Текст книги "Диагноз развод. Ты это заслужил (СИ)"

Автор книги: Кира Туманова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)

28. Когда желания совпадают

Всхлипываю, принимая из рук Андрея стакан с водой. Чай он тоже принёс, но предусмотрительно поставил его подальше от меня. Наверное, боится, что к двум четким багровым отпечаткам на щеках добавится ожог грудной клетки.

Стакан слегка цокает об зубы, когда я пью, но с каждым глотком я успокаиваюсь. Бросаю быстрый взгляд на Андрея поверх прозрачного стеклянного краешка – всегда спокойный и самоуверенный, сейчас он похож на сжатую пружину.

И смотрит так... Растеряно и виновато.

Не дав мне допить, пытается выхватить стакан из моих рук, но я не даю.

– Не бойся, метать в тебя не буду, – угрюмо буркаю.

Андрей скрещивает руки на груди и отходит к стенке.

– Хочешь, швыряйся стаканами, если это поможет. Я все объясню...

– Я вот думаю, – прерываю его и задумчиво кручу стакан в руках. – Почему я – ещё молодая, красивая женщина в самом расцвете сил... Образованная, умная, хозяйственная, ответственная... Просто кладезь достоинств, а не женщина. Встречаю на своём пути исключительно козлов? Вот скажи мне, как психолог! Я случайно встала на тропу, которой вы ходите к водопою или что, чёрт возьми, происходит?

Мой голос звенит от обиды.

– Лиля, произошло недоразумение. Давай попьём чай, поговорим. Я здесь и печенье видел.

– «Здесь»? – вскидываю на него глаза. – Это же не твоя квартира?

– Нет.

– И не мамина?

– Нет, – тупит взгляд. – Сестры... Она пока в больнице, в моей квартире сейчас оставаться опасно.

– А что из того, что ты мне рассказывал – правда?

– Почти ничего... Но, Лиля... Ты все не так поняла.

– Я? – возмущенно округляю глаза. – То есть ты умело вешал мне лапшу, пытаясь подобраться к моему мужу, уж не знаю зачем... Обзывал меня конченой идиоткой. Даже сайт специально сделал, не поленился. – Горько ухмыляюсь. – Неужели я могу дать такой ценный материал? Не знаю, гордится этим или обижаться.

– Я бы никогда не назвал тебя конченой идиоткой.

– Эта была какая-то другая несчастная, которая повелась на красивые отзывы твоего псевдо-сайта?

– Нет, – это была жена нашего журналиста, которая постирала вместе с джинсами загранпаспорт и пятьсот долларов, у него срывается командировка и мне нужно подыскивать замену.

– Вообще-то, это твой журналист – конченый идиот, потому что не освободил карманы и сам не постирал своё грязное барахло.

Сейчас от моего имени говорят все обиженные женщины мира, и мне становится искренне жаль неизвестную даму. Представляю, как ей досталось.

Допиваю воду и держу стакан, осматриваясь, куда бы его поставить. Ловлю внимательный взгляд на своей руке, наверное, со стороны выглядит, будто я раздумываю, как бы удачнее им прицелиться.

– Лиля, да какая разница! Плевать на них. – В два шага преодолевает разделяющее нас расстояние и выхватывает у меня стакан. С облегчением ставит его на столик.

Громко хмыкаю – всё-таки обезоружил. Андрей, прикрыв глаза рукой, падает рядом со мной на диван.

– Лиля, прости... – тихо начинает он. – Всё как-то так закрутилось, совпало, будто паззл сошёлся. Я не собирался выдавать себя за кого-то другого. Но да, я пригласил тебя зайти, когда понял, кто твой муж. А потом захотелось тебе помочь... Просто так, по-человечески. Ты была такая потерянная, несчастная. Да что там. – Машет рукой, – неловко вышло. Ты сама выдвигала предположения, я только поддакивал.

– То есть я виновата, как и та женщина, что постирала паспорт?

– Да, то есть нет... – потирает припухшую скулу и морщится. – Чёрт, да ты меня запутала совсем. Я хотел тебе всё рассказать, ещё там, в магазине. Но вызвали по работе. Потом в больнице тебя искал...

– А сайт?

– С сайтом старая история, он нужен был для достоверности. Журналистам нет доверия, часто приходится представляться кем-то другим. Как раз закончили его делать.

