Текст книги "Певчая птичка Филина (СИ)"
Автор книги: Кира Романовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 22 страниц)
– Я не оставила на тебе ни одной царапины, можешь быть спокоен. Живи своей ненастоящей жизнью дальше. Вы друг другу врёте и в этом ваше мерзкое счастье, моё совсем другое. Отпусти меня, Пчёлка хочет на волю…
Он не сказал ей ни слова, пока она одевалась и уходила. Хотя бы не врал, с паршивого Филина хоть перьев клок.
*****
В следующий раз наедине с голым мужчиной, она осталась без оргазма, но с чувством полного удовлетворения. Её отчим дрожал не от возбуждения, а от страха, стоя в углу своей же спальни, прикрывая свои чресла обеими руками. Две таблетки виагры всё ещё действовали. Маруся сидела в кресле, обнаженная, закинув ногу на ногу и целясь ему прямо в место, которым он очень дорожил.
– Это ничего, что я голая? Вы ведь за этим меня к себе позвали? Чтобы меня раздеть и трахнуть. Извините, в меню сегодня только первое, – усмехнулась Маруся. – Ну, рассказывайте, вы знаете, что я хочу от вас услышать – правду. Мне нужна только она, поймаю вас на лжи – выстрелю.
Люди очень много говорят, а ещё больше врут, когда на волоске висит их жизнь, после часового блеяния барана, Маруся сказала правду за него.
– Вы сговорились с моим дядей, потом с мужем, упекли меня в место, где вы были в белом халате, а я привязанная к кровати. Целый год ты, грязная свинья, воплощал в жизнь свою больную фантазию об отчиме и его падчерицы. Я узнала твой запах, в сосновый бор больше гулять не пойду, подташнивает, – спокойно сказала Маруся. – Хорошо, что я ничего не помню, только пару моментов, но этого мне хватит, чтобы тебя убить. Я только одно хотела узнать, про девушку, Лейсан, вы сказали правду?
– Д-да, чистую.
– Ну, это его проблемы, не мои. Да? Или всё-таки предупредить его? Как считаете, папуля?
Маруся задумчиво почесала пистолетом голову, забыв, что надо держать прицел на жертве. Штольц взвизгнул поросёнком и ринулся прочь из комнаты, пока Маруся решала стоит ли стрелять ему в спину. Она приняла верное решение – сначала догнать. Спускаясь по мраморно лестнице к её подножию, Маруся пришла к выводу, что карма всё же есть. Штольц не добежал до двери всего пару метров.
– Кондратий хряпнул, как моя нянечка говорила, – вздохнула Маруся над бездыханным телом. – Нечего было виагру жрать в вашем-то возрасте, Максимилиан Карлович. Сердце-то самый слабый орган в организме мужчины!
Ей понадобилось десять минут, чтобы отрепетировать душещипательный звонок в скорую, затем немного капель в глаза для слёз по любовнику, с которым сорвался первый романтический вечер. Маруся сама себе удивилась – она ничего не чувствовала, ни облегчения, ни сожаления, ни жалости.
*****
Следующую ворону она решила призвать к ответу в глухом лесу под Питером, куда Маруся вывезла своего умирающего дядю подышать свежим воздухом. Сидя на бревне на краю оврага, Маруся вертела в руках ингалятор, пока её дядя корчился внизу, задыхаясь от приступа астмы.
– Так будете говорить правду или помрёте молча?
Он предпочёл правду, получив спасительный ингалятор. Только опять врал, спасая свою шкуру, тогда Маруся достала пистолет.
– Я и так могу, если хотите, – пожала она плечами. – Мне не хотелось бы вас убивать, вы и так одной ногой в могиле, хоть облегчите душу перед смертью. Покайтесь!
Маруся громко засмеялась, а «Борис Бурда» проявил таки какие-никакие признаки интеллекта – правда была выгоднее, чем ложь.
