Текст книги "Академия соблазна. Дурнушка из преисподней"
Автор книги: Кая Север
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)
27. Когда тебе очень нужен перерыв на какао
Я не знаю, каким образом вселенная меня наконец услышала, и почему сделала это так поздно, но я все равно ей благодарна. Я наконец сижу в своей кровати в доме у Кло, сжимаю в руках кружку горячего какао, и мне тепло, потому что меня укрывает самый обычный шерстяной клетчатый плед, а не снедает изнуряющая жара Шеола. Все так…по-человечески. Просто, легко и нормально. И пусть даже мыслями я и понимаю, что долго это не продлится, но мне почти физически был необходим этот небольшой тайм-аут. Не видеть никого и ничего, поставить время на паузу, выдохнуть и собраться с мыслями.
Может они там, в своей преисподней, каждый день привыкли сидеть в каком-то адском подземелье, а после, выбравшись оттуда, ждут, когда их любимый выкарабкается с того света (с какого, кстати?), и готовы тут же ответить на призыв “к оружию”, но у нас, на земле, другие порядки. Люди ошибаются, ломаются, впадают в депрессию, стискивают зубы, пытаются идти дальше, отвлекают себя, заедают стресс, нервничают, радуются, снова нервничают, снова радуются. Радуют сами себя, друг друга, придумывают тысячи поводов, чтобы остановиться и попытаться собраться с мыслями. Ходят в психологу, читают книги, заводят любовников. Любой скажет, что люди слабее, но я с этим не соглашусь. В этом наша природа – мы способны справиться почти с чем угодно, да, черт, вообще с чем угодно! Но нашей психике нужно время, чтобы все переварить.
Чем я, собственно, и занимаюсь. Перевариваю, ага.
В любом случае, я не могу их сейчас видеть. Ни Адраса с его жутким видом, напоминающем мне о той битве с Мэг, ни Каэля с его взглядом, словно я самая огромная предательница, раз решила выяснять отношения так не вовремя… Ни даже Дэмиана с его привычкой бросаться в драку, ни в чем толком не разобравшись. Пусть даже не пытается теперь снова оправдывать себя печатью или эмоциями, которые он так и не научился сдерживать, в свои-то годы. Просто это в его характере – быть таким вот чокнутым, бешеным придурком.
В комнату осторожно входит Клото. Вместе с ней в комнату врывается буквально проникающий в самые потаенные уголки души аромат шоколадного печенья.
– Ты испекла… Вот прямо сейчас? Когда ты успела? – пораженно бормочу я, глядя на тарелку со своим любимым лакомством у нее в руках.
Клото хитро усмехается и садится рядом со мной на кровать, отставляя блюдо ко мне на колени.
– Брось, Ариана, подогрела магазинные. Геф уехал на выходные, так что… Не помню, когда в последний раз готовила что-то своими руками.
– Я помню, – хмуро отзываюсь я, вгрызаясь в песочное лакомство, и даже не беспокоясь о крошках, что теперь будут вокруг на постели, – Когда я еще жила с тобой. Каждое утро ты делала мне вафли.
– Ну, положим, не каждое утро… – смеется Клото. – И не всегда сама.
– Эй! Хватит рушить мои детские воспоминания! – это, пожалуй, первый раз, когда я смеюсь за сегодня сама.
Кло, кажется, этого и добивалась. А может, я подсознательно потому и стремилась так сюда, потому что знала – она точно понимает, как утешить Ариану-маленькую-девочку, в те моменты, когда взрослая Ариана вообще уже ни черта не вывозит.
– Я отдаю себе отчет в том, что ты меня прогонишь из комнаты после моего вопроса… – бабуля, очевидно, решает зайти издалека.
Я резко вскидываю на нее подозрительный взгляд. Веселья как и не бывало.
– …Но как так вышло, что пока там, в нашем мире идет война, и, быть может, прямо сейчас погибает кто-то из твоих друзей, ты сидишь здесь, предаваясь унынию?
Она была права. Я и впрямь борюсь с желанием выставить Клото за дверь и оставить меня в покое.
Но ее слова все же что-то задевают во мне. Ту струнку, которую я и сама тереблю все это время, точнее, мое неуемное чувство вины за все на свете. И от которого я так сильно стремлюсь сбежать.
