Текст книги "Заключённыий волк (ЛП)"
Автор книги: Каролайн Пекхам
Соавторы: Каролайн Пекхам
сообщить о нарушении
Текущая страница: 33 (всего у книги 34 страниц)
Глава 40
Итан
Я врезался плечом в дверь библиотеки, когда этот гребаный сукин сын попытался проникнуть внутрь снаружи. Некоторые из моей стаи искали подвижную мебель, чтобы забаррикадировать нас, но все было прикручено. Они не хотели, чтобы заключенные изолировались здесь, но, видимо, Начальница не учел возможности того, что у нас может быть для этого проклятая звездами причина.
– Я займусь этим Альфой, а ты должен руководить нами, – твердо сказала Харпер, оттаскивая меня от двери и занимая мое место.
На моих бровях выступили бисеринки пота, и я нахмурился, не желая отступать. Но она была права. Если кто-то и мог вытащить нас из этой передряги, так это их вожак. К сожалению, я и моя стая были не единственными, кто находился здесь, когда напал этот урод. Густард и его Наблюдатели собрались вместе в дальнем конце комнаты, ни хрена не помогая нам заблокировать дверь, переговариваясь между собой низкими голосами.
Я вскочил на ближайший стол и завыл, привлекая внимание своей стаи. Я также привлек внимание Наблюдателей, и они придвинулись ближе, глядя на меня так, словно я мог быть решением их проблем. И что-то в этом не давало мне покоя.
– У нас есть два варианта, – громко сказал я, чтобы все слышали. – Мы впускаем его сюда и заманиваем в заднюю часть комнаты, а сами убегаем. Или кто-то пойдет туда, чтобы отогнать его подальше отсюда.
– Мы не впустим его, я не позволю, – прорычал Густард, его татуированное лицо исказилось в рычании. Я окинул взглядом его группу; их было столько же, сколько и нас. И хотя часть меня понимала, что сейчас самое время убить этого ублюдка, пока охранники не видят, я также знал, что, учитывая Белориана, стучащего в дверь, и четыре камеры, направленные на нас со всех сторон, это, вероятно, не стоит того ада, которым я за это поплачусь.
– Либо он проникнет внутрь до того, как мы примем решение, либо мы действуем сейчас, чтобы обеспечить нам шанс, – заявил я, откинув плечи назад.
Густард провел языком по зубам и кивнул в знак согласия. Он схватил парня с большим брюхом и подтолкнул его к двери.
– В сторону! – рявкнул он на моих Волков, и я зарычал на него за то, что он им приказывает. Они посмотрели на меня в поисках команды, игнорируя его, и я взглянул на человека, которого Густард выбрал для этой работы.
– Ты согласен? – спросил я, и он посмотрел на Густарда со страхом в глазах.
Парень тяжело сглотнул, затем кивнул.
– Ради моего господина, – вздохнул он.
Густард оскалился в подобии улыбки, и я отозвал своих Волков от дверей.
Прежде чем я успел подсказать парню, как действовать или как быстро нам всем бежать за ним, Густард распахнул одну из дверей и вытолкнул его наружу.
Моя стая стремительно бросилась на место, снова сомкнув ряды и упираясь своим весом в матовые стеклянные двери. Тени задвигались за стеклом, прежде чем парень закричал от ужаса, и кровь брызнула на стекло.
– Твою мать, – вздохнул я.
Густард повернулся к своим людям, указывая на другую девушку.
– Ты следующая.
– Подожди! Нам нужен гребаный план, – рявкнул я на него.
– У меня есть один. Накормить его достаточным количеством тел, чтобы он был доволен, и мы могли пройти мимо него, – просто сказал Густард. – Мои люди с радостью умрут за меня.
– Мы тоже готовы умереть за нашего лидера! – Харпер обратилась ко мне с мольбой в глазах.
– Но это не значит, что я пошлю их на смерть! – огрызнулся я, и мои Волки дружно завыли, их возгласы наполнились любовью. – Кроме того, чем больше крови ты прольешь, тем сильнее ты приведешь эту тварь в бешенство. Мы должны отогнать его подальше отсюда.
– Выбери самого быстрого из своих людей, а я выберу самого быстрого из своих. Бросим жребий, чтобы решить, кто пойдет, – предложил Густард.
