Текст книги "Попаданка в наследство (СИ)"

Автор книги: Кира Фелис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

Глава 4

Говорят, мощный рывок вперёд – это почти всегда следствие хорошего пинка под зад. В моей биографии эту почётную миссию взяло на себя внезапное нашествие родни (с приставкой «экс»). Желание видеть их снова стремилось к абсолютному нулю, а уж что-то объяснять и подавно. Я прекрасно понимала, что ни Людмила Васильевна, ни Толик так просто из моей жизни не исчезнут, хоть и по разным причинам. Поэтому решила, что пора бежать. Вернее… ехать в соседнюю область, чтобы, наконец, узнать, что там за наследство. И нет, это было вовсе не бегство! Это было высокостратегическое отступление. С целью спасения последних нервных клеток от полного истребления.

Дел перед путешествием предстояло решить немало. Отъехав всего пару кварталов и припарковавшись у своего любимого кафе, я первым делом набрала номер друга детства. Удобно, когда твой приятель работает в полиции – всегда можно узнать о ком-то нужную информацию. Сегодня объектом моего интереса был Иннокентий Геннадьевич Старосветов.

– Ну вот! Опять! – раздался в трубке до боли знакомый страдальческий вздох. – Звонишь, только когда тебе что-то приспичило. Классика жанра. Почему я не удивлён?

Я аж губы поджала от такого наезда! Хотела было возмутиться, но… он же прав. Абсолютно. Замужество как-то незаметно выкосило ряды моих немногочисленных друзей. А с теми, кто остался, мы встречались крайне редко.

– Нет бы просто так позвонить, спросить, как дела, позвать посидеть где-нибудь… – продолжал причитать друг.

– Лёшка, я… – начала было оправдываться, но он тут же меня перебил:

– Да ладно тебе, Птичкина, я не в обиде. Хотя встретиться действительно надо. Чего тебе?

Я невольно улыбнулась, услышав прозвище, которым он окрестил меня ещё в школе, когда мы толпой лазили по деревьям и часами сидели на заборах.

– Спасибо… – выдохнула я. – Лёш, если сможешь узнай, пожалуйста, всё, что найдёшь про одного человека. Иннокентий Геннадьевич Старосветов. Он вроде нотариус, но мне нужно знать побольше.

На том конце провода повисла короткая пауза, потом я услышала его уверенный голос:

– Жди. Сделаю, – быстро проговорил он и отключился.

Лёшка перезвонил буквально через полчаса и сообщил, что такой нотариус действительно существует, и отзывы о нём исключительно положительные. Оказалось, что он имеет солидную практику и пользуется безупречной репутацией. А вот выяснить что-то про нашу предполагаемую бабушку Агриппину Тихоновну ему не удалось. Он смог подтвердить только, что она действительно недавно покинула этот мир.

В груди разлилось тепло. Хорошо, что в моей жизни есть люди, с которыми, даже если долго не общаешься, всё равно знаешь, что они рядом и в любой момент придут на помощь.

– Маруся, а ты чего это про нотариуса узнаёшь? – настороженно спросил Лёха в конце разговора. – Мне уже волноваться? Ты, ежели чего, сообщи, куда бежать тебя спасать. Договорились?

– Спасибо тебе за всё, – ответила я. – Помощь пока не требуется. А ежели чего, – повторила я его оборот, – сообщу!

Тепло попрощавшись с другом, я с большей уверенностью набрала номер нотариуса с визитки. Гудки шли, но трубку никто не брал. Я уже успела расстроиться, думая, что все мои планы рушатся, как вдруг меня соединили с абонентом.

– Мария Владимировна, рад, очень рад вас слышать! – произнесла трубка голосом нотариуса, в котором отчётливо слышалась улыбка. – Хотели уточнить какие-то детали?

– В общем-то, да, – подтвердила я. – Мы с сестрой обсудили все и решили, что хотим съездить осмотреть наследство на месте, прежде чем принимать окончательное решение.

– Это вполне разумный подход, – ответил он, почему-то довольный. – Я понимаю ваше желание. Конечно, вы можете поехать и осмотреть всё на месте. Это не только можно, но и нужно. Только, к сожалению, я не смогу составить вам компанию – дела не позволяют. Если вам удобно, то жду вас сегодня, чтобы отдать ключи и рассказать, как проехать.

