Текст книги "Сводные. Люби меня (СИ)"
Автор книги: Катерина Пелевина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)
Глава 48
Мирослава Королёва
Боже мой, он меня всю... Везде... По много-много раз. Бесконечное количество раз. Мне кажется, меня и ноги не держат. Будто до сих пор всё трясется. Даже когда мы на самолёте возвращаемся обратно... Это не турбулентность, это моё тело отходит от последнего оргазма, потряхивая весь борт, который кренит в сторону.
Дамир заходит издалека. Едва машина подъезжает к квартире, и мы поднимаемся, он смотрит на меня каким-то растерянным, но при этом молящим взглядом.
– Тебе здесь нравится?
– Да... Я ведь говорила уже по поводу смены квартиры...
– А я не о ней... Мир... Я про Сочи в целом...
– Оу... – замолкаю я и просто киваю.
– Слушай, я так боюсь. В свете последних событий... Может рванём куда-то, где не нужно нервничать? Где будем только мы и не придётся волноваться за ребёнка...
– А как же... Семья... Друзья?
– В данной ситуации никак... Я думаю, что важнее безопасность.
– Но за маму и Марата я тоже сильно волнуюсь. Раз человека, организовавшего это поймали, значит бояться больше нечего... Верно?
Наверное, он думает, что я, как всегда, ищу пути отступления. Конечно, было глупо предполагать, что я тут же всё брошу и радостно ломанусь с ним непонятно куда, где у нас никого нет. Не вижу в этом смысла. Никакого. Мы ведь не представляем ни для кого особой ценности. Покушение было именно на Азхара, а мы просто оказались не в том месте не в то время.
– Ладно... Раздевайся, мойся, делай свои дела и поедем к врачу, ладно? – говорит он холодным тоном, а я целую его в щёку, обнимая.
– Хорошо... Дамир, не волнуйся… У нас всё будет хорошо.
– Угу… Иди давай…
Живота у меня пока ещё нет, но посмотреть всё надо. Сделать УЗИ. Возможно, в очередной раз сдать кровь. Как скажут... Лишь бы всё было по нормам. Потому что я очень этого боюсь.
Уже через пару часов мы с Дамиром доезжаем до клиники и ждём, когда Валентина освободится.
– Кроме того здесь наш врач, – бросаю ещё один аргумент, а он и бровью не ведёт. Лишь смотрит на меня пристальный тёмным взглядом и молчит. У него всегда свои мысли… И они, как правило, негативные. Но я искренне надеюсь, что его настроение изменится, как только мы увидим малыша.
– Так... Мои дорогие... А у вас, однако... Уже можно будет и пол посмотреть... Срок-то уже...
У Дамира аж глаза загораются от этой новости, когда мы заходим в кабинет.
– А хотя... Не факт, что увижу... Всё же рано ещё… Ладно, давайте. Мирослава, поднимай кофту, опускай всё внизу.
Прохладный датчик, смазанный гелем касается моего живота и... Я вздрагиваю.
– Сердечко... Послушайте, – она выводит его на экран с помощью допплера и я вижу ошарашенный обалдевший взгляд моего мужчины...
Господи, Дамир.
Чуть ли не сжимая мою руку до хруста, он смотрит на экран на ритмичные сердечные сокращения, отображающиеся колебательными движениями. И не может проронить ни слова. Дрожит.
Его сердечко бьётся с бешенной скоростью. Стучит так, что пугает. Нас обоих. Он почти плачет, а Валентина Валерьевна протягивает ему салфетку.
– Возьми, дорогой. У меня тут и не такое бывает.
– Так быстро...
– Ну... Ритм 156... Нормально, бывает и быстрее, – смеётся она. – Ладно, давайте смотреть всё остальное.
Изучая всё, что-то записывая, она не отражает никаких понятных эмоций. Иначе бы я давно занервничала. А сейчас просто лежу и жду, что нам скажут. Потому что по пузырьку, что виднеется на экране мне ничего толком непонятно…
– Так, ну что... Пока рано, но мне кажется, это девочка. Ничего не могу точно сказать. Рановато. Но могу точно заверить, что пока всё хорошо. Вам стоит ещё раз сдать кровь. Чтобы посмотрели всё на наличие антител. Хорошо, Мира?
– Угу, хорошо.
– Тонус был... Ты говорила?
– Да...
– Сейчас я не чувствую. Матка в порядке.
– Сейчас... После путешествия... Всё хорошо, – улыбаюсь я, и улавляю ухмыляющийся взгляд Дамира. Думаю, он понял, что я имею в виду… Там о стрессе речи и не было. Там было очень хорошо. Как я уже говорила… Запредельно хорошо.
Мне кажется, или он даже не расстроился, что это может быть девчушка? Я удивлена... Сильно удивлена. Думала, он ждёт парня… Такого же чернобрового как Марат… Но, может, и нет?
В коридоре мы ждём, когда нам отдадут снимки и заключение, а Дамир так и стоит со слащавым лицом, словно ему в рот положили мятный леденец.
– Дамир, ты чего?
– Ничего...
– Ты рад?
– Блин, конечно, рад...
– И что девочка тоже?
– И что девочка тоже.
– Я думала, тебя это расстроит. Ну... Что ты хотел именно наследника.
– Или наследницу. Мне всё равно, Мир, я говорил уже. Лишь бы с тобой...
– Это приятно, – улыбаюсь я, и он притягивает меня к себе прямо там, целуя при этом в макушку. Так нежно себя со мной ведёт. Всегда. Несмотря ни на что.
– Моя глупая малышка... Какая мне разница, кто там у нас? Лишь бы здоровым родился. Но я тебя никогда не брошу. В любом случае. Ты – мама моего ребёнка. Жена. Чего там удумала?
– Нет, всё хорошо. Ничего я не удумала, – улыбаюсь я, прижатая к нему. – Значит, будем оформлять твой кабинет в розовые тона? – издевательски подмигиваю, а он только кивает.
– Что захочешь. Любой каприз. Я всё сделаю.
– Какой ты всё-таки милый, Дамир... Ты будешь лучшим отцом на свете.
– А ты – матерью... Я уверен.
Мне так приятно от него это слышать. Безумно приятно. Я на небе от этих слов. И вообще от его отношения к себе. Не знала, что мужчины такими бывают. Всегда думала, что суть такова… Обрюхатил – можно больше не стараться. Вот что за дурацкие стереотипы внушило мне общество? Или же моя собственная модель семьи?
Из клиники мы с ним решаемся навестить родителей и брата. И он, наконец, понимает, что бросить их на произвол судьбы я тоже не могу. Где-то мама подстрахует меня, подскажет, где-то я её... И малыши будут общаться с детства. Это ведь здорово. Действительно очень круто.
– Если это девочка, Мир... Вместе поедем по магазинам... Я хочу подарить вам красивые вещички... Боже, я уже напланировала...
Меня так радует смотреть на маму вот такой. Без забот. Домашней хозяйкой. Любящей шоппинг, подарки, внимание... Я ведь помню, что с ней было раньше. Пусть Дамир не любит отца, но зато она его любит. Очень любит. Рука Дамира почти зажила... И сейчас о страшном событии напоминает только небольшой шрам, который я всегда целую, если вижу...
– Ну... Так куда вы там собрались? – спрашивает Азхар, пожимая Дамиру руку при встрече.
А он вздыхает.
– Кажется, она никуда отсюда не поедет... А я... Моё место всегда там, где живёт её сердце. А теперь и то, что поменьше... Сразу под ним...
Глава 49
Дамир Королёв
Шесть месяцев спустя…
Мне бы ещё одно запасное сердце... И клапаны к нему заодно. Ибо моя система не справляется... Я тону в океане чувств. От этих эмоций разрывает грудную клетку. И кажется всё, что испытывал до было лишь пробной версией имеющихся в арсенале запасов.
Зависимость от человека – не миф.
