Текст книги "Сводные. Люби меня (СИ)"
Автор книги: Катерина Пелевина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)
Глава 21
Дамир Королёв
Ранним утром, пока Мирослава ещё спит, перекладываю её со своего голого плеча на подушку. Мы всю ночь трахались. Просто потому что не могли друг от друга оторваться. Здесь не приходилось ни сдерживаться, ни молчать. Бегали голыми по дому, стонали и ставили друг друга в неудобное уязвимое положение. На телефоне сотни прощенных от отца. Не планирую общаться, пока не остынет. Пока не обдумает и не засунет своё парашное мнение себе поглубже в одно место. А сейчас набираю номер врача и договариваюсь о том, чтобы мы сегодня приехали на приём с Мирославой.
Возвращаюсь к своей сонной девочке и подстраиваюсь сзади. Целую нежную шейку, прикусывая, пока она прячется от меня, обнимая подушку.
– Спаааать... Ещё спааать... Дамииир.
– К врачу скоро, малышка. И я тебя снова хочу...
– Я чувствую. Но мне ещё сегодня на осмотр. Неудобно же...
– М-м-м... Тогда поцелуй. Поцелуй мой член, Мира...
– Хитрый наглый грубиян.
– Я вежливо прошу... Зайчонок. Сделай приятно. И я сделаю тебе тоже...
Трогаю её волосы. Массажирую голову. Сжимаю ягодицы. Шлепаю. Мне бы остановиться, но я уже возбудился на всю катушку. У меня член колом стоит. Дубовый, сука. Особенно зная, что она не беременна.
Зайчонок оживает, когда я растираю её влагу по промежности.
– Ладно... Я сейчас, – шепчет, целуя грудные мышцы. Опускается губами вниз. – Ляг на бок. Хочу так.
Я переворачиваюсь и притискиваю её голову к паху. Трахаю её сладкий рот. А она сосёт и облизывает меня. Так горячо постанывая, что у меня яйца звенят.
– Моя девочка. Глотай. Глубже. Хочу тебя глубже.
Вдалбливаюсь, вынуждая её давиться. Но уверен, что она вся мокренькая и ждёт только моего языка на своей промежности.
– Мира... Как же ты охуенно сосёшь...
Не умела когда-то, а сейчас уже приноровилась ко всему. Меня знает, знает, как люблю, за считанные минуты размазывает. Второй ладонью гладит мои яйца, блядь. И всё. Трескает напряжение. По башке грубым залпом ударяет мощная волна кайфа. Да я с ней на волнах наёбываю. Замедляюсь, расщепляюсь, кончаю. Она высасывает всё до последней капли. Делает глубокий вдох. Целует мой живот, когда приподнимается, и я вздрагиваю, покрываясь мурашками.
– Пиздец, – откидываюсь на спину и чувствую, как она берёт мою руку, а затем кладёт её к себе между ног. Не просто влажая... До безобразия мокрая.
– Ждёшь меня?
Мира кивает, состроив грустную молящую гримасу. И я веду по её коже губами, забираясь сверху. Пристраиваюсь между ног и начинается волшебство...
* * *
Через несколько часов мы с Мирославой уже сидим на приёме, и она рассказывает всё, что произошло. Затем её зовут на кресло и начинают смотреть, я при этом жду.
Делают УЗИ. Исключая беременность.
– На фоне стресса задержка. Вот-вот должны начаться месячные. Фолликулы созревают.
Я ни хрена не понимаю, но счастлив это слышать. А стресс – это, видимо, моё появление в жизни Мирославы... Всё сходится.
– Дамир, проследите, чтобы Ваша дама лучше питалась, – подсказывает врач. – Худая, как килька.
Мира только стеснительно краснеет, но молчит.
– Мужчине нужно мясо, а не кости, – добавляет женщина и исчезает, а я обнимаю Мирку, притягивая к себе.
– Не слушай её. У тебя идеальная фигура.
– М-м-м... Значит, ты не хочешь мяса?
– Хочу, вот сейчас и поедем его кушать.
– М?
– В ресторан поедем. Обожрёмся мяса. Тем более, повод есть. Мы не беременны! Еху! – излишне радостно выкрикиваю.