– Это не моя война, – отвечаю уже заготовленной фразой.
– А чья же?
– Не знаю… Всех этих существ, демонов, божеств из древнегреческих мифов…
– А мы с тобой, кто, по-твоему?
– Эй, – от возмущения я даже бросаю недоеденное печенье обратно на тарелку, – Разве ты, как моя бабушка, не должна меня отговаривать от того, чтобы я участвовала в этой…демонической мясорубке?
Кло едва заметно хмурится, а уголки ее губ неуловимо опускаются вниз. Впрочем, тень пролегает на ее лице лишь на доли секунд, после чего она тут же стремится улыбнуться и приободряюще погладить меня по плечу.
– Если начну отговаривать – ты тут же окажешься в самом эпицентре событий.
– О, такого ты обо мне мнения, все ясно, – усмехаюсь я, будучи не в силах дуться на нее долго.
– И все же? Мне больно смотреть на то, как ты впадаешь в уныние. От этого греха так сложно избавиться, родная…
– И ты туда же, – бурчу я, снова берясь за печенье.
Какое-то время мы молчим. Я задумчиво смотрю на остывающий какао в кружке, собираясь с мыслями. Ну вот чего вообще хочет Кло? Чтобы я снова пустилась во все тяжкие, не спала, не ела толком, а только лишь рисковала своей жизнью и стабильной психикой? Или отсиделась в стороне, выжидая, чем там у них, в аду, все закончится? Не впадать в уныние… Тьфу, что за формулировки еще такие.
– Я не справляюсь, – наконец тихо признаюсь я бабуле, все еще не поднимая на нее глаз. – И не справлюсь. Не понимаю, зачем лезть во все это, если все равно победы не будет на моей стороне.
– Андрас сказал, что ты смогла получить крылья, – тихо говорит Клото, все еще ласково поглаживая меня по плечу.
– Ммм, а он сказал, как я их получила? – тут же язвлю я.
– Ты смогла снять печать наказания. Такое когда-то умели лишь сильнейшие из ангелов.
– О, твой дружок тебе вообще обо всем докладывает, да? – не унимаюсь я.
– И иллюзии… Это дар твоего отца. Он расправлялся с ними играючи. В тебе есть и его потенциал тоже.
– Потенциал того, кто чуть не угробил весь Шеол. Мне говорили, да, – так просто от сарказма в своей речи я не собираюсь избавляться.
Впрочем, на Клото, как ту, что привыкла к моей манере общения за долгие годы, это вообще не действует.
– Если не ты, Ариана, то я не знаю, кто еще им может помочь. В тебе кровь тех, кто однажды поставил точку в прежней войне… Но при этом твой разум не позволит тебе впасть в безумие, почуяв однажды жажду крови, как это произошло с твоим отцом.
Чем дольше говорит Кло, тем серьезнее и тише становится ее голос.
А еще мне кажется, что она проникает своими словами куда-то мне в сердце и словно бы еще глубже. Хотя бы потому, что мы прежде с ней никогда не обсуждали моих родителей.
– Твоя сильная сторона – в твоем умении здраво оценивать свои способности… Не впадать в горячку, не поддаваться эмоциям. И в то же время, почуяв, что не справляешься, отойти в сторону.
– Я это и делаю, как видишь, – язвительности в моем голосе поубавилось, как и желания спорить, но просто молча слушать похвалу у меня не получается.
– Это то, чего не хватало нашему народу испокон веков. Ни демонам, ни ангелам, ни божествам… Слишком горячие головы и сердца. Потакание страстям. Грехопадения. Ты и сама могла наблюдать это воочию.
– Да уж, – снова мрачнею на мгновение я, поднося кружку с ароматным напитком к губам.
Но сделать глоток я не успеваю, потому как тут же в голову мне приходит острая, ослепительная по своей внезапности мысль. Я поднимаю глаза на Клото и тут же выпаливаю:
– Слабая сторона, говоришь? Грехопадения? Это касается всех?
– Да… – Кло пока не очень понимает, видимо, отчего так горят идеей мои глаза.
– Гнев, гордыня, все такое?
