Текст книги "Певчая птичка Филина (СИ)"
Автор книги: Кира Романовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 22 страниц)
Глава 19. Я не такая!
Филин подъехал к серому зданию в сдержанном стиле модерн со служебного входа. У главного входа черными муравьями медленно ползали те, кто провожал в последний путь кого-то из близких. Ритуальный бизнес приносил Филину стабильный и ощутимый доход, с каждым годом всё больше. Цены на квадратные метры в Москве только росли, особенно, на кладбищах.
Филина встретил Жорик, они прошлись по зеленому саду, который рос вокруг крематория. Когда-то на этом месте были помещичьи яблоневые сады, теперь – вотчина Филина.
– Рассказывай, Жора, – вздохнул Филин, закуривая сигарету.
Георгий Иваныч Жирков – крупный мужик около пятидесяти лет, в кепке таксиста, с загорелым лицом, испещренном глубокими, но редкими морщинами, начал чётко и ясно обрисовывать ситуацию.
Потому Филину он и нравился, никакой воды – только факты. Жорик работал с Филином уже больше десяти лет, он был главный Чистильщик столицы. К нему можно было обратиться, чтобы вычистить места преступлений, через официальных лиц, а можно было неофициально попросить сделать так, чтобы трупы после перестрелки к официальным лицам под роспись никогда не попали.
– Наш Альбертик по неопытности попал в бабьи сети, – вздохнул Жорик. – Познакомился с девчонкой, встречались, Шуры-муры все дела. Она попросилась к нему на работу, мол никогда не была в крематории. Он её провёл как-то ночью, она явно что-то разнюхивает. Неизвестно, что он ей успел выболтать. Ты, Филин, не жести с пацаном, он же зеленый ещё совсем. Это его первая девушка. Наказывать его за то, что не знает, где баба правду говорит, а где врёт, как дышит, всё равно что ребенка несмышленого. Все мужики на баб падкие.
Альберт и так уже был наказан, в самом начале своей жизни – родовая травма, ДЦП. Он ходил, чуть прихрамывая, хорошо управлялся правой рукой, но левая работала с трудом, а его лицо иногда искажалось от нервного тика. В современным мире приятная внешность значила много, даже слишком много. Красивым мужчинам и женщинам будто был обеспечен билет в счастье, половину из которого они оплачивали своим лицом. Филин смотрел совсем на другие качества человека, как его учил Морж:
«Занимаясь самыми безнравственными делами, работай с самыми нравственными людьми. Теми, кто знает, что такое совесть, именно она не позволит им тебя предать. Работай с теми, кто знает цену предательства, и за неё продаться точно не готов. Потому что уже её заплатил сполна. Давай людям шанс в жизни, которого им никто никогда не давал, а то и вовсе отобрал. Тогда дари им справедливость, а не деньги и они будут с тобой до самого конца»
Филин не сразу научился разбираться в людях, даже при хороших вводных данных по части проницательности, которые в нём увидел Морж. Его предавали, обманывали, кидали на деньги, зато он получал бесценные уроки и отдавал долги сполна. Сейчас на него работали только самые надежные люди, многим из них он дал возможность жить как человек и прилично зарабатывать. Например, Жорику, у которого после тюрьмы со статьей о предумышленном были только две дороги – спиться или сделать ещё одну ходку. Он отсидел свой срок, отдал долг обществу, но оно его так и не приняло. Филин помог ему в трудный момент его жизни, и Жора был ему благодарен по гроб этой самой жизни.
В крематории не было камер, по крайней мере, тех, о которых знал персонал. Ни к чему там были лишние глаза, достаточно было ушей. Филин внимательно просмотрел свои личные записи с камер и тяжело вздохнул, обращаясь к Жорику.
– За девкой слежку организую, пока ничего не делайте. Посмотрим, чья крыска эта Лариска. Альберту ничего не говори. Парень всего лишь хотел немного любви, а кто-то этим воспользовался.
Когда Филин выходил из здания внутри него была напряжена, казалось, каждая клетка тела, предчувствуя азартное противостояние. С кем? Пока не ясно. Хотел суеты? Получил. Желания Филина сбывались слишком быстро.
