Текст книги "Потерянная Сирена (ЛП)"

Автор книги: Катерина Мартинез

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 11 страниц)

Я прищурилась.

– Можете?

Он обвёл рукой каюту.

– Я капитан этого корабля. Я плавал по этим аркадианским водам десятилетиями – я знаю их секреты, их глубокие, тёмные уголки, даже их желания.

– Желания…

– О, да. Океан – это не просто океан. Это живой, дышащий организм, который чего-то хочет и в чём-то нуждается; существо, способное на непостижимую жестокость, а также на сострадание.

– И он говорит вам, чего хочет?

– С каждым дуновением ветерка, с каждой волной, с каждым прикосновением морских брызг. Он сообщил мне о вашем прибытии, он говорил мне, где я могу вас найти, точно так же, как он говорил мне, что вам понадобится помощь, которую только я смогу оказать, если пожелаю.

Мои глаза сузились.

– И вы желаете?

– Я мог бы… – он поставил свой бокал на обеденный стол. – Но сначала мне кое-что нужно от вас.

Я закатила глаза.

– И вот оно. Всегда есть подвох, не так ли?

Капитан Мордред улыбнулся опасной улыбкой.

– Какой же из меня получился бы пират, если бы я был по-настоящему самоотверженным?

– Самоотверженность – это добродетель.

– Как и амбиции, – его взгляд опустился на мою шею, затем на ключицы.

Я порадовалась, что была одета в толстовку, и скрестила руки на груди.

– Даже не думайте об этом, – предупредила я.

Он прижал руку к груди.

– Вы считаете меня таким примитивным, мисс Шоу?

– Вы ещё не сказали, чего от меня хотите.

Капитан нахмурился, и его брови сошлись над идеально заострённым носом.

– Но своим предположением вы запятнали мою честь.

– Я думала, у пиратов нет чести.

– Ещё одно опасное заблуждение, от которого вам следует избавиться. Я мужчина честный и порядочный, как и моя команда.

– На том острове они обходились со мной отнюдь не порядочно.

– И они получат выговор за своё поведение, но нам было бы полезно вернуться к насущному вопросу – вопросу, который может отправить вас обратно домой.

– Хорошо… – я сделала паузу. – Чего вы хотите от меня?

Капитан приблизился, его улыбка стала ещё шире.

– Как оказалось, мне нужна только информация.

– Информация?

– Да… – он сделал паузу. – Скажите, что вы знаете об этом мире?

– Не так уж много.

– Не играйте со мной в игры, мисс Шоу. Вы, несомненно, слышали об этом месте раньше, без сомнения, благодаря пикси, которая жила в ваших волосах. Ещё одно существо, которому не повезло пройти через порталы между мирами, не так ли?

Я не хотела, чтобы он понял, что я знаю о Бабблз, поэтому солгала.

– Я понятия не имею, о чём вы говорите.

Бровь Мордреда снова приподнялась, его красно-фиолетовые глаза сверкнули, отражая солнечный свет, пробивающийся сквозь окна.

– Не сомневаюсь, – он помолчал. – Скажите мне, что вы знаете о наших морях?

– Как я уже сказала, немного.

– Вы знаете о Богах, которые когда-то бродили по этим морям?

– Нет.

– А о Летнем Королевстве?

Аэнон.

Горячий парень в юбке.

– Ничего.

Капитан поджал губы.

– Я могу многое стерпеть, мисс Шоу, но ложь не входит в это число.

– Я не лгу. Я ничего не знаю о Летнем Королевстве, не считая того, что один из них прошлой ночью пытался похитить меня.

– Вот как? Любопытно. И что им могло понадобиться от вас, интересно?

– Вероятно, то же самое, что и вам.

– Сомневаюсь в этом. Видите ли, что мне нужно, так это местоположение Трезубца Левиафана, но я не думаю, что вы когда-нибудь слышали и о нём.

Образ вспыхнул в моём сознании, как будто он сам вызвал его в моём воображении. Я вспомнила, как увидела его в воде, мерцающий, плывущий, поднимающийся ко мне из глубокой тьмы внизу. Тогда я что-то почувствовала – зов, притяжение, как будто он звал меня к себе. Возможно, это сон, иллюзия, которую создал мой разум, когда я тонула.

