Текст книги "Избранная пламенем (СИ)"
Автор книги: Кира Верго
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 25 страниц)
– Я так и думала, шалунишка. В городе Мира ещё не все вымерли от скуки? – щёлкнув пальцами, спросила она и к нашему столу, молодые девушки, точно феи, начали подносить различные угощения и напитки.
Я даже забыла о еде, так засмотревшись на их красоту. На то, как они тонкими пальцами изящных рук расставляли блюда на столе. Их нежные, буквально кукольные лица, хотелось рассматривать ещё дольше. Не знаю, чем меня так зацепила их внешность, но оторваться было трудно.
– Нет, – развалившись на диванчике, ответил Январь, отхлебнув вина из кубка. – Там всё стабильно. Бессмертная скука.
– Рада была видеть вас, мальчики! Наслаждайтесь приёмом, а мне пора вернуться к своим делам, – послав воздушный поцелуй, она ушла.
Значит, они тут не впервые. Чуть осмелев, взяла со стола хрустящий ломоть хлеба, запах которого щекотал нос. М-м-м, обожаю этот аромат.
– Вот, попробуй это, – Январь положил в тарелочку какое-то блюдо и поставил передо мной.
– Что это? – всматриваясь в тарелку, где лежало нечто, напоминающее чёрную икру.
– Уверен, тебе понравится, – довольно ответил он.
Хм… ну что же, попробуем. Аккуратно поддев ложкой непонятную субстанцию, поднесла к носу. Странно, запаха нет. Придётся пробовать, потому что Январь смотрит на меня в ожидании.
– Смелее, – озорно сказал он.
Осторожно положив ложку в рот, на языке взорвалась палитра вкусовых ощущений. Это невероятно, просто божественно, м-м-м! Сложно описать этот вкус в двух словах, но он был тем, чего вечно хотелось, но никогда не было. Невозможно остановиться.
– Что это? – изумлённо спросила его, понимая, что моя тарелочка пуста. Я даже не заметила, как съела всё.
– Это особый вид нектара, который собирают со Звёздного Анемониса. Трудно застигнуть этот цветок в момент его раскрытия. Но тот, кто однажды познал его вкус, больше не сможет его забыть, – отпив вина из кубка, ответил он.
– То есть, я теперь буду зависима? – опешив от такого заявления, посмотрела на пустую тарелку, прикидывая, сколько я съела за раз этого волшебного Анемониса.
– Нет, что ты, – успокоил меня Январь, – просто подожди эффекта.
– Какого ещё эффекта? – вновь опешила я.
– Сейчас поймёшь, – улыбнулся он, и я почувствовала, как мне становится легко и весело. Настроение улучшалось в геометрической прогрессии, что я даже не успела высказать своё возмущение за то, что предупреждать нужно об эффектах неизвестных угощений. Ведь как бывает, съешь или выпьешь что-то незнакомое, а потом не оберешься последствий.
Но, этим ребятам я вроде как доверяю. Да и вкусно на самом деле было. За какие-то считаные мгновения, мир заиграл яркими красками. За столом начали шутить, было весело и легко. Ощущение, что я пришла не на войну миров, а на встречу лучших друзей. Такое в моей жизни впервые. У меня никогда не было компании друзей, где можно настолько непринужденно общаться и смеяться от чистого сердца. А может, это всего лишь влияние Анемониса? Не важно…
Мы ели и пили, пили и ели, как вдруг заиграла задорная музыка. Скрипки призывали ноги к танцу, что невозможно было усидеть на месте.
– Пойдёмте танцевать! – громко стукнув кубком по столу, провозгласил Июль и все согласно встали из-за стола, двигаясь на нижнюю площадку.
Январь подал мне руку и помог спуститься. Мы влились в веселую толпу задорным смехом под игривые ноты скрипки. Парни отжигали задорные танцы, а я пыталась за ними повторять, но из-за своей неуклюжести, больше хохотала, чем танцевала. Заметила интересный момент, что на танцевальную площадку вышли те прекрасные феи и принялись танцевать с месяцами под руки. Здесь царил калейдоскоп улыбок и ярких глаз. В ход пошли хороводы и ручейки парами. Господи, как же здорово всё это!