Святослав заглянул в телефон – по списку ещё одно дело, встреча с Ласточкой, которая теперь под крылом Филина.
*****
Пока Надя осматривалась в доме, где Филин обычно прятал тех, кого не должны были найти, он осматривал её. Нежно-голубое платье до колен, открытые плечи, тонкая цепочка на шее и маленькая подвеска-капля в ложбинке между ключиц. Филин тяжело вздохнул, всё-таки некоторые женщины умеют создавать сексуальность не раздеваясь, маленькими акцентами расставляя капканы для мужчин. Взмах ресниц, интимное касание мочки уха, поворот шеи, вздох – и вот ты уже готов.
– Здесь очень хорошая планировка. Почему моя квартира не подходит? – спросила Надежда, перемещаясь по небольшому дому из кухни в гостиную.
– Потому что её легко вычислить, через твою подругу риелтора, – усмехнулся Филин, пожирая глазами её зад, когда она нагнулась поправить подушки.
– И когда мне сюда ехать?
– Когда припекать начнёт, или заранее, как сама решишь. Ключи я тебе дал. По твоему мужу уже дал отмашку – ищут, копают. Он скоро приедет?
– Не знаю, он не сообщал. Даже не звонит, – пожала плечами Надя.
– С тобой всегда ездит водитель, ты ему доверяешь?
– Муж ему платит, чтобы за мной следить, я плачу сверху и разрешаю в рабочее время заниматься своими делами на моей машине, – усмехнулась Надя. – Я ему верю, благодаря Коле, муж себя сдерживает, когда мы едем в машине с какого-то мероприятия, где я по его мнению вела себя недостаточно хорошо.
Ласточка нервно поправила цепочку шее и отошла к окну, любуясь на сад во дворе, густые кусты и деревья перед окнами пропускали мало света, зато не давали подсматривать за жильцами, плюс на всех окнах были плотные шторы.
Хищник неслышно подошёл к своей жертве, Надя ощутила его присутствие за спиной слишком поздно – тепло его дыхания обожгло ей кожу на плече. Незнакомый мужской запах защекотал в носу, она судорожно вздохнула, когда его руки сомкнулись на её талии. Филин прижал её к себе спиной и наклонился к шее, чтобы, наконец, поцеловать. Спустя двадцать лет, он всё ещё этого жаждал, будто это незакрытый гештальт.
– Нет! – резко вскрикнула Надя, вырываясь.
Она обернулась, её ладони упёрлись в его грудь, но её глаза точно говорили «да». Филин усмехнулся той самой ухмылкой, от которой у женщин в его объятиях только ярче загорался огонь желания в глазах. Он поймал её за запястья и притянул к себе ближе.
Ласточка пыталась оттолкнуть Филина, но его губы всё равно нашли её. Секунда борьбы и сопротивление птички в силках ослабло. Филин отпустил её запястья и обнял, прижимая к своему телу. В гостиной есть диван, у него в кармане пиджака презервативы – он готов был идти до конца.
Надя же начала тормозить – прервала поцелуй отстранилась, дёрнулась, почти вырвалась, но Филин снова схватил её за запястья. Сопротивление – самая любимая женская прелюдия.
– Пусти… – прошептала Ласточка, глядя куда-то в сторону, будто боялась посмотреть ему в глаза.
– Почему? Ты ведь хочешь этого, и я хочу.
Он скользнул своей щекой по её, добрался губами до виска и прижался к нему горячими губами. Надя снова попыталась его оттолкнуть, но вместо этого получила поцелуй в губы. Филин был слишком настойчив – целовал её снова и снова, а его руки заскользили по её телу. Её дыхание сбилось, она прикрыла глаза, явно наслаждаясь тем, что между ними происходило, но всё равно пыталась отстраниться, а в следующее мгновение позволила прижать себя к стене, отвечая на поцелуй.
Филин опустил ладонь на её бедро, залезая под подол платья, стоило ему добраться до её трусиков, как она на широко открыла глаза, ударила его по руке и отскочила в сторону.
– Я не могу! Не надо! Стой! – почти выкрикнула она, её глаза блеснули огнём.
– И что тебя останавливает?
– Я не хочу стать такой же как он, я не буду изменять мужу!
Филин расхохотался, насмешливо глядя на растерянную Надю.
– Вы, женщины, такие смешные – «не хочу быть как он»! Так не будь! Просто наслаждайся моментом! Он тебе уже изменил, Надя – потыкался членом в другую бабу и заделал ребёнка, тебе уже нечего ему хранить. Какая тут верность? Расслабься и получай удовольствие!
Ласточка чуть не плача, закусила губу, схватила свою сумочку со столика и ринулась в коридор. Филин подошёл к окну и оперся ладонями о подоконник, наблюдая, как Надя спешно садится в авто, водитель даже не успел открыть дверь.
– Я всё равно трахну тебя, Ласточка, – пообещал себе Филин. – В память о старой любви.
Будучи честным с самим собой, Святослав не понимал зачем ему это? Может, затем, чтобы показать ей, что она потеряла? Будучи ещё честнее, Булат точно знал, если бы они остались вместе, то никогда бы он не стал Филином, великим и ужасным.
Глава 20. Ночной облом
После неудачной охоты на Ласточку, Филин нашёл в себе силы решить ещё несколько важных вопросов, а потом решил нагрузить сверхурочными свою секретаршу. На город уже опустилась ночь. Для борделя не было ни сил, ни настроения. Обычно Марика отрабатывала своё содержание только в офисе, но когда он ей позвонил и сказал, что приедет к ней домой, девочка очень обрадовалась. Будто их отношения вышли на какой-то новый уровень, выше, чем она была до этого под столом.
Филин же просто хотел снять напряжение, руководствуясь извечным постулатом – «Не дала одна, так даст другая». Марика встретила его через полчаса у двери своей квартиры, без привычного офисного костюма, зато привычно без белья. Только чулки и ничего больше. Она опустилась перед ним на колени, преданно, заглядывая в глаза. Филин усмехнулся, от Ласточки такого он вряд ли когда-то дождётся.
– Здравствуйте, Святослав Александрович, так рада вас видеть, – улыбнулась Марика.
Она потянулась к пряжке его ремня, Святослав слегка запрокинул голову назад, тяжело вздыхая. Опытная девка справится за пять минут, как всегда, а он ещё успеет приехать домой, посмотреть футбол и отоспаться.
Его пальцы скользнули по её волосам, придвигая голову ближе к своему паху, пока она копалась с ремнём и замком на ширинке. В тишине ночи вдруг раздался звонок, а ночные звонки для Филина означали только злоключения:
– Скоро буду, не упустите! – рявкнул он в трубку и немного грубо оттолкнул от себя женщину на коленях. – Извини, не сегодня, Маришка, есть дела поважнее.
Филин быстро привёл одежду в порядок, выбежал на улицу, где его ждал водитель и охрана. Они уже были в полной готовности. Водитель отъехал подальше от вездесущих камер, открыл багажник, Филин надел бронежилет под пиджак, рассовав два ствола по кобурам и несколько обойм в броник.
– Ну, что, Филин, в путь – спасать невезучую Пчёлку! Может, тут хотя бы что-то обломится, – дрожа от предвкушения сказал сам себе Святослав.
*****
Маруся сто раз пожалела, что обратилась к этому загадочному Филину и столько же раз пожалела, что отказалась от его помощи, да ещё с таким скандалом. Не в её случае было выбирать. Помощи ей было ждать неоткуда, она жила в самой дешёвой гостинице, из вещей у неё осталось только то, что она успела украсть из дома. Своровала своё же, но факт остаётся фактом – у неё больше ничего нет.
Маруся попыталась забрать свои вещи и ценности у сестры, подкараулив её в подъезде у квартиры, но та устроила такой гвалт и драку, как будто Маруся пришла её убивать, так что ей пришлось спешно бежать. По дороге сломала каблук, в офисе Филимонова осталась вообще без обуви. В следующий раз на важное дело она решила идти в более подходящей одежде и обуви.