Это действующая реальность. А когда настолько к кому-то кипишь… Всё, что зарождает ещё большую связь между вами априори считаешь чем-то божественным.
И вот я встречаю Миру из роддома.
Моё маленькое черноглазое чудо дают мне в руки. Впервые. От гордости и счастья распирает нутро.
Моя жгучая маленькая девчонка... Копия... Трясусь как заядлый алкаш в завязке. Хотя ни капли в рот не брал уже… Больше полугода.
Всю беременность ходил за Мирой как приклеенный... И вот... Она её родила. Маленькую. Красивую. Величественную. Сразу видно, что королевской масти девчонка. Блин, да я сейчас умру от того, что разрастается в груди, когда на неё смотрю. Ведь моя Мира такая же красивая…
Сама рожала. Восемь часов мучилась. Она ведь у меня вся хрупкая, нежная и боли боится, но всё вытерпела.
И теперь я держу на руках своё черноволосое продолжение. Удивительно, какая она уже волосатая. Такие длинные и смешные локоны. Да и она вся в целом – сплошное загляденье.
– Спасибо... Родная... – целую её, вдыхая запах малышки, которая пахнет молоком. Мы закутали её в белоснежный тонкий комплект, ибо на улице жара, и она недовольно ворочается, сразу показывая мне свой спесивый нрав. Мира выглядит уставшей, и я хочу быстрее отвезти её домой. Уложить спать и накрыть тёплым одеялом... Может, помять ей ноги или помыть голову... Пожалеть... Почитать что-то или просто посмотреть фильм в обнимку. Хоть что-то из этого, лишь бы ей стало легче и состояние улучшилось...
Её мама и отец встречают с букетами цветов и какими-то подарками. Марат тоже с ними. Спит в автомобильном кресле, а я гляжу на него через стекло и невольно их сравниваю. Похожи... Только у нашей Софы... Как назвал её, кстати, я... Всё же девичьи черты лица...
– Мы поедем, наверное... Она устала... Да и я хочу с малышкой побыть.
– Конечно...
– Мама, спасибо тебе, я тебя люблю, – говорит моя девочка, прижимаясь к ней.
– И я тебя люблю, родная. Я завтра к вам приеду. Что-то подсказать... Помочь... Обязательно приеду...
В универе Мире пришлось оформить академ, но я быстро убедил её, что это нормально. Что она ещё успеет получить высшее образование. А можно и вовсе перевестись на заочку и сделать всё гораздо проще. Пока она эта тему изучать не хочет. Не до этого. Важнее малышка и всё, что связано с ней. Она ведь нам далась не просто. Мы сильно переживали. Постоянно были под контролем врача. Обследовались, сдавали кровь. И нам сказали, что с первым ребёнком всё относительно не страшно... А вот со вторым... Там реально очень жутко. Потому что организм уже имеет необходимые антитела и готов атаковать плод в случае беременности.
А мне бы хотелось несколько детей... Не знаю, почему... Я сам рос один и не сказать, что мне было плохо. Но порой я думал о том, что хотелось бы брата или сестру. И ещё... Дело ведь в том, что я люблю Миру. Поэтому хочу ещё в будущем... И как мы будем с этой проблемой, ума не приложу.
Но сейчас кладу свою дочурку в кроватку, которую сам же и собирал на досуге и не могу отвести от неё глаз. Она не спит. Просто рассматривает меня и молчит. Сводя густые тёмные брови дугой, словно хмурится и смешит меня своей сердитой осуждающий гримасой.
– Вы у меня чего тут? – появляется Мира на пороге, глядя на нас.
– А чего мы? Просто знакомимся...
– Красивая, да? Похожа на тебя...
– Красивая, – соглашаюсь. – Темноглазая бестия.
– И не говори... Тяжко тебе будет, папаня...
– Уже готовлю двустволку и патроны, – я приподнимаю руку, а Мира ныряет под моё крыло. Жмётся носом к моему вороту и становится на носочки, обнимая.
– Ты похудел... Стресс поймал...
– Пару тренировок, секс и приду в норму... – улыбаюсь я, притягивая её к себе. Маленькая при этом смотрит на нас по очереди.
