Текст книги "Чертоги демонов (СИ)"
Автор книги: Кирико Кири
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 22 страниц)
– Ты это увидела один раз. Всего один единственный раз, и то только последствия. Но сталкивайся ты с этим постоянно? Будешь смотреть на это постоянно? Настолько часто, что это просто пропитает тебя? Или если застанешь дорогого человека убитым, смогла бы сказать «я прощаю тебя»? Смогла бы отпустить это?
Он внимательно смотрел на неё. И пусть Миланье не видела, она чувствовала этот взгляд. Внутри себя она уверенно сказала: да, но… это всего лишь внутри. А произойди это в реальности?
– Эта война заставляет ненавидеть, – продолжил Кент. – Даже когда всё исчерпано, ты просто ненавидишь их за то, что они сделали когда-то в прошлом. И эта боль остаётся, её хотят выместить на виновниках и всех, кто с ними как-то связан, даже если всё закончено. А я всего лишь солдат, который воевал против демонов и видел, что они делали с другими. Ты можешь винить меня в ненависти к своему роду, но ты не можешь судить меня. Даже если я прощу их, не факт, что они простят меня.
Миланье понурила голову. Голова Кента была тоже опущена.
Но он слышал собственный голос. Тихий и спокойный.
Но ты воюешь не поэтому, не так ли?
Он не обманывал себя. Но и правду никому бы не сказал. Ведь главное заключалось в том, что война зачастую принимала характер личной ненависти. Даже если этот человек им ничего не сделал, и даже если он и не воевал, то всё равно его будут ненавидеть, так как он является сторонником их врагов. Всё, что связано с врагом, становится объектом противника ненависти, потому что для них все они единое целое. За примером ходить далеко не надо – вся история человечества пронизана этим.
Солдаты убивали демонов, но не только тех, кто лез в атаку. Те же гнёзда или города – их уничтожали, потому что там тоже жили демоны. Их ненавидели за то, что те сделали и продолжали делать. Возможно, тем самым они хотели обезопасить себя от мести со стороны жителей, но…
Правда в том, что люди просто ненавидели демонов, и те не вызывали, в отличие от той же Миланье, своим видом сострадания. Слишком непохожие, чтоб сострадать, и слишком много сделавшие, чтоб остановиться.
Люди в их глазах должны были выглядеть похоже.
– Но… всегда есть время попробовать простить, верно? – очень тихо и мягко спросила Миланье, не поднимая головы. – Если никто не пробует, если никто не протягивает руку, то этого никогда не произойдёт. Камнепад с маленького камня, а ливень с первой капли дождя.
– Очень красивое сравнение, – приподнял голову Кент. – Кто тебе это рассказал?
– Мама, – как-то застенчиво ответила Миланье. – Она очень умная.
– А она тебе не говорила, как сложно сделать первый шаг, и что после него можно уже не сделать следующего? – поинтересовался Кент.
– Нет, но… если никто не пробует…
– Никто не пробует, потому что жить хочет и потому что прощать не хочет.
– Но ты же сделал, – улыбнулась Миланье, посмотрев на него. – Если ты сделал, почему этого не сделают другие?
– Потому что они не я.
Миланье стояла, стояла, а потом сделала то, что велело её сердце. Нет, не воткнула ему рога в брюхо, хотя подумала об этом мельком. Она быстро подошла к нему и обняла, уткнулась лицом, словно ребёнок, которым она, кстати говоря, и являлась.
– Ну давай, – позвала она, но из-за того, что уткнулась в его одежду лицом, её голос звучал глухо. – Давай дадим другим шанс. Ну Ке-е-е-ент.
– Давать шанс убить меня?
– Я засисю тебя.
– Вот мне и не нравится, что ты будешь меня засисять, – вздохнул он и посмотрел на переправу. Это был бред, лезть к демонам… Миланье была первым миролюбивым демоном, встреченным Кентом в этом мире. Вторым и относительным была та девочка, которую он застрелил. Не сказать, что люди как-то пытались наладить контакт с ними, однако бабахнуть было бы куда безопаснее.
