Текст книги "Клятва Ненависти (ЛП)"

Автор книги: К. Халлман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Глава 26

Райдер

Не глядя ни на Мэддокса, ни на кого-либо другого, я проталкиваюсь сквозь толпу с Пенни, перекинутой через мое плечо.

Парни кричат, чтобы я вернулся, поделился ею с ними, как и должен был, но я продолжаю идти к выходу из бара.

Танк, наш вышибала, бросает на меня вопросительный взгляд, когда я прохожу мимо него, но не делает ни шагу, чтобы остановить меня. Хвала небесам. Не зря же его прозвали Танком, в конце концов.

Я спешу к концу здания, где припаркован мой грузовик, и усаживаю Пенни на пассажирское сиденье. Обойдя половину грузовика, я замечаю приближающегося Мэддокса. Твою мать.

– О чем ты, блять, только думал? – огрызается он на меня. – Ты что, совсем спятил?

– Я ухожу, – это все, что я говорю, хватаясь за ручку двери. Прежде чем я успеваю распахнуть ее, Мэддокс отпихивает меня от грузовика.

– Ты хоть понимаешь, что ты только что сделал?

– Я точно знаю, что я сделал. Это ты не понимаешь, какую ошибку ты совершил, – выплюнул я в ответ, толкая его в плечи. – Я же тебе говорил! Я говорил тебе, что я, блять, сам со всем справлюсь, но ты должен был вмешаться. Ты должен был позаботиться о том, чтобы добиться своего.

Мы знакомы с Мэддоксом уже пять лет, и я могу по пальцам одной руки пересчитать количество раз, когда мне удавалось наблюдать какие-либо эмоции на его лице. Сейчас нет никаких сомнений в том, что он чувствует. Полнейший шок. Он абсолютно шокирован моими словами.

– Когда я не держал свое слово? Когда я хоть раз не сдержал свое слово? За пять лет я ни разу, не единого раза не дал тебе повода усомниться во мне, и все равно тебе пришлось пойти против меня.

– Я делаю то, что лучше для клуба, – говорит он, теперь немного более спокойно. – Это все, о чем я забочусь.

– Возможно, в этом твоя проблема. Я тоже забочусь о клубе, но это не значит, что я не могу заботиться о чем-то еще вместе с ним.

– Ты хочешь сказать, что ставишь ее выше клуба? – Мэддокс указывает на кабину моего грузовика.

– Я говорю, что защищаю то, что принадлежит мне. Это касается и клуба, и ее.

– Ты слеп. Это не более чем баба, которая наебала тебя один раз. Она собирается наебать тебя снова, и на этот раз я дам тебе сгнить в тюрьме, – Мэддокс отворачивается от меня.

– Пошел ты, – я открываю дверь и забираюсь в грузовик. Включив двигатель, я смотрю, как мой лучший друг возвращается в бар без меня, и не могу не задаться вопросом, не совершил ли я только что самую большую ошибку в своей жизни.

* * *

Мы едем в полной тишине, и это хорошо, потому что я не доверяю себе, чтобы сказать что-нибудь прямо сейчас.

Я подъезжаю к мотелю на другом конце города и паркую машину. Когда я выхожу, Пенни следует за мной в обветшалый вестибюль.

Она стоит рядом со мной, пока я оплачиваю номер.

Получив на стойке ключ-карту, я поворачиваюсь и двигаюсь вперед по дорожке, пока мы не подходим к нашему номеру. Мне не нужно оглядываться, чтобы убедиться, что Пенни следует за мной. Я чувствую ее, даже если мы не касаемся друг друга. Даже если я не слышу ее шагов, я знаю, что она рядом.

Войдя в комнату дерьмового мотеля, я включаю свет и сажусь на кровать, опускаю голову на руки и провожу ногтями по коже головы. Мне хочется вырвать свои гребаные волосы.

Я облажался. Действительно облажался сегодня, но какой у меня был выбор? Или это, или смотреть, как парни трахают Пенни у меня на глазах. Одна только мысль об этом подстегивает мой гнев. Мои мышцы вибрируют, руки трясутся, и все, что я хочу сделать, это ударить что-нибудь. Отпустить этот гнев.

Дверь закрывается, и я слышу, как задвигается засов. Кроме моего неровного дыхания и сердца, злобно бьющегося о грудную клетку, в комнате царит тишина.

Я чувствую, как Пенни становится передо мной, ее маленькие руки осторожно касаются моих предплечий.

– Скажи мне, что я могу сделать? Что я могу сделать, чтобы тебе стало лучше?

Ее вопрос застает меня врасплох. Что она может сделать? Ничего. Она снова застает меня врасплох, когда становится на колени между моих ног.

– Райдер, пожалуйста, скажи мне, что я могу сделать? Я сделаю все, что угодно, – ее голос наполнен эмоциями, и я знаю, сколь значимы ее слова.

– Если ты не хочешь, чтобы я выпустил свой гнев на тебя, тебе стоит отступить прямо сейчас.

– Тогда сделай это… делай все, что хочешь. Сделай мне больно. Выпусти это наружу. Делай со мной все, что хочешь.

Убрав руки от лица, я смотрю на нее. Она стоит на коленях, но ее голова высоко поднята, взгляд решительный, плечи расправлены, спина прямая. Если она и напугана, то не показывает этого.

– Делай со мной все, что хочешь? – я повторяю ее слова. – Ты не понимаешь, о чем говоришь. Ты не хочешь, чтобы я принял твое предложение, – предупреждаю я, но ее решимость не ослабевает.

– Хочу. Я могу выдержать это, и я верю, что ты не зайдешь слишком далеко.

Подняв руку, я обхватываю пальцами ее тонкое горло, как делал это раньше. Она не вздрагивает, не двигается и даже не моргает.

– Ты уверена, маленькая сова? Ты уверена, что сможешь справиться с этой моей стороной?

– Да, – она слегка кивает, ее глаза не отрываются от моих. Я чувствую ее учащенный пульс под моим прикосновением, но я не уверен, связано ли это со страхом или волнением.

Одним быстрым движением я перемещаю ее на кровать, а сам нависаю над ней. Не убирая руку от ее горла, я использую свободную, чтобы раздеть ее. Ее грудь вздымается и опускается, но она не сопротивляется. Ее руки неподвижно лежат рядом с телом, в то время как я срываю с нее одежду, пока она не оказывается полностью обнаженной подо мной.

Подобно подношению, она лежит на кровати. Полностью подчиняясь мне, она отдает мне свое тело во всех отношениях. Она предоставляет мне всю власть, и это именно то, что мне сейчас нужно. Вернуть себе ощущение контроля.

Я чувствую, как гнев вытекает из моего тела, оставляя после себя сильное желание трахнуть ее до бесчувствия. Трахнуть ее любым способом, каким захочу.

Наклонившись, я захватываю губами ее упругий сосок, провожу языком по нежной коже, а затем резко всасываю его. Она подавляет стон, и ее спина слегка выгибается, прижимая ее сиськи к моему лицу.

Проведя зубами по ее нежной плоти, я легонько прикусываю, достаточно, чтобы причинить немного боли. Пенни хнычет, но не двигается и не отталкивает меня.

Скользя свободной рукой по ее животу, я проникаю между ее ног, раздвигая пальцами ее складочки. Она уже мокрая, и мои два пальца с легкостью проникают в ее киску, пока я продолжаю дразнить ее грудь, покусывая, посасывая и облизывