – банда.

Как я говорил, мы немного перебрали с количеством бандитов. Вместо положенных пятнадцати мы набрали двадцать два, а это не очень хорошо. Кто-то невиновен, и нам надо было разобраться с этим. А единственный способ, который я видел…

– Будем обыскивать каждый дом, – произнёс я.

– За это время они могли что-нибудь да спрятать, – заметил Якбёк. – Надо было проверять на горячем, пока они не успели ничего тронуть.

– Что-нибудь да найдём, – ответил я.

Но он, конечно же, был прав. Стоило сразу прочесать все дома, чтобы вычислить виноватых и невиновных, но я с этой территорией так забегался, что про тех дегенератов совсем забыл. Там ещё смерть того связного сбила меня с панталыку.

Короче, я пока как управленец такое себе зрелище, мне довольно тяжело правильно расставлять приоритеты. Где-то стоило поступить по-другому, где-то стоило, наоборот, закрыть глаза или уделить особое внимание. Но, учитывая, что управлять своей территорией меня никто не учил и я постигаю все азы с нуля, считаю это совсем неплохим результатом.

Мы начали с крайних деревень, буквально оцепив их, чтобы никто не успел прошмыгнуть. Пошли прямо по списку, и в первом же доме нашли небольшой сундук, где было достаточно много медяков.

– Мой муж усердно работал! – испуганно пискнула женщина. – Руки в кровь стирал, чтобы прокормить нас!

– И платили ему, я смотрю, вырванными зубами? – вытащил я на свет пару золотых зубов.

– Он… он нашёл их… – пролепетала она.

– Вместе с кровью, охотно верю, – я посмотрел на Якбёка и кивнул. – Здесь мы закончили.

У меня были подозрения, что жёны знали, чем их мужья занимались, однако трогать семьи я уже не стал. Во-первых, нет доказательств, во-вторых, когда трогают женщин с детьми без железных улик, это всегда вызывает напряжённость в обществе.

Если говорить о том, что чаще всего палило убийц, то это вещи, которые очень навряд ли у них оказались бы. Проще всего было с вырванными золотыми зубами, которые мы нашли ещё у двух человек. Следующей уликой, которая заметно намекала на то, что мужик занимался разбоем, были украшения.

Да, украшения, причём золотые или серебряные, реже из простого железа. Обычно их дарят, их носят, но куда реже их прячут вместе с монетами в сундуке. Вот откуда у мужика, который, как мне сказали, косит сено для скота, золотая цепочка, стоившая, не постесняюсь заметить, четырёх месяцев его работы? Они хотят сказать, что он буквально лишил свою семью четырёх зарплат, чтобы её купить, и… и что? Спрятать под пол?

Очень сомневаюсь.

И на такой херне спалилось ещё девять человек. И вот с оставшимися четырьмя было сложнее всего. Вернее, осталось у нас одиннадцать человек, но из них всего четверо были бандитами, и тут надо было действовать осторожно.

Так, к моему удивлению, обыск у женщины с золотым кольцом вообще ничего не дал. Не было ни заначки, ни украшений, ни чего-то подозрительного, и единственное золото – это кольцо на пальце.

А вот у другого мы заначки не нашли, но нашли серебряные приборы, картину и, внезапно, платье, причём отнюдь не дешёвое.

– Это мне от бабушки всё досталось, – выпалила девушка.

– У вас бабушка что, аристократка? – прищурился я.

– Да! – брякнула она, и на этом можно было заканчивать.

Даже будь она аристократкой, эту посуду бы давно продали, чтобы устроить себе жизнь получше. А вот подобное чаще всего встречалось как раз у тех, кто получил вещи задаром. Вроде и живут просто, а вещи явно не соответствуют их статусу.

Но хрен с ней, с посудой, платье! Оно буквально кричало о том, что принадлежало аристократам! Или картина. Простолюдины картины вообще не вешали никогда, потому что это трата денег, а у них висит. Я прямо представляю, как мужик говорил, что вот, будем жить как аристократы, вешая её на стену.

Короче, вещи явно выбивались дороговизной из уклада обычной семьи.