Я подняла голову к небу и с удивлением увидела, что туча, которая ещё недавно пугала город, прошла стороной. Из-за облаков несмело начало проглядывать солнце. Лучи света вырывались из серой массы и пронизывали пространство сверху вниз. Настроение медленно поползло вверх.

– Если подъеду в течение часа, удобно будет? – уточнила я.

Нотариус заверил, что вполне, он никуда уходить не собирается, так что я могу подъехать в любое время до вечера. Ну вот и отлично.

Следующий звонок был сестрице.

– Пожалуйста, дождитесь ответа или перезвоните позднее. Абонент разговаривает по другой линии, – пробубнила она в трубку.

– Клоун! – улыбнувшись беззлобно, ответила я. – Твоя взяла, собирайся на экскурсию по городам и весям! – осчастливила я её.

– Ты серьёзно?

– Конечно!

– Ты правда согласна туда поехать? – недоверчиво спросила Светка.

В этот момент я вздрогнула. За соседним столиком мне послышался знакомый голос бывшей свекрови и её сёстры. К счастью, это были не они, но это маленькое происшествие лишний раз убедило меня в правильности принятого решения.

– Ага, – легко согласилась я. – Только сначала заеду к Иннокентию Геннадьевичу за ключами. Выезд назначаю на завтра, на шесть утра. Собирайся.

Несмотря на то что Светка большая любительница поспать подольше, я была уверена, что к шести она точно будет готова. Это собраться к восьми утра на работу тяжело, а вот подняться в пять, чтобы поехать в отпуск – запросто.

От визга, который раздался в трубке, пришлось отодвинуть телефон от уха, иначе можно было оглохнуть.

– Максику привет передай! – на прощание попросила сестра и отключилась, а мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что она имеет в виду кота нотариуса.

Я уже расплатилась за выпитый кофе и поднялась, чтобы идти к машине, когда мой телефон зазвонил. Номер не определился. С некоторой долей опаски пришлось принять вызов. Оказалось, звонил Старосветов. Надо бы записать его номер в телефонную книжку, чтобы знать, кто звонит.

– Мария, – начал он, – мне ужасно досадно, но, к сожалению, мои планы поменялись, и мне сейчас нужно съездить в одно место в центре города. Может быть, мы там встретимся? Ключи и схему проезда я уже приготовил.

Мне действительно так было удобнее, поэтому, заверив его, что для меня это не проблема, я согласилась.

На сегодня оставалось ещё одно, но крайне важное дело – заменить замки в квартире. После всего, что случилось, я понимала, что безопасность – это главное, и нужно было защитить своё жилище от любых непрошеных гостей. Тем более в моё отсутствие. Поэтому, направляясь на встречу с нотариусом, я заскочила в хозяйственный магазин за новым замком.

Сама встреча долго не продлилась. В холле центральной гостиницы Иннокентий Геннадьевич передал мне ключи и нарисованную ручкой схему проезда.

– От нашего города до усадьбы примерно четыреста километров по хорошей асфальтированной дороге, почти до самого места, – объяснил он. – Сам дом стоит на небольшом холме, и его сложно пропустить. Но если что-то пойдёт не так, то обязательно звоните мне, я помогу сориентироваться. Связь там прекрасно ловит.

На том и распрощались.

К собственному дому я подъезжала, как заправский вор. Машину оставила в соседнем дворе, а к подъезду пошла, предварительно убедившись, что посторонних поблизости нет. Только оказавшись в квартире, я смогла выдохнуть с облегчением. Квартира встретила блаженной тишиной, а главное, отсутствием кого-либо.

Позже, уже вечером, я стояла у двери, наблюдая, как сосед ловко менял старый замок на новый, и размышляла о том, какой же интересный день сегодня получился. Я ждала его с нетерпением лишь потому, что сегодня был день долгожданного развода, но он оказался куда насыщеннее и интереснее.

В руках у меня вибрировал телефон от поступавших звонков. Свекровь и Толик, видимо, решили, что именно сейчас самое подходящее время для очередной порции назидательных бесед, но каждый их звонок оставался без ответа. С каждым пропущенным вызовом я чувствовала, как внутри разгорается огонёк маленькой, но сладкой мести.

Глава 5

Ровно в шесть утра я подъехала к подъезду сестрицы. Светка появилась на крыльце заспанная, но воодушевлённая предстоящим путешествием. За ней, громыхая колёсиками по плитке, катился ярко-жёлтый чемодан, который она тащила с видимым усилием. Белая футболка, светло-голубые джинсы, белые кроссовки на ней выглядели шикарно. На этом фоне её зелёные волосы, собранные в высокий хвост, смотрелись особенно ярко. Лёгкий, почти невидимый макияж завершал образ, а весёлые глаза и готовность в любой момент расхохотаться делали её и вовсе неотразимой.

