Текст книги "Возмездие (ЛП)"

Автор книги: Камео Рене

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)

Может быть, это было скрытое благословение? Может быть, мне не суждено было спасти мир? Может быть, я должна была умереть здесь, в этой постели, без своей семьи – без Финна? Если это то, что уготовила мне судьба, как я могла с этим спорить?

Я закрыла глаза и выдохнула. Хотя я не могла слышать их внутри бункера, я знала, что мутанты звали друг друга, как это было на заправочных станциях. Однако они собирались не для того, чтобы просто стоять вокруг бункера и ждать, пока мы выйдем.

Они планировали нападение. Планировали ударить по бункеру всем, что у них было. И они не остановились бы, пока не убили бы всех внутри.

Мы подошли к этому моменту. Последняя битва. Они хотели, чтобы это закончилось, так же сильно, как и мы.

Нам было суждено либо выжить, либо умереть в процессе.

– Доктор Саймон, вы можете как-нибудь добраться до Финна и сказать ему, что со мной все в порядке? Я знаю, что он ужасно волнуется, и я не смогу успокоиться, пока он не узнает.

– Конечно, – ответил он, вытерев щеки насухо. – Я обещаю тебе, что увижусь с ним сразу же после того, как уйду отсюда, и передам твое сообщение.

– Спасибо. Это очень много для меня значит.

– Я знаю, как он тебе дорог, и это меньшее, что я могу сделать.

Он наклонился вперёд и взял мою руку в свою; сожаление в его глазах наполнило помещение печалью.

– Не извиняйтесь. Я знаю вас и знаю, что вы не стали бы подвергать меня риску, если бы это был ваш выбор. Я вас не виню.

Он быстро вытер еще одну слезинку, скатившуюся по его щеке.

– А твоё прощение очень много значит для меня.

Я улыбнулась и кивнула.

– Как у вас дела? – сказала я, попытавшись сменить тему разговора. – В последний раз, когда я вас видела, в вас стреляли, и вы направлялись обратно в бункер. Как вы вообще ходите?

– Рана была незначительной, пуля прошла навылет, как и у тебя. Нам очень повезло.

– Это так, – согласилась я. – Вообще-то, я хотела спросить о Даниэлле. С ней действительно все в порядке?

– Она в порядке, в полном – о ней хорошо заботятся. Они старались поддерживать ее в добром здравии, зная, насколько она важна. За то короткое время, что она здесь, она набрала около десяти фунтов. Ты, наверное, не узнаешь ее.

Уголки его губ приподнялись в улыбке.

– Ученые работали день и ночь, чтобы понять, смогут ли они найти лекарство. Когда остальные ученые прибыли с оригинальной сывороткой АРВ-3, они провели собрание, которое длилось 20 часов, а затем начали работать над лекарством. Они очень близки и, похоже, надеются, что скоро у них будет противоядие от укуса Арви.

– Как долго?

Лекарство могло многое изменить. Оно могло поменять правила игры.

– Они не уверены. Они уже близко, но недостаточно близко. Это может занять дни, недели или даже месяцы.

– У нас нет месяцев, – заметила я, хотя это было очевидно.

– Я знаю. Вот почему мы должны молиться, чтобы это произошло как можно скорее, – ответил он, похлопав меня по руке. – А теперь отдохни немного. Доктор скоро придет.

– Я в медицинском крыле?

– Ты находишься в частном медицинском крыле. Эта комната находится в конце коридора и хорошо охраняется.

– Хорошо охраняется от кого? – спросила я, закатив глаза и ухмыльнувшись.

– Они не хотят, чтобы ты сбежала, или чтобы тебе помогли сбежать. Ты нужна им живой и сильной.

– Ага, только единственный, кто мог бы меня спасти, заперт, и я явно никуда не денусь какое-то время.

Я пошевелилась и поморщилась от боли, пронзившей мою грудь и спустившейся вниз по руке.

– Отдохни, Эби. Не двигайся. Я попробую найти доктора.

Я кивнула, пытаясь найти удобную позу.

– Я нанесу Финну визит и вернусь позже. Я обещаю.

– Вы здесь мой единственный друг.

– Не будь так уверена в этом.

Он подмигнул и вышел.