– Какой тебе секс? Не раньше, чем через два месяца...
– Ага, сама раньше прибежишь. Первая завоешь, – издеваюсь я, подмигивая, а она закатывает глаза.
– Мечтай, Королёв. У меня половой покой. Я тебе человека родила, имей совесть.
– Да я шучу же, блин... Противный какой заяц, а...
Шлёпаю её по округлившейся заднице, а она уходит, исчезая за дверью. Смотрю ей вслед, а потом гляжу на маленькую, которая на удивление спокойно уснула, несмотря на наши препирания...
Вздыхаю. Рассматривая её милое личико. Включаю купленную в детском магазине приблуду, именуемую радио-няней, а сам шурую к Мирославе в спальню.
– Не спишь?
– Нет ещё, – раскладывает она вещи по полкам в шкафчик.
– Можешь поговорить со мной? Я за эти четыре дня от тоски чуть не помер.
– Мы же общались по телефону, глупый...
– Мало, – подхожу сзади и обнимаю её. Крепко к себе жму. Хочу понежить, согреть, пожалеть. Но член, как истинный варвар, завоеватель и агрессор, тут же реагирует... И Мира тоже всё чувствует.
– Дамииииир, – тянет она и оборачивается со строгим выражением лица. – Забирай свой автомат и иди с ним в ванную, ага?
– Чёрт... Да извини ты... Не обижайся... Просто инстинктивно. Я не собирался даже... Дай просто обнять. Я скучал.
Пристраиваюсь сзади и максимально близко прижимаю. Целую нежную кожу, вдыхая запах волос на затылке.
– Ты пахнешь иначе... После родов...
– Да? Чем? Молоком?
– Вроде бы...
– Софу надо будет скоро покормить. Я перед выпиской прямо грудь давала. Молоко как с ума сошло сегодня, – она толкает руку к пышной груди, а я с тоской смотрю туда, потому что понимаю, что эта территория теперь вовсе не моя... И мне там ничего не светит. А так бы хотелось хотя бы прикоснуться.
– Дашь потом попробовать?
– Ты серьёзно?
– Ну да... Я где-то читал, оно сладковатое. Я же не собираюсь его стаканами пить... Просто лизнуть тебя немножко, – давлю лыбу, пока Мира стоит в шоке от меня. Я, кажется, окончательно выставил себя в её глазах озабоченным извращенцем. Да и пох... Хочу попробовать и не считаю это чем-то уж совсем из ряда вон... Хочу и всё.
– Ну ладно. Дам тебе полизать, – отшучивается она, а меня даже эти её слова греют. Хз почему. Восторг внутри. От того, что она со мной флиртует.
– Малыш... Я соскучился. По твоей ласке. По обнимашкам.
– Так я обнимаю, родной.
– Мало... Мне тебя мало...
– Придётся делиться, – шепчет она, вынуждая меня запустить пальцы ей в волосы и обхватить их, запрокинув её голову. Доступ к нежной шее открыт... Так хочется ласкать её языком. Что я и делаю. Не с целью трахнуть. Конечно, нет… Бред же. Просто хочу показать, как скучал.
Хочу, чтобы поняла, как много для меня значит.
– Я тебя люблю... Очень сильно. Ты вкусная такая. Самая у меня обалденная.
– Ты тоже. И я тебя люблю. Дамир. Но я устала. Хочу поспать пару часиков, пока Софа спит. Ладно?
– Ложись. Я пойду присмотрю за ней. Тихо буду, обещаю...
– Ладно, но если проснётся... Позови меня, я покормлю...
– А при мне покормишь? Хочу это видеть...
– Королёв, блин. Конечно, покормлю... – смеётся она в ответ. – Господи, ты бы видел своё лицо.
– Ну, что?! Прикольно же... Буду с нетерпением ждать этого момента...
Смотрю на неё, а она хихикает надо мной, как будто я какой-то Иванушка-дурачок, блин... А я просто хочу видеть все изменения моей любимой женщины... И знать всё, что связано с маленькой чертовкой, которую она мне родила...