– Да, Ариана, я думала, ты уже вникла в это…
– Значит, и на эту чокнутую стерву можно наложить печать?
– Что, прости?
– Нужно только выбесить ее хорошенько… Разозлить, то есть. И она полетит с катушек, да?
Клото изгибает бровь, все еще не до конца понимая, что я имею ввиду. А вот когда понимает…
– Гениальная в своей дерзости мысль, милая, – у нее даже голос звучит тише обычного. – Только вот как… Ты собираешься подобное провернуть?
28. Когда предварительное планирование неизбежно ведет к провалу
– Исключено, – судя по голосу Андраса, он не шутит.
Я не видела его меньше суток, но внешне его физические повреждения будто бы стали несколько меньше. По крайней мере, это объясняет, почему никого, кроме меня, не смущали его ранения. Все, словно бы сговорившись, воспринимали обгрызанное лицо и тело ректора, как данность.
– Ну, не то чтобы я спрашиваю разрешения… Скорее, просто доношу свой план до твоего сведения, – для большей дерзости мне не хватает разве что ноги на стол перед Андрасом закинуть, и его счастье, что я все ж таки не отбитый демон, а все еще человек, умеющий сдерживать свои порывы и эмоции.
– План? – невозмутимо отвечает Андрас. – Он у тебя есть? Надо же.
– Да, – пожимаю плечами я. – Подумаешь, отправиться к этой ненормальной, потому что она этого совсем не ожидает, разыграть небольшой спектакль, дождаться, когда она потеряет бдительность…
– Мы точно о Гемере говорим? – уцелевшая бровь Андраса слегка изгибается, и меня только подстегивают его эмоции.
– Какая разница, о ком. Уверен, твоему сыночку удастся вывести из себя любую представительницу прекрасного пола.
– Сыночку? – бровь Андраса изгибается еще сильнее. – А Каэль в курсе?
– Еще нет, но он не сможет мне отказать. Он, как и ты, мне должен… А еще у него шило в заднице. Этим он, видимо, в мамочку пошел. Кстати, кто его мамочка? Если вы с Клото уже… Сколько? Две тысячи лет?
– Уверен, ты и сама справишься с тем, чтобы вывести кого угодно из себя, Ариана, – лицо ректора снова становится каменно-невозмутимым. Надо же, а я уж понадеялась, что смогу увидеть, как его хотя бы немного перекореживает от злости.
– Не стану отрицать, – отвечаю ему очаровательнейшей из своих улыбок. – Но Каэль все равно отправится со мной.
Андрас прав – эта рыжеволосая задница еще не в курсе моего плана. Да и пожалуй, мне нужно найти его, чтобы извиниться… А потом найти Дэмиана, чтобы тот извинился передо мной. Ну и его тоже в план посвятить, ага.
И как-то уговорить со мной к этой бешеной суке не соваться. Потому как он точно захочет, а я допустить этого никак не могу. Не хватало еще, чтобы я переживала за него, а он за меня, или он сорвался в самый неподходящий момент…
Придя к последней мысли, я и вовсе подвожу себя к тому, что Дэмиану, быть может, и не нужно знать о том, что я собираюсь сделать. Как бы безгранично я ему ни доверяла… Он только выбрался оттуда. Только избавился от ее влияния. И я не могу рисковать его свободой воли и жизнью.
– О чем думаешь? – когда я, задумчиво осматривая свою комнату в жилой башне, словно бы не веря, что была тут в последний раз не так давно, слышу этот нахальный голос за спиной, то оборачиваюсь с весьма и весьма удивленным выражением лица.
– Я… Я думала, что мне придется самой искать тебя, – честно выдыхаю я, даже не думая язвить.
– Да? И для чего же? – Каэль снова бесцеремонно приближается ко мне в своей излюбленной манере, но теперь, когда я с Дэмианом, я не реагирую на него так, как прежде.
– Чтобы… Извиниться. Возможно, – последнее я добавляю с легкой усмешкой, демонстративно отодвигая демона от себя, упираясь ладонью в его обнаженную грудь.
Да, он снова полуголый. Некоторых не так просто приучить к элементарным правилам приличия.