С удивлением смотрю на него. К моей обиде примешивается ещё и разочарование. То есть для него в порядке вещей вот так под чужой личиной вползать в жизнь других людей, рассматривать их под микроскопом и выносить грязное белье на потребу публике? И он даже вины за это не чувствует.

– Ну и подонок же ты... – шиплю ему в лицо. – Скольких ты обвёл вокруг пальца?

При этих словах Андрей подаётся вперёд и вглядывается в моё лицо. Его серые глаза темнеют от гнева.

– Ты считаешь, что я подонок, который ведёт нечестную игру? Так? – Я невольно отшатываюсь, испугавшись его вибрирующего и утробного тона. – Только люди, под которых я копаю, не спешат делиться информацией о том, кого они подставили, сколько украли или кого подкупили. И сейчас я даже не рискую возвращаться в свою квартиру, потому что товарищи твоего драгоценного муженька, воры и взяточники, испугавшись за свои не менее драгоценные задницы, готовы на всё, чтобы сохранить свои тёпленькие должности. Мог жить спокойно, как все, делая вид, что меня всё устраивает. Считаешь, не нужно было ворошить это осиное гнездо? – Его вопрос звучит отчаянно и цинично.

– Нет, не считаю, – голосок у меня выходит тоненьким и удивленным. Что это за писклявые интонации? Будто я впечатлилась его речью.

Он молчит, верхняя губа дергается от напряжения и вдруг мне становится его жаль. Наверное, он часто ведёт такие монологи с собой. Выбирает грань между тем, что может позволить его совесть и к чему призывает долг.

– Я считаю, каждый должен получать по заслугам, – глухо и устало говорит он. – Ещё ни одного честного человека я не подставил.

– Только меня! – Возмущенно вскрикиваю.

– Нет, я не подставлял тебя. Единственное, в чём виноват – в том, что надеялся, если не раздавить Семирадского твоими руками, то хотя бы потрепать ему нервы. Но тут наши желания совпадали.

– Каждый должен получать по заслугам, – повторяю его фразу.

– Да, – кивает. – Я решил, что будет неплохо, если Семирадскому придется терзаться ещё и от личных переживаний. И у нас бы всё получилось! Через пару недель он бы ползал перед тобой на коленях.

– Ты так думаешь? – Хищно усмехаюсь, представив такую картину.

– Конечно, посмотри на себя! – Невозмутимо поднимает бровь. – Больше нет несчастной женщины, тонущей в своем горе. Лиля, ты сказочно изменилась, а ведь прошла всего пара дней! Представляешь, какой можешь стать за неделю?

Я прислушиваюсь к себе и, действительно, не замечаю отчаяния. Злость, обиду – да. Но не липкую грязь на сердце, которая способна была травить меня много лет.

– Ладно, психолог... Давай познакомимся заново, – протягиваю ему руку. – Лилия Михайловна Перова, заведующая отделением пластической хирургии.

– Ого, какая передо мной важная птица, – улыбнувшись крепко пожимает мою ладонь, – Андрей Константинович Шереметьев. Я всего лишь тележурналист и ведущий авторской программы.

– Опять врёшь, наверное? – Скептично щурюсь.

– ...И немножко медиа менеджер и продюсер.

– Ладно, продюсер, тащи чай и печенье. – Шутливо отмахиваюсь от него. – И еще в морозилке посмотри, может быть найдёшь овощи или куриную ногу.

– Это ещё зачем?

– Надо приложить к щеке, чтобы синяка не осталось. У меня, оказывается, хороший удар правой.

29. Трепетная лань, значит!

– Лиля, у тебя взгляд, как у трепетной лани. Будем с этим работать! – Андрей на секунду отвлекается от дороги, чтобы одарить меня белозубой улыбочкой.

Мне нравится, как он ведёт свой внедорожник – дерзко, уверено. Но не нравится насмешка в голосе и этот ехидный взгляд.

– В смысле? – Удивленно приподнимаю бровь. – Что опять со мной не так?

– Вот... Именно сейчас ты так и смотришь. – Андрей хмыкает. – Запомни раз и навсегда – с тобой всё так! Только на лань шикнешь, она ускачет в лес. А для того, чтобы наш план сработал, ты должна излучать уверенность в себе. Причём в любой ситуации.

Фыркаю и отворачиваюсь в окно. Для меня это звучит маловразумительно и пафосно, как статус в соцсетях.