Наверное, самым палевным был меч, который мы нашли под потолком. Мечи – оружие дорогое, крестьянам нахрен не сдалось, лучше несколько топоров купить, или вилы, или лопаты. Меч – это чисто для солдата или наёмника.

И так понемногу, по чуть-чуть мы отсеяли всех. Правда, получилось у нас не пятнадцать, а шестнадцать, а значит, кто-то всё равно лишний, и эти упыри все наперебой кричали, что именно они лишние.

– Мы можем расспросить каждого по отдельности с пристрастием, – предложил Якбёк. – Заговорят как миленькие.

– Боюсь, что заговорят как миленькие у вас, мистер Якбёк, и виновные, и невиновные, – ответил я. – А нам нужно воздать по заслугам.

– Тогда я не вижу других вариантов, как найти лишнего. Они кричат о своей невиновности все одинаково.

– Зато я знаю.

Вызываем на подмогу… барабанная дробь… Юринь! Она же, как мне нашептали однажды, умеет заглядывать в сознание? Вот пусть и заглянет, а мы посмотрим, кто из них невиновен. Только перед этим пришлось выпрашивать разрешение у Серафины, которая была не слишком рада тому, что я для собственных нужд выдёргиваю всадниц.

– Если я не ошибаюсь, у неё должно быть дежурство.

– Потом подежурит!

– О как. Потом. Когда прилетит сюда, поработает и полетит обратно, чтобы сразу на дежурство?

– Я сам постою, пока она лететь будет!

– Самсон, ты действительно собираешься тратить её дар на простолюдинов? – вздохнула Серафина, внимательно взглянув мне в глаза.

– Раньше я был не лучше, Серафина, – напомнил я. – Да ещё Вольфгана послушаем, как раз узнаем, может, мы все поголовно в прошлом были простолюдинами, но кому-то повезло чуть больше, чем остальным.

– Доиграешься ты однажды со своими речами, Самсон, – предупредила она меня. – Можешь попросить Юринь, и, если она согласится, то пусть. Я не против.

Тут должно было быть ещё «но», однако Серафина, видимо, сдержалась. А я не сдерживался и рванул обратно в шпиль. Блин, я уже туда тропу из своего баронства протопчу скоро. Юринь после нескольких часов уговоров согласилась помочь найти засранцев. В ход даже пошла теория, что всё это строится даже не против меня, а против Каталины, а значит, надо вытравить всю эту шушеру за то, что они против нашей пошли.

И знаете, что самое смешное?

Я не врал с этим. Всё это предприятие было нацелено, скорее всего, действительно на нашу заместительницу главы, потому что я-то был покойником в тот момент. Что мне мстить? Зачем и почему, конечно, задавать вопрос пока рано, но что мы можем сделать, так это покарать всех причастных.

Самое неприятное оказалось в том, что мы промахнулись с поиском виновников. Мы тащили парней по одному к ней, после чего оставляли на десять минут и сажали в другую комнату. И так поочерёдно: кто-то кричал, кто-то выходил в слезах. Уж не знаю, как им проникала в головы Юринь, но выяснилось, что там не один, там сразу четверо были непричастны к случившемуся. Двенадцать угаданных человек, конечно, тоже неплохо, но три невиновных – это три невиновных.

И когда мы спохватились за виновными, двое уже успели смыться, даже бросив собственные семьи. Пришлось довольствоваться оставшимися.

Итого у меня ушло недели две на то, чтобы разобраться с делами. Думаю, если расписать, как проходили эти две недели, получилось бы четыре тома «Войны и мира». Бюрократия, однообразные допросы, проверки, полёты – я метался как белка в колесе, лишь бы закрыть все важные вопросы побыстрее.

Зато теперь территория была окончательно моей, все… почти все бандиты были схвачены, заговор частично был раскрыт, враги запуганы, а дела баронства вроде как отчасти решены. Другими словами, можно было со спокойной душой пока переходить к другим, не менее насущным делам, а сюда вернуться позже.

Но перед этим я должен был сделать кое-что важное.

