Текст книги "Небесный всадник 6 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)

– Важен главный принцип, остальное приходит с экспериментами, – кивнул тот, завороженно глядя на лист. – Как звать вас?

– Самсон.

– Самсон, – кивнул дворф. – А я Банч. Банч Рудогар. Не знаю, откуда у вас, Самсон, такие знания, но уверен, что им найдётся место в умелых руках. Сколько вы хотите за это? – кивнул он на листок.

– Нисколько. Пусть будет. Ради прогресса в мире.

Тот охренел ещё больше. Несколько секунд бородач смотрел на меня большими глазами, после чего медленно произнёс:

– Золотые слова, Самсон. Не верится, что я это говорю человеку, но я даже… восхищён…

– Да ладно… – отмахнулся я, уже зная, к чему всё идёт и как это применить на практике.

– Не ладно, Самсон. Не знаю, кто вы, но у вас золотые знания, если вы вот так просто можете дать подобное, – кивнул он на лист. – Знаете, если вы хоть раз окажетесь в наших краях, то обязательно загляните в столицу. В главное инженерное управление. Назовите моё имя и фамилию, и вам там будут рады, – дворф ещё раз посмотрел на листок. – Всё гениальное просто…

– Не могу поспорить, – кивнул я.

Всё гениальное просто, а всё самое сложное нередко достигается самым простым путём. И если честно, я ожидал чего угодно, но не встретить здесь отголоски собственного мотоцикла, который однажды спас меня от смерти в первые минуты в этом мире. Интересно, как он себя там чувствует?..

Глава 157

Я ещё раз окинул телегу взглядом.

У меня был соблазн сейчас спросить про мотоцикл, однако вряд ли дворф может знать о чём-то подобном. Такие вещи обычно, если находят, хранят в полной секретности пряча как от дневного света, так и от любопытных глаз, и уж точно не торговцу будут отчитываться о подобном. А слишком много вопросов всегда провоцирует слишком много ненужного внимания, которого я и так привлёк.

Как бы то ни было, я старался сильно не радоваться, потому что его могли к этому моменту уже давно по винтикам разобрать, чтобы изучить, при этому не сумев собрать обратно, как это часто бывает.

– Если у вас есть ещё какие-либо мысли по этому поводу… – напоследок произнёс дворф.

– Боюсь, это единственная гениальная идея, которая посетила мою светлую голову, – улыбнулся я.

– Тогда надеюсь, что мы ещё свидимся, чужестранец Самсон.

– Я тоже.

Или не надеюсь. В любом случае, учитывая мою продолжительность жизни, у меня теперь есть ещё несколько важных вещей, которыми можно будет заняться на досуге. А заодно вспомнить и химию от деда (блин, а я и не верил, что его знания где-то мне пригодятся).

Тем временем моя женская и чуть-чуть мужская братия уже успела обойти весь рынок. И что я вижу: Аэль набрала кучу леденцов, теперь один за другим их поглощая, Рондо и Мелисса почему-то принарядились в эти китайские юкаты, выбрав себе образы более броские, чем были, а Тефея тем временем ела…

– Мать моя женщина, Тефея, это что? – перекосило меня.

Она посмотрела на меня каким-то странным взглядом, будто спрашивая, зачем так кричать, после чего посмотрела на вот это вот у неё на палочке.

– Это Ютипулус в жаренном масле, – ответила она таким голосом, будто не понимала, чего такого

А я скажу, чего такого: этот Ютипулус в жаренном масле выглядело как паукообразный богомол с жалами вместо передних лапок и мордой, до жути похожей на человеческую. Мне, млять, смотреть на это страшно, а она ещё и жрёт его!

– Разве не правильно пробовать что-то новое, если вы приехали куда-то? – продолжила она.

– Правильно, но… тебе нормально это есть?

– Мне Суко посоветовала, – пожала та плечами. – Говорит, у них это деликатес. По вкусу очень даже неплохо, напоминает мясо раков, только более жилистое.

Я бросил взгляд на Суку.

– Деликатес, – вкрадчиво ответила та.

Меня аж пробирает каждый раз, когда она откусывает от этого вот кусок. Я помолюсь за твоё здоровье, Тефея, обязательно.