Меня не волновало, кто держит мою руку, ведь сейчас в каждом госте этой таверны, я видела друга. А там были весьма странные существа, которых при других обстоятельствах, я бы испугалась. Руки менялись до тех пор, пока очередной раз, прикоснувшись, меня обожгло и на мгновение отрезвило. Октябрь… это была его рука, и вновь то чувство, как в первый день. Он не отпустил моей руки. Мир замедлился, а задорная музыка сменилась на спокойную мелодию.
– Позволишь? – он нежно погладил мою руку, и жжение исчезло, а затем подмигнул, приглашая на медленный танец. В янтарных глазах горела надежда. Нектар играл в моей крови, нашёптывая идею не противиться своим желаниям. Сердце поддакивало этому шепоту, затмевая сопротивление.
– Позволю, – ощутив прилив жара к щекам, ответила я, разрешив ему ввести этот танец.
Приятный аромат щекотал нос, и я закрыла глаза, уткнувшись в его грудь. Как мне хорошо… что ещё сказать. Так просто и легко, что упираться в доводы разума нет сил. Мне хочется летать. Мне хочется петь и наслаждаться жизнью, которая бьёт ключом. Впитывать в себя энергию веселья и томной неги, что кружит вокруг.
Казалось бы, как дряхлая таверна в городе Забытой Надежды, может принести столько неожиданных эмоций и счастья. Вот правда, никогда не знаешь, что ждёт за поворотом. Пусть сегодня всё будет хорошо, а завтра… будет завтра.
Глава 20
Вечер прошёл в самых ярких впечатлениях. Мне хотелось продолжения, но внутренний голос настойчиво твердил, мол, ай-я-яй Лина, ну-ну! Как маленькой девочке напоминал, о чём предупреждали взрослые. Решив не полагаться на благоразумие братьев-месяцев, сослалась на усталость и попросила, чтобы кто-то из них отвёл меня обратно в комнату. Они сразу и слушать меня не хотели, так развеселились и не могли остановиться, уговаривая остаться. Будто школьные подростки, вырвавшиеся из-под родительского надзора, ей богу.
Естественно, что провожать меня до спальни, вызвался Октябрь. Чего я ждала? Молча согласилась, стараясь прятать дурацкую улыбку, что возникала на моих губах в его присутствии. Ох, не надо было так много пить, хоть это и вкусно. С нашим земным алкоголем, это ни в какое сравнение не идёт. Тем не менее, пьянит до такой степени, что хочется летать, и кажется, что мир безупречен.
Споткнувшись об ступеньку, хрюкнула от смеха. Стыдно и смешно одновременно. Октябрь подхватил меня под локоть, помогая удержаться на месте. Его братья остались в компании красивых девушек, а мы пошли по лабиринту коридора.
– Как тебе этот вечер? – спросил он, так и не отпустив мой локоть.
– Удивительный, если честно, – глядя себе под ноги, ответила я.
– Что именно удивило?
– Ну, ты спросил, – хихикнула я. – Я ждала чего-то страшного, а тут оказывается весело и народ адекватный живёт.
– Это так, но не везде. В этом городке зародилась искра, которая даровала его жителям неиссякаемую силу намерения. Они всегда и при любых обстоятельствах будут смотреть вперёд. Вот как сейчас. Все работают, живут и ждут дня возрождения. Но в других городах, картина не такая радужная, как здесь, – сказал он, и мы остановились, глядя друг на друга.
– Октябрь… я хотела тебе сказать…
Молчи глупая, утро вечера мудренее! Это всё веселящий компот и та икра в тебе говорят.
– Да, – хрипло сказал он, всматриваясь в моё лицо, и его зрачки начали заполнять янтарную радужку.
– Не могу, – вздохнув, честно признала своё поражение, покачав головой.
– Не можешь что? – нахмурившись, спросил он, немного приблизившись.
– Забудь. Просто мысли всякие в голову лезут. Это веселящая икра во мне говорит, – отмахнулась я, спрятав взгляд, едва сдерживая смешинки. Потому что представила говорящую икру, которая собирается в царевну лягушку с красными губами и томными глазами, и такая, мол, целуй меня. Что за бред мне идёт в голову? Но смешно же, а надо бы сейчас проявить серьёзность.
– Посмотри на меня, Лина, – сказал он полушепотом, спрятав за ухо мою выбившуюся прядь волос.
Такое нежное и лёгкое прикосновение, а как пронзило током в самые пятки, что ноги обмякли и предательски подкосились. Мы стоим одни в этом коридоре, где царит мягкий полумрак в свечении теплого лампового огня. Язык мой прилип к нёбу в нерешительности.
