Текст книги "Потерянная Сирена (ЛП)"
Автор книги: Катерина Мартинез
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)
– Вы заботитесь о них…
– Разве не так поступает каждый капитан?
– Мордред… часто кричит на своих людей.
Блэкстоун ухмыльнулся, затем снова посмотрел на море.
– Мордред – болтливый идиот… но он неумолим, как само море. Ему что-то от вас нужно, и он не остановится, пока не получит это или пока не погибнет сам, – он усмехнулся. – Иронично, но по крайней мере, с ней вы были бы в безопасности от него.
– Разве вы не хотите узнать, чего он от меня хочет?
Он покачал головой.
– Не особенно, нет. На самом деле, чем меньше я о вас знаю, тем лучше. Я даже не уверен, спрашивал ли я, как вас зовут.
Я сделала паузу.
– Шоу. Кара Шоу.
Капитан покачал головой.
– Мне не нужно было этого знать.
– Но теперь вы знаете.
– Думаете, это что-то меняет?
– Думаю, да, – заявила я, делая шаг к нему.
– Что, чёрт возьми, ты делаешь? – зашипела Бабблз.
Я сделала ей едва заметный жест рукой, хотя сама не была уверена, что понимаю этот жест. Во всяком случае, это заставило её замолчать.
– Я думаю, вы не задаёте вопросов не потому, что вам неинтересно знать, – сказала я, – а потому, что если бы вы знали, вы бы слишком сильно переживали.
– Не думайте, что знаете меня, – предостерёг Блэкстоун.
Я сделала ещё несколько коротких шагов в его сторону.
– Я не знаю вас, капитан Блэкстоун. Я не знаю названия вашего корабля, я не знаю имён никого из команды – я даже не знаю вашего имени. Я здесь чужая, потерянная, одинокая и совершенно уязвимая. Прямо сейчас я в вашей власти.
Блэкстоун бросил на меня ещё один косой взгляд, и его сияющие зелёные глаза вспыхнули, но лишь на мгновение.
– Что вы делаете? – спросил он.
– Одним из первых вопросов, которые вы мне задали, было то, не пострадала ли я. Вы беспокоились обо мне, – я покачала головой. – Это не случайно.
Блэкстоун повернулся ко мне лицом. Когда он понял, что я подошла ближе, он быстро отступил, как будто испугался меня.
– Не надо, – сказал он.
– Пожалуйста, – сказала я, – я не прошу вас приговаривать свою команду к смерти. Я всего лишь прошу о помощи.
Капитан оглядел меня с ног до головы. Он замолчал, и его язык скользнул по губам. Я видела, как он с трудом сглотнул, затем снова перевёл взгляд на море.
– Вы направлялись к порталу, не так ли? – спросил он.
Я уставилась на него.
– Как вы догадались?
– Это то, что имеет смысл, – сказал он, затем сделал паузу. – Это будет долгое плавание, мисс Шоу.
Дрожь.
Хорошая дрожь.
– Я знаю, – сказала я.
Он махнул рукой в сторону воды.
– Если вы думаете, что у вас получится, я не буду вас останавливать.
Я сглотнула.
– Это что, уловка?
Он приподнял бровь.
– Я похож на Весеннего Фейри?
Я нахмурилась, глядя на него.
– Как это связано?
– Весенние Фейри известны своей коварностью, Зимние Фейри холодны; мы же чарующие фейри.
Я сделала паузу.
– Вау… это… Да, конечно, почему бы и нет.
– Если вы собираетесь прыгнуть, то сейчас самое время.
Снова сглотнув, я наклонилась ближе к краю корабля. Вода казалась чёрной, гладкой и холодной. Я не была уверена, вернётся ли хвост, который я чудесным образом отрастила, а затем скрыла. Я не была уверена, найду ли я там портал. Я ни в чём не была уверена, но если я не попытаюсь…
Я взялась за перила, поставила одну ногу на край и приготовилась прыгнуть. И тут я увидела это. На поверхности воды плясали огоньки, мягкие и игривые. Жёлтые, оранжевые, зелёные и золотые. Меня тянуло к ним, я была почти загипнотизирована.
– Вау, – произнесла я, замолкая. Я ничего не могла с собой поделать.
– Они прекрасны, – вставила Бабблз.