Про «план» он тоже выразился слишком громко. Мы не расписывали шаги, не просчитывали ничего наперед. Просто накануне договорились, что Андрей поможет сделать так, что Семирадский согласится на любые мои условия при разводе. Ну а я, в свою очередь, постараюсь раздобыть компромат на его товарищей.

Только сейчас я иррационально чувствую себя неуютно, будто предаю собственного мужа. Мало того, что еду куда-то с посторонним мужчиной, хотя ещё не развелась. Так ещё не могу отделаться от мерзкого ощущения, что Андрей меня использует в своих целях.

Я ему вряд ли интересна, чтобы возиться со мной, как с маленькой. А вот махинации Семирадского его очень даже привлекают.

– Андрей, – нервно потираю лоб, – я же... – Выдохнув продолжаю. – Помогая тебе, я же не предаю Игоря?

Даже через рукава рубашки вижу, как напрягаются мышцы его рук. Сузив глаза выворачивает руль и нервно обгоняет серебристую машинку. Нам вслед несутся раздраженные гудки.

– Расслабься, никого ты не предаешь. Скорее даже помогаешь. – Сухо говорит он. – Игорь твой – мелкая сошка. Если начнут дергать за ниточки, его товарищи на него же всех собак и свесят. Так что это только в твоих интересах. Максимум – получит условный срок, а может и вообще свидетелем пойдёт. Сын с отцом будет общаться. Что тебе не так?

– Как-то это, всё равно...

– Так, Лиля, я не понял. Ты хочешь возмездия? – Андрей недоверчиво косится в мою сторону. – Ты хочешь вернуть сына? Ты получишь всё, что нужно!

Ох, не хотелось бы мне пожалеть о нашей сделке.

Игорь, в принципе, неплохой человек. Моя память хранит о нём немало светлых воспоминаний. Он изменился, как только у него появились деньги и власть. Или червоточина была в нём всегда, а я её просто не замечала?

Я бы хотела вернуть то время, когда мы вместе ютились в маленькой квартирке. По очереди водили Дениску в садик, раскидывали чахлые финансы, пытаясь заткнуть то одну, то другую дыру...

Только вспоминаю обидные слова, девах у лифта, мерзкую Анжелу и хмурюсь. Ну уж нет, прошлый Игорь вряд ли вернётся, а нового мне не жаль.

– Семирадский вытирает об тебя ноги, потому что не уважает. Я хочу, чтобы на встрече с адвокатом, условия ему ставила ты, а не наоборот.

– И куда мы едем? Где-то неподалёку раздают уверенность в себе?

– Представляешь, да! Только сегодня, в определенное время и ограниченному кругу лиц.

Ухмыляется ещё, гад! Напряжённо хохлюсь и утыкаюсь взглядом в окно. Андрей предупредил, что работать будем эффективно и жёстко, только что он имел в виду под этими словами мне не очень ясно.

Андрей забрал меня сразу после работы и, не смотря на все уверения, что я устала, плохо выгляжу и единственное, чего хочу – заползти в ванную, сказал, что времени слишком мало и мы опаздываем.

А вот куда мы опаздываем, он пока так и не сообщил.

Машина останавливается около хорошего ресторана, и я облегченно выдыхаю. Уже успела прокрутить в голове несколько идиотских вариантов, включая прыжки с парашютом.

– Прошу, – открывает передо мной двери и подаёт руку.

Элегантно ступаю на асфальт, выпрямляю спину и победно улыбаюсь. Если хотел пригласить на ужин, то мог бы обойтись без дополнительных мотивов.

Легко кладу ладошку ему на сгиб локтя. Вместе, как пара, мы поднимаемся по ступенькам. И да, я уже чувствую, как уверенность начинает заполнять каждую клеточку моего тела. Я сейчас не врач и не мама, я женщина, которая с красивым мужчиной идёт в ресторан.

Андрей невесомо снимает с меня плащ и, пока он сдаёт его в гардероб, глядя в зеркало поправляю на себе безупречно сидящее платье. Почему-то сердце дико колотится, будто у нас свидание. Это просто ужин, чтобы он там себе не планировал...

Поворачиваюсь к подошедшему спутнику и доброжелательно улыбаюсь.

– Спасибо, это так приятно...

Андрей качается на носках, будто волнуется. Хотя, с чего ему волноваться?