Сказать? Посмотреть?
– Знаешь… – продолжил он, – я, когда тебя увидел в первый раз, сразу понял одну вещь. Хочешь знать?
Спрашиваешь?! Конечно, хочу, но надо ли мне знать?
– Какую? – не поднимая глаз, спросила его.
– Что ты та самая, – прошептал он над моим ухом, и его слова разлились волнением по венам, заставляя сердце биться быстрее.
– Избранная, да? – стараясь не подавать виду, что волнуюсь, тихо спросила. А воображаемая лягушка начала подмигивает бровями, которых нет. Хе-хе.
– Нет, – шепнул он ещё ближе. – Это второстепенное.
– А по-моему, это главное, – взглянув ему в глаза, сказала так, что он немного отшатнулся назад. И моя воображаемая лягушка надула губы, мол, облом.
– Я хотел сказать другое…
– Знаешь, я думала, что ты всё понял, но так и продолжаешь эту тему. Королевы дали ясно понять, к чему приводят чувства. Нельзя, понимаешь? – перебила его, чтобы он не продолжал то, о чём мы оба пожалеем. Лучше не начинать, пока всё не закончилось трагедией. Слишком большая ответственность на мне лежит, и я не могу позволить себе такие вольности.
– Почему ты так категорична? – опешив от моего ответа, в его глазах мелькнула горечь. – Я лишь хотел, чтобы ты знала…
– Не продолжай, прошу, – остановила его, выставив ладонь вперёд.
– Как скажешь, светоч, – холодно ответил он, выпрямившись.
Обидно… а чего ты хотела? Сама всё сделала, молодец. Так нужно. Так правильно. Уничтожить зачатки чувств лучше сразу, чем потом бороться с разросшимися корнями. Ведь так?
– Могу тебя провести до спальни, если ты не передумала, – его голос вывел меня из мыслей.
– Не передумала, – ответила я, стараясь держать в руках свою растерянность, что сочилась из всех щелей. А воображаемая лягушка никак не отставала, показывая мне язык.
Как же он переменился. Очень обидчивый и вспыльчивый. Чувствую, как от него веет ураганом и грозой. Он ведёт меня через коридоры, и поднимается по ступенькам, когда наконец-то мы останавливаемся возле нужной двери.
– Вот, – указывает он на дверь. – Это всё или будут ещё пожелания? – в голосе скользит такое ехидство и обида, что я не сразу нахожусь что ответить.
Мы смотрим друг на друга несколько мгновений. Стены едва не трещат от энергии, что витает вокруг нас. Я виновата. Не нужно было с ним танцевать, давать ложную надежду.
Но ты сама этого хотела. Тебе было хорошо. Вдыхала его аромат так, будто скоро отнимут. Этот вечер чудесен, и Октябрь прекрасен. Эти глаза напротив, сводят тебя с ума с первой встречи, не лги ему…
Октябрь ждёт моего ответа. Буйно растрепавшиеся шоколадные волосы, выглядят притягательно. Мне захотелось зарыться в них рукой и провести по прядям пальцами. Странные желания возникают, глядя на него. Сердце переворачивается кульбитами от его губ, что сейчас напротив.
– Поцелуй меня, – сказала я, сама не ожидая от себя таких слов.
Его глаза вспыхнули огнем, в котором сгорели все сомнения, которые не успели подать голоса в момент вырвавшейся на свободу фразы. Он не терял времени, и выполнил просьбу. Теплые, упругие и такие желанные губы с медовым привкусом впились в мои беспомощные. Жадность и нежность в одном флаконе, разум вылетел за забор реальности, остановив мгновение. Самое страшное, что мне это нравилось, и не было желания остановиться. Я хотела больше. Желание нарастало как снежный ком, как костёр из маленькой искры. Древняя жадность поглотила разум, плоть требовала продолжения. Руки сами обхватили его шею и гладили затылок, перебирая пальцами непослушные пряди волос.
Это был первый идеальный поцелуй в моей жизни. Не было сожаления, а только желание продолжать. Тепло Октября ласкало не только губы, но и душу, что трепетно отзывалась на тесный контакт. Осознание, что этот большой, красивый и буйный парень мой, щекотало самолюбие.
