Текст книги "Ведьмино семя (СИ)"

Автор книги: Катерина Снежная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Глава 5

Спустя четыре недели шеф вызвал его к себе, предлагая сесть в кресло и выпить с ним кофе. Арнольд счёл сие не добрым знаком. Либо новое задание, либо плохие новости, предположил он. Не желал он ни того, ни другого, а хотел до конца довести текущее дело.

– Норд, плохая новость. Кроу пришлось отпустить.

Следовало этого ожидать, но не так быстро и не с таким количеством обвинений. Арнольд сжал челюсть, но сказать ничего не успел, шеф поднял в останавливающем жесте руку, нервно почесал свою рыжую щетину.

– Эге-ге, не быкуй! Не быкуй! Эх-х, девка верченая, и связи у нее такие, мама не горюй. Вот почитай.

Арнольд взял папку с конфиденциальной информацией, открыл. И по мере того, как читал, внутри него рос плохо управляемый гнев. Мысли лезли в голову одна хуже другой. Он швырнул документы на стол, посмотрел со злостью исподлобья.

– Кроу агент под прикрытием? Рэй! – взревел он. – Ты же понимаешь, что это наглая липа. Кого она на самом деле прикрывает? Что происходит? За кого ты меня держишь?

Рэй работал в полиции уже не один десяток лет. Знал, что здесь не людскими делами воротить, с магией все всегда сложнее. У магии концов не найдешь и трупов тоже. А виноватых вообще не бывает. Никогда! Он ослабил черный галстук, сглотнул, а затем ответил таким же тяжелым взглядом Норду.

– А мне, что прикажешь делать? Идти против своих? Быковать на верхушку. Знаешь, есть такое слово, как дипломатия. И я бы не сидел в этом кресле, если бы не умел им пользоваться. Смс-ка ничего не значит. Показания!? Твои амебы не могут и двух слов связать. Предоставь более существенные доказательства, и мы сможем дать ход этому обвинению.

Арнольд молчал, внутри готовясь лопнуть. Всем оставшимся в живых девушкам дали свидетельскую защиту. Скрыли личности и перевели в закрытые госпиталя. Они пошли по программе свидетелей, но свидетельствовать в силу своего состояния не могли. Психика у каждой была разрушена. По предположению из отчетов экспертов-медиков, они все «приняли» вещество. Какое? Установить не удавалось. Официальный вердикт звучал расплывчато и несостоятельно. Неизвестной природы афродизиак приворотного действия. Кто-то явно пытался поставить проституцию на поток.

– Ирен, между прочим, отозвала заявление об изнасиловании. Скажи спасибо.

– Она дочь Даранио.

– И что? – шеф продолжал изображать идиота, и это весьма бесило.

– С каких пор владельцы бизнеса у нас преступники?

Арнольд вскипел.

– Когда казино и торговля запрещенными средствами стали законным делом? Рэй, дипломатия у тебя равняется продажности, или дару закрывать на все глаза? Ты ведь знаешь, как на самом деле все обстоит.

– Я не буду ссорится с начальством Норд, только потому, что ты этого хочешь, – процедил Рэй сквозь зубы. – Если хотя бы одна девушка заговорит, мы сможем предъявить доказательства. А пока, пока… есть другое предложение.

Арнольд тяжело вздохнул, значит и другое дело, и плохие новости… его отстраняли от ведения расследования о пропаже молодых ведьм в Сите. Отстраняли для работы над чем-то новым.

***

Спустя месяц он шел уверенной походкой по коридорам компании «ФармоНью», в образе нового владельца. Точнее старого, но для сотрудников подмена не была очевидной. Магические маскировки подобного уровня могли позволить себе элитарные персоны исключительно по большой нужде. Либо, такие как он, полицейские под прикрытием. Уровень – высшая магия доступная древним, ныне же вымирающая и секретная строго для вип персон. И дабы не соблазнять народ безответственностью и не подвергать риску в экспериментах, ее запретили. Числилась она законодательно под уголовным запретом. Но каждый раз, когда сотрудники видели его, Арнольд поражался ее мощи. Они все ведьмы и ведьмаки разных уровней и мастерства смотрели на него, видели его, но признавали в нем бывшего другого. Подобного внушения он не встречал никогда.

