Текст книги "Небесный всадник 6 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 20 страниц)

В этой всей прелести я не понимал только одного.

– А зачем мне это? Я могу тренироваться и в реальном мире, а не этом иллюзорном. Или есть что-то ещё?

И что удивительно, Суко в этот момент улыбнулась как Сука. Подойдя к стойке, она пробежалась пальцами по рукоятям мечей и молотов, древкам копий и луков, пока не остановились на одном из них. Не знаю, как у них такой меч назывался, но у нас он был известен как катана.

– Бери.

– Ты хочешь пофехтовать со мной? Я не сказать, что силён…

– Выбери оружие, – перебила она. – Я не фехтую с тобой.

Из-за того, что она буквально коверкала каждое предложение, было непонятно, Суко приказывает или просто так невнятно выражается.

Подошёл к стойке и, подумав, взял боевой молот. Раз уж мы в матрице, зачем себе отказывать в удовольствии помахать оружием, которое тебе приглянулось. Потом подумал немного и взял ещё пару кинжалов. Задумчиво пробежался взглядом по ещё одной полке и нацепил на оба бедра по мини-арбалету (что удивительно, они здесь были). Вот, теперь я был готов на все сто процентов.

– Итак, а что дальше? – спросил я, посмотрев на Суко.

– Бой.

Моего хера с твоей губой. Ладно, простите, не удержался. Но всё равно вопрос был актуален – с кем бой-то?

Стойки с оружие скрылись под землю, будто их никогда и не было, и мы остались одни. Ни ветра, ни пекла, никаких ощущений. Я потрогал траву, и вот она была как настоящая, но не было запаха зелени. Я даже сорвал пару травинок, но без толку, это просто симуляция, где самое главное, это…

Так, а это что за фигня?

Я нахмурился и повернулся на звук. Суко при этом выглядело спокойно и обычно, будто ничего не происходило. Она смотрела как раз в ту сторону, откуда приближался шум и, судя по тому, как крутила меч в руке, была готова к бою.

Ла-а-адно… допустим…

Я приготовился, перехватил оружие поудобнее и стал ждать. Через несколько минут на горизонте появилось несколько чёрных точек, которые росли чем ближе были к нам. И вскоре с удивлением я узнал в них всадников. Какие-то солдаты, то ли кочевники, то ли кто-то из южных стран приближались к нам с мечами наголо и явно не для того, чтобы поприветствовать.

– Слушай, Суко, я так понимаю, они не настоящие, но, если, допустим, убьют меня, что будет? Я умру в реальном мире или просто проснусь?

– В реальном мире не умрёшь. Очнёшься здесь.

– Слушай, но если я даже при смерти не очнусь в реальном мире, то как отсюда выйти?

Она шагнула вперёд, выставив меч в сторону, будто сохраняла так равновесие.

– Сражаемся, – только и ответила она. – Или ты убьёшь, или тебя разбудят.

– Убью всех противников?

– Да.

Ну… глядя на тех десятерых всадников, слава богу, не небесных, звучит не то, чтобы прямо сложно.

Я шагнул следом, и мы встретили конницу от всей своей широкой души. Суко вообще не парилась: она оказалась между двумя всадниками и резко присела в последний момент, когда те попытались её достать. Два быстрых взмаха её клинка и лошади с чудовищным ржанием, полным боли, повалились на землю, лишившись передних ног.

Я встретил всадников чуть-чуть иначе. Замах и удар молотом прямо в грудину первой лошади. Лошадь такого попадания не выдержала, а молот не застрял, а отскочил. Мне оставалось крутануться, разгоняя его и тот врезался в другую лошадь, повалив её на землю. Сразу же замах и молот врезается в всадника на третьем скакуне, отправляя его уже мёртвого на землю.

Звучало легко, но орудовать такой дурой было о ещё удовольствие, если честно. Охренеть как сложно, особенно, когда надо поспевать за врагами.

Раскручивая над головой молот, как вертолёт, я встретил следующих трёх всадников. И здесь я просто повторил финт Суко: резко присел в последний момент между двумя, ударом подставив подножку одной лошади. В следующее мгновение перекат в сторону, пропуская третьего, идущую сразу за ним и ударил лошади по заднице вдогонку.