Но капитан только что спросил об этом; он также дал ему название.

Трезубец Левиафана.

– Я… – дрожь пробежала по моему позвоночнику, и когда она сотрясла мою нервную систему, мне показалось, что я услышала голос, говорящий прямо в моей голове.

«Не говори ему».

Я замерла, с трудом сглотнула и уставилась на него, потому что не могла ответить на вопрос. Я даже не могла понять, что только что произошло. Капитан Мордред придвинулся чуть ближе, опёрся руками на обеденный стол и наклонился ко мне.

– Трезубец Левиафана, – сказал он, – мне нужно, чтобы вы сказали мне, где он находится.

– Я… не знаю, где он находится…

– Не лгите мне, – сказал он, снова понизив голос. – Это будет вашим последним предупреждением.

– Я говорю вам. Я не знаю, где он и даже что это на самом деле. Вы обратились не к тому человеку.

Капитан глубоко вдохнул через нос, затем выдохнул.

– Сомневаюсь в этом, – сказал он, выпрямляясь. – Но на тот случай, если путешествие между мирами повредило вашим умственным способностям, я буду снисходителен.

– Снисходителен?

– В конце концов, вы расскажете мне, где этот трезубец. Ночь на гауптвахте, возможно, поможет вам вспомнить.

– Подождите, гауптвахта? Зачем?

– Я не люблю лжецов, мисс Шоу, я совершенно ясно выразился.

– Я не знаю, где этот трезубец! Я говорю вам правду!

– Я верю, что вы верите в то, что говорите мне правду, но я также верю, что где-то в глубине вашего сознания есть ответ, который мне нужен, и я собираюсь его найти.

Капитан подошёл к двери своей каюты и рывком распахнул её.

– Серена, отведи её на гауптвахту, оставь в хороших, заботливых руках Боцмана.

Его слова были встречены смехом на палубе. Мгновение спустя в каюту капитана вбежала первый помощник Мордреда. Она схватила меня за руку, но прежде чем успела поднять на ноги, я отдёрнулась, застав её врасплох. Охваченная паникой, я оказалась в редкой ситуации.

У меня появилась возможность; всё, что мне нужно – это оружие.

Развернувшись, я бросилась к шкафчику с напитками капитана. Там я спешно пыталась схватить оружие: нож, стакан, бутылку, что угодно. Я остановилась на графине, из которого капитан наливал себе напиток, схватила его за горлышко и хотела разбить о стойку с напитками.

Только графин не разбился, он отскочил от стойки, и от удара у меня задрожала вся рука. Я уронила его, крышка слетела, и вино из него начало литься на пол. Однако вместо того, чтобы напасть на меня, первый помощник рассмеялась. Это был дикий, кудахчущий смех, который она, казалось, не могла подавить.

На глаза у неё навернулись слёзы, которые ей пришлось вытереть тыльной стороной ладони. То ли смеясь, то ли плача, она взяла меня за другую руку и вывела из комнаты.

– Это было потрясающе, – говорила она между приступами смеха, – по-настоящему героически. Напомни мне передать боцману, что в последнее время ему не помешает хорошенько посмеяться.

Смущённая, дрожащая и немного обиженная, я последовала за Сереной к лестнице, которая вела в недра корабля на гауптвахту, и я надеялась в любой момент проснуться.

«Серьёзно, вот прямо сейчас было бы неплохо».

Глава 9

Меня провели по кораблю, как животное по зоопарку. Пираты на палубе охотно наблюдали, как первый помощник устроила из моего появления нечто вроде представления. Словно она хотела, чтобы все на борту как следует рассмотрели меня, прежде чем она швырнёт меня вниз, как мешок с картошкой.

И они действительно рассматривали меня.

Вокруг было много криков, свиста и голодных лиц, чтобы я определённо почувствовала себя желанной. Я хотела встретиться с ними взглядом, показать, что не боюсь их, но не могла. Я держала взгляд приклеенным к палубе, время от времени закрывая глаза, когда тот или иной пират решал попытаться дотянуться до меня.

К счастью, Серена такого не терпела, и она быстро отпихивала их руки в сторону. Но это не значит, что она была моим другом. В конце концов, это она вела меня на гауптвахту; мой тюремщик. Если бы она действительно была моим другом, она бы нашла способ увести меня с этого корабля, подальше от этих голодных мужчин.

