Текст книги "Избранная пламенем (СИ)"
Автор книги: Кира Верго
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 25 страниц)
Глава 33
Июль медленно отпрянул от Аделины. Её глаза по-прежнему были закрыты, но ведь это не значит, что она должна мгновенно очнуться. Нужно время. Он верил в это, потому что не сомневался в себе, в своих чувствах, что горят в груди. Внимательно вглядываясь в лицо девушки, он искал хоть малейший намёк на её пробуждение.
– Вернись, – тихо шептал он, осторожно гладя её по щеке.
Но, не через минуту, ни через пять, чуда не произошло.
– Нужно подождать, – уверял Июль то ли себя, то ли окружающих. Он испугался, что это не сработало. Почему?
– Октябрь? – спросила Шахмаран, и все посмотрели на него. – Твой выход. Ты уж постарайся как следует, – она многозначительно на него посмотрела.
– Почему не сработало? – прижимая к себе светоча, спросил Июль.
– Потому что ты её не любишь, – вздохнув, ответила Шахмаран.
– Но, это не так! Я чувствую, как горит внутри сердце. Я…
– Это другое. Всё что угодно, но не та самая любовь, которая способна воскресить, – сказала она, взяв Июля за плечи и наклонилась к уху. – Отпусти её. Она не твоя, а ты не её. Вот и всё.
Июль растерянно посмотрел на братьев, чувствуя себя обманутым. Он не хотел в это верить, но ситуация говорила об обратном.
– Нет… – выдохнул Июль.
– Я знаю, как тебе больно. Ты не виноват в том, что хотел заживить старые раны, – тихо сказала Шахмаран.
– Старые? Что ты имеешь в виду? – так и не отпуская светоча из рук, промолвил Июль.
– Ты не отправился после Миры… и поспешил заслонить зияющую дыру в сердце Аделиной. Они обе сильные, но зависимые от чувств, им нужна настоящая любовь, способная отпускать и прощать, принимать любой выбор. Без этого, всё бессмысленно. Ты, к сожалению, ещё не готов, – ответила она.
– Я не понимаю, – горько прошептал Июль.
– Ты должен отпустить её, если желаешь ей добра. Время идёт, Июль. И оно не в пользу девушки, – тихо сказала Шахмаран.
Июль молча отстранился от светоча, аккуратно опустив на прежнее место. Поднявшись на ноги, бросил последний взгляд на девушку, ему померещилось, что на поляне лежит Мира. Сморгнув видение, картинка раздвоилась, накладываясь друг на друга. Ему стало невыносимо горько от осознания, что он потерял их обеих, что он не может им дать того, что они заслуживают. Так больно осознавать, что ты стоишь на пороге своей мечты, но приходится самому закрыть перед ней заветную дверь. Нити души запутались в сложный узел, мучительно стягивая сердце. Иллюзия чувств разлетелась острыми осколками от удара правды, от которой он пытался бежать, обманывал себя. Новая любовь не спасла от старой, а только лишь усугубила состояние.
Июль, на глазах у братьев начал менять облик. Его яркие волосы теряли сочный красный цвет, превращаясь в седые. Загорелая кожа посерела, горящие зелёные глаза померкли. Он безразлично смотрел на свои руки, словно забыл, кто он.
– Брат, остановись, – сказал Апрель, с ужасом глядя на его трансформацию, и хотел было подойти к нему, но Июль холодно посмотрел на него. Одним взглядом, без слов дав всем присутствующим понять, чтобы его не трогали.
– Июль, ты слишком перегибаешь. Прекрати это, пока не поздно, – с ужасом прошептал Октябрь, искренне жалея обо всем, что подтолкнуло брата на этот шаг.
– Я не могу, – ответил Июль, посмотрев на него, и такая боль в его глазах, такая мука пролетела. – Увидимся, когда придёт время, – прошептал он, начав растворяться в воздухе, и братья поняли, что ничего изменить нельзя.
Такое уже проходил Январь. Сейчас он сильнее всех понимал состояние брата, которого разрушили чувства.
Он разбит. Любовь запрещена. Она приносит боль и последствия… Июль тому живое подтверждение, которое меркнет с каждым мгновением.
Сколько ему понадобится времени, чтобы вернуться? Никто не знает. Исцеление душевных ран процесс посерьёзнее физического.