Я спрыгнул со стола, тяжело приземлившись перед ним, нос к носу.
– Настоящий лидер сталкивается с опасностью ради своего народа. Я пойду ради своей стаи, но пойдешь ли ты ради своей? – я врезался в его плечо и направился к двери. Мои Волки скорбно завыли, проводя ладонями по моим рукам.
Густард закатил глаза, сунув руки в карманы, явно показывая, что он никуда не пойдет.
– Пожалуйста, Альфа, позволь мне пойти вместо тебя, – взмолилась Харпер, и все остальные члены стаи начали предлагать то же самое.
Я погладил Харпер по щеке, покачав головой.
– Я самый быстрый. Я справлюсь. Я спущу его вниз, а потом завою, как только настанет время бежать. Бегите к нашему блоку и не оглядывайтесь.
Она склонила голову в знак согласия, по ее щеке скатилась слеза, которую я быстро вытер.
– Посмотрим, из чего ты сделан, Шэдоубрук, – насмехался Густард, придвигаясь ко мне с улыбкой психопата на губах.
Один из моей стаи протянул мне ножку стола, которую они, должно быть, отломали, и я принял ее, кивнув в знак благодарности. Это было не так уж много против Белориана, но я чувствовал себя лучше, ощущая ее вес в своих руках.
Мои Волки приготовились открыть дверь, а Густард наклонился ко мне и прошептал на ухо.
– Я с нетерпением жду, когда увижу твои внутренности, размазанные по стенам. Ты не сможешь стать королем на том свете, но обязательно отправлю к тебе твою королеву.
Я зарычал, игнорируя вспышку гнева в моем нутре, которая требовала уничтожить его здесь и сейчас. Не успел я ответить ему, как двери распахнулись. Харпер смотрела на Густарда так, словно собиралась убить его, и в ту же секунду, когда я выскочил за двери, она вытолкнула его вместе со мной.
– Черт! – прорычал он, когда двери закрылись, и чудовище мгновенно набросилось на нас.
Его безглазая голова повернулась ко мне, огромная пасть, полная острых зубов, была готова сожрать меня целиком. С силой я ударил его ножкой стола по морде, заставив его вскрикнуть от боли и отступить на несколько шагов. Я помчался вокруг него, мое сердце колотилось, как дикий зверь в клетке, я мчался к концу коридора.
Шаги позади меня сообщили, что Густард тоже успел убежать от монстра, и я проклял свою удачу. Если бы Белориан прикончил его, это избавило бы меня от лишних хлопот.
Его вес столкнулся со мной сзади, и я рухнул на пол, импровизированная бита покатилась по полу, когда я потерял хватку.
– Какого хрена? – прорычал я, когда Густард спрыгнул с меня и, смеясь, побежал к лестнице.
Шипастая лапа вонзилась в землю рядом с моей головой, и я в тревоге перекатился, когда Белориан набросился на меня с оскаленными зубами. Я вскочил на ноги, увернувшись за полсекунды до того, как его шипастый хвост метнулся в сторону и чуть не обезглавил меня.
С участившимся пульсом я схватил ножку стола, с диким криком неповиновения размахнулся и ударил ею по уродливой морде монстра.
Он закричал так громко, что мне показалось, что из ушей пошла кровь, поднявшись на задние лапы и пытаясь прийти в себя. Я побежал, пока чудовище снова не бросилось в погоню, и помчался по коридору туда, где Густард огибал лестничную площадку. Изо всех сил я бросил биту, и она врезалась ему в затылок, выводя его из равновесия. Он споткнулся, застонав от боли, и я прибавил ходу, когда прямо за моей спиной послышались шаги Белориана. Я чувствовал его горячее дыхание на своей шее, стараясь опередить его, но это был быстрым куском дерьма. Мне нужен мой Волк, но сейчас я не мог до него дотянуться. Мне приходилось полагаться только на плоть и кости, даже намека на магию не было.
С разбегу я влетел на лестничный пролет, и надо мной раздался щелчок зубов. Густард ударил меня ногой в голову, и я вскрикнул, когда его нога угодила мне в челюсть и повалила меня на ступеньки слева. Белориан бросился к нам, и, когда кровь покрыла мой язык и в воздухе повис ее запах, я понял, кого из нас он собирается преследовать. Он повернулся ко мне с голодным рычанием, и я заставил себя подняться на ноги, едва не свалившись с лестницы. Маниакальный смех Густарда донесся до меня, когда он побежал по ступенькам в противоположном направлении.
