![](/files/books/160/oblozhka-knigi-dobrye-shutki-amura-si-355476.jpg)
Текст книги "Добрые шутки Амура (СИ)"
Автор книги: Катя Корж
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)
Глава 44
Спустя две недели я вновь ехала в столицу, но на этот раз действительно к Кейт, потому что она тоже оказалась в списках приглашённых, как девушка Филиппа. Парикмахеры были наняты, наряды куплены, а макияж оставался за мной, и хоть всё было по плану, я всё равно нервничала.
И только когда разговаривала с Гронским, придавала себе такой уверенный голос, что сама поверила в то, что всё пройдёт как по маслу. Но когда в электричке на меня снова накатила лёгкая паника, я расстегнула сумку и посмотрела на вещи, которые купила для торжества.
Половину заработанного за всё время в салоне красоты, что я откладывала на какую-нибудь мечту, ушли на коктейльное платье известного дорого бренда серебристого цвета, чёрный клатч и в тон ему туфли.
«– Нюша, ты что? За этот клочок столько отдаёшь? – кричала Яна, когда помогла мне подобрать наряд.
Вкус у одноклассницы был безупречным, поэтому взяла её для похода в магазин. И она быстро справилась со своим делом, только на цену посмотрела, когда мы подошли уже к кассе.
– Я плачу не за этот клочок, а за уважение людей из круга Люка. К сожалению, их внимание к себе можно только купить. А Люк дорогой мне человек, я пообещала ему, что не подведу.
Яна только покачала головой, явно не соглашаясь с теми нулями, что были на ценнике, а я уже представляла, какой фурор произведу.»
Уговорить Люка на самостоятельную покупку наряда для вечера было очень сложно. Но на следующий день после нашей ссоры такие вопросы было решить легче, особенно когда он был так внимателен и нежен с самого утра.
Вспомнив то утро, когда я проснулась от запаха кофе рядом с постелью, я почувствовала, как щёки полыхают. И на этот раз на меня посмотрели странно люди, едущие в столицу рядом со мной, но мне было всё равно, мой мозг уже перенёс меня в то время, когда я сидела укутанная в тёплое одеяло и смотрела, как переодевается Люк. В нём не было ни капли лишнего веса, и из-за этого он казался слегка худощавым в одежде, но каменные мышцы, к которым я прикасалась ночью, заставили по-другому взглянуть на него утром. И несмотря на то, что продолжения после кофе я не получила, мой внутренний огонёк всё равно превратился в пожар из-за собственных воспоминаний.
И даже в электричке я вновь вспоминала, как его руки гуляли по моему телу, как он шептал на ухо, какая я красивая, как заставлял всё-таки плюнуть на законы гравитации и взлететь.
«– Не смотри на меня так, – сказал он мне тогда, застёгивая рубашку, потому что ему вновь резко понадобилось на работу даже в воскресенье утром. – Мне кажется, что ты меня съешь.
– Не исключено, – прошептала я ему глядя из-за чашки. – Но чуть позже.
– Как себя чувствуешь? – поинтересовался он третий раз за утро, из-за чего я не смогла сдержать улыбку.
– Как самая счастливая девушка…»
И я не обманула, это чувство продолжалось и до сих пор, и больше всего на свете мне хотелось, что бы он чувствовал себя так же.
От улыбки, что была на мне всю поездку от воспоминаний, у меня стали болеть щёки.
Глянула на часы и поняла, что до приёма еще полдня. На платформе меня встретила Кейт, с которой мы сразу же направились в нужную парикмахерскую. Ей уложили её прямые волосы, добавив несколько украшений и покрасили прядь в бежевый, в тон платью, которое она себе подобрала. Мне же волосы собрали в высокую причёску, из-за чего я стала выглядеть еще старше, и это без макияжа.