– Прости меня за всё, – прошептал Октябрь, протянув руку к Июлю, но на его месте уже ничего не осталось. Только лёгкий ветерок с ароматом спелого лета, что ускользая, рвал тонкую нить братства.
– Спаси её… – откуда-то донёсся тихий голос Июля.
К таким потерям и происшествиям братья не были готовы. Трудно принять его выбор. Они понимали, что когда-то он вернётся, но уже никогда не будет прежним.
Все мрачно стояли молча, не в силах, что-либо сказать о случившемся. Как вдруг, Сириус подошёл к Октябрю и толкнул его, развеяв мысли о брате.
Сделай то, что должен! – лебер мысленно обратился к Октябрю, но его призыв услышали все присутствующие. – Это его путь, и вы должны его принять.
– Он прав. Ступай к ней, брат, – похлопав Октября по плечу, сказал Январь.
– А если я…
– Ещё одно разбитое сердце мы не потянем, – оборвал его Январь, пристально глядя в глаза. – Уверен, ты справишься.
Октября бросало из одного состояния в другое, от рвения к пропасти, от любви к сомнению. Любит ли он её так, как шепчет сердце? Июль тоже верил в свои чувства, и каков итог.
Он не боялся раствориться, как брат. Ему не жалко своего сердца. Но вот её судьба тревожила его до дрожи, сковывая сознание ледяным ветром. Если он ошибся, то не сможет спасти её. А как узнать, что такое истинная любовь, та самая, бесконечная и чистая? Нет определения этому, нет… всегда риск, словно поиск выхода вслепую из темной комнаты, полной острых шипов и осколков опыта.
Но, глядя на Аделину, он знал точно одно, что никогда и ни с кем так не перехватывало дыхание, заставляя даже в самый жуткий момент забыть обо всём. Только она перед ним и мир замирает. Сердце танцует странный танец, ведь давно уже не принадлежит ему.
Ступая к девушке, он присел на траву. Чувствовал, что сейчас его разорвёт от бушующих внутри эмоций, но обуздав вихрь, осторожно приподнял светоча, и внимательно посмотрел на её спящее лицо. Её непослушные волосы жили своей жизнью, игриво выпрыгнув на лицо. Аккуратно поправив их, приблизился к её губам и на мгновение замер, ощутив, как веет жаром. Она буквально горит изнутри.
Сколько испытаний выпало на эту хрупкую девчушку, когда обещали веселье. Вокруг одна ложь, и мы все её заложники. Но, я исправлю это. Я готов отдать столько, сколько потребуется и даже больше, моя любовь, – подумал он и, закрыв глаза, слился в поцелуе со светочем.
Тёплые, медовые губы девушки, взбудоражили Октября так, что ему почудилось, будто он пронёсся сквозь время. Его словно толкнуло в другое пространство. Ощущая кожей странный ветер, парень распахнул глаза и увидел, что стоит посреди песчаного поля, на которое надвигается буря.
– Что за чертовщина? – прошептал он, оглянувшись по сторонам. – Эй! Где вы? – крикнул он, желая услышать голоса братьев, но тут же его осенило, где он находится.
Подняв голову вверх, откуда доносились странные блики света, он увидел тот самый кристалл Вселенной.
Я в сознании Лины? Как такое возможно? – подумал он, но его размышления оборвал страшный грохот и знакомый плач.
– Лина! Где ты?! – сквозь шум возникших из ниоткуда вихрей, кричал он, пытаясь понять, с какой стороны доносятся звуки. Ветер начал усиливаться, едва не сбивая с ног.
Грохот повторился, и он поспешил на его звук, завидев вдалеке странную высокую фигуру животного из песка. Она быстро двигалась, то поднимаясь вверх, то падая вниз. Подбежав поближе, увидел, что это огромных размеров волк, как хранители разлома из нижнего мира. Волк вгрызался в одно и то же место, что от осознания происходящего, у Октября подпрыгнуло сердце и он рванул в ураган, из которого доносились обрывки знакомых голосов.
– Лина!!! – закричал он, пытаясь хоть что-то разглядеть, но взлетающий в воздух песок, затруднял задачу. Он не властен ни над ним, ни над этим ветром. Это её сознание, и он здесь гость.
