Текст книги "Предатель. Я к тебе не вернусь! (СИ)"
Автор книги: Кира Вербицкая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)
48 глава
К большому сожалению, посидеть дома и поесть вкусного мяса от мамы меня не отпускают! Целый месяц я лежу в больнице на капельницах и кучи других лекарств и готова уже на стену лезть.
Елена травила меня каждый чёртов день с нашего знакомства и до момента, пока я не начала забывать принимать кучу баночек от неё.
Нормальные врачи очень удивились, что последний, четвёртый эмбрион вообще прижился, несмотря на то, что анализы у меня очень плохие для здорового вынашивания…
Но стали бороться с этим сразу, чтобы я и нашего с Маратом ребёнка не потеряла до родов и родить смогла спокойно, безопасно для себя.
Пролила слёз я много, узнав истинное состояние своего тела и хоть мне пообещали, что всё обратимо, я не выдержала и записалась к психологу.
Тяжело было довериться новому человеку, но я постаралась, стоило убедиться, что она точно никогда не была знакома ни с моей семьёй, ни с Маратом и его…
В этом мне помог Громов, правда пришлось заплатить номером Арины, но он обещал, что сильно доставать её не будет. Надеюсь, это правда…
– Я с хорошими новостями! – дверь палаты открывается и в неё заходит Марат, которого я уже час жду с каких-то важных дел.
Он… всё ещё мой муж. И почти всё время рядом, заботится обо мне и внимательно следит, чтобы теперь никакой врач не делал ничего странного, но с момента, как он спас меня, мы не обсуждали наши отношения и что нас ждёт дальше…
Голова у обоих была занята другим… Но может… сейчас самое время это решить?
За этот месяц я уже поняла, что…
– Что это там у тебя? – все мысли вылетают из головы, когда я вижу, что у него в руках какая-то тканевая сумочка.
Похожая на такую, какие мама использует вместо пакетов. И из неё невероятно вкусно пахнет…
Одну неделю я вообще питалась жидким супами и кашей, это был ад. Потом питание стало лучше, но всё равно какое-то… невозможно больничное.
– Валентина Николаевна просила передать, я как шпион пронёс, мимо вредной врачихи, тут борщ ещё тёплый, чёрный хлеб и немного сала. – Марат точно понимает, что именно по этому я невозможно скучаю.
Стоит услышать про борщ и сало, как у меня аж глаза загораются, я сама это чувствую и мигом сажусь на постели в ожидании еды. Тут есть складной поднос, я раскладываю его и ставлю перед собой на кровати.
Так хочется маминой еды! Она самая вкусная. Особенно её наваристый, такой густой, что аж ложка стоит, борщ. И домашнее, нежное, вкусное сало с мясными прослойками… ммм!
Она покупает мясо с салом у соседки в деревне, у который такие хорошие свинюхи и засаливает его так, что пальчики оближешь! Ещё и со свежим, ароматным, чёрным хлебом…
Марат вытаскивает уже нарезанный хлеб и сало в разных пакетиках и только потом контейнер с борщом. Всё это оказывается на моём подносе. Последним я получаю ложку и тут же налетаю на еду.
Краем уха слышу, как муж двигает ко мне стул и садится рядом. Нам нужно поговорить… но я просто не могу, такая голодная до вкусной еды!
Мама думает, что я на сохранении, без подробностей. Не хотела её пугать. Но первые две недели мы вообще не виделись из-за синяков на моём лице и она уже сходила с ума, донимала врачей, всё ли со мной нормально и вечно была недовольна, что они молчат. Даже скандалила.
Дошло до того, что они потребовали не приходить ей, раз она нарушает покой, мама обиделась и видится со мной лишь по видео-звонкам, чтобы не нервировать ни себя, ни врачей. Живёт сейчас в городе, Марат внезапно купил ей квартиру здесь, чтобы она могла хозяйничать спокойно и вот она уже начинает подкармливать меня. Так вкусно!