Я наблюдала, как огни становились всё ярче, сначала медленно, но быстро набирая скорость. И тут на меня, словно мешок с кирпичами, навалилось неприятное чувство. Огни не просто увеличивались, они двигались – приближались к нам.
Блэкстоун подошёл ко мне на краю корабля, чтобы взглянуть, на что я смотрю. Так же быстро, как и появился, он схватил меня за талию и повалил на палубу. Мы упали на бок как раз в тот момент, когда молнии взметнулись вверх и вылетели из воды, создавая фантастическое зрелище света и красок, заполнившее ночное небо.
Один из пиратов Блэкстоуна начал звонить в колокол, который я уже слышала раньше; это был сигнал тревоги, предупреждение об опасности.
– Что происходит?! – спросила я, но уже знала ответ.
– Это Летние Фейри, – сказал Блэкстоун. – Они нашли нас.
Глава 24
Летние Фейри ворвались на корабль Блэкстоуна на спинах разрядов молний. Один из них прыгнул в небольшой коридор между капитанской каютой и задней частью корабля, всего в нескольких метрах от того места, где мы лежали. Он был высоким, без рубашки, увешанным золотыми и бирюзовыми украшениями и одетым в юбку, почти идентичную той, что была на Аэноне в ту ночь, когда он прыгнул на Жемчужину Морей.
Этот Летний Фейри откинул свои странно сухие золотистые волосы с лица, вытащил меч из ножен и направил его острие на капитана.
– Приказом Летнего Короля, – сказал остроухий фейри, – Вы арестованы. Отдайте девушку и свой корабль… или страдайте от последствий.
Блэкстоун закатил глаза.
– Я так ненавижу этих парней, – простонал он, затем пнул деревянную панель у себя под ногами. Из деревянной ниши высунулся меч, и в одно мгновение Блэкстоун схватил его и вскочил на ноги.
Летний Фейри легонько ударил по мечу Блэкстоуна своим.
– Я так понимаю, ты не сдашься по-тихому?
– Как тебя зовут, сынок? – спросил капитан.
– Я Рейнор, Кубковый Рыцарь Летнего Двора.
Блэкстоун отвесил шутливый поклон одной рукой, проведя острием своего меча по лезвию меча Рейнора.
– Очень хорошо, Рейнор, Кубковый Рыцарь Летнего Двора. Каким бы заманчивым ни было твоё предложение сдаться, я вынужден отклонить его.
– Да будет так.
– Э-э, ты, наверное, хочешь встать? – пискнула Бабблз.
– О, точно! – сказала я как раз в тот момент, когда мечи капитана и фейри впервые по-настоящему столкнулись. Я отползла назад, развернулась, а затем поднялась на ноги и пробежала ещё несколько метров согнувшись, прежде чем мне удалось выпрямиться полностью.
Я уже собиралась свернуть за угол, но потом поняла, что оставлю капитана обороняться от Летнего фейри. Я понятия не имела, чем могла бы ему помочь, но это казалось… неправильным… оставлять его одного.
– Что ты делаешь? – прошипела Бабблз. – Мы должны покинуть этот корабль!
Я посмотрела на воду, затем снова на капитана. Множество Летних Фейри всё ещё выпрыгивало из воды, но ещё больше уже поднялось на борт корабля и вступило в бой с пиратами. В воздухе стоял пронзительный звон сабель о сабли, а также рычание и стоны пиратов, зовущих на помощь своих товарищей по команде, спящих внизу.
Это уже не походило на битву, в которой они могли победить, шансы были слишком плохи. И всё же, когда я смотрела через океан на то, что показалось мне мерцающей точкой света вдалеке, которую я раньше не замечала, я не могла заставить себя нырнуть. Что-то внутри меня, какое-то древнее и сильное чувство, подсказало мне, что мне место здесь.
– Я делаю кое-что глупое, – сказала я.
– Нет, ни за что, – запротестовала Бабблз. – Ты не сможешь им помочь!
– Я одна не могу, но мы можем.
– Ты понимаешь, что даже если мы поможем Блэкстоуну выпутаться из этого, он всё равно привезёт нас к этой королеве-убийце-капитану, верно?