Придя в квартиру, разложила инвентарь для макияжа и быстро накрасила Кейт, оставив себя напоследок. И когда я закончила с её смоки айс, дверь щелкнула – и в дом вошли Люк и Филипп.
Взглянув на Люка, я выронила кисточку. Его образ был слишком нарядным, и в какой-то момент мне показалось, что как бы я не накрасилась, какое бы дорого платье я не купила, всё равно я буду молью по сравнению с ним. Люк был в чёрном блестящем костюме тройке, в такой же чёрной рубашке, и всё, что выделялось на нём, это серебристый зажим на галстуке.
Филипп было в тёмно-синем костюме с белой рубашкой и золотистым галстуком. Но второй парень не стоял как истукан Люк в коридоре, и сразу же подошёл к Кейт. Они стали обсуждать про торжество, пока я, открыв рот, продолжала любоваться Люком.
– У меня из-за тебя появятся комплексы, – пожаловалась я ему и подошла, что бы обнять.
– Поспеши, малышка, нам скоро выходить.
Я кивнула и ушла в другую комнату, что бы переодеться, и наконец-то накрасить себя. Свои глаза я не выделяла, но макияж нанесла достаточно яркий, что бы показать на себе весь свой профессионализм.
– Чёрт, Ню, тебя никто не узнает, – прошептала в шоке Кейт, когда я уже была полностью готова, и еще некоторое время смотрелась в зеркало, думая, не перестаралась ли я.
– Думаешь, слишком? – я накрутила на палец выбившейся из причёски локон и спрятала его.
– Нет, ты потрясающая, но сомневаюсь, что Люк тебя отпустит так.
Моё платье было коротким, что бы почеркнуть длину ног, каблуки ему были в помощь, но оно прикрывало достаточно, чтобы не считаться вульгарным. Скинутые три килограмма, на моё везение, ушли там, где надо, а не с груди, которое подчёркивало глубокое декольте.
Выдохнув, я вышла к ребятам, что бы наконец-то мой образ оценил человек, для которого я старалась. С непроницаемым лицом Люк долго оценивал мой образ, а вот Филипп сдерживаться не стал.
– Извини друг, но мне кажется, тебе больше поверят, что ты на ночь снял топ-модель, чем в то, что это твоя девчонка-школьница.
Гронский встал с кресла и подошёл ко мне вплотную, и что бы заглянуть в его глаза, мне практически не пришлось поднимать голову, потому что из-за обуви наш рост различался лишь в десятке сантиметров.
– Обещай, что это первый и последний раз, когда ты так одеваешься.
Его голос стал колючим, и я опустила глаза.
– Все мои старания зря?
Сколько нервов, денег и сил я всё-таки в него вложила, и результатом стало его недовольство.
– Ты потрясающая, – выдохнул он, взяв меня за руку, на которой висел его браслет в виде стрелы.
Заметив его, он улыбнулся, и поцеловал меня в щёку, прошептав еще тише.
– Я просто переживаю за целостность мужских носов на этом банкете, ведь я ещё тот ревнивец.
Мы были готовы, и когда Кейт собрала необходимое, а Филипп закрыл дверь, мы разошлись по машинам, и направились вновь к стеклянному зданию, где находился офис.
– Я думала, мы будем где-то в ресторане, – задумчиво протянула, когда мы припарковались, и Люк стал растягивать ремни безопасности.
– Мы и будем в ресторане, он на верхних двух этажах. Ню, пожалуйста, не отходи от меня и старайся ничего не пить без меня, потому что…
– Люк, я не подведу, – в который раз повторила я ему и поцеловала в щёку, прежде чем выйти из машины.
Поднялись на лифте мы одни, видимо, Кейт и Филипп нас опередили или же наоборот. Сейчас они меня не волновали, только моё психическое состояние, потому что с ним были проблемы. Даже стоя рядом с Люком, я чувствовала, как дрожь переходит с кончиков пальцев уже на ноги, и при таком раскладе на каблуках я смогу только красиво сидеть.