Среди ночи ей захотелось поесть, теперь добыча пропитания стала задачей номер один. Она постоянно была голодная и злая, питалась чёрте чем из дешёвых сетевых магазинов и была готова убить за чашку хорошего кофе. Из всех вариантов выпутаться из своей семейной драмы у неё всё ещё был только Филин, который был чуть ли не последней инстанцией перед вратами в ад. Про него говорили, что он может решить любой вопрос, достать любого человека, найти и потерять тоже. Маруся в это слабо верила, но глядя на него, явно с деньгами и властью, она всё же заставляла себя в это поверить.
Маруся тяжело вздохнула, глядя в обшарпанный потолок номера отеля, встала со скрипучей кровати, где последний час лежала в раздумьях над своей судьбой, надела футболку на голое тело, спортивный костюм и кроссовки. Недалеко за углом гостиницы был круглосуточный магазин, она взяла с собой немного денег, которые добыла после продажи запонок и часов мужа.
Она услышала за собой шаги, когда почти дошла до поворота, за которым нужно было нырнуть между двух домов во дворы и пройти через тёмную парковку. Маруся решила не поворачивать, а идти по освящённой улице дальше, потому что, судя по всему, скоро надо будет бежать. Она не успела этого сделать, как её рот заткнула мужская рука и потащила именно в ту сторону, куда она направлялась изначально, но явно не за тем, чтобы купить ей поесть.
Она извивалась змеёй, пыталась кричать, лягалась и брыкалась, пока её тащили до машины двое мужчин, затем глухой удар по голове и темнота. Очнулась она со связанными руками и ногами, заткнутым ртом в тёмном багажнике едущей машины.
Так Маруся вывела для себя аксиому – есть на ночь очень вредно.
*****
Преследование похитителей длилось около двух часов, закалённый в таких делах Филин, координировал действия своих людей, которые подключились к погоне.
В тонированной машине где-то впереди было двое мужчин, в багажнике одна женщина, в арсенале Филина много шпионских штучек. На тачке уже прикрепился gps-трекер, который упал им на крышу с летающего дрона, так – небольшая страховка. Была только одна проблема – в области местами глушили сигнал, машина то пропадала с радаров, то вновь появлялась на трассе. Близко к ним подъехать было нельзя, неизвестно, что стрельнет им в голову и куда тогда стрельнут они.
Машина пропала с экрана неожиданно надолго, Филин ругался вслух, не стесняясь в выражениях, если не появится сигнал в течение получаса, дальше можно не искать, вокруг лес, много съездов. Если заехать подальше – сигнал пропадает, Медовая пчёлка заблудится в лесу навсегда. Жаль её сладкий медок он так и не попробовал.
*****
Её выволокли два мужчины из багажника около какого-то старого заброшенного здания, вокруг ни одного фонаря, ни души, ни хрена. Ан нет, был один хрен – её муж. Он с важным видом вылез из машины, в дизайнерском костюме, с начищенными до блеска ботинками.
Два гоповатых мужика в потертых куртках и джинсах, растрепанная и пыльная Маруся из багажника были будто из одной реальности, а её муж из другой.
– Набегалась, жёнушка?
Она не успела ответить, да и не смогла бы, вокруг её рта была намотана грязная тряпка, а ноги и руки всё ещё связаны. Сильный шлепок по лицу сбил её с ног и она упала на бок на влажную землю. Удар в живот – и у неё перехватило дыхание, которого скоро, видимо, совсем не станет. Все приличные жёны из криминальных новостей умирают от руки мужа, а про Марусю Дурову даже этого не скажут и умрёт она, как дура, от ноги мужа. Помощи ждать неоткуда…
Глава 21. Родственные узы
Муж ударил её носком ботинка в живот пару раз, пока Маруся, скорчившись от боли, пыталась понять, что же плохого она ему сделала, чтобы Сеня стал таким жестоким к ней? Маленькая поправка – после дробовика, нацеленного ему в грудь, она ещё могла бы это понять, но он стал таким ещё до этого. Пусть не любил её, пусть полюбил другую, пусть даже ему застлали глаза огромные деньги, которые мальчик из нищей семьи алкашей никогда не мечтал заработать. Но ребёнок! Их общий ребёнок! За что он так со своим ребенком? Её маленький крошка, которого она носила под сердцем, и с таким трепетом ждала, как скажет вечером мужу, что беременна.