– Так вот, хорошая новость то… – начинает спокойно Марат, пока я жую сало с хлебом.
– А што, ты не пфо суп? – мой рот полон еды, но я набираю ещё борща в ложку. Достаточно хорошая новость от мамы!
– Семейку Комаровых посадили вчера. – серьёзно заканчивает Марат.
А я аж с полной ложкой борща застываю у рта. Уже знаю, что Анжела это та самая Катя Комарова из школы и никакая другая, что она долго на меня зуб точила и стоило узнать, что я пришла к её матери за ЭКО, сразу уговорила её устроить весь этот ад.
Но я не знала, что с всей их семьёй происходило целый месяц. Стоило врачу сказать, что мне нельзя волноваться по этому поводу, что такой эмоциональный шок от одного воспоминания может расшатать так, что мало не покажется, так Марат и намёка перестал давать, что именно там с ними.
– …Правда? – ложка начинает дрожать, я опускаю её обратно в контейнер. Глаза наполняются слезами.
Первую неделю мне снились кошмары, каждую ночь, Марат даже ночевал рядом на стуле в палате, чтобы тут же обнять, если я начинала плакать во сне.
Его нежный шёпот успокаивал меня. Он обещал, что скоро они получат своё наказание, но я боялась, что всё это затянется… оказалось нет.
Они действительно отправились за решётку? Все? Правда?
– Так быстро? – тихо бормочу, всё ещё не веря, слеза срывается по щеке до самого подбородка.
Марат тут же вскакивает со стула и убирает поднос на тумбу, а затем обнимает меня, крепко крепко, как после кошмаров.
Я отвечаю на эти объятия. Они мне необходимы.
– Я подсуетился, чтобы как можно быстрее прошёл суд и был вынесен срок каждому. Такие люди не должны больше ни дня на свободе быть. – ненадолго Марат замолкает, но затем бормочет едва слышно, – Там у каждого нашлись грешки не только по нашей семье. Даже у Катьки, она никогда честно не работала, мошенница.
Марат не хочет это обсуждать. Я знаю, что он винит себя. Даже сейчас слышу это по голосу и уверена, что он ненадолго прикрывает глаза, просто чтобы прийти в себя от наваждения…
Наваждения, где он видит меня без сознания на полу и сперва думает, что опоздал.
Я слышала, как в один из дней он говорил с отцом по телефону об этом. Думал, я сплю и тихо отвечал. Но я услышала.
То, как он до сих пор винит себя во всём. От измены, до того, на что он вообще повлиять не мог.
Слышала, как его голос дрожал, что совершенно ему не свойственно. Слышала, как он делился с отцом, что не может спать, если не уверен, что со мной всё хорошо. Не может есть, если знает, что я ещё не поела или мне грустно. Не может работать, даже попросил помощи у отца, лишь бы быть рядом.
Он никогда такого не делал, но теперь почти всегда спит на стуле рядом или сразу приезжает рано утром и выглядит, словно и не спал. Он не ездит на встречи, пытается работать через телефон или ноутбук, но его голова уже просто не варит.
Он не может ни на чём сконцентрироваться, кроме того, чтобы я была в порядке.
Уверена, если мы расстанемся, он действительно будет разрушен. Он не врал. Любит меня и не думает о других.
– И какой срок им дали?… – вырываю Марата из мыслей и потираюсь щекой об его плечо. Глажу ладонями по широкой спине.
Месяц назад, до нападения, я бы оттолкнула его. Но сейчас я не могу представить, что он не будет проводить со мной день.
– Степану и Елене по двадцать. Там всплыло много дел, связанных с её клиникой и другими пациентами, он как её сообщник. А Катьке… только пятнадцать, это максимальный возможный для неё. Но клянусь… – Марат отстраняется и мы встречаемся взглядами. Его тёмный, как крепкий кофе и мой в отражении, нежно-карий, как сладкий, молочный шоколад.