Я заметила верёвку, которая была привязана к поручням рядом со мной и к балке, торчащей из задней части корабля. Я развязала узел на поручнях и потянула за верёвку. Она была тугой, не слишком длинной и надёжно крепилась к балке надо мной.
– Да, – сказала я. – Вот почему это глупо, но я устала позволять другим людям решать, куда мне идти и что делать. В кои-то веки я делаю свой собственный выбор.
– О мои боги.
– Держись!
Я потянула за верёвку, отступила на несколько шагов, а затем с разбега прыгнула через корму. Верёвка описала дугу вокруг корабля. Я чувствовала, как ветер ударил мне в лицо, слышала, как он свистит в моих ушах, чувствовала запах морской воды и соли, бурлящей подо мной, пока корабль рассекал её, но, что более важно, я видела свою цель.
Верёвка должна доставить меня прямиком к цели – прямо к нему.
– Ты сумасшедшая! – закричала Бабблз, растягивая это слово, как мне показалось, на всю длину нашего полёта.
Когда меня начало поднимать вверх, я подтянула ноги и выставила ступни вперёд.
– Эй, Рейнор! – крикнула я, когда была всего в метре от него. И он, и капитан перестали замахиваться друг на друга мечами и посмотрели на меня. Глаза Рейнора расширились, он попытался поднять свой меч, чтобы ударить меня им, но я была слишком быстра.
Мои ноги с громким стуком врезались в его грудь. Он отшатнулся, налетел на перила и перевалился через борт. Мгновение спустя я услышала всплеск, когда фейри упал в воду. Моё сердце бешено колотилось, отдаваясь в висках, и возбуждение от того, что я только что сделала, захлестнуло меня, как волна адреналина.
Затем я начала падать назад и поняла, что не отпустила верёвку.
Я ахнула, глубоко вдохнула воздух и крепче ухватилась за верёвку. Блэкстоун схватил меня за ногу, чтобы я снова не свалилась за борт с верёвкой. Он покачал головой и закатил глаза.
– Вы должны отпустить канат после того, как пролетите на нём, – сказал он, затем сжал и разжал ладонь. – Видите? Ладонь делает вот так, и вы падаете с каната.
– Я не привыкла раскачиваться на канатах, ясно? – парировала я, и мои щёки вспыхнули. – В любом случае, вы могли бы сказать спасибо.
На мгновение мне показалось, что он собирается возразить, сделать какое-нибудь мудрое замечание о том, что это он затащил меня обратно на корабль, и что я должна поблагодарить его, как это сделал Мордред. Вместо этого он просто кивнул.
– Спасибо, – сказал Блэкстоун.
Мои щёки вспыхнули ещё ярче.
– Не за что, – сказала я, когда мои ноги коснулись земли. Я отпустила верёвку, и она соскользнула с кормы корабля, повиснув под балкой.
Блэкстоун потянулся за мечом, который выронил Рейнор, и протянул его мне.
– Вы когда-нибудь пользовались таким? – спросил он.
– Один раз, – сказала я.
Его губы скривились, когда он передумал. Мгновение спустя он выбросил меч за борт, словно это была живая змея.
– Тогда лучше не рисковать. Идёмте.
– Идёмте? Идёмте куда?
– Защищать границы и всё такое. Вперёд!
Блэкстоун пробежал мимо меня с саблей в руке. Я бросилась за ним, не имея ничего, что можно было использовать против наших врагов, кроме надежды и адреналина. Это не так уж много, но со мной была ещё Бабблз, и она, похоже, неплохо проворачивала свой трюк с порошком для чихания.
Капитан взревел и поднял свой меч, когда выбежал из маленького переулка, в котором мы прятались, и поднялся на палубу своего корабля. Я последовала за ним с колотящимся сердцем, готовая к… Ну, я не знала точно, что собираюсь делать, но была уверена, что разберусь с этим, как только доберусь туда.
Только рёв Блэкстоуна очень быстро стих, как и его шаги. Мы оба резко остановились выйдя на главную палубу и поняв, что она усеяна Летними Фейри. Летних Фейри было гораздо больше, чем пиратов.
Команда Блэкстоуна стояла на коленях, а остроухие мужчины и женщины, увешанные золотыми и бирюзовыми украшениями, держали их под остриями мечей. Как я поняла, все женщины были высокими и сильными, и на запястьях у них было множество браслетов, дополнявших их ожерелья и украшения на груди.