– Мы сейчас упадём! – жалобно кричали голоса, и Октябрь бежал в ту сторону, откуда они доносились.
Волчья морда заметила его и пристально посмотрела ледяными глазами, громко зарычав и стукнув перед ним огромной песочной лапой. Видимо хотел раздавить, но промазал. Октябрь увидел сквозь бурю человеческие фигуры вдалеке. Обогнув препятствие, помчался к ним на встречу изо всех сил.
– Лина! Ты меня слышишь?! – кричал он, надеясь, что это она.
И фигура обернулась, а из-под капюшона показались яркие красные волосы, развевающиеся на ветру, и его сердце громко ёкнуло от радости. Нашлась!
– Я спасу тебя! Не убегай! – кричал он, увидев, что две фигуры поменьше, держали её за руки и тянули за собой.
Рык за спиной, раздался так же неожиданно, как и удар. Октябрь погрузился в песок под тяжестью волчьей лапы. Выбравшись наружу, попал в вихревой поток, что подхватив его, выбросил подальше от волка. Оглядываясь по сторонам, он искал глазами девушку, и нашёл. Её одинокая фигура стояла на краю песочного обрыва.
– Лина! – заорал Октябрь, стараясь бежать к ней против усиливающегося ветра. Он так рвался на помощь, боясь, что она сейчас упадёт, но не мог никак приблизиться. Ветер стоял стеной.
– Посмотри на меня, прошу! Я здесь! Я пришёл за тобой! – кричал он против ветра, который как силовое поле, отталкивал его назад и пожирал слова.
Превозмогая стихию, он шёл вперёд. Миллионы песчинок больно рвали кожу, но он не отступал. Он шёл к ней навстречу.
– Это всего лишь твоё сознание, милая! Я рядом. Я не оставлю тебя одну! – крикнул он, и девушка обернулась к нему, обнимая себя руками от сильного ветра.
– Октябрь? Где ты? – взволнованно крикнула она, оглядываясь по сторонам.
– Я здесь! Ещё немного и я доберусь к тебе. Прошу, не двигайся с места! – крикнул он, заметив, что песчаная скала позади неё начинает осыпаться, и если она начнёт двигаться, то песок утянет её вниз.
– Мне страшно, Октябрь! – крикнула она.
– Ничего не бойся, я уже рядом! Ещё немного! – прорываясь вперёд, кричал он ей.
Песчаная буря внезапно стихла, оставшись у него за спиной. Его силы были на исходе, и хотелось упасть, но он понимал, что это всего лишь видение. Лину затянуло в воронку памяти, которая произвела большое впечатление на сознание и повторяется по кругу. Всё это плод её фантазии, который нужно развернуть в верном направлении, и тогда всё будет хорошо.
Двигаться навстречу девушке, становилось с каждым шагом труднее. Его ноги засасывал песок, но он не собирается так просто сдаваться. И вот, он уже совсем близко, только руку протяни, но их разделял бесконечной глубины разлом шириной в два шага. Вроде ничего страшного, но вероятность, что скала обвалится, если он на неё встанет, была слишком велика. Ему не хотелось пугать её ещё больше, поэтому старался максимально осторожно убедить её дать ему руку.
– Лина, пойдём со мной. Ты спишь. Тебе нужно очнуться, – прошептал он, глядя на испуганную девушку, что дрожала от холода.
– Они не отпустят. Я пыталась, – ответила она.
– О чём ты говоришь?
– Стражи. Они не дают мне вернуться к кристаллу. Он зовёт меня, но как только я пытаюсь приблизиться, эти существа нападают на меня, – сказала девушка.
– Я помогу тебе. Ты мне веришь?
– Да, но это бесполезно, понимаешь? Я борюсь с ними очень долго.
– Ничего не бессмысленно. Это твой сон. Твоя ловушка сознания. Дай мне руку, и я вытащу тебя отсюда, – пытался поторопить её, ведь скала продолжала осыпаться.
Аделина взволнованно посмотрела на Октября, и покачала головой.
– Нет. Этот песок заберёт тебя сразу же, как только ты попытаешься мне помочь. Он их тоже забрал, когда они пытались вытащить меня, – грустно сказала Лина.
– Кого их?