– Подожди, не благодари, – отводит глаза. – Лиля, у тебя будет час. И за это время ты многое узнаешь о себе и других людях. Ты выйдешь отсюда с мужчиной. Договорились? Которого выберешь ты!

– Что?

– Ирина, проводите участницу, – делает едва заметный жест пальцами.

Ко мне тут же подлетают какие-то девушки и уводят. А я, не в силах сопротивляться от шока, только испуганно оглядываюсь на Андрея через плечо.

Последнее, что я вижу, его странный взгляд. Такими глазами на меня смотрел Дениска, когда воспитательница насильно отцепляла его от моей юбки и отводила в ясельную группу.

– Да садитесь же, уже начинается. – Девушка давит мне на плечи, а я стою, как деревянное полено, не в силах осознать, что происходит. Под ее натиском или просто потому что меня не держат ноги, падаю за маленький столик. Тут же на грудь мне прикалывают бейдж.

Поворачиваю его к себе.

Лилия, №10.

Что за чёрт?

Предатель! Во что ты меня опять втянул?

– Выпейте, – девушка услужливо наливает мне стакан воды из бутылки, которая выставлена передо мной. – А то вы бледная.

Облизываю сухие от волнения губы и кошусь по сторонам. Вокруг такие же столики, только сидящие за ними женщины выглядят менее испуганными. Почти все смотрят в маленькие зеркальца, поправляя макияж.

– Выпейте. Если что, у нас и успокоительное есть.

– Нет, не надо, спасибо.

Звенит гонг, и громкий голос сообщает:

– Время пошло, у вас 5 минут.

Девушка, суетящаяся около меня, доброжелательно хлопает меня по плечу и исчезает, пожелав удачи.

Зал начинает наполняться мужчинами. Один из них, лысеющий толстячок, туго обтянутый костюмом на пару размеров меньше, присаживается ко мне. Тут же достаёт белый платочек и промакивает лысину. Тоже волнуется.

– Здравствуйте. Меня Геннадий зовут, сорок пять лет, в разводе, есть дочь. Занимаюсь продажей строительных материалов, увлекаюсь рыбалкой. Есть квартира, в ипотеку, правда... И дача. В женщинах ценю чувство юмора, ум и умение готовить...

Откинувшись назад скрещиваю руки на груди, и с изумлением слушаю этот занимательный рассказ.

До меня медленно начинает доходить, что происходит.

Значит, с мужчиной мне отсюда выйти? Я покажу тебе трепетную лань!

30. Здравствуйте, я Лиля

– Геннадий, значит. Здравствуйте, я Лиля. Я – врач, работаю в медицинском центре Романова...

– Как интересно, – толстячок обрывает меня и живо подаётся вперед. – Скажите, а у меня вот тут часто колет, – прикладывает руку к правому подреберью, – это что?

Недоуменно моргаю, задумываюсь на пару секунд. Он серьёзно сейчас? С жалостью смотрю в блестящие от нетерпения подплывшие глазки.

– Без диагностики нельзя сказать. Всё что угодно может быть, от холецистита до аппендицита, – неуверенно произношу. – Вообще-то я врач, но по другой части...

– Знаете, боль такая, тупая... Как бы ноющая и тянет, собака, сил нет. – Морщится, так, что хочется обезболить его хотя бы лидокоинчиком.

– Геннадий, вы сходите к гастроэнтерологу. А лучше к терапевту сначала. Биохимию сдайте.

– Сейчас, подождите, я запишу. – Хлопает себя по карманам, достаёт ручку и на бланке, который нам выдали организаторы, записывает мои спонтанные рекомендации. Вижу, что там царапает «аппендицит» и рядом – знак вопроса.

– Геннадий, подождите. Я же не ставлю вам диагноз, к тому же я – косметолог.

– Ух ты! – восторженно откликается Геннадий. – Вот это мне повезло! – Перегибается через столик и чуть ли не упираясь в моё лицо носом, оттягивает веко. – Вот смотрите, тут какие-то на странные штуки выскочили...

Я подаюсь назад так, что ножки стула рискованно скользят по ламинату.

– Ге-генадий... Ну не сейчас же! – Смущённо оглядываюсь на присутствующих.

– Да что вам сложно что ли? Ну посмотрите! – нетерпеливо бормочет Геннадий. – Вы же доктор!

Он сейчас стол пузом раздавит или глаз травмирует! От него же не отделаться.

– Это ксантелазма... – уверенно произношу, увидев небольшое образование на веке.