Она не запнулась, но заржала и начала останавливаться, позволяя их нагнать. Всадник обернулся, уже замахнувшись, но получил молотом прямо в череп. Его не спас ни шлем, ни дистанция (более того, она сыграла злую шутку, дав для молота разгон) – я врезал ему так, что от него башки ничего не осталось. В разные стороны полетела кровь и ошмётки, забрызгав меня кровью с ног до головы.

Кстати, вкус крови здесь чувствуется, что интересно.

Тем временем остались лишь пешие всадники и один на лошади. С ним я расправился довольно быстро, размозжив сначала голову лошади, а потом и ему. Здесь уже подоспели те, кто просто упал, и я их встретил, раскручивая молот. Кручу-кручу, запутать хочу… НА НАХЕР! Быстрый выпад и тот врезается прямо в рожу одному из врагов, отбрасывая его назад.

Чтобы не терять зря инерцию, я крутанулся на месте и наотмашь махнул по-другому. Тот успел отступить, но это спасло его лишь на время, потом что в следующий момент я перехватил молот так, что он пошёл снизу вверх и сам сделал шаг вперёд.

Удар молота снизу верх отправил голову врага куда-то высоко в небо. Его тело ещё стояло несколько секунд, пуская в воздух фонтан крови, после чего упало на колени и завалилось набок.

Я огляделся.

На этом бой можно было считать законченным. Все десять всадников мертвы. Вдвоём мы попросту изрубили их всех в капусту, не оставив шансов. И нет, это не всадники лоховские попались – это мы переапанные. Быстрее обычного человека, сильнее обычного человека – там, где одного бы затоптали, мы успевали отпрыгнуть; там где нормальный едва успеет замахнуться, мы делаем удар. Так что не стоит думать, что тут всё так просто.

Я подошёл к Сука, которая слегка запачкалась кровью.

– Ну вот, мы победили, а что дальше? Как возвращаться?

– Как? Мы конец не видим. В начале.

– В смысле? – нахмурился я.

Вместо ответа она улыбнулась и кивнула в сторону горизонта, где приближались чёрные точки. Пять, десять, пятнадцать… мать твою, да сколько их там⁈ Я насчитал уже тридцать, а это был не конец. Да, сейчас это были не всадники, противник шёл разряженным строем, обычные солдаты, но за ними я видел всё больше и больше врагов, словно огромная волна зомби приближалась.

– Ох ты ж… А ты говоришь, пока мы не победим или пока нас не разбудят, мы не выйдем, да?

Суко кивнула.

Ну тут просто крошить их часами придётся. Думаю, рано или поздно нас разбудят же, верно?

И я, сука, ошибался.

Мы встретили их вдвоём. Суко ворвалась в толпу, кромсая всех налево и направо в то время, как я махал молотом, сбивая всех с ног и стараясь держать дистанцию, оттягивая врагов за собой. Удар, и человек отлетел в сторону. Удар, другой с криком боли, прямо как настоящий, падает, держась за ногу. Удар, и у третьего голова проваливается в грудину.

Обычный человек просто бы не справился с таким количеством, но я и не обычный человек. Однако даже с этим я захлёбывался, а враги не спешили, как болванчики бросаться на меня в лоб. Они уклонялись, обходили, пытались окружить, контратаковали между взмахами и совсем не спешили умирать. Хуже того, они выглядели как люди, я видел на их лицах эмоции, страх, непонимание, ужас и ярость. Видел, как они умирают и стонут, что лишь поднимало градус реализма.

В конце концов, мне на подмогу пришла Суко, которая прорезала мою толпу, как газонокосилка, уже всё умытая кровью: одежда была бордовой, волосы слиплись сосульками, лицо было забрызгано и измазано кровь. Но её глаза блестели, а губы иногда показывали ровным белоснежны ряд зубов оскала.

Враги поджимали, мы бились, и я хотел просто убежать, чтобы дистанцию разорвать, но Суко стояла на месте и рубила. Рубила остервенело и быстро, не оставляя шансов врагам, а те продолжали переть на неё, и мне ничего не оставалось, как помогать ей. Да, силой девушка была не обделена, и сейчас было видно, как она выкладывается на полную, до хриплого дыхания, отбиваясь.