В плане внешности сестре повезло больше, но и я, глядя на себя в зеркало, оставалась довольна. На сегодняшнее путешествие предпочла лёгкие трикотажные брюки, которые не сковывают движения, хлопчатобумажную майку и босоножки. Волосы, чтобы не потела шея, закрутила в бублик и подняла высоко на голову. Сегодня опять обещали жару.

Я сидела за рулём и с улыбкой наблюдала за приближением сестрицы. И всё было хорошо, но недолго. Светка, едва переступив порог подъезда, споткнулась на идеально ровном месте. Чемодан жалобно дёрнулся и чуть не вылетел из её рук, а сама сестрица едва не растянулась на асфальте.

– Ай! – возмутилась она, подхватывая чемодан и бросив на тротуар сердитый взгляд, словно тот был виноват в её неуклюжести. – Вот же подстава!

– На ровном месте, между прочим, – не удержалась я от шпильки – Как так-то?

Вздохнула и отметила про себя, что это плохая примета. Это, конечно, ерунда. Но почему-то в груди кольнуло: а вдруг и правда не к добру?

Светка тем временем уже сияла прежним боевым настроем.

– Не начинай, Маруся! У меня, знаешь ли, организм ещё спит, а ноги уже живут своей жизнью. Ну, бывает!

– Бывает, – согласилась я, приподняв бровь. – Обычно с тобой.

Сестра фыркнула, подхватила свой чемодан и ловко втолкнула его на заднее сидение, а сама уселась впереди.

– Всё, капитан, – объявила она, – экипаж готов к отплытию.

Мы уже пару часов были в пути. Дорога тянулась ленивой лентой за окнами, когда вдруг сзади донеслось подозрительное шуршание. Сначала я решила, что это мне послышалось. Но потом, нарушая мирное тарахтение мотора, из глубины автомобиля раздалось басовитое и крайне недовольное:

– МЯ-Я-ЯФФФ!

– Ты это слышала? – я вцепилась в руль и скосила глаза на Светку.

– Если ты про мяуканье, то да, – медленно произнесла она, широко распахнув глаза.

Резко ударив по тормозам так, что нас со Светкой чуть не расплющило о лобовое стекло, я выбежала из машины. Подняв дверцу багажника, мы застыли в немом изумлении. Там, вальяжно развалившись на моей любимой походной подушке, лежал кот!

– Максимилиан?! – в унисон ахнули мы.

Он, не торопясь, обвёл нас изумрудными глазами, презрительно повёл хвостом и зевнул, как хозяин положения.

– Объясни мне, – прошипела я, обращаясь к сестрице – как, чёрт возьми, он сюда попал?

– У меня варианты только волшебные. Подойдут? – спросила Светка, нервно хихикнув.

– Может мы забыли закрыть дверь в машине, а он просто сам залез, – предположила я, но даже мне эта версия показалась неубедительной.

Мы ещё какое-то время строили гипотезы. Максимилиан слушал нас, чуть прищурив глаза, и явно насмехался. Так, по крайней мере, выглядел его взгляд.

– Короче, возвращаться из-за кота – плохая примета, – в конце концов, решительно заявила Светка, поглаживая пушистого «зайца». – Пусть едет с нами. Вернём его на обратном пути.

Я вздохнула смиряясь. Максимилиан, словно поняв нас, отчётливо кивнул головой.

Я хмыкнула. Интересный и непростой кот к нам попал!

– Вообще не понимаю, как он оказался у меня в машине, – продолжила размышлять я, заводя мотор. – С Лесной Поляны мы уезжали одни, вечером я встречалась с Иннокентием Геннадьевичем уже в городе. Если предположить, что кот был с ним, то как он, среди всех прочих автомобилей, умудрился найти именно мой и залезть в него?

Светка тем временем умилённо гладила пушистого попутчика и даже не слушала мои рассуждения. Её совершенно не заботило, что происходит что-то странное. А меня такие совпадения начинали тревожить. Я не любила непонятные вещи. Но прямо сейчас выяснить что-либо не представлялось возможным, оставалось лишь нажать на газ и продолжить путь.