Геннадий с шумом, как большой кит, плюхается обратно на стул.

– О господи! Я умру? – издаёт еле слышный хрип посиневшими губами.

– Нет, что вы, – улыбаюсь, – это от высокого холестерина. У мужчин часто бывает. Можно удалить лазером. Анализы обязательно сдайте! И диету соблюдайте.

– А какую? – громко кликает ручкой, – Что мне можно есть?

– Геннадий, может быть вам всё-таки к специалисту?

– Да вот еще, там в очереди сидеть, инфекции глотать. Платно я не хочу, зачем зря деньги тратить. Вы мне сейчас быстренько всё скажите, а я запишу...

Смотрит на меня взглядом прилежного ученика. Вот прямо готов конспектировать, и каждое слово воспринимать, как высшую истину.

Звучит гонг, и я с облегчением выдыхаю. Это самые длинные десять минут в моей жизни.

– Гугл вам в помощь, Геннадий! – мило улыбаюсь.

– Не успели, но всё равно... Спасибо, доктор! – с благодарностью пожимает мне руку. – Надеюсь ещё раз встретиться, у меня за ухом бородавка.

Он пытается с энтузиазмом продемонстрировать бородавку, но его уже вытесняет плечом сутбильный, мужчина с бокалом в руке.

– Слыш, мужик... Подвинься. Время – деньги! – Чуть не промазав мимо стула, одергивает на себе молодёжный свитер с яркими надписями. От него душно разит алкоголем и желанием выпендриться.

– Привет, крошка! Выпить хочешь?

– Э... Нет...

– Тогда, давай, рассказывай... – Деловито облокачивается на столик.

– Что рассказывать? – округляю глаза.

– Расскажи о себе.

– Я не знаю, что рассказывать...

– Всё, что хочешь – имя, знак зодиака, сколько тебе лет, чем занимаешься?

– Эм... Меня зовут Лиля, мне...

– Какое у тебя нежное имя. М-м-м, – прикрыв глаза постанывает, будто пробует моё имя на язык. – Лилия-я... Лиля, а ты нежная?

Молча сглатываю и испугано оглядываюсь в поисках ведущего, охранника, уборщицы со шваброй. Хоть кто-то же здесь должен быть, кто следит за порядком?

– Ты любишь сверху или снизу, а Лиля?

Пару секунд пытаюсь переварить то, что услышала. Слишком быстрый поворот.

– Давай уйдём прямо сейчас? – продолжает добивать меня новый нетрезвый знакомый. – Ты привлекательна, я – чертовски привлекателен... Тут отель есть недорогой...

Наверное, ему кажется, что он шепчет проникновенно и соблазнительно, а сам он настолько неотразим, что с ним согласится пойти любая женщина.

Морщусь от запаха перегара и кошусь на соседний столик откуда только что ушёл этот Казанова, там сидит полная симпатичная дама. Поймав мой взгляд, она делает характерный жест, потряхивая пальцами у шеи. Ага, понятно. Уровень душноты зашкаливает, её тоже явно приглашали «в нумера».

На секунду представляю опешившее лицо Андрея, если я выйду прямо сейчас под ручку с этим мужиком. Но тут же гоню эту мысль прочь. Не отобьюсь потом от шуточек Андрея и озабоченного пьянчужки.

– Лиля... Лилечка... – бормочет мужчина, и подкатив осоловелые глазки, салютует мне бокалом.

Поэтому вижу сейчас для себя только один выход. Набираю воздух в лёгкие и гаркаю из-за всех сил.

– Пошел вон отсюда!

– В смысле? – обиженно выпячивает нижнюю губу.

– В коромысле! Пошёл, я сказала!

Встаю и, уперев руки в бока, прожигаю его взглядом. Женщина за соседним столиком, забыв о своём собеседнике, восторженно хлопает в ладоши.

– Ты даже не представляешь, что потеряла, – смеет орать мне этот извращенец, когда его выводят организаторы. – Судьба ещё нас сведет, надеюсь это будет в лесу!

Закрыв лицо руками падаю за столик. Ну, когда же это закончится?

Снова удар гонга.

– Лиля Михайловна? – отнимаю от лица ладошки, услышав едкий голос. – Неожиданно.

Передо мной усаживается худой брюнет. Настолько типичный и серый, что отведешь взгляд, и уже не вспомнишь, как он выглядит или во что одет.

