Текст книги "Певчая птичка Филина (СИ)"
Автор книги: Кира Романовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 22 страниц)
Глава 33. Из огня да в полымя
– Марусь, извини, что веду себя так, как будто это я Дуров, а не ты, – тихо раздалось в ночи между двумя телами под разными одеялами.
Маруся приоткрыла правый глаз, который ещё не спал. Птице Филину захотелось пощёлкать клювом, в то время как она пришла сюда просто поспать в тепле. Странный он всё-таки мужик.
– Ты простая, как пять копеек и люди этим пользуются, а я хоть и мерзавец, но тобой пользоваться не хочу.
– Не хочешь, как хочешь, – зевнула Маруся, швыряясь в одеяле, одетой как-то не спалось. – Я бы тобой попользовалась, да не знаю, как это делается.
Когда Филин осознал, что Маруся по привычке раздевается и собирается спать рядом голая, он всё же решил, что раз выбрал жизненное кредо мерзавца – надо идти до конца.
– Хочешь научу?
Под одеялом Маруси наступила тишина, она высунула оттуда нос, недоверчиво глядя на мужчину, который улыбался ей в интимном полумраке гостиной. В её глазах играли отблески огня, что пылал в камине за его спиной, в его же загорелись искорки озорства.
– Себя ты не стесняешься, это я уже понял, но стоит мне снять рубашку, как ты отводишь глаза. Смотри, трогай, я не против, а дальше, как получится. Я ни на чём не настаиваю, натрахался на три жизни вперёд. Если ты не захочешь, ничего не будет. Ниже пояса чур не трогать! Я как зажатую гусиную шею вспомню в твоих руках, мне прям плохо становится.
Филин засмеялся и откинул от себя одеяло, перевернулся на спину, повернув голову в её сторону. Маруся сверкала глазами и не двигалась, будто боялась, что хищная птица её заметит. Святослав осторожно взял её за руку и положил её ладонь себе на грудь.
– Можешь делать, что хочешь, а можешь не делать ничего.
Впервые мужчина в постели дал ей выбор, обычно её партнёры вели себя так, будто она им что-то должна – показать, рассказать, отсосать. Разделась – так трахайся. Филин не просил и не заставлял, он будто приглашал её в путешествие, а путешествовать Дурова любила.
Маруся робко двинулась ладонью в сторону его правого плеча, где начиналась карта из его татуировок. Не изображения, животных, не надписи на непонятном языке, а абстрактные линии и узоры, чтобы понять которые, надо было хорошенько приглядеться. Они, наверняка, что-то значили. Её ладонь медленно следовала по чернильной карте, грудь мужчины размеренно вздымалась, а на губах играла довольная улыбка.
– Под твоими татуировками шрамы, откуда они?
– Мы не настолько близки, чтобы я об этом рассказывал, – усмехнулся Филин.
Он поймал её ладошку в районе своего живота, поднёс к губам и нежно прикоснулся к ней губами, у Маруси перехватило дыхание. Филин перевернулся со спины на живот и подложил под голову руки, тяжело вздохнув.
– Если я усну, это не потому что ты бревно, Маруся, а потому что мне пиздец как хорошо. И чтобы я больше от тебя этой херни не слышал. То, что твой муж с опилками в башке и пытался их в твою насыпать, не значит, что ты должна с ними теперь таскаться по жизни до самой пенсии.
– Семья моего первого парня сколотила состояние на лесозаготовках, опилки у меня от него, немножко от его старшего брата, – прыснула от смеха Маруся.
– Тянет тебя прям к дятлам, Маруся, а ты ведь ни фига не полено.
Филин от души посмеялся над собственной шуткой, уткнувшись лбом в подушку. Девушка хихикнула позади него. Она вылезла из под одеяла и он почувствовал на себе её тяжесть, Маруся села на него и продолжала гладить ладонями по спине. Её нежные руки, которые никогда не знали тяжёлой работы, мягко касались его кожи, он прикрыл глаза, наслаждаясь её ласками. Его понемногу одолевала сонная дрёма, как вдруг Маруся вырвала его оттуда одним поцелуем, затем вторым. Она продвигалась поцелуями вверх по позвоночнику от лопаток до шеи. Её волосы двигались вверх вместе с ней и щекотались, иногда он чувствовал, как её соски касаются его кожи. На каждое касание он отвечал вздохом. Когда Маруся начала целовать его в шею, прижавшись всем телом к нему, он глухо застонал, стискивая зубы. Пора брать тёлочку за рога.