Как говорится там, всем воздастся за содеянное? У меня было тринадцать человек, тринадцать тех, кто грабил, убивал и, возможно, насиловал. Кто-то скажет, что надо посадить их на десять лет, кто-то скажет, что на двадцать или на пожизненное. Но у нас тут не демократия. У нас нет ресурсов держать этих дармоедов, для которых и тюрьма, возможно, будет просто курортом. Поэтому что посеешь, то и пожнёшь.

Они посеяли смерть…

Глава 149

– Думаю, вам всем знакомо это место, – подошёл я к краю карстовой воронки и бросил взгляд вниз. – Именно сюда вы сбрасывали тела тех, кого грабили и убивали, обворовывая до нитки.

Пятнадцать человек, связанных по рукам и ногам между собой в одну цепочку, стояли за мной на коленях, опустив головы, как нашкодившие дети. Потребовалось не так много усилий, чтобы их сюда притащить: одна лошадь и несколько верёвок, после чего цепочкой провести их по дорогам до этого места, где они сами обрывали жизни людей. Тем более когда они не сопротивлялись, надеясь на какое-то снисхождение.

Что ж, снисхождение будет.

– Знаете, можно кучу времени говорить о чести и достоинстве, о справедливом суде и заслуженном наказании, но мы не будем просто так сотрясать воздух и перейдём к делу. Я обещал, что каждому из вас будет предоставлен шанс избежать наказания. Так вот, расклад такой: каждый из вас спрыгнет в эту яму, и с того момента он будет абсолютно свободен. Сможет выбраться наружу? Прекрасно, я не буду этому препятствовать. А кто нет – значит, не судьба. Сможете пройти то же самое, что и ваши жертвы, считайте, все обвинения сняты, и вы свободный человек.

– Но… это невозможно! – вскрикнул один из них. – Мы сбрасывали туда уже мёртвых!

Другие зашикали на него, будто это могло как-то ухудшить их ситуацию, но я лишь усмехнулся.

– Тем более у вас куда больше шансов, чем у ваших жертв. Ну а теперь в путь.

Я подошёл, перерубил верёвки, связывающие главного зачинщика, а именно Батю, после чего подтащил его к краю. Тот после допросов был слегка в прострации, поэтому даже не сопротивлялся, когда я его подвёл к краю. Толкнул…

И тот полетел вниз.

Через мгновение он приземлился на камень, и я даже отсюда услышал сочный звук упавшего тела.

Самое удивительное в том, что никто из них не пытался сопротивляться. Все они, шестнадцать человек: Батя, двое из трактира и тринадцать, которых мы успели задержать сейчас, просто тряслись и молились, чтобы именно их эта участь обошла стороной. Хотя даже попытайся они дёрнуться, все были привязаны к лошади, и достаточно одного окрика, чтобы та их потащила прочь по дороге.

– Итак, следующий, – обернулся я.

И так один за другим. Кто-то ревел и просил пощады, кто-то чуть ли не терял сознание. Когда их оставалось девять, они таки попробовали напасть на меня гурьбой, но это окончилось фиаско. Я крикнул, лошадь бросилась во всю прыть, сделав кружок вокруг карстовой воронки, и всех семерых протащило по земле, ободрав так, будто они наждачкой мылись.

После этого я продолжил. Сострадания к этим упырям я не испытывал: плакали, молились, мочились – по одному всех на дно дыры. И только последний бросил мне:

– Увидимся после смерти.

– О-о-о… ты меня ждать будешь очень долго, – усмехнулся я и толкнул мужика вслед за остальными.

Через мгновение глухой удар и… тишина.

Я минут пять стоял на краю и наблюдал за тем, пошевелится ли хоть кто-то, после чего ещё и сам спустился. Нет, все как один покойники. И больше всего меня радовало, что я не зассал и попросил Юринь проверить их всех, теперь точно зная, что они все получили то, что заслужили. Ну а теперь переходим к тому, ради чего я всё это устроил.

– Тамара! Тамара, выходи, это я, Самсон! Я один! Можешь не прятаться и не бояться!

Подождал несколько минут, и вот в туннеле показались очертания моего хорошего знакомого.

– В прошлый раз ты пришёл, другого привёл… – заметил тот хрипло.