Когда он оказался за дверью, я заметила охранника у двери с пистолетом. Доктор Саймон обратился к еще одному охраннику, находящемуся на противоположной стороне коридора, которого я не могла видеть. Я почти закатила глаза, когда подумала о том, как они тратят охранников, которых можно было бы использовать в другом месте. Ну, серьезно. Куда, черт возьми, я могла отправиться в таком состоянии? Я даже не могла сесть.

Я закрыла глаза и сосредоточилась. Это заняло немного больше времени, чем обычно, но уже через несколько минут я парила вне своего тела. У меня не было времени оглядеться, так как мне нужно было догнать доктора Саймона.

Я оттолкнулась как можно дальше, и золотой шнур последовал за мной. И вот я увидела доктора Саймона, который шёл по коридору.

Он шёл медленно, так как он был пожилым человеком и не был ограничен во времени. Я надеялась добраться до камеры с первого раза, чтобы, в случае, если бы я слишком быстро вернулась в свое тело, я смогла бы найти ее позже. Мне просто нужно было увидеть Финна и узнать, все ли с ним в порядке.

Я попыталась запомнить путь, все эти повороты налево и направо, дверные проемы. Я надеялась, что смогу найти его снова.

Вдруг доктор Саймон подошел к очередной двойной двери, перед которой стоял один охранник. Мужчина был крупным и вооружен пистолетом AR-15. Доктор Саймон показал ему свою карточку, и мужчина пропустил его. Мы вошли в светлый коридор с кучей комнат. Это были не тюремные камеры, как я видела в фильмах, это были просто комнаты.

Доктор Саймон прошел до середины коридора и остановился у двери справа от него. Комната номер одиннадцать. На стене висела маленькая панель с кнопками. Он провел своей карточкой сбоку и набрал цифры семь-семь-семь. Боже, доктор Саймон. Как сложно.

Дверь разблокировалась и отъехала в сторону. Я последовала за ним внутрь, но уже чувствовала, как меня тянет назад.

Нет. Не сейчас.

В левой части комнаты была дверь в ванную, а справа стояла кровать, которая выглядела так, будто ею никто не пользовался. Там был даже поднос с несъеденной едой.

В дальнем конце комнаты на полу, сгорбившись, сидела фигура. Ноги человека были подтянуты к груди, руки крепко обхватили их, а лоб лежал на коленях.

– Финн Армстронг? – обратился к нему доктор Саймон.

Финн поднял голову, и мое сердце разбилось. Он выглядел таким несчастным. Его волосы были растрепаны, глаза были уставшими и покрасневшими, а под ними залегли темные круги. Он выглядел так, словно не спал несколько дней.

– Финн, меня зовут доктор Саймон.

Глаза Финна сощурились.

– Я знаю, кто вы.

Затем он снова положил голову на колени.

– Чего вы хотите?

Меня тянуло назад все сильнее.

Я с трудом подошла еще ближе и пожалела, что не могу оказаться между ног Финна и почувствовать, как его руки обнимают меня.

– Я был у Эби несколько минут назад, – сказал доктор Саймон.

Финн вскинул голову, его глаза округлились.

– Как она?

– Со временем она поправится. Она только что очнулась и послала меня сюда с сообщением.

Я не могла больше сдерживаться. Проклятый золотой шнур начал тянуть меня назад, и очень быстро.

– Нет, – закричала я. – Финн!

Я открыла глаза и увидела мужчину в белом халате, стоявшего у моей кровати и пристально смотревшего на меня. Я закричала и инстинктивно вскочила.

И зря. Я упала обратно, и мучительная боль пронзила мое тело.

– Мне так жаль, что я напугал тебя. Меня зовут доктор Беннетт.

Это был пожилой мужчина, худощавый, с седыми волосами и бородой. Его руки дрожали.

– Я только что вошел и собирался проверить твои жизненные показатели и посмотреть, не нужно ли тебе какое-нибудь обезболивающее.

– Нужно, – простонала я.

Доктор кивнул и взял маленький пластиковый стаканчик с белой таблеткой внутри.

– Это сильное лекарство, оно тебя вырубит.

– Я приму его.

Он приподнял мою голову и протянул мне стаканчик, а затем стакан воды.