– Детей, которых я встретила в нижнем мире. Они пытались вывести меня отсюда, но ничего не вышло. Песок их забрал.
– Меня не заберёт. Верь мне. Ну же, давай, – внушал он ей, и она после недолгой паузы, всё же согласилась.
Протянув ему свою руку навстречу, девушка почувствовала, как под ногами начинает исчезать опора. Песочная скала пошла на обвал. Октябрь успел схватить её руку, сам едва не свалившись за ней.
– Держись, сейчас я тебя вытащу, – радостно сказал он.
– Я же говорила, что просто не будет.
– Если бы ты знала, что мы чуть с ума не сошли, когда тебя принёс Гелиодор, – подхватив её на руки, сказал Октябрь, не в силах скрыть свою радость.
– Гелиодор? – удивилась она.
– Ты вернулась физически, но застряла ментально из-за напитка возвращения.
– Вот оно что. А я уже подумала, что это какое-то новое испытание. А как ты нашёл меня? Как попал сюда?
– Очнёшься, потом расскажу. А сейчас держись крепче.
– Это не честно.
– Я тебе обещаю, как только мы выйдем отсюда, ты получишь ответы на все вопросы.
– Спасибо, что не оставил меня, – вжавшись в его шею, прошептала она, и в груди у Октября расцвел горячий цветок. Он готов был лететь, но преодолевать препятствия придется физически. Инверсия подсознания светоча в связке с нижним миром, сотворили странное дело, с каким ещё ему не доводилось сталкиваться.
Путь назад оказался легче. Волки куда-то исчезли. Возможно, сознание светоча так работало, когда ощущало защиту. Преодолев песчаную бурю, под лучами кристалла блестел портал в реальный мир. Осталось совсем немного. Но резко раздался оглушающий грохот. Обернувшись назад, Октябрь увидел, что несущиеся на них стражи, ломают твердь под ногами. Она рушится, оставляя за собой пропасть.
Он крепче обхватил девушку и начал бежать к порталу. Обвал земли ощущался так сильно, что буквально кусал пятки.
– Они нас не отпустят, – с ужасом прошептала Лина, крепче обнимая шею Октября.
– Плевать на них. У нас всё получится. Верь мне, милая! – сказал он, и успел преодолеть грань портала до того, как обвалилась земля. Секунда в секунду.
***
Очнувшись на поляне, Октябрь потёр виски, оглянувшись по сторонам. Вокруг них все стояли в ожидании. На лицах было написано такое напряжение, что вот-вот и они взорвутся.
Взглянув на Лину, увидел, что она всё так же лежит не пробудившись.
– Что произошло? Тебя отшвырнуло от неё во время поцелуя, – первым спросил его Гелиодор.
– Я был в её сознании. Я же успел её спасти. Мы вместе были, так почему она не очнулась, – тревожно глядя на спящую девушку, сказал Октябрь.
– Ты точно успел? – наседал на него Гелиодор.
– Я держал её в своих руках. Мы вместе вошли в портал, – ответил Октябрь.
– Значит, нужно ждать. Пробуждение не всегда как в сказке, – вздохнул Гелиодор, взглянув на Шахмаран, что не меньше других волновалась за светоча.
– Ой, кажется, она просыпается, – быстро проговорила царица змей, приложив руки к щекам от волнения.
Все уставились на девушку в жутком ожидании, а Сириус так вообще, буквально прилип к ней, приобняв крылом. Сердце Октября выбивало бешенный ритм от ожидания, словно в душе несётся табун диких лошадей.
Девушка медленно открыла глаза, фокусируя взгляд на окруживших лицах, что сейчас глядели на неё во все глаза, а потом перевела взгляд на Октября.
– Привет, – тихо сказал он, еле сдерживая эмоции, что фейерверком взрывались внутри него.
– Получилось, – едва не визжа от восторга, захлопала в ладоши Шахмаран.
– Как я оказалась здесь? – слабо поднявшись на локти, девушка потерла лоб, будто пыталась вспомнить что-то важное. – Я же… волки, разлом… ничего не понимаю, – она покачала головой.
– Ты ничего не помнишь? – спросил Гелиодор, изогнув бровь.