Мужчина под Марусей шустро перевернулся и она почувствовала, его напряжение в паху, на котором она теперь сидела. В отличие от Филина, она была абсолютно голая. Его ладони по-хозяйски обняли её за бёдра, двинулись вверх до талии, затем по спине до лопаток. Она смотрела ему в глаза и не могла отвести взгляд, на неё никогда никто так не смотрел. Будто она самое сладкое лакомство в лучшей кондитерской.
Филин слегка надавил ей на спину, Маруся намёк поняла, упав на него всем телом и поцеловала его в губы. Их первый поцелуй не ради притворства. Теперь инициатива принадлежала ему. Его губы настойчиво требовали отдачи, горячий язык будто обжигал её изнутри. Она застонала, чувствуя, как внутри неё всё сжимается.
Маруся оказалась на спине, а мужчина сверху. Он целовал её, не давая передышки. В отличие от других мужчин, с которыми она ложилась в постель, Филин не позволил себе ни облапать её руками за грудь, ни засунуть пальцы между ног, будто осторожничал. Он оторвался от неё и тихо сказал:
– Ты охуенная, Маруся, и я тебя очень хочу. Закрой глаза и ни о чём не думай. Тебе не нужно ничего делать, просто отдайся мне.
Она медленно выдохнула и прикрыла веки, отдаваясь не мужчине, а ощущениям, которые он ей дарил. Вместо рук её тело исследовали его губы. Временами его щетина царапала ей кожу и по телу пробегали мурашки, иногда ей было щекотно и она хихикала. Давно не девственница знала, что будет после поцелуев, но всё равно вскрикнула от неожиданности, когда он вошёл в неё и начал медленно двигаться.
– Если что-то не так – скажи, если всё нравится – просто лежи и получай удовольствие, – прошептал он ей на ухо.
Маруся обняла его покрепче за спину, прижалась к его плечу щекой и тяжело вздохнула, может, быть бревнышком, которое хорошо катают не так уж и плохо. Она чувствовала как мышцы на его спине напряглись до самого предела, его бёдра двигались всё быстрее и жёстче, временами сбавляя темп для разнообразия. Маруся всё шире улыбалась, изредка постанывая, кажется, у неё получалось отдаваться, а у него отлично получалось брать. Она забыла о своих зудящих ожогах от крапивы, об укусе бешеной птицы. Мужчина заставил её забыть.
Только в конце она поняла, что Филин сильно сдерживался в своих животных желаниях. Он издал победный рык, делая несколько финальных движений и Маруся же издала предсмертный писк, почувствовав всю тяжесть его тела будто прямо в себе самой.
Самую её нелюбимую часть секса, Филин пропустил. Вопросов из серии «Ну как тебе? Ты кончила?», она от него так и не услышала. Он лёг на спину, уложила её себе на взмокшую от пота грудь и прижал к себе. По его лицу блуждала довольная улыбка.
– Мне было очень хорошо и приятно, – тихо сказала Маруся.
– Я за тебя очень рад, за себя так ещё больше, – улыбнулся Филин, поцеловав её в макушку.
– Мы же предохранялись, да? – вдруг встрепенулась женщина.
– Блядь, Маруся, об этом надо думать до, а не после!
– Что, не предохранялись?! Я как-то отвлеклась…
– Отвлеклась, она, блядь! – вздохнул Филин, прикрывая глаза рукой. – Честно, Марусь, мне прям страшно тебя в большой мир выпускать, если что. Тебя не убьют, так сразу обрюхатят.
– Выпускать в большой мир? Я тебе цыплёнок что ли из инкубатора? – фыркнула Маруся. – Я была замужем пять лет, привыкла не думать об этом. Хотя надо было, наверное. Муж-то мой корабль любви и верности на левый борт опрокинул. Я если что здорова, моё обручальное кольцо оплатило мне все анализы, а то Фроська скачет по парням без разбора с шестнадцати лет. Я боялась, что заразила меня чем-то, через общую постельную принадлежность.
– Это ты про мужа? – хмыкнул Филин.
– Ага, как его ещё назвать? Так мы предохранялись или нет? Так хорошо было, что я не заметила.