– Я с тобой, – напомнил мне Люк, когда лифт дал нам знать, что мы поднялись на нужный этаж.
Протянув согнутую руку в локте, я обхватила его и шагнула навстречу музыке, свету и незнакомым людям. Мы оказались на втором этаже ресторана, и стали спускаться по лестнице к другим на первый, ловя на себе множество взглядов.
Сейчас я поняла слова Вики про то, как же это всё-таки неприятно, когда так много людей тебя пытается оценить, словно, отсканировать. Но я лишь высокомерно улыбнулась, глядя, как нас вдалеке смотрит и та, ради кого я частично тоже старалась. Не только Люк был причиной тому образу, который явно заставил восхищаться гостей, но и Рая, что смотрела на меня тяжёлым взглядом, сопровождая каждый мой шаг по ступеньке явным проклятьем, что бы я упала.
К нам сразу же подошли некоторые люди, с которыми стал здороваться Люк и представлять меня. Тщетно было стараться кого-то запоминать, в этом «узком кругу» было слишком много людей, и Люк уловил незначительную перемену в моём настроении.
– Всё нормально, Ню, это всего лишь гости. Но одного друга можешь запомнить, я ему здесь доверяю, как Филиппу.
Мы подошли к парню в бархатном бардовом пиджаке и чёрной водолазке со штанами. Со спины я не узнала человека, что бы ровесником Люка, но когда он повернулся…
– Виктор Владимирович?
Чёрные волосы, что стояли у нашего практиканта по истории на уроках в постоянном беспорядке, сейчас были уложены, и если бы не слегка раскосые глаза, которые наталкивали на мысль, что кто-то в роду у этого парня был азиатом, я бы вряд ли его узнала. Глядя на таких, как Виктор, начинаешь верить в то, что метисы одни из самых красивых людей.
– Мы знакомы? – преподаватель, с которым нещадно сводила в своей голове Яна Вику, смотрел на меня с явным удивлением, Люк от него тоже не отставал.
– Вы заменяли Михаила Андреевича в нашей школе месяц, пока учитель лежал в больнице. Я Полевич Настя, из одиннадцатого «А».
– Ты преподавал? – в шоке поинтересовался Гронский у друга, который явно что-то скрыл от Люка.
– Ты школьница? – в этот же момент спросил Виктор у меня.
Эта неурядица должна была еще больше запутаться, но Люка позвал Мирон на сцену вместе с Филиппом, оставив меня наедине с несостоявшимся преподавателем.
– Поверить не могу, что он согласился тебя сюда привести.
Тёмные глаза буравили в моём лбу дырку, и это заставляло нервничать еще больше рядом с человеком, который постоянно меня вызвал на уроках истории. Когда Виктор пришёл к нам на временную замену с неопределённым сроком, он почему-то сразу меня невзлюбил, заставляя зубрить историю новейшего времени так усердно, словно от этого зависела моя жизнь. И когда Яна что-то говорила мне про него и его красоту, мне хотелось её прихлопнуть, потому что под конец этот мужчина стал бесить меня славно.
– А я не могу поверить, что снова с вами встретилась, – в моём голосе всё-таки прозвучали нотки обиды и лёгкой неприязни.
– Не рада такому другу своего парня? – ему моя неприязнь явно нравилась, и он на ней играл даже на уроках.
И я бы давно просто перестала ходить на его занятия, потому что мне аттестат не сильно был важен, и его пугалки насчёт экзамена тоже на мне не работали, но в классе была у него еще одна жертва, которую он мучал втройне по сравнению со мной. Алина, двоюродная сестра Вики и мой враг. Враг моих друзей, тоже был мне врагом, пусть и не номер один, ведь в моём топе это почётное место занимала Рая, но ту девчонку я тоже недолюбливала из-за подруг. Она обманула Яну, шантажировала Вику…
Ужасный человек, и Виктор казался мне её личной карой. Когда он впервые стал над ней издеваться, вполне по делу, но с явным наслаждением, внутри меня даже кто-то злобно засмеялся. Скорее всего, это было самодовольство и личное наслаждение.
