![](/files/books/160/oblozhka-knigi-lyubov-bez-cenzury-si-319110.jpg)
Текст книги "Любовь без цензуры (СИ)"
Автор книги: Катя Саммер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)
Глава 18
Лизка пришла с рассветом, забралась на кровать прямо в форме и обняла со спины крепко-крепко. В детстве мы всегда так делали, когда кто-то больно падал или получал плохую отметку. И какими безвыходными казались те глупые ситуации! С высоты прожитых лет думать о них было, конечно, смешно.
– Свадьбы не будет? – Лиза чуть крепче сжала меня под ребрами.
Я в ответ молча потрясла головой.
– Из-за Феликса?
Я усмехнулась.
– Не скажу, что он совсем не причем. Но нет, не из-за него.
– А почему тогда?
Лизка от неожиданности поднялась. Она точно была уверена, что причина в Ветрове, и теперь непонимающе уставилась на меня.
– Ну помнишь… ты говорила про скалу, которая будет защищать? Так вот скала оказалась дырявой.
У сестры от удивления вытянулось лицо.
– Да ты что? Неужели изменил? Он же всегда был таким… таким…
Да, идеальным. Лиза никогда не уставала повторять, как мне повезло.
– Хуже.
И слезы затопили вновь.
Всю пятницу, мой первый день отпуска, я пролежала на кровати в полной прострации. Без ориентира, без понимания, что дальше делать с жизнью, я культивировала печаль и медленно-медленно распадалась на частицы.
– Ты можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь, это и твоя квартира тоже, – десятый раз за день повторяла Лиза, пытаясь меня накормить.
Но я же понимала, что нет. Эти рюши на шторах, розовый коврик в ванной, чашки с улыбающейся парочкой. Это место давно перестало быть моим домом. Я потерялась в целом мире.
Выспавшись, я встала посреди ночи, включила телевизор и наткнулась на одном из трех сотен спутниковых каналов на «Свадебный переполох» с Дженнифер Лопес. Так начался ночной кинематографический марафон про сбежавших невест.
Суббота была полна звонков, но совсем не тех: названивала организатор, которая за те деньги, что ей платили, могла решить все вопросы сама; еще звонили те, кто купил наряды на торжество. Я решила спихнуть всех на Антона, ответила только маме, которая отменила билеты в Россию и осталась с мужем бороздить просторы Ирландии, кажется.
Звонков было много, и я вздрагивала каждый раз – тяжело признаться, что я ждала… ждала хоть каких-то вестей от Феликса. Но ничего. А спустя несколько часов мучений я пришла к выводу, что ему плевать. Он ведь добился своего – трахнул меня, сорвал свадьбу. Теперь можно было идти праздновать. Чем он, скорее всего, и занимался…
Эгоистичное желание обладать никогда не приводило к хорошему. Вроде я была большой девочкой, а в сказки до сих пор верила… Дура.
Я бессмысленно щелкала каналы, уже и не глядя на экран. Кажется, медленно, но верно сходила с ума. Когда внезапно в голову пришла гениальная идея. Я набрала номер Дарьи, организатора свадьбы.
– Антон отменил поездку в Таиланд? – не поздоровавшись, спросила я, едва она ответила на вызов.
– Да, – сильно уставшим голосом произнесла девушка.
Черт. Я снова растеклась по кровати. Это была первая и последняя зацепка, чтобы хоть как-то выбраться из трясины.
– Но я еще не подала отказ в туристическую фирму.
– Я тебя обожаю! – завизжала я в трубку, от радости колотя ногами по одеялу.
Все-таки не зря ее услуги столько стоили, я даже не жалела потраченных денег.
В воскресенье утром меня проводили в аэропорт с полным чемоданом летней одежды и новых Лизкиных купальников. Единственное, что беспокоило, – сумею ли выехать за границу после всех махинаций Антона, но я связалась с другом из пограничной службы, и тот убедил, что проблем не возникнет.
– Ты уверена, что хочешь улететь? – уже у самого входа спросила Лиза.
Я потрепала ее по голове. И когда моя малышка успела вырасти из памперсов?