– К-х-м, не хочу вас отвлекать, но там назрела проблема, – сбоку послышался голос Ноября.
Это же надо, как меня осенило, что я творю?! Да что на меня нашло? Стыд окатил жаром щеки, что хотелось скорее бежать как мышь в свою норку.
Октябрь явно психанул на брата за испорченный момент, и придержал меня от бегства за талию.
– Что за проблема? – нетерпеливо спросил он.
– В принципе, мы сами разберёмся, – усмехнулся Ноябрь и завернул за угол, оставив нас наедине.
– Не убегай, прошу. Я же вижу, как ты рвёшься наутёк, Лина, – притянув меня к себе, прошептал он над ухом и поцеловал в макушку.
– Ты понимаешь, что я наделала? – осознавая произошедшее, спросила я, уткнувшись лицом в его грудь. От стыда не могла поднять голову, чтобы посмотреть ему в лицо.
– Ты позволила быть тому, что должно и естественно, – подняв мой подбородок, он заглянул в мои глаза и вновь приблизился к губам.
– Нет, прости… – отвернувшись, сказала я и он замер. – Так нельзя. Это не правильно.
– Глупости, моя дорогая. Не отнимай этот шанс у себя… у меня… я так долго ждал тебя, и ты хочешь разрушить священную связь между нами? – в его голосе скользила мольба и ноты гнева, который он пытался контролировать. Я чувствовала, как он меняется. Он сходит с ума. Вот о чем меня предупреждали. Дура я! Решила, что мне всё можно.
– Это ошибка, Октябрь. Прости, – выскользнув из его объятий, поспешила к спасительной двери, но он тут же преградил путь. В глазах творилось черти что, коктейль эмоций. Боль, мольба, гнев.
Что я наделала???
– Не надо так, Лина. Я же чувствую, что ты лжешь. Зачем? Зачем ты отталкиваешь меня? Дай мне шанс, и я докажу, что достоин…
– Ты достоин большего, чем я. Я не та, кто тебе нужен, понимаешь? Предназначение у меня другое. Я здесь не для любви, Октябрь. Ты привел меня в этот мир, и знал, что меня ждёт, – слова давались с трудом, будто я отрубила себе руку и пытаюсь написать письмо. – Прости меня, пожалуйста, – проскулила я, не в силах смотреть в его глаза, в которых царило грозовое предупреждение и отчаянье.
– Нет, – он упрямо покачал головой, а на губах заиграла горькая улыбка. – Мне большего не надо. Мне нужна ты.
– Ты готов поставить на кон жизнь народа ради собственной прихоти? – не зная, как его отрезвить от навязчивых фраз, выпалила я.
– При чем здесь народ? Почему ты считаешь, что нужно чем-то жертвовать? – он тоже завёлся и явно не собирался отпускать меня. Ситуация приобретала всё более странный привкус.
– Да при том, что мы воины. Мы, то есть я, избранная!
– Т-с-с-с, – он резко закрыл мне рот рукой и затащил в спальню.
– Что ты делаешь?! – опешив от его выходки, яростно выпалила я. – Совсем крышу снесло?
– Да тише ты, – шикнул он. – За нами наблюдают.
– Кто? – притихнув, спросила его, оглядываясь по сторонам.
– Тот, кто не должен здесь быть, – ответил он, что-то ища в карманах. – Вот, держи, – он дал мне ту самую подвеску с цепочкой в руки, что подарил при первой встрече.
– Я не понимаю…
– Ищейки Орголиуса здесь. Держи подвеску, а это я заберу пока, – он плавно выдернул серебристую цепочку, и сделал нею несколько взмахов в воздухе.
Цепочка засветилась лунным светом и стала длинной, больше походившей на кнут. Октябрь приложил палец к губам, показав мне, что нужно молчать. А сам прислушивался и оглядывался, как охотник. В полумраке спальни, я заметила, как на деревянном потолке возникло темное пятно. Оно увеличивалось в размерах и начало вытягиваться каплей вниз. Октябрь шарахнул по нему цепью, и та гадость исчезла, как дым, издав странный вопль. За ней возникла другая нечисть, но уже из половых досок. Снова удар, вопль и дым.
– Иди сюда, – он подозвал меня к себе, и я сделала, как он просил.
Обняв меня, он оглянулся по сторонам, и вокруг нас замельтешила золотистая листва. Через несколько мгновений, мы оказались в другой комнате, похожей на мою, только кровать здесь была маленькая, одноместная.