Шли не просто минуту – уже счёт шёл на часы. Земля под нами начала чавкать, напитавшись кровью. Тела падали друг на друга, и постепенно росла гора трупов, по которой грациозно вышагивала Суко, продолжая бой и кое-как месил всех я. Ушли на врагов и арбалеты, и кинжалы, остался один молот, который я пока не спешил менять на меч. Пусть он и был тяжёлым, но если сохранять скорость и инерцию, он был просто чудовищной машиной для убийств.

И всё же мне казалось, что реальность чуть-чуть да подыгрывала нам, потому что было нереально набить вдвоём столько врагов, что уже трупы гору сложили, на вершине которой дрались мы. Да и силы тратились заметно медленнее, потому что в таком активном бою я был должен уже сдохнуть от усталости через десять-двадцать минут.

Удар – труп, удар – труп. Я видел на лицах врагов ужас, но не видел желания отступать. Их было столько, что в какой-то момент они уже полностью закрывали собой перед нами луга…

И всё же они пошли на убыль. Всё меньше и меньше, но даже последние бросались на нас с остервенелостью, пока в итоге не остались мы вдвоём. Полностью умытые кровью, как будто в ней искупались, на огромной горе изуродованных трупов.

Я едва стоял на ногах, да и Суко выглядела не лучше, но вот что пугало больше, так это её блестящие глаза и улыбка-оскал, которая демонстрировала не только белоснежные зубки, но и острые клычки.

Ей это всё нравилось.

Она не могла сдержать улыбки, даже когда посмотрела на меня.

– Тебе нравится?

– Да охрененно… – выдохнул я.

Конечно, я сказал это с сарказмом, потому что у меня едва сил хватало, чтобы ноги не сложились, но она, кажется, не поняла.

– Горячит бой кровь, кровь распаляет небесных всадников душу, как печь меха. Это бой, полный боли врага, что смешно и радостно. Ты чувствуешь это?

– Ага…

На неё бойня подействовала как-то не очень хорошо, потому что девушка была как будто под кайфом. Слишком взбаламученная и слегка неадекватная, будто спидов накинула за душу и теперь не могла остановиться. Казалось, он сейчас сорвётся и пойдёт убивать уже меня, но…

Вместо этого Суко приблизилась ко мне и внезапно слизнула у меня с щеки кровь.

Сука…

Мне стало неуютно. Я захотел отсюда поскорее выбраться, и меня явно кто-то услышал свыше, потому что в следующее мгновение меня ослепила вспышка…

И перед глазами начало проявляться зал додзё. Мы стояли перед шкатулкой, пытаясь прийти в себя, а рядом, держа перчаткой жемчужину тот самый слуга, которого я видел до этого. Теперь было понятно, зачем он был нужен – кто-то должен был выдернуть нас из той реальности, если мы не сможем выйти сами. А это значит, что мы и не убили всех врагов.

Но что интереснее, когда я бросил взгляд на песочные часы, там не прошло и пяти минут. Время в артефакте и в реальном мире шли совершенно по разному. От этого даже стало не по себе…

Глава 156

Суко стояла передо мной со всей своей невозмутимостью. Казалось, и не было вовсе того фокуса, который она выбросила в последние секунды. Хотя… при невозмутимом лице у неё подозрительно сильно вздымается грудь, будто она пытается отдышаться после бега. Как-то мне не по себе от неё…

Вообще, использование артефакта было странным. Во-первых, чем больше я сейчас нахожусь в реальности, тем больше кажется, что всё произошедшее было сном. Вроде и помню всё досконально, но через какую-то мутную призму, и то время, которое мы там провели будто слегка размазывалось. То есть я уже не ощущал тех проведённых часов в артефакте, уже вернувшись обратно.

Но, наверное, стоило изначально вообще сказать про время, которое там ускорялось. Бой шёл сколько, часа четыре? Больше? Здесь, судя по часам и свету сквозь тонкие бумажные стены, не прошло и пяти минут, может даже меньше. То есть для окружающих мы только прикоснулись и сразу отпустили.