– Хочу, – спокойно ответила я.
Потому что и правда хотела. Две недели ничего глобально не изменят, но помогут разобраться – так я убеждала себя, но выходило все равно хреново. То и дело оглядывалась назад в надежде увидеть черную макушку, возвышающуюся над толпой.
Но не увидела. Ни на входе в аэровокзал, ни на досмотре, ни у стойки регистрации.
– Али-и-иса, душа моя! – услышала я знакомый голос шальной дамочки с весьма специфической внешностью, которая работала у нас главным представителем.
Мы случайно спелись на корпоративе, с тех пор и дружили. Совсем забыла, что сегодня ее смена.
– А где же наш герой-любовник?
И все. Хрен знает, что произошло, но плотину прорвало. Я разревелась, думая совсем не об Антоне.
– О-о-о… Пойдем, дорогая. Пойдем-пойдем. Не существует такой проблемы, что не решилась бы несколькими каплями коньяка.
Глава 19
NЮ – Гойя
Фил
Я заливался. Чтобы забыться. Напрочь.
Обычно бухлом выбивало из башки всю дурь, но чет пока не особо помогало.
– До луны, до луны моя любовь…*
Я крутил в пальцах пустую стопку, вокруг мелькали неоновые вспышки, дымили кальяны, дребезжал музон в колонках. Сегодня в клубе выступал Рамиль с дружками, и цыпы всего города двигали задницами под сопливый рэпчик, отсвечивали проколотыми пупками и татухами. Никогда не любил татуировки. Особенно у девчонок. Тупые понты.
Хотелось выть. От скуки, от бессилия. В туалете насуетил какие-то разноцветные таблетки, закинул под язык, раскатал. Красок не прибавилось. Только чуть затормозилось все.
Рядом на высоком стуле телка с надутым свистком явно намекала на веселую ночь, раздвигала ноги. Можно было разложить ее, конечно, да хоть у Марата в кабинете, назло ему, но не хотелось даже рыпаться в ее сторону. До омерзения противна была мне.
Миша Царь, потому что Царев, подколол меня из-за барной стойки, но по одному взгляду понял, что лучше подвиг не повторять. Мог выхватить и по зубам за длинный язык, а зубы ему до́роги были, виниры только вставил на спонсорские подачки. И как Марат терпел этого педика здесь? Хотя все ж терпели. Барменом-то он знатным был, почти с мировым именем. Меня тоже технично спаивал, прям угадывал, когда и что подать, подлить. Вот и сейчас я только Лучную вспомнил и удавиться захотелось, так сразу в руках текила материализовалась. Молодец, Царь, даже забывалось иногда, что он сиськам яйца предпочитает.
– …На душе лишь грязь, в моих глазах ты мразь, сука, мразь…
Проорал бы в лицо, да ей, видимо, плевать. Так, потрахалась со мной, и только. А я ведь серьезно хотел с ней… Да, хотел, чтобы она бросила придурка, но хотел добиться этого сам, хотел стать для нее кем-то важным. Не вышло. Пришлось все-таки пускать в ход компромат.
Этот банкир хренов подставлял Алису много лет, проводил через нее краденные деньги. Он подделывал подписи на документах, чтобы тырить и обналичивать средства со счетов крутых клиентов. Когда нужно было – выдавал тем фиктивные выписки о том, что бабки у них есть, а если кто-то требовал продать акции или получить деньги, искал других жертв. И так до бесконечности.
Не зря те козлы вломились к ним, многим он перешел дорогу. Потом уже выяснил, что деньги искали, которые он увел, а ребята мои нашли и детишкам на Байкал отправили. Надеюсь, поседел мудак, когда обнаружил пропажу.
И все же хорошее у Антона-гондона прикрытие было, не только те безопасники, которых мы вычислили. В схеме оставалось много неизвестных. Ребятам долго пришлось зачищать хвосты, и если бы блюстители порядка кинулись раньше нас, сидеть бы моей Алиске в камере много лет.