Наша экскурсия ушла с рынка на улицы города, и ещё пару часов мы просто гуляли, наслаждаясь видами азиатского города. Заглядывая за забор (а иногда подпрыгивая, чтобы заглянуть) можно было увидеть ту скучную повседневную жизни людей, которые оказались поадекватнее меня. Там и дети бегали с палками, лупя друг друга. Рядом могли быть мужчины, которые что-то пилили, таскали, чинили или просто весело бухали, и женщины развешивали бельё, мыли посуду или стирали группками, беседуя между собой.

Одна из улиц и вовсе вывела нас к небольшому краю, стоявшему на краю отвесной скалы. Фон прямо атмосферненькое место: каменные фонари у дороги, деревянные ворота с потемневшей над ними крышами…

Мля, а где стены в круг? Нахер вам ворота, если стен нет⁈

Ладно, опустим этот странный момент. Но тут прямо что-то японское повеяло: небольшая мощённая площадь и на другом конце здание, под навесом которого стоял изрезанный иероглифами алтарь. У его подножья лежали монеты.

– Так-с… – огляделся я. – А у вас тут уютненько.

– Интерес к вере заставил удивиться меня твой, – произнесла Суко.

– Да вот, люблю взглянуть на историю под другим углом, – честно признался я. Жаль другие не ценили моего интереса, разбредаясь по округе. – Ну так что, в кого верите, кому подчиняетесь?

– Мы верим в силу.

– Ну это я уже понял, а бог? Божество? Дух? Дух-хранитель? В кого-то же вы верите, верно? Этот-то храм не просто так воздвигнут, – кивнул я на постройку с алтарём.

– Великий воин Убиба наделил… – начала было Суко, но я её перебил.

– Прошу, прощения, чего? – я аж слегка прифанарел. – Как его, говоришь, зовут?

– Убиба, – повторила она.

– Убиба.

– Убиба, да.

– Это его полное имя?

– Нет. Убибабоба.

– Не многовато ли звука «б» в его имени?

– Ты насмехаешься над духом великого воина? – прищурилась она.

– Да нет, ты что⁈ – возмутился я наигранно. Как я мог над ним насмехаться, когда жизнь сделала это первее. В моей школе его бы с дерьмом смешали. – Продолжай, пожалуйста.

– Он первым, кто открыл путь, был и открыл другим, шедшим следом, по которому следуем мы.

– Наверное… Убибабобе было нелегко… – протянул я хрипло, пытаясь не проорать Суко прямо в лицо.

– Первому путь открывшему сложно всегда.

– Ему, наверное, доставалось…

Суко прищурилась.

– Ты намекать изволил на что-то?

– Я просто восхищаюсь его стойкостью, – пожал я плечами. – А какими именно силами он наделил вас? Управлять драконами?

– Управлять драконами и быть сильнее, чем сильнее были те, кто до нас.

Понятненько. Вот ещё одна легенда в мою копилку. Азиаты верят, что был какой-то великий воин, который прошёл этот путь, успокоил тихий океан и драконов, а потом открыл путь силы, которым сейчас пользуются все всадники. Отличается, конечно, от поверия других, но по логике, как я заметил, у каждого народа своя вера захватывает какой-то свой кусочек общей картины. По крайней мере, именно такое впечатление у меня складывается.

Тот храм под землёй, что мы посещали – там как раз было что: демоны снизу, потом люди, ещё выше всадники и какая-то дрянь, которая по мнению Тефеи защищает всех, а по моей пытается всех сожрать. Так вот к чему я: демоны – в это верили наши, появление всадников – это агадарки, какое-то божество свехру, которое «защищает» руками (по версии Тефеи) – это веелинки, ну а азиаты – что был чел, который и раскрыл силу людям и научил пользоваться.

К чему этот экскурс – меня-то кошмары до сих пор мучают. И если что-то началось, если та тварь вдруг решила создать коллапс на севере, а потом вдруг неожиданно точно такой же случается между агадарками и веелинками, чует моё сердце, это ещё не конец, и хрень высунет свою голову по наши души.

Хотелось бы, конечно, знать когда, откуда и подготовиться, тем более, когда я чуть ли не на прямом контакте с ней.