Короче, интересная вещь.

– Получается, можно настраивать любое количество врагов там? – уточнил я.

Суко кивнула.

– И по силе тоже?

– Сила, количество, усталость, боль – это в сознании мир, который у тебя, – ответила она. – Любое место, ты там и сражаешься, любой противник, и ты убивать или не убивать. Время там, не время здесь, силы там не силы здесь, но навыки там навыки здесь.

Короче, сон, в котором ты волен настроить от местности до собственной усталости и навыков врагов, чтобы по итогу перенести в реальность реальный опыт. Блин, а штука прикольная, я бы от такой награды и не отказался бы.

– Получается – этот артефакт моя награда? – кивнул я на жемчужину.

– Артефакт, чтобы стать сильнее, стать лучше, но не тратить жизнь, – кивнула Суко. – Ты принять хочешь дар?

– Я бы с удовольствием.

– Будет артефакт, принесут тебе, – кивнула девушка. – Он будет твой за мой. Я научу пользоваться.

На улице нас ждала моя команда, которая даже соскучиться не успела. Все наблюдали за тренировкой, к которой вернулись местные. Ну как все, все кроме Мелиссы, которая стянула с того самого бедолаги, который ударил себе по яйцам нунчаками, штаны и теперь возвращала его достоинство в норму. Эх, Мелисса, добрая ты душа…

Увидев это, Суко едва слышно вздохнула и подошла к несчастной парочке. Зачем? А затем, чтобы сказать:

– Мою благодарность за вашу доброту, мастер-целитель, примите, – поклонилась она.

– Да ладно, – отмахнулась она. – Самой больно смотреть, как он здесь корчится.

– Ошибка – расплата. Он не достоин такой доброты, мастер-целитель, – а потом посмотрела на своего парня и негромко произнесла, но уже на своём языке: – Идиот.

А ты оказывается та ещё злюка. Причём пугающая злюка, которую я бы поостерёгся, если честно. Пусть произошедшее в артефакте всё больше выглядело, как сон, но я помнил её реакцию, которая была, скажем так, несколько нестандартной. Девчонка была с сюрпризом, не таким, от которого потом жопа болит, но может болеть голова, что тоже не очень.

После маленькой презентации нас повели обратно во дворец, и здесь ко мне прицепилась Аэль. Что подарили, какой артефакт, что делает, как работает – вопросы так и лились из неё, как из рога изобилия. Остальные тоже с интересом прислушивались к моим словам. Мелисса даже спросила Суко:

– Тебе не жалко отдавать в руки чужакам такой артефакт? Ведь с ним у твоего рода, да и твоего королевства преимущество перед всеми остальными империями.

– У всех есть. Я знаю, восемь лет мало, небесный всадник только раскрывается, будет полезно. Он не сделает сильнее. Лишь опыт. А мы сильнее. Это не изменит ничего.

– Хочешь сказать, вы сильнее нас?

– Мы сильные, вы сильные. Но мы сильнее, – не моргнув глазом ответила Суко. – Хвастаться плохо. Я говорю правду только.

Нашла коса на камень.

Я же говорил, что у всех небесных всадниц есть одно слабое место, а именно гордость? Так вот, Суко то ли случайно, то ли специально только что зацепила нашу гордость. Ну вернее как нашу, мне плевать на подобное, я бы даже глазом не повёл, пусть думает что угодно, но вот другие… у-у-у…

Да-да, я вижу, как прищурился Вольфган, как улыбнулась недобро Рондо и недовольно надула губки Аэлька-полторашка. Тефея просто осудительно посмотрела на хозяйку. Естественно, никто сейчас спорить с ней не бросится, но…

– Это смелое заявление, и тут я бы, конечно, поспорила, – проворковала Мелисса. Не, всё же будут спорить. – Его не так сложно проверить в дружеском поединке.

– Поединок с гостями – неуважение.

– А дружеский спарринг?

– Способы есть иные, чтобы проверить, кто сильнее, – посмотрела на Мелиссу Суко. – Хитрость, ум, сила, ловкость – места, где проверить, кто лучше, достаточно, если желание то будет. Даже полезно, награда будет.