Когда-то папа Маруси несправедливо, как показалось Аркадию, разделил общее дело братьев на две части. Одна выросла в большой доходный бизнес, другая сдохла в агонии. Аркадий посчитал это не справедливым, пытал счастье в криминале, попытался сорвать куш, но оказался в тюрьме, где оброс связями и выработал гениальный план по убийству всей семьи Дуровых и переходу активов к нему. Девочки выжили и обломали ему всю малину, тогда дядя сговорился с Сеней, путём угроз и шантажа, пообещав круглую сумму за помощь. К моменту выхода из тюрьмы – весь бизнес должен был быть на руках у Аркаши, но он получил только результаты анализов и кидок собственных детей.
– Ваши сыновья от разных браков, на которых вы хер забили и никогда не вспоминали, вдруг стали вам нужны – вы переписали весь бизнес на них, а они вас кинули. Вы вышли на свободу, а у вас ни денег, ни детей, ни здоровья. Ко мне зачем-то прицепились. Подыхать один не хотели? И что? Стоило оно того? Даже если бы деньги были, с собой-то на тот свет по карманам не рассуете.
– Ты ничего не понимаешь в жизни, девчонка! Ты никогда хлеб и макароны не жрала целыми днями! Ты не знаешь, что значит быть бедной!
– И это очень даже хорошо, завидуйте молча, – тяжело вздыхая и вставая с бревна, сказала Маруся. – Обратно сами дорогу найдёте, на шум идите там трасса.
Дурова развернулась, чтобы уйти и не оборачиваться, но её остановил вопрос:
– А ей ты тоже мстить будешь?
– Кому?
– Той, которая убила твою любимую Фросю…
*****
Маруся вышла из леса одна, когда уже начало темнеть, её обойма была полна патронов, а совесть всё ещё чиста. Она никого не убила. Дядя был ещё жив, когда выбрался из оврага. На следующий день она корила себя – зря она отправила его к трассе, он вышел из леса прямиком под большегруз. Маруся окончательно уверовала в карму, которую собиралась всё же запятнать убийством. Расплата придёт, но, может, ей станет легче и она, наконец, что-то почувствует, когда Лейсан получит свою.
Пока Маруся была словно робот, бесчувственный и не живой.
*****
Расплата пришла слишком быстро, она и выстрелить-то не успела. Дядя говорил, что Филин убивает одним выстрелом, прямо в лоб. Ей должен был попасть в висок, а она ведь всего лишь хотела вывести лгунью на чистую воду. Ничего плохого.
Маруся вздрогнула от звука, её мозг запоздало отправил сигналы по всему телу, чтобы проверить на наличие ран. Она моргнула несколько раз, дотронулась пальцем до своего левого виска – дырки там не было, мозги из правого не вылетели. Только звук упавшего тела вывел её из двухсекундного транса. На полу в платье лежала девушка, волосы разметались по грязному полу, а на белом платье расплывалось алое пятно. Пуля попала прямо в сердце. Маруся согнулась пополам в приступе тошноты и её начало рвать без остановки, от ужаса происходящего. Всё, что про него говорили – чистая правда. Безжалостный убийца – чистильщик.
– Она же беременна… Как же… Ты же… – всхлипнула Маруся, всё ещё сгибаясь пополам от боли в районе желудка.
– Я не был готов стать отцом! – усмехнулся насмешливый голос где-то сбоку.
Марусю снова начало рвать, будто организм никак не мог переварить всё происходящее, когда рвать стало нечем, Филин схватил её за волосы на затылке и резко поднял вверх.
– Про обойму на человека, смотрю, вспомнила, молодец, всё-таки чему-то учишься, – обжёг её дыханием хищник. – Только забыл тебе сказать, когда первый раз кого-то убиваешь, будет тошнить – бери с собой пакетик. Второй раз легче пройдёт, только второго раза у тебя не будет, Пчёлка. Предатели долго не живут, а ты меня предала, Дурова! Твоя пуля тебя заждалась!
Глава 42. Минус брюнетка
Маруся застыла в оцепенении, какое ещё предательство? Она всего лишь делала ровно то же самое, что и он – ничего не говорила, а если говорила, то врала. Её взгляд опустился на Лейсан, которая даже понять не успела, что первой убьют её. У Маруси навернулись слёзы на глаза – рука девушки легла на живот, будто в последнем жесте защиты. Он не пощадил ни женщину, ни своего ребёнка. Джентльмен из него никудышный.
Марусю снова затошнило, она прижала ладонь ко рту и дёрнулась головой вправо, чтобы только на неё не смотреть. Филин отпустил её волосы и Маруся отпрянула от него, прижавшись к стене спиной, справа – труп Лейсан, из под которого начала расплываться лужа крови, напротив спасительного выхода её убийца. У Филина в руке теперь был пистолет Маруси, он осмотрел его взглядом знатока.
– Иногда женщинам приходится давать мужчинам под дулом пистолета, но чтобы давать за дуло пистолета, это впервые на моей памяти, – хмыкнул Филин. – Украла у своего мажора на большой вечеринке, когда подозреваемых слишком много? Заявление не подашь, оружие незаконное. Умно, Дурова, а твой парень слишком пиздобол. Из этого пистолета нескольких человек грохнули, а он из него по бутылкам стрелял с дружками. Что так смотришь на неё, Марусь? Ты же её убить хотела? Ты думала убивают как-то по-другому? Вот так, Пчёлка – р-р-раз и нету, и кровища вокруг.
– Ты убил своего ребёнка… – прошептала она.
– Доверчивая ты такая, Маруся, всё-таки, – хмыкнул Филин. – Хорошо, что баба, а не мужик. Воспитывала бы не своих детей и в ус не дула. Она не была беременна, её муж постарался. Он, кстати, сдох от моей руки. Теперь вот всю семью в могилу отправил. Доделал начатое – закрыл гештальт, так сказать.
– Ты отвратителен…
Филин развёл руки в стороны, будто расправил крылья в полёте, приподнял правую бровь, улыбнулся своей обворожительный улыбкой и подмигнул ей.
– Но стоит приодеться, сверкнуть золотыми часами под носом у женщины, которая в них разбирается, нассать ей в уши про любовь и чувства, показать ей власть и силу, как я уже и не столь отвратителен, да Пчёлка? Хотя на тебя волшебство уже не сработает. Ну что, Маруся, у тебя отсюда только один выход – пуля в меня. Устроим битву в стиле ковбойского вестерна? Я видел какая ты меткая. Покажешь класс?
Филин протянул в её сторону пистолет. Его глаза сверкали лихорадочным огнём, у неё пересохло во рту от ужаса, она как будто попала в лапы психопату. Штольц так и говорил про Филина, что он психопат, который ничего не чувствует, он лишь мимикрирует под чужие эмоции. Нет привязанностей к людям, нет чувств, нет жалости. Дурова ещё и убеждала Штольца, что это не так.
Она вспоминала их поездку в деревню, как Филин заботился о ней, обрабатывал раны, как общался с людьми, которые знали его с детства. Он не казался психопатом, а потом она вспомнила девушку, с уставшими зелеными глазами – Волчонка, о которой заботился Филин. Он так и не рассказал, кто она ему, почему он о ней переживает. Когда они остались наедине, девушка шепнула ей: «Когда ты почувствуешь, что он играет тобой и твоей жизнью – беги. Непохожа ты на человека, который сможет играть с ним на равных».
Вот он и играет, начал уже давно, сейчас суперигра. Маруся не успела из неё выйти.
– Я не хочу тебя убивать.
– А выжить не хочешь? Чтобы выжить придётся убить.
– Не хочу я выживать, а жить у меня не получается, – сдавленно сказала Маруся. – Не хочу быть как ты…
– Как я? Я выжил, Марусь, она сдохла. Живым быть лучше, чем мёртвым.
– Но разве ты живёшь?
Маруся обняла себя за плечи, отворачивая голову от него и от его жертвы. Филин стиснул зубы, только Дурова своими тычками правды могла заставить его чувствовать себя полным идиотом.
– Я хочу, как она…
– Что?
– Хочу, как она, чтобы не успела понять, что произошло, я могу отвернуться.