***
– Переправа, переправа, берег левый, берег правый… – пробормотал Кент. – Не верю, что согласился…
До чего скатился… она на меня плохо влияет. Глядишь, скоро буду по своим стрелять.
– Что ты бормочешь? – поинтересовалась беззлобно Миланье.
– Да так, вспомнилось кое-что, – отмахнулся он.
Миланье и Кент шли по дороге, практически по центру её, не пытаясь спрятаться или уйти куда-нибудь в сторону. Это дорога выглядела как две вытоптанных колеи посреди леса с невысокой травой посередине. Она не знала покрышек грузовиков с джипами или гусениц тяжёлой техники. Но несмотря на это, две колеи были вытоптаны практически до самого камня, который торчал то тут, то там острыми краями. Демонов на этой дороге им пока не попадалось.
Миланье настояла на том, чтоб они шли по дороге. Так они будут выглядеть менее подозрительно.
– Человек в мире демонов. Это очень неподозрительно, согласен, – кивнул Кент.
– Да ну тебя. Я имела ввиду, что лучше издали показаться им и вести себя как положено, а не выскакивать из кустов и пугать. А то и так жуткий, а тут ещё из леса выйдешь. И шлем сними – в нём ты выглядишь зловеще.
Не выскакивать из кустов… Нет, это было понятно – лучше идти как положено, чем выскакивать как чёрт из табакерки. Однако Кент был всё равно не уверен в её плане, пусть и согласился. Не по последней причине из-за того, что сомневался в своих способностях перебить всех.
Он даже подумывал переплыть так, вброд, но чёрт знает, какое течение в центре реки – может унести так, что придётся потом всё бросать, чтоб хотя бы выбраться на берег, а им ещё идти и идти. Да и кто там водится на глубине, неизвестно. Одно дело – мелководье, а другое – глубина.
Но если что…
Кент коснулся рукой автомата, который висел у него на груди, словно к амулету на успокоение. Миланье, как будто почувствовав это, погладила его по голове.
– Всё будет в порядке. С тобой ведь сама Миланье Пеймон!
– Знать бы, кто это, – вздохнул он.
– Мы – величественные семьдесят два демона. Я отношусь к великому роду демонов Пеймон. В наших силах обучить практически всем искусствам, которые нам известны. Мы способны придавать достоинства и светлости призвавшим и предоставлять фамильяров. Мы развеиваем сомнения, создаём видения, помогаем обрести или же отпустить духов-слуг.
– Семьдесят два великих демона? И… ты говоришь о призвавших. Кто это?
– Вы, люди, – непонятно чему хихикнула она. – Вы призываете нас и просите что-либо. Каждый демонический род имеет свои уникальные умения, ради которых нас и призывают. Мы обучаем, рассказываем истории, даём силу, открываем тайны. Но взамен требуем дар.
– Людей?
– И их, – кивнула она. – Но не только. Меня ещё никто не призывал. И моих сестёр. Мы ещё не доросли. Но мою мать однажды призвал какой-то маг. Хотя в последнее время люди редко призывают нас.
– Всё меньше верит в вас людей… Ага, как же. Раньше мало верили, сейчас же верят все.
– Может вновь начнут призывать и одаривать, – мечтательно пробормотала Миланье.
– Это навряд ли, – покачал головой Кент. – Ты, однако, ни разу не упомянула отца.
– Ну… – замялась она. – Я не знаю, кто мой отец. Мама говорит, что он умер.
Не твоя ли мать его и грохнула? – мелькнула вполне имеющая право быть мысль у Кента.
Семьдесят два демона. Кент не мог вспомнить, где слышал об этом. Но в том, что Миланье говорит правду про призывы, он почему-то не сомневался. Многие нереальные вещи становились страшной правдой. Как знать, может раньше действительно их призывали ради знаний и богатств. Инквизиция же зачем-то существовала, верно?
– Кстати, нас заметили, – тихо сказал Кент.
– Да? – тут же подтянулась Миланье.
– Да.
– Откуда знаешь?
– Во-первых, мы сейчас на прямой перед переправой. Во-вторых, я вижу, как они замерли. Тебе бы сейчас слезть с меня.