Спутанное сознание Маруси, которое пичкали таблетками долгое время, наконец, прояснилось окончательно. Эта беременность и стала высшей точкой кипения, которая положила начало действиям её мужа. Галлюцинации начались уже позже, а не до, как ей рассказывали сестра, муж и сиделки. Сеня зачем-то убедил себя, что Маруся где-то нагуляла ребенка, но это была неправда! Ему просто нужно было оправдание своей жестокости.
Он детоубийца! И то же самое он сделает с Фросей!
Вместо боли, которая разливалась по телу от солнечного сплетения удушливыми волнами, Маруся вдруг почувствовала злость, которая быстро переросла в ослепляющую ярость. Она будто вся ею горела. Боль отступила в сторону, не справляясь с более сильной соперницей.
Её похитители гоготали, как тупоголовые гуси, которых Маруся терпеть не могла, встретившись с ними один раз в детстве. Следующий взмах ногой от мужа она не пропустила, даже со связанными ногами и руками, Маруся умудрилась сгруппироваться и взять его ботинок сорок второго размера в капкан между локтями и коленями.
Мужчина с большой буквы «мудак» не ожидал такого поворота собственной лодыжки и рухнул прямо в грязь, в которой последние минуты извивалась связанная и избитая им женщина. Смех мгновенно прекратился, когда Маруся, управляемая яростью, накинулась на мужа, что валялся в грязи на спине, как перевернутый жук. Она как-то умудрилась на него навалиться всем телом и ударить его своим лбом в переносицу. Маруся обожала этот эффектный удар, который много раз видела в кино, очень хотела узнать, как это будет выглядеть в реальности. Нашелся повод попробовать его в жизни. Сеня заорал диким кабаном.
Молчаливые мужчины оттащили её подальше от орущего мужа, барахтающегося в грязи. Маруся счастливо улыбалась внутри себя, если сломать нос Сене это последнее, что она сделает в своей жизни, то Дурова умрет, может, и обманутой дурой, но хотя бы немного отомщённой.
– Да хватит уже! Забирайте её! Не хочу больше её видеть и знать! – взвизгнул до тошноты противный фальцет, от которого пошли мурашки по коже.
Маруся кое-как повернула голову на голос и увидела свою сестрёнку, которая тоже, как оказалось, всё это время сидела в машине Сени, видела её избиение ногами и ничего не сделала. По её улыбке, мерцающей в темноте белыми винирами, стало понятно, что она наслаждалась этим зрелищем. Фрося, в ярко-красном плаще, в лаковых чёрных сапогах, была похожа на проститутку с большой дороги. Что Сеня в ней нашёл? Реализацию своих бурных фантазий в постели?
Она подошла к старшей сестре только после того, как наворковалась со своим любовником, который встал на ноги. Весь грязный, с кровавыми подтёками на лице, он смотрел на Марусю так, будто это она его связала и притащила в лес, чтобы избить. Фрося надменно взглянула на неё.
– Наконец, вся твоя грязь вышла наружу! Теперь все мы знаем, что ты из себя представляешь! Красота ни фига не страшная сила, да, Марусь? – хмыкнула она, скривив лицо. – Наконец, я избавлюсь от тебя и буду жить с человеком, который любит меня, а не смотрит в сторону моей сестры – пустоголовой дуры!
Маруся не смогла сдержать слёзы обиды. Одно дело, когда предаёт муж, другое дело – родной человек, которого знаешь всю жизнь. Они вместе росли, у них общие родители, было общее горе, но природа не дала им обеим общую внешность, а это, похоже, самое главное для Фроси. Психика страшненькой из двух сестёр оказалась не готова к соперничеству. В то время как Маруся обожала свою сестрёнку, та ей завидовала, и эта зависть съела в ней всё человеческое.
Старшая сестра перевела взгляд на Сеню, который с трепетом и нежностью обнял Фросю, и её деньги, кажется, были тут не при чём. Они любили друг друга, извращенной любовью двух мразотных людей, утонувших в своих комплексах.