Спустившись вниз, я сразу заметила, как изменилась атмосфера. Высоко в небе сияло жаркое, яркое аркадианское солнце, и всё вокруг казалось тёплым и почти безопасным, если не думать о пиратах, из-за которых я нервно одёргивала толстовку, чтобы она опустилась ниже колен.

Однако в нижних помещениях корабля было темно, сыро и холодно. Солнечный свет проникал на маленькую лестничную клетку, и маленькие лучики света пробивались то тут, то там, но по большей части здесь трудно было что-либо разглядеть, температура резко упала, и тут пахло тухлой рыбой и чем-то ещё.

Я тут же пожалела о своём решении подчиниться голосу и промолчать о трезубце. Возможно, если бы я рассказала капитану о том, что видела, меня бы не запихнули в клетку размером не больше шкафа.

Серена схватила ведро и опрокинула его. Рыбьи головы и внутренности вывалились из него и разлетелись по всему полу, вызвав в воздухе новую волну вони. Затем она передала ведро мне.

Я подумала, что меня сейчас вырвет.

– А это для чего? – спросила я.

– Ты можешь сидеть на нём, – сказала она, – или использовать как унитаз. Делай, что хочешь. Это твоё ведро.

– Как щедро с вашей стороны.

– Не правда ли?

Серена захлопнула дверцу клетки и заперла её на ключ. Клетка была из ржавого железа, покрытого чем-то похожим на морские водоросли и ползучих моллюсков, но выглядела достаточно прочной, чтобы я не смогла быстро из неё выбраться.

– Пожалуйста, – взмолилась я, подходя к двери. – Ты не можешь оставить меня здесь.

– Не могу? – переспросила она, поднимая голову и отворачиваясь от меня, но не сводя с меня глаз. – А что я получу, если вытащу тебя отсюда?

Я оглядела клетку.

– Я… У меня ничего нет.

– Когда что-нибудь найдёшь, дай мне знать. Хотя должна тебя предупредить, меня не так-то легко купить.

– Почему же?

– Горе тому глупцу, который посмеет перечить капитану Мордреду, смекаешь?

– Значит, твою помощь можно купить.

– Да… но, как я уже сказала, это будет дорогая цена, – она наклонилась ближе к клетке, словно собираясь прошептать. – Однажды я видела, как он до полусмерти избил товарища по команде за опоздание, когда капитан собирал всю команду на палубе.

– Ну типа… а насколько он опоздал?

– Секунды, – ответила она, широко раскрыв глаза. – Он никогда не спит и редко ест. Он слышит и видит всё, что происходит на его корабле, и всегда одержим идеей заполучить очередную крупную добычу. Так что, если у тебя есть что-то достаточно ценное, чтобы я могла потратить на это время, я послушаю.

Я сделала паузу.

– Я тут недавно обзавелась довольно симпатичном ведром?

Серена усмехнулась.

– На твоём месте, мисс, я бы дала ему то, что он хочет… если ты понимаешь, что я имею в виду. Так будет проще.

Меня пробрала дрожь.

– Я не дам ему этого.

Она подмигнула.

– Потому что он не этого хочет.

Я смотрела, как она уходит, и мои надежды на спасение исчезали вместе с ней, пока она поднималась по лестнице. Её слова всё ещё звучали у меня в голове, подпрыгивая, как шарики для пинг-понга. Даже если бы я захотела дать капитану то, о чём он просил, я не знала, как мне это сделать.

Я начала сомневаться, видела ли я вообще трезубец. Может, мне показалось. Возможно, я была так близка к тому, чтобы утонуть, так близка к смерти, что это вызвало у меня галлюцинации. Сон, который я увидела через несколько мгновений после этого, был таким ярким и таким кошмарным, что, возможно, мой мозг вообще ничего не понимал.

Но если это правда, откуда он узнал, что спросить о трезубце нужно именно меня?

Корабль ещё не начал двигаться, держался в основном ровно, а значит, когда я услышала, как что-то зашуршало в темноте, для этого не было никакой причины. Я медленно попятилась от клетки, не сводя глаз с темноты, которая уходила вглубь трюма.