– Но…
– Слезай, – безапелляционно повторил он и поставил её на землю. – Ты неплохо ориентируешься и так по звуку и нюху, так что не хватай меня.
– Не смей только…
– Как пойдёт, – отрубил он. – А теперь молчи.
Как пойдёт… При этих словах перед Кентом тут же возникла картина: повсюду тела валяются расстрелянных демонов, что погибли, кто, где и как. Лес полыхает, его пламя поднимается к самому небу. От переправы не осталось ровным счётом ничего. Река красная от крови, и по ней, словно плоты, плывут покойники. И в центре всего он с поднятым автоматом, объясняющий Миланье: не пошло.
Может это и смешно, но чаще всего подобное заканчивалось похоже, пусть и в более скромных масштабах.
– Кент, они прямо перед нами?
– Метров триста прямо по дороге, – примерно прикинул он расстояние. – Я вижу всего… троих… нет, четверых, но наверняка ещё в том сарае есть кто-то.
– Я знаю, о чём ты думаешь, – сразу пресекла его Миланье.
– Тоже предлагаешь закинуть в сарай гранату? – недобро усмехнулся он.
– Нет, неверно. Они видят тебя, верно?
– Ну и?
– Подойдём метров на сто.
– Почему на сто? – нахмурился Кент.
– Расстояние вражды, – спокойно объяснила Миланье. – Если вы враждуете, то, подходя ближе, чем на сто метров, ты показываешь свою заинтересованность, но они могут воспринять это как акт агрессии. Если нет, то показываешь, что не интересуешься ими, а значит и им можно не готовиться к драке.
Они подошли ближе, после чего вновь остановились. Кент чувствовал себя идиотом, выплясывающим перед медведем после спячки.
– Ну? Сто метров.
– Отлично, а теперь стой здесь. Я могу подойти, ведь я демон, а вот ты – враг. Воспримут твои действия как нападение.
– Что-то мне беспокойно, – пробормотал Кент, всё же взявшись рукой за ручку автомата. Миланье лишь улыбнулась, подняв к нему голову.
– Я тебя засисю.
– Ага-ага, делай, что хотела, заситница ты наша, – подтолкнул аккуратно он её в спину. – Но имей в виду, Миланье, я не буду стоять и ждать, пока меня загрызут.
Боялась ли Миланье?
Естественно. Она была девочкой без магии, у которой был только статус. Она могла приказывать и уповать, что её положение заставит других подчиниться. Раньше у неё получалось, но…
Сейчас она девочка с большой дороги, пусть и высший демон. За ней нет силы, нет верных воинов или мамы. Её мать была женщиной с силой и статусом. Случись что, и она смогла бы их силой раскидать по сторонам. Миланье же только и сможет, что наблюдать за бойней, которая будет цвести перед её ней.
Что ещё хуже, учитывая данную ситуацию, если что-то пойдёт не так, агрессором выступят демоны. Ведь Кента она смогла уговорить не пытаться наполнить этот мир грохотом и множеством лучей, что пронизывают тела. Значит, всё зависело от демонов.
Я не верю в то, что демоны нападут. Нет, всё будет так, как скажу Я! – её уверенный голос пытался перекричать собственный страх. Как за себя, так и за демонов, и за Кента. Да-да, за Кента тоже, ведь сколько она уже с ним прошла? И пусть его род был виной всех бед, сколько раз он спас её? Всё же пусть Миланье и видела в нём своего пока ещё не названного слугу, который сам пока об этом не знает, однако питала к нему скорее тёплые чувства, чем нейтральные.
И теперь, подходя ближе, она всё больше и больше понимала, какая пропасть лежит между их видами.
Но над пропастью можно построить мост, главное , не бояться высоты, – успокаивала себя Миланье. – Я смогу. Я высший демон. Я умная. Я та, кто смог общаться с малумом.
Она не знала, как далеко демоны, и не знала, как они выглядят и на чей территории находится, однако могла уже учуять носом тонкий, словно ниточка, аромат. Очень скоро она, возможно, даже сможет услышать их.
