Текст книги "Диагноз развод. Ты это заслужил (СИ)"

Автор книги: Кира Туманова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)

Кира Туманова
Диагноз развод. Ты это заслужил

ПРОЛОГ

Внушительная грудь Анжелы мерно поднимается и опускается в такт её дыханию.

Наверное, в другой ситуации, я бы отвернулась от этого неприличного, но медитативного зрелища. Только сейчас я не могу оторвать взгляд от силиконовых шаров.

Потому что знаю, эту грудь Анжеле оплатил мой муж!

Мой драгоценный супруг, который к своим сорока не наигрался в резиновых утят и теперь усиленно закрывает гештальт.

Регулярно развлекается с новыми игрушечками в сауне, гостиничном номере или джакузи, пока мы с сыном ждём его с работы.

На сиськи для любовницы деньги у него есть, а на ремонт в детской – нет!

Внутри всё пылает от ярости и ненависти. Сглатываю колючий комок в горле и неимоверным волевым усилием заставляю себя не думать о скальпеле, который вот здесь... В ящичке, стоит только руку протянуть!

Дрожащие пальцы сами тянутся к заветной дверце. Трясу головой, чтобы отогнать наваждение.

Опускаю руку ниже и достаю простынь. Укутываю пациентку до самого горла.

Не надо меня провоцировать!

– Это что, зачем? – Анжела приподнимает голову и с удивлением смотрит на свои фудзиямы, прикрытые розовой тканью в мелких цветках сакуры.

Медленно выдыхаю через нос, чтобы не сорваться на крик.

– Для стерильности, – отвечаю в полголоса, потом добавляю. – И вашего комфорта.

Анжела, удовлетворенная моим ответом, откидывается назад и достает телефон.

– Дорогие мои, я сейчас в кабинете врача. А это Лилия Михайловна... – Направляет телефон на меня, и я бросаю в камеру испепеляющий взгляд. – Лиля Михайловна просто мастер и мега-супер крутая. Пока не скажу, что меня ждет, вы сами все увидите... Чмоки, всех люблю!

Одним нажатием отправляет ролик в сеть, затем задирает голову и, глядя на меня, и капризно замечает:

– Лилечка, ну давайте быстрее. А то у меня ещё дел по горло, – взмахнув мохнатыми ресничками кокетливо интересуется. – Я смогу потом заехать в автосалон? Мне котик обещал новую машинку, хотела присмотреться.

Видимо, после этих слов я должна завизжать от восторга и плохо скрываемой зависти.

Я в ответ лишь с громким хрустом вскрываю упаковку с препаратом. Жалею при этом, что под моими дрожащими пальцами пластик и картон, а не сонная артерия Анжелы.

Ага, вот так, значит! После всех откровения я стала просто «Лилечка» – обслуживающий персонал. Даже не врач, а так... Типо маникюрши или парикмахера.

Канализационный слив, куда можно отправить хвастливые женские сплетни про щедрого любовника.

Только в этот раз ты обсчиталась, Анжела! Твой котик ест сметанку не только в саунах, но иногда и дома изволит отобедать. И хозяйке котика, которую ты несколько минут назад назвала старой фригидной курицей, не нравятся непослушные животные.

Натягиваю на лицо дежурную улыбку и елейным голоском произношу:

– Да, конечно, Анжела. Выйдете из клиники и отправляйтесь, куда угодно.

Вскрываю еще две упаковки. Чтобы наверняка!

Заботливо поправляю процедурную шапочку на голове малолетней грымзы, при этом невольно залипаю взглядом на родинку на её правой щеке. Наверное, тоже ненастоящая? Просто татуаж – соблазнительный и продуманный.

Интересно, эту родинку тоже оплатил мой муж или какой-то другой похотливый баран?

Какая же ты дрянь, Игорь. Как ты мог променять меня? На это! На искусственную грудь, нарисованную родинку и безмозглую голову с ресничками.