Все они были потрясающе красивы, все до единой. Было трудно отвести взгляд от… ну, от любой из них. На самом деле, на мгновение я забыла, что они поднялись на борт корабля Блэкстоуна и взяли в заложники его команду. Я также забыла, что они собирались взять в заложники его и, вероятно, меня тоже.
– Почему они должны быть такими чертовски красивыми? – вопрошала я. Они все повернулись и посмотрели на меня, озадаченно нахмурившись. – Извините, это был риторический вопрос.
– Ловко, – прошептала Бабблз. – Очень ловко.
Один из фейри, державший команду под прицелом меча, выделялся среди остальных. Он был выше большинства, мускулистый, на нём было больше украшений, чем на остальных, и у него были длинные каштановые волосы. Его люди расступились, давая ему пройти, освобождая дорогу и склоняя головы, словно в знак почтения.
Это он.
Аэнон.
– Всё кончено, Блэкстоун, – сказал Аэнон, и в его голосе прозвучала низкая, опасная, смертельно серьёзная угроза.
– А, принц Аэнон.
Принц?
– На этом твои приключения заканчиваются, Блэкстоун.
– Это обязательно? Видите ли, у меня плотный график, и я не хотел бы разочаровывать своего работодателя.
– Капитан Даман Блэкстоун…
Даман… что происходит? Информационная перегрузка.
– …по приказу Летнего Короля, – продолжал Аэнон, – настоящим я помещаю вас и вашу команду под арест. Вы должны сдать всё оружие, обезвредить все пушки и приготовиться к немедленной передаче под нашу стражу. Любое сопротивление будет встречено применением смертельной силы.
– Это не похоже на отличное предложение, приятель, – сказал Даман. – А мы не можем прийти к какому-нибудь соглашению, при котором мою команду… не арестовали бы?
– Нет, – просто сказал Аэнон. Затем его оранжевые глаза метнулись ко мне. – Кара Шоу, – сказал он, – я не знаю, что этот мужчина предложил вам, но могу заверить, с ним вы не в безопасности.
– Я почти уверена, что этот мужчина собирался передать меня в руки кого-то по-настоящему подлого, – сказала я, – так что да, я знаю, что с ним я не в безопасности.
– Тогда почему вы решили встать на его сторону?
– Потому что с тех пор, как я попала сюда, вы, ребята, указываете мне, куда идти и что делать. Мне это надоело. Если никто из вас не собирается отправлять меня обратно домой, то самое время мне начать принимать самостоятельные решения.
– Хорошо сказано, – прошептала Бабблз. – Я горжусь тобой.
– Хватит нести чушь, братик, – раздался голос откуда-то сверху.
Я подняла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть фигуру, падающую с неба подобно комете. Женщина, которая, казалось, выпрыгнула из «вороньего гнезда», приземлилась на палубу корабля Блэкстоуна, как супергерой. Она подняла голову, закинув за спину длинный каштановый хвост, и посмотрела на меня своими горящими оранжевыми глазами.
– Чёрт возьми, ещё одна красотка, – сказала Бабблз, когда женщина выпрямилась.
Она, как и её брат, была высокой и мускулистой. У неё было заострённое, но в то же время сильное и суровое лицо фейри. Она была вся в золотых украшениях, но у неё также имелись мерцающие бирюзовые отметины, которые тянулись вверх по её рукам.
– Аэрин, сейчас не время, – сказал принц Аэнон.
– Ты зря тратишь время на этих типов, – сказала она с презрением в голосе. – Давай сделаем то, ради чего мы сюда пришли, и покончим с этим.
– Можно дать мне возможность выразить протест? – спросил капитан Блэкстоун.
Аэрин посмотрела на него своими суровыми оранжевыми глазами и усмехнулась. Она протянула руку с раскрытой ладонью и растопыренными пальцами. Не прошло и секунды, как из воды вылетело огромное золотое копьё и впилось в её руку, как будто ладонь была сделана из магнитов.
Нет, не копьё… трезубец.
– Капитан Даман Блэкстоун, – сказала Аэрин, и великолепный золотой трезубец задрожал в её руке. – Я, принцесса Аэрин, настоящим отправляю ваш корабль на дно.