Ещё несколько шагов вперёд навстречу неизвестности. Сейчас Миланье ориентировалась только на запах и звуки. И когда тот стал хорошо уловимым, как если бы демоны находились в относительной близости, она остановилась. Выпрямилась. Громко объявила:
– Я, Высший демон Миланье Пеймон. Вторая дочь Лерайе Пеймон из рода демонов Пеймон. И я приказываю вам назвать себя во имя уважения к вашим господам!
Глава 14
После её слов повисла тишина.
Кент позади неё крепче сжал автомат. Он не был уверен, что сможет достать их, однако выстрелы должны будут отпугнуть тварей.
Миланье же ждала реакции. Выпрямившись, приподняв слегка подбородок, полная достоинства даже при всём своём виде. Её крылья были расправлены в стороны.
Таков был этикет, таковы были обычаи и традиции – она, как высший демон, показывала всем видом свой статус и себя, чтоб её признали за ту, кем она себя выдаёт. Были бы глаза, ещё бы и поглядывала сверху вниз. В этом не было ничего высокомерного или странного. Каждый демон показывал себя перед теми, кого не знал, чтоб тем самым определить статус и надлежащее поведение. Чаще всего они сами понимали, кого выше, однако подобная церемония сразу расставляла все точки над «и», чтоб не возникло потом недопониманий.
Послышался едва заметный шорох, но это для человека – Миланье уловила его так же чётко, как услышала бы голос. Она напряглась, потому что этот шорох мог значит две вещи – её признали или…
– Мы приветствуем вас, высший демон госпожа Миланье Пеймон. Мы, низшие демоны гродры, слуги нашего господина высшего демона и нашего господина Ремадье Столаса. Мы склоняем головы перед вами и приветствуем.
Вот и всё. Самым важным моментом здесь было обозначить своё положение. Теперь Миланье знала, что перед ней демоны низшего порядка гродры, они служат и живут у высшего демона Столаса, кто и правит этими землями.
Что касается порядков: высший, средний и низший, то к ним относили демонов, исходя из их внешности и силы. Низший порядок – самые слабые из демонов по всем показателям. Чаще всего это обычные сельские жители, как гродры, суккубы или хомалы. Средний порядок – они обладают силой, иногда действительно внушительной. К таким относился любимец Миланье Роро.
Высшие демоны – они сильнейшие из сильнейших, не обязательно имеющие внешность как у Миланье. У кого-то голова льва, у кого-то голова осла, кто-то слишком сильно похож на малума, пусть и имеет рога с хвостом и клыки. Но все они входят в состав семидесяти двух великих демонов.
Были также демонические существа, не являющиеся конкретно демонами, однако имеющие демонические силы и живущие среди демонов. К таким относили русалок, дриад, домовых и других подобных.
Эта иерархия строилась на силе, и уже потом, по прошествии многих тысяч лет, по уважению и знаниям, однако мало кто смог перепрыгнуть из одного порядка в другой. Выделялись только демонические существа, однако не исключались.
Миланье очень тихо выдохнула и уже более уверенно произнесла:
– Встаньте передо мной, прошу. Я не вижу вас, но могу почувствовать.
Послышались шаги, запах усилился, и она почувствовала, как кто-то перед ней стоит.
– Благодарю. Я хотела бы узнать, есть ли поблизости город или деревня.
– Да, госпожа Миланье. На другой стороне находится одна из деревень. Недалеко от переправы. Дальше неё город нашего господина Ремадье вместе с его поместьем.
– А на этом берегу?
– Боюсь, что в нескольких днях пути через лес. Если вы, госпожа Миланье, спросите нас, куда ближе, то я смогу однозначно сказать, что через реку в деревню. Город нашего господина и то будет ближе, чем ближайшая деревня на этой стороне.
Естественно, что, выбирая между дальним и ближним вариантом, Миланье отдала предпочтение ближнему. Да и Кенту на ту нужно, так что…
– Благодарю вас за информацию. Тогда мне и моему… э-э-э…
А кто он для меня?
А вот насчёт этого она не подумала. Скажи, что Кент её друг, и тогда мало ли что случится и что демоны сделают. Может даже подумают, что предала своих. Но и врагом не назовёшь – она не чувствовала агрессии от этих демонов, но как знать, что произойдёт. Одни зашипят, а другой схватится за свою магическую железную штуку. Пока всё было спокойно лишь потому, что она высший демон, однако будь иначе, и Миланье бы не смогла ответить уверенно, чем бы всё закончилось.