Здесь были гамаки, привязанные друг к другу бочки и ящики, столы и стулья, плотно сдвинутые друг к другу. Были также фонари; некоторые из них свисали с потолка, мягко покачиваясь в такт движению корабля, другие крепились к деревянным балкам, которые поддерживали целостность корабля.

Ни один из них не был зажжён, что делало темноту ещё более густой.

Я снова услышала это – шарканье, как будто кто-то волочил ноги по деревянному полу. Сердце подпрыгнуло у меня в груди и заколотилось в горле, как отбойный молоток. Я чувствовала свой учащённый пульс в пальцах рук и ног. Моё сердцебиение ускорилось ещё сильнее, когда я поняла, что тот, кто был здесь, внизу, направлялся ко мне.

– К-кто здесь? – спросила я.

– Пахнет свежатиной, – раздался низкий, грубоватый ответ. – Кто это? – я услышала, как кто-то или что-то принюхалось к воздуху. – Что это? Не фейри. Не похоже на нас.

– Не подходи ближе, – предупредила я.

– Человек… оно угрожает мне на моём корабле, – хихикнул голос. – Оно даже не подозревает, какие у него проблемы, если оно здесь, внизу.

Я прижалась к самому дальнему краю клетки, в которой находилась, и подняла ведро, как будто собиралась использовать его в качестве оружия.

– Не подходи! – закричала я, но когда капли помоев от дохлой рыбы потекли по моим рукам, я почувствовала, что моё самообладание быстро покидает меня, а желудок выворачивается наизнанку.

Незнакомец, вернее, существо, замерло.

– Не смей угрожать мне на моём корабле, – прорычало оно. Я услышала глухой удар, затем ещё один, и ещё – быстрее, сильнее, они доносились ко мне из темноты. Его шаги были такими громкими, что мне казалось, будто они вибрируют у меня в груди, а я всё ещё не могла его видеть.

Я закрыла глаза и закричала, когда что-то ударило по клетке, что-то большое и сильное. Когда я открыла глаза, то обнаружила, что смотрю на руку с длинными, изогнутыми, покрытыми чешуёй пальцами, оканчивающимися острыми когтями. У него была серая кожа, которая выглядела пятнистой и деформированной, и он весь был покрыт чешуёй. Некоторые чешуйки были гладкими, другие – поломанными и торчали из кожи, как острые шипы.

Существо почти целиком состояло из толстых жилистых мышц. Оно схватилось одной рукой за внешнюю стенку клетки, а другой тянулось внутрь, пытаясь схватить меня. В пылу паники я не могла как следует разглядеть его лицо или все его черты, но я рассмотрела, что у него были огромные острые зубы – ряды за рядами – глаза навыкате и почти совсем не было волос.

Мгновение спустя оно вытащило руку из клетки и начало… смеяться. Существо, стоявшее у клетки, отпрянуло от неё и скрылось в темноте, прежде чем я смогла его как следует разглядеть, и не переставало гоготать. Когда оно удалялось, я заметила, что у него есть плавник или несколько маленьких плавничков, торчащих из спины, из позвоночника. У него также имелись два длинных заострённых уха, как у других фейри, которых я видела до сих пор.

Только это существо совсем не походило на фейри.

– Тебе следует освоиться поудобнее, – раздался грубый, надломленный голос из темноты. – Теперь ты под моей опекой, человечка.

Я услышала, как захлопнулась дверь, и осталась наедине со своими мыслями и бешено бьющимся сердцем.

В панике я подняла ведро – я и не заметила, что уронила его, – и перевернула его вверх дном. Я села на ведро и обхватила голову руками, но в итоге обнаружила, что размазала по лицу помои от дохлой рыбы, которыми оно было покрыто минуту назад.

Теперь я уже не могла сдержаться.

Мой желудок совершил кульбит, и его содержимое выплеснулось на пол. К счастью, в трюме пахло так отвратительно, что моя рвота почти не ухудшила какофонию запахов, наполнявших воздух. Было почти приятно выпустить её наружу. Это ощущалось как облегчение.