– Пожалуйста, не надо, – сказал Блэкстоун, сцепив руки вместе словно в молитве.
Аэрин не слушала. Она ударила рукоятью своего трезубца по палубе, и я почувствовала, как весь корабль покачнулся. Моё сердце подскочило к горлу, а желудок сжался, когда корабль, казалось, почти мгновенно погрузился на несколько метров. Я быстро потянулась к ближайшим перилам и ухватилась за них. Корабль застонал и заскрежетал, и когда я осмелилась выглянуть за борт, то увидела, что он тонет.
Причем быстро.
– Э-э, Бабблз, – сказал я.
– Да, Кара? – отозвалась она с лёгкой дрожью в голосе.
– Я не могу дышать под водой.
– Да, я в курсе.
– Мне нужен выход.
– Я пытаюсь его придумать, подожди!
Вода продолжала подниматься по мере того, как корабль тонул всё быстрее и быстрее. Внезапно из-под воды появился мерцающий голубой свет и пополз вверх по борту корабля. Блэкстоун схватил меня за плечо и оттащил от перил, когда завеса света, похожая на мыльный пузырь, взмыла в небо.
Я наблюдала, как она ползла вверх по палубе корабля, мимо его мачт, а затем соединилась с другой мерцающей завесой света, поднявшейся с противоположной стороны корабля. Вместе они образовали гигантский пузырь, который окутал корабль. Когда мы погрузились под воду, пузырь остался, и вода не хлынула на наши головы.
– Это… неожиданно, – сказала я.
– Это полезно, вот что это такое, – сказал Бабблз.
Аэрин подошла к Аэнону, похлопала его по плечу и сказала:
– Молодец, младший братик. Отец будет гордиться тобой.
Аэнон нахмурился.
– Есть правильное поведение, и это к нему не относится.
– Возможно… – Аэрин замолчала, глядя мне в глаза. – Посмотрим.
Она побежала по палубе, спрыгнула с борта корабля и протиснулась сквозь пузырь, удерживающий воздух внутри. Последовала вспышка света, всполох пузырьков, и мгновение спустя моё сердце чуть не остановилось.
Аэрин подплыла к кораблю, и каштановые волосы струились вокруг её головы, пока она крепко сжимала трезубец в руке… большой плавник её зелёного хвоста мягко колыхался в воде. Подмигнув, она пулей устремилась в глубокие тёмные воды. Онемевшая и ошеломлённая, я наблюдала, как несколько других Летних Фейри присоединяются к ней, прыгая сквозь щит, окружавший корабль, как фейри с ногами, и погружаясь в воду, чтобы стать… русалками.
Русалками.
Адреналин захлестнул меня, и моё сердце совершило серию мощных ударов. Следующим глухим ударом был звук моей головы, стукнувшейся о палубу.
Глава 25
Я открыла глаза и сделала глубокий вдох, но воздух был холодным, спёртым и имел привкус затхлости. Перед глазами всё расплывалось, мне приходилось сильно и быстро моргать, чтобы попытаться сфокусировать его на чём-то одном, но как только я смогла видеть – хотя бы немного – я точно поняла, где нахожусь, и моё сердце упало.
– Нет, – выдавила я хриплым и слабым голосом. – Нет, только не здесь, только не снова.
Больничные стены теснились вокруг меня, нависали надо мной, создавая странные углы и линии, которые были просто неправильными. Я опёрлась руками о холодный кафельный пол и приподнялась. Я смотрела в длинный больничный коридор, вдоль стен которого тянулись двери, но они были кривыми, некоторые погнулись и сломались, а другие были полностью выбиты.
Некоторые части стен также отслаивались, покрывались трещинами и сколами. Моё сердце бешено колотилось где-то в горле, когда я заметила огромный след от когтей вдоль одной из стен. След тянулся почти по всей длине, даже по дверям, как будто какое-то гигантское животное провело здесь своими ужасными, зазубренными ногтями.
– Здравствуй, Кара, – раздался этот ужасный, глубокий, хриплый голос. Я слышала его повсюду вокруг себя, но также чувствовала, как слова отдаются в моей голове, в груди, в самых моих костях.
– Чего ты хочешь?! – закричала я.
– Я всего лишь хочу показать тебе правду, от которой тебя скрывали всю твою жизнь.