– Да, Маруся, я за этим строго слежу. Но тебе бы надо тоже за этим следить.
Девушка выдохнула с облегчением, устроилась поудобнее рядом и спокойно уснула в объятиях мужчины.
*****
Утром Святослав долго не мог заставить себя выбраться из-под тёплого одеяла и оторваться от горячей женщины, тело которой будто пылало жаром всю ночь вместо потухшего камина. Он позволил себе пройтись ладонями по спящему рядом телу, Маруся так крепко спала, что этого не заметила. Он прикоснулся напоследок губами к её обнажённому плечу и всё-таки выбрался в утренний холод. Контрастный душ, затем завтрак, который принесли прямо в домик. Зная Марусю и её обычное время пробуждения, он не стал её будить, но когда он допивал кофе, уже одетый, он услышал шум воды – соня проснулась раньше обычного.
Маруся зевая вышла из ванной, обёрнутая в полотенце. Она улыбнулась, увидев его и протянула к нему руки, чтобы обнять. Полотенце соскользнуло вниз и Филин прижал к себе обнажённую нудистку, которая поцеловала его в губы.
– Доброе утро, Маруся, как спалось?
– Лучше, чем обычно, – широко улыбнулась девушка, поправляя ему галстук. – Зачем ты так одеваешься в деревне?
– Потому что я так привык. Завтракай, отсыпайся дальше, я приду за тобой к обеду. Мне нужно решить пару дел.
– Я хочу с тобой пойти, – надула губы Маруся.
– Если ты пойдёшь со мной, вместо дел, я буду спасать тебя, ты же обязательно найдёшь приключений на свою красивую попку. Посиди, пожалуйста, в безопасности. Будешь хорошо себя вести, потом кое-куда поедем, поможешь мне – будешь моим засланным шпионом.
Маруся нахмурила свои бровки, решая, стоит ли в это ввязываться. Филин её согласия пока не спрашивал. Он чмокнул её несколько раз в губы на прощание и уже вышел за дверь, но передумал.
Обнажённая девушка только хотела укусить свежую булочку, которая манила её своим запахом, как вдруг на маленькую кухню ворвался мужчина с горящими от возбуждения глазами, взвалил её на плечо и понёс в гостиную. Он слегка шлёпнул её по голой заднице перед тем, как поставить на ноги.
– Хочу тебя, Дурова. Привыкай к новому режиму сна, бодрствования и секса не по расписанию, – сказал Филин, снимая с себя пиджак. – Ходи голой сколько влезет, но помни – у всего есть последствия!
Маруся звонко рассмеялась, не любила она расписания, последствия тоже.
Семьдесят два часа спустя
Пробуждение было медленно, будто его кто-то бил молотком по лбу, всё сильнее и сильнее. Тяжёлые веки никак не хотели открываться, а в ушах стоял звон колоколов. Когда Филин понял, что это не они, а звук полицейской сирены, глаза открылись одним махом. Яркий свет чуть не выжег сетчатку, виски заныли от боли. Последнее, что он помнил, это Маруся, в красивом платье у него в объятиях, они танцевали, но там, где он проснулся, не было ни Маруси, ни звуков музыки. Только чей-то тихий плач.
Филин резко поднял туловище и у него закружилась голова. Замутнённым взглядом он попытался оглядеться вокруг, но ничего толком не разглядел. Он был по пояс обнажён, лежал в каком-то смутно знакомом ему помещении. Продрав окончательно глаза, картина стала яснее. В большой гостиной у стены, пристёгнутая наручниками к батарее тихо скулила Надя, на опухшем лице которой отпечатались следы побоев. Звук полицейских сирен становился всё громче, Филин, шатаясь, поднялся с дивана, на котором непонятно как оказался, сделал шаг и резко затормозил. У его ног распластался муж Ласточки, Филин насчитал в нём три огнестрельных ранения в область груди. Святослав себя сразу же оправдал – ему хватило бы и одного. Убийца – дворецкий.