– Я перенес тебя в безопасное место, – сказал Октябрь, плавно убрав от меня руки.
– Чем же оно безопаснее? – удивилась я, оглянувшись вокруг. – Такая же комната, как и моя. Что стоит тем ищейкам пробраться сюда?
– Потому что я буду рядом, и это моя спальня. Выгнать ты меня не посмеешь, – ехидно улыбнулся он.
– Ах вот оно что?! Так это был спектакль? – уперев руки в бока, бросила на него гневливый взгляд.
– Какой спектакль, Лина? Ты всё видела своими глазами, – сбрасывая с себя верхнюю одежду, ответил он.
– Что ты делаешь?
– Раздеваюсь, – удивлено ответил он.
– Зачем?
– Чтобы лечь спать, – продолжая расстёгивать рубашку, добавил он.
– Но… я вижу только одну кровать, – опешив от его поведения, почувствовала, как жарко мне стало.
Глаза, как назло, жадно пробежали по крепкому обнажённому торсу, по изгибам мышц и сильным рукам. В горле пересохло. А когда он поймал мой взгляд, я едва сквозь землю не провалилась. Не хватало ещё, чтобы он себе возомнил, что я его разглядываю!
А что, разве не так? Хорошее тело…
Нужно прекратить это немедленно!
– Слушай, прекрати это немедленно! – выпалила я.
– Что именно? – с интересом глядя мне в глаза, спросил он.
Издевается надо мной!
– Да ничего! – зло развернулась от него и плюхнулась на кровать, сложив руки на груди. Всё, это моё место, а он пусть ищет себе другое. Ты посмотри на него, издеваться вздумал надо мной! Шутник, ёлки-палки.
– Лина, ты чего, обиделась? – спросил он, но я слышала в его голосе нотки, которые подчеркивали его смешинки.
– Нет, что ты! Всё супер, – зло процедила я, закрыв глаза, чтобы не видеть его.
– Не понимаю твоей реакции, прости, – сказал он.
И снова я услышала эти довольные нотки в голосе. Что-то слишком всё просто у него. Когда ищейки наступают на пятки, то так себя не ведут. Вот же гад какой, решил разыграть спектакль и думает, что я куплюсь!
– Да ты наглец! А казался скромным. Я ошиблась, – фыркнула в ответ, повернувшись на бок от негодования.
Это же надо так, оказаться с ним в одной спальне при странных обстоятельствах. Хитрец, подлец! Меня всю аж колотило изнутри.
– Нет, я правда не понимаю. Что не так? – допытывался он.
– Ах не понимаешь? Думаешь, я такая глупая, да? – вскочив в сидячее положение на кровати, оскалилась на него ехидной улыбкой.
– Нет, – опешив от моей реакции, он развёл руками в стороны.
Демонстрирует себя со всех сторон. Нагло!
Но красив же. Хорош. Аж до бабочек в животе, тело скрутило от такой картины. Не смотри на него. Ложись спать. Ты пьяна и напугана. И нацеловалась, и тебя прёт неизвестно куда. Стоп. Стоп!!!
– Спокойной ночи! – рявкнула я, резко развернувшись от него к стенке.
Он молчал. Прошла минута, и сердце немного стало успокаиваться от бешеного ритма. Слишком много эмоций. Слишком много Октября. Да и вообще, я в первый раз вот так в одной спальне с мужчиной. Как пружина натянута!
Только начала успокаиваться, как вдруг ощутила, как он снимает с меня сапоги.
– Что ты делаешь?! – одернув ногу, выпалила я.
– Лина, ты чего? Я всего лишь хотел поухаживать за тобой. Не будешь же ты спать вот так? – он тоже опешил от моей реакции дикой кошки.
– Как так? Чем тебе мои сапоги мешают, а?
– Ничем. Просто хотел позаботиться о тебе, – вот тут он уже точно растерялся.
– Спасибо. Я сама, – стянув с себя сапоги, поставила рядом с кроватью. – Доволен?
Он ничего не сказал в ответ. Только покачал головой и, развернувшись, ушёл в маленькую комнатку этой спальни, что напоминала гардеробную.
Вытащил оттуда две большие подушки, напоминающие кресла-мешки и, поставив их рядом, плюхнулся в них, положив руки под голову, закрыл глаза. Молча.