– Чего же, – с наигранной мягкостью улыбнулась я молодому мужчине, – очень даже рада, особенно когда у меня на этих друзей есть компромат. Люк не очень обрадуется, если я ему расскажу, как вы меня обижали во время уроков.
– Не обижал, а заставлял учить, – усмехнулся он, скрещивая руки на груди, – я тебе ещё одолжение сделал. Зато вместо ночных походов в клуб, ты проводила занимательные вечера с учебниками.
Мне понадобилось меньше минуты пообщаться с Виктором, что бы понять, почему Люк с ним так близок. У них была одна общая черта – они выводили меня из себя за пару секунд. Но только сейчас было не время и не место психовать или показывать зубы, поэтому я только улыбнулась.
– Большое спасибо, что лишили меня времени, которое я могла потратить на клиентов в салоне красоты, что бы заработать в свои семнадцать, а не прожигать деньги богатых родителей в ваши двадцать четыре.
Лицо парня сразу же переменилось, и, возможно, я бы получила какой-нибудь хлёсткий ответ, но вовремя появился Люк, речь которого я прослушала из-за этого самовлюблённого козла.
Гронский увёл меня в новую компанию, где я увиделась с Кейт, Филиппом, Филимоновыми и Гронским старшим. Последний мне подмигнул и поднял бокал глядя на меня, и я вновь почувствовала радость, что я понравилась этому человеку.
– Ну и сброд, – прошептала тихо Кейт, когда мы оказались почти что наедине с двумя бокалами шампанского. Но пить я его не спешила, не хотелось случайно повторить подвиг в клубе, да и по вкусу оно было каким-то кислым.
– Это шампанское еще одно доказательство того, что дорогое может быть тем еще отстоем.
Кейт кивнула и рассмеялась, а я случайно нашла глазами Раю, которая о чём-то разговаривала с Люком. Её взгляд встретился с моим на секунду, после чего она положила руку на плечо моего парня, а я до хруста в пальцах сжала тонкую ножку бокала.
– Не кипятись раньше времени, подруга, у неё сегодня день рождения, он вынужден её поздравить.
Слова Кейт меня ничуть не успокоили, а наманикюренные тонкие пальчики ненавистной мне девицы как-то слишком лично касались спины Люка, явно стараясь вызвать во мне ревность и показать, кто из нас ближе к Гронскому.
– День рождения говоришь у неё, – прошептала я, чувствуя, как внутри всё же что-то лопается. Кажется, терпение. Хоть Люк и сбросил руку Раи, сказав ей явно что-то резкое, потому что лицо её быстро переменилось, я всё же решила дать знать, что Люк теперь не один.
– Здравствуй, Рая, – подошла я и обняла её, чувствуя омерзение. Уверена, вынужденная играть на публике пай-девочку, Рая чувствовала точно такое же, хоть и обняла меня в ответ.
Я подняла бокал шампанского, что долго держала в руках, а проходящий мимо официант поднёс еще один, который я и передала девушке.
– Я узнала, что у вас сегодня день рождения, и решила, что будет невежливо поздравить свою начальницу, хоть и временную.
Люк, что до этого разговаривал с незнакомой мне парой, видимо, родителями Раи, сразу же обратил внимание на нас двоих. Но его напрягшееся выражение лица могла видеть только я, потому что он стоял позади Раи, и лёгким кивком я дала ему понять, что всё в порядке. У меня по крайней мере, за Раю я не могла ручаться, потому что я наконец-то почувствовала, что мне пора перестать её бояться.