– Расслабьтесь, можно закрыть глаза. Обещаю, больно не будет.

Вспоминаю, как мой десятилетний оболтус Денис скрещивает пальцы, когда врет и усмехаюсь. Если бы я могла, то сделала бы также.

Уверенной рукой заношу над Анжелой шприц.

Если бы ты знала, как влипла, детка...

Я не хотела, ты сама меня вынудила!

1. Дас ис фантастиш

Накануне утром

– Игорь, отвезешь сегодня Дениску в художку? Я не могу, у меня полная запись. – Подхватываю со сковородки сырник и выкладываю его на тарелку перед мужем.

– Ну куда ты! – Игорь отвлекается от телефона и брезгливо трясёт белоснежным рукавом. – Чуть маслом не запачкала. Горячий же...

– Прости. – Снова отворачиваюсь к сковороде. – Так отвезешь?

– Я сто раз тебе говорил, что даю интервью сегодня вечером. Я занят.

– А до интервью не успеваешь?

За моей спиной молчание, прерываемое сдержанным чавканьем. Видимо, сырник не такой уж и горячий.

Поворачиваюсь к мужу, выставив перед собой две вилки, как нинзя – катаны.

Игорь уже погружён в новостные сводки. Наверное, даже не слышал моего вопроса.

– Так сможешь или нет?

Муж поднимает глаза от телефона и раздраженно рявкает:

– Отвезти? Нет, я же сказал!

– Нет и нет, я же не против, – в притворном испуге взмахиваю вилками. – Ты прав, Дэн большой парень. Сам дойдет.

– Могла бы сама заниматься ребёнком, – раздраженно бурчит муж. – Всё равно твоих копеек только на колготки и маникюр хватает.

Хочется уколоть мужа чем-то столь же едким, но я сдерживаюсь. До зарплаты Игоря мне также далеко, как до Пекина на шпильках. Конечно, он воспринимает мою работу, как несерьезное хобби.

Хотя мне неприятно получить упрёк за то, что моя карьера пластического хирурга была положена на ступени лестницы, по которой Игорь поднимался вверх.

– Игорь, не начинай. Ты же знаешь, как работа для меня важна.

– Конечно, вся отечественная медицина только на твоем ботоксе и держится, – недовольно бурчит, листая пальцем страницы. – Лучше парню внимание удели, подростковый возраст не за горами.

Обиженно поджимаю губы и сосредотачиваюсь на сырниках. Хотя, что толку дуться, если муж прав. Зарабатываю я немного, да и наш главврач не торопится открывать отделение восстановительной хирургии, а я отчаянно скучаю по скальпелю.

Возможно, стоит оставить работу и посвятить себя семье? Эти мысли посещают меня всё чаще. И второго ребенка можно родить, куда ещё тянуть...

Игорь после нового назначения стал жестким и нервным, ему приходится вникать в новые обязанности. От него постоянно что-то требуют – то начальство давит, то просители одолевают.

Снова оборачиваюсь и с тоской смотрю на седеющий затылок мужа. У нас теперь большой дом и можно забыть о былых материальных трудностях.

Только ему тяжело, я же вижу...

Рано или поздно всё наладится, жизнь войдёт в привычную колею. Нужно только немного его поддержать. Пусть хотя бы дома мужа ждет покой и уют.

– Может сметанки? – Игриво улыбаясь подношу Игорю банку. Просительно заглядываю в глаза. – Не сердись, я понимаю, что это интервью для тебя важно. Все будет хорошо, я знаю.

– Да, что-то меня задрюкали в последнее время. Извини, сам не свой. Рычу на всех, как собака. -Игорь устало потирает глаза пальцами. – На работе проблем куча, ещё эти журналисты.

– Ничего, скоро долгие выходные. Может быть на праздники съездим куда-нибудь?