– Ах! – светоч приложила руки к губам, и удивлённо на всех посмотрела. Октябрь плавился от ожидания. – Я не знаю, как это объяснить, но… кристалл, он во мне! – её глаза вспыхнули ярким светом.
– Мы знаем, светоч. Твой подвиг очень ценен. А, больше ты ничего не помнишь? – вкрадчиво спросила Шахмаран, и тут же заметила, как серьёзно на неё посмотрел Октябрь.
– Нет, – встав спиной к Октябрю, покачала головой Аделина. – Помню только каменные волчьи морды, – она пожала плечами. Взгляд Октября потух.
Он плавно поднялся, сделав шаг назад, под удивленный взгляд Апреля. Встав в ряд к братьям, пытался унять в себе буйство вспыхнувших чувств.
Она не помнит. Так даже лучше. Так правильно, – пронеслось в мыслях Октября.
– Почему ты ей не сказал? – шёпотом спросил Апрель у Октября.
– Так нужно, брат. Так лучше для неё.
– Не понимаю я тебя. Как так можно? Поцелуй же сработал, – донимал его Апрель.
– Всему своё время, брат. Моё пока не наступило, – глядя со стороны на милую сердцу девушку, прошептал он.
Апрель глядел то на него, то на светоча, и качал головой. Ему казалось, что это так несправедливо! Но, лезть в чужие отношения не собирался.
– Гелиодор, а ты как оказался здесь? – удивлённо глядя на высокого мужчину, спросила Лина.
– Длинная история, – он поправил ус, сверкнув глазами. – Думаю, мы обсудим её за вкусным ужином. Иначе твой желудок будет звучать громче моего рассказа, – улыбнулся он.
– Ох, я только за! – немного смутившись, ответила девушка обняв себя руками за живот, который громко заурчал от голода.
– Седлайте леберов, мы отправляемся в Игмеральд! Светочу нужно отдохнуть по-человечески после таких испытаний. Горячая ванна, вкусная еда и теплая постель, должны повысить твой жизненный тонус, – приложив руку к её лбу, сказал он. – Вижу, что ты очень устала, красавица. Даже не спорь со мной.
Аделина не привыкла, что о ней заботятся, и хотела сказать, что это лишнее, и она вполне может двигаться дальше. Но, настойчивый взгляд Гелиодора, было невозможно игнорировать.
А ведь, отдых сейчас бы не помешал, – подумала она, заметив на себе пристальный взгляд Октября, но тот сразу же его спрятал.
– Тут кое-кто до ужаса переживал за тебя, – усмехнулся Гелиодор, и Октябрь взволнованно посмотрел на него из толпы.
– Сириус, настало твоё время! – расхохотался Гелиодор, и лебер громко заржал, хлопая крыльями, радостно лизнув щеку Лины, потершись бархатной мордочкой об неё.
– Ох, – расхохоталась Лина, гладя своего верного друга. – Я тоже по тебе скучала!
– Ну что? Пора в путь! Нечего время терять, – скомандовал Гелиодор.
Глава 34
Мы подлетали к светящемуся изумрудным цветом городу. От его волшебного сияния, у меня перехватило дух. Город даже издалека казался огромным. Он раскинулся между величественными горами, что как крепость окружали его со всех сторон.
Перед величавым градом Игмеральд, раскинулись сочные луга и пышные деревья. Я уже отсюда ощущала, какой чудесный аромат жизни они источают. В центре городища, стоял высокий дворец. Его высокие вычурные башни украшали мерцающие драгоценные камни. Они буквально гипнотизировали своей красотой, что я непроизвольно открыла рот, засмотревшись на них.
– Нравится? – спросил Гелиодор, вырвав меня из задумчивости.
У меня всё никак не укладывалось в голове, как тут может быть что-то красивое и настолько живое. Ведь мне говорили перед путешествием, что тут всё плохо, что Орголиус всё уничтожил. Как-то странно.
– Очень красиво, – ответила я.
– Это моя родина, – с гордостью ответил Гелиодор, когда мы приземлились на поляну с сочной травой, усыпанной светлячками.
Леберы довольно заржали.
– Угощайтесь крылатые! Такого деликатеса вы нигде не встретите, – рассмеялся Гелиодор, а леберы, причмокивая губами, высасывали тех самых светлячков.
– Скажи мне, почему здесь так красиво? – спрыгнув с лебера, спросила я.