– Что ж, я не заготавливала речь заранее, на знаешь, я тут встретила свою подругу из медицинского, и она мне рассказала о возрастных изменениях, что происходят особенно с девушками после двадцати, и как-то речь сложилась сама собой. Желаю вам отсутствие остеопороза, старческого психоза, возрастного склероза и последней стадии сколиоза, живите весело и задорно, что очень сомнительно в ваши-то года, но вы уж очень постарайтесь, и да… Крепких зубов, что б те раньше времени не выпадали, услуги дантиста сейчас дороговаты, но куда уж вам переживать насчёт этого с деньгами ваших родителей. И чуть не забыла, поменьше седых волос, вы ведь уже не так молоды, верно?
– Милая, – подошла ко мне Рая, с оскалом в виде улыбки. Почему-то глядя на него, мне хотелось смеяться, а не трястись в панике, как раньше. Наверное, из-за реакции Люка, что с удовольствием наблюдал за этим шоу, как и рядом стоящие молодые люди, которых я совершенно не знала.
– Ты, я смотрю, осмелела, как только тебя Люк сюда позвал? Долго стараться в постели пришлось, что бы здесь оказаться?
– Рая, вы бы поосторожнее в выражениях, а то яд, который сочится по вашим венам, сейчас нейтрализует вколотый в ваш лоб ботокс, и деньги вновь улетят на ветер, как и ваше купленное молодое личико. За вас! – подняв бокал, я выпила залпом, и приложила максимум усилий, чтобы не скривиться от кислятины, что попала мне в желудок.
– Где же твоя смелость была, когда я тебе затрещину дала в салоне?! – крикнула она, когда я собралась уходить, из-за чего привлекла слишком много внимания в нашу сторону. – Думаешь, стала подстилкой Гронского, и всё, весь мир у твоих ног? Деньги его папы закончатся, и вся его фальшивая богатая жизнь тоже.
– Не зря говорят, что девушки с низким уровнем ай-кью не могут держать язык за зубами, у тебя оно, судя по всему, ниже плинтуса, – уверенно прошептала я, чувствуя, как забрала себе всё спокойствие Раи. И только подействовавший на мозг алкоголь придал смелости, что бы наконец-то поставить эту даму на место.
– Ты можешь говорить всё что угодно в мою сторону, я давно смирилась с завистью, но ты не смеешь даже рта раскрывать, когда дело касается Гронских. Ты им никто, и ты ничто по сравнению с ними, ты ничего не добилась, что бы стоять здесь, на этом торжестве и ловить на себе взгляды всех этих людей. Весь твой авторитет куплен и передан по наследству, в то время как Люк добился всего сам, пожертвовав своими беззаботными буднями сыночка богатенького папы, и твоему недалёкому мозгу тяжело принять этот факт, потому что ты всё меряешь по себе. Не позорь хотя бы свою фамилию, Рая, и лучше уйди, не опускай достоинство своих родителей ещё ниже.
Когда я замолчала, поняла, что даже музыка больше не играет, и не то, что многие, а абсолютно все смотрят в нашу сторону. Неужели я опять сумела влипнуть?!
Я нашла Глазами Люка, что бы вновь прошептать прости, но передо мной появилась другая женщина, что обхватила глотающую, словно рыба воздух, Раю, и увела.
– Тебе и правда пора, пошли…
Я сделала шаг к Люку, что стоял возле бура, засунув руки в карман и заинтересованно на меня смотрел.
– Я опять сделала что-то не то? – аккуратно поинтересовалась, готовясь мысленно к разносу. – Прости, боже… Я твоё проклятье?
– Шутишь? – рассмеялся Филипп, – ну ты её и урыла. Давно стоило поставить эту богатенькую девочку на место.
– Да, только о моей карьере визажиста стоит забыть в её салоне.
Но на самом деле это было меньшее, что меня волновало. Люк мне так ничего и не сказал, только подошёл и приобнял за плечи.