– Он… э-э-э… слуга мой… – закончила она невпопад. – Мне и моему слуге надо на другой берег.
– Да, госпожа Миланье, мы наслышаны о вашей матери и рады встрече с вами. Но интересно нам, кто этот слуга. Больно он похож на…
– Малум, – спокойно ответила Миланье, жалея, что не может увидеть реакцию гродра перед ней. – Сколько стоит проезд через реку?
Она желала побыстрее перескочить тему с ним, чтоб лишний раз не нервировать демонов присутствием малума. С каждой секундой, что она проводила здесь, Миланье понимала всю тщетность надежд на мир и согласие. Она теперь видела, насколько был прав Кент. Всё равно, кто воюет, а кто нет – они просто начинают ненавидеть всё и вся, что с врагом связано, не обращая внимания на то, враг ли это вообще или нет. Ненависть застилает собой здравый смысл.
– Для вас, госпожа Миланье, и вашего… слуги, – когда он упомянул Кента, Миланье прямо почувствовала агрессию и ненависть, которую демон пытался скрыть в своём голосе, – бесплатно.
– Однако, даже несмотря на то, что у нас нет денег, я думаю, мы сможем отплатить вам. А теперь я попрошу вас развернуть меня в сторону моего слуги, ибо слепа я.
Когтистые лапы аккуратно легли ей на плечи и развернули в обратную сторону, после чего отпустили.
– Благодарю вас, – не оглядываясь, ответила Миланье и двинулась обратно.
Она шла прямо и когда слегка уходила с дороги, могла почувствовать это по траве, что росла между колеями и по обочине. Но даже возвращаясь обратно, Миланье не могла сказать, что она чувствует: облегчение, что всё обошлось и их перевезут, или же грусть от того, что ненависть укоренилась в сердцах демонов и о простом прощении не могло идти и речи.
По крайней мере они сами дали согласие, а значит , нападать не будут… – выдохнула она.
– Надеюсь, за перевоз через их местную реку Стикс ты не расплатилась моей душой, – услышала она голос, ознаменовавший конец небольшого путешествия на своих двоих.
– Река Стикс находится куда дальше, и вряд ли нам доведётся через неё переплывать, – ответила Миланье.
– Вот оно как. Ты выглядишь подавленной, мелкая.
– Наверное, от того, что поняла твою правоту, – буркнула она.
– Неприятно, наверное, признавать поражение, да?
– Неприятно понимать, что малумы и демоны ненавидят друг друга настолько, что готовы при первой же встрече, – вдохнула она и протянула руки вперёд, типа, поднимай меня обратно на шею.
Кент уже было хотел спросить, не хочет ли она пешком пройтись, но передумал. Обхватил за подмышки и усадил на шею.
– Ты уверена? А то сожрут.
– Не сожрут, – уверенно ответила Миланье. – И шлем сними, чтоб не пугать почём зря их.
Демоны, которых Миланье знала как гродров, выглядели так же непрезентабельно и жутко, как, в принципе, и многие другие, которых Кенту приходилось встречать на своём пути. Вместо рта клюв, при этом морда, покрытая шерстью, слегка вытянутая, словно у крыс. На лапах вместо пальцев длинные когти. При этом ростом они примерно с метр семьдесят. Отсюда он видел демонов двух цветов – сероватого и синеватого.
И чем ближе он приближался к ним, тем неспокойнее становилось.
– Сколько нам до них? – спросила негромко Миланье.
– Да уже три десятка метров. Нахер тебя послушал… у них глаза кровью налиты от желания меня сожрать, – невольно поёжился он, держа руку на пистолете.
Он видел много демонов и, кажется, такой вид тоже встречал. В одном из многочисленных боёв среди остальных демонов. Ничего не мог сказать больше кроме того, что они все пытались его убить, но в конце концов убил их он. Однако того, что он против них воевал, было достаточно Кенту для того, чтобы уже желать смерти и этим.