Дорога тянулась, солнце поднималось всё выше, и к обеду мы, наконец, добрались до города, где, по словам Иннокентия Геннадьевича, последние годы жила Агриппина Тихоновна. Правда, много времени потеряли уже на въезде, где нас остановили сотрудники ДПС. Было очень жарко, и оттого их лица были особенно суровы.

Документы проверяли дотошно. Листали страницы паспорта, долго рассматривали права, потом придирчиво заглянули даже в багажник. Я нервничала, чувствуя, как по спине медленно ползёт неприятная струйка пота.

К тому моменту, когда прозвучало долгожданное «Можете ехать», я была готова уже рычать. Никаких нарушений не выявили, а времени потратили уйму.

Пока я терпеливо разбиралась с трудовым рвением сотрудников правопорядка, Светка приоткрыла дверь и выпустила Максимилиана «подышать воздухом».

Чёрная шерсть блестела на солнце, хвост плавно раскачивался из стороны в сторону. Осмотревшись, кот чинно пересёк дорогу перед машиной, остановился, обернулся и повторил манёвр ещё раз – будто нарочно.

– Великолепно, – простонала я, наблюдая за этим действом. – Дважды дорогу перешёл. Замечательно.

Светка только фыркнула, но я снова отметила про себя: плохая примета, когда тебе дорогу переходит чёрный кот.

Инспектор, всё ещё державший в руках мои документы, нахмурился и перевёл взгляд на кота. Максимилиан тем временем уже сидел у обочины и с важным видом вылизывал лапу.

– Это… ваш? – с сомнением уточнил страж порядка.

– Наш, – невозмутимо подтвердила Светка. – Максимилиан.

Инспектор кашлянул, явно не зная, шутит она или говорит всерьёз. Потом неожиданно кивнул и поспешно вернул мне документы.

– Можете ехать.

Я завела мотор. Светка подхватила кота на руки, вернулась в салон, и мы рванули с места. Лёгкость утра будто испарилась. Вместо предвкушения поездки в воздухе повисло что-то вязкое, липкое, не отпускающее.

Я вцепилась в руль чуть крепче, чем следовало.

– Ну чего ты мрачная? – встряла Светка, устроившись рядом и уткнувшись в мурлыкающего Максимилиана. – Смотри, кот доволен, значит, всё хорошо.

– Если кот доволен – это ещё не гарантия, что и мы будем, – пробормотала я.

Вздохнув, я вернула взгляд на дорогу. Километры летели мимо, а ощущение, что нас втягивает в чью-то чужую игру, только крепло.

Глава 6

Старинный русский городок купался в солнечном свете летнего дня, словно ожившая картинка из прошлого. Узкие улочки, мощённые булыжником, петляли между деревянными домиками, украшенными резными наличниками и ставнями. Среди пестроты крыш возвышалась церковь с золотыми куполами, которые сверкали, словно маяки, в лучах солнца. Праздничный колокольный звон разносился над городом, наполняя воздух ощущением покоя и торжественности.

– Маруся, взгляни, какая красота! Просто душа отдыхает! – восхищённо прошептала Светка. – Вот бы здесь пожить хоть немного…

– Да, красиво, – согласилась я, однако мой восторг был куда сдержаннее. Я вертела головой, стараясь охватить взглядом все детали этого уютного, словно игрушечного, городка.

Атмосфера тишины, неторопливости и деревенского уюта обволакивала мгновенно. Лишь площадь перед собором нарушала эту идиллию легким оживлением. Остановившись у светофора, я заметила вереницу сияющих автомобилей, скопившихся у церковной ограды. Двери храма распахнулись, и на площадь хлынул поток нарядных гостей, знаменуя окончание службы. Воздух тут же взорвался радостным смехом, оживленными разговорами и звонкими криками. Сияющие молодожены оказались в центре этого веселого водоворота. И всё это под радостный звон колоколов. Упитанные голуби важно разгуливали между ног гостей, путались в тополином пухе, ничуть не боясь всеобщего ликования.

Я с улыбкой наблюдала за красивой парой и вспомнила примету: увидеть свадьбу – к скорой собственной. Радостно хмыкнув, я продолжила рассматривать площадь и… и мой свадебный оптимизм споткнулся, затем с грохотом рухнул. Прямо к водопроводной колонке, как ни в чём не бывало, шла женщина… с коромыслом на плечах! И С ДВУМЯ ПУСТЫМИ ВЁДРАМИ!

Да что ж это такое?!