– Солнышко, прости... – берет меня за руку. – На праздниках придётся немецких коллег развлекать. Приедут как раз, будь они неладны.

– О, дас ист фантастиш, – шутливо откликаюсь я. – Будешь отмечать 8 марта с горячими немецкими мужчинами, а не любимой женщиной?

– Это точно, – грустно соглашается муж.

– Кстати, наш Гуляев почти каждый день тебе приветы передаёт. Приглашает в гости...

Муж поднимает на меня заинтересованный взгляд, откидывается на стуле.

– Гуляев, приглашает?

– Да, – я чуть ли не мурлычу. – Заждался, говорит, Игоря Николаевича. Когда же он нас навестит, мы ему тут и стол накроем, и фуршет организуем...

Игорь мнется, видно, что душу греет мысль о том, что наш непреклонный и строгий главврач Олег Альбертович Гуляев, с которым у него не самые простые отношения, жаждет его внимания. Наконец, добродушно машет рукой.

– Ладно, скажи ему, что выкрою время на следующей неделе. Приеду.

Я довольно улыбаюсь. За пятнадцать лет брака я отлично изучила супруга и знаю, что тщеславие – его слабое место.

Конечно, я умолчала, о том, что главврач ни сном ни духом не ведает о фуршете и приглашении. И единственное, что ему нужно от Игоря – новенький томограф.

А у моего мужа – видного чиновника из министерства здравоохранения, есть все рычаги, которые помогут этот томограф заполучить.

Ничего, за томограф Гуляев наизнанку вывернется, не то что колбасу под коньячок настрогает.

Да, за пятнадцать лет брака я научилась многому.

Готовить первое, второе и компот на общей кухне в студенческом общежитии.

За неделю организовывать переезд.

Растить рёбенка без бабушек, совмещая это сложное дело с дежурствами.

Но вот распознавать ложь я почему-то не умею...

2. Это котик?

До начала приёма ещё пять минут, а у кабинета уже пританцовывает юная девица в открытом топике и узких обтягивающих джинсах. Длинные темные волосы, острый вздернутый носик, тонкая талия и огромный бюст, подчеркнутый одеждой.

Морщусь, увидев свою будущую клиентку. Не люблю такой типаж.

Когда лет и мозгов мало, а денег много, толку от моей работы нуль. Что ей править? Только собственные комплексы. Возрастные пациентки мне больше по нутру.

Звякая ключами, открываю дверь кабинета. Слышу, как девушка громко разговаривает по телефону:

– Нет, он со мной 8 Марта проведет. Да, точно! Куда ему упёрлась эта старая фригидная курица? Мы с ним вчера вечером белье выбирали не для того, чтобы я в нем одна на базу отдыха ехала. О, там сказка вообще! Котик не скупится...

– Добрый день, вы ко мне? – обрываю словоохотливую девицу.

– Ой, я перезвоню. Потом расскажу... – Здрасьте, Лилия Михайловна, мне вас Светка так рекомендовала. Говорит, вы просто волшебница.

– Светка?

– Светлана Сорокина, моя подруга.

С трудом вспоминаю болтливую блондинку, которая не так давно приходила ко мне с просьбой сделать скулы повыше и губки почетче.

– Да, конечно, – киваю. – Заходите.

Пациентка садится, а я бросаю взгляд на её карточку.

– Итак, Анжела... Чем я могу вам помочь?

Отвожу глаза от монитора и утыкаюсь взглядом в её грудь. Видно, что свеженькая, но сделано бездарно, и без осмотра вижу. Руки бы поотрывала тем, кто вставляет такие импланты.

Ну ладно у девахи своих мозгов нет, но врач на то и врач, чтобы советовать и оберегать от ошибок. Нельзя же так человека уродовать, девчонке всю жизнь с пришитыми шарами ходить.

– В общем, мне нужны губки. Не как у Светки, – капризно канючит пациентка, – хочу немного, чтобы были такие... М-м-м... С «подвывертом».