Он работал уже три недели в образе Давида Риччо, и мог точно сказать, Давид приезжал в свой офис на сотом этаже вовсе не для работы, не для многочисленных совещаний и не для заключения миллионных сделок. О нет! Всего лишь для того, чтобы шататься по бесчисленным этажам. Он видел снимки парня. И что находили в нем девушки? Кроме владения одной из крупнейших компаний по производству лекарств, собирания антикварных игрушек и гаджетов, обладания гаража, полного дорогих спортивных машин и двух самолетов, он ничего из себя не представлял. Ни-че-го! Еще Арнольд знал, что в период смены владельца на посту, Давид Риччо собирался приобрести яхту. Пожалуй, это все достоинства, коими обладал элитарный представитель рода человеческого. Но как оказалось, куча дорогих вещей и пустая жизнь была большущей розовой мечтой для многих женщин. Арнольду становилось временами смешно. Неужели они никогда не слышали об исследованиях Лакана, о его интерпретации Жижеком Славоем, и ни одна из них, начитавшихся, книг про влюбленных миллионеров не знала о «парадоксе любовных требований миллионера»? Все эти пестрящие заголовки романтичных журнальных статей о залете от миллионера, об изменах, дабы возродить чувства и разводах, строились невероятно глупыми дурочками на том, что миллионер такой же человек, как и они. Им, бедняжкам, невдомек, что сами миллионеры мечтают, чтобы их любили за их миллионы, а не за прекрасную душу. Строго, исключительно за миллионы. Ведь это гарант, что их не кинут. Иначе б не было у них миллионов. Так что Арнольд вживался, так сказать в роль.

Во время своих путешествий по этажам он видел много игривых красоток, и, как у капитана корабля, в каждом порту захода у Риччо имелась «особенная» девушка. Цыпочки, с которыми Дэвид общался так же регулярно, как со своей платиновой карточкой вжикая ей по терминалу и оплачивая любые прихоти. Вероятно, он также вжикал по многочисленным любовницам. И не только карточкой. В некотором смысле Арнольд не завидовал ему. Столько баб и все, как одна, ведьма. Где тут взять сил на работу, когда сплошняком одни расходы, даже если Риччо и был миллионером, в личном плане он приближался к банкротству. Он был практически на грани, в шаге от превращения в импотента. Ведь у черных ведьм свои особенности.

Каждая из них со своим небритым ирокезом, черной дырой высасывала из мужчин силы. В этом заключалась ведьмовская пагубность, за исключением четырех ночей равноденствия и солнцестояния. Мир переворачивался в эти ночи. Раскалывался надвое. Ведьмин бобрик, словно алхимический сосуд полный перуанского бальзама, благоухая лимонником, перечной мятой, смолистыми антисептическими веществами кедра возвращал все, что накопила и забрала ведьма. И часто далеко не супругу. Такова была участь всех черных ведьм. Они были наказанием для мира людей и ведьмаков, за грех большой войны, что случилась сто лет назад. Но как жить-то без женщин? Никак. Вот и искали фармакологические компании эликсир и вовсе не бессмертия. А сдерживания от потери мужской силы, от истощения, дабы радость благоденствовала пышным неприличием, несущим компаниям крупные прибыли. Дэвид Риччо занимался как раз такими наработками.

И в первую же неделю Арнольд сократил внушительный список ведьм до двух дам и этих оставил, только потому, что те оказались полезными информаторами. Зачастую они рассказывали намного больше о происходящем в компании, чем он узнавал из отчетов секретной службы, совещаний и бесед с топовыми менеджерами.

Одна из девушек – Лика, грудастая секретарша с третьего этажа химического анализа. Была сложена так, как и должна быть сложена ведьма – начиная от жопы и кончая огромными буферами, которые она ни капельки не стеснялась выставлять напоказ в майках с глубоким разрезом и облегающих свитерах. Длинные, черные как смоль волосы и сверкающие зеленью глаза отлично гармонировали с ее пухлыми губами, а стройное, вольное тело с пышной задней частью, почти такой же впечатляющей, как и ее грудь.

Она встречалась на его маршруте в понедельник, в одиннадцать часов, и с ней даже секретные отчеты, переполненные сложными формулами и терминами, доставляли Арнольду удовольствие. Ему нравилось, как эта милая сотрудница нарушала почти все правила по дресс-коду компании. Она часто носила мини-юбки без белья, огромные шпильки и провокационные блузки. Но ни один из мужчин работающий на этаже не жаловался. Ведь Лика была единственной женщиной в святая святых ведьмаков.