Я невольно вспомнила утро. Сначала Светка едва не растянулась на идеально ровной плитке у подъезда. Потом черный кот из багажника, появившийся неизвестно откуда дважды перешедший нам дорогу. И теперь вот это. Женщина с пустыми вёдрами, шагающая прямо мне навстречу.

Суеверия не моя сильная сторона, но сегодня их стало подозрительно много. Слишком уж. Ерунда, конечно, но в глубине души неприятное чувство только крепло.

Светофор переключился, и мы поехали дальше.

Под дружелюбный лай собак мы весело прокатились по городу, с интересом разглядывая исторические места, а затем, уже порядком проголодавшись, решили заглянуть в первую попавшуюся кулинарию. Это оказалось уютное семейное заведение с домашней кухней, от которой исходил просто умопомрачительный аромат. То ли от голода, то ли от обилия вкусностей, манивших с витрины, нам захотелось попробовать всё и сразу.

Вначале мы взяли пирожков, а Максу порцию печёночного паштета, но тут наш взгляд упал на сладкие булочки, а затем на горячие, пышущие жаром пончики, щедро посыпанные сахарной пудрой… В общем, тормоза отказали окончательно.

– Заверните нам ещё вот это, и это, и вон тех красавцев, пожалуйста! – попросила я, тыча пальцем в витрину.

Продавец, колоритнейший дядька внушительных размеров в белоснежном поварском колпаке, добродушно и горделиво улыбался, глядя на наши восторженные лица.

– Всё свежайшее, девушки, не сомневайтесь! Моя жена печет, по нашим старинным рецептам! – похвастался он, протягивая увесистый пакет, от которого исходил просто божественный аромат. – Осторожно только, пончики – огонь!

И он не преувеличивал! Пакет действительно обжигал пальцы, и я чуть не выронила его. Предупреждение оказалось весьма кстати. Пока расплачивалась, Светка, не теряя времени даром, уже начала уминать пирожки.

– Подожди хоть до машины, торопыга! – укоризненно сказала я. – У меня термос с чаем есть. И бутылка облепихового морса.

Она согласно промычала, дожевав свой трофей, и, преданно глядя на пакет в моих руках, покорно поплелась к машине. Обедали мы, развалившись в машине под сенью гигантской липы, с распахнутыми настежь дверями.

– Ну и какие у нас дальнейшие планы? – спросила Светка с набитым ртом, продолжая уничтожение выпечки. В отличие от меня, она обладала суперспособностью поглощать углеводы тоннами, сохраняя при этом фигуру фотомодели. Я давно подозревала её в сделке с тёмными силами и считала ведьмой. И вовсе не из зависти! Просто мне приходилось тратить уйму времени и денег, чтобы добиться такого же результата, который был у ней без малейших усилий. – Ещё город посмотрим или поедем дом искать?

Мысли лениво ворочались в моей голове, отяжелевшей от обильной трапезы. Есть у меня гипотеза, что повара в еду добавляют снотворное. А иначе почему после вкусного обеда всегда так хочется спать?!

– Город мне понравился, но надо понемногу ускоряться, – сонно пробормотала я. После такого обеда мозг плавно перетекал в желудок, и единственным желанием было слиться с автомобильным креслом в одно целое. Встать пришлось рано, ехать далеко. Сытость – лучший друг прокрастинации. – Нам ещё обратно нужно ехать, и желательно засветло. Не люблю по трассе в темноте ездить.

– Угу, – согласилась Светка, старательно оттирая влажной салфеткой пальцы от сахарной пудры.

Немного передохнув, а после вбив в навигатор адрес, написанный размашистым почерком на бумажке, мы покатили на другой конец города. Макс, с выражением вселенской скорби и презрения к человечеству на морде, вновь оказался на коленях у Светки, и она самозабвенно принялась его тискать. Судя по всему, он был категорически против такого использования своей аристократической персоны, но сестру это волновало не больше, чем падение на международном рынке курса национальной валюты Брунея. А коту, по какой-то неведомой причине, приспичило ехать с нами, так что пришлось смириться с этим актом вопиющего женского произвола.

Дом действительно оказался усадьбой, как и называл его нотариус. Двухэтажный, кирпичный, с довольно большим по городским меркам участком, обнесённым высоким каменным забором. Всё это великолепие выглядело как декорация к историческому фильму про разорившихся дворян: красиво, основательно, но с явными признаками упадка.

– И тут жила старушка? – скептически протянула Светка, хмуро разглядывая наше потенциальное наследство. Я промолчала.