Маруся медленно повернулась к стене лицом, она не хотела, чтобы холёное лицо Филина было последним, что она увидит на этом свете. Она закрыла глаза и попыталась вспомнить самые счастливые моменты своей короткой жизни, в них было не так уж много людей, но они все ей улыбались, в последний раз. Даже её собака Одноглазый Джек Воробей, иногда строил такую морду, виляя хвостиком, что казалось будто он умеет улыбаться. Никого из её любимых не осталось, даже старенькой нянечки. Её телефон был недоступен, когда Маруся пыталась ей позвонить, чтобы сообщить о похоронах Фроси. Маруся даже не знала, где она живёт, сколько она помнила няню Зину она жила у них дома. Наверное, она тоже умерла. По Марусе даже плакать некому, если только Синичка пустит скупую слезу, да пойдёт записывать свои ролики дальше. Может, и к лучшему, что всё закончится вот так – быстро и легко.
Твёрдая рука убийцы схватила её за шею сзади, Маруся взвизгнула, когда он потянул её назад, будто хотел ударить головой о стену. Быстро и легко, кажется, не будет.
– Ты пришла сюда, чтобы убивать, а сейчас строишь из себя жертву? – процедил сквозь зубы Филин.
– Я пришла узнать, зачем она убила Фросю?! Она ей ничего не сделала! – всхлипнула Маруся. – Пиявка бы не сказала правду, если бы от этого не зависела её жизнь! Люди врут до последнего!
– Она убила её потому что её так воспитали, Маруся, как тебя. Что бы она не захотела – это должно ей принадлежать. Кто бы ей не мешал – он должен быть устранен с дороги. Добавь к этому съехавшую кукушку и всё, больше спрашивать не надо. Она сумасшедшая!
– Да вы оба сумасшедшие! – заорала Маруся. – Ты спал с ней месяцами, жил с ней, сделал предложение, а потом просто убил!
– Некоторые бабы думают, что у них пизда золотая, что если мужик их трахает, хорошо и страстно, обеспечивает её бабские хотелки, то им всё можно. Лейсан своей больной башкой искренне верила, что если она будет казаться хорошей девочкой, её шизы никто не заметит. Только люди, которых она убивала, видели её настоящее лицо.
– Не хочу больше тебя слушать! – всхлипнула Маруся, роняя слёзы. – Не хочу я больше в этом участвовать! Хочу к маме с папой! Я устала! Больше не могу!
– Смоги, – процедил сквозь зубы Филин, касаясь её мокрой щеки носом. – Мы с тобой ещё не закончили! Поехали, Дурова, клетка твоя готова.
*****
Он втолкнул Марусю в сырую камеру, которая находилась в подвале здания, куда её везли два часа, без наручников, но как пленницу.
– Посиди, подумай, если есть чем, – холодно сказал Филин, закрывая дверь ключом.
Маруся оглядела свои скромные покои, дырка в полу вместо унитаза, сырые стены, местами с плесенью, капающий умывальник, железная кровать у стены с тонким матрасом. Она подошла к кровати и присела, пружины под ней издали противный скрип, от которого пробежали мурашки по телу.
На полосатом грязном матрасе Маруся обнаружила пятна, неизвестного происхождения. Она издала тяжёлый вздох, закуталась в свою куртку поплотнее и накинула капюшон, рухнув на матрас. Она свернулась калачиком и почти мгновенно заснула.
«В любой непонятно ситуации, ложись спать, Марусечка, утро вечера мудренее» – говорила ей мама, когда дочка сильно нервничала. Последние полгода ситуация Маруси понятнее не становилось, сколько бы она не спала.
*****
За ночь Филин поспал от силы пару часов, решая что делать со всей сложившейся ситуацией. Ему нужно было охладить голову, отодвинуть эмоции и чувства в сторону, изучить дело Дуровой и решить с ней вопрос окончательно.
Через несколько дней он спустился в подвал скотобойни, где всё это время провела Маруся – первая женщина, оказавшаяся здесь. Сердце подпрыгнуло в груди, и подпрыгивало всё выше, когда он подходил к камере, где обычно держали только отморозков. Он заглянул за прутья решётки, Маруся лежала на койке под тёплым пледом. Сердобольные охранники о ней хорошо заботились, с разрешения Филина.
Он открыл дверь ключом и вошёл в камеру, Маруся высунула нос из-под пледа и равнодушно взглянула на него. Филин поставил стул напротив койки, сел, широко расставив ноги и откинувшись на спинку.
– Как тебе здесь, гражданка Дурова? Нравится?
Не получив ответа, он продолжил:
– Сядь нормально, поговорим.