Зажав рот руками, я поднял голову и завыл настолько громко, как только мог, давая понять своим Волкам, что они могут бежать. Звук толпы, проносящейся надо мной, заполнил мои уши, и меня охватило облегчение.
Теперь мне просто нужно сбежать от этого урода, и тогда обо мне будут распевать песни до скончания времен.
На лестничной клетке у меня было одно небольшое преимущество. Этот ублюдок был огромным, и его ноги не были приспособлены для бега по ступенькам. Он то и дело спотыкался и скользил, слепо скрежеща зубами, охотясь за мной. Я бежал вниз по лестнице, преодолевая по четыре, шесть, семь ступенек за раз. Если я хоть раз оступлюсь, мне конец. Я буду просто еще одним номером в этой тюрьме, очередным статистическим показателем. «Пятьдесят три человека погибло в тюрьме Даркмор в результате случайного применения их био-оружия». К. Черту. Это. Я не собираюсь попадать в заголовки новостей. Во всяком случае, не таким способом. Если я и собирался попасть в заголовки, то лишь благодаря тому, что победил в конкурсе на звание самого большого члена или самого горячего Альфа-Оборотня. Я не собирался появляться в прессе подобным способом. Не так!
Я свернул на восьмой уровень, где находилось медицинское отделение, и заметил кладовку в другом конце коридора. Бросившись к ней, я толчком распахнул его и практически ввалился внутрь. Я успел закрыть дверь, прежде чем ублюдок заметил, куда я делся, и он устремился дальше по коридору, повернув налево в сторону Психушки.
Блять. Да.
– Эй, засранец, – чей-то голос заставил меня подпрыгнуть, и я повернулся, обнаружив Роари Найта, выглядевшего как подогретая смерть, – его лицо было бледным, а из руки сочилась кровь.
– Что, черт возьми, с тобой случилось? – спросил я.
– Шипы этого гада ранили меня, когда я убегал от него. Похоже, они чертовски ядовиты, – прохрипел он. – Мне необходимо добраться до Психушки, но я едва могу идти.
– Поверь мне, ты не хочешь оказаться в Психушке прямо сейчас, – я прислонился спиной к стене, пытаясь отдышаться.
– Что? Почему? – потребовал он, в его глазах вспыхнула паника.
– Потому что именно туда я только что отправил монстра.
– Что?! – прорычал он, пытаясь встать, но его тело сдалось, и он снова рухнул на пол. – Черт. Я должен помочь ей.
– Помочь кому? – спросил я, складывая руки.
– Неважно, – процедил он сквозь зубы. – Будто тебе есть до этого дело. Она твой проклятый враг.
– Кто? – вздохнул я, мое сердце выбилось из ритма. – Кто, блять!?
В тревоге я бросился к нему, опустился на корточки и схватил его за воротник.
– Розали Оскура, – выдавил он, отчего весь мой мир мгновенно разлетелся на куски.
– Она там внизу? – прохрипел я, страх сковал меня в кулак.
Он кивнул, страх промелькнул в его глазах.
– Я помогу ей, – немедленно сказал я, и он нахмурился.
– Почему?
– Потому что я просто помогу, ясно? – выплюнул я, и он угрожающе зарычал.
– Чушь собачья, – прошипел он, схватив меня за руку, словно действительно собирался попытаться удержать меня на месте. – Ты скорее навредишь ей, чем поможешь.
Я сдавленно зашипел, сжимая кулаки, принимая решение, о котором, как я молился, не пожалею. Повернув голову, я указал на полумесяц, спрятанный в моей татуировке.
– Мы пара. Но если ты расскажешь хоть одной душе, я вырву твои почки и затолкаю их тебе в глотку, понял?
Он уставился на меня так, словно я только что ударил его по лицу, затем отпустил меня, потянулся в карман и достал ключ от наручников. Мои губы разошлись, когда я собирался взять его, но звук открывающейся двери остановил меня.
Роари быстро провернул его в своих наручниках, пока они не засветились голубым светом, а затем засунул обратно в карман.