– Ты думаешь о чём? – спросила Суко, выводя меня из транса.

– У вас есть какая-нибудь легенда о всемирном зле? – спросил я.

– Зло мира?

– Да. Злой дух, злой бог или что-то такое?

– Вспоминать замок на стене в доме ты стал?

– Ну… там же тоже было проклятие, да? Что-то про открытие врат, откуда выйдет зло и только тот дракон сможет его победить вроде.

– Легенда, – кивнула Суко. – Старая легенда, но мы не верим. Мы верим в силу, не сказку старых народов.

Знала бы ты, что эта сказка сейчас где-то цветёт и пахнет…

Храм не был нашей последней остановкой, но был одной из самых интересных. А вообще, город реально прикольный. Мне действительно понравились эти улочки все и их уютные дворики, часто скрытые непонятно от кого заборами. Как будто декорации под какой-то филь сделаны, настолько всё чисто и аккуратно.

Мы вернулись как раз к ужину, где нам подали какую-то запечённую птицу, а попутно Суко решила показать высший класс гостеприимства, и нам устроили целое представление. Женщины и мужчины танцевали, пели и выполняли какие-то прямо-таки умопомрачительные кульбиты, заставляя иной раз немного охренеть, как там их не сломало на части.

Не успел никто оглянуться, как нам уже подтащили какие-то кальяны, и комната медленно утонула в облаках самых разных ароматов. И пусть я не пил, но обратно к себе в комнату возвращался с тяжёлой кружащейся головой. Вся моя братия расходилась по комнатам, и я между делом заметил, что Вольфган опять заходит к себе не один, да и, кажется, у Мелиссы кто-то промелькнул…

Кстати, а вот и она ко мне направляется.

– Ты будешь не один ночью? – спросила она, бросив взгляд на дверь.

– Ну… пока ко мне никто не заходил.

– Надеюсь, твои припасы при тебе? Если нет, я могу дать ещё.

– А у тебя стратегические запасы что ли? – улыбнулся я.

– Ну с кем спать – дело ваше, но вот последствия – это уже дела государственные. Мы же не хотим наплодить потенциальных противников ради сиюминутных удовольствий, верно?

– Думаешь… – я покосился в сторону коридора, где ещё виднелись слуги.

– Да почти уверена, Самсон. Поэтому если что…

– У меня есть.

– Вот и славно, – и она пошла по комнатам других девушек.

И кстати да, Мелисса была права, ко мне действительно под самую ночь опять заглянула азиатская путана, только теперь другая. Бардовый махровый халат, словно шкура какого-то животного, пучок волос на голове, яро накрашенные губы и оголённые плечи – всё в лучших традициях девушки на охоте.

– Я пришла скрасить ваш вечер, – прошептала она томным голосом.

Ещё одна…

– Конечно, проходи, дорогая, – посторонился я, пропуская её в комнату.

Надо ли говорить, что она полночи делала мне потом массаж?

* * *

Утро вышло довольно… активным, так скажем.

Я проснулся от стойкого чувства опасности, распахнув глаза так, будто и не спал вовсе. В голове было ясно, сердце спокойно и чётко отбивало ритм, будто уже готовое дать жару при необходимости. Руки как-то рефлекторно нащупывали оружие, пока всё тело сжалось для рывка. И единственное, чего не хватало – это самой опасности.

Я озирался по сторонам, пытаясь понять, кто меня так насторожил, но кроме вчерашней гостьи, уснувшей в кресле напротив никого не было.

Взгляд само собой перекочевал в сторону окна.

Я осторожно встал, подошёл к шторам и чуть-чуть отодвинул в сторону, чтобы выглянуть наружу. Сад. За садом долина каменных великанов, и вроде ничего необычного… но зрение всё равно успевает заметить промелькнувший силуэт дракона в небе прямо на дворцом, скрывшись за из виду.

Опа-опа, кажется, у надвигается что-то интересное! Так, мои окна выходят на сад, но вот окна Мелиссы и Аэль должны выходить как раз на площадь с другой стороны. Если кто-то и прилетел, то наверняка сядет там.