– Привет, Лика, – говорил Арнольд, разглядывая сладострастную мегеру, стоящую у стойки, когда заходил на этаж с кейсом, убирая ключ с допуском во внутренний карман пиджака.

– О, привет, босс, – небрежно ответила она.

Лика слегка улыбалась ему и подмигивала, когда он проходил мимо нее, в кабинет к химикам. Молодым долговязым парням, что работали в строго секретной обстановке и по большей части являющиеся гениями в биологии и органике.

– Что нового, – спрашивал он, после приветствия, и получая из рук Стива волшебный кубик с магическим паролем содержащий последние наработки за последнюю неделю.

Но сегодня все пошло иначе.

Глава 6

Вместо того, чтобы протянуть кубик с отчетом, Лика протянула ему стакан с кофе.

– Отчет, пока не готов. Стив уже заканчивает. Хотите?

Она наклонилась вперед в таком неприличном декольте, что не заметить тяжесть ее сисек Арнольд просто не мог. Они не произвольно привлекали любое мужское внимание. И обычно Арнольд после того, как получал кубик, еще немного болтал с Ликой, которая не прочь была продолжить в другом месте. А он не прочь поглазеть на красоту.

Арнольд взял из рук стакан, протискиваясь, мимо нее по коридору, который вел в лабораторию. Его голова была забита самыми разными делами, и ему, конечно, хотелось узнать, что сегодня там пошло не так. Может что произошло? И если да, то с кем? Прямо говоря, это был бесспорный признак того, что он скучает по своей работе.

Пара парней откровенно бездельничало возле автомата с кофе. Они о чем-то болтали, жаловались на жизнь, зарплату, начальство, хвастались новыми подружками. Арнольд быстро глотнул мерзкого кофе, стараясь ухватить детали и понять, что не так в картине, что он видит перед собой. Он не наблюдал с виду ничего подозрительного или не обычного. Все что требовалось, подождать, пока Стив закончит делать отчет и отдаст ему его. Хотя Стив не писал отчет! Он стоял у печатающего мини аппарата и поправлял свои старомодные очки в деревянной оправе, делал вид, что что-то распечатывает.

С еще одним глотком раздувшиеся ноздри Арнольда внезапно обрели потрясающую восприимчивость и уловили новый аромат в комнате. Мягкий запах духов сладковатых, томных тонов заполняли легкие Арнольда, как не должны были. Фруктовые альдегиды, не терпящие высоких температур, душистые терпены теплые, без сильной сладости с нотами орехов и жгучие вещества имеющие силу перца, причиняющие боль его нервной системе, посылающие в мозг предупредительные сигналы, когда температура тела превышает 42 градуса. Они накрыли его целиком. Эти запахи не имели ничего общего с природой ведьм. Они кружили голову и влияли на Арнольда необычно сильным, не магическим способом. И в тоже время инстинкт подсказывал ему, что это магия. Он поднял взгляд на гениев молекулярного волшебства, развернулся на пятках, наблюдая, как Лика стоит, уставившись на него. Оценивает! Взгляд у нее, как дуло крупнокалиберного оружия, опускающегося вниз на его живот, ниже… Ее цель.

– Арнольд, – застенчиво произнесла она, засовывая тонкий с крашеным ноготком пальчик между своих блестящих губ. – Мне неприятно спрашивать, но не могли бы вы принести для меня коробку бумаги из кладовки? Это непомерно трудно для меня, чтобы нести, а вы такой могучий и сильный. Ахах, у тебя есть… подходящее оборудование для этого.

Арнольд, кивнул, разглядывая красотку и ухмыляясь, как настоящий злодей, которому только что дали хорошей сдачи.

– Конечно, – медленно процедил он, едва контролируя сжатие пальцев на стаканчике с напитком. – Стив, иди сюда.

Он постарался говорить ровным голосом, надеясь, что на благо всех это история не выйдет никому боком. Стив подошел к ним двоим, улыбаясь криво и как-то неловко. О чем думал этот ведьмак, Арнольду было не ведомо. Но очевидно, что взгляд парня сам по себе цеплялся за подергивающимися ягодицами и сверкающими ногами девушки, когда она вышла из лаборатории и пошла обратно по коридору. Они втроем резко свернули налево, и оказались в помещении, где располагался огромный ксерокс, а за ним – запертая кладовая. Лика достала пропуск, вытащила его из глубокого декольте, а затем слегка наклонилась и отперла дверь.