– И что же это за места? – поинтересовалась Мелисса.

– Древние. Лабиринты, башни, руины. Будет интерес, будет рассказ, но я прошу быть гостями на обеде со мной сейчас. Хорошая еда – хороший день. Разделите со мной.

Видимо, азиаты не сильно любили пышные банкеты и длинные столы, потому что мы вновь расположились за низким столиком, за которым едва-едва смогли поместиться вместе. Эдакая дружная компания друзей, которые в тесноте, да не в обиде. Хотя ради справедливости малое количество места компенсировалось активной работой прислуги, которая быстро меняла посуду с грязной на чистую, не давая перегружать стол.

– А можно задать вопрос? – спросила Аэль.

– Прошу, задавай, если я смогу ответить.

– Мы недавно боролись с демонами, которые лезли из портала в земле, и вы нам дали такие взрывающиеся артефакты. Откуда вы знаете, как их создавать, и что они понадобятся?

– Хороший воин готов всегда. Рецепт я не знаю. Знают другие. Древние свитки, из уст в уста тайны, из поколения в поколение, с древних времён. Они есть. Запас. Наши соседи, острые уши, пришли и просили мощь. Они не приходят просто так, мы знаем, что это важно. Отдали мощь, что лопнет зло.

– Лопнет зло, – хихикнула Аэль, вызвав недоумённый взгляд хозяйки.

– Прошу простить её, просто на нашем языке звучит это забавно, – пояснила Тефея.

– Понимаю. Зло…

– Уничтожено, – подсказала Мелисса.

– Зло уничтожено, – кивнула Суко.

– Но откуда вы знаете, как их делать? Просто… как бы сказать… я и Самсон, мы однажды были в одно месте на севере и видели точно такие же артефакты, которые хранили в себе такую же мощь, но только взрывались морозом. И они было очень похожи на те, что дали вы.

– Артефакт и мороз? Взрыв? – Суко махнула рукой и подозвала к себе нашу проводницу, которая была кажись её личной прислугой. И уже та спросила:

– Моя госпожа знать желает, артефакт взрывает морозом?

– Да, морозом! – закивала Аэль. – Он круглый, а внутри как солнце. И вот он был похож очень на тот, что дали вы.

– Госпожа сказать хочет, не мы создаём. Создают другие семьи. Рецепт скрыт прошлым. Мы не знаем ничего. Но звучит опасной мощью.

– Понятно… – она посмотрела на меня. – А то я подумала, что так сможем выйти на тех, кто это всё устроил…

Если честно, я даже и не вспомнил об этом, пока Аэль не сказала. Да сейчас и искать было кого-либо бесполезно, учитывая, сколько веков было. Если уж на то пошло, надо было искать именно тех, кто этим и занимается. Но у меня были другие вопросы:

– Суко, а твоя мать, она тоже была небесной всадницей? – спросил я.

– Нет, она нет, – покачала Суко головой. – Почему вопрос?

– Просто ты говорила, что держишь клинок своей матери, и я подумал, что…

– Она всадница? Нет. Но род всадники часто. Моя древняя бабка – всадница. Давно, я помню, она стара, умерла, как я стала, мать пробабки матери, но я ошибаюсь. Мы – род Всадников Неба. Мы защищаем род. Мать мертва, отец мёртв, я веду род, смотрю мужа. Продолжить род – моя задача. Мои родственники – хранить род, деньги, торговля, благополучие. Я – защита и курс.

– А, понятно…

С трудом, но понятно. Она коверкала слова и предложения так, что приходилось иной раз прокручивать в голове сказанное, чтобы наконец понять, о чём вообще идёт речь.

– У вас сильно развита артефакторика? – спросила Тефея.

Суко не поняла, обратилась к проводнице, которая уже перевела ей сказанное.

– Сильны. Каждый род свой секрет хранит и делает. Есть сильные, есть не очень. Мы середина. Древние знания, мы храним, переписываем, храним, передаём, чтобы потомки имели. Тот дракон – один из магий. Часть души, что хранит дворец и зависть вызывает в врагов.

– А летающие мечи? У вас есть?

– Есть. Позже я показываю тебе.