– Что, простите?

– Ну такие, секси, знаете? – заворачивает верхнюю губу до носа. Поймав мой недоумевающий взгляд, быстро тычет что-то в телефоне и показывает фотографии какого-то раздутого безобразия. – Мне пойдёт, я знаю.

– Простите, вы уверены? – пальцем увеличиваю губы на фотографии, чтобы убедиться, что это не фотошоп, а реально кто-то это с гордостью публикует. – У вас внешность такая утонченная, и свои губы неплохие. Может быть с биоревитализации начнем, цвет лица оживим? Уход подберем...

Лесть – лучшее средство работы с женщинами, которые твердо намерены себя изуродовать за свои же деньги. Но, видимо, в этот раз мне попался слишком запущенный случай.

– Ну Лилечка, ну Михайловна. Нет, мне очень надо. Это прямо жизненно важно! Вы даже не представляете насколько! Вопрос моего личного счастья.

– У кого-то смерть в яйце, у кого-то счастье в губах... Прекрасно. – Ворчу, заполняя анамнез. – Аллергия есть на что-то? Лидокаин переносите?

– Да, переношу. Пожалуйста, мне надо. Он меня бросит, если я не сделаю ему губы, как у Анджелины Джоли. Это его фетиш. Я Анджела, хочу быть немного и Джоли. – Закатывается в хохоте, а меня передергивает от такого своеобразного юморка.

Чтобы скрыть свою неприветливость, смущенно хмыкаю:

– Зачем он вам такой сдался, если из-за губ бросит? Согласие на медицинское вмешательство подпишите вот здесь...

– Ох, вы бы его видели. Он богатый, и красивый. И мечта просто... Я должна быть с ним!

– Это тот самый, что на базу вас везет, – ставлю галочку, где заполнять документы. – Простите, я не подслушивала, просто вы так громко говорили. Если там сауна, то инъекции нельзя. Может быть, маску сделаем?

– Ой, да это через два дня. На мне все заживает, как на собаке. А я хочу котику сюрприз сделать. Он просто в обморок упадет.

– Котики, собаки... У вас отек будет держаться еще неделю.

– Это даже хорошо, – машет рукой девица. – Ещё пухлее будут. Хотя, что я вам говорю... Снова лезет в телефон и роется в фотографиях. – Сейчас я вам котика покажу, вы сами увидете. Там такой... Ух, какой там котик у меня...

Подпираю щеку ладонью и грустно вздыхаю. Я видела за свою практику все! Фото молодых любовников, кинозвезд, моделей... Котиков мне ещё не показывали.

Наконец, долистав до подходящей фотографии, Анжела тычет мне экран в лицо.

Не сразу понимаю, что я вижу. Сначала отшатываюсь от неожиданности. Цветные пятна выстраиваются в четкую картину и сердце разгоняется до сверхзвуковой скорости, рискуя выпрыгнуть из груди.

Сдавленно сиплю:

– Это котик?

Моргаю, чтобы удостовериться, что это не оптическая иллюзия. Анжела с воодушевлением продолжает листать фото перед моим носом.

– Да, это мы с ним в ресторане. А вот, смотрите, в джакузи на небоскребе. Там такой крутой спа-комплекс открыли. А это романтический вечер в бунгало в лесу, нам таких милых лебедей налепили. А это я высунулась из лимузина... Нет, это другое.

Я молчу. Из груди рвется истерика. Прикусываю кончик языка, чтобы не заорать и с хрустом ломаю под столом карандаш.

Котик слишком уж похож на моего любимого мужа.

– Вы узнали его, да?

– А? – вздрагиваю от неожиданности.

– Да, вижу, что узнали. Это же тот самый! Ну Семирадский... – Подмигивает мне с таким заговорщическим видом, будто своими скабрезными фоточками приобщила меня к закрытой жизни небожителей. – Он какое-то ваше медицинское начальство.