На связке, которую дал Иннокентий Геннадьевич, было пять огромных, витиеватых ключей ручной работы. Ключ от ворот нашёлся с первой попытки. И тут – странность номер раз: массивная створка отворилась абсолютно бесшумно. Ни тебе зловещего скрипа, ни скрежета ржавого металла, которого я подсознательно ждала.

Прищурившись, я с опаской огляделась. Большой, но запущенный участок был покрыт толстым ковром прошлогодней листвы, словно созданным для натюрморта. Ему вторила пожухлая трава, сквозь которую робко пробивалась свежая зелень. Старые, местами с поломанными ветвями, загущённые плодовые деревья занимали большую часть сада.

Я продвигалась осторожно, осматривая местную флору. Как говорится, не зная броду – сиди на берегу. Но моя сестрица, видимо, этого выражения не слышала. Осторожность? Не, не слышали. Это про неё. Оттолкнув меня, она, как всегда, быстро и стремительно направилась по каменной дорожке к крыльцу. Ей дорогу перегородила какая-то трава, похожая на распространённый вьюнок, но с цветами насыщенного синего цвета, вместо привычных бело-розовых.

– Подожди, сейчас помогу, – крикнула я.

Но Светка, не дожидаясь помощи, попыталась ногой отодвинуть разросшийся куст. Однако у ползучего растения оказались хоть и тонкие, но очень прочные стебли. Нога сестры запуталась, и коварный вьюнок провернул классическую подножку. Не удержавшись (кто бы сомневался), она с грацией мешка картошки рухнула на спину. Сверху её придавил недовольный Максимилиан, который явно не подписывался на такие приключения. К счастью, приземление пришлось не на камни, а на мягкую землю. Руки Светки разжались, кот обрёл свободу и пулей рванул к крыльцу, всем своим видом показывая, что с этими неуклюжими двуногими он больше не играет.

– Ты если вдруг свой инстинкт самосохранения встретишь, где-нибудь, – проворчала я с максимальным сарказмом, протягивая ей руку, – передай ему от меня пламенный привет. – Ну а если не встретишь, то не передавай.

Попытка отряхнуть светлые вещи от земли и травы с треском провалилась. Пятна лишь коварно размазывались, становясь ещё живописнее. Светка, взглянув на это безобразие, лишь пожала плечами (дескать, боевые шрамы украшают) и явно не собиралась убиваться по этому поводу. Меня же этот хаос на её одежде физически раздражал. У меня дома даже чайник обязан стоять носиком строго на север, а салфетка на столе выверена по линейке! Любое отклонение от идеального порядка вызывало нервный тик. Сестрица же прекрасно существовала в состоянии «творческого беспорядка». Сейчас, однако, я ничего не могла поделать с её нарядом, и пришлось включить режим «я этого не вижу», чтобы не заработать инфаркт на ровном месте.

Нетерпеливое «мяф!», полное кошачьего осуждения, раздалось со стороны крыльца. Кот явно считал, что мы непозволительно медлим.

Вторая дверь поддалась ключу так же легко и бесшумно, как и первая. На этот раз Светка, наученная горьким (и грязным) опытом, заходила с опаской. Максимилиан же, обогнав нас, метнулся внутрь и… растворился в полумраке.

Решив, что с котом, который проделал с нами весь этот путь и ни разу не потерялся, ничего страшного не случится (наверное), мы шагнули следом.

Внутреннее напряжение, которое держало нас, как натянутую струну, весь путь, начало было ослабевать… но рано радовались. Тут произошла странность номер два: дверь за нашими спинами, до этого гостеприимно распахнутая, с грохотом, от которого подпрыгнул даже невозмутимый Максик где-то в глубине дома, захлопнулась. И не просто захлопнулась, а засветилась жутким, потусторонним голубым светом.

– Ого! – только и смогла вымолвить я.

– Ого, – эхом отозвалась Светка, широко раскрыв глаза.

Я перевела на неё испуганный взгляд и изумилась ещё больше. Мы обе теперь напоминали одуванчики. Наши волосы стояли дыбом и почему-то приобрели свой натуральный цвет, который мы обе старательно закрашивали уже лет десять! Вот это сервис! Бесплатное возвращение к корням! И никакого салона!

– Ты КОГО к нам привёл?! – пророкотал откуда-то из темноты голос, от которого задрожали не только поджилки, но и пыль на старинных портретах (если они тут были).