– Нет, у них всегда красные. Хотя щёлкают клювом… не к добру это…
– Гонишь, чо ли?! Твою мать… Миланье, если ты обосралась с переговорами, готовь рога. Я тебе их обломаю.
– Злыдня! – фыркнула она. – Нельзя так не верить демонам.
– Можно. Вы коварные, злобные существа, а теперь тихо.
Всего в нескольких шагах от него стояли демоны. С такого расстояния он мог удивительно чётко рассмотреть демонов: нормальных и спокойных, таких, какими они выглядят в обычной жизни, а не во время кровавой бойни. Его сердце билось как сумасшедшее, в голове стучала кровь. Кента словно переполняла энергия и ему едва удавалось сдержать дрожь. Казалось, ещё немного, и задрожит всё тело, хотя мышцы как будто налились свинцом.
Их процессия медленно поравнялась с демонами.
Теперь лёгкие пощёлкивания клювом слышал и Кент, от чего мог только дивиться острому слуху Миланье. Он старался не всматриваться пристально в демонов, хотя сделать это было тяжело – в первый раз он находился рядом с демоном так близко и тот не пытался его убить. По ощущениям это напоминало путешествие в зоопарк в детстве, когда ему разрешили погладить огромного бенгальского тигра. Нечто опасное, жестокое и так рядом. Он до сих пор помнил мягкость того меха и эти непередаваемые ощущения.
Кент проходил между ними, когда демон что-то сказал. Сердце дрогнуло, испуганно забившись, он сразу сжал рукоять пистолета, на котором лежала рука, от чего захрустели его пальцы. Едва не выхватил – Миланье, почувствовав напряжение, до боли сжала маленькие когтистые пальчики, от чего когти с болью воткнулись в плечо. Иначе бы его инстинкты и привычки могли сделать и так нелёгкое дело уже неисполнимым.
– Спокойнее, Кент, спокойнее, – тихо прошептала она, хотя при демонах это было делать бесполезно. С такого расстояния они отлично всё слышат. После чего обратилась уже к демонам.
– Да, мы поняли, благодарю вас.
И снова Кенту на ухо:
– Нам сказали подождать в доме. Там все ждут и оттуда отходит плот на другую сторону.
– Сожрут нас так… – пробормотал он.
– Не нас, только тебя, – улыбнулась Миланье и похлопала его по голове. – Запомни, только не делай быстрых движений. Очень медленно, словно ты в хрустальной комнате.
– Словно на минном поле, я понял.
Всё так же под взглядами демонов, что стояли на улице, они подошли к сараю. Большой сарай, который делился на две части. Та, что была на земле, была обставлена обычными лавками, на которых сидели демоны разных мастей и видов. Вторая часть, та, что была над водой, была сделана в виде пристани, куда пришвартовывался плот. Там же располагался такой круглый барабан с ручками, на который была намотана верёвка.
В данный момент он раскручивался. Скорее всего, по логике, с другой стороны верёвка накручивается на такой же барабан демонами. По крайней мере, так подумал Кент, глядя на то, как плот уходит в сторону противоположного берега.
Здесь же, в подобии зала ожидания, сидели несколько демонов: три клювокрысы, один четырёхглазый, похожий на тех, кто был из деревни, и ещё четверо с очень гладкой на вид склизкой кожей.
Те, что были с очень гладкой желтоватой кожей, напоминали… Кент не мог подобрать сравнения, так как они не были похожи ни на кого из видимых им до этого что демонов, что животных. Две ноги, две руки, голова, рот, глаза, дырка вместо носа. Но вот под кожей виднелись абсолютно все мышцы, будто бы её и не было. Мощные, выпирающие, словно у бодибилдера после сушки. Один большой демон и три шумных маленьких, которые при виде Кента и Миланье сразу затихли. Видимо, детёныши ещё совсем.
Все взгляды сразу же скрестились на Кенте.
Шок – даже видовой барьер не помог скрыть это от его глаз.
Они смотрели на него, затихнув, некоторые открыв рты, не веря своим глазам. Миланье, более знакомая со всеми видами демонов, чувствовала, что они пытаются прийти в себя. Понять, не чудится ли им малум сейчас. Демоны буквально не отрывали от него глаз, двигая вслед за ним головой, но никто не пытался броситься бежать или напасть. Может быть Миланье разбавляла эту картину или может демоны просто не могли прийти в себя. А может они боялись его так же сильно, как и он их, от чего не спешили вообще приближаться.