– И что же это за правда? – спросила я, стиснув зубы. Я почувствовала, как во мне закипает гнев, и на этот раз я не стала с ним бороться. Я была зла. Я не знала, что это такое, или с кем – или с чем – я разговаривала, но, что бы это ни было, оно решило, что знает меня, и хватит с меня такого отношения.
– Повернись.
Волна холодной, тревожной энергии прошла сквозь меня. Я медленно повернулась и оказалась лицом к лицу с дверью в конце коридора. Дверь не хотела открываться. Не думая об этом, не прося об этом, моя рука уже лежала на дверной ручке. Она, как и всё остальное в этом месте, была холодной.
– Я не хочу туда заходить, – сказала я.
– Ты должна, Кара, – раздался голос. – Ты должна хотеть узнать, что я пытаюсь тебе сказать.
Я с трудом сглотнула.
– Я не верю ни единому твоему слову.
– Да, возможно, тембр моего голоса немного резковат для твоих ушей, но мы ничего не можем поделать со своей истинной природой, не так ли? Прислушивайся не к звуку моего голоса, а к моим словам. Открой дверь.
У меня дрожала рука. Всё моё тело дрожало, как фиговый лист на дереве зимой. Я покрепче ухватилась за ручку и повернула её. Дверь поддалась и мягко отворилась, издавая при этом пронзительный звук, похожий на кваканье хора жаб на тёмном озере.
Я уже слышала медленное «бип-бип-бип» аппаратов жизнеобеспечения. Их было два, каждый из них работал с интервалом в полсекунды, создавая постоянный, быстрый звук, которому пыталось соответствовать моё собственное сердце.
В комнате было три человека. Один из них был врачом, судя по белому халату, в который он был одет. Он сверялся с картой больного, висевшей на краю одной из двух кроватей в палате. Обе кровати были заняты – на одной мужчина, на другой женщина.
Я не осмеливалась взглянуть, потому что, без сомнения, знала, кто на них лежит.
Мои родители.
В этот момент я почувствовала себя маленькой, как будто уменьшилась в размерах. Это вовсе не ночной кошмар и не странный лихорадочный сон, а воспоминание. Рана. Всё ещё свежая, едва затянувшаяся. Трагедия, от которой я пыталась убежать. Причина, по которой я покинула свой дом и устроилась работать на круизный лайнер.
Доктор повернулся, чтобы посмотреть на меня, и начал что-то говорить, но я не могла расслышать его слова… и не могла видеть его лицо. Казалось, что его глаза и рот были нарисованы красным карандашом. Я вздрогнула при виде его и отпрянула. Его слова были какой-то тарабарщиной, произносимой словно сквозь воду, приглушённой и совершенно неразборчивой.
Охваченная паникой, я посмотрела на своих родителей. Они были такими же. Лежали на больничных койках, подсоединённые к аппаратам, в гипсе и бинтах, их сломанные и искалеченные конечности поддерживались блоками. Их глаза и рты тоже были выцарапаны. Я не могла разглядеть их лиц.
– Что… – выдохнула я, – что это?
Доктор продолжал говорить, продолжал бормотать. Затем он покачал головой и вышел из палаты, оставив меня наедине с собой. Я повернулась к родителям.
– Мама… – рискнула я. – Папа… вы меня слышите?
– Ты же знаешь, что они не могут слышать, – раздался голос. – Они в коме. То, что с ними произошло, действительно трагично. Просто несчастный случай.
– Заткнись!
– Я не говорю тебе ничего, чего бы ты ещё не знала.
– Я думала, ты должна была сказать мне правду!
– Будет гораздо лучше, если ты сама во всём разберёшься, тебе не кажется?
– Хватит играть со мной в игры! Меня тошнит от всего этого.
– Ах, но ты так близко, Кара. Всё, что тебе нужно делать – это продолжать поиски… ты помнишь это место, ты помнишь, что случилось с ними, с твоими родителями. Они мчались домой, чтобы успеть на твой выпускной. Они были так близко, но буря… Она налетела на них, как хищная птица, и унесла мир из-под ног их машины.
Я покачала головой.
– Этого не должно было случиться. Этой бури не предвиделось.
– Ты усомнилась в этом на мгновение, но в своём горе ты больше никогда не задавалась этим вопросом, не так ли?
– С чего бы мне это делать?
– Действительно, с чего бы. Правду трудно найти, Кара, а когда она найдена, она может быть неприятной, дискомфортной… даже болезненной.
– Ты хочешь сказать, что шторм был… чем-то другим?
– Не чем-то другим. Кем-то другим. Кем-то, кому было выгодно, если бы твои… родители… безвременно скончались.
– Кем-то? Кто это был?!
– Ну же, ну же. По одной правде за раз, малышка. В твоей жизни есть много вещей, которые были ложью, скармливаемой тебе силами, которые желают лишить тебя того, что принадлежит тебе по праву рождения. Я здесь, чтобы помочь тебе освободиться от этих оков, если только ты откроешь глаза и увидишь.
– Что увижу? Что мои родители… что мои родители, тот мужчина и та женщина, которые… которые вырастили меня, которые научили меня говорить, играли со мной и заботились обо мне… ты хочешь, чтобы я увидела, чтобы они были убиты?
– Я хочу, чтобы ты поняла, что они не были твоими родителями, Кара.
Я покачала головой.
– Нет… нет, я тебе не верю.
– Ты знаешь, что это правда! Ты встречала обитателей Аркадии, ты видела, во что превращаются некоторые из них, когда касаются воды!
Я заткнула уши и закрыла глаза.
– Заткнись.
– Ты не дитя Земли, Кара Шоу, – сказала она, и её голос звучал прямо в моём мозгу. – Эти люди, лежащие на этих кроватях, – не твои родители, и единственная персона, которой ты доверяешь больше всего на свете, лгала тебе очень, очень долгое время.
Я снова открыла глаза.
– Что?
Я больше не была в больнице. Я была одна, лежала на чём-то мягком, укрытая одеялами. Я часто-часто моргала, пытаясь дать глазам привыкнуть к полумраку комнаты, в которой находилась. Я не слышала шума воды, и воздух не был насыщен солёным запахом моря, так что это плюс, но я всё ещё не понимала, где, чёрт возьми, я нахожусь.
Оглядев комнату, я увидела расставленные тут и там свечи. Золотые канделябры горели на гладких мраморных стенах песочного цвета. Полы были сделаны из того же тонко обработанного мрамора, который отражал даже мягко мерцающий свет свечей. В комнате стоял высокий золотой туалетный столик, на котором разместилось зеркало в золотой раме. У меня был приличных размеров золотой столик, и я сидела на большой кровати с балдахином, застеленной тёмно-синим одеялом с гербом.
Взглянув на него, я поняла, что это щит с тремя мечами за ним и силуэтом русалки спереди; русалка, держащая трезубец, победоносно возвышалась под палящим летним солнцем.
– О, чёрт возьми, – пробормотала я себе под нос.
Какой-то шум напугал меня; звук, похожий на лязг металла о металл. Драка на мечах? Я не могла сказать точно. Повернув голову в сторону, я прошептала:
– Бабблз? – её не оказалось там, в моих волосах, где она всегда была. Я попыталась позвать её снова, на этот раз чуть громче, но, насколько я могла судить, её в комнате не было.
Я снова огляделась по сторонам, пытаясь сообразить, что делать, и тут услышала, как поворачивается дверная ручка. Я натянула покрывало до груди, когда дверь открылась.
– Могу я войти? – спросил мужчина с другой стороны.
Это был Аэнон.
Это мог быть только он.
– Э-э… да, – сказала я, выпрямляя спину.
Аэнон полностью открыл дверь и медленно вошёл в комнату. Позади него, отвернувшись от двери, стоял ещё один мужчина со щитом за спиной и мечом, свисающим сбоку с его юбки. Он тоже был без рубашки. Ну естественно, он без рубашки.
Оказавшись внутри, Аэнон закрыл дверь, оставив охранника на посту. Он посмотрел на меня своими оранжевыми глазами, но не подошёл ближе.
– С вами всё в порядке? – спросил он.
– Я не знаю, – сказала я. – Я почти уверена, что только что снова перешла в новые руки.
Он склонил голову набок.
– Перешла в новые руки?
Я покачала головой.
– Неважно. Где я? Чего вы хотите?
– На эти вопросы есть ответы, но сначала я хотел убедиться, что вы не пострадали. Вы упали и ударились головой.… мы не были уверены, что вы очнётесь.