Перед лицом скорой смерти на Марусю снизошла мудрость вместе с памятью. Она вспомнила, как мама говорила про Сеню, что он до ужаса честолюбив и пускает слюни на Марусю. Тогда она вовсю крутила шашни с красавцем мажором Лёхой. Их семьи могли бы объединить капиталы, стать ещё богаче, но Маруся выбрала невзрачного, но надёжного Сеню. Разглядела в нём мужчину, который лишь таким казался и реализовывал свой план стать богатым человеком за счёт неё, заодно трахнув объект своей страсти.
Маруся давилась слезами, глядя как её муж и сестра милуются. Может, ребёнка Фроси он и не убьёт. Маруся была готова умереть от одной только мысли, что скорее всего это Фрося придумала столь жестокий план по выпиливанию Маруси из их счастливой жизни. Самую страшную догадку, что избавиться от ребёнка тоже была её идеей
– Увозите её, как договорились, потом дам следующие инструкции, – усмехнулся Сеня, пренебрежительно кивая на жену.
Марусе не дали сказать напоследок ни единого слова, возможно, предатели просто сохранили какие-то остатки совести, которая могла бы проснуться, если бы Маруся прямо обвинила их в предательстве. Она молча наблюдала, как они садятся в машину и уезжают, оставляя её с мужчинами, которые смотрели на неё глазами голодных животных. Они снова запихнули её в багажник и куда-то повезли. Ей не было страшно, было стыдно, и очень больно от мысли, что мать с отцом перевернулись бы в гробу, узнав, что случилось в семье Дуровых после их смерти.
Ей развязали ноги – только чтобы она их раздвинула, убрали кляп изо рта – только чтобы она пошире его открыла. Маруся стиснула зубы и решила, что умирать тихо она не будет, как и сдаваться насильникам без сопротивления. Она теперь не под таблетками, может за себя постоять.
Маруся смогла ослабить верёвки на руках ещё в багажнике, куда её запихнули второй раз за сегодня. Она нашла какую-то острую железку и даже протёрла их немного, но всё равно никак не могла снять. Хорошо, что они были связаны впереди и она царапалась ногтями, как дикая кошка, когда похитители начали её лапать. Мужчины только смеялись и гоготали над её сопротивлением. Ей бы надо было бояться, а она злилась. Такая реакция на стресс.
– Твой муж велел отвезти тебя в надёжное место. Но про сохранность твоих частей тела он ничего не говорил, – ехидно оскалился один из мужчин.
Сеня, надёжный и ласковый муж, оказался самым страшным человеком в её жизни, который отдал её на растерзание сволочам. Она бы жаждала мести, да ей бы увидеть рассвет. Ещё пару дней назад месть была не так важна, как возврат средств.
Она отомстит хотя бы этим сволочам, твёрдо решила Маруся. Если её поставят на колени, она откусит им причиндалы.
Пленница упала на колени сама, когда от удара по лицу не смогла удержаться на ногах, видимо, её выкрутасы им надоели. Мужчина, что стоял перед ней, начал расстёгивать ремень, а она лишь сильнее стиснула зубы, которые скоро попробуют свежей крови. В колени впились сотни сосновых иголок, в голове помутилось. Она изо всех сил старалась не потерять сознание.
В тёмном лесу – единственным источником света были фары машины, в которой её сюда везли. Они ослепили её, когда стоящий между ней и машиной насильник вдруг упал на землю. На него будто напала тень, которая отделилась от деревьев вокруг, но это точно был живой человек. Он наносил удары по лицу, превращая его в кровавое месиво. Маруся не видела лица нападавшего, он был для неё лишь чёрным силуэтом на фоне яркого света. Глухие удары прекратились, тело на земле не подавало признаков жизни. Тень выпрямилась и встала между ней и светом от фар. В темноте белели рукава кипельно-белой рубашки и сияли его глаза – зеленые светофоры ночного хищника:
– Ну, что, Маруся, теперь готова выслушать мои условия по спасению твоей жизни или дальше будешь свой гонор показывать?
Маруся, как положено всем впечатлительным барышням после пережитого ужаса и чудесного спасения, хлопнулась в обморок. Ей срочно надо было перезагрузить все системы жизнеобеспечения.