Когда за его спиной защёлкивались наручники, в голове у Филина эхом раздавался голос Быстрицкого:
«Я же тебе говорил, Булат, предавший однажды, будет предавать всю свою жизнь»
Глава 34. Филин в клетке
Ключи тюремщика противно проскрипели в замочной скважине за спиной арестанта. Филин потёр запястья, которые впервые оказались в металлических браслетах. Спёртый воздух камеры отдавал зловонием потных тел и грязной одежды. На скамейке у левой стены кто-то спал, судя по запаху то ли бомж, то ли алкаш. Филин невозмутимо поправил воротник белой рубашки и присел на скамью, откинувшись затылком на стену, прикрыв глаза. За запертой дверью тюремной камеры единственное в чём ты можешь быть абсолютно свободен это своя собственная голова. Никто не может залезть в твои мысли, как бы ему не хотелось.
Его мысли и воспоминания последних трёх дней постепенно выстраивались в упорядоченную последовательность.
*****
– Значит так, гражданка Дурова, слушай инструктаж перед важным заданием…
Маруся сделала серьёзное лицо и попыталась вникнуть, что он от неё хочет. После того, как Филин ушёл из домика по делам, Маруся немного поела, много поспала, а потом он вернулся и они поехали куда-то, оставив все вещи на месте. После поездки длиной в целый час, они приехали в деревню побольше, припарковались недалеко от парка с детскими площадками и Филин начал учить её шпионить.
– Ты всё поняла?
– Да, – закивала головой Маруся.
– Тогда иди, вон та бабушка в синем платке.
Филин не отрывая взгляд, наблюдал, как Маруся идет к детской площадке, присаживается на скамейку, как будто она что-то ищет в телефоне. Потом его отвлек важный звонок и он потерял бдительность, разговаривая с Жориком. Когда Филин повернул голову в сторону площадки, там не было ни бабушки с внучкой, ни Маруси. Не высмотрев Пчёлку, Филин начал ей звонить, Маруся не отвечала. Он объехал парк пару раз, но рыжей головы нигде не было видно. Филин продолжал звонить, ругаясь на самого себя и свою беспечность.
Маруся вернулась через полчаса, прихрамывая, на правом колене, чуть выше укуса гуся, был приляпан листок подорожника. Филин решил больше товарища Марусю не отправлять на дело – она слишком легко травмируется.
– Я потеряла телефон, потом нашла, а потом споткнулась и упала, больно было, – оправдалась Маруся, умилительно закусывая нижнюю губу, когда села к нему в машину.
– Поехали, Дурова, лечить тебя буду, – вздохнул Филин, отъезжая подальше от опасного места.
Святослав даже не ругался, что она так увлеклась качелями, что забыла о времени. Пока Филин обрабатывал большой девочке рану на колене, Маруся рассказала всё, о чем они говорили с девочкой Любой, показала её фото. Она сидела на пассажирском сидении, а он на корточках возле открытой двери. Сняв пиджак, закатав рукава белой рубашки и обнажив рисунки на коже, Филин сосредоточенно обрабатывал ей рану, хмуря брови.
– Она такая прикольная, попросила меня рассказать ей сказку, сказала, что у меня голос красивый. Я раз пять ей рассказывала, а она всё просила и просила! Мы на качелях катались! Так классно было! Я сто лет не каталась!
– Никуда тебя нельзя отпускать, Маруся, особенно играть с другими девочками на детской площадке.
– Это твоя дочка? – спросила Маруся, сделав нехитрые выводы о своём шпионском задании.
– Нет, у меня нет детей.
– Почему? Ты вроде классный.
– По кочану, Маруся, – вздохнул Филин, приклеивая ей пластырь.
– Спасибо, но подорожник от Любаши лучше смотрелся. Она сказала, что это волшебное средство от ушибов, только она зачем-то ещё на него плюнула, не гигиенично как-то, – улыбнулась Маруся, чмокнув своего доктора в щёку.
Филин прищурил зеленые глаза, глядя на её голые ноги, короткое платье, которое она надела без лифчика. Они остановились в лесочке за поселком, обратно до деревни ехать ещё час. Он провёл ладонью от колена до её бедра, просунул руку под подол, она хотя бы надела трусики. Нет, час до места с кроватью он ждать был не готов. Филин поднялся, протянул ей руку и поднял на ноги, притянув к себе, целуя её в улыбающиеся губы.
Он резко развернул её от себя, лицом к машине и чуть толкнул вперёд, прижав к закрытой задней двери. Маруся уперлась ладонями в холодный металл. Он прижался своим телом к её спине и его руки начали ощупывать её тело.