– Прости, Тамара, она сама спустилась, здесь я ничего не мог поделать.

– Она желает мне зла?

– Предположу, что да, она может напасть на тебя, – согласился я и быстро добавил: – Но не потому, что Серафина злая или плохая. Просто в их глазах ты…

– Монстр. Тот, кто ест их.

– Да, угроза, тот, кто может навредить людям, – кивнул я, а потом оживился, решив сменить тему. – О! Иди сюда, я тебе кое-что покажу!

Я привёл его к месту, где лежали тела, некоторые буквально друг на друге, что не спасло их от смерти. Целая братская могила, на дне карстовой воронки их казалось действительно много.

– Шестнадцать тел! – похвастался я.

– Это… это мне? – тихонько спросил он, соединив указательные пальцы.

– Все до единого! Только это… боюсь, это последняя человечина, потому что больше не будет, поэтому этих ты там замаринуй или что делаешь обычно. Я договорился, чтобы тебе сюда приводили живность, подкармливали без вопросов, но что касается людей, больше их не будет. И надеюсь, ты тоже на них не будешь охотиться.

– Не ем живых. Опасно, – покачал Тамара головой. – Мёртвые лучше. Быстро и безопасно. Ты хочешь попробовать? Я вкусно готовлю.

– Человечину? Не, спасибо, дружище, не в этот раз, – покачал я головой.

– Вяленое мясо на дыму и острая трава! Очень вкусно, мой рецепт. Или мясо на крови на камне, чуть сырое внутри. И соль! Очень вкусно! А если закоптить и завялить, то будет ещё вкуснее! А ещё настойка из грибов! Тебе понравилась в прошлый раз? Можно с мясом, будет вкусно!

– Ну всё, всё, у меня сейчас слюни потекут. Просто у нас не принято есть своих же.

– Зря. И я надеюсь, мы договорились, что на людей ты нападать не будешь. Попугивай, изредка появляйся, мелькай во тьме, но не часто. Чисто пугать. Стражники же сюда за тобой не сунутся.

– Договорились, – кивнул он. – Спасибо, Самсон.

– Да не за что, – махнул я рукой. – К сожалению, мне придётся уехать на время и оставить это место. Но я точно вернусь! Просто… дела.

– Дела, – кивнул тот согласно. – Я буду сторожить это место! Ты вернись, Самсон. Ждать буду.

– Вернусь, – пообещал я, усмехнувшись.

Надеюсь, ему хватит. Что же касается того, что я ему тела людей скармливаю, то это и не люди. Твари. А Тамара куда больше человек, чем половина из тех, кого я здесь встречал.

Он был последним пунктом в списке дел, который я должен был закончить перед отъездом. Бандитов перебил, основные вопросы своей земли решил: мельница, мосты, дороги, скотный двор и так далее. Плюс захватил территорию под свой контроль.

Остался лишь заговор, но уверен, что те ещё не скоро голову поднимут после того, как их ячейку уничтожили. Но что-то мне подсказывает, что это было и не единственное их предприятие против рода Каталины. Если уж они рискнули пойти против неё, то будут играть по-крупному, и планов будет много, где один будет подстраховывать другой.

Но это всё потом, а сейчас у нас были грандиозные планы, начинающиеся с возвращения на шпиль.

Только вот выяснилось, что…

– Мы прилетели на вивернах, – сказала Серафина.

– Да ладно, не на драконах? – не поверил я.

– А ты думал, мы не хотим побыть девушками, которых возят? – подмигнула Мелисса.

– Нет, но так же удобнее.

– Как сказать. Не надо самой куда-то лететь, не надо беспокоиться, где его оставить. Драконы – это прекрасно, но иногда хочется чуть-чуть передохнуть и просто ничего не делать.

– Я думал, вам нравится летать на драконах…

– Нравится, – кивнула Серафина. – Но это как с балами. Это интересно и весело, но ты представь: каждый день балы, балы, балы…

Станки, станки, станки… ладно, что-то восполнилось.

– Ладно, вас подвести?

– Дай-ка мы догадаемся. Ты предложишь лететь нам в пасти твоего дракона? – улыбнулась Мелисса. – Не знаю, как остальные, но я пас. Доберусь уж как-нибудь своим ходом.