– Заключенные! – голос офицера Кейна прорезал воздух. – Вернитесь в свои камеры – сейчас же!
– Подождите, сэр… – начал я, поднимаясь на ноги, но он бросился на меня, схватив за руку. Его взгляд упал на лежащего на земле Роари, и из его горла вырвался тихий звук разочарования. Кейн опустился на землю, отпустив меня и оторвал рукав Роари, после чего прижал пальцы к распухшей ране, заживляя ее.
Я отступил к двери, адреналин забурлил в моей крови. Я должен добраться до Розы. Я должен убедиться, что с ней все в порядке.
– Двинешься еще на дюйм, и я брошу тебя в яму, Первый, – предупредил Кейн, даже не оглянувшись. Но жизнь Розали стоила какого-то времени в яме. Я должен добраться до нее.
Я рванулся к двери, но Кейн врезался в меня со своей Вампирской скоростью, заломив мои руки за спину и соединив наручники магической цепью.
– Ты смеешь ослушаться моего прямого приказа? – прорычал он мне в ухо.
Кейн рывком распахнул дверь и отшвырнул меня так, что я, спотыкаясь, вылетел в коридор. Следом он подтолкнул Роари, выволакивая его за руку за дверь.
На лестнице стояли еще трое охранников, и Кейн подтолкнул нас к ним, послав панику через мое сердце. Они повели нас к нашим камерам, и я переглянулся с Роари, не зная, что делать. Когда мы достигли четвертого уровня, Роари с рычанием вырвался из хватки охранника.
– Розали в беде, – набросился он на Кейна. – Она внизу, в Психушке, куда направилась та штука.
Мое сердце бешено заколотилось, когда я взглянул на Кейна, гадая, поможет ли он на самом деле.
– Ты думаешь, мне не насрать? – прорычал Кейн, и мое сердце екнуло. – Отведите их обратно в камеры! – приказал он офицерам, и они поволокли нас за собой. Кейн развернулся и со всей своей Вампирской скоростью помчался вниз по лестнице, а я в замешательстве оглянулся через плечо.
Меня тащили вперед, дыхание неровно вырывалось из легких. Я обменялся тревожным взглядом с Роари, стоявшим рядом со мной, и увидел ту же панику в его глазах. Мы кивнули друг другу и бросились на стражников, в считанные секунды пробив себе дорогу. Мы успели сделать два шага, прежде чем сеть лиан обрушилась на нас, и мои колени коснулись пола, когда сила магии земли придавила меня к земле.
– Вставай. Сейчас же! – рявкнул офицер Ринд.
Сильные руки обхватили мои плечи, и нас с Роари снова подняли на ноги. Ринд держал свою дубинку, направляя ее на нас, а двое других охранников толкали нас в сторону камер, и у меня сжалось сердце.
Но пока меня тащили, а рядом раздавались протестующие крики Роари, в моей груди начал распускаться крошечный цветок надежды. Потому что офицер Кейн направился к Розали. И пусть он был ублюдком с характером Дракона-перевертыша с раскаленной кочергой в заднице, но он был силен, как черт. И его задачей было загнать этого урода обратно в клетку. Я только молился, чтобы ему удалось это сделать до того, как чудовище вгрызется зубами в мою пару.
Глава 41
Розали
Я бежала по белым коридорам с колотящимся сердцем и тошнотой в горле. Я пришла сюда, чтобы выяснить, как вызволить Сук из Психушки, а уходила с осознанием того, что она мертва и что они делают что-то очень, очень плохое с заключенными, которых сюда отправляют.
Так хотелось думать, что потеря рассудка – это худшее, что может произойти с тобой в этом месте. Ты можешь потерять свою гребаную жизнь в результате какой-то магической экзекуции.
Как, черт возьми, такое допустимо?
Я понимаю, что у нас, как у худших преступников в Солярии, не так уж много прав, но резать кого-то на куски из-за того, что он немного не в себе? Какого хрена?
Сук занималась отмыванием денег, а не была психопаткой. Какого хрена ей выпала такая судьба?
Я помчалась к следующему повороту, ведущему в последний коридор, не думая ни о чем, кроме желания убраться отсюда к чертовой матери, и задохнулась, когда инстинкты моего Лунного Волка почти накрыли меня мощной волной предупреждения.