Обиделся, наверное. Ну и что? С чего обижаться на правду? Чувствую себя идиоткой… а на губах до сих пор вкус его поцелуя.
Глава 21
Долго я пыталась уснуть. И когда наконец-то провалилась в царство Морфея, то сквозь сон по телу пробежали мурашки от прикосновения. Кто-то гладил меня по шее.
– Будешь моей… скоро, очень скоро, я до тебя доберусь. Ты сама придёшь ко мне…
Резко очнувшись, вскочила на кровати, озираясь по сторонам. Октябрь тоже очнулся, хотя только что спал.
– Что случилось? – спросил он, встав с подушек.
– Ты меня трогал?
– Что? Нет! – оскорбился он.
– Просто, я очнулась от того, что кто-то гладил меня по шее и говорил, что я буду его, – обняв себя руками, смотрела на Октября в упор.
– Я спал. Тут никого нет, как видишь, – он обвёл небольшую комнату взглядом.
– Но…
– Тебе приснилось. Прости, что вчера перешёл черту дозволенного. Я должен был держать себя в руках, – он покачал головой и грустно усмехнулся.
– Нет, я, правда, слышала этот голос, – дотронувшись до шеи рукой, прошептала я. – Если это не ты, то…
Наши взгляды встретились и в следующее мгновение, догадка эхом долетела прямо в лоб.
– Думаешь, это Орголиус?
– Возможно… голос похож. Он сказал, что скоро найдет меня или я сама приду к нему.
– Проклятье! – он пнул подушку ногой, что та отлетела в стену. – Собирайся, нам нужно уходить.
Подобрав свои сапоги с пола, быстро натянула их на ноги, пока Октябрь спешно одевался. Как же так? Каким образом Орголиус проник в мой сон? Ведь, если бы хотел, то уже бы я здесь не стояла. Забрал бы, не дав возможности испугаться.
– Выходим, – скомандовал Октябрь.
Он был явно встревожен. И теперь я понимала, что вчерашние сущности, были не спектаклем. Ищейки успели донести хозяину о своей находке…
– Никуда от меня не отходи. Держись рядом, – взяв меня за руку, прошептал он и открыл дверь.
В коридоре царила тишина, как в детском саду во время тихого часа. Мы подошли к следующей двери, что располагалась от нашей в метрах четырех, и Октябрь методично постучал. Ожидать ответа долго не пришлось, нам открыл дверь Апрель. Он был не одет, что я сразу спрятала глаза при его виде.
– Что такое? – сонно спросил он, и я заметила, что за его спиной стоит одна из тех девушек фей.
Вот так поворот. От мысли, что они там не в карты играли, меня вновь бросило в жар. Хотя мне ли рассуждать, чем они там занимались? Не моё дело.
– Нужно уходить. Срочно, – сказал Октябрь.
– Сейчас? – недоумевая, переспросил Апрель. – В чём дело?
– Ищейки Орголиуса были здесь. Разбуди остальных, и идите к амбару Халгара, – ответил Октябрь, и мы пошли к следующей двери на пути.
Там я увидела ту же картину. Полуобнажённый месяц и красотка в его спальне. Получается… один Октябрь провёл ночь на подушках? Почему-то стало смешно. Я понимаю, что такие мысли не уместны в это время, но ничего не могу поделать с собой. Появилось интересное ощущение самодовольства, которое в принципе мне не присуще.
Оповестив братьев, чьи двери нам встретились на пути, мы вышли на пустынную улицу. Жители города явно спали, хотя тут не понятно, когда день, а когда ночь. Но у них явно свой распорядок времени. Вообще странный факт, что сущности и волшебные существа спят. Хотя откуда мне знать, как должно быть?
Мы завернули за таверну в тёмный, узкий и длинный проулок, в котором, как в конце тоннеля был свет. Октябрь шёл впереди, а я позади. Было не по себе. Спиной чувствую, что кто-то идёт за нами. Решив обернуться и посмотреть, передёрнуло от неожиданности. Я оказалась практически лицом к лицу с Июлем, который еле сдерживал смех.
– С ума сошел?! У меня сердце чуть не выпрыгнуло из груди, – громким шепотом, возмутилась я.
– Ну, прости. Я думаю, если бы похлопал по плечу, то реакция была бы такая же, – сказал Июль.