– Звучит странно, но я согласна. Я бы не хотела быть беременной... От другого.
– Всё. Закрыли... Поедим как следует и в кино. Сегодня же суббота. Отдохнём...
Она сказала так не спроста, верно? Обозначила в конце это «от другого». Значит... От меня хотела бы? Это как-то особенно приятно, что ли... Что со мной она была бы рада иметь детей...
– Как Азхар? – нарушает она мои мысли. – Звонил? Мне мама столько раз уже позвонила. Но я не поднимаю... А всё равно придётся. Там наш брат. Мы ведь должны его видеть... Навещать.
– Должны. Он остынет. И не заберёт тебя. Ты совершеннолетняя. Он на нас никак не повлияет. Я просто боюсь, чтобы он не выпил кровь твоей матери. Он бывает очень... Упёртым.
– Как и ты... Думаю, у вас намного больше общего, чем ты думаешь...
– И вместе с тем, я не стал указывать ему, кого любить. Он любил твою маму. Изменял моей. Я высказал только сейчас. А мог и тогда. Не хотел вмешиваться. Это чувства. Кто я такой в конце концов? И он не имеет права вмешиваться в наши.
– Не кипятись, восточный парень...
Обнимает она за плечи и запутывается в моих волосах.
– Не надо злиться...
– Пытаюсь. Но с ним всегда так... Нервы – оголенные провода... Я только вернул тебя. Я знаю, что такое боль разлуки. И не отдам. Ни за что тебя никому не отдам.
– Дамир, – Мира виснет на мне, а я благодарю Бога, что хотя бы эта ситуация решилась. Но почему-то уверен, что это не все наши трудности... Надеюсь, жизнь хотя бы немного соизволит смягчиться и даст передохнуть...
Не справляюсь. Дно уже прорывает...
Глава 22
Мирослава Королёва
Как мне нравится проводить с ним дни и ночи…
Будто внутри всё цветёт… Слишком много эмоций и чувств. И как только такой хрупкий сосуд справляется со всем этим. Порой ведь действительно кажется, что не выдержит. Сердце такое хрупкое… И мы такие уязвимые. Особенно, когда искренне любим.
– Гром гремит...
– Слышу... Гадость... Ещё и мокро... Брррр. Нет, я, конечно, люблю, когда мокро... – пристаёт он, обхватывая моё бедро своей широкой тёплой шероховатой ладонью, а я смеюсь взахлёб, уворачиваясь от него. Какой же всё-таки нахал… Но такой любимый нахал.
– Дамир, опаздываю, прости, – я целую его на прощание и убегаю, пока он ещё дремлет. До универа рукой подать. Сегодня дождь, и ему, судя по всему, вообще не хочется выходить на улицу. Он у меня не любитель подобной погоды. Фиг заставишь вылезти. Любит солнце.
– Аккуратнее, малышка... Пожалуйста, напиши мне потом. Я ещё подремлю.
Зарываясь под одеяло, прячется от всего мира, а я бегу на лекции, прикрываясь зонтом. Сегодня пять пар... Домой я вернусь не раньше пяти вечера, точно. Надеюсь, мой красавчик найдёт чем себя занять. Хот, у него ведь всегда работа.
– Привет, – встречает меня Юля в холле. Обе замираем, глядя друг на друга, и я иду сдаваться. Подружка протягивает руки, чтобы обнять меня.
– Прости меня... Прости, что сразу не рассказала...
– Всё хорошо. Что же ты? Такой парень и ни слова подруге! Вы теперь вместе? Не видела, кто тебя привёз.
– Дамир снял нам квартиру неподалёку. Я всё тебе расскажу, но сначала пойдём к аудитории, угу?
– Хорошо, идём...
На лекции Юлька смотрит на меня ошалелыми дикими глазами, задавая всё новые и новые вопросы.
– То есть, он свалил, потому что думал, что вы можете оказаться... Что это может быть... Инцест типа?
– Да.
– Жесть... Фу...
– Ну это же не так! Юля, блин!