– Прямо здесь? – с долей страха в голосе спросила Маруся.
– Да, до дома я не дотерплю, нам ещё вечером в гости идти. Мы быстро, Марусь, охнуть не успеешь.
Маруся успела охнуть и ахнуть, после того, как Филин запустил свою руку ей в трусики. Он заставил её забыть на время, что они могут быть в лесочке не одни, что кто-то их увидит. В её реальности существовала только его рука, которой он в данный момент творил чудеса. Она распугала в лесу всех дятлов, своими стонами, когда Филин приспустил с неё трусики и начал трахать с таким нетерпением, как будто у них ничего не было целую неделю.
Вместо храпа сокамерника, в голове у Филина всё ещё звучали сладкоголосые стоны Медовой пчёлки…
*****
За большим столом в доме управляющего фермой собрались дорогие гости, половина из них работала на Филина. Среди темноволосых мужчин и женщин, которые успели загореть от работы на улице, Маруся смотрелась светлым пятном, с горящими огнём волосами. Она уплетала выпечку, которую ей постоянно подкладывали. Когда она начинала что-то говорить, люди улыбались, слыша её мелодичный голос. Филин, наверное, уже к нему привык, но мурашки все ещё пробегались по телу вверх-вниз, когда она начинала постанывать и пищать от удовольствия в постели. Он еле дождался, чтобы остаться с ней наедине без одежды.
– Что, опять? – вздохнула Маруся, когда он начал её раздевать, стоило им оказаться в их домике.
– Ты такая сладкая, Медовая пчёлка, невозможно оторваться! – оправдался Филин, толкая её в гостиную поближе к дивану.
– Как бы сахарный диабет не развился, столько сладкого употребляешь, – проворчала Маруся, падая на спину.
– Скорее у меня случится сердечный приступ от перенапряжения, – расхохотался Филин, накрывая её своим горячи телом.
Вместо горечи поражения арестант всё ещё чувствовал вкус её губ на своих губах. Филин взглянул на свою руку и улыбнулся, вспоминая как он нежно скользил подушечками пальцев по её спине от поясницы и обратно, когда она лежала обнажённая на животе после того, как он ею насытился до отвала.
– Почему люди здесь часто называют меня матурым?
– Это означает на татарском «моя красавица».
– Я не их красавица, – обиженно буркнула Маруся.
– Хочешь, будешь только моей красавицей?
– Я подумаю…
*****
Утром следующего дня они отправились в обратный путь, по пути сделав крюк в ещё один городок, где жила девушка, которая стала ему чем-то вроде младшей сестры. Хотя когда-то он даже думал на ней жениться, лишь бы спасти её от отца дегенерата, который торговал дочерью, чтобы только избавиться от проклятия в виде неё. Потом она ушла замуж за другого, развелась, а с Филином они стали просто хорошими друзьями, которым было не плевать друг на друга в этом огромном мире.
Он давно хотел её проведать, да ему мешали остальные проблемные женщины в его жизни. Эдик его подтолкнул, когда Святослав забирал у него свои новые костюмы.
– Съездил бы ты к Кире, ты вроде собирался, а то она совсем расклеилась, – с укором сказал стилист, отдавая его заказы в руки.
*****
Старая скамейка в парке, Волчонок потухшим взглядом смотрела, как рыжая девушка самозабвенно катается на качелях недалеко от них. Взрослые, которые проходили мимо, крутили пальцем у виска, дети спокойно ждали своей очереди, чтобы покататься после взрослой тёти.
– Кто это? – кивнула Кира на Марусю, с которой он её познакомил.
– Моя девушка, – расплылся в улыбке Филин.
– Бедная твоя девушка, не знает, с кем связалась, – покачала головой Кира.
– Я вообще-то один из самых завидных холостяков столицы!
– Вот и оставайся в холостяках, не губи чистые девичьи души!
Филину она до боли напоминала его погибшую сестрёнку Гулю. Может, потому он так к ней проникся и переживал за её судьбу. Сейчас она переживала не лучшие времена, болезнь близкого человека будто высосала из неё всю радость жизни.
– Как ты, Волчонок? Чем я могу тебе помочь? Только скажи, – встревоженно спросил Филин, обнимая её за плечо.