Я не могла выбросить из головы образ существа, с которым только что столкнулась. Эти зубы, эти выпученные человеческие глаза, эти странные акульи чешуйки на коже. Это явно не человек, но и не фейри, по крайней мере, не совсем фейри. Я мало что знала о здешних жителях, но это поразило меня больше, чем что-либо другое.

Это тот самый боцман, о котором упоминал капитан?

Я изо всех сил старалась вытереть руки любой тряпкой или верёвкой, какие мне удалось найти, но ничто не могло вывести вонь из-под моих ногтей. Когда паника улеглась, я огляделась и поняла, что выхода отсюда нет. Лёгких путей отсюда не было, это уж точно. Я подумала, что, может быть, мне удастся протиснуться в щель между клеткой и потолком, но это маловероятно.

Затем я что-то увидела, вспышку света на периферии зрения. Я встала, и моё сердце снова забилось сильнее, только на этот раз не от паники или страха, а от надежды. Мгновение спустя в поле зрения появилась маленькая светящаяся фигурка Бабблз. Мне хотелось завизжать, заверещать, позвать её, но я должна была помнить, что боцман по-прежнему где-то рядом.

Бабблз метнулась за меня сзади, и я взъерошила волосы, чтобы она могла спрятаться в них.

– Я нашла тебя, – произнесла она. Она тяжело дышала, устала и запыхалась.

– Я думала, что потеряла тебя, – прошептала я.

– Так просто ты от меня не избавишься.

– Как ты сюда попала?

– Я плыла и летела. Я просто рада, что они ещё не подняли якорь, иначе я бы никогда вас не догнала.

– Я так рада, что у тебя получилось. Не думаю, что я выжила бы здесь в одиночку. Здесь ужасно.

– Что они с тобой сделали?

– Они подняли меня на борт, я встретилась с капитаном, а потом он запер меня здесь с каким-то… чем-то. Оно где-то в комнате вон там.

– С чем-то?

– Я не знаю. Это был член команды, но, на мой взгляд, он не похож на фейри. Возможно ли такое?

Бабблз сделала паузу.

– Да, но не думай об этом. Нам нужно найти способ выбраться отсюда.

– Не могу не согласиться, но я не знаю, с чего начать, и я почти уверена, что ещё не закончила блевать.

– Фу…

Я замолчала.

– Как ты думаешь, куда они нас повезут?

– Я не уверена, но мне удалось кое-что выяснить.

– Что?

– Ну, я, кажется, примерно представляю, где мы находимся.

– Где мы?

– Если мы там, где я думаю, то это место называют Терзаемыми Островами.

– Это… звучит совсем не привлекательно.

– Действительно, но где-то поблизости есть порт под названием Оазис. Если мы сможем выбраться с этого корабля, то, возможно, успеем добраться туда до того, как умрём от голода или обезвоживания.

Я закрыла глаза и вздохнула.

– Звучит очень многообещающе, Бабблз.

– Эй, я не говорила, что это отличные новости.

У меня скрутило живот.

– Возможно, тебе стоит зажать нос, – сказала я, – потому что я… уф.

Меня снова стошнило, на этот раз не от отвращения, а от чистого страха. Мы на пиратском корабле посреди неизвестного океана, готовились отплыть в любом направлении, какое пожелает капитан, и никто не знал, что меня надо спасать.

Я не хотела умирать.

Бабблз тоже не хотела.

Но за короткое время, прошедшее между прибытием Бабблз и моим вторым приступом рвоты, я пришла к осознанию того, что, вероятно, умру здесь, и никто дома никогда не найдёт моё тело.

Глава 10

Лучше всего было дождаться наступления темноты. К тому времени корабль уже отчалил. Я чувствовала, как вода набегает на корпус, когда мы плыли вперёд. Я слышала, как фонари покачиваются в такт движению корабля. Я почувствовала запах океанского бриза, когда он ворвался в трюм через открытую лестницу, ведущую наверх.

К заходу солнца у меня уже урчало в животе. Мне начинало казаться, что я не ела несколько дней. Наблюдение за тем, как команда снуёт мимо с тарелками еды, собранной на камбузе, где-то в глубине, не помогало. Мне казалось, что я слышу, как они говорят обо мне, пока едят и разговаривают вполголоса.

К тому времени, как они покончили с едой, даже гниющие рыбьи головы, разбросанные по моей камере, начали выглядеть немного аппетитно.