Я выскочил в коридор, не обращая внимания на сонно моргающую путану. Так, у Мелиссы вроде кто-то был, если мне не показалось, а потому лучше через Аэль. Я рванул в двери и… бинго! Не заперто!

– Что⁈ – Аэль резко села в кровати, заспанными глазами глядя на то, как я пересёк быстро комнату. – Самсон, что такое?

– Заварушка у нашей хозяйки, – ответил я, не оборачиваясь и осторожно выглянул из-за шторы.

Через мгновение рядом со мной уже стояла полторашка, в чём мать родила. Она меня не стеснялась, потому что за время нашего ледникового приключения чего я там только не видел.

Теперь уже вдвоём мы высматривали хоть что-то на круглой площадке, которая слегка выступала над склоном, как вертолётная. Около минуты мы ничего не видели, и уже я начал сомневаться, что что-то произойдёт, как неожиданно мы увидели одиноко идущую фигуру, в которой угадывалась наша щедрая хозяйка.

Широко расправленные плечи, гордо поднятая голова, надменная походка, словно она царица этого мира, Суко подошла к краю площади и остановилась. Не сразу, но в небе я вновь увидел драконов. Извивающихся, как змеи, которые постоянно клубились в воздухе, будто стоило им замереть, как они тут же рухнут на землю. Всего трое, но этих всего троих было достаточно, чтобы уничтожить весь это город и сравнять часть окрестностей с землёй, поэтому «всего», конечно, звучало слишком громко.

– Что происходит? – тихо спросила Аэль.

– Не знаю.

– Давай спустимся и послушаем, – внезапно предложила она.

Я аж посмотрел на неё, на мгновение забыв о том, что происходит за окном.

– Тебе сколько лет, девочка?

– Ну уж побольше, чем тебе!

– Голожопая ты моя прелесть, тебе же под восемьдесят уже, а ты реально хочешь бежать и подслушивать чужие разговоры?

– Осведомлён – вооружён, Самсон! – с умным видом произнесла она. – Поверь мне, никакая информация не бывает лишней. Никогда не знаешь, где она пригодится! Я тоже думала раньше, что зачем, а потом ка-а-ак…

И смолкла.

– Что как?

– А вот то, – ответила она, отведя взгляд. – Теперь ты не узнаешь, потому что тебе было неинтересно. Вот! О, смотри, дракон приземляется!

Один из них действительно завис прямо над площадкой опустив голову, по которой сбежала какая-то другая всадница, одетая в противовес бело-синему в тёмно-зелёный. Пробежав по морде дракона, она сиганула с его носа прямо на землю. Видимо, сработал артефакт левитации, раз она не разбилась. И мне стало интересно, а он у них не многоразовый случаем, раз она так легко и его решила потратить?

Они выдвинулись друг другу навстречу и остановились в центре площади.

– Как ты думаешь, о чём они говорят? – спросила Аэль.

– Да хрен его знает.

– Вдруг она хочет нас сдать?

– Я думаю, что желай она нас сдать, так принципиально у всех на виду она бы этого не делала, – ответил я. – Скорее какие-то межклановые разборки. Ты же в курсе их системы?

– Какой?

– Каждая всадница – это свой клан. Я не знаю, сколько у них всадниц всего в королевстве, но тут всё поделено между кланами, и они между собой тут месятся. Поэтому им и дела нет до других за границей их территорий, потому что они постоянно между собой воюют. И только когда угроза серьёзная и для всех, тогда уже объединятся.

– Это… странно. Ведь всадница всаднице сестра и их общая цель…

– Не везде так, как у нас, – покачал я головой. – Уверяю, если бы у вас исторически всадницы не держались бы вместе в клубе для девчонок, ситуация была бы точно такой же, где все против всех.

Тем временем всадницы явно перешли на повышенные тона. И всё равно я ничего не слышал отсюда, как не напрягал слух. Зато картинка была красноречивее, чем слова: пока наша Сука стояла с невозмутимостью, расправив плечи и сложив руки на животе, прятав в рукава, другая что-то активно ей доказывала и активно жестикулировала. В конце она так махала руками, что казалось, что по морде сейчас ей ударит.

И почти ударила.