– Чего встали? Движемся дальше, у нас нет времени на трёп, – процедил Октябрь, и мы молча пошли за ним.
Всё это мне напоминало кадры из фильма про средневековье, где воры крадутся в ночи под стенами каменного замка. Сейчас уже было слышно, что мы тут идём толпой. Видимо остальные братья начали подтягиваться к нашей колоне.
Подходя к концу проулка, мы вышли на свет. У меня от удивления рот открылся. Здесь летали пушинки-светлячки. Их были тысячи, и это было очень красиво. Живые фонарики кружили в воздухе, принимая причудливые формы, сбиваясь в кучу.
– Что это? – восхищённо спросила у Октября, который был, не так удивлён увиденному как я.
– Соноды, – ответил он. – Корм для леберов.
– Для кого? – ужаснувшись, что такую красоту кто-то ест. Они же, как живые, плывут по воздуху и явно не подозревают, что им уготовано.
– Сейчас увидишь. Это лучше, чем сто раз услышать, – ответил он, и мы двинулись к резной избе, за которой виднелся высоченный амбар. Он как гора возвышался над сказочным домиком, окружённым светлячками.
Мы поднялись по широким деревянным ступенькам к резной двери, что была украшена руническими знаками, раскрашенными в разные цвета. Октябрь осмотрел дверь и оглянулся назад на братьев, что ждали от него действий.
– Как его вызвать? – спросил он у братьев, но те лишь пожали плечами.
Вперёд вышел Июль, и поднялся к нам. Он внимательно посмотрел на знаки, вырезанные на двери, секунд десять задумчиво оценивал их, а затем взял и просто постучал в дверь.
– Сдурел? – опешил Октябрь, оглянувшись по сторонам.
– Кто там бессмертный?! – раздался рёв из-за двери и послышались тяжелые шаги, что я инстинктивно спряталась за спину Октября.
– Важное дело к тебе есть, Халгар, – прочистив горло, сказал Октябрь, и дверь резко распахнулась.
На пороге стоял крепкий мужчина преклонных лет с длинной белоснежной бородой, но лысый. Он окинул всех присутствующих внимательным взглядом серых глаз.
– Давно я не слышал о вас. Какое дело? – нахмурившись, грозно спросил он.
– Нам нужны леберы, – сказал Октябрь, и брови старика поползли вверх.
– А станцевать для тебя не надо? Ещё чего! – рявкнул Халгар, и дверь перед нами захлопнулась.
Мы все переглянулись, но Октябрь вновь постучал в дверь, хотя Июль отрицательно покачал головой, советуя оставить попытки.
– Вы ещё здесь?! – из-за двери послышался голос Халгара. – Пошли вон! Никаких вам леберов!
– Выслушай нас, а потом решишь, гнать нас или нет, – сказал Октябрь.
– А чего вас слушать?! Я наслышан сполна. Пошли вон! – раздался грозный ответ по ту сторону двери.
Месяцы переглянулись, и Октябрь поднял было руку, чтобы вновь постучать, но Июль остановил его.
– Не стоит. Лучше его не злить, – предупредительно сказал он.
– Зачем вам эти леберы? – не могла понять я.
– Без них нам придется долго пересекать границу своим ходом, – ответил Октябрь. – Леберы – это магические создания, кони-лебеди, если проще.
– Подожди, кто? Кони-лебеди? Нет, я слышала там, гуси-лебеди, но кони…
– Вредные, но верные и практически неуловимые, – подтвердил Июль. – Если бы Халгар позволил нам их взять, то мы добрались до первого кристалла за короткое время, а так, придётся пешим ходом плестись через пустоши.
– Может, как-то повежливее нужно попросить его, а не требовать? – сказала я, и все месяцы на меня посмотрели как на наивную дурочку. – Что? Я не правильно думаю?
– Смешная ты. Этот старик настолько упёрт, что легче гору сдвинуть, чем что-то допроситься у него, – сказал Ноябрь.
– Тем не менее, вы решили прийти к нему с просьбой, – подметила я. – Если бы всё было так, как вы говорите, то какой смысл был будить старика?
– Кто это тут старик?! – раздался грозный голос за нашими спинами.
– Простите нас, пожалуйста, что разбудили и так бестактно нарушили ваш покой. Нам очень нужна ваша помощь, – сказала я, сложив руки вместе, чтобы не терять шанс убедить Халгара всё же выслушать нас. У братьев-месяцев, это плохо получилось, может он хоть мне даст шанс?