– Тебе следует съесть что-нибудь вместе с этой таблеткой. Она может вызвать у тебя легкую тошноту. Я попрошу медсестру принести тебе что-нибудь в ближайшее время.

Я заметила, что доктор не смотрит мне в глаза с тех пор, как я открыла их.

– Вы боитесь смотреть на меня, доктор Беннетт?

Его глаза округлились, но он все еще избегал моего взгляда.

– Э, я… я просто…

– О, пожалуйста, – вздохнула я. – Я не причиню вам вреда и не затуманю ваш разум. Вы заботитесь обо мне, так что вы в моем белом списке.

Его глаза, наконец, встретились с моими, сначала ненадолго, а затем на несколько секунд.

Я ухмыльнулась.

– Самые кровавые штуки я приберегаю для своих врагов.

Его глаза снова округлились, а затем он посмотрел вниз, чтобы измерить мой пульс, измерить давление и оценить мою рану.

– Похоже, рана заживает достаточно хорошо.

– Сколько времени мне потребуется, чтобы выздороветь?

– Месяцы, – отметил он.

– Месяцы?

Он сел в изножье моей кровати.

– Но послушай меня. Ученые создали новый препарат, который может тебе помочь.

Мое кровяное давление подскочило до небес.

– Чушь собачья. Я ничего не возьму у этих придурков. Они и так уже достаточно меня накачали.

Его глаза встретились с моими. На этот раз он был серьезен. Я решила позволить ему все объяснить.

– Это называется Быстрой Регенерацией Клеток. Препарат обеспечивает быстрое восстановление поврежденных тканей, одновременно ускоряя время заживления ран, что происходит с невероятной скоростью.

– И его испытывали?

– Да.

– На крысах?

– На самом деле, ты уже встречалась с человеком, который был первым успешным пациентом. У него не было никаких осложнений, и он показал почти сверхчеловеческое время восстановления после огнестрельного ранения.

Святое дерьмо.

– Доктор Саймон?

– Да, – сказал он. – Он стар и должен был умереть, поэтому ему сделали этот укол.

– Без его разрешения?

– Он был в коме, и нам были даны указания сохранить ему жизнь. Поэтому мы сделали ему этот укол и наблюдали за ним. Он об этом не знает. Он просто думает, что пуля прошла навылет, и рана не требовала особого лечения.

Я покачала головой и громко выдохнула.

– Эби, не все ученые – зло. Большинство из нас делают то, что делают, чтобы защищать человеческую жизнь. Не уничтожать её.

– Но они могут выбирать, с кем играть в Бога, как это случилось с нами, неудачниками из программы «Чтецов». Нам не дали выбора, не спросили, хотим мы или нет, чтобы нас накачивали каким-нибудь непроверенным дерьмом. Это чуть не убило одну девушку, а меня из-за побочных эффектов, всюду встречают страдания и смерть, куда бы я ни пошла.

Доктор положил свою руку на мою.

– Тебе был дан уникальный и мощный дар, Эбигейл. Каким-то образом Вселенная узнала, что ты достаточно сильна и умна, чтобы справиться с ним. В твоем сознании заключена сила, которая способна либо отнять жизнь, либо спасти ее.

Он похлопал меня по руке и встал.

– Так кто теперь играет в Бога, как ты думаешь?

Его ответ сбил меня с толку. Я не хотела власти. Никогда.

Когда он выходил из комнаты, я остановила его.

– Доктор Беннетт?

Он остановился и повернулся ко мне.

– Я согласна на укол регенерации.

Он коротко кивнул.

– Это хорошо. Я дам им знать.

Я надеялась, что поступаю правильно. Но разве кто-то теперь знал ответ?

ГЛАВА 18

Я не знала, который был сейчас час, не говоря уже о дате, или о том, был ли сейчас день или ночь, и это меня расстраивало. Я проснулась несколько часов назад, и белая комната начала вызывать клаустрофобию и удушье. Черт возьми, когда я просто думала об этом, я была готова поклясться, что стены начинали смыкаться вокруг меня.

Дыши, Эби. Просто дыши.

Поскольку мое тело уже не испытывало такой сильной боли, как раньше, я решила попробовать сесть. Перенеся свой вес на здоровую руку, я заставила себя сесть. Я очень удивилась, когда я сделала это и испытала минимальную боль. Регенерирующее средство, которое они мне дали, делало свое дело. Как долго я была без сознания?