Внезапно гостья толкнула Суко в грудь, и та слегка покачнулась. В ответ округа как будто слегка потемнела, наполнившись голубым светом, и из неоткуда появился синий дракон… Погодите-ка, а это не тот же дракон, что… нет, не тот, которого я утихомиривал – слишком крупный. И не тот, что приходил мне в глюках – мой галлюциногенный гость был заметно больше. Как будто какая-от промежуточная версия.

Эта машина появилась откуда-то сверху и тут же устремилась вниз, налетев на дракона гостьи, но не убив его, а прижав к земле, отчего всё подпрыгнуло. Двое других драконов кружились сверху, но не приближались, будто что-то не давало им подлететь. Барьер что ли?

При этом Суко стояла так же невозмутимо. Вроде смотрю на неё издали, но прямо чувствую, как она смотрит на девушку перед собой сверху вниз, как на говно, уж простите меня. Гостья явно поуспокоилась, хотя повышенные тона остались. Она больше не махала руками, но по лицу было видно, что её перекосило от злости. Ещё минут разговора, и она развернулась на каблуках и твёрдым шагом направилась прочь.

Как она будет улетать, стало ясно через мгновение – голубой дракон взорвался снопом искр, освободив её змею (кстати, дракон был под цвет её халата зелёным), и тот сразу бросился к своей хозяйке. Но прежде чем показательно запрыгнуть на своего дракона, она обернулась, но посмотрела не на Суко, а нас.

Прямо на нас.

Я могу поклясться, что она смотрела прямо в наше окно на две наши рожи. И я могу поклясться, что в тот момент девушка улыбнулась. Хищно и зло, как смотрят на тебя люди, которые хотят сделать тебе очень больно.

– Что-то мне это не нравится, – тихо произнесла Аэль.

– Да мне тоже.

– Как думаешь…

– Что происходит? Думаю, что наша радушная хозяйка перешла дорогу людям, которым переходить не стоил, и решила попробовать поиграть по-крупному.

И теперь было понятно, зачем ей нужен был дракон. По тому, что я видел, это была какая-то система защиты, которую можно было в случае чего активировать. И если она на изи свалила дракона, магическая херота была очень мощной.

Тоже хочу такую себе. Буду всяких басурманов на соседских землях кошмарить.

Но если без шуток, то если ты находишь себе сильное оружие, всегда найдутся и те, кто захочет его или отобрать, или уничтожить в зародыше. И как бы это нам сейчас боком не вышло. Но, думаю, эти вопросы стоит задать напрямую Суко.

Глава 158

К обеду мне принесли тот самый артефакт, о котором говорила Суко. Точнее, не тот самый, которым я воспользовался вместе с Сук, а его копия. Ничем особо не отличалась от оригинала, и если бы сама радушная хозяйка об этом мне не сообщила, я бы так и не узнал. Она, кстати говоря, и вручила мне артефакт, попутно объясняя, как им пользоваться, как настраивать и так далее. Одним слово:

Подключи воображение…

Не хватает только радуги между ладошек.

– Ты попробуй, я подожду, на время, – Суко достала песочные часы. – Быть уверенным, что ты понял, и не быть запертым день или два, когда сутки пройдут там.

– Я один?

– Кто-то будет ждать, чтобы вытащить. Три минуты. Достаточно.

– Достаточно, в смысле ты меня спрашиваешь или утверждаешь?

– Говорю, что достаточно, – повторила она. – Не сложно, но аккуратно.

– А что там может произойти?

– Умирать неприятно.

Ну умирать неприятно всегда и везде, тут для меня открытий не было.

Как сказать, что вышло не столь удачно, как я думал? Наверное, надо было начать с того, что я решил поставить самый сложный режим: от ранений до врагов. А потом подумал и поставил ещё себе врагов всего штук десять, но выкачав их опыт на полную. Подумал, что раз я небесный всадник, то в спокойную разрулю обычных людей.

Сука, я не помню, чтобы меня когда-то так били…

Нет, вру, помню, Вольфган отпинал меня однажды так, что я потом пришёл в себя только благодоря Мелиссе. Вот здесь было нечто похожее. Опыт на максимум – они не бросались на меня по очереди или всей гурьбой, а начали обходить, чтобы натянуть мне яйца на уши. Усталость – нападали все разом, как волчья стаю, просто изматывая. Боль – каждый удар было маленьким поражением и потихоньку хочешь – не хочешь, но ты охреневал.