– Ну-ка, посмотри на меня дитя, – спустившись со ступеней, сказал Халгар. – Посмотри же!
– Уходим, – сказал Июль, взяв меня за плечо.
– Стоять! – рявкнул Халгар. – Девочка, я тебя не обижу. Просто посмотри на меня, – чуть спокойнее добавил он.
Месяцы, как и я, стояли в напряжении, ожидая моего решения. А я не знала, что мне делать. Старик ждал. Я скинула капюшон и подняла лицо, посмотрев прямо ему в глаза.
– Славься Всевидящая матерь, – прошептал он, и медленно пошёл вперёд. – Так это правда…
– Ты поможешь нам? – сразу же спросил Октябрь.
– Умолкни, я хочу убедиться, что мне это не привиделось, – ответил ему старик, приблизившись ко мне.
Он смотрел на меня так, будто увидел святыню. На испещренном морщинами лице, появилась улыбка. Я поняла это по глазам, которые засветились добром.
– Девушка-артефакт, светоч, последняя надежда, – восхищённо прошептал он. – Позволь мне, – он протянул широкую, как лопата руку ко мне в ожидании реакции.
Глядя на эту крепкую, широкую ладонь, положила на неё свою руку, которая казалась совсем детской по размеру. Халгар преклонил колено и поцеловал её. В глазах старика было столько счастья, что я ощутила прилив эмоций, от которых защипало нос в преддверии слёз.
– Благодарю тебя, посланница света, – он встал с колена, и согласно кивнул всем остальным, что молча наблюдали за этой картиной. – Добро. Пойдёмте.
Старик бодро махнул рукой в сторону дома. Вот так просто оказывается, можно было добиться расположения не самого гостеприимного жителя Мрачных земель. Халгар повёл нас к входу в дом и гостеприимно распахнул дверь, жестом приглашая внутрь.
Сказочный домик внутри был ещё более интересен, чем снаружи. Светлая прихожая сбивала с толку, потому что создавалось впечатление, будто в окна светит солнце, хотя на улице темно. Светлячки хоть и освещали пространство, но всё равно не давали того эффекта, что был от солнечных лучей. Это так странно.
В глаза бросились живые картины на стенах, которые изображали земные пейзажи. На них, ветки деревьев колыхались от дуновения ветра, летали птицы и пчёлы, озера и реки были живыми, в движении… это как окна в человеческий мир.
Заметив моё внимание, Халгар улыбнулся.
– О, это воистину прекрасно, правда? Скажи, в вашем мире всё осталось прежним?
– Всё как на картине, – кивнула в ответ, и он просиял от радости.
– Значит, надежда есть. Не зря я верил. Тысяча лет! Только вдуматься в эту цифру! Тысячу лет, я ждал подтверждения, и вот, наконец-то получил его, – радостно ворчал он.
Я оглянулась на месяцев в недоумении. Почему они не сказали ему об этом раньше? Они же выходили в наш мир, всё видели, и молчали?
– Что-то не так? – заметив мой взгляд, спросил Январь.
– Почему вы раньше ему не сказали, что мир жив? – тихо спросила я.
– Не было необходимости. Он не спрашивал, – пожал плечами Январь.
Поразительно. Он не спрашивал, они не говорили. Вот так и рушится надежда и гармония. Хотя, вера этого старика сильна, раз в таком тёмном мире, он смог сохранить невероятную красоту и свет.
– Сюда, – старик указал на уходящую чуть ли не в потолок деревянную лестницу, украшенную изящной резьбой.
Хотелось ко всему прикоснуться. Настолько искусно выполнены были перила, что я восхищённо провела по ним пальцами. Видно, что старик, тот ещё затворник. Тьма не смогла коснуться его души и заглушить талант. Чувствовалось, что в этом жилище, была выложена любовь и мастерство в каждую деревяшку.
Мы дошли до конца и перед нами стояли высокие двери, на которых были вырезаны широкие крылья, а по центру расположилась двенадцатиконечная звезда, заполненная узорами и древними знаками. В этом городе, меня очень удивлял тот факт, что внешность, а точнее вид зданий очень обманчив. Смотришь, снаружи неказистое, маленькое, местами потрёпанное строение, но когда попадаешь внутрь, логика отступает на десятый план. Ощущение, что эти дома живые.