Он берёт меня за ладонь, сжимает её ласково и подносит к своим сухим и горячим губам, целует нежно и шепчет:
– Клянусь, ты больше никогда не увидишь её. Когда она выйдет, если выйдет, на свободу, ей придётся переехать отсюда. Навсегда. Мои люди проследят за этим хорошо. И за тем, чтобы ты никогда больше не столкнулась с опасностью, уже я лично прослежу.
Я молчу. Смотрю на Марата и понимаю, что мы давно не целовались, что я… хочу этого.
Его глаза… теперь я вижу в них только любовь. Его поступки… в них тоже теперь лишь любовь.
Ощущение, что между нами всё снова так же, как это было раньше. Полная гармония в отношениях, мы рядом, нам хорошо друг с другом, мы ждём ребёнка…
Но гарантии, что так хорошо будет всегда, всё ещё нет. Ведь и раньше казалось, что всё нормально, а на самом деле нет.
Готова ли я меняться вместе с ним и строить счастливую жизнь заново? За этот месяц я уже решила, но при этом сейчас снова задаюсь этим вопросом…
Значит ли это, что я не готова?
– А ребёнок? У неё в животе после ЭКО с твоим материалом правда был ребёнок… – мой голос немного хрипнет.
Об этом я тоже ничего не знаю, стоило оказаться в больнице…
– После аварии у неё пошли осложнения и она потеряла ребёнка. – не слышу, чтобы Марат жалел её.
По итогу, несмотря на все безумные старания, Анжеле-Кате не досталось ничего, кроме одного вечера с грязной работой ртом…
– Понятно…
Дальше всматриваюсь в глаза мужа. В них отражаюсь только я и больше никто. Он крепче сжимает мои ладошки, не хочет их отпускать.
Не хочет меня отпускать, но явно опасается, что если заведёт речь о отношениях, я скажу, что всё на самом деле кончено.
Но сама я уже не чувствую, что кончено…
Нет. Сейчас словно… снова начинается.
Каждый день мы либо обнимаемся, либо держимся за руки. Он смотрит со мной любые фильмы, даже романтические мелодрамы, хотя раньше терпеть их не мог. Читает мне книги, забавно меняя голос на разных персонажах. Гуляет со мной по этажу, иногда выходит со мной на улицу, но много мне не разрешают.
Мы играем в карты или в игры на телефоне. Он пытается развеселить меня шутками и сам громче смеётся, если я хрюкаю иногда при смехе. Гладит мой совсем небольшой ещё живот и уже разговаривает с ним перед сном.
Это как новое начало отношений. Мы словно заново знакомимся и он даже не позволяет себе лишнего.
Он спас меня и я понимаю, что… люблю его.
Понимаю, что не хочу быть без него…
Чёрт.
Так хочется рискнуть…
И я рискую.
– Уже хочу поскорее выписаться из больницы и съездить отдохнуть со своим мужем куда-нибудь, в прошлый раз он не смог и вообще, мы как-то отдалились друг от друга. Нам определённо нужен шанс… побыть только вдвоём под пальмами, у моря и на закате. Ты же передашь ему, что нужно купить билеты? – бормочу быстро и закусываю губу.
Возможно, это как-то глупо прозвучало, но я не придумала ничего лучше…
И вижу, как глаза Марата расширяются, становясь похожими на две монеты.
Хочу прокомментировать это, но он вдруг хватает меня за щёки и нагло целует!
Сминает губы своими с таким напором, что я моментально сдаюсь. Он крепко обнимает меня, а я его…
Мои щёки моментально вспыхивают, а горячий жар опускается вниз живота. Я так сильно соскучилась по своему мужу…
Я готова рискнуть. Измена это серьёзно, очень, но…
Я чувствую, что он осознал. Чувствую, что правда меня любит, ошибся, но исправляется и готов всю жизнь становится снова лучшим для меня, лишь бы я осталась с ним.