Время ужина подошло к концу. В конце концов, команда устроилась на ночь в гамаках и на койках. Некоторые задержались ещё ненадолго, чтобы выпить и спеть песни о победе над гигантскими водными чудовищами, о том, как они вспарывали им животы и забирали сокровища себе.

Были и другие песни о разграблении деревень и лишении девственности, которые мне не очень нравились, но к тому времени, когда даже певцы отключились от выпивки, я слишком замерзла и проголодалась, чтобы позволить этому разозлить меня.

– Сейчас, наверное, самое подходящее время, – сказала Бабблз, и её голос заставил меня подпрыгнуть. – Боже, ты в порядке?

– Я спала, – прошептала я, – или мне так показалось.

– Это неподходящее место для засыпания.

– Я знаю, – сказала я, похлопывая себя по щекам, чтобы проснуться. Я дрожала. Мои кости и мышцы ныли от холода, и я чувствовала, как моё дыхание превращается в маленькие облачка пара. – Когда здесь стало так холодно?

– Я не знаю точно, но я закуталась в твои волосы, чтобы согреться.

Моя толстовка была обёрнута вокруг колен, но я была в шортах, и мои ноги мёрзли. Я решила встать и медленно походить по камере, чтобы немного повысить температуру своего тела.

– Думаешь, они спят? – спросила я.

– Может быть… – сказала Бабблз. – Но они же фейри. Кто может знать, правда?

Я указала.

– Вот это Серена, – она лежала в гамаке, одна нога и рука свисали с одной стороны, а лицо прикрывалось шляпой. Вокруг неё были другие пираты, каждый из них спал на своей койке или в гамаке. Я попыталась как следует рассмотреть их лица, чтобы понять, смогу ли я заметить уродства, подобные тем, что были на теле боцмана, но я ничего не смогла найти.

На самом деле, я не знала, где находится боцман.

– Ты можешь открыть это? – спросила я, указывая на запирающий механизм, удерживающий дверь закрытой.

– С ключом было бы намного проще.

– А как насчёт магии?

– Магия – это не инструмент, который решает все проблемы, это тонкая форма искусства, и на то, чтобы стать компетентным, уходят десятилетия.

– А ты компетентна?

– Я очень умелая.

– Значит, ты можешь открыть его?

Бабблз сделала паузу.

– Нет. Замки не входят в мою сферу деятельности.

– А что входит в твою сферу деятельности?

– Я могу манипулировать светом и эмоциями… и я хороша в трансмутации.

– Трансмутации?

– Превращение чего-то во что-то другое. Например, превращение солёной воды в пресную.

– Ты можешь превратить решётку клетки в песок?

– Это, вероятно, потребует больше энергии, чем у меня есть… к тому же, я никогда не пробовала такое раньше.

Я ещё раз оглядела трюм. У одного из этих спящих фейри имелся ключ, чтобы отпереть клетку, и это должен быть либо боцман, либо первый помощник.

– Хорошо… тогда как насчёт того, чтобы мы нашли ключ?

– Мы?

– Хорошо, ты. Я не могу пролезть сквозь решётку, но ты можешь.

Я почти слышала, как тревога Бабблз поднимается на поверхность.

– Если меня поймают…

– Следи, чтобы тебя не поймали.

Она глубоко вздохнула и отпустила мой затылок, и её присоски пощекотали мне кожу, когда она взлетала. Я наблюдала, как она парит, как её маленькие крылышки проносят её сквозь решётку и уносят в трюм. Её тело излучало мягкое зелёное сияние, которое иногда переходило в голубое, бирюзовое и даже золотое. Я бы хотела, чтобы она выключила это, но она и сама сделала бы это, если бы могла.

Итак, моё сердце снова забилось где-то в горле, пока я смотрела, как моя единственная подруга мечется по комнате, полной спящих фейри, в поисках ключа, который отпер бы мою камеру.

Сначала она направилась к Серене, аккуратно приземлившись ей на живот и поискав на поясе связку ключей. Первый помощник крепко спала, возможно, даже похрапывала. По правде говоря, здесь было так много храпящих персон, что я бы не смогла сказать, была ли она одной из них.