Я попыталась провести быструю оценку своего тела на предмет каких-либо побочных эффектов, но, похоже, их не было. Я чувствовала себя лучше, чем когда-либо за долгое время, даже учитывая огнестрельное ранение. Я слегка пошевелила левой рукой. От этого движения у меня должны были навернуться слезы, но я обнаружила, что могу приподнять ее на несколько дюймов. Это было невероятно.

У меня громко заурчало в животе. Интересно, как скоро мне должны были принести еду? В этой квадратной бесцветной комнате не было окон, так что невозможно было понять, идет ли сюда кто-нибудь.

– Эй? – крикнула я, надеясь, что один из охранников услышит меня. Но ответа не последовало.

– Эй! – снова закричала я, на этот раз громче.

Дверь приоткрылась, и в комнату заглянуло знакомое лицо.

– Хуан? – я улыбнулась, когда его глаза встретились с моими.

Он поднес палец к губам и резко покачал головой.

– Тебе нужен доктор? – спросил он со своим испанским акцентом, указав глазами на другого охранника снаружи.

Я кивнула, понимая, что мне нужно притвориться, будто я его не знаю.

– Мне нужна еда. У меня урчит в животе, и если я в ближайшее время ничего не съем, он может начать есть сам себя.

Улыбка тронула его губы.

– Хорошо, жди здесь. Я схожу за медсестрой и посмотрю, сможет ли она принести тебе что-нибудь с кухни.

– Спасибо, – одними губами произнесла я.

Он подмигнул мне, и впервые с тех пор, как я попала сюда, я почувствовала себя в безопасности из-за того, что именно он стоял за моей дверью. Хуан был сыном одного из лидеров и тренером по стрельбе. Я удивилась тому, что он стоит за моей дверью.

Через несколько минут вошла медсестра с чашкой сока и несколькими крекерами.

– Мисс Мейбл! – взвизгнула я.

Если бы у меня не было огнестрельного ранения, я бы вскочила с кровати и обняла ее. Уже два знакомых лица за несколько минут. Доктор Саймон был прав. У меня действительно были здесь друзья.

Она была моей медсестрой в бункере в Монтане, который они называли Белым городом. Это была пожилая чернокожая женщина, которая убирала свои серебристые волосы в пучок.

– Так, так, мисс Эбигейл. Я и не думала, что увижу тебя снова, – сказала мисс Мейбл своим теплым голосом с протяжным южным акцентом. – Я рада снова тебя видеть. Как ты себя чувствуешь?

– Намного лучше, чем раньше, но я умираю с голоду.

Я посмотрела на крекеры у нее руке.

– Это моя еда?

– О, дитя, ради всего святого, нет. Это то, что поможет тебе продержаться, пока я доведу своё старое, больное тело на кухню, чтобы принести тебе что-нибудь приличное. Потому что, видит Бог, я двигаюсь медленнее, чем старая телега.

Она громко рассмеялась, а затем протянула мне сок и крекеры. Я сразу же закинула один из них в рот, и это был лучший крекер, который я когда-либо пробовала. Должно быть, я действительно была голодна.

– Почему бы вам не отправить за едой одного из тех молодых солдат, что стоят снаружи? Я уверена, что они будут более чем счастливы подвигаться и размять ноги. Стоять у двери может быть довольно скучно.

Ее глаза распахнулись, и она подняла палец вверх.

– Ну что ж. Думаю, это великолепная идея.

Повернувшись, она направилась к двери.

– Мисс Мейбл, – прошептала я. – Попросите того, кто справа. Его зовут Хуан, и он мой друг, но об этом никто не должен знать.

Сказав это, я заговорщически ей подмигнула.

Лукавая усмешка появилась на ее губах.

– А кто тут у нас такой хитрый? – сказала она и, помолчав, добавила. – Мне это нравится.

Открыв дверь, она спросила Хуана, не может ли он сбегать на кухню и принести мне немного еды и десерт. Он с радостью согласился и сказал другому охраннику несколько быстрых слов, прежде чем уйти.

Мисс Мейбл закрыла дверь и направилась обратно ко мне.