– А как должно быть? – изогнул бровь Гелиодор.
– Не знаю, но это не похоже на Мрачные земли, – пожала я плечами.
– Раньше здесь было гораздо красивее, волшебнее и ярче, – вздохнул он. – Но даже в тёмные времена, это место сияет.
– А где Июль? – заметив, что не видела его, когда я очнулась.
Братья-месяцы напряжённо переглянулись между собой, и уставились на Гелиодора.
– Он нас покинул, – ответил тот.
– Это как? Что с ним?
– Не переживай, он жив, – заметив мою нешуточную тревогу, заверил Гелиодор. – Июль принял решение нас временно покинуть.
– Почему? – недоумевая, спросила я.
– Давай обсудим это позже, ведь это серьезный разговор, – пристально глядя мне в глаза, ответил он.
– Вы снова что-то не поделили, да? – обернувшись к Октябрю, спросила я.
Брюнет сверкнул янтарными глазами, а в них такой коктейль эмоций вихрем пролетел. Всё и сразу, боль и радость, печаль и надежда, что я непроизвольно напряглась. Но сильнее всего в них виднелась вина. Значит, я права. Они что-то натворили, пока меня не было.
– Это из-за меня, да? – всё же выдавила вслух из себя догадку, и мой живот громко подтвердил волнение, завыв нечеловеческим звуком.
– Нет, – ответил Октябрь, а все остальные молча наблюдали за нами.
– Нет, ну кто на голодный желудок устраивает допросы? – вмешался Гелиодор, и подхватил меня под руку.
Зубы заговаривает. Что-то тут не так.
– Мне не терпится тебе здесь всё показать, ведь второго такого шанса может и не быть. А пока мы будем идти, я тебе немного освежу память, – заговорщики сказал он.
– Ладно, – не стала упираться на своём, хотя хотелось скорее понять, что тут случилось в моё отсутствие.
– Что ты помнишь из путешествия в нижний мир? – спросил он.
– Я там встретила маму. Она помогла мне выбраться из вод морока, – взволнованно ответила я, вспоминая её светлый образ.
– Интересно, – задумчиво приложил к губам палец, сказал Гелиодор.
– Это так странно, ведь я думала, что она должна быть в раю, – вздохнула я, ощущая, как защипало нос.
– Так и есть, моя милая. У светлых есть способность проникать сквозь грани миров. Она следила за тобой, чтобы подать руку помощи в нужный момент. Но, долго находиться в таких местах они не могут, иначе их может затянуть, и они забудут о своём предназначении, – ответил Гелиодор, поглаживая мою руку.
– Предназначении? – шмыгнув носом, подняла на него глаза.
– Да, именно предназначение. Они получают его сразу же после перехода в иной мир из человеческого. Такой шанс достаётся не всем, а только самым лучшим. Способность проникать сквозь грани миров, имеют только светлые и, по-видимому, твоя мама задержалась в дверях. Она не решается переступить порог предназначения, пока не будет спокойна о твоей судьбе.
– Получается, я держу её? Лишаю будущего? – вот теперь мне было трудно сдержать слёзы.
– Нет, – просто ответил он, глядя вперёд. – Невозможно удержать сущность, душу или человека, если он сам того не желает. Перед нами всегда стоит выбор, и мы делаем его, даже если кажется, что он не верный, внутри мы знаем истинную правду, которой следуем. Если она так решила, значит, на то были тысячи причин, хотя порой достаточно и одной, – повернувшись ко мне лицом, он подмигнул бровями.
– А какое может быть предназначение? – продолжила я, желая узнать как можно больше информации о жизни после смерти.
– Ну, оно у всех индивидуальное. Чаще всего, душа получает шанс вернуться на землю и прожить новую жизнь. Кто-то остаётся в эфире, работает с энергиями, что не подвластны, таким как мы, – он указал на себя. – Новая жизнь души, это всегда испытание. Но, внутренний компас всегда указывает верный путь. Возможно, ты даже когда-нибудь встретишься со своей мамой, даже не подозревая, что это она. Почувствуешь родственную душу, не в силах объяснить самой себе это странное притяжение, от которого светлеет внутри.
– Это называется реинкарнация, – вздохнула я.