– Так ты тут обдумывала извинения, которые собираешься принести? – помимо своего совершенно неприемлемого внешнего вида, Каэль вдруг склоняется к моим волосам и, абсолютно не стесняясь, втягивает носом воздух.
– Знаешь… Обойдешься, – фыркаю я, выворачиваясь из его полуобъятия.
– Ты пахнешь так же, как и в нашу первую встречу. Только вернулась от бабули?
Кажется, вместо извинений Каэль хочет получить от меня мое безграничное терпение… Или наоборот – пытается так заполучить мои эмоции?
– А ты такой же наглый, невоспитанный демонюка, как и в нашу первую встречу, – я отвечаю ему таким же невозмутимо-елейным голоском, слегка наклоняя голову и прищуриваясь, – Дэмиан оторвет тебе руки, если увидит.
Каэль отодвигается сам, долго смотря на меня своим хитрым, изучающим вдоль и поперек взглядом.
– Так значит, у вас все настолько серьезно?
– Насколько?
– Что ты пытаешься прятаться за своего песика, хоть его сейчас здесь и нет.
– Эй! – я даже пихаю демона кулаком в плечо, потому что меня всегда раздражал этот эпитет в сторону Дэмиана.
– Его, кстати, и вправду нет, – Каэль пожимает плечами и засовывает руки в карманы брюк. – Смылся сразу же, как их разняли с Сану. Так говорят.
– Кто знает, может, ему тоже нужна передышка, – я пожимаю плечами в ответ.
– Или он снова решил оказаться по ту сторону игры…
– Не смей, – я даже палец поднимаю, поднося его к лицу Каэля, настолько меня возмущают его слова. – Он не станет…
Впрочем, он тут же перехватывает меня за руку, и смотрит на меня так же пристально и серьезно, как и я на него.
– Нет, это ты не смей, – я вижу, как дергается на мгновение его щека, словно он пытается сдержать хищный оскал. Впрочем, Каэль позволяет себе быть таким грубым и грозным лишь секунду, после чего тут же меня отпускает. – Твое дело, кому верить, Ариана. В любом случае, искать его я не стану. Да и брать с собой на задание…
– Андрас тебе все рассказал?
– Как видишь.
– Я и не стала бы брать Дэмиана.
– Даже так? Хочешь меня, а не его?
Мне остается лишь терпеливо сделать глубокий вдох и не поддаваться на нескончаемое количество провокаций этого рыжего нахала. Я знаю – Каэль злится на меня. Но он может делать это сколько угодно, да и выяснять отношения мы можем бесконечно, в то время как нас ждет очень важное дело.
– Да, Каэль, – я даже делаю шаг по направлению к демону, проникновенно заглядывая ему в глаза. – Хочу тебя, а не его. Ну так что, будем продолжать трепаться о том, о сем, или ты уже откроешь гребанный портал?
– Не здесь, – позволив себе паузу, отвечает он, становясь снова предельно серьезным. – Иди за мной.
***
– Почему мы не воспользуемся порталом? – задаю я вполне резонный вопрос.
– Потому что в твоем плане вроде как звучал элемент внезапности, если я верно понял из слов Андраса, – о, надо же, Каэль научился копировать мой язвительный тон почти в точности.
– Не то чтобы мне стало понятно…
– Просто доверься мне.
О, вот значит как. “Доверься”. Меня аж передергивает что-то внутри от подобной формулировки, но делать нечего. Если уж и не по-настоящему, целиком и полностью доверять кому-либо здесь, в академии – то хотя бы сделать вид.
Порталом, к слову, мы все же воспользовались какое-то время назад – но только лишь для того, чтобы спуститься в подземные туннели, навроде тех, чтто ведут в их знаменитый притон, но двигаемся мы теперь в направлении, совершенно мне неизвестном. Оставалось надеяться, что Каэль и впрямь приведет нас к поместью Мэг… Только вот как далеко оно находится от самой академии – неясно. Учитывая, что Дэмиан говорил что-то о том, что на сотни миль вокруг дома Мегеры – мертвая, мерзлая пустошь…
Погрузившись в свои мысли, я слегка вздрагиваю, когда Каэль решает снова заговорить со мной:
– Уже придумала, как это сделаешь?