– Итак, как поживает красавчик доктор Бэнкс? – спросила она, измерив мой пульс.

– Он встретил своего племянника несколько недель назад, так что они наверстывают упущенное.

– Замечательно. Он такой хороший человек. Очень заботливый.

– Да, это так, – ответила я.

– А как насчет твоего красивого молодого человека? Как у него дела?

– Я не знаю, – сказала я, не упомянув о своем эпизоде хождения по коридору в виде призрака. – Доктор Саймон сказал, что Финн находится в какой-то камере предварительного заключения.

Она накрыла мою руку своей.

– Милое дитя, я знаю, это тяжело, но я видела, как сильно он тебя любит. Он был тяжело ранен, но всё же спрыгнул с кровати, чтобы защитить тебя. Так вот, если это не любовь, то я не знаю, что это такое.

У меня на глаза навернулись слезы, когда я вспомнила о его героическом поступке.

– Мы через многое прошли в последние несколько месяцев, и он остался со мной.

Она кивнула.

– Мм-хмм. Есть две вещи, которые дают нам силу в этой жизни: это любовь и Господь. Они помогают нам пережить любую бурю, которую посылает нам жизнь, и они никогда не откажутся от нас.

Я растаяла, впитав ее слова и осмыслив их. Это были самые правдивые слова, которые я слышала за долгое время. Финн никогда бы от меня не отказался. Он был моей второй половинкой, и я знала, без тени сомнения, что нам суждено провести наши жизни вместе. Мы бы справились со всем этим, как и всегда. Потому что наша любовь была намного сильнее и глубже, чем наши обстоятельства.

– Спасибо, – выдохнула я.

Она улыбнулась и пожала плечами.

– Когда тебе будет столько же лет, сколько мне, ты тоже кое-чему научишься.

– Какая вы мудрая женщина, мисс Мейбл, – заметила я, и она рассмеялась.

Ее пальцы нежно коснулись моего плеча, чуть выше раны, и она прищурила глаза.

– Мне любопытно узнать, кто в тебя стрелял?

– О, – вздохнула я. – Это сделал сержант в вертолете, на котором я летела.

– Сержант? – ахнула она. – Да что же это такое! Этот человек должен быть наказан. Стрелять в невинную молодую леди, а еще в того прекрасного молодого гавайского мальчика, который лежит дальше по коридору.

– Киану? Он в этом крыле?

– О да. Он был без сознания большую часть времени. Его травма оказалась намного сложнее твоей, но я верю, что он выживет.

Я вздохнула, обрадовавшись этой новости.

– Что заставило его выстрелить в тебя?

– Честно говоря, я пыталась сбежать, а Киану пытался помочь, но сержант оказался немного умнее нас. Прежде чем я успела что-либо предпринять, он выстрелил в нас обоих.

– О, дорогая. Если бы я была тут главной, я бы с удовольствием отхлестала его по заднице, заперла в камере, а ключ от нее выбросила.

Я хихикнула.

– Я думаю, что они больше не порют людей.

– А следовало бы. Некоторым нужна хорошая порка.

Я не могла удержаться от смеха.

* * *

Доктор Беннетт вошел в комнату, как только я поела, а мисс Мейбл помогла мне воспользоваться ванной.

– Эбигейл, ты выглядишь намного лучше, – весело сказал он.

– Я чувствую себя намного лучше.

– Сколько времени прошло с тех пор, как вы сделали мне укол? – я хотела знать, как долго я спала.

Он посмотрел на часы.

– Примерно четырнадцать часов.

Мое лицо скривилось.

– Всего?

– Да.

Потрясенная эффективностью препарата, я сказала:

– Кажется, побочных эффектов нет, и я действительно чувствую себя лучше. Так что, думаю, мне следует вас поблагодарить.

На его тонких губах появилась улыбка.

– Оставь это. Через несколько дней ты будешь благодарить меня еще больше.

– Столько же времени понадобилось и доктору Саймону, чтобы выздороветь?

– Нет, это заняло у него почти неделю, но он намного старше тебя. Я думаю, что твое восстановление пойдет намного быстрее. Но для этого надо много отдыхать. Чем больше ты будешь отдыхать, тем быстрее поправишься.

Я похлопала по матрасу.