– Жизнь души бесконечна, пока она сама себя не начнёт разрушать. Я знаю нескольких людей, которые возвращаются на землю на протяжении нескольких тысяч лет. Интересно наблюдать за их трансформацией, за тем, как они используют накопленный опыт прошлых жизней. Ведь в новой жизни они не помнят о нём, а только чувствуют на уровне подсознания. Вы называете это интуицией, талантом, везением, но на самом деле, это опыт прошлых жизней.
– Кто же ты, Гелиодор? – задумчиво посмотрев на него, спросила я.
– А говоришь, что всё помнишь, – усмехнулся он, сверкнув желто-зелеными глазами. – Лучше ответь мне, почему не использовала мой дар?
– Ну, как же не использовала, – хмыкнула я, посмотрев на свои руки. – Очень даже использовала, вон, например, чудище лесное отогнала.
– Ну, да, – вновь усмехнулся он. – Морфоксы так визжали, что я едва не оглох, – скривился Гелиодор. – Ты ведь могла легко отбиться от него и при необходимости открыть портал. Я же говорил тебе накануне отправления в Мрачные земли об огненной магии, а ты всё забыла.
– Не забыла я ничегошеньки. Просто не понимаю, как правильно использовать её, – пожала плечами я. – Несколько раз до этого пыталась, и ничего не вышло, только в том лесу от страха получилось выпустить красную магию.
– От страха… – он покачал головой, – ты не должна бояться, моя дорогая. Ты здесь самая сильная.
– Подождите, а как вы с морфоксами оказались в нижнем мире? – до меня дошёл смысл его ответа, где он сказал про то, что чуть не оглох от их писка.
– Отвечу честно, что следил за тобой. А вот, что они там делали, понятия не имею. Эти существа шатаются везде, где им вздумается.
– Они такими страшными могут становиться, что никогда бы не признала в них маленьких пушистиков, – вспоминая волосатые зубастые шары, сказала я, и поймала заинтересованный взгляд Гелиодора.
– Тебя ждёт много неожиданностей, и ты должна быть готова их принять. Главное, оставаться сильной и не позволять сущностям отбирать твою энергию. Твой страх открывает им возможности. Поэтому я и появился сейчас, чтобы ты не иссякла.
– Почему ты так не любишь морфоксов? – решила спросить, пока мы так душевно ведём беседу. Меня изначально мучал этот вопрос.
– Х-м. Я не имею к ним отрицательных эмоций, но и на положительные перед ними не богат. Эти существа не признают меня, творят, что им вздумается, не считаясь с последствиями. А я люблю правила. А они не любят. Мы с ними немного похожи только в одном, что независимы, но в остальном абсолютно разные. Морфоксы по своей природе самые жуткие эгоисты. Но, всё же я удивлён их привязанностью к тебе, ведь они пришли на помощь, – улыбнулся он.
– Да, они так напали на то чудище, – вспоминала я. – Кстати, а что это было?
– Это злой король, проклятый матерями девиц, которых он отнимал из семей. Однажды, он заключил сделку с черным магом, который наделил его силой перевоплощения, чтобы тот мог наведываться в селения, но не учел, один момент.
– Какой?
– Всё чёрное вылезет боком. Колдун обманул его, и сам занял престол, наслав на обнаглевшего глупца сотни проклятий матерей.
– В кого же он перевоплощался, если и так был королём? Зачем?
– Он принимал облик возлюбленных мужей, и заманивал девиц в лесную чащу, а там похищал их во дворец. Хотел скрыть свои деяния, потому что опасался гнева людского. Но, когда люди прознали про тот лес, выследили его и утопили в болоте. А матери прокляли его. Поэтому, когда ты попала в заколдованную лесную чащу, то он и воспользовался твоими чувствами. Примерил на себя образ, что лежит у тебя на сердце. Хотел использовать его, чтобы заманить в ловушку, и у него это почти получилось. Я не имею права вмешиваться, но уже был готов на это, – сказал Гелиодор.
Неужели так явно, что у меня на сердце? Я сама-то ещё толком не знаю что чувствую, а кто-то уже это использует это против меня.
– Поэтому и накрыли куполом это место. Даже в нижнем мире, никто не желает соприкасаться с мерзкой сущностью, – Гелиодор вновь скривился.