– Кто это – мы?
Аэнон сделал паузу.
– Те… кто имеет отношение к делу.
– Я хочу знать, где Бабблз.
– Пикси? Она в безопасности.
– Под безопасностью вы подразумеваете, что она здесь пленница? – я ткнула в него пальцем. – И не смейте говорить, что я здесь не пленница, потому что я уже знаю ответ на этот вопрос.
– Так… зачем его задавать?
– Не знаю. Я сейчас в панике и пытаюсь не потерять то, что осталось от моего здравомыслия.
– Пожалуйста, переведите дух. Здесь вам ничего не угрожает. Вы среди друзей.
Я нахмурилась.
– Друзей? Вы захватили меня в плен.
– Я спас вас. От Блэкстоуна и его команды… помните?
– Не хотите ли вы сказать, что заново заполучили меня?
Аэнон шагнул ко мне и осторожно поднял руки.
– Я начинаю беспокоиться, что вы очень сильно ударились головой, потому что в ваших словах мало смысла.
– Послушайте, – сказала я, подавляя раздражение. – Меня мотало от одной пиратской команды к другой с тех пор, как я прибыла в это прекрасное, но пугающее место, а теперь я попала в плен к Летним Фейри. Все говорят, что я не их пленница, но на самом деле никто не позволяет мне уйти и вернуться домой, и когда кто-то спас меня в последний раз, это было только потому, что они должны были передать меня кому-то другому.
– Могу вас заверить… Я не собираюсь отдавать вас никому другому, и вы дома.
Я с трудом сглотнула.
– О чём, чёрт возьми, вы говорите?
Аэнон осторожно повернул одну руку ладонью вверх, предлагая её мне в качестве жеста.
– Пожалуйста, пойдёмте со мной. Я объясню.
Я уставилась на его руку с другого конца спальни, как на какой-то посторонний предмет, к которому я не хотела прикасаться. В то же время он был… невероятно приятным на вид. Но я слишком хорошо знала, что если кто-то симпатичен, это ещё не значит, что он не опасен. Я посмотрела достаточно документальных фильмов о преступниках, чтобы доверять кому-то только потому, что на него приятно смотреть.
Возьмём, к примеру, Теда Банди; обаятельный, красивый в своё время… серийный убийца.
Тем не менее, было ясно, что Аэнон не уйдёт, пока я не приму его руку, поэтому я соскользнула с кровати и осторожно подошла к нему. Я бросила последний взгляд на его ладонь, прежде чем взять её. Его кожа была мягкой и тёплой, и он пах как… как… Я не была уверена, что найдётся подходящее слово, чтобы описать, как он пах. Во всяком случае, мне в голову ничего не пришло. Но запах был опьяняющим, мускусным и сильным.
Аэнон медленно вывел меня из комнаты. Мы вместе прошли мимо охранника, в котором, к моему удивлению, оказался Рейнором, Кубковым Рыцарем, которого я не так давно сбросила за борт. Он ухмыльнулся, слегка скривив верхнюю губу. У него всё ещё был синяк на груди там, куда я его пнула.
Проходя мимо, я пожала плечами, но, похоже, это только ещё больше разозлило его.
Мы оказались в коридоре из гладкого мрамора, освещённом лишь редкими горящими канделябрами на стенах. Путь был коротким, но когда мы подошли к его концу, к отверстию, я поняла, что слышу голоса. «Подождите, нет, не голоса». Это было тихое, ласковое журчание воды, которое звучало почти как голоса.
Прошло совсем немного времени, прежде чем мы достигли небольшого балкона, освещённого единственным горящим факелом, который озарял только сам балкон и ничего больше вокруг нас. Перила были сделаны из мрамора, и с них открывался вид на… ничего. Внизу была только темнота; темнота и скалы. Аэнон поднял голову, но на тёмном небе над нами не было видно ни звёздочки.
– Что это за место? – спросила я.
Аэнон – принц Аэнон – посмотрел на меня своими горящими оранжевыми миндалевидными глазами и вытянул руку через край балкона. Его рука наткнулась на мерцающее поле света, а затем прошла сквозь него во что-то похожее на воду.
– Как я и сказал, – прошептал Аэнон. – Это место – дом.