Бабблз осторожно двигалась по поясу Серены, переходя с одной стороны на другую. Она приподняла блузку Серены, затем позволила ткани упасть. Когда она поднялась на ноги и поднялась в воздух с пустыми руками, я поняла, что она не нашла при ней ключей.

Я увидела, как Бабблз пожала плечами, и пожала в ответ. Затем она ткнула большим пальцем через плечо и скрылась в темноте. Мгновение я следила за ней, чувствуя, как во мне поднимается тревога, а затем Бабблз исчезла, поглощенная темнотой в глубине трюма.

Это было логово боцмана…

Я ухватилась за решётки камеры и стала смотреть пристально, внимательно, пытаясь усилием воли заставить свои глаза пронзить темноту, но это оказалось бесполезным. Это заставило меня задуматься, была ли темнота естественной или, может, какой-то искусственной. Возможно, боцман любил, чтобы было темно, и поддерживал помещение таким с помощью какой-то магии.

В любом случае, я возненавидела это. Со своего места я не могла видеть Бабблз, я не могла слышать её, я не могла ощутить звон её магии. Один из спящих фейри фыркнул, сел и поднял руку. Моё сердце пропустило удар. Я подавила собственную панику и наблюдала, застыв, как вкопанная.

– Есть, капитан! – проорал он и снова рухнул в свой гамак.

Моё сердце готово было выпрыгнуть из груди, поползти вверх по лестнице и выброситься за борт, если бы оно могло сделать это самостоятельно. Атмосфера в комнате резко накалилась, некоторые фейри зашевелились в своих кроватях. Храп тоже прекратился. Бабблз придёт конец, я просто знала это.

Я прижалась лбом к решёткам и закрыла глаза, а затем услышала звон ключей. Когда я снова открыла глаза, Бабблз летела ко мне, неся в руках огромную связку ключей – вернее, волочила их за собой. Они казались такими тяжёлыми, что тянули её вниз.

– Боже мой, – прошипела я, – ты их достала!

– Не празднуй слишком рано, – сказала она, – помоги, пожалуйста, они тяжёлые.

Я протянула руку, и Бабблз положила ключи мне в ладонь. Их было много, я не знала, какой из них подойдёт к камере, но я не стала терять ни минуты и стала пробовать их подряд, пока Бабблз устраивалась в моих волосах.

Ключи издавали ужасный лязгающий звук, когда я возилась с ними, пытаясь открыть дверцу. Это было нелегко. Я не совсем понимала, что делаю, и работала в обратном направлении неизвестными ключами и замком, который, вероятно, немного заржавел.

– Я не хочу торопить, – сказала Бабблз и замолчала.

– Но что? – спросила я.

– В том-то и дело, я не хотела произносить это слово. Но ты же знаешь.

– Я пытаюсь, – сказала я, – но не могу заставить их…

…щёлк.

Мои глаза широко распахнулись. Я убрала руки с ключей, медленно взялась за дверцу клетки и потянула её внутрь. Клетка открылась с протяжным, резким скрипом, от которого у меня загорелась кожа. Команда издала пару стонов. Один из них рявкнул на своего соседа по койке, чтобы тот вёл себя потише. Потом всё снова улеглось, и я поняла, что до побега рукой подать.

– Чёрт возьми, – произнесла я, – у нас получилось.

– Что я тебе говорила насчёт раннего празднования? – потребовала Бабблз. – Давай убираться отсюда!

– Хорошо, – сказала я и так осторожно, как только могла, выбралась из камеры и медленно двинулась через трюм. Между мной и лестницей на верхнюю палубу не было ни коек, ни гамаков со спящими фейри, так что всё, что мне нужно было делать – это двигаться тихо и терпеливо.

Я добралась до лестницы в считанные мгновения, и у меня было достаточно времени, чтобы бросить последний взгляд на гауптвахту. Я всё ещё не могла поверить, что нахожусь здесь, и время от времени Аркадия напоминала мне, что это не сон, что я не могу внезапно проснуться в своей койке на Жемчужине Морей.

Теперь это моя жизнь.

Я здесь, чужая во враждебном мире, окружённая монстрами.