– В пасти дракона?.. – поморщила Зирейя нос, с подозрением взглянув на меня.

– Мы сами, Самсон, – заверила слишком быстро Серафина. – У Каталины есть виверня, уже к вечеру будем там, а там к утру в шпиле. А ты лети на драконе.

– Я вас могу подкинуть до Каталины, – предложил я.

– Не стоит. Лети сразу в шпиль, а там встретимся.

Не, не хотят – как хотят. Моё дело предложить, их дело отказаться.

Поэтому, попрощавшись со всеми в замке и пообещав вернуться, я отправился к озеру, где позвал мысленно дракона. Есть такое чувство, будто ты Ктулху вызываешь, когда огромная туша медленно поднимается со дна и выходит на берег, нависая над тобой всей массой и заставляя чувствовать себя просто ничтожеством, насекомым, пока с него литрами сливается вода. Иной раз, если отстраниться, думаешь: блин, а ведь эту огромную машину смерти, высотой в шестерых, а то и семерых тебя, сдерживает разве что ваша связка…

– Ладно, толстый, давай, падай, я закреплю на тебе седло, – помахал я ему.

Привычными движениями я его оседлал, и уже через десять минут мы поднялись в воздух. Надеюсь, я вернусь сюда пораньше в следующий раз, а не через восемь лет. Не хочется, чтобы все мои усилия пошли прахом, как в прошлый раз, когда я буквально часами сидел и решал проблемы.

А тем временем нас уже встречало прохладное чистое небо, когда мы поднялись выше облаков. Реально, каждый раз как новый мир, с белоснежными облаками под тобой и чистейшим небом сверху. Хотя не буду отрицать, что лететь в седле вот так, под диким ветром, бьющим тебе в харю больше десяти часов, сложно и быстро выбивает всякую романтику.

* * *

На шпиле всё было как всегда, ничего не изменилось за то время, что я отсутствовал. На площади меня встретила прислуга, которая быстро взяла дракона в свои руки. Внутри всё так же было тихо, встретилась на пути только Лорейн, которая негромко поприветствовала меня, и Аэль, которая уже вовсю ходила, чем не преминула похвастаться.

– Смотри! Смотри, я уже и прыгаю! Смотри, приседаю! И без трости хожу! Видишь трость⁈ А её нету, потому что я теперь без неё! – она чуть танцевать передо мной не начала, настолько разошлась, демонстрируя свои ноги. Не постеснялась даже задрать платье по самые панталоны, чтобы продемонстрировать их.

– Ты молодец, – улыбнулся я. – А тебе пальцы не забыли пришить?

– Не-а, не забыли! Вот, смотри! – и сняла одну туфлю, быстро перебрав пальцами. – Все на месте! Хотя, конечно, шрамы на ногах остались. Укусы, порезы и всё то, что они пережили после твоих сражений… Но нет худа без добра, так⁈ Главное, что я могу ходить и! – подняла она указательный палец. – Меня уже отправляют на дежурства и патрули! А у тебя как дела? Слышала, ты летал к себе в поместье? Как там? Вот я тоже хочу к себе слетать! Уже подготовила всё! Надо, надо заняться делом, а то как дальше жить?

– Каким делом? – не до конца понял я.

– Ну как, я же хочу отстроить заново свой замок, – улыбнулась она. – Или ты уже забыл? Помнишь, мы там были, ночевали даже, камин тот большой?

– Естественно. Крутое место, мне прям вкатило там, – кивнул я, вспоминая те два холма, на склоне одного из которых располагались те руины.

– И я о том же! Я то же самое говорю! Хорошее и красивое место! Да, оно очень отдалённое, да и холодно там, но разве в этом не прелесть? Посреди бушующих ветров и непогоды, дикой природы и опасных соседей, но там мой дом! И вот ты уехал, и я подумала: а почему бы не сделать то же самое, что и ты? Почему бы не взять все свои выходные дни и не заняться домом? А то ведь сколько золота на зарплатах накопилось, сколько денег с самой земли накапало, хватит всё отстроить заново и ещё лучше!