– Что сделаю?
– Наложишь на Гемеру печать.
– Я?!
– Ну так это же… В этом и есть твой план. Или я чего-то не понял?
Демон даже останавливается, и, насколько я могу разглядеть в полумраке, на его лице отражается вполне себе искреннее удивление. Это не очередная его глупая шутка.
– Я собиралась только… Ну, не знаю, разозлить ее…
– Ну, да, и чисто случайно у тебя под рукой есть кто-то всепрощающий и совершенно не подверженный ярости, ага? – усмехается Каэль, и даже на мгновение успевает закатить глаза, прежде чем продолжить путь.
– Нет… Что? Ничего не понимаю…
– Все время забываю, какая же ты все-таки неотесанная землянка.
– А ты… Ты вот не даешь возможности забыть, какой ты невыносимый грубиян!
– Неправда. Я само очарование. А что до печати наказания – наложить ее может лишь тот, кто начисто лишен того греха, от которого печать будет сдерживать. Видишь ли, у нас каждый новорожденный малыш знает об этом.
Мне требуется время, чтобы переварить эту информацию. Нет, ну вот, спрашивается, какого черта мне прежде никто не посчитал нужным рассказать об этом?! Ни Андрас, ни Клото, хотя они были в курсе насчет моего плана… И Каэль – хорош помощничек, ничего не скажешь!
Все опять свалилось на мои плечи, и мне приходится в ускоренном режиме придумывать, что делать дальше. Отлично просто.
– Ну… – мозг у меня и вправду пытается подкинуть подходящую идею, в то время как я сама невольно обхватываю себя руками за плечи, чувствуя себя невероятно уязвимой, – Всего-то нужно подумать, каким греховным страстям я не подвержена… Такое наверняка найдется, верно?
– Похоть и прелюбодеяние отметаем сразу. Тут ты застряла крепко и, похоже, навсегда.
– Эй! – искренне возмущаюсь я. – Да у меня вообще последние два года парня не было!
– Серьезно? Так вот почему мне удалось так легко тебя соблазнить…
– Еще слово – и я обломаю твои рога.
– И в чем причина воздержания? – видимо, мои угрозы звучат для Каэля смехотворно, ведь иначе я не могу объяснить, почему он надо мной смеется. – Уж не в том ли, что ты знаешь за собой грешок пускаться во все тяжкие?
– И вовсе… Нет во мне такого, – бурчу я, обгоняя демона, чтобы не видеть его самодовольной рожи.
– Разве? Знаешь Дэмиана всего ничего, и уже – любовь на века…
– Он хотя бы не такой невыносимый говнюк, как ты.
– Да ну? Я бы сказал – гораздо хуже.
Я решаю не отвечать Каэлю. Все равно на каждый мой ответный аргумент он придумает тысячу новых. Кажется, он способен высмеять каждую черту моего характера… Чувствую себя, словно на какой-то постыдной исповеди. Приходится сознаваться во всех своих грехах, пока не отыщу то, в чем я окажусь безгрешна.
– Ну… А что насчет жажды власти? – спустя какое-то время задумчиво говорю я. – Гемера ведь ради этого все затеяла? А мне к дьяволу не сдалось помыкание другими и захват преисподней…
– Хм, жажда власти, то есть тщеславие. Иными словами, гордыня… – на мгновение мне кажется, что Каэль и впрямь всерьез задумывается над моими словами, но в ту же секунду он вдруг срывается на своей гомерический хохот. – Ты это серьезно? Ариана? Да в тебе гордыни и заносчивости больше, чем в тысяче демонов, вместе взятых.
Крепко сцепив зубы, дабы не тешить его самолюбие своей реакцией, я проглатываю этот упрек.
– Ну, с унынием тоже не прокатит – Кло сказала, что это мое слабое место… Что там еще остается? Алчность? Чревоугодие?
– Предлагаешь закормить ее до смерти?
– Каэль, я не знаю…
– Нужен сильный порыв, такой, что затмит все остальные… Давай признаем, что это невыполнимый план, Ариана.
– Невыполнимый? Тогда почему ты пошел со мной?