Как итог, Суко была права. Сдохнуть было реально неприятно и больно. Чувствовать, как тебе пробивает грудную клетку копьё, как меч отсекает руку с клинком и по итогу топор втыкается тебе в голову. М-м-м… боль неописуемая.

А потом ты вдруг открываешься глаза и обнаруживаешь себя лежащим на земле, а впереди опять те десять человек, которых отменить нельзя, и остаётся только побеждать.

Надо сказать, что меня пинали больно и размеренно, и то, что мне показала тогда Суко, было лишь обычной разминкой, чисто по фану порубиться, чтобы немного повеселиться и развеяться. Здесь же всё было по-крупному и мне крупно так просаживали, нетонко намекая на мои собственные навыки.

По итогу не я победил – меня вытащила из шара сама Суко после трёх часов постоянных избиений.

– Как? – поинтересовалась она.

– Надо начать с чего-то попроще… – пробормотал я, потирая шею. Теперь я знал, что чувствуют те, кому её отсекают. Довольно… странные ощущения, если честно. Даже удивительно, как быстро тебя спускают с небес на землю несколько затрещин, напоминая, что ты не стал лучше, просто чуть-чуть сильнее.

– Я дала предупреждение, что стоит аккуратно. Ненароком можно запереть себя и года жить там, не в силах победить, сойти с ума.

– Буду иметь ввиду.

– Имей ввиду, – кивнула Суко. – Наслаждайся.

– Ага… – я бросил взгляд на артефакт, после чего посмотрел на хозяйку поместья и спросил. – Слушай, не моё дело, конечно, а что у вас там за конфликт был перед поместьем?

– Мной недовольны. Вами недовольны. Много недовольства. Делим власть с кланом. Думаю, они отступили.

– Отступили, в смысле, что они собирались напасть? – уточнил я.

– Не брать в голову тебе стоит, – ответила Суко. – Эти проблемы – мои проблемы. Вы наслаждаться гостеприимством должны. Я показать интересные места хочу, и вы посмотрите, когда желание будет. А потом дом, вам будет хорошо вернуться.

* * *

Если честно, вернуться мы собирались гораздо раньше, почти сразу после того, как я получил артефакт – именно на этом настаивала по началу Мелисса, аргументируя тем, что это не наши земли, и здесь мы беззащитны. Но под уговорами Тефеи и Аэль она те не менее решила остаться ещё на несколько дней – одной не терпелось побольше узнать об этом народе и потом занести всё в книгу, другой просто здесь нравилось.

Что касается меня, Рондо и Вольфгана, в целом нам было пофиг, уйти или побыть здесь ещё пару дней. Мы были заняты артефактом, который мне подогнали. Поочерёдно или в парах заходили в тренировочные бои, где или одерживали сокрушительную победу, или отхватывали по самые не балуй.

Больше всего оценил его Вольфган, хоть до последнего и ссыковал к нему притрагиваться.

– Хорошая вещь. Не сделает крепче, но научит, – кивнул он, выйдя из боя, причём сам.

Это вообще со стороны забавно выглядело: едва человек касался артефакта, его глаза закатывались, и он будто погружался в транс, пока у него артефакт не отберёшь.

Один раз мы и вовсе втроём зашли на оборону замка и строили эпический замем. Здесь Вольфган, казалось, чувствовал себя даже лучше, чем в реальном мире. Он рубил, рвал, давил и показывал то, насколько были страшны всадники для обычного человека, даже если выкрутить сложность на максимум. Глядя на то, как он истреблял целые отряды, невольно осознаёшь ту пропасть, которую вас разделяет.

Даже Рондо терялась на его фоне. Не потому, что была слаба, просто стиль сражаться у неё был другим. Она магистрина и использовала в основном боевую магию, догоняя её мечом в случае необходимости.

Вольфган же просто шёл в лоб и истреблял.