Кент старался не обращать внимания, но безуспешно. Чувствовал себя так, словно залез в вольер к голодным тиграм, испачканный кровью.
Такое ощущение, что я под кайфом. Стою среди демонов. Словно кошмарный сон. А закончится он, когда они нападут на меня.
Чувство нереальности не покидало его. В первую очередь потому, что это выглядело слишком обыденно – просто пришёл на переправу, где ждёт свою очередь. Среди демонов. Всё так же, будто двигаясь на деревянных ногах, он занял место подальше ото всех, сняв с шеи Миланье и посадив её рядом.
– Ты как? – тихо спросила она, положив руку ему на колено.
– Как в аду, – пробормотал он.
– То есть как дома? – не поняла Миланье его.
– Мой дом, по-твоему, ад?
– Ну… да? Вы же из ада пришли, так ваш мир называется, – ответила Миланье, словно это было очевидно.
Видимо , наши понятия ада различаются, – мысленно почесал макушку Кент. Он аккуратно повернул голову, чтоб окинуть взглядом помещение.
Абсолютно все смотрели на него. Мать, как он предположил, прижала трёх детёнышей к себе и, когда он посмотрел на неё, оскалила зубы.
– Не смотри на них. Они боятся, – тихо сказала Миланье.
– Это мне бояться надо. Порвут и не заметят. Такое ощущение, что я во сне. Буквально недавно воевал, а тут раз и… сижу среди демонов. Спокойно сижу и жду своей очереди, словно и ничего нет. Ни войны, ни борьбы. Всё как-то… эм…
– Просто? – подсказала Миланье.
– Да, очень просто, – кивнул он. – Просто пришёл к демонам и сел среди них, словно бы ничего не было. Слишком просто… и никто ничего не предпринимает.
– Но это не должно быть сложно, – заметила Миланье. – Ведь ещё я поручилась за тебя, назвав своим слугой, оттого никто тебя не трогает. Да и желания у них нападать на тебя столько же, сколько у тебя самого.
– Слугой? – покосился Кент на неё, однако развивать мысль не стал.
А имеет ли смысл? Главное, пройти это место, а то, как она его назвала, не имело никакого значения.
Никто так ничего и не сделал. Прошло несколько минут, прежде чем демоны осмелели до того, чтоб перешёптываться между собой, косясь на Кента. Никому не хотелось сражаться с ним, так как здесь все были лишь обычными демонами, живущими своей жизнью. Да, они знали о войне и знали, кто он. Враг. Убийца их собратьев. Но простая истина – обычным демонам война была не нужна, и если этот малум их не трогал, они предпочли его не замечать. Правда всегда и везде была одна – никому из обычных жителей не хотелось войны.
К тому же рядом с ним была демон, и оттого они чувствовали некоторую уверенность. Он не трогает её, а значит, не так уж и опасен. И быть может не настолько плох, хоть и уродлив.
– Когда переберёмся на другую сторону, придётся сразу уходить в лес как можно дальше.
– Почему?
– Они сами ничего не сделают, но могут позвать стражу или кто у вас там за порядком следит, – объяснил Кент.
– Я поняла, хотя и сомневаюсь, что кто-то из стражи тут остался.
– Почему?
– Так война же. Все на войне, – Миланье выглядела так, словно объясняет очевидные вещи.
– И всё же валим в лес, – твёрдым голосом сказал Кент, обрубая все попытки Миланье поспорить.
Вскоре барабан остановился, жалобно скрипнув и известив всех присутствующих о том, что плот добрался до той стороны. В сарай вошли двое клювокрысов. Бросив опасливый взгляд на Кента, они прошли быстренько мимо, схватились за ручки барабана и принялись его крутить, наматывая верёвку обратно. Заскрипело дерево в такт оборотам. Демоны внутри слегка оживились, словно радуясь скорой переправе и возможности отделаться от малума.