– Я бы сказал, что это ты идешь со мной. Потому что у меня есть мой собственный план. Получше.
Вот оно. Бинго. Каэль снова показал свое истинное лицо. Я еле-еле подавляю в себе порыв прямо сейчас остановиться и сказать, что с меня хватит, но слишком свежи воспоминания об обвинении меня в неуемной гордыне. Да уж. Кто бы мог подумать, что ад и впрямь начнет перевоспитывать все мои низменные порывы и дурацкий характер, ага.
– Если ждешь, что я буду спрашивать, в чем состоит твой гениальный план…
– Вообще-то, жду, – усмехается Каэль.
– Обойдешься.
Вокруг тем временем становится ощутимо холоднее. Или я просто только сейчас замечаю, что сжимаю свои плечи скорее от озноба, чем от подсознательного желания закрыться от всего и вся?
– А что если… Зависть? – предпринимаю я последнюю попытку, больше от того, чтобы не идти в тишине. Кажется, я вспомнила все смертные грехи, какие только существуют… Или нет? Скажем так, это не та информация, которую прокручиваешь в голове каждый день, и…
– Знаешь, а это уже больше похоже на правду.
Стоп, что?
Каэль и впрямь согласился с моим очередным дурацким предположением?
– Что?! – уже вслух удивляюсь я.
– В тебе полно других пороков, но зависть… Скорее, ты ставишь себя так, что тебе должны завидовать другие.
– Да не было никогда такого, откуда ты берешь вообще весь этот диванный психоанализ?..
– Не забывай, что инкубы проникают в самую суть души, чтобы заполучить власть над аурой живого создания, – Каэль на мгновение оборачивается ко мне и – вот же черт ушастый! – подмигивает мне, – И уж чего-чего, а зависти я в тебе не замечал.
– Может, ты мало меня знаешь, – пусть он и сообщил, что буквально проник в самую суть меня и изучил от и до, я все равно не собираюсь сдаваться.
– Удивительно, но ты словно бы наоборот отторгаешь любую силу, знание, крупицы влияния… Ну или чем еще могут соблазниться люди.
– Давай признаем, что ты говоришь мне все это для отвлечения внимания, а сам в это время преисполнен уверенности исполнить собственный план?
Каэль даже не сразу находит, что мне ответить. Его некоторое смятение заметно по тому, как на мгновение он замедляет шаг, но тут же выравнивает его обратно. Обмена нашими молчаливо-язвительными взглядами становится достаточно, чтобы мы оба поняли, что думаем друг о друге. Я – что Каэль все такой же вредный, расчетливый демонюка, вечно сам себе на уме. Он, похоже, вообще давно сделал обо мне все выводы.
Да уж, недалекая, заносчивая и упрямая Ариана, не то человек, не то ангел, не то бесполезное двукрылое бессилие.
К этому моменту мы вдруг останавливаемся, а Каэль словно бы… Прислушивается. И, да, он так и не ответил на мой вопрос, если не считать того едкого взгляда. Что ж. Что может быть лучше двух нелепых идиотов, которые даже о плане договориться не могут, но при этом, вероятно, отправляются на верную смерть? Правильно. Все что угодно лучше этого.
– Я открою портал, – тихо и серьезно говорит вдруг Каэль. – Магии хватит.
Ну наконец-то, хочется сказать мне. Но внутри меня что-то нехорошо замирает, потому что я начинаю понимать, что все совсем выходит из-под моего контроля.
– И когда мы используем свой элемент внезапности, о котором ты говорил, что нам нужно будет делать? – вполне резонно задаю я свой вопрос.
– Не мы, а ты, – рыжий пытается мне улыбнуться, но выходит у него фальшиво и слабо. Знай я его похуже, я бы решила даже, что ему…больно произносить это?
Глупости какие-то.
– Одна? – переспрашивать, на самом деле, нет смысла, потому как что-то такое я и подозревала.
Если Каэль и мог придумать что-то еще хуже, чем не иметь плана, так это могло быть только решение разделиться. И именно это он мне и предлагает.
– Да… Тебе придется развлечь Гемеру, как ты это умеешь. Провоцируй, пытайся наложить печать, притворись, что ты ей подчинилась, как она того и хотела… Упомяни про отца, может, она даже поделится историями из прошлого. Все, что угодно, только не умирай. По крайней мере, слишком быстро.
– Неуместные шутки, Каэль, – вздыхаю я, как следует отмечая на подкорке сознания идею заговорить со злобной стервой о моем отце, как единственную здравую мысль друга.
– Выиграй для меня время. И тогда я смогу упечь ее безумную душонку обратно в небытие, где ей и место.
– Это и есть твой план?
– Это и есть единственное решение из всех возможных.
***
Когда Каэль открывает портал, тот выглядит совсем уж нестабильным и невидимым. Но делать нечего – я шагаю внутрь, практически не чувствуя собственных ног. Еще неделю назад я бы, кажется, послала к черту любого, кто попытался бы меня вынудить вот так отчаянно рисковать собой. Но сейчас… Кто знает, может, само это место так действует на мою ангельскую сущность, но я не испытываю никакого страха.
Чем ближе к потенциальной угрозе – тем более явно начинают снова зудеть плечи и лопатки, и на душе неспокойно, хоть я даже не могу утверждать, что Гемера где-то здесь. Я ее не вижу и не слышу – но само мое нутро вопит о том, что она рядом.
Удивительно, как быстро ей удалось восстановить поместье. Словно и не было того взрыва. Все по-прежнему роскошно и величественно – позолоченная, кованая мебель, высокие мраморные колонны и потолки, тяжелые расписные ковры, фрески с изображениями героев античной литературы.
Да уж. Второй раз я оказываюсь в этом месте, больше похожем на музей, чем на жилой дом, и во второй раз вляпываюсь в невероятно жуткие неприятности.
Я не понимаю, почему Каэль открыл портал именно сюда, в главный зал, совмещенный с гостиной, ведь тут точно никого нет. Тем не менее все мои чувства и интуиция обостряются. Чувствую себя даже отчасти нелепо с этим щекочущим ощущением охоты внутри, словно кошка, что ловит пылинки в воздухе.
Хотя, если подумать, я именно что на какие-то незаметные пылинки в воздухе и реагирую. Не звуки, не видимые детали возбуждают мои рецепторы по мере того, как я продвигаюсь вглубь зала – а что-то совсем иное, вибрирующее, словно электрическое напряжение, мимолетное, незаметное обычному человеческому глазу…
Иллюзии. Их здесь очень много. И когда ко мне приходит это осознание, что-то внутри меня холодеет.
Хватит ли мне сил справиться?..
Когда с левой стороны от меня распахиваются двери, я ожидаемо напрягаюсь, и тут же чувствую, как тяжелым взмахом, взрезавшим острой болью спину, за моими плечами шуршат крылья. У меня нет ни секунды, чтобы реагировать как-то иначе – потому что я вижу перед собой ярко-желтые глаза, сверкающие из темноты.
Три пары ярко-желтых глаз.
Отчего-то в памяти очень явно всплывают подробности того, как сильно досталось Андрасу… И мне не хотелось бы повторять его подвиг. Каэль, чтоб тебя… Если с чокнутой стервой Гемерой я еще могла поговорить о родителях, то с этой чертовой псиной мне как прикажешь быть? Об этом-то ты и не подумал, верно?..
Я делаю шаг назад синхронно с тем, как цербер так же медленно, словно бы вторя моим движениям, продвигается вперед.
Все пропало.
У меня нет ни шанса против него.
Мне бы испугаться, завизжать, предпринять попытку к бегству – но я стою, как вкопанная, и не могу ничего с собой поделать. Только слышу, как сердце начинает стучать так сильно, что я даже в ушах ощущаю собственный пульс. Он заглушает абсолютно все звуки – вкупе с адреналином, что заставляет потеть мои ладони.
Ноги подкашиваются и леденеют. В какую-то долю секунды я понимаю, что даже и шагу назад ступить больше не могу.
Трехголовый хищник останавливается. С его огромной кровожадной пасти – точнее, с каждой из трех, но я могу смотреть лишь на ту, что по центру – свисают ниточки слюны, подергиваясь в воздухе вместе с его тяжелым, угрожающим дыханием.
Потянула, бл&^*(#%, время.