Он дождался, пока Маруся сядет, завернувшись в плед, её всклокоченные волосы торчали в разные стороны пружинками кудрей, уставший взгляд не выражал ни одной эмоции. Охрана отчитывалась, что пленница только и делала, что спала все эти дни. Пчёлка больше не хотела жужжать, её веки медленно опускались и поднимались – она хотела впасть на зиму в спячку.
– Я буду говорить, ты можешь молчать, я знаю, какова твоя правда, – вздохнул Филин. – Ты имей ввиду, когда идёшь убивать, вариантов немного. Либо тебя самого грохнут, либо окажешься в месте вроде этого – только хуже. Толпы арестантов, конвой, годы за решёткой. Это всё, чем заканчиваются подобные игры. Твой дядя, зря ты с ним в лес пошла вести разговоры философского характера. Когда люди убивают ради денег, с ними можно не разговаривать, они просто животные. Запомни, Маруся, страх – оружие обоюдоострое. Угрожать убийством и оставлять человека в живых огромная ошибка. Его страх рано или поздно вернётся за тобой и он тебя не пощадит. Тебе повезло, что костлявая пришла за ним раньше. Теперь – Штольц. Он подрабатывал фрилансером в той больнице, где тебя держали. Я знаю, что он с тобой делал весь год, что ты не помнишь…
– Нет, не знаешь, тебя там не было, – тихо сказала Маруся.
– Извини, предполагаю, – поправил сам себя Филин. – Ты собиралась его отравить дешёвым способом из интернета? Виагра и нитроглицерин, да? Он врач, знает, что можно смешивать, а что нет, тебя бы раскололи на раз два и привет, тюрьма. Также я предполагаю, что твои родственники проводили воспитательные беседы насчёт меня, что я чуть ли не детей на завтрак ем.
– Я не верила.
– А теперь?
– Верю.
– Правильно делаешь – ем, – усмехнулся Филин. – Ты ведь понимаешь, что они пытались сделать?
– Напугать меня, чтобы я к тебе не обратилась за помощью, когда она понадобится. Я бы и так не обратилась, зря старались.
– Я знаю, что ты говорила с ними обо мне, Маруся, и ты сболтнула лишнего, от этого кое-кто чуть не погиб. Твой отчим и дядя сговорились с человеком, который пытался убить моего клиента, он же твой юрист. Они прощупывали мои слабые места, одно я тебе случайно показал, а ты показала им его.
– Какое? Я не понимаю, – растерянно пробормотала Маруся.
– Так и подумал, что не понимаешь, но это бы не освободило тебя от ответственности. Я бы убил тебя, не задумываясь, если бы Волчонок пострадала, – ужесточил свой голос Филин. – Ты рассказала Штольцу, что у меня есть один близкий человек – Кира, девушка за которой я присматриваю. На твоё счастье, я отправил к ней охрану ещё раньше, она так и живёт в неведении, что её чуть не похитили.
– Извини, я просто…
– Дура, что с тебя спрашивать, – вздохнул Филин. – Запомни – когда мужики играют в свои мужские игры, единственное, что умного может сделать баба это молчать! Ты своим длинными языком чуть не приговорила и её, и себя. А теперь скажи-ка мне, Дурова, когда Штольц сказал тебе, что Лейсан это тикающая бомба замедленного действия?
– Два месяца назад.
– И ты меня не предупредила? Что я сплю со своей будущей убийцей?
– Какое мне дело должно быть до тебя и её? Ты сам её выбрал. Не перекладывай на меня ответственность за свою чёртову жизнь, я свою жить пыталась!
Филин почувствовал, как в груди всё будто леденеет. Равнодушие Маруси было хуже, чем если бы она убила его сама.
– И всё же ты пришла по её душу, как узнала, что она убила твою сестру. Кто тебе эту мысль внушил?
– Дядя сказал, что она убила Фросю, чтобы подставить меня, я не поверила, но потом подумала, что нет ему смысла врать…
– Штольц её пытался лечить одиннадцать лет назад, но бросил это гиблое дело. Но использовал её, чтобы избавиться от тебя, чтобы потом я избавился от тебя.
– А ты что, Господь Бог, чтобы решать, кому жить, а кому умирать?