– Да я знаю, – ржёт она, достав из сумки орешки. Прекрасно, теперь ещё и хрустеть будет, слушая меня. Будто новую серию своего любимого сериала смотрит.
– А прикинь было бы так??? О, ужас!
– Повезло, что нет.
– Это точно... И как вы... Ну... Сошлись?
– Так вышло. Он сорвался. Сказал... Я сильно обомлела от этой новости... Мой отец тоже приложил руку. Он – нехороший человек, к сожалению... Требовал у меня деньги, чтобы оставить нас в покое. И Дамир отдал за меня пятнадцать миллионов...
– Сколько?!
– Да...
– Охренееееть! Просто сериал, а не жизнь, реально!
– Спасибо...
– А мне вчера оставили надпись на столе «ты секси»...
– Мило...
– Кетчупом, Мира!
Я ржу. Юлька тоже. Да так громко, что на нас тут же реагируют.
– Королёва, Протасова! А вам что там так весело на галёрке, поделитесь с группой?!
– Извините, – говорю преподавателю, а потом смотрю на ржущую Юльку. – Всё, помалкивай!
Ближе к обеду мой красавец просыпается и шлёт мне сообщения одно за другим. Пошлые провокационные горячие сводящие с ума сообщения. Я отвечаю, а Юлька подглядывает.
– Офигееееть, ты извращенка, оказывается!
– Сама такая! – смеюсь в ответ.
– Хотя с таким парнем... Мира реально. Он у тебя как с обложки журнала.
– Ага... В этом весь Дамир...
Мирослава Королёва: «Хватит. Домой приду после пар и поиграем», – отправляю, хихикая, а потом на перерыве мы заходим в туалет и... Месячные... Наконец-то.
Чёрт... Слава Богу.
Мирослава Королёва: «Дамир. У меня начались эти дни. Всё хорошо. Наконец-то».
Дамир Королёв: «У кого-то сегодня будет болеть челюсть или попка», – присылает со смеющимся смайликом, а я отправляю в ответ грустный.
Мирослава Королёва: «Не смешно. Болит».
Дамир Королёв: «Тогда я сейчас куплю ведёрко клубничного мороженого. Буду смотреть с тобой фильмы и гладить твой животик, идёт?».
Мирослава Королёва: «Очень милый план».
Дамир Королёв: «Я у тебя вообще милый, малышка. Зайчонок, не теряй. Я сейчас помоюсь, перекушу и до магаза. Идёт?»
Мирослава Королёва: «Идёт».
Ещё некоторое время я общаюсь с Юлей, Рому не вижу. Сегодня весь день его не наблюдала.
Но после четвёртой пары нам сообщают, что последнюю отменили. Я звоню Дамиру, а он не берёт трубку. Наверное, ещё в магазине. Или ездит по делам.
– Опять вас ждёт незабываемый вечер, – хихикает Юлька, схватив меня под локоть, когда мы выходим с крыльца. – Ой.
Взгляд напарывается на машину Азхара. Он и мама стоят и ждут меня с напряжёнными лицами. Я уже чувствую, что этот разговор будет крайне неприятным, но выбора у меня не остаётся. Не убегать же в самом деле, правда? Тем более, мама рядом с ним.
– Юль, пока... Ты беги. Мне правда пора.
– Хорошо, до завтра, – подруга бросает на меня сочувствующий взгляд и ретируется, а я спускаюсь ниже и застываю напротив них.
– Мирослава, здравствуй. Ты не берёшь трубку, Дамир тоже. А нам нужно поговорить. Садись, пожалуйста, в машину.
– А мы не можем здесь поговорить? Дамир скоро должен заехать, он будет переживать...
– Нет, Мира, не можем, – настаивает он, пока мама хмурится в сторонке. Я понимаю, что он инициатор. Потому что у неё такой испуганный и грустный вид. Неужели он ещё обвинял её в чём-то?
Осматриваюсь и следую к его машине, залезая назад, а они садятся вместе со мной. После чего мы торопливо уезжаем в сторону моего бывшего дома... Приплыли...