Глава 50
Мирослава Королёва
Как и думала, Дамир – потрясающий отец. Нет ни одной вещи, которую бы он не делал как родитель и ни одной, которую бы считал не приемлемой для мужской гордости. Теперь мне не страшно. Не знаю, чего боялась. Отчего-то мне казалось, что мужчины меняются после брака и рождения детей... Так и есть, но мой... Стал ещё заботливее, чем раньше.
Он никогда не кричит, что поражает сильнее всего. Он ведь всегда был взрывоопасным, а сейчас... Соблюдает тишину и покой, даже когда его что-то сильно бесит. Он втягивает воздух и сжимает челюсть. Считает до десяти и молчит. Вот такой эффект Софии на нашего папу. И это достойно уважения. Наконец прошло два месяца после родов. Я могу обнять его и прижаться, не опасаясь того, что сойду с ума... От желания и похоти, что могли довести до греха в своё время.
Было странно, но недавно мы попробовали. Впервые было как-то страшновато, всего один раз и очень быстро для обоих. После чего Софа вежливо позвала нас среди ночи своим плачем и нам пришлось оторваться друг от друга.
Сейчас она уснула крепким сном. А я домываю последнюю посуду после ужина. Дамир выходит из душа и тянет меня к себе. Как всегда, чертовски сексуальный. Полуголый с полотенцем на бёдрах и взъерошенными волосами. Разгорячённый. Уже прибавивший вес и мышечную массу...
– Я не домыла же... Дамиииир...
– Малыш, я сам её, нахрен, всю вымою... Иди ко мне. Я стреляюсь уже...
– Ладно... Я сейчас. Подожди две минуты.
– Жду в комнате.
Пока он в ожидании, я иду в ванную и смотрю на свою безумно текущую грудь. Вздутую и наполненную. Вот как с такой заниматься сексом? Она не каменная, конечно. Но точно будет течь. Блин.
Всё будет липким и… Хотя какая к чёрту разница, если любишь и желаешь, верно?
Делаю всё, что хотела и крадусь к нему тихой сапой, чтобы не разбудить малышку.
Заползаю в кровать и чувствую, что он уже голый. Нагло жмётся ко мне. А член его стоит как мачта корабля… И я начинаю смеяться.
– Ну ты даёшь...
– Мир, у меня щас яйца взорвутся к херам... Я, знаешь, сколько тебя ждал?
Он начинает снимать с меня халат. Разводит полы, тянет за пояс. И обнажает мои...
– Твою мать... Бидоны, с-с-с-сука, – тянет с восторгом, а я охаю, когда он вцепляется в них языком и губами.
Господи, у меня по пояснице тут же бежит дрожь. А низ живота сворачивается от волнения и жгучих ощущений.
Даже рассудок начинает плыть, и я не могу подобрать нужных слов. Только блею какую-то чушь себе под нос.
– Погоди-погоди, о, боже... Дамир. Господи… Они все текут.
– Сладкая, какая ты сладкая, – приговаривает он, втягивая их в свой рот.
Блин, он сосёт меня и трогает пальцами между ног. Размазывая склизкий секрет повсюду, демонстрирует мою реакцию на свои действия, будто я сама не понимаю, что меня вставляет всё это...
Я уже так завелась, что толком не чувствую, как он толкает в меня пальцы.
– Дамир-чик... Угомонись... Пожалуйста... – скулю я, насаживаясь на них в экстазе, а он рывком тянет меня под себя и сменяет их на свой внушительный член. Подбивает меня всем весом. Вдалбливается, заставив застонать и обхватить его плечи сильнее. Сжать кожу, пройтись кончиком языка по мужской шее, собирая её волнующий дикий вкус.
– Боже... Как сильно я скучала...