– Находясь в комнате, где есть только кровать, я больше ничего не могу сделать, кроме как отдыхать.

– В этом всё дело.

Он ухмыльнулся и протянул мне пластиковый стаканчик с белой таблеткой.

– Это поможет тебе отдохнуть.

– Не думаю, что мне это нужно. Я уже устала.

Я не хотела, чтобы что-то повлияло на мои способности ходить в виде призрака.

– Ты должна принять его. Лекарство поможет тебе снять напряжение. Пожалуйста, просто прими его ради меня, – настаивал он.

Я согласилась, хотя и не знала, почему он давил на меня. Он дал мне стакан воды, и я сглотнула.

– Спасибо, – сказала я, устроившись поудобнее под простыней и закрыв глаза.

– Хорошо тебе отдохнуть, Эби.

Когда он вышел из комнаты, я выплюнула таблетку, которую спрятала между десной и щекой. Засунув её под подушку, я закрыла глаза. Пришло время увидеться с Финном.

* * *

Выйдя из своего тела, я, как призрак, пошла по тому же пути, по которому следовала недавно за доктором Саймоном. Когда я подошла к его комнате, я сразу же вошла внутрь, не теряя времени. Финн лежал на спине, без рубашки, прикрыв глаза одной рукой. Его грудь поднималась и опускалась в медленном ритме, и я поняла, что он наконец-то заснул.

Я стояла рядом с ним, мои пальцы нежно скользили по его безупречной загорелой коже. Больше всего на свете мне хотелось почувствовать её, но еще больше мне хотелось, чтобы он почувствовал мое присутствие.

Придвинувшись ближе, я опустилась на колени рядом с его головой и нежно поцеловала его в щеку, хотя мои губы так и не коснулись его кожи.

– Я люблю тебя, Финн Армстронг, – прошептала я ему на ухо. – Я так сильно люблю тебя, и обещаю как-нибудь вытащить тебя отсюда.

Зная, что у меня не так много времени, я свернулась калачиком рядом с ним, впитывая его в себя, насколько это было возможно. На его точеной челюсти была теперь недельная щетина. Он так сильно изменился со времен нашего приюта. Он больше не был моим лучшим другом или товарищем по играм. Он был настоящим мужчиной. Мужчиной, который оказался любовью всей моей жизни.

ГЛАВА 19

Через шесть дней, после того, как мне сделали укол регенерации, в мою дверь постучали. Когда она открылась, внутрь заглянул Хуан.

– Привет, Хуан.

Я зевнула и потянулась, так как только что проснулась. После почти недели восстановления моя кровоточащая рана превратилась в шрам. Ни отека, ни видимых синяков, ни боли. Я была уже достаточно сильной, чтобы с легкостью ходить самостоятельно, и я даже начала выполнять легкие упражнения, чтобы сохранить гибкость мышц.

– Привет. Ты не возражаешь против посетителя?

Мой интерес пробудился, и я села.

– Кто?

Хуан отступил назад, и в дверь заглянула девушка со светлыми волосами, веснушками и светло-карими глазами.

– Тина? – взвизгнула я и вскочила с кровати, а она подбежала и заключила меня в объятия.

– Я думала, ты умерла, – всхлипнула она. – Ходило так много слухов, что я не могла понять, что было правдой, а что нет.

Я крепко её обняла.

– Я еще не умерла.

– Хорошо, – сказала она, после чего отстранилась и поглядела на меня. – У меня не так много времени. Хуан позволил мне навестить тебя, но ненадолго. Мне сюда нельзя.

– Эта комната прослушивается? – спросила я.

– Нет. Ни одно из медицинских отделений не прослушивается. Но они хотят, чтобы вы думали, что это так. Тактика устрашения.

Я кивнула, обрадовавшись, что могу расслабиться, и, зная, что никто не нарушал мою приватность. Как вдруг я вспомнила, что хотела ей сказать, если мы когда-нибудь снова встретимся.

– Тина, – сказала я. – Мне нужно извиниться за Пайка.

Она покачала головой, и слезы наполнили ее глаза.