И я хочу остаться с ним. Хочу дать ему шанс.
И хочу тоже измениться в лучшую сторону, учесть все ошибки и жить счастливо.
Сама отвечаю на поцелуй, его борода колет меня, но даже это чувство такое родное…
Я ведь всегда хотела, чтобы мы были семьёй. Двое нас и славные детки…
Скоро это станет реальностью. Я готова рискнуть, чтобы снова быть счастливой, когда все проблемы позади.
– Передам… обязательно передам, любовь моя… – шепчет он мне прямо в губы и снова целует.
Целует так, как давно не целовал. Невероятно.
Эпилог
– Как здорово! А какой срок? – Арина чуть ли на стуле не подпрыгивает от восторга.
У меня у самой улыбка с лица не пропадает, даже забываю про свой любимый чизкейк на столе, он стоит уже десять минут не тронутый.
– Четыре – шесть недель. Марат пока не знает! – улыбаюсь ещё шире.
Я так счастлива! Дать ему второй шанс было верным решением. За эти два с половиной года, как мы помирились после поездки на море, каждый день наполнен любовью и заботой.
Да, бывают дни, когда всё же Марат пропадает на работе, но это не сравнимо с тем, что было раньше. Сейчас он почти всегда находит возможность передать часть обязанностей генеральному директору или ещё кому, чтобы мы вместе с нашим сыночком Назаром погуляли и поиграли или сходили на ужин только вдвоём.
Он купил нам большой дом и новую машину не только себе, но и мне. Я сдала на права и привожу ему обед по возможности.
Мы проводим время вместе даже в его офисе, когда он просто ест, а я рассказываю о том, что делал сегодня Назар… или то, что делала я в своём цветочном магазине!
Он помог открыть мне свой небольшой бизнес и я уже зарабатываю сама. Ни в чём не нуждаюсь и так, но так приятно, что могу и сыну и мужу купить что-то со своих денег. С них же угостить подругу или маму, когда она приезжает в свою квартиру в городе.
Да, он мне помог с этим, но теперь расходы двух своих магазинчиков я оплачиваю сама и чистыми выходит довольно приятная сумма!
Почувствовав то, что я изменилась, стала гораздо более взрослой морально и намного более самостоятельной… я и решилась на вторую беременность.
Мы никогда не предохранялись особо ранее и сейчас тоже… но учитывая то, что было в прошлом, думала, что понадобится ЭКО и уже нужно поговорить с Маратом.
Но наступила задержка. И вот теперь я съездила к проверенному гинекологу и убедилась.
Никакого ЭКО больше не нужно!
– Когда планируешь говорить?? – Арина прям завелась вся! Нельзя сказать, что с Маратом она прям подружилась, они просто иногда спрашивают друг у друга, как дела, но… я вижу, что она счастлива за нас!
А ещё ей безумно нравится Назар, она его крестная и когда на выходных с учёбы, частенько приезжает с ним поиграть.
Назарчику очень нравится играть с Ариной, особенно сражаться динозаврами или делать из кубиков или конструктора с её помощью крутые постройки. Он в основном смотрит на эти крутые башни, но радуется так, словно сам уже может такие громадины строить!
Ему недавно исполнилось два годика, он очень активный. Моя радость.
– Хочу сегодня же, Марат уехал к родителям, они умоляли привезти Назара к ним погостить на вечер. Вот он приедет один вечером, а я его встречу вся такая красивая, с вкусным ужином и тестом на беременность!
– Крутяк! Надень то платье серебристое, которое недавно купила! Он с ума сойдёт!
– Да, точно. Я его и хотела!
Мы хихикаем просто от восторга, но затем Арине приходит сообщение, она его читает и становится такой мрачной, что я даже чашку с чаем до губ не доношу.
– Что такое? – спрашиваю я взволнованно, но Арина молчит, заново перечитывая сообщение, ещё и ещё, – Арин?