Моей? Ха, жалкий ты, Фил. И вроде бы предупреждение Антошке было более чем прозрачное, а все равно за Лучную переживал. И ждал. Ждал же, что придет. Из дома не выходил почти сутки. Сидел среди разбитой посуды и рубился в Соньку, как зомби.
Она должна была понять. Прийти. Или хотя бы позвонить. Аля – та приползла тем же вечером… но что я сравниваю?
Блять. Неужели она правда выбрала его? Прокатила меня? Может, они вообще в доле? Точно! А я еще суетился, чтобы ей вещи украденные быстрее вернули! Хотя… бред же. Слишком напуганной она была, когда на нее напали. Совсем не понимала, что случилось.
Очередная шлюха положила когтистую лапу на плечо. Я скинул ее и послал подальше.
– …Вся такая в белом, но не для меня. Вся такая в платье…** – завыл в микрофон Рамиль.
– Да вы, бля, издеваетесь? – Я повернулся к Цареву. – Выруби это дерьмо!
– Чувак, это живая музыка, только если пацаненка вырубить.
Замечательная идея. Я поднялся, но мне преградил путь широкоплечий амбал.
– Ты как мою сестру назвал?
– Шлюхой.
Я нарывался. В открытую. Хотел забыться. Потому что ничего не помогало. Хер его, только двоилось все.
– Да она бы отсосала у меня прямо на баре…
Кулак полетел мне в морду, не успел договорить всю правду. Я почувствовал привкус железа во рту. Кайф.
– Че, сильнее слабо?
И понеслась. Меня опрокинули на стойку и хорошенько приложили головой. Царь завизжал как девчонка. Не любил он драки. И крови боялся. Я это понял еще в прошлый раз, когда зацепился с фанатами, готовыми мне горло розочкой вскрыть.
Тип замахнулся снова, а тут и сестрица подоспела, повисла на его руке, защищая уже мою шкуру.
– Нахуй вали! – заорал я на нее.
Когда я врезал в обратку, шкаф отлетел метра на три и свалился на стол. Телки с визгом разбежались в разные стороны. Дешевое игристое стекало на пол, угли прожигали кожаный диван. Я ринулся снова, но охрана скрутила. А я и не сопротивлялся. Не было сил.
Меня закрыли в кабинете Марата, и я наконец забылся. Хотя бы на время сна.
Когда проснулся, сначала не понял, где я. Голова всмятку, лица не чувствовал.
– Сука-а-а…
– Так тебе и надо, придурок.
Я с трудом открыл подбитый глаз. Марат. Работал за компом с кучей бумаг, корчил из себя умника. Ну-ну, будто что-то соображал.
Промычав от боли, я сел и потрогал лицо. Распухло. Твою ж…
– Проспался? Уматывай отсюда, уже вечер.
Хотел ответить ему, да погрубее, но замер. Вечер. Вечер? В смысле?
– Сколько времени?
Я даже почувствовал, как побледнел, зубы свело.
– Шесть.
Шесть вечера. Охренеть. Я вскочил и побежал, натягивая правый кроссовок на ходу. Очутился на улице, но чуда не произошло. Марат не соврал. Солнце валялось за линией горизонта, машины слепили фарами, вот-вот загорятся фонари.
Я все просрал. Как только мог? Ведь собирался же даже насильно утащить ее со свадьбы! Пусть бы хоть орала, брыкалась, да плевать! Но… экран телефона оказался разбит, кучу пропущенных, но не от нее. Я все просрал.
Я бесцельно брел по улицам, пугал прохожих. Изо рта валил пар. Чертовски захотелось курить, но я увидел свою рожу в витрине и ушел в закат.
Как же тупо вышло. И больно. Видимо, не соврал Алисе, когда сказал ту фразу, что испортила все. Но она сама вырвалась! Я просто так чувствовал. Что, блять, не так? Не собирался я клясться в любви ей через две недели, но все с Алисой шло по пизде. Я и о женитьбе под страхом смерти не хотел думать, даже не представлял, что когда-нибудь этого захочу. А ее увидел в свадебном платье и залип.
Дома я выпил обезбола и снова отключился. Проснулся только утром от звонка.