– Да, узнала, конечно. – Отворачиваюсь, чтобы скрыть волнение. – Известная личность...

– Ну вот, а для меня он просто котичек, мой милый сладкий симпапусик... – Анжела ласково проводит по экрану, будто котичек её услышит.

– Значит, вы хотите губы? – Спрашиваю ледяным тоном. – И котик не возражает?

– Нет, что вы, он только за. Он такой затейник, вообще...

Чтобы не слушать истории про затейливого котика и не выдрать когтями свеженькие импланты из Анжелиной груди, с грохотом отодвигаю стул. Иду к холодильнику с препаратами.

– А как давно вы... встречаетесь? – кровожадно осматриваю содержимое полок. Вдруг завалялся цианид, я бы вколола ей пару доз. Или хотя бы ядреная просрочка, чтобы Анжела умерла в муках, покрываясь зелеными прыщами.

– Три месяца уж, даже чуть больше. Это он мне на день рождения подарил, – сжимает грудь в руках и радостно трясет ей перед моими глазами.

Моё сердце трепещет где-то в горле, повторяя вибрацию силикона. Вот так, значит... А на ремонт в детской денег у нас нет.

«Понимаешь, Лилёк, сейчас столько затрат, нужно планировать бюджет грамотно».

Сглатываю, чтобы найти в себе силы и оторваться от щедрого подарка, в котором уместились и дизайн-проект, и новая кровать для Дениса, и даже обои с шелкографией.

– М... Представительный мужчина он у вас. Как он вас дождался, в его-то возрасте...

– Нет, он женат. Но жена не стенка, подвинем, – снова идиотский смех, от которого меня передергивает.

– Понятно, – сухо замечаю я. – И хотите сразить его наповал переменами во внешности?

– Да, нужно что-то провокационное, дерзкое, такое, – щелкает пальцами, пытаясь подобрать слова, – сексуальное, но трогательное. Он обещал эти выходные провести со мной.

Надо же, какое совпадение!

Даст ис фантастиш все-таки состоится и вовсе не с горячими немецкими мужчинами, как я предполагала.

– Дерзкое и провокационное, значит. – Держу в руках упаковки с филерами. – Думаю, я смогу вам помочь. У вас будут самые сексуальные губы из всех возможных. Проходите на кресло.

Будут тебе губы. Такие большие, что тебя через трубочку придется кормить! Ничего крупнее горошины не влезет.

***

Спустя пятнадцать минут Анжела, глядя в зеркало, неуверенно трогает свои губищи пальцами, будто не веря, что они настоящие. Слегка приоткрывает рот, это выглядит так, будто в движение пришли два гальванических вареника, и вопросительно смотрит на меня.

– Не переживайте, это отёк. – С добродушной улыбкой говорю я. – Скоро пройдет. На вас же все заживает. Как на суке, то есть собаке. Простите...

Засовываю руки в карманы и отворачиваюсь, чтобы скрыть улыбку.

Желание пациента для нас закон! Формально, меня даже не в чем упрекнуть. Я просто хорошо сделала свою работу.

3. Хочу специалиста и печенье

Падаю в кресло, сжимая виски руками.

Я не готова к новости, что у моего супруга есть любовница. Нет!

Он не мог так поступить со мной, он слишком честный и принципиальный. Может быть я просто истеричка, которая накручивает себя?

Прикрыв глаза снова прогоняю перед мысленным взором случившееся.

Факты неопровержимы. Надежды на то, что у Игоря есть брат-близнец с таким же именем, нет никакой!

– Извините, – в дверь просовывается голова очередной пациентки. – Можно заходить?

– Я не знаю... – сдавленно хриплю, погружённая в свои мысли.

– В смысле? – женщина опускает глаза в листочек, который держит в руках, и задумчиво шевелит губами. – Мне к косметологу... Вы врач Лилия Михайловна?