– Да! – сжала Аэль кулачки. – Летающие мечи!

Обед прошёл в довольно приятной обстановке, я бы даже сказал, дружеской. Мы разговаривали об артефактах, о истории этих мест и многом другом. Даже подняли речь, почему они не впускают на свои земли чужаков, на что Суко ответила, что нам не доверяют, хотя есть и исключения.

– Какие? – стало интересно мне.

– Дворфы.

– Вы… доверяете дворфам? – уточнил я.

– Наши народы – дружба на век. Мудрые архитекторы, сильные артефакторы, мы уважаем чужой род. Мы торгуем с ними, они покупают и продают. Польза.

После обеда она решила показать нам свой город, который расположился на вершине горы. Казалось, ну что здесь можно отстроить, но именно террасы, шедшие ступеньками, позволили расположиться на таком маленьком пяточке целому городку. По местным меркам, я бы назвал это посёлком.

Здесь было всё, от рыночной площади до своеобразных спальных районов.

На этот раз мы решили спуститься по лестнице, а не на платформе. Причём я выбрал лестницу, шедшую именно среди домов, такую маленькую, узкую, как в каком-нибудь аниме, чтобы полностью прочувствовать местную атмосферу. А учитывая городок, именно чувство аниме оно и вызывало. Я видимо постарел, раз начал ловить кайф от подобных вещей.

Лестница из старого булыжника была зажат домами и заборами. Те стояли друг к другу почти вплотную, лишь иногда оставляя между собой узкие улочки, и те что выше буквально нависали над постройками снизу. Иногда я шёл на уровне черепичных крыш и мог спокойно ступить и пробежаться по самим домам.

Те жители, что встречались нам, тут же спешили расступиться к краю лестницы и поклониться. И это делали вообще все, отчего становилось совсем как-то неловко от такого внимания.

Лестница петляла, как змея, пока не вывела нас на одну из главных дорог на нижнем уровне, проходившей по самому краю вершины, огороженной хлипким деревянным забором. Я бросил взгляд вниз, присвистнул от того, сколько здесь лететь и пошёл дальше. Забавно, что остальные, как утята, просто следовали за мной.

– Слушай, я всё хотел спросить хотел, а почему ты именно хотела, чтобы я положил артефакт на алтарь, а не просто встретила его и забрала.

– Опасность, – ответила Суко.

– Какая опасность?

– Не получить. Узнал, какая ценность, шантаж или уничтожить на зло. Много вариантов. Но пока не знать и не подозревать, ты просто положишь на алтарь, а потом поздно.

– Хитро… – кивнул я.

– Я стараюсь, – ответила она, и в её голосе чувствовала гордость за себя.

Суко я знал всего ничего, но напоминала она мне агадарок, только их воспитанную версию. То есть то же высокомерие и какое-то… не безумие, а скорее… отвязная, которая скрывает это под налётом благородства. То есть если наши действительно такими и были, хотя иногда моча била в голову, агадарки были бунтарками, веелинки спокойными умницами, то вот по Суко мне казалось, что они те самые отличницы, которым дай волю, и они весь мир в огне искупают.

Город тем временем продолжал нас радовать своими видами. Одноэтажные каменные дома с закруглёнными у краёв черепичными крышами, или те, чьи стены были как будто из бумаги, занимали каждый свободный участок города. У каждого был свой маленький дворик с садом или грядками.

А главная дорога, устеленная камнем, вывела нас тем временем к площади, где торговали все и со всеми. Я почти сразу обратил внимания, что если здесь и были неместные торговцы, то почти все из азиатов. Почти все, потому что среди присутствующих здесь я заметил и дворфов, стоявших особняком. При этом их лавки пользовались не меньшей, а то и большей популярностью, чем у других.

Тут чего только не было: от еды до… еды. Ладно, здесь много чего не было, но Аэль тут же побежала к какой-то лавке, где продавали… нихрена себе, не уж то это леденцы-петушки? А нет, тут у них рыбки, но тем не менее…

Леденцы! Это же сахар топить нужно, а в этом мире его почти нет! Или конкретно здесь есть? Блин, вот это, конечно, был сюрприз.