– Я… тут отец… господи, он что, серьёзно? – едва слышно она бормочет, её глаза сразу тухнут, хотя всего секунду назад горели ярким огоньком жизни.
– Эй?…
Арина переводит взгляд с телефона на меня и заторможенно, неловко бубнит.
– Да нет, ничего… извини, тут отец, эм… в общем, мне надо к себе в коттедж ехать. Расскажешь завтра, как прошло у вас всё?
– Да, конечно… всё хорошо?
– Да…
Вижу, что что-то совсем не хорошо, но, наверное, Арина не хочет, чтобы я волновалась. Либо просто пока не готова делиться тем, что там снова её отец выдал…
Мы немного неловко прощаемся, обнимаемся и я остаюсь одна. Допиваю чай с чизкейком, перевожу дух и выхожу из кафе.
До дома еду быстро, уже прикидывая, что буду готовить, какую сделать причёску и макияж.
Но стоит оказаться за дверью нашего дома, как я едва не запинаюсь об обувь Марата!
Его вредная привычка никуда не делать и… он дома? Уже?…
Но ведь совсем не вечер…
Только я снимаю обувь, как внезапно слышу топот маленьких ножек.
Поднимаю взгляд со своих ног и встречаюсь взглядом с Назарчиком. Он не у дедушки с бабушкой!
– …Солнышко?
Назар хмурит бровки как обычно, когда я называю его как-то мило и прижимает пухлый пальчик к своим губам.
– Тиха! – уверенно требует моё маленькое счастье, разворачивается и топает из коридора.
Он хочет, чтобы я не шумела? Аккуратно следую за сынишкой по коридору, он ведёт меня в гостиную.
Что же там такое?…
Он останавливается в проходе, а я лишь аккуратнее заглядываю внутрь и вижу…
По гостиной разбросаны шарики и немного конфетти с лепестками красных роз, так же куча ненадутых шаров лежат на диване, дуделки там же, пышный букет белых роз, какая-то коробочка с бантиком и, конечно же, Марат в центре комнаты.
Он сидит на ковре и выводит на какой-то большой, кажется картонной, табличке какие-то слова, не вижу, что именно, но он так сконцентрирован, так старается, медленно ведёт фломастером, не хочет испортить.
Он хочет устроить мне сюрприз?… Это так очаровательно выглядит, то, как он хмурится и всматривается в то, что написал, словно он важный документ заполняет.
Такой сурово-милый, что прям щёки от улыбки горят. Хочу скрыться, будто меня и не было! Спрятаться за дверью на улице и подождать, когда он, например, позвонит, закончив украшать весь дом.
Но Назарчик внезапно как заверещит!
– Мама! Мама! Мама!
Я аж вздрагиваю, как и Марат, словно его поймали с поличным за преступлением!
Наши испуганные взгляды сталкиваются. А Назарчик продолжает, ещё и пальцем указывает, что я пришла! Вот же жопка!
– Эй, ты чего так рано?! – Марат аж вскакивает с пола и пытается руками всё закрыть, вот только даже то, что он больше и выше меня раза в два, не даёт ему возможность скрыть целую гостиную своим телом.
Внезапно, это вызывает у меня смех и Назар тоже смеётся вместе со мной, хватая меня за край юбки своей маленькой ручкой.
А вот Марат скрещивает руки на груди и вредно бубнит.
– Не смешно! Ещё ничего не готово! Я ещё хотел заказать твои любимые роллы и настроить проектор, чтобы мы как в кинотеатре все вместе посмотрели что-нибудь.
– А по какому поводу то? – улыбка с моих губ не сходит, я хватаю Назара на руки и он тут же принимается играть с моими волосами, пока я делаю шаг к мужу, – И это я вообще хотела сделать тебе сюрприз здесь! Обманщик, я думала, вы у родителей!
– А что, нужен повод? Во! – Марат внезапно хватает табличку с пола и показывает её мне, держа её двумя руками, – И я не обманщик, мы там чай попили!