– Здравствуйте, доставка букетов «Цветы круглый год». Ваш заказ не выполнен по не зависящим от нас причинам. Мы пытались связаться с вами, но, к сожалению, вы были недоступны…
Так, стоп-стоп, о чем она? Цветы… какие цветы… Блять. Точно. Пьяный в хлам, я заказал Алисе черные розы. В ресторан. Хотел даже приехать и поздравить. Слава богу, проспался и протрезвел.
–… В таких случаях оплата не возвращается, но мы готовы пойти навстречу и…
Так, стоп. Что она сказала?
– Что вы сказали?
До меня очень медленно доходило.
– Э-э…
– В самом начале!
– Заказ не выполнен по причинам, совершенно не зависящим от нас. В ресторане, куда был доставлен букет, сообщили об отмене торжества, и…
Я уже не слушал, сбросил вызов. Черные розы не дошли до адресата, потому что праздник не состоялся. Черт. Значило ли это…
Недолго думая, я набрал Лизе Лучной.
– Да, Ветров.
Кажется, подруга не очень обрадовалась мне.
– Свадьбы не было?
Лиза упрямо молчала, но ее ответ оказался и не нужен.
– Где Алиса? Лиз, говори, я же весь город переверну.
– Не поможет.
Кажется, мелкая гадость усмехнулась.
– В смысле?
– В коромысле, дурак. Она не в городе. И даже не в стране.
***********************************
* Ramil’, 10AGE & LKN – До луны
** Ramil’ – Вся такая в белом
Глава 20
После стопки коньяка и двух бокалов вина перелет на Пхукет в широком кресле бизнес-класса с маской для сна и наушниками прошел незаметно. Самолет вроде бы только оторвался от земли и врезался в пористые облака, похожие на овечью шерсть с колтунами, и вот уже заходил на посадку над ночным городом, окруженным водной гладью.
Когда я вышла из аэропорта, горячий влажный воздух обжег легкие, футболка вмиг прилипла к спине. Мне предстоял жаркий отпуск.
На стоянке меня уже ожидал водитель Андрея, моего отчима, у которого мы с Антоном собирались провести медовый месяц, пока они с мамой колесили по миру. Седовласый таец поздоровался на ломаном русском, унес багаж и помог забраться в фургон, где я удобно расположилась поперек кресел. И мы выехали на дорогу под веселую музыку местного радио.
В пути я подумала о том, что нужно будет сменить пароли – от программ, почтовых ящиков и карт. Как-то не до этого было все дни. Я ненароком вспомнила об Антоне, скривилась и отмахнулась от мыслей. Спрятала телефон, так и оставшийся в «авиарежиме», и попросила водителя связаться с Андреем. Тот почти сразу передал трубку маме, которая, кстати, удивила. Я предвкушала целый список нотаций, мол, я тебя в двадцать родила, что ты творишь и многое другое, но вместо этого услышала фразу, что Антон ей и не нравился никогда. Наверное, эти двое были по-настоящему счастливы, раз мама пожелала мне отличного отдыха без единой морали.
Проснулась я уже в полдень и вся опухшая – длительный перелет, смена часовых поясов и адская влажность давали о себе знать. Быстро переоделась и вышла из комнатной прохлады в тропическую жару, а буквально через двести метров оказалась на пустынном пляже. Села у самой кромки морской пены, ловя пальцами ног теплые капли. Застыла, завороженная силой беспокойных синих вод. Душа, метавшаяся в агонии последние дни, вдруг успокоилась. Я выдохнула, и весь мир вместе со мной.
Здесь я училась «ничегонеделанию». И даже неплохо преуспела в этом занятии – расслабилась, забылась, затерялась в тени кокосовых пальм и тихом безлюдном местечке. Всю вторую половину дня провела на пляже, с головы до ног обмазавшись кремом. Читала «Любовника леди Чаттерли». И, видимо, уснула. Почувствовала, как кто-то настойчиво теребил за плечи.
– Перевернись, а то поджаришься, – услышала я звонкий женский голос. – Привет.