– Я Чистильщик, Маруся.
– Так они говорили правду… – закусила губу Маруся, сжимаясь в комочек. – Лейсан, значит, грязь? Прибрался до скрипучей чистоты?
– Можешь и так считать. Я же считаю, ей просто не повезло с воспитанием и мужчиной, который сломал ей всю психику, одним своим поступком…
*****
Лейсан была единственной горячо любимой принцессой своего папочки, жила в ожидании лишь одного значимого события в своей жизни – выйти замуж. Её родители воспитывали девочку в строгих мусульманских традициях, что не мешало отцу семейства заниматься далеко не богоугодными делами и вращаться в кругах лютых грешников. Однако, пятничный намаз смывал все грехи Марата Сандугачева, и он спокойно занимался грешными делами дальше. Жена и дочь купались в деньгах и любви отца, затем появилась ещё одна приемная дочь – Джамиля, чтобы любимой Лейсан не вырасти эгоисткой. Однако, девочка делить любовь родителей с ещё одним ребёнком не захотела. Леся изводила приёмную сестру как могла, только чтобы родители не видели. Джамиля плакала ночами, молилась, улыбалась приёмным родителям, лелея в душе обиду. Потом она начала жаловаться приёмному отцу и просить защиты. Марат проникся к девушке не только отцовскими чувствами, но и настоящими.
Ни любимая дочь, ни и её мать, не замечали, ни стыдливых взглядов влюблённых, ни случайных касаний во время обеда. Лейсан же влюбилась, потеряв интерес к окружающей действительности. Рустем Караев или просто «Карагач» как-то пришёл к ним в дом, чтобы поговорить с её отцом об общих делах.
Одного взгляда хватило, чтобы скромная покрытая девушка шестнадцати лет утонула в его карих глазах. О нём ходили слухи – про то, как он умеет выбивать долги, про оружие, про людей, которые исчезали после того, как стали его врагами. Когда он обратился к ней по имени, она поняла, что будет только его Лейсан, и ничьей больше. Для Рустема же она была не женщиной, а возможностью унизить её отца, который возомнил о себе слишком много и часто диктовал свои условия сделок, не идя на уступки.
Лейсан была для него лёгкой добычей – невинная, доверчивая, привыкшая подчиняться сильному мужчине.
Он приходил в их дом под предлогом разговоров с отцом, и каждый раз, встречая её взгляд, будто невзначай задерживал его дольше, чем позволено. В семнадцать она сняла платок, потому что согрешила. Отец устроил грандиозный скандал, привлёк к ответу Рустема и заставил жениться на дочери, едва ей исполнилось восемнадцать. Тот и сам заигрался в чувства, решил остепениться и стать семейным человеком.
Лейсан старалась изо всех сил быть ему хорошей женой, прекрасной любовницей и интересной собеседницей. Обладая незаурядным умом девушка поступила в престижный ВУЗ. Лейсан была счастлива, пока как гром среди ясного неба не прозвучали слова отца: «Я беру вторую жену». Когда это оказалась Джамиля, Лейсан устроила отцу настоящую бурю вместо матери, которая гордо удалилась без скандалов в новую жизнь. Мать бросила Лейсан, а папа её предал, самые любимые люди в её жизни – предатели.
Жизнь Лейсан же начала трескаться на части, словно зеркало, в которое ударил кулаком её любимый отец. Сначала он привёл в дом чужую девочку, а потом променял Лейсан и её мать на неё. Всё, что казалось ей вечным и правильным рухнуло, оставив только острые осколки боли. Она начала думать, что и Рустем, заботливый и любящий её мужчина, может предать её в один день.
Она старалась всё также улыбаться, встречать мужа вкусным ужином, но в её душе поселился страх, который постепенно перерастал в психоз. Лейсан стала искать запах чужих духов на его рубашках, копалась в его телефоне и переписках, следила за ним.
Она не спала ночами, прокручивала в голове сцены их разговоров, ловила в каждом взгляде на других женщин измену. Лейсан не понимала, где заканчивается реальность и начинается её вымышленная боль от будущей измены. Кто ищет, тот всегда найдёт, она нашла любовницу мужа – губастую шлюху, которой он снимал квартиру и приезжал два раза в неделю, чтобы провести с ней время.