– Это не твоя вина. Он знал, что было рискованно идти за топливом, и сказал все, что ему было нужно, прежде чем ушел. После того, как он был убит, я почувствовала, что часть меня умерла вместе с ним. Я не ела несколько дней. Но потом, однажды ночью, он мне приснился. Он был жив и счастлив. Он даже сказал, что любит меня и хочет, чтобы я жила и была счастлива. Для него. Пока мы не встретимся снова.

Она вздохнула.

– С того дня я пообещала себе, что буду стараться. И, ну… вот я и стараюсь

Она развела руки в стороны.

– Ты не представляешь, как я этому рада.

Я была счастлива из-за того, что моя бывшая соседка по комнате обрела покой. Я так волновалась за нее.

– Что ты хотела мне сказать?

Она села на мою кровать и взяла меня за обе руки.

– Здесь, в этом бункере, существует сопротивление.

– Против кого?

– Против нынешнего лидера, генерала Дрейка, и тех, кто его поддерживает. Человек, который стрелял в тебя, один из них. Это ужасные люди, которые опьянены властью и не заботятся о других; они используют тактику устрашения, чтобы заставить других делать то, что они хотят. Он убивал выживших, Эби. И заставлял всех смотреть на это в качестве примера того, что может произойти, если кто-то пойдёт против него. Это место превратилось в ад.

– Кто возглавляет сопротивление? Твой отец?

Генерал Доннелли был похож на человека, который не смог бы подчиняться чужим приказам.

Лицо Тины вытянулось.

– Нет, – ответила она, и ее нижняя губа задрожала. – Мой отец мертв.

– Что? Как?

Был ли он одним из тех, кто стал сопротивляться новому лидеру?

Ей потребовалось мгновение, чтобы собраться.

– Он был в комнате для экспериментов в тот день, когда ты сбежала.

Мне потребовалось мгновение, чтобы осмыслить ее слова. Экспериментальная комната была тогда заполнена лидерами, ожидающими увидеть демонстрацию моей силы. И я убила их всех. У меня перед глазами предстала картина с безжизненными телами, распростертыми на полу в лужах крови.

Слезы защипали мне глаза, и мое сердце опустилось.

– О, Боже, Тина. Я… я…

Как мне надо было извиняться перед человеком за убийство его родителя? У меня не было слов, и я знала, что моих соболезнований никогда не будет достаточно.

Она упала вперед, обхватив меня руками за талию.

– Эби, все в порядке. Я не сержусь на тебя. Я слышала, что случилось, что они сделали с тобой и Финном в той комнате. Это было неправильно и жестоко, и каждый из тех, кто пришел посмотреть на это, получил по заслугам.

Она отступила назад и вытерла слезы со щек.

– Мне потребовалось некоторое время, чтобы оплакать его смерть, особенно после Пайка, но я пришла к пониманию, что он находится сейчас в гораздо лучшем месте. Мой папа наконец-то свободен и он может быть снова с моей мамой.

Тина схватила меня рукой за подбородок и заставила посмотреть ей в глаза.

– Я прощаю тебя.

Я не выдержала.

Прощение было мощным средством. За несколько коротких мгновений она разбила мне сердце, а затем освободила меня.

– Спасибо, – выдохнула я, заключая ее в объятия. – Ты действительно настоящий друг.

– Я знаю.

Она улыбнулась.

– И к слову о друзьях.

Она встала и нервно сцепила руки.

– Скоро Арви нападут на бункер, и нам всем придется сражаться бок о бок. Если мы переживем это нападение, сопротивление покинет это место. Это наш шанс начать новую жизнь, свободную от угнетения.

– Сколько человек в сопротивлении?

– Несколько сотен, – ответила она. – Ты узнаешь тех, кто с нами, по красным лентам, которые на нас будут надеты.

Она схватила меня за руки и наклонилась вперед.

– Мы хотим, чтобы ты была с нами, Эби. Мы хотим, чтобы ты боролась вместе с нами за свободу.

В ту же секунду, как она упомянула о сопротивлении, я осознала, что всё это должно было вот-вот произойти.

– Кто возглавляет сопротивление? – спросила я.

Она повернулась к двери и наклонилась.

– Отец Хуана. Он второй по значимости в этом бункере, но он хороший человек. Справедливый человек. Он не пошел на твою демонстрацию в тот день, потому что посчитал, что то, что они делали с вами, было неправильно. Вот почему он жив. И именно поэтому он послал Хуана сторожить тебя. Они не хотят, чтобы ты исчезла таинственным образом.