Приоткрыв глаза, я увидела смутный силуэт в ярком солнечном ореоле.
– Здесь мало людей, поэтому нам, наверное, неплохо было бы познакомиться… Я Настя. Живу по соседству. Хозяйка говорила, что сюда приедет русская пара, у вас медовый месяц? И где же твой принц? Поздравляю!
Она тараторила без умолку, даже голова затрещала. Я удобно села на подстилке, и, когда глаза привыкли к свету, сумела разглядеть девушку – прямые каштановый волосы, мягкие черты, хорошо сложенная фигура.
– Не стоит, – бросила я в ответ и тотчас спохватилась, увидев удивленное выражение лица. – Я о поздравлениях, а не… ну, ты поняла.
Девушка внимательно на меня посмотрела, а затем без спроса опустилась на покрывало. Я не собиралась заводить новых друзей, но что-то знакомое и тоскливое проскользнуло у нее на лице. Настя прикусила губу и стала нервно перебирать пальцами. Она выглядела забавно в широкополой шляпе, с растрепанными волосами, язык не повернулся ее прогнать. В принципе ничего же не случится, если у меня появятся знакомые?
Я не успела додумать, потому что девчонка обрушила на мою голову бомбу.
– Я застала парня с начальницей. Прямо накануне нашей свадьбы.
Она произнесла это на выдохе, не поднимая глаз. Видимо, ждала какой-то реакции, но не получила. Я не привыкла к подобным откровениям и не знала, что следовало делать. И она продолжила.
– А еще… – ее плечи опустились вниз, – я пыталась остаться с ним, потому что до сих пор люблю его. Наверное. Но стала сходить с ума. Мне все время казалось, что они вместе… Каждый раз как он задерживался на работе или писал кому-то в телефоне… В общем сбежала я, – договорила, тяжело дыша. – А ты?
Наши взгляды пересеклись.
– А я…
Что я? На расстоянии множества тысяч километров от дома стало как-то проще откровенничать.
Я отменила свадьбу, потому что жених оказался мошенником и использовал меня, и ничего по этому поводу не почувствовала, так как страдала по двадцатидвухлетнему однокурснику младшей сестры, который просто хотел со мной переспать? Именно это я ей и сказала. Она раскрыла от удивления рот, и затем мы дружно рассмеялись. А уже через минуту девчонка сообщила, что завтра собиралась к Большому Будде, чтобы загадать настоящего мужчину, который ей полагался по всем законам. И позвала с собой. А я неожиданно согласилась. Почему бы и нет?
Глава 21
Когда стемнело, Настя ушла работать и готовить какую-то съемку, а я решила прогуляться и посмотреть на главную улицу острова, до которой, судя по навигатору, было всего пятнадцать минут. Добралась к месту назначения на «тук-туке», забавном тайском такси, и попала в эпицентр разврата: бурная смесь запахов еды и порока, громкие песни на разных языках, костюмы из перьев, толпы людей. По обе стороны улицы пестрели бары, где танцевали на шестах, пили коктейли на скорость, устраивали драки. Здесь было приторно горько. Меня постоянно касались, толкали, зазывали, а мне хотелось только сбежать.
Правда в конце улицы толпа стала редеть, и я неожиданно для себя услышала игру саксофона. К джаз бару я подошла как раз в тот момент, когда мелодия сменилась и певец запел «Hit the road jack». И не успела сообразить, что к чему, как меня затянули внутрь, и я вместе с симпатичным блондином оказалась на площадке, где все танцевали.
Первые пару секунд думала вырваться из ловких рук. Но затем поддалась настроению, которое витало в тесном пространстве, и задвигала ногами в такт. Длинная юбка сарафана развевалась, когда я кружилась с парнем в танце. Я смеялась и подпевала, подражала партнеру – молодому пепельному блондину с подтянутым телом.
Ближе к концу песни он поймал меня после неуклюжих пируэтов и притянул к себе спиной. Совсем невинные движения всколыхнули во мне сильные чувства. Воспоминания. Грудь опалили языки пламени, нервы натянулись, в голове зазвенели знакомые слова.