И как только она вошла внутрь. Арнольд резко развернул Стива за плечо и плеснул ему кофе в лицо. Немного удержал его на месте, не отводя взгляда. Лика успевшая, включить свет в подсобном помещении, повернулась наполовину, и обомлела. Ее вид и намерения были очевидны. Перепуганный Стив облизнул инстинктивно пересохшие губы с кофе и тяжело и сухо сглотнул. Кофе стекая по его лицу, впитывался коричневыми разводами в белоснежный халат и темную рубашку. Арнольд толкнул его в кладовку вслед за ней, вытаскивая попутно сотовый из его нагрудного кармана и отмечая, что член того был уже твердым, как мерило.

Он закрыл дверь за парочкой, вставил ключ в замок. И стараясь не слушать, как Стив очевидно схватил "школьную фантазию для мальчиков" в свои объятия, прижимается губами к ее губам. Было слышно, как Лика сначала сопротивлялась, а затем застонала. И не трудно представить, что они делали дальше.

Но Арнольда интересовал последний номер набранный Стивом. Он набрал его, прижимая телефон к уху, и когда услышал протяжное южное, прикрыл в разочаровании глаза:

– Слушаю.

Дергаясь, в злой усмешке, он прошипел:

– Здравствуй Кроу. Чего-то в этом роде, я от тебя ждал.

На том конце возникала пауза, затем смешок.

– Думаешь, они единственные? Мои люди везде, Норд. Ты за все заплатишь.

– Что это за дрянь, Ирэн?

– Новая радость для ведьмаков, Норд. Ты разве не чувствуешь. Не ощущаешь, как хочется еще? Расскажешь, как ты отодрал эту ведьму. Надеюсь, не убил? Ты такой страстный. Если бы ты вел себя воспитание, все было бы иначе.

Арнольд напрягся. Черные подозрения расплескались в груди сизым гноем. Не то ли это вещество, токсин, чем травили девушек. Корпус телефона не выдержал давления под его пальцами и жалобно хрустнул.

– А подробнее можно? – спросил он, медленно вжикая картой по замку двери подсобки.

Есть ли противоядие? Ведь дрянь и в его крови циркулирует. Прямо сейчас. Смех Ирэн остановил его движения. Он не стал открывать дверь. Не стал смотреть на то, чем были заняты Лика и Стив, не доверяя себе совсем. Арнольд ощущал, как в крови разливается тестостерон и адреналин. Полонит взор и внутреннее сознание яростное желание секса. Кого угодно, с кем угодно, прямо сейчас!

– Успокойся. Это лишь стимулятор. Он провоцирует желание и превращает любую боль в удовольствие. Это обыкновенные пиразины, усиленные небольшой магией. Но отказаться очень сложно, – она хихикнула. – И какая Лика для тебя на вкус? М? Забыла сказать, камеры все снимают. Так что жди обвинения. Ты же плохой мальчик, Норд, верно? Принуждаешь сотрудниц, пристаешь, а? Ахахах-ха-ха. Боже, я прямо-таки скучаю по твоему дружку. Увидимся. Эта прелесть вызывает привыкание, так что если захочешь добавки, звони.

Она нажала отбой. А Арнольд медленно прислонился к стене, смотря в пустоту, прислушиваясь к себе и собственным неконтролируемым ощущениям. Если Лика права, нельзя бросать дело. Девушки и пиразин связаны. Он сглотнул, чувствуя, как по телу бегут знойные волны от нарастающей похоти. Как он не специально слушает звуки за дверью. Он понимает, камеры все это фиксируют, но ему все равно. И все что хочется, присоединиться к веселящейся парочке.

Он прикрыл глаза, ощущая себя загнанным в ловушку. Давай, Норд. Потяни руку и открой эту серую дверь. Не тяни Арнольд. И тебе тут же станет хорошо!

Глава 7

Несмотря на поздний вечерний час, как никогда непереносимая жара и городское движение, а точнее пробки на дорогах продолжали парализовать Сити. Сочетание жарищи и вонючих бензиновых паров, нагретого металла, асфальта, бетона все эти факторы выводили и без того расшатанную психику Евы на невероятно высокий уровень стресса.

Все, что она желала, проскочить затор на въезде в город, объехать все пробки и быстрее вернуться домой. Сутки и так выдались хуже некуда. Хотелось принять холодный душ, задрать ноги и выпить большущий стакан лимонада со льдом. Лед! Где бы взять сейчас льда в этом темнеющем аду? Наверняка, все магазины в округе закрыты. До дома подать рукой, пара кварталов, но машин столько, что едва ли не бросай свою и иди пешком.