От этой мысли у меня по спине пробежал холодок.

– Я рада, что на высоких постах есть хорошие люди.

– Нам лучше молиться о том, чтобы генерал Дрейк не пронюхал об этом.

Она нервно повернулась к двери, а затем снова посмотрела на меня.

– Итак, ты в деле?

– Ты же знаешь, что да, – ответила я.

Она взвизгнула и крепко меня обняла.

– О, боже. Они будут в восторге.

Она снова повернулась к двери.

– Мне нужно идти. Скоро увидимся, но будь осторожна. И когда всё начнется, доверяй только тем, у кого красные ленточки. Мы тебя прикроем.

– Спасибо тебе, Тина. Рада снова тебя видеть.

– Будь готова ко всему, – сказала она, а потом быстро ушла.

Я села на кровати и обдумала весь наш разговор. Теперь я была частью сопротивления. У меня была важная роль. Боже, в выживании было так много сложностей, что у меня закружилась голова.

Я вскочила с кровати и почувствовала себя немного легче. Нигде не болит. Похоже, что этот укол сработал довольно основательно, и я начала беспокоиться о том, что у него мог быть какой-нибудь сумасшедший побочный эффект.

Я чувствовала себя сильнее, внутри и снаружи. Вытянув руки над головой, я наклонилась и коснулась пальцев ног. Я могла теперь двигаться лучше, чем в последние недели. Если не считать шрама, я могла бы сказать, что была в лучшей форме за всю свою жизнь.

Взволнованная, я хотела увидеть Финна. Может быть, из-за того, что я была теперь сильнее, я смогла бы остаться с ним немного дольше?

После посещения ванной у меня оставалось еще около часа до того, как доктор Беннетт зайдет, чтобы проверить меня. Я откинулась на кровати и вышла из своего физического тела. Заглянув за дверь, я увидела Хуана, сидящего на стуле и читающего книгу. Другой, более молодой солдат, сидел по другую сторону от двери, и казалось, что он вот-вот заснет.

Я пошла по коридорам в сторону Финна. Когда я проходила через его дверь, я заметила, что он сидит на своей кровати.

Он сгорбился, упершись локтями в колени и сложив руки перед собой. Его челюсть сжималась и разжималась, что означало, что он был напряжен.

Когда я подошла ближе, он сел и провел пальцами по своим густым, растрепанным волосам, а затем по лицу. Он только что принял душ и побрился, и на нем были те белые бункерские брюки, которые придавали ему сексуальный вид.

Я придвинулась еще ближе, надеясь, что смогу вдохнуть его запах. Но я ничего не почувствовала. Мне нужно было прикоснуться к нему, почувствовать его. Я никогда не испытывала столько эмоций ни к одному человеку. Он был моим. Мой прекрасный герой, мой возлюбленный, тот, за кого я готова была умереть.

Я как раз собиралась наклониться к его уху и что-то прошептать, когда кто-то открыл дверь. Это был солдат, и я заметила пистолет в его правой руке.

– Финн Армстронг, я здесь, чтобы забрать тебя на службу.

Он протянул ему кое-какое боевое снаряжение и ботинки.

– Надень это немедленно, и встретимся в коридоре.

– Нет! – закричала я.

Я двинулась к солдату и замахнулась на него, но моя рука прошла сквозь него. Страх наполнил мои вены. Боже, помоги мне. Неужели они снова использовали Финна, чтобы подчинить меня?

Финн не сказал ни слова, но взял одежду и переоделся, а солдат ждал снаружи комнаты. Несколько минут спустя Финн вышел в коридор, полностью одетый.

– Следуй за мной, – сказал мужчина.

Я двинулась к нему и закричала:

– Финн!

Проходя мимо меня, он остановился и огляделся.

– Эби? – прошептал он, его глаза переместились в мою сторону.

Я раскрыла рот.

– Я прямо здесь.

– Двигайся, – начал подгонять мужчина, направив на него пистолет.

Финн повернулся, и они двинулись по коридору. Я последовала за ними.

– Что происходит? – спросил он, но солдат промолчал. – Эй, ты вообще собираешься мне рассказать?

– Просто двигайся.