Глава 23
Дамир Королёв
Хотел сделать сюрприз Мирославе, поехал не только за мороженым, но и за приятностями. Собирался купить ей красивое платье и сводить куда-нибудь в театр. Увидел пропущенные только без пятнадцати пять, а когда начал перезванивать, она уже не брала трубку.
И вот сейчас я еду в универ, чтобы встретить её, но на крыльце она не появляется, и приходится спрашивать у других студентов.
– Их группу, кажется, раньше отпустили.
– Да, точно у Александры Ларионовны сегодня отцу плохо, она отменила последнюю.
– Ладно, спасибо.
Подъезжаю к дому. Поднимаюсь, но её так и нет. Куда она, блин, запропастилась-то?! Если даже пошла куда-то с той же своей Юлей, почему не сбросила короткое сообщение? Что сложного? Я и так, бля, постоянно на нервах. Звоню, звоню и не берёт.
Остаётся один вариант. Позвонить её этой подружке. У меня ведь ещё с того раза остался её номер. Не особо хочется, конечно, контактировать. Она мне ещё тогда показалась приставучей прилипалой. Я терпел её только ради Мирки.
– М-м-м, – поднимает трубку и мычит.
– Привет. Мирославу когда видела в последний раз?
– Мог бы извиниться для начала!
– Ну, извини. Так и?
– За ней отчим с матерью приехали. Нас отпустили с последней пары... Она с ними уехала.
– Она чё? Говорили чё-то?
– Нет, но он смотрел жутко напряженно...
– Ясно. Спасибо.
Скидываю трубку и весь на нервозе. Набираю отцовский номер, сжимая челюсть. Как же люто он меня бесит. Просто нереально закручивает меня всего в узлы. Постоянно что-то ему не так. Вот я как чувствовал. Он упёрся рогами и теперь мучает нас.
– Мирослава где? – сходу спрашиваю, стоит ему взять трубку
– Дома, Дамир, где и должна быть.
– Трубку почему не берёт? Ты запрещаешь?
– Что за ересь?! Она за братом смотрит. Укачивает его. Отца выписали, мог бы порадоваться.
– О, бля, я очень рад! Особенно тому, что ты снова лезешь в наши отношения! Просто восхитительно!
– Полегче на поворотах, Дамир. Ты уже нарываешься. Прекрати балаган. Мирослава сама тебе всё объяснит. Приезжай и поговорите. Всё сразу встанет на свои места.
Как же я сейчас взбешён. Боюсь разбить ему морду. Мне кажется, я вполне сейчас могу. Ибо кроет злобой, как ночь чёрным покрывалом. Только её забрал, так нет же. Нужно было, сука, обязательно всё испортить.
Сжимая руль до боли, еду к отчему дому. Мороженое растаяло к хренам, настроение безвозвратно утеряно, а на душе совсем не радужное послевкусие. Ощущение какой-то подставы… Ёбанное предчувствие.
Подъезжаю туда и захожу внутрь. Вижу отца, который смотрит на меня волком и мачеху, которая держит его за локоть и будто останавливает.
– Где она?
– В детской.
Иду к ней и к Марату. Вхожу. Она выглядит испуганной и держит его на руках, покачивая. Что-то напевает, но замолкает, как только видит меня.
– Поговорим?
– Почти уснул. Я сейчас. Ты иди в гостиную, – шепчет она, и я слушаюсь. Ухожу оттуда в подвешенном состоянии. Тут ребёнок. Я не хочу ругаться. И вообще считаю неразумным ей здесь жить. У них своя семья, у нас почти своя. Пусть всё идёт своим чередом. К чему эти сложности??? Что он опять удумал?
Когда Мира выходит, то садится рядом со мной и смотрит с грустью в глазах.
Её мама уходит на кухню, и мы остаёмся втроём.
– Твой папа не сказал тебе?
– Сказал что?
– Я не смогу там жить. С тобой... И некоторое время нам придётся побыть порознь.
– Чего, нахрен?! Мир, ты чё?
– Слушай, мне тоже не нравится такой исход, но другого выбора нет, потому что...
– Потому что я баллотируюсь в Депутаты. А если народ узнает о вас обоих. Будет скандал, – нагло влезает в диалог отец.