Мне очень хочется выпихнуть пациентку в коридор, запереть дверь на ключ и позвонить Игорю. Прямо сейчас! Топать ногами и орать. Визжать в трубку так, чтобы у него в глазах полопались капилляры и разорвались к чертям барабанные перепонки.

Но эту соблазнительную картину вытесняет воспоминание о сурово сдвинутых бровях нашего главврача Гуляева. Нет, если истерить, то не на работе! Я подожду до вечера, а пока подумаю, что делать дальше.

Вздохнув, поправляю бейджик на халате:

– Заходите... Да. Я врач Лилия Михайловна.

Мои руки не дрожат, когда я кисточкой наношу пилинг. Но взбесившееся сердце колотится так, что хочется включить радио, чтобы заглушить его стук.

Перед глазами, как кадры из немого кино, бегут тошнотворные сцены с участием моего мужа. В локациях, которые выдала пустоголовая любовница.

Вот котик лежит в джакузи, Анжела массирует ему спинку, а мы с Денисом дружно пропалываем грядки на даче свекрови.

А это пьяный котик в гостинице кормит виноградом лебедя, свернутого из полотенца, а другой рукой хлопает Анжелу по заднице, пока я уезжаю навестить сына в летнем лагере.

Котик любуется ночным городом из окон лимузина, а потом зарывается в грудь Анжелы лицом...

– Ой, – раздаётся с кресла. – Щиплет же...

– Простите, – бережно промакиваю уголки глаз пациентке и укладываю сверху ватные спонжи, чтобы она не видела моего расстроенного лица.

Внутри всё горит от обиды.

Я завидую одиноким женщинам, которых никто не обманет. И молоденьким девушкам, которые, в ответ на предательство, могут упорхнуть в новую жизнь, гордо вскинув подбородок.

А что делать мне?

Смахиваю одинокую слезу с щеки и думаю о том, что лучше бы Олег Альбертович Гуляев мечтал о штатном психологе, а не томографе.

Сейчас мне, как никогда, нужна помощь специалиста, который скажет, какая я сильная, состоявшаяся и мудрая. А потом шепнёт на ушко, что всё будет хорошо и предложит чай с печеньем...

– Лилия Михайловна, – чуть не сорвав дверь с петель в кабинет врывается Леночка, старший администратор. – Вы почему трубку не берёте? Срочно в зал!

От её крика пациентка вздрагивает и, зажимая спонжи руками, вновь стонет:

– Ой, опять щиплет. Не могу...

Шикаю на Леночку и округляю глаза. У меня процедура, разве не видно?

Леночка испуганно косится на пациентку и, водя рукой у горла, беззвучной пантомимой пытается показать, что дело важное и не терпит отлагательств.

Устав от моей непонятливости подкатывает глаза и зловеще шепчет:

– Гуляев ждет! Быстрее...

И вновь исчезает за дверью.

– Не переживайте, Варвара Степановна, я закончу процедуру, – начинаю плавными и медленными движениями удалять пилинг с лица женщины. – Гуляев подождет, а вот аминокислоты ждать не будут. Через неделю, как отшелушитесь, красоткой будете!

– В моё время лимоном натирались. Дешево и эффективно, – ворчливо откликается Варвара Степановна*. – Это сейчас напридумывали разного... Вот невестка моя...

Я задумчиво слушаю её и киваю/

В мозгу свербит мысль – что главврачу понадобилось от меня именно сейчас?

Неужели меня уже накрыл «эффект Анжелы»? Успела нажаловаться?

Хотя это и не нужно, Гуляев сам мог увидеть новоявленную Джоли в коридоре больницы. Она сейчас девушка заметная...

* Варвара Степановна – легендарная пациентка больницы имени Романова, где работает наша героиня. Она, как и многие другие второстепенные персонажи, ещё не раз встретится вам в книгах литмоба «Пульс любви».