Нервничала ни одна она, а все. В ночь летнего солнцестояния, транспортный коллапс приобретал обратный характер движения за город. И заторы создавали невыносимое лихорадочное напряжение.

– Как ты думаешь, для чего нужен этот чертов знак? – крикнула она в окно, когда еще один водитель вырулил на ее полосу, ведущую в тупиковую улочку.

Ева внутренне взорвалась. Она ни секунды не сомневалась, что за рулем типичный ведьмак. Они все были такими грубыми. Особенно в эти дни. Впрочем, это касалось и обычных мужчин. Посадите их за руль автомобиля, и они тут же превращаются в разъярённых территориальных неандертальцев.

Справедливости ради, Ева призналась самой себе, дело было вовсе не в людях стремящихся покинуть город на шабаш и решить проблемы, скопившиеся за последние месяцы. Дело было в случившимся с ней за последний год и за сутки.

Врачам удалось спасти ей жизнь. Они смогли вернуть ее к нормальной жизни. Но память так и не восстановилась. Ева не помнила ровным счетом ничего до момента прихода в норму в клинике. И то, что она узнала о себе, привело бы любого нормального человека в состояние шока и ступора. Она шлюха. Работала на улице Красных метел. Но еще до этого она была обычной студенткой, у которой вся жизнь была впереди. Когда она думала об этом, ее пальцы сжимались в кулачки. То, что случилось с ней, казалось несправедливым. Но где бывает эта справедливость? В той мусорной скотобойне, где нашли навал трупов таких же несчастных как она. Она выжила и даже восстановилась. Так это справедливо, что ей повезло, а другим нет? Готова ли она ради справедливости поменяться местом с любой из тех погибших? Нет, не готова. Справедливости нет. Так думала Ева, начиная каждый день с запихивания кошмарных снов под подушку.

Она честно старалась жить дальше и не оглядываться назад. Просто существовать. Проживать день за днем. Отец оставил большое наследство, можно было до конца жизни прятаться от мира. Но сидеть безвылазно дома, тоже было так себе. И Ева потихоньку начала ходить в спортзал, затем в художественную студию, а потом на различные курсы.

Там она и познакомилась с Тони. Ей хотелось изучить магическую стенографию и она пошла на курсы, где и встретила обаятельного юношу. Он честно признался, что он вампир. Это показалось ей таким приятным и безопасным. Честный вампир, разве не редкость? Они с ним встречались несколько месяцев, оба закончили курс. Тони предложил их отметить событие вылазкой в туристический лагерь.

Ева не забила тревогу, когда день поездки пришелся на канун летнего солнцестояния. Жизнь её ничему не научила. Что может быть лучше, чем целый день на пляже, катание на серфинге, прохлада воды. А повечеру посиделки с соседними палатками и запах костра, в которые кидали волшебные снадобья. Костер становился от этого цветным, праздничным, волшебным.

Ева чувствовала себя впервые за долгое время нормальной. От этого в душе рождалось ощущение легкости. Начало казаться, что и без памяти о прошлом, можно жить полноценной жизнью. Устав контактировать с незнакомцами, которым много не расскажешь о себе, а правду не хочется, она отправилась в душ, собираясь лечь спать, как и Тони. Он ушел раньше, сославшись, что не любит беседы с чужаками, тем более с людьми.

Войдя в душевой домик, она услышала, как льется вода, и хихикающие звуки мужчины и женщины. Те, доносились в одной из кабинок, где еще оставался пар от горячей воды. Заинтригованная, Ева зашла в кабинку рядом с ними, но их голоса мгновенно стихли до шепота. Не желая, чтобы подумали невесть чего, или решили, что она их услышала, Ева открыла краны с водой. Она собиралась, только помыться. Чем заняты были те двое, было не ее дело. Люди на отдыхе. Они имеют права развлекаться, так как считают правильным.

Но все же любопытство пересилило ее, и она тихонько встала на скользкую трубу и заглянула поверх нее. Они оба были обнажены. Вода каскадом стекала по их загорелым телам, пока они намыливали друг друга. Блондинка теребила член парня. Ее покрытая пеной рука скользила вверх и вниз по скользкому стволу. Ева не поняла, что с ней происходит. Что именно творится? Она с благоговением наблюдала, как он схватил огромные груди, похожие на шары, и хорошенько помыл их, позаботившись пощипать за соски, прежде чем его рот опустился на них, а другая его рука исчезла между женских бедер.