Потанцу-у-уй со мной...
Но они также быстро исчезли под возгласы и аплодисменты зрителей вокруг. Только сейчас я обратила внимание, что мы остались на танцполе одни.
– Alex, – представился блондин на чистом английском, протягивая руку, – but they call me Prince.
Принц? Что-то новенькое. Хотя с его прозвищем и спорить не хотелось – парень был настоящим красавцем: яркий, загорелый, обходительный, с мягким приятным голосом и доброй улыбкой. Будто прямиком из сказки. Вот только в нем не было совсем ничего от чернобрового гаденыша.
Я пристально смотрела в его светлые глаза, принимая одну-единственную истину: у меня не было никаких наклонностей, меня совершенно не тянуло на молодых мальчиков, я оказалась зависима только от одного конкретного засранца. Слышала такое модное слово «флексить» – что-то вроде отрыва у подростков. Я же придумала свой личный сленг – «феликсить». Да я сходила уже без Ветрова с ума. Поэтому извинилась и сбежала обратно в крепость на берегу моря, которое разделяло мою печаль.
К Большому Будде на следующий день мы выехали очень рано: Настя сказала, что в шесть утра там будет гораздо меньше народа. Мы поднимались в гору мимо бредущих вдоль дороги буддийских монахов, одетых в рясы шафранового цвета, пока не оказались на широкой смотровой площадке, которую венчала огромная мраморная статуя их бога.
Едва припарковав байк, Настя умчала к подножию храма, где сидели женщины с птицами в клетках. Она собиралась выпустить пичугу на волю вместе с сокровенным желанием всего за сто бат. Я же покрыла плечи накидкой и зашла в храм.
Здесь было тихо и умиротворенно. Легкий перезвон развешанных колокольчиков ласкал слух, отовсюду пахло благовониями. По телу пробежала дрожь. Я устремилась вглубь, к алтарю, и увидела буддийского монаха, который повязывал на левой руке маленькой девочки тонкий браслет. Сай-син. Я много слышала о них, эти веревочки были модными среди людей любого возраста и вероисповедания – своеобразное благословение на исполнение загаданного желания. Раньше всегда скептически относилась к подобным обрядам, но здесь и сейчас послушно разулась перед предупреждающей табличкой и подошла ближе, присев на колени, как делала девочка минуту назад.
Монах окропил меня водой и, что-то пробормотав, повесил на запястье плетеную нить. Хотела возразить, что слишком быстро, что я не успела загадать желание… но поняла – тогда бы соврала. Оно одно. Стояло перед глазами, не покидало мыслей. И отбивало очередь в висках – Феликс, Феликс, Феликс.
Уже позже по возвращении домой Настя рассказала, что нельзя снимать сай-син, пока он сам не покинет тебя. А когда это случится – значит, желание сбылось. И я представила согбенную сморщенную старушку с плетеным браслетом на руке и сама над собой посмеялась.
Я перекусила, посмотрела телевизор, а когда солнце пошло на убыль, решила искупаться в бассейне и поваляться на лежаке с книгой. Плаванье хорошо отвлекало.
Я рассекала водную гладь, неспешно перебирая руками. Чуть позволяла телу падать вниз и тут же выталкивала себя наверх. Несколько раз переплыла бассейн, после чего нырнула на самое дно и продержалась под водой, пока в легких не кончился воздух. А затем, жадно вдохнув на поверхности, подплыла к лестнице и подтянулась, но в последний момент зацепилась браслетом за торчащий болт и от неожиданности сорвалась. Дернула рукой и замерла – разноцветный сай-син упал в воду и утонул на дне бассейна, как «сердце океана» из «Титаника». Захотелось разреветься. По-девчачьи. Неужели даже буддийский бог был против нас?
Шмыгнув носом, я все же вылезла из бассейна и замерла. Сердце пропустило удар. Я не сразу вспомнила, как дышать.
Сидя на деревянной скамье в расстегнутой рубашке с жутким принтом и разбитой губой, прямо на меня смотрел Феликс. И это был не мираж.