– Если будет нужно, мы откроем тебе свой салон, – усмехнулся старший Гронский. – Ты молодец, Настя, что постояла за моего сына, я…
– Это мои заботы, папа, займись гостями.
Люк обнял меня за плечи и куда-то стал вести. Он молчал до поры до времени, пока мы не спустились на пару этажей и не оказались в знакомом мне тёмном коридоре. Открыв дверь кабинета, впустил меня первую, так и не включив свет, из-за чего нас окутал мрак. И только свет ночного города, что попадал в офис из окна, возле которого мы остановились, что бы наконец-то поговорить, стал освещать наши лица.
– Почему ты мне не сказала, что Рая тебя хоть пальцем тронула? – его голос вновь стал холодным.
Я поняла, что стала выводить его из себя своими необдуманными поступками, и он становился таким колючим, только когда он был в ярости и был готов разрушить всё, что было рядом. Но его руки не отпускали меня, глаза смотрели в мои, и хоть в кабинете было ужасно темно, я всё равно видела его истинные чувства. Словно, мы были с ним одним целым и разделяли всё на двоих.
– Люк, это были мои проблемы.
– Нет, это наши проблемы, Нюша, с тех самых пор, когда ты согласилась стать моей девушкой. К тому же Рая моя знакомая.
– И моя начальница. И если тебя это успокоит, всё произошло пару часами ранее нашего признания друг другу.
Меня резко обняли и прижали к себе, и вместо ровного дыхания и сердцебиения, я услышала явные признаки тахикардии.
– Почему ты мне не сказала, Ню? Я себе не позволю тебя обидеть, и уж тем более кому-то чужому.
– Как ты себе это представляешь? Люк я тебя люблю, и да, сегодня мне врезала твоя бывшая подружка? Всё в прошлом, я на неё не в обиде, особенно после того, как наконец-то всё ей высказала.
Люк поцеловал меня в лоб, когда я отстранилась.
– Я думал, что этим вечером мне придётся тебя защищать, а в итоге всё наоборот. Мне очень приятно, Ню, что ты при всех так высказалась обо мне, это лучше всякой похвалы.
– А ещё брать не хотел, – я поцеловала его в шею, чувствуя, как замедляется его дыхание. – Поверь, ни один мужчина не протянет и пяти минут в обществе тех гадюк, с которыми я столкнулась в салоне. Но я стала сильнее и чуточку взрослее, ты так не думаешь?
– Теперь вижу, что ты не та девчонка, что соврала своим одноклассницам про Олега ради популярности, – меня погладили по голове, как маленькую, разрушая причёску.
– И это вся моя награда за такую пламенную речь?
– Боюсь испачкаться в твоей помаде.
– Не переживай, моя чистюля, она стойкая.
Люк рассмеялся, а после подарил мне поцелуй. Коснувшись губами, моё тело отреагировало иначе, по коже вновь прошёлся жар, вызывая желание избавиться от платья. Я положила руки на мужскую Грудь и поняла, что сгораю от желания не одна. Подхватив меня, Люк посадил на стол, не отрываясь от моих губ. Что-то в темноте упало на пол, но нам было не до этого, мы наслаждались дыханием друг друга. Рука Гронского легла на моё декольте, спускаясь ниже и ниже. И я поняла, что мы оба потеряли контроль над телами, и даже если разум кричал «остановитесь», всё было бесполезно.
– Нам нужно прекратить, – прошептала я, когда моё платье уже было поднято до груди, и единственное, что нас разделяло, это ткань брюк Люка.
– Нет-нет, не стоит, – усмехнулся кто-то рядом с нами, заставляя быстро встать со стола и привести себя в порядок. – Вот чёрт, такое жаркое кино сорвалось…
Люк включил свет, и, закрыв глаза с непривычки, я только через пару секунду заметила смутно знакомого человека, которого невозможно было забыть, даже если увидел всего один раз в жизни.
– Что ты забыл здесь, Мирон?