Я задавалась вопросом, бывали ли здесь другие такие же, как я, которые тоже думали об этом. Вероятно, я была не первой и не последней. Но одно я знала наверняка: я не позволю этому месту победить меня или заставить подчиниться. Я выживу и вернусь домой целой и невредимой.

Взглянув вверх, я увидела небо, какого никогда раньше не видела. Там было так много звёзд – звёздное одеяло, гобелен из звёзд, и каждая из них мигала и подмигивала мне, как будто подзадоривала меня. «Сюда, – говорили они, – иди сейчас же».

Я поднялась по лестнице на палубу. Когда я была здесь в последний раз, тут было полно пиратов, которые наблюдали за мной, злобно пялились на меня, пытались схватить. Теперь воцарилась тишина, если не считать шума воды и дуновения ветра в высокие серые паруса корабля.

Мы плыли сквозь ночь, и лёгкий ветерок дул нам вслед. Куда мы направлялись, я не знала. Куда мы прибудем, я не знала, но это не так важно, как найти способ покинуть корабль, и, как оказалось, я нашла его довольно быстро.

– Там, – прошептала я, прячась за штабелем коробок. – Шлюпка.

– Что? – спросила Бабблз.

– Вон та маленькая лодочка с веслами.

– Это прекрасно. Как мы её спустим?

Быстро осмотревшись по сторонам, я обнаружила систему, удерживающую шлюпку закреплённой на борту корабля. Вокруг неё повсюду были тяги, рычаги и веревки. Правильный способ спустить лодку на воду состоял в том, чтобы с помощью рычагов и тяг сдвинуть её в сторону, а затем позволить ей плавно соскользнуть вниз. Однако на это не было времени, и мы здесь не одни – с нами ещё трое фейри: один прогуливался по палубе, другой стоял на носу корабля, а третий у штурвала.

– От него будут неприятности, – сказала я.

– От кого? – спросила Бабблз.

– Тот, что ходит по палубе, и тот, что в передней части корабля – мимо них мы можем пройти. Но тот, что на палубе полуюта, рулит кораблём… он нас увидит.

Бабблз хихикнула.

– Серьёзно? – спросила я.

– Что? – отозвалась она, сдерживая смех.

– Тебя рассмешила палуба полуюта, да?

Бабблз хихикнула.

– Так это называется?

Я закатила глаза.

– Да, так называется палуба над капитанской каютой.

– Палуба полуюта, – хихикнула Бабблз. – Что за дурацкое название.

(Шутка в том, что кормовая палуба или палуба полуюта в английском называется poop deck, что пошло от какого-то французского слова, но тем не менее читается и слышится как «какашечная палуба», – прим)

– Ну ты закончила? – спросила я.

– Да, извини, я в порядке. Ладно, значит, мы проскользнем мимо этих двоих, а затем попытаемся пройти мимо другого парня… и что тогда?

– Мы должны спустить шлюпку на воду так, чтобы они не заметили.

– И как мы это сделаем?

– Если бы у меня был топор, я могла бы перерубить… вон ту веревку, – сказала я, указывая пальцем, – и, может быть, вон ту, и бросить шлюпку в воду. Хотя звук будет слышен. Сомневаюсь, что мы успеем далеко уйти, прежде чем они узнают.

– И в этот момент они разворачивают корабль и несутся за нами.

– Такой корабль не сможет быстро развернуться, и ветер будет против них, если они погонятся за нами… так что у нас будет шанс.

– Насколько хороши твои навыки гребли?

– Когда я училась в университете, я была гребцом за команду, участвовала во всех регатах, в каких только могла.

– Это… хорошо?

– Я думаю, что это очень хорошо… мои товарищи по команде тоже так думали.

– Хорошо, нам просто нужен топор, или меч, или что-то в этом роде.

Я кивнула на пирата, расхаживающего по палубе.

– У него есть. Ты поможешь мне снять его?

Бабблз показала мне свою ладошку. Пока я смотрела, на её ладони, словно из воздуха, появился маленький комочек зелёной пыльцы.

– Я могу заставить его чихнуть, – сказала она.

– Хорошо… жди моей команды.

Это должно быть легко. Всё, что мне нужно сделать – это схватить пирата, украсть у него меч, перерезать две верёвки, а затем прыгнуть в воду, забраться на крошечную лодку и грести куда глаза глядят.