Увиденное было словно сном, или вспоминанием. Триггером, от которого Ева ощутила, как от движения его руки, у нее дернулась киска. Безумно запульсировала, когда его язык прошелся по соскам блондинки и та застонала. Парень засосал один глубоко в рот, растягивая его, она завизжала от восторга. Схватила его за голову, прижимая к своей груди. Вода хлынула ему на волосы и лицо, прежде чем он вырвался, чтобы глотнуть воздуха. Он полуобернулся и Ева узнала в нем Тони.

Девушка и он были так поглощены друг другом. Увлечены ласками… Ева не смогла объяснить себе позже того, что последовало затем, как она слезла с трубы. Она так же стояла голой. Они же слышали, как она включила воду. Убедились, что она не будет им мешать.

Она вдруг пожалела, и сама удивилась, почему они никогда не делали с Тони ничего настолько рискованного. Они вообще не занимались любовью. Только дружили. Много говорили о фантазиях, о том, что они однажды сделают, но никогда не претворяли их в жизнь. Затаив дыхание, она наблюдала, как он встал у блондинки за спиной и наклонил ее вперед. Его массивный член, весь блестящий и влажный, прошелся по ее ягодицам, прежде чем скользнуть в ее киску. Она уперлась руками в стену и оттолкнулась, прижимаясь к нему задницей, в то время как его пальцы сжали женские бедра, и он вонзил в нее твердый, как камень, член. Шлепки их мокрых тел и стоны, отдавалось эхом в тихой комнате.

Ева не была влюблена в него, но все же ее действия не показались странными. Она не ушла. Стояла и слушала. Быть обнаженный и в такой непосредственной близости, когда их разделяла только стена, оказалось абсолютно возбуждающим. Пока она смотрела, ее рука блуждала чистому лобку, и она представила, как он здесь, с ней, намыливает ее, проводит руками по ее сиськам, а затем спускается дальше к киске и проникает в мокрую щель.

Ева потирала лоно, упиваясь тем, что подглядывает, но когда она достигла пика, когда поняла, что вот-вот закончит, она села на край скамейки, положила ноги на противоположную стену и широко раздвинула ноги. Их стоны наполняли ее уши. Она быстро терла, наслаждаясь тем, что делала. И вскоре ее тело выгнулось дугой и сладко содрогнулось. Оргазм сотряс ее. Она крепко сжала губы, изо всех сил стараясь не застонать, когда ее соки потекли по щелке вниз туда, где на ягодицах находилось странное родимое пятно. Ее грудь вздымалась, соски ныли, а ноги дрожали, пока она продолжала пульсировать.

Ева даже не осознала, что ее ведут. А она срывается, и уже глубоко сидит на крючке вампирского гипноза. Что само по себе невообразимо подло, не законно и не справедливо.

Не удовлетворившись одними пальцами, она схватила флакон с шампунем и вставила его в себя. Понемногу втягивая его, она начала двигать им, представляя, что Тони в кабинке с ней, а его член трахает ее.

Собираясь кончить снова, она вонзила бутылочку глубже, сдавливая грудь, проводя пальцами по соску, пощипывая плоть. Ее голова откинулась назад, кружась на грани вот-вот мощного оргазма, и она подняла глаза сквозь полуприкрытые веки. Вскрикнула от стыда. Так как Тони смотрел прямо на нее, наблюдая за ней, и гипнотизируя. Уронив бутылку, Ева встала на дрожащие ноги, не уверенная в том, что следует делать дальше. Часть ее желала прикрыться полотенцем и уйти, но другая подчиненная ему, хотела остаться. Вероятно, эта была самая темная ее часть, потому что она тут же напомнила сама себе, что хотя она этого и не помнит, она полгода работала в притоне. У нее были клиенты, но она так и не смогла вспомнить лиц, хотя бы одного из них.

– Хочешь присоединиться к нам? – спросил Тони, его красивое лицо сияло, глядя на Еву сверху вниз.

– Я… э-э… нет, – она запнулась, не в силах нормально говорить, сама мысль о том, что он только что наблюдал за ней, и видел то, что не должен был видеть, парализовала Еву.

– Да ладно, мы никому не скажем, – хихикнула блондинка. – Мы знаем, что ты наблюдала за нами. Иди к нам. Тебе точно понравится, я знаю…

Два вампира на одну чахлую ведьму, чертовски преступно. Но кого это волнует?