Именно так невзрачно должны выглядеть маньяки или спецагенты.

– Мы знакомы? – удивленно поднимаю бровь.

– Дмитрий Сибилев, не помните? А я вас по-омню... – тянет с лёгким смешком, от которого у меня мороз по коже и почему-то меня не радует его хорошая память.

– Вы папа Антона? – осеняет меня внезапная догадка. – Или Вадика? Наши дети вместе учатся?

– У меня, к счастью, нет детей, – свистящим шёпотом говорит он, и мне почему-то становится неуютно и жутко, будто он их съел.

– На почте пересекались? Может быть, вы в доставке работаете? В такси? А... Знаю... Вы нам роутер настраивали, правильно?

Почему-то мне очень хочется, чтобы странный мужчина оказался обычным сотрудником сферы услуг. И ещё очень хочется угадать, кто же он такой. Наверное, чтобы замаскировать свой страх и неуверенность.

– Да бросьте, коллега. – Уголок его рта ползет вверх. – А вы мне сразу понравились, как только пришли к нам работать...

С облегчением выдыхаю, всего лишь один из многочисленных сотрудников медцентра. Не маньяк, не частный детектив, нанятый мужем для каких-то своих целей. Просто какой-то Дмитрий Сибилев.

– Простите, я ещё всех не запомнила. Очень приятно видеть вас тут.

– А мне-то как приятно... – шелестит он, и снова по позвоночнику бегут мурашки размером с енота. – Мне, по роду деятельности, не важно, как выглядит человек. Мне важно, что у него внутри. А вам – наоборот. Мы можем составить отличную пару. Раз мы встретились здесь, считаю – это судьба! Не находите?

Тянет руку и пытается накрыть мою ладонь. Я испуганно дергаюсь.

– Простите, Дмитрий, я случайно зашла. Не планировала.

– А мне некогда знакомиться, – проникновенно смотрит на меня бесцветными глазами, – да и негде. Работа... Работа... – грустно вздыхает. – Гуляев три года отпуск не даёт. Я – единственный специалист. А тепла так хочется, не представляете. Вы заходите как-нибудь...

– А куда?

Не то чтобы я всерьез собиралась к нему зайти, просто хочу знать, какое отделение мне обходить подальше.

– В морг, – устало сообщает он и морщится. – Я патологоанатом.

Звук гонга звучит для меня сейчас, как райская музыка. Наконец-то!

– Заходите, чайку попьем. С шоколадкой. – На прощанье сообщает мне грустный Дмитрий и посылает не менее грустный воздушный поцелуй.*

Следующие сорок минут проходят, как в тумане. Мужчины сменяются, рассказывая старые, как мир, истории. Я слышала тысячи подобных от своих пациенток, когда они пересказывали мужские речи. Некоторые авторы смущаются, но есть и красноречивые орлы, которым за надрыв и искренность можно вручать Оскар.

– Нет, я не женат. То есть уже почти развелся. Она же нормальная была, но после свадьбы, как подменили, змею на груди пригрел... Я же для семьи создан, всё в дом. И детей люблю. И любовь всей своей жизни мечтаю найти, женился бы прям сейчас. Уже стреляный воробей, теперь ищу настоящую женщину – добрую, красивую, искреннюю и... Вот такую, как ты, ищу!

Гонг...

– Бизнес у меня свой, временные трудности пока. Ничо, взлетим! Я знаю, что всё пройдёт, нужно подождать. Времена сейчас трудные. Кстати, жилье у тебя свое? Может денег одолжишь, я отдам, ты не думай!

Гонг...

– Ребёнок от первого брака? М-м-м, прости, но мама не одобрит. Она своих внуков ждёт. То, что ты врач, конечно, хорошо. Вот была бы ты участковым терапевтом, то хоть с двумя детьми, хоть с тремя.

Гонг...

Слушаю, подперев голову рукой. Иногда киваю.

Желание утереть нос Андрею и с честью пройти устроенное мне испытание, тает, как масло на сковородке.

– И что вы здесь забыли? – над моей головой звучит глубокий баритон.

Внимательно смотрю на подошедшего кандидата, и расплываюсь в улыбке. Кажется, у меня появился шанс.

– Здравствуйте, я Лиля, – говорю с придыханием.

*Дмитрий Сибилев – один из второстепенных персонажей книги Анны Корчменной «Миллиардер – это диагноз»