– Самсон, Самсон, у тебя есть при себе деньги? – начала быстро искать по карманам Аэль. А в этой юкате карманов-то и не было.

– Они в моей одежде.

– Блин! У кого-нибудь есть деньги? – обернулась она с мольбой в глазах. – Ну хоть у кого-то?

Тут только Вольфган был в своём подоспешнике (даже я переоделся, но блин, в нём слишком жарко), но у него тем более денег не водилось.

В этот момент подошла Суко. Продавец тут же испуганно склонился в поклоне.

– Моя гостья хочет попробовать твой товар, старец, – голос не терпящим возражений произнесла она на своём языке.

– Конечно, госпожа, конечно, прошу, – сразу же протянул он ей леденец-рыбку. – Для меня честь угостить ваших гостей своим скромным товаром.

– Взять, прошу, – кивнула Суко Аэль и та сразу же выхватила его и начала…

– Не грызть. Сосать или лизать, – предупредил я, прежде чем она себе зубы начала ломать.

– А ты смотрю эксперт в этом, – хмыкнула Рондо.

– А я смотрю, ты тоже знаешь, о чём речь. Много наполировала? – ответил я тем же.

– Не больше, чем ты, походу.

Тем временем Аэль осторожно лизнула золотистую рыбку. Удивлённо поморгала, после чего лизнула ещё раз, а потом заснула целиком в рот и зажмурилась.

– Ну как, вкусно? – спросила Тефея, наблюдая за ней с интересом.

– Сладко, – пискнула та довольная.

– Сладко?

– Очень. Аж кислит немножко, – блин, ну ты посмотри на это радостное дитя, я аж умилился.

– Я тоже хочу попробовать, – подкатила уже Рондо в лавке, и через минуту все, кроме меня и Вольфгана стояли с палочками во рту, пытаясь привыкнуть к новому для себя вкусу, который до этого пусть и встречали, но редко.

– Откуда у вас столько сахара? – спросил я, взглянув на Суко. – У нас он на вес золота?

– Тростник, – вкрадчиво ответила та. – Он есть, его достаточно, не много, не мало.

– Понятно…

Тут у них ещё и летучие мыши на палочках были, ковиду передаю пламенный привет. Были и совсем трешовые моменты: увидел семечки, думал купить – оказалось жаренные тараканы. Хотел купит орешки – оказалось, тельца пауков. Или увидел колбасу, подошёл ближе и понял, что это члены козлов.

– Не отказывай себе, купи, – толкнула меня в бок локтем Рондо.

– Ты лучше рот не раскрывай и продолжай сосать, – ответил я. – Твоему лицу очень идут чужеродные предметы во рту.

Но на рынке нашлось и то, что меня действительно заинтересовало. Пока дамы гуляли среди лавок с едой и одеждой, имея возможность выбрать всё, что пожелают, нас с Вольфганом заинтересовали дворфы.

– Они мастера делать оружие, – ответил наш главный расист. И если уж он признаёт за ними мастерство, то тут сомневаться не приходится.

Но здесь они продавали всякие бытовые предметы: гвозди, молотки, фурнитура и, естественно, украшения. Поэтому не удивительно, что они собирали вообще всех: от мала до велика. Женщины и мужчины искали вещи для дома, молодые девушки вились вокруг украшений, малышня разглядывала всякие хитроумные игрушки. Короче дворфы знали, с чем заходить на этот рынок.

Но чего я у них не видел, так это оружия. А жаль, я бы купил себе тех арбалетов, которые просрал в холодных землях.

Я так посмотрел, но ничего интересного для себя не увидел, как и Вольфган, и уже собирался уходить, когда моё внимание кое-что привлекло. Не то, что было на прилавке, а за ним. Телега, а именно тормоза, которые на ней стояли. Кто-то скажет, ты что тормозов никогда не видел на телеге, и да, я видел много тормозов на телегах, но, сука, не дисковых.

Я серьёзно, на заднем колесе стояли дисковый тормоз. Да, местного производства, видно, что ковали вручную и старались как могли, но… дисковый тормоз! В смысле, самый настоящий! Я бы списал это на совпадение, если бы не пригляделся получше и не заметил, что телега была нереально продвинутой и помимо местного варианта тормозного диска у неё была подвеска!