– Да мне вообще похрен, что ты там удумал, ясно?! Я год, сука, потерял из-за тебя! Сдохнуть хотел без неё! Думаешь, отдам теперь?! Хрен тебе на лопате!
– Дамир! – рычит отец, а я резко встаю, но Мира хватает меня за руку.
– Слушай... Ну, мы же в состоянии потерпеть... Твой папа только пройдёт выборы и всё...
– А потом придумает ещё и ещё, чтобы мы просто не были вместе, да?! Потому что его по какой-то неясной причине триггерит от этого! Но это не моя вина, слышишь?! Не мои проблемы! Это твои проблемы, раз тебя это не устраивает, – закрываю Миру собой. – Я забираю её обратно.
– Дамир, послушай, – шелестит она сзади. У меня всё тело окаменело. Так в груди болит, что каждый вдох кажется пыткой. Я столько ждал её. Целый год мечтал о ней. И теперь – потерпите. Живите порознь... Пошёл ты, папочка. – Мы не можем просто взять и всё испортить.
– Кому и что мы испортим?! Как любовь может что-то испортить?! Портят недосказанности, вот такие выкрутасы, – смотрю на отца.
– Ты хочешь, чтобы вас нафотали и писали везде, что вы извращенцы?!
– Мы, сука, не родные! Это не извращение!
Секунды не проходит, как я срываюсь и даю ему в таблет кулаком. Мира кричит. Прибегает её мама. Я хочу его убить... Он не просто надавил на больное, он мне все былые раны разворотил одной фразой. Козлина хренов.
Хорошо, что я вовремя останавливаюсь, потому что понимаю, что он вышел из комы, а Ольга уже перекрыла мне доступ к нему.
– Дамир, что ты творишь?! – ругает меня Мира. – Уходи отсюда! Ты на нервах! Успокоишься, мы поговорим!
– Мира!
– Успокоишься и поговорим, говорю!
Она плачет, а я, срываясь на псих, бью стену в прихожей и ухожу оттуда, взбешённый и озлобленный, как сам Дьявол во плоти.
Отец точно сошёл с ума, если думает, что я отпущу её обратно…
Глава 24
Мирослава Королёва
Мне самой нужно успокоиться. Точно не помешает. Я и так очень много всего чувствую. Но Азхар сказал, это временно. И что мы только на людях должны соблюдать дистанцию. В доме здесь... Можем делать, что захотим. Лишь бы пресса и другие ничего не запечатлели и не слили информацию в сеть. Я очень нервничаю. На улице дождь, а Дамир уехал куда-то. Я ведь за него волнуюсь. Даже более чем... Мама пошла помочь Азхару обработать разбитое Дамиром лицо. А я смотрю на сладко спящего Марата. Набираю номер своего парня…
Гудки длятся долго, но он наконец снимает.
– Успокоился? Поговорим? – Прикрывая дверь в детскую, выхожу оттуда и иду на крыльцо, где льёт дождь, чтобы никто не услышал нашего разговора.
– Я не успокоился, Мира. И не успокоюсь. Потому что чушь, которую он несёт не ведает, сука, границ! Скажи мне, ты так не считаешь?! Недостаточно мы с тобой настрадались, нахрен?!
– Дамир... Всё так... Всё так... Скажи мне, где ты? Я волнуюсь.
– Отъехал, Мира. Я не смогу там жить, – категорично заявляет он, стреляя в самое сердце.
– Дамир...
– Нет, Мира. Как ты себе это представляешь?! Мы же собирались вместе... Мы год ждали... Жили друг без друга. А теперь он влез и всё?! Ты передумала?!
– Нет, я не передумала... Но мы же можем немного ещё подождать, правда? Меня мама попросила... И Азхар выглядел очень сердито... Ну, дай ему этот шанс... Стать кем он хочет... А потом мы... Просто...
– Мирослава... – надсадно выдыхает Дамир. Слышу, что он снова курит.
– Не нервничай, прошу тебя. Всё будет хорошо.
– Я не нервничаю. Я в ахуе! – повышает он голос и, видимо, до сих пор в бешенстве. – Я мечтал жить с тобой! Всегда быть рядом. Но, очевидно, мы с тобой желаем разного!