У меня перехватило дыхание, кожа задрожала, а на затылке дыбом встали волоски.
В своем отчаянном стремлении убежать я почти налетела на парня с тележкой.
Прижавшись ближе к углу, я еще раз поблагодарила свой заглушающий пузырь за то, что он спас мне жизнь. Я была обязана этой частичке магии десятикратно, и я послала безмолвные пожелания удачи моей бывшей учительнице Кардинальной Магии. Она была злобной сукой с усами получше, чем у Фредди Меркьюри70, и темпераментом лошади, пытающейся ходить на шпильках. Я не раз ставила перед собой задачу поиздеваться над ней так, чтобы она никогда не догадалась, что это была я. Но теперь я была в неоплатном долгу перед этой злобной старой каргой. Я попрошу Данте отправить ей корзинку с средствами для ухода за усами, если когда-нибудь выберусь из этого маленького куска ада.
Моя грудь тяжело вздымалась и опадала, и, когда я приблизилась к углу, до меня неожиданно донеслось посвистывание парня. Мелодия была знакомой, и мне потребовалось лишь мгновение, чтобы узнать «Hickory Dickory Dock71». Какой же психопат. Возможно, причина заключалась в том, что его мама никогда ему не пела, поэтому он чувствовал потребность развлечь себя детской песенкой или двумя, когда его демоны отдыхали?
Но если так, тогда, конечно, у меня тоже должна была быть привычка насвистывать детские стишки. Моя мама, разумеется, никогда не пела мне песен. Я часто удивлялась, как я вообще смогла пережить младенческий возраст. Может быть, в то время она любила меня. Или, что более вероятно, я и в детстве была решительной маленькой засранкой и отказывалась умирать от недостатка внимания так же уверенно, как и по мере взросления.
Свистун отдалялся все дальше и дальше, пока я не убедилась, что он покинул следующий коридор, и я вышла за угла.
В конце коридора по левую сторону от меня распахнулась дверь, а толстые двери, ведущие обратно в главную тюрьму, находились дальше по коридору справа от меня.
Я замешкалась на мгновение, желание выяснить, что, черт возьми, было в той банке, грызло меня. Это был зуд, который я должна была почесать. Но углубляться в тайны этого места, чтобы удовлетворить собственное любопытство, было равносильно самоубийству.
Вентиляция, через которую мне нужно было выбраться, находилась прямо здесь.
Я пришла сюда ради Сук и потерпела неудачу.
Я не хотела даже думать о том, что это означает для моих планов по побегу, но это означало, что у меня больше нет причин оставаться в этом месте.
Я стиснула зубы и выкинула все мысли об этой жуткой банке из головы, побежав к пути отступления.
Я быстро добралась до места под решеткой, которую я сломала, и откинула голову назад, чтобы посмотреть на нее, а затем создала на ладонях лианы и послала их вверх в вентиляционное отверстие.
Они росли и укреплялись, охотясь за чем-то, за что можно было бы зацепиться, а затем предоставили мне возможность выбраться отсюда.
Я подпрыгнула, как только они достигли своей цели, и с усилием подтянулась вверх.
Мои пальцы обвились вокруг края отверстия в вентиляционной трубе, и я начала забираться внутрь.
Позади меня по кафелю раздались шаги, и я задохнулась, пытаясь просунуть ноги внутрь.
Я потянулась вперед, чтобы ухватиться за выступающий засов, чтобы подтянуться повыше, но моя скользкая ладонь соскользнула с прохладного металла.
В одно мгновение я наполовину забралась в вентиляцию, а в следующее уже падала.
Я ударилась спиной о кафельный пол и задохнулась от боли и паники, когда шаги приблизились.
– Я всегда чувствую себя такой истощенной после операции, – донесся до меня женский голос.
– Я знаю. Не могу дождаться, когда смогу немного отдохнуть, – ответил мужчина.
Я перекатилась, поднялась на руки и колени, ища какой-нибудь выход, какой-нибудь план, который я могла бы осуществить, или способ сбежать. Я развеяла магию в своих лианах так, что они дезинтегрировались.
Вокруг меня ничего не было, кроме двери в главную тюрьму, и у меня не было возможности забраться обратно в вентиляцию.
Сердце гулко ударилось о ребра, когда я отступила назад, вскинув руки вверх, пытаясь создать вокруг себя заклинание сокрытия.