Короче, мы весело проводили катку, скоротав так целый день, после чего по обычаю на ночь к нам прислали опять компанию. Причём каждый раз путана отличалась от той, которую к нам присылали. Не сказать, что это играло какую-то роль, потому что массировали они одинаково, но просто как интересный момент.

А ещё нас познакомили с их знаменитыми культиваторскими испытаниями. Кто саньсю читал, знает, как азиаты помешенные на всяких там башнях, лабиринтах и полосе испытаний и прочей лабуде, в конце которой скрыты сокровища, чаще всего неепическая сила по разрыву жоп твоим врагам.

Здесь тоже были свои версии этих лабиринтов. Чаще всего, старые подземелья замков каких-нибудь воинов или полудурков. Почему именно эти двое варианта? Ну воины пытались отсечь тем самым слабаков, чтобы только достойному досталось их наследие, ну а полудуркам просто было по кайфу осознавать, сколько человек погибнет ради… А там ещё и непонятно, ради чего, так-то. Может что-то ценное, может пыль из-под кровати и использованный презик.

Один из таких лабиринтов находился как раз в Долине каменных великанов, место, укрытое среди каменных колонн, если верить Суко, ещё древнее, чем её дворец. А ещё…

– В самый низ не спустился никто.

Мы как раз стояли напротив этого чудесного входа, который было не отличить от обычной пещеры, если не считать вытоптанной поляны и множество следов пребывания здесь людей, как совсем свежих типа потушенного костра, так и тех, которые здесь лежат годами типа костей человека в кустах.

– Никто не спускался до самого низа? А всадницы? – спросил я.

– Никто.

– Но как погляжу, людям скучно и они продолжают туда ходить, – подошла ко входу Рондо и обернулось. – Какой толк, если результат – смерть?

– Можно уйти, можно рискнуть. Многие рискуют. Кто-то уходит дальше и находит награду. Кто-то умирает от рук других. Выживает сильнейший. Любой войдёт, любой победит. Сильнейшие воины рождались здесь.

– Но не всадники, – ответила Мелисса.

– Мы от природы всадники неба, – ответила Суко. – Другие иной путь найти силу ищут. И находят.

Любой, кто хоть раз играл в экстракшен-шутеры, знает, что главная проблема это не налутать или убить главного босса, а выйти. Потому что есть достаточно ублюдков, которые предпочитают сами не пачкать руки. Так что вот это вот всё про то, что только сильнейший сможет там что-то достать херня – только самый хитрожопый выйдет с наградой.

– Я и говорила как, что сильнее или слабее, мы можем посоревноваться, кто глубже спустится, – предложила Суко развлечение.

– Как мы это докажем? – поинтересовалась Рондо.

– Очень просто. Камень разный близко и далеко. Принести камень и показать. Не выйти – умереть, значит тот слаб.

Довольно простые правила, кстати. И какое счастье, что я всегда могу сказать:

– Окей, я вход буду сторожить, чтобы никакая чепушня вас не отвлекала.

– Ты не пойдёшь? – удивилась Аэль.

– В лабиринт, полный ловушек и опасностей, чтобы что-то доказать? Не, не пойду. Вы спускайтесь, у вас Вольфган есть, а я здесь посторожу вас.

– Я тоже, – поморщилась Рондо. – Не люблю подземелья. Но вы развлекайтесь. Если что, прихватите и мне памятный подарок, хорошо?

Так что да, вопреки ожиданиям и традициям, где попаданец лезет в каждую нору, чтобы найти новое приключение на свою тощую жопу, я решил даже не запариваться с этим. Не, ну нахрен мне туда идти, если даже всадницы не могут дойти до конца? Чтобы что? Доказать что-то? Да я и так себе уже доказал, что на многое способен, большего мне и не надо.

Никто возражать не стал. Договорившись между собой, остальные по одному вошли в пещеру и скрылись во тьме. Я видел на стенах ещё несколько минут отблески их светящихся камней, любезно предоставленных Суко, а потом мы остались одни.

Насколько это вообще было целесообразно, оставалось под вопросом, но у небесных всадников вообще был прикол развлекаться подобным образом. Прожив столько лет, ты как-то теряешь интерес, и единственное, что может взбодрить – это вот такие мероприятия. Удивительно, что Рондо отказалась только.