Или же наоборот, опасаясь того, что им придётся ехать на одном плоту с ним.
Пока они сидели, Миланье приподняла голову, дёргая носиком, словно принюхиваясь.
– Кент, а Кент, а кто с нами?
– Из демонов?
– А ты видишь ещё кого-то? – насмешливо и тихо спросила она.
– Ну, с клювами, потом… один с четырьмя глазами, деревня которых…
– Я поняла, – слегка сдавлено ответила Миланье, выдавив улыбку. Её губы стали тонкой полоской.
– Окей. И ещё один… такой… с детьми… странный.
– Я даже не представляю, кого ты пытаешься описать, но ладно, – вздохнула она, болтая ногами.
– Кстати, ты не интересовалась, что дальше нас ждёт? Какие населённые пункты?
– Да. Деревня и город, – Миланье подняла голову к Кенту. – Мы расстанемся там, верно?
– Расстроена? – усмехнулся Кент.
– Да не то чтобы… Однако я смогу вернуться домой, – показала она радостно зубки. Правда, через секунду улыбка поблекла. – Ну… не домой, конечно. Мой дом вы уничтожили, однако соединюсь со своей семьёй.
Плот тем временем подплыл к причалу. Отнюдь не маленький, как показалось изначально Кенту. Под низом находилось несколько круглых больших брёвен, что поддерживали его на плаву. Поверх они были выстелены досками, создающими нормальный пол без зазоров и больших щелей. На них стояло несколько грубо сколоченных, но крепких скамей, которые, наверное, и служили спасательными плавсредствами. Под досками был пропущен канат, за который плот таскали туда-сюда.
Демоны засуетились. Заговорили на своём непонятном языке, повставали с мест, направились к плоту, опасливо поглядывая на Кента. Миланье, в отличие от него, понимала, о чём они говорят:
– Сядем подальше.
– Да, давай, а то набросится.
– Мне рассказывали, что они дикие и нападают на всех подряд.
– Ну, при нём высший демон. Мне паромщик шепнул, что слуга её. Должен быть смиренным.
– Чем только мир не удивит…
– Дети, ко мне. Чтоб ни шагу, иначе покусаю вас за пятки!
Их общий гомон для Кента выглядел как предостерегающий рык, когда Миланье всё понимала и была абсолютно спокойна. Более того, её даже немного веселили разговоры, которые они вели между собой, так как практически все их предположения строились лишь на историях и легендах, что они слышали. Многие-то и человека в первый раз видели. Те, что сошли с плота, буквально шарахнулись от них в полном шоке, не в силах поверить, что здесь бродит малум. Здесь. Среди демонов. Малум.
На плоту они сели так же, всем видом показывая своё отношение. Демоны ровно с одной стороны – Кент с Миланье с другой. Они были словно две противоборствующие стороны, которые готовились то ли к штурму, то ли к защите.
Миланье же сидела спокойно, ровно, как её учила мать, чтоб при людях не ударить в грязь лицом.
– Надеюсь, ты сейчас не строишь злобное лицо, – тихо сказала Миланье.
– А должен? – покосился он на неё.
– Нет. Если бы ты их понимал, то понял бы, что они тебя бояться так же, как и ты их.
– Естественно они меня боятся, – прогудел Кент. – У меня связка гранат. Если что – все отправимся на небо.
– Какой же ты… – пробормотала Миланье. – Я даже не знаю, глупый или жестокий.
– Это называется предусмотрительность, – настоятельно заметил он. – Видимо, тебе, как ребёнку, она не свойственна.
– Хорошо, что тебя они с твоими намерениями не понимают. Тогда бы точно съели, – буркнула Миланье.
– Да-да, – закивал Кент, всем видом показывая, что ему плевать на то, что она говорит, как неожиданно его осенило. – Раз уж зашла речь о понимании, почему они меня не понимают, а ты понимаешь?
– Ну… потому что они тебя не понимают, а я понимаю, разве это не очевидно? – у неё лицо было такое, словно он задал до жути идиотский вопрос. В понимании Миланье так оно и было, но только не для Кента. Он долго всматривался в её лицо, пытаясь понять, издевается она или нет, прежде чем вновь заговорил.