– Конечно, нет! И ты знаешь, что это не правда! Ты на эмоциях. А я... Я просто не хочу никого обижать. Он не запрещает нам быть вместе. Нет. Просто просит немного скрываться... Первое время.
– Немного скрываться... Первое время... Ты себя слышишь?! Неееет... Я отказываюсь под это подстраиваться…
Блин, у него такой голос, будто он действительно всё для себя решил, и мои слова не имеют никакой силы сейчас… Уговаривай или нет… Бесполезно, он не изменит мнения, и на компромиссы идти не желает.
– И что... Ты меня бросишь теперь?
– Мира, ты оглохла? Брошу? По-твоему я для этого такой путь проделал?! Столько дерьма схавал?! Чтобы бросить?! Я просто заберу тебя сейчас и всё.
– Дамир, но я – не вещь. Я приняла решение, блин! Поддержать твоего отца! У меня тоже есть своё мнение!
– Ушам своим не верю... Мира, я даю тебе десять минут, чтобы одуматься. Потому что если нет, то мы, нахрен, сегодня ночуем порознь!
– Дамир, не нужно ставить мне ультиматумы, ладно? Это уже совсем бред.
– Бред – это то, что ты делаешь! Идёшь на поводу у этого...
– А ты чем лучше?! Дамир, ты ударил отца! Который только что вышел из комы, черт тебя дери! Ты совсем себя не контролируешь?!
– О, я очень рад, что ты у нас себя контролируешь! Видимо, мне одному было хуёво всё это время! Видимо, я один хотел сдохнуть, пока ты с удовольствием трахалась с этим гребанным Ромой!!!!
У меня в момент всё внутри сжимается. Больно и обидно до трясучки. Он шумно дышит в трубку, а я сжимаю в руке телефон и ненавижу всё. Особенно ненавижу, когда он вот такой. Когда ему плевать на мои чувства, и он мелет что попало. Лишь бы сделать больно в ответ. Лишь бы унизить меня.
– Прости, Мира... Мира, я не то хотела сказать, не так...
– Конечно, ты прав. Особенно первые восемь месяцев! Мне было в кайф, Дамир! Когда я ревела круглыми сутками! Когда задыхалась и пропускала пары от недосыпа! Когда мне снились кошмары, когда я хотела умереть, конечно! Мне было так здорово, просто с ума сойти!!!
– Мира, я сорвался просто. Я совсем не то хотел сказать. Нет... Я знаю, что нам обоим было... И мне жаль...
Чувствую, что почти плачу. Мне тоже очень больно, но это не значит, что я буду вот так категорично подставлять человека, который подарил мне и моей матери новую жизнь... Я благодарна и раз он просит... Мы в состоянии немного подождать.
– Дамир... – устало выдыхаю. – Давай будем взрослыми... Давай найдём в себе ресурсы... Перешагнуть. Потерпим.
Он молчит, а у меня дрожит голос и грудь зажимает в тиски.
– Я не буду в этом участвовать. В тот дом я не вернусь. И не проси. Пошёл он. Если не вернешься сегодня в квартиру. Ко мне. Со мной. Значит, я один буду там жить.
– И что... Просто... Перестанешь со мной общаться?
– Конечно. Нам же нельзя! – показушно добавляет он. – Нельзя, а то папочку опозорим! И не дай Бог, в прессу сольют!
– Я не понимаю тебя, прости... Ты хочешь просто взять и наплевать на родных? На всех наших родных? Пойми... Дамир. Тут наш брат. Моя мама. Они тоже важны мне... Не только наша любовь, но и они. Я хочу общаться с ними. И не собираюсь ругаться... А ты...
Я замолкаю, а он делает затяжку.
– А я... Я только мешаю, да? Ломаю всё... Естественно... Бороться за любовь и чувства... Значит, быть эгоистом...
– Дамир, послушай...
– Не хочу, Мира. Я поехал... Если передумаешь, знаешь, где меня найти...
Он сбрасывает, а я стою перед самым сложным выбором в своей жизни...