*****
Лейсан смотрела на себя в зеркалом и не могла понять почему мужу её не хватает? Она ведь очень красивая, прекрасная хозяйка, преданная жена, умная, в постели делала всё, что он ей говорит и никогда не отказывала. Они даже пытались завести ребёнка. Наверное, она была недостаточно хороша. Её психоз перерос в новую стадию – «Я стану лучше! Только выбери меня!». Она сменила гардероб, училась быть своему мужу лучшей любовницей, но он всё также бывал у своей шлюхи два раза в неделю. Лейсан молча плакала в подушку, таких как Рустем нельзя обвинить в измене, они считают, что имеют на это право. Женщина должна терпеть. Она терпела и медленно сходила с ума.
Однажды ночью Лейсан проснулась от того, что его не было рядом, он говорил по телефону в гостиной. Голос его был резким каждое слово словно удар било её в солнечное сплетение и она не могла дышать.
– Ты решила меня в бараний рог согнуть своей беременностью?! Я не потерплю ребёнка от шлюхи! Избавься от него или я избавлюсь от тебя!
Лейсан прижала руку к своему животу, в ней билось маленькое сердечко, сегодня утром она сообщила мужу о своей беременности, он носил её на руках и признавался в любви. Она думала, что теперь всё изменится. Изменится, но не так, как она предполагала.
*****
Лейсан стояла перед дверью квартиры, где жила любовница её мужа, если нельзя было поговорить с ним, то можно было попытаться с ней. Дверь была открыта, а квартира пуста, её покидали в спешке. Стоило ей выйти за дверь, как она провалилась в темноту, очнулась она, привязанная к койке в больнице, около кровати на коленях стоял её муж и целовал ей руки, смачивая своими слезами:
– Прости, Леся, прости, малышка. Прости меня!
Когда Лейсан узнала, за что он просит прощения и что теперь детей у неё никогда не будет, её кукушка покинула привычное место обитания и отправилась в кругосветное путешествие.
*****
Чем больше Филин рассказывал о прошлой жизни женщины, которая была его невестой, тем больше Маруся злилась.
– Она убивала людей, а папа её прикрывал. Первой её жертвой была…
Маруся замотала головой и остановила поток его слов:
– Хватит! Я не хочу тебя больше слушать! Мне плевать на неё и её судьбу. Плевать, почему зная всё это, ты с ней был. Плевать на неё и на тебя тоже! Какова моя судьба? Она же в твоих руках по локоть в крови! Для меня будет пуля? У тебя там свои законы какие-то филиновские. По какой статье приговор? Говори и закончим на этом. Не хочу больше тебя слышать. Никогда…
*****
Маруся не спрашивала, куда он её везёт, хоть в утиль, роботу было всё равно – до страданий Лейсан, до того, кто её довёл до такой жизни, до мужчины, что молча сидел рядом. Она не любила людей раньше, теперь просто ненавидела, потому что поняла, на что они способны. Машина остановилось у дома, где жила Синичка. Маруся медленно повернулась к Филину, он взглянул на неё ледяным взглядом:
– Если начнёшь распускать свой язык о том, что произошло между тобой, мной и Пиявкой, я тебе его укорочу, – холодно сказал Филин. – Я переведу тебе твои деньги сегодня, вычту все свои расходы, в том числе и за проживание в одноместной камере. С сегодняшнего дня ты больше не мой клиент. Дальше – сама. Тебе ничего не угрожает, не наживай новых врагов. Иди, Маруся, и учись жить, у тебя всё впереди. Забудь обо мне, как о самом страшном кошмаре.
– Ты не кошмар, ты – чудовище, который возомнил себя Богом…
– Плевать. Мой клиент всегда остаётся жив, даже, если ради этого мне приходится быть чудовищем.
Маруся открыла дверь и вышла из машины, вдохнув морозный воздух в лёгкие. После затхлой камеры это было самое настоящее счастье – просто дышать. Она, кажется, выбралась из клетки, или он только позволил ей так думать?
Филин смотрел ей вслед, он так и не сказал ей самого главного, а она не захотела слушать. Пусть так, это даже к лучшему…