Кстати, если вот так сидеть и не двигаться, то можно представить, что тебя здесь нет и увидеть, как на деле выглядит это место, когда вокруг пусто. Правда тут ещё Рондо расхаживает, но это уже мелочи.

– Делать кому-то было нечего… – пробормотала она, разглядывая вход.

– Ну… они это дело любят, – ответил я.

– А ты у нас эксперт по ускоглазым? – хмыкнула Рондо, бросив на меня взгляд.

– Не надо быть гением, чтобы не понять их культуру. Культ силы. Где можно вырастить силу? Правильно, в испытаниях. Оттого они помешаны на всём этом дерьме.

– Какой ты умный… – наигранно восхитилась язва. – У

– Какая ты язвительная. Рондо, кстати, я всё хотел спросить, а ты всегда такая сука? – посмотрел я на неё.

– Всегда. А ты всегда такой идиот?

– Нет, только рядом с тобой.

Короче, мы ещё немного попререкались и успокоились. Это вообще уже стало рутиной. Она что-то колкое скажет, я что-то отвечу Раньше, конечно, Рондо меня бесила, аж хотелось по морде съездить, но сейчас уже ка-то и привык. Ну язвит и язвит, ну и хрен с ней, это её базовая настройка. При мне она никогда особо не перебарщивала.

Так мы и просидели сначала час, потом два, потом три, ожидая возвращения своих товарищей. Суко видно надо было прямо доказать, что она лучше, раз сюда нас привела. И мне хотелось, чтобы эта забава (а наши примерно к подобному и относятся) ничего трагическим не закончилась. Просто не хочется представлять, как мы потом будем объяснять гибель кого-нибудь из нас.

И знаете что? Забава таки закончилась трагично. Просто не для нас.

Рондо облокотилась у входа на камень, уснув, а я бродил по округе, когда мы оба подняли головы, как по тревоге, на шум. Шум со стороны леса, который терялся в шелесте листьев и пении птиц, но для нас был столь же отчётлив, как если бы они ходили где-то рядом.

Мы одновременно посмотрели в ту сторону. Шаги приближались, я слышал, как хрустят под ногами гостей ветви и прошлогодняя листва, становятся всё громче, пока первые люди не показались среди кустов. Естественно, азиаты, естественно парни и девушки с мечами на поясах в своих странных зеленоватых халатах. Она замерли на опушке леса, глядя на нас таким взглядом, будто увидели то ли рай, то ли преисподнюю.

Рондо хмыкнула и закрыла глаза, облокотившись обратно на камень. Она была как кошка, которая греется солнце. Я тоже лишь скользнул по ним взглядом, после чего продолжил наворачивать круги. Но как и Рондо, всё наше внимание было сосредоточено именно на гостях. Который, на секунду, было человек восемь.

Ох уж эти культиваторы… Я не слышал, чтобы в этом мире было подобное, но я в принципе много чего не слышал в этом мире, поэтому поостеречься группу стоило, особенно, когда их количественное большинство.

Они стояли на опушке несколько минут, будто решая, что делать, после чего главный (я так понимаю) шагнул на поляну. Остальные гуськом последовали за ним. Они прошли ко входу мимо нас и там остановились, начав раскладывать вещи, но всё внимание, я мог поклясться, всё равно было сосредоточено на нас.

– Как думаешь, они нападут? – спросил я, проходя мимо Рондо, сделав полный круг по поляне.

– Интересно было бы посмотреть на их рожи, когда их срежут, – хмыкнула та. – Но они к нам не приближаются, и мне этого вполне достаточно.

– Пока не приближаются, – отозвался я, наблюдая за тем, как они распаковывают свои монатки. Видимо, тоже решили спуститься в лабиринт и попытаться счастья.

Я знал об этих кадрах только из книжек, написанных такими же, как я, которые знали о подобных людях лишь то, что сами и придумали. Тем не менее, их всегда описывали, как эгоистичных подлых засранцев, что логично: самым сильным может быть только один, и, если ты идёшь по трупам к этому званию, остальные становятся не более, чем ещё одной ступенькой. Поэтому логично убивать тех, кто слабее, чтобы поиметь с его трупа что-нибудь полезное.