Большими буквами на ней написано…
– Лучшая жена и мама каждый… наверное, день? Ты не дописал! – смеюсь я. Звучит немного странно, но так приятно!
Особенно от осознания, что Марату просто пришло это в голову и он сидел, сам делал эту табличку, пока меня не было.
Вырисовывал каждую букву чуть ли не с высунутым языком, даже пальцы измазал все в разных цветах фломастеров.
– Это потому что ты вдруг раньше пришла и… а что, ты тоже решила устроить сюрприз, да? – вспомнив о моих словах, Марат расплывается в довольной улыбке, как какой-то чеширский кот!
– Ну да, хотела, но теперь не видать тебе вкусной курочки из духовки, заказывай роллы! А нарядиться… я так уж и быть сделаю это, ведь у меня весомый повод… – пытаюсь быть загадочной, несмотря на то, что Назар жуёт мои волосы.
– Весомый? Интригуешь. – Марат опускает табличку и делает шаг ко мне, даже с перепачканными пальцами от фломастера и в домашних штанах и футболке он выглядит таким невероятным, что я просто засматриваюсь.
Наши лбы соприкасаются, мы смотрим друг другу в глаза и я лишь едва замечаю, как Марат пальцем выуживает из рта сына мои волосы.
– Колись давай. – требует он с усмешкой.
Но уже предполагая реакцию, я касаюсь ладонью его груди, прямо там, где бьётся горячее сердце моего мужа.
– Мне кажется, что скоро дома будет не только Назар бегать, но и… кто-то ползать мило, агукая на всё подряд. – с улыбкой шепчу я практически в самые губы мужа и чувствую…
То, как его дыхание сбивается, а сердце начинает биться быстрее.
– Ты серьёзно?… – у Марата аж голос хрипнет и глаза быстро бегают по моему лицу, осматривая каждый сантиметр.
– Да, я беременна.
Стоит мне это сказать, как больше я ничего не успеваю уже, всего секунда и наглец уже целует меня прямо с ребёнком на руках!
Я шлепаю его по плечу, но он лишь заграбастывает меня с сыном к себе а огромные лапищи!
– Боже, аккуратнее! – верещу я, но на самом деле полностью радостно. Едва сдерживаю улыбку и колочу его по плечу. А ему хоть бы хны!
– Назар, ты слышал?! У тебя скоро будет братик или сестричка! – Марат хватает с моих рук сына, кружит его в воздухе так, что он смеётся так заливисто и громко, а потом аккуратно опускает на мягкий ковёр и уже хватает меня!
Снова меня целует, так нежно, как самое драгоценное, и обнимает точно так же.
– Ты самое лучшее, что когда-либо случалось в моей жизни, Лера. Несмотря на всё что было, я безумно тебе благодарен, что ты дала мне второй шанс. – Марат едва ли не урчит мне на ухо, как огромный, большой тигр и целует меня в очередной раз, пока Назар решает, что табличка ему не нравится дизайном и начинает на ней топтаться.
Моё сердце трепещет. Любовь Марата словно обволакивает меня полностью. С самой головы до кончиков пальцев.
Не было ни одного дня, чтобы я жалела о том, что рискнула дать ему второй шанс.
Думала, что он предатель. Что я не вернусь к нему.
Но он больше не предатель. Я вернулась.
Потому что он понял ошибку. И сделал меня снова счастливой, ещё сильнее, чем когда-либо.
Теперь мы настоящая семья. Он не пропадает на работе и я не погружена лишь в свои мысли. Мы работаем на любимых работах, проводим время вместе, заботимся друг о друге, воспитываем нашего сына вместе.
И ждём второго малыша в нашу отныне крепкую и любящую семью. Теперь я уверена, что и дальше всё будет хорошо.
Ведь каждый из нас действительно изменился в лучшую сторону, как для других друга, так и для себя.