– Ничем, Филин, всё в руках Божьих, как говорит тётя Таня. Всё нормально, мы понемногу лечимся, – надтреснутым голосом сказала Кира. – Всё будет хорошо.
Маруся взлетала на качелях вверх и вниз почти час, пока Филин разговаривал с Волчонком, которой не нужна была помощь, она справлялась сама. Стискивала острые зубы и боролась с судьбой, которая не щадила её в который раз за её жизнь. Этим они были с ней похожи: Филин и Волчонок, необычный симбиоз двух разных видов.
– Кто это? Твоя дочь? – ещё раз спросила Маруся на всякий случай, когда они ехали обратно.
Филин, прикинув в голове разницу в возрасте с Кирой, усмехнулся, а ведь могла бы быть его дочерью. Какой же он уже старый, если женщина, на которой он хотел когда-то жениться годится ему в дочери и ему от этого как-то не по себе.
– Моя хорошая знакомая, приглядываю за ней, как за тобой. Чтобы ничего плохого не приключилось.
Надо было ему получше приглядывать за самим собой…
*****
Вечер перед потерей памяти, Филин помнил смутно. Они приехали в Москву, немного отдохнули и он повёл Марусю на юбилей Натальи Борисовны, которая с размахом его отмечала среди сотни гостей. Маруся была в изумительном шёлковом платье, нежно-голубого цвета. Её кудри струились по открытой спине, а светло-серые глаза горели будто только для него одного. Филин рискнул и пригласил Пчёлку на медленный танец. Она наступила ему на ногу всего лишь два раза, но это было ничто по сравнению с тем, как ему было приятно, что её голова лежит на его плече, пока они танцуют.
Этот идеальный вечер прервали звонки от Нади, которые Филин пропустил, на третий звонок, он всё же ответил.
– Он меня избил… Я не могу выйти из дома… Пожалуйста, помоги!
И он, конечно, поехал, а лучше бы остался с Пчёлкой.
*****
Утром он был в камере, а выжившая жертва давала показания против него:
– У мужа ответственная и важная работа, он постоянно в разъездах. Я обратилась к Святославу Филимонову, чтобы он взял на себя охрану наших детей и меня. Когда-то мы были знакомы. У нас были отношения, нам было по восемнадцать, но потеряли связь, – без запинки говорила Надя, под запись для следователя. – Мы договорились о цене и его работе, но только на словах, никакого письменного договора, мне это показалось странным, а он сказал, что это личная услуга. Потом он начал вести себя очень настойчиво, говорил про моего мужа всякие небылицы, будто он мне изменяет, хочет развестись…
Ласточка логично выстроила линию обвинения против Филина, основанную на фактах – показания свидетелей о том, как Филимонов оказывал знаки внимания замужней женщине, видео с камер вокруг её дома, следы побоев на жертве, отпечатки пальцев на пистолете, следы пороха на его руках.
Муж, который приехал неожиданно прямиком из аэропорта и застал, как избивают его жену прямо у него дома. Итог – Филин убил его тремя выстрелами в грудь, пристегнул Надю к батарее, чтобы не сбежала и напился, оставив свою жертву на потом. Следователь внимательно слушал и сочувственно кивал. В течение трёх дней были проведены экспертизы, которые подтвердили версию Надежды.
Она всё это время принимала успокоительные и соболезнования, готовясь похоронить мужа. За день до похорон её вызывали на допрос, в связи с новыми обстоятельствами расследования. Следователь сказал ей, что в связи с особой важностью дела, он приедет за ней сам на служебной машине. Безутешная вдова продолжала играть свою роль и готовилась давать новые показания.
*****
– Что это за место? – испуганно озиралась вокруг Надя, когда вышла из машины совсем не там, где её допрашивали в первый раз.
Следователь ничего не ответил, захлопнул за ней дверь авто, обогнул машину и сел обратно за руль. Надя в ступоре смотрела, как он резко даёт по газам и оставляет её одну, в темноте, около какого-то заброшенного здания. Она в панике начала хвататься за сумку, в которой был телефон. Её вопль ужаса заглушила сильная мужская рука, которая прижала к носу и рту кусок ткани. Попытавшись вдохнуть в себя воздух, Надя начала терять сознание. Перед тем, как провалиться в сон, она отчётливо услышала голос Булата:
– Птичка скоро будет сидеть в клетке и зовут её Ласточка…