Его губы ни на секунду не перестают меня целовать. Он везде. Наверху, внизу... Для него не существует слова «нет». Он и молока моего пососал предостаточно. И когда вторгается языком в мой рот я чувствую сладко-молочный привкус. Кусаю его за нижнюю губу, тяну на себя. А он при этом расходится. Сильнее загибая мою ногу, придавливает собой и трахает так, словно провёл в космосе ближайшие три года... Два месяца воздержания и уже такой напор. Этот мужчина повёрнут на сексе. Хотя что греха таить, я тоже. У нас подходящие половые конституции.
Дамир сжимает мои волосы. Ласкает языком мой рот. Подбородок и шею. Я вся в его слюнях, и мне так это нравится. Чувствую, как от его долбёжки сжимаются стены... Будто пространство уменьшается...
Толчок... И я в раю.
Ещё толчок, и я скулю ему под нос...
Жалобно, зависимо тяну каждую букву его любимого имени.
Тарабанит внутри сердце. От любого его движения закипает кровь.
– Да-мир... – снова зову приглушённо. Полушёпотом. Царапаю смуглую спину. Перебирая пальцами жёсткий волос на затылке. Шире раздвигаю ноги, а он рывком разворачивает, и я оказываюсь сверху.
Пялясь на мою грудь, Дамир облизывает губы и чуть сминает их в своих ладонях, припечатывая. Словно ставит клеймо под ними. Приподнимает. Делает их более торчащими…
– Охуенные...
– Да? А раньше такими не были?
– Всегда были... Но сейчас вообще пиздец восторг... Щенячий, нахрен. Ты – космос.
– Приятно...
– Двигайся быстрее, шалунья. У нас может принцесса проснуться.
– Я двигаюсь, как хочу...
Делаю круговые движения бёдрами и чувствую, как его член приятно растягивает меня. Какой он у него толстый, длинный… И просто красивый. С ярко выраженными венками. Визуализирую то, как он входит и выходит из меня. Вспоминаю это ни с чем несравнимое зрелище…
И меня молниеносно прошибает оргазм. Я даже чувствую, как всего его сдавливаю, но продолжаю двигаться. Чисто на автомате, пока он не приподнимает меня над собой, глухо простонав мне в затылок слова любви... Или не совсем… Чёрт его разберёшь, что он там бормочет…
– Бля... В этот раз было... Охуенно...
– Я ещё хочу, – смотрю в потолок, сгребая его пальцы своими. Целую его в губы и слезаю, завалившись рядом. – Близости хочется... Как прежде...
– Как прежде не выйдет уже, зайчонок... Пока малышка маленькая.
– Я знаю. Теперь у тебя есть ещё одна зайка...
– Она принцесса, не зайка, – улыбается он, подмигивая.
– А я вообще теперь королева, так что помалкивай.
– Ох ты... Вот это гонора прибавилось. Слушаюсь и повинуюсь, Госпожа!
– Засранец ты, королёк.
– Чё ты сказала?
– А?
– Как меня назвала?
– Королё...
Договорить не успеваю. Меня тут же накрывают собой и снова со свистом вторгаются в моё обмякшее тело.
– Ах, ррр... Дамир...
– Замолчи, женщина... Принимай.
Закрывая глаза, целую его губы. Снова и снова ворую с них мужской вкус с примесями грудного молока. Жадно втягиваю его дурманящий запах, пока он мстит мне за старое прозвище... В его руках, как дугой выгибаюсь. Сердце тянется навстречу... Хочет его объятий и поцелуев...
Никто так не прижимает. Никто так не обожает. И никто так не лечит раны... Только Дамир.
На этот раз счастливые и выдохшиеся мы лежим посреди спальни, полностью удовлетворенные этой ночью.
– Как приятно...
В животе всё ещё разливается тепло. Приятные вибрации от всех испытанных оргазмов...
– Мир... Я хотел тебя спросить... Когда-нибудь... Не сейчас, конечно. Но, может, через года два... Ты захочешь ещё ребёнка со мной?
Я смотрю на него и из глаз льётся скупая, но чувственная слеза.
– Ты чего? Плачешь что ли? Я что-то не так сказал?
– Нет, всё так. Дело в том, что я уже его хочу...