– А морфоксы его прогрызли, – задумчиво подметила я.
– Они что угодно прогрызть могут. Им лишь бы творить что-нибудь, – фыркнул он.
– Я помню, что деревья там были странные, и будто чувствовала, что им больно, они плачут. И сферы были разноцветные, – продолжила я рассказ о своих воспоминаниях. Они действительно, стали какими-то странными, как сон.
– Конечно, им больно. А кто захочет быть наказанным без вины? Этот лес больше не существует в людском мире. Он заперт. И деревья вместе с ним. Теперь у них другая миссия, быть клеткой этому чудовищу, лабиринтом, из которого никогда не выбраться. Ну, а сферы, это, к сожалению, оставшиеся души девиц, что не смогли уйти. Они привязаны к этому месту, ведь потеряли там своих любимых, – грустно вздохнул Гелиодор. – Но ты не печалься. Однажды они покинут то место. Всему своё время.
Получается, сферы, то есть души, хотели помочь мне. Увести от чудища.
– Про волков каменных, что скажешь? – спросила я.
– Это стражи нижнего мира. Любимцы властелина Пекла. Их лучше не будить.
– Это я уже поняла. А ещё там были Выгода, Корысть и Авантаж. Мать и дети, которых я спасала.
– Тебе несказанно повезло, что она просто ушла. Я ждал, что она что-нибудь выкинет, и готов вмешаться, но, всё решилось в твою пользу.
– А что могло быть?
– Ну, это же Выгода, – с усмешкой ответил он, посмотрев на меня как на глупую. – Думаешь, что ей ничего от тебя не нужно было? Я сомневаюсь, будь другая ситуация, что она бы не отняла что-нибудь у тебя.
– А что с меня можно взять? – удивилась я.
– Много чего. Силу, голос, зрение, слух, мысли, любовь… продолжать?
– Не надо. Я поняла, – тихо ответила я. – И дети её такие же?
– И дети. У каждого своё предназначение, – согласно кивнул он.
– Они такими милыми мне показались, – мне стало грустно, что у них судьба быть представителями такого рода.
– Так и есть, – кивнул он. – Когда вырастут, изменятся.
– Как Орголиус? – спросила я, и глаза Гелиодора вспыхнули недовольством.
– Можно и так сказать. До сих пор доподлинно не известно, какое у него предназначение, – неохотно ответил он, будто для него это был неприятный вопрос.
– А мне кажется, что ты знаешь больше, чем говоришь, – воспроизвела вслух свои мысли, и по его глазам, готова поклясться, что была права.
– Всему своё время, моя дорогая. Наступит время, и ты сама всё узнаешь, – загадочно сказал он, что у меня пересохло в горле.
– Может ты мне всё же расскажешь, что тут произошло, и почему Июль ушёл? – оглянувшись назад на следующих за нами братьев-месяцев, тихо спросила я.
– Какая ты нетерпеливая, – он цокнул языком и многозначительно посмотрел на меня.
– И так? – я настойчиво взглянула на него.
– Ты неправильно приняла волшебный напиток возвращения, моя дорогая.
– Но я же здесь, – смекнула я.
– Не без помощи других, – ответил он.
– Я тебе очень благодарна за спасение, – искренне сказала я. Ведь и вправду, даже не поблагодарила за помощь. Но Гелиодор прищурился и как-то странно усмехнулся.
– Это не моё дело, но раз ты так хочешь ответов, то получишь их, – вкрадчиво сказал он. – Вытащить-то я тебя вытащил, но разбудить тебя мне не под силу, потому что не люблю.
– Ох, – стало как-то не по себе от его ответа. Это прозвучало даже как-то обидно, хоть я и не рассчитывала ни на что с его стороны от слова совсем. Дурацкая ситуация.
– О, ты не правильно поняла, – рассмеялся он.
– Уж поясни, а то, как-то неловко, – пожала плечами я, глядя себе под ноги.
– Твой сон мог нарушить только поцелуй любви. Если бы тебя не разбудили, то с каждым мгновением, ты погружалась бы всё глубже в забвение. От такого сна вообще сложно пробудить, и других рецептов, кроме как любовь, не существует, – ответил он.
– И кто мой спаситель? – хрипло спросила я, чувствуя, как горят щёки.