Но эти заклинания предназначались для того, чтобы окутать меня тенью, позволяющей мне оставаться незамеченной в темноте. Они не предназначались для глупых девочек в белоснежных коридорах, одетых в долбаный оранжевый комбинезон.
Я прижалась спиной к стене рядом с дверью, накладывая заклинание, и свет закружился вокруг меня, пока моя сила пыталась сделать то, что мне было нужно.
Спрячь меня! Не дай им увидеть меня! Я должна спрятаться!
Паника охватила меня, напряжение скрутило мои конечности. Если они поймают меня здесь, они бросят меня в яму на годы и оставят гнить… если они конечно не решат отправить меня в операционную и не дадут мне дозу того, что они дали Сук.
Два врача обогнули угол, их глаза расширились, когда они наткнулись на меня, и я резко вдохнула.
Я должна спрятаться!!!
Мои конечности начали дрожать от чего-то, что не имело ничего общего со страхом, и поток серебристого света, похожего на чистый лунный луч, внезапно вырвался из моей плоти, покрывая меня туманным свечением.
Я замерла, устремив взгляд на двух фейри, которые могли разрушить все мои блестящие планы, в то время как они медленно отворачивались от меня.
– Я опять потеряла счет времени, – пробормотала женщина. – Уже обед?
– Ага. Я слышал, что в одном из местных карри-хаусов появился новый шеф-повар, может быть, мы сможем перекусить там?
– Звучит как рай, – голодно простонала она, и они направились прямо к дверям, словно не замечая меня.
Я не знала, что это за штука, покрывающая мое тело, но знала, что это не моя магия. Тем не менее, это чувствовалось как часть меня, как нечто, связанное с самыми фибрами моего существа.
Врачи принялись отпирать тяжелые двери, ведущие в главную тюрьму, а я ждала, пока они отсканируют свою магическую метку и введут код в считыватель. Раздалось слабое жужжание, и дверь распахнулась, пропуская их.
Не знаю, было ли это храбростью, безумием или просто глупостью, но я поспешила за ними, прежде чем дверь успела закрыться.
Они пошли дальше по коридору, который вел обратно в главную тюрьму, а я застыла на месте, когда двери закрылись за мной и серебристый свет, покрывающий мое тело, погас.
Я повалилась вперед, упершись руками в колени, так как на меня навалилась усталость, а глаза слипались от изнеможения.
Я чувствовала себя так, словно провела ночь, бегая под луной, а мои конечности дрожали от силы моей формы Ордена.
Я притормозила, когда эта мысль пришла мне в голову. Неужели я только что использовала один из своих даров Ордена? Это не должно было быть возможным при Подавителе Ордена, проникающем через вентиляционные отверстия в главной тюрьме, но теперь, когда я подумала об этом, я почувствовала, как мой Волк шевелится под моей кожей. И мой статус Лунного Волка, по слухам, сопровождался всевозможными странными и удивительными дарами…
Я недоуменно нахмурилась. Почему они не используют Подавитель в Психушке? Я ощутила, как на меня снова нахлынула тревога, когда я вернулась в главную тюрьму, а мой Волк недовольно зарычал, когда ее вновь заперли.
Впереди меня по коридору раздался крик, и я замерла, когда за ним последовало глубокое рычание.
Крики стали громче, и я побежала к ним, не желая оказаться загнанной в этот тупик, что бы там ни происходило впереди.
Я обогнула угол и выскочила в коридор восьмого уровня как раз в тот момент, когда мужчина-врач вскинул руки вверх, из его ладоней вырвался огромный огненный шар.
Волна жара столкнулась со мной, и я отшатнулась на шаг назад, так как стены обуглились, и все – от вывесок, висящих на кирпичной кладке, до камер, подвешенных к потолку, – мгновенно сгорело.
Но это не остановило монстра, который явился за ним.
Шесть огромных серых чешуйчатых лап прорвались сквозь стену пламени, а из пасти, усеянной рядами острых как бритва зубов, вырвался победный вопль, когда Белориан набросился на него.
Крик доктора едва успел вырваться из его губ, как существо уже было на нем, его челюсти сомкнулись над его головой и оторвали в мгновение ока.