Подвеска в средневековье, Карл!

Нет, подвески может и были в средневековье, какие-нибудь простенькие рессоры, но здесь стояла пружина! Я в этом мире пружин-то ни разу и не видел так-то. Те же замки обходились без них и строились на рычагах. Причём тут не просто пружина, а именно что обмотанная вокруг стержня, который можно было бы посчитать за поршень, только отсюда я не видел, это реально масленый поршень или просто труба.

Обойдя лавку, я подошёл к телеге и присел около колеса, с интересом разглядывая его. Нет, всё же просто какая-то трубка полая, которая особое и не прикреплена ни к чему, но словно что-о парадирует…

– Помощь? – спросил меня на ломаном дворф, выросший за моей спиной. Я аж поморщился от того, как криво он это сказал.

– Я понимаю ваш язык, – ответил я, обернувшись.

Было видно, как тот удивлённо посмотрел на меня. То ли из-за того, что я на его разговариваю, то ли потому, что я не с узкими глазами. Я бы сейчас орнул, будь это тот же дворф, у которого я покупал арбалеты, но нет, другой.

– Вы… не местный? – уточнил он уже на дворфском, и я покачал головой.

– Нет, я гость хозяйки дворца, – но сейчас объясняться перед ним, откуда я такой красивый, у меня не было никакого желания, а потому я кивнул на колесо. – Меня заинтересовала ваша повозка, а вернее, её ходовая часть. Это… довольно необычное решение.

– Вы разбираетесь в механике?

– Немного. Просто… я смотрю на эти дисковые тормоза, на эту подвеску, и у меня такое ощущение, что я уже где-то это видел, и не раз. Только вот подвеска не совсем правильная.

– А что с ней не так? – присел рядом со мной дворф.

– Пружина. Когда вы едете по кочкам, она, наверное, пружинит и смягчает удары, но потом долго раскачивается, верно?

– Да, есть такое… – вздохнул тот, почесав затылок. – Но мы уже решаем этот вопрос.

– Да вопрос этот уже решён. Нужен амортизатор, – ответил я, разглядывая колесо.

– Аромато… что, извините?

– А-мор-ти-за-тор, – ответил я, после чего посмотрел на дворфа. – Ведь именно так выглядело устройство, с которого вы скопировали подвеску, верно?

Подвеска и дисковый тормоз.

Увидь я их по отдельности, может и не вспомнил, подумав, что какие молоды гномы, вон что изобрели. Но когда два устройства, не характерных для этого мира, на одной телеге видишь, невольно задаёшься вопросом: а вы случаем с другого устройства это не слизали? Например… с какого-нибудь мотоцикла?

– Я не знаю, о чём речь, но это последний писк инженерного искусства, – ответил дворф. – У нас последние года это ставится на все телеги, и ездить стало действительно мягче, пусть и раскачивается сильно. А о чём вы говорите?

Если честно, я ещё тот мамкин инженер, но после покупки своего эндурика просто охерел от всех эти ремонтов. Охерел в тот момент, когда купил, и он ехал, а на следующее утро даже не завёлся. Тогда-то я много чего узнал об устройстве мотоциклов и не только. Кое-что я помнил до сих пор.

– Амортизатор. Компенсатор. Он не будет давать пружине играть вверх-вниз сильно, раскачиваясь, но останется таким же мягким.

– Да, да, это было бы очень хорошо… А как он выглядит?

– Как? У вас пергамент есть с чернилами?

Я так, чуть-чуть знал строение. Что там поршень с впускным-выпускным клапаном есть. Два цилиндра, один в другом, жидкость типа масла и место, куда она может уходить. Короче, со стороны это выглядело легко, но, как всегда, проблема именно что собрать. Но раз они смогли и пружину скопировать, и тормозной диск…

Я начёркал на пергаменте примерную схему, и что удивительно, дворф за моим плечом медленно кивал, бурча себе под нос: «Да, в этом есть смысл». Когда я закончил, то передал ему листок.

– Это лишь примерная схема, как должно выглядеть. Нюансов много, но главный принцип, думаю, понятен.