Огонь лизал отвратительное тело существа, оно пировало, захлебываясь, в то время как фейри, вызвавший его, был сожран.
Я подавила крик, который так и норовил вырваться наружу, и бросилась бежать так быстро, как только могла.
Я обогнула чудовище, не обращая внимания на ужасающие хрустящие и чавкающие звуки, которые оно издавало, пока ело. Моя обувь скользила в луже крови, а руки метались, пока я пыталась удержать равновесие.
Бросившись вперед, я заметила, что второй доктор бежит впереди меня, пока я мчалась к лестнице в дальнем конце коридора и к шансу на спасение.
Как, черт возьми, эта тварь выбралась на свободу? Кто в здравом уме мог бы… Син.
Я зарычала от ярости, пытаясь спасти свою гребаную жизнь. Я надеру задницу этому Инкубу так сильно, что он будет плакать настоящими слезами, когда я закончу с ним. Я же говорила. Блять, я говорила ему, что это ужасная гребаная идея!
Позади меня раздался мощный рык, и мое сердце подпрыгнуло от ужаса, когда когтистые лапы Белориана загремели по бетонному полу позади меня.
Я была чертовски быстрой, но не настолько, чтобы обогнать эту тварь.
Доктор, убившая Сук, мчалась впереди меня, истошно вопя от ужаса, приближаясь к лестнице.
Белориан рычал прямо позади меня, и я вскрикнула от страха, метнувшись в сторону. Через секунду он врезался в стену, вдоль которой я только что бежала, и я вскрикнула, пытаясь восстановить движение.
Доктор оглянулась на меня, подняла руки, прежде чем бросить стену грязи между нами, блокируя меня в коридоре с монстром, а сама бросилась на свободу.
Ах ты, жопастая шлюха!
Я закричала снова, когда Белориан бросился на меня, и я призвала деревянные копья в свои руки, пригнувшись под ним, и вонзила их в его мягкое брюхо.
Серая слизь хлынула из ран, и существо зарычало от ярости.
Одна из его когтистых конечностей врезалась в меня, и меня отбросило в сторону, когда боль пронзила мою руку, а кровь потекла по коже.
Я ударилась о стену из грязи, которую доктор создала, чтобы заключить меня в ловушку, и обрушила на нее свою силу, пробив в ней дыру, достаточно большую, чтобы я смогла пролезть.
Белориан с воплем бросился за мной, и я влила свою силу в стену, укрепляя ее, упрочняя и превращая грязь в камень так быстро, как только могла.
Я вывалилась сквозь дыру в коридор на дальней стороне как раз в тот момент, когда Белориан столкнулся со стеной. Она содрогнулась, и камни вместе с грязью обрушились на меня.
Долго она не продержится.
Я поднялась на ноги и помчалась дальше, не обращая внимания на острую боль в руке, по которой продолжала стекать кровь.
Стена из грязи разлетелась позади меня, когда Белориан пробил ее с гневным рычанием, и я снова закричала, когда добралась до подножия лестницы.
Доктор как раз огибала угол на вершине первого пролета, и ее глаза расширились от удивления и страха, когда она взглянула на меня.
Ты не зря боишься, сука.
Я вскинула руки вверх, и лианы вырвались из моих ладоней, обхватив ее лодыжку железной хваткой.
Она испуганно закричала, пытаясь дотянуться до лозы, но я не дала ей шанса оборвать ее, прежде чем дернуть ее назад, как лассо.
Доктор вскрикнула, пролетев над моей головой, и я обернулась, чтобы посмотреть, как Белориан выскочил из-за угла на лестничную площадку. Чудовище прыгнуло вверх и с радостным рычанием поймало ее своими острыми челюстями. Оно тяжело приземлилось, едва не задавив меня, и я отпрыгнула в сторону, откатившись от лестницы в коридор.
Поднявшись на ноги под крики доктора, я развернулась и побежала дальше, устремив свой взгляд на медицинский блок в дальнем конце коридора.
Еда не отвлечет существо надолго, и мне нужно было оказаться как можно дальше от него.
Я бежала по коридору, пульс отдавался в ушах, а конечности дрожали от паники.
С каждым шагом двери в медблок становились все ближе… Я продвигалась вперед, но когда дикий рев сотряс окружающие меня стены, я поняла, что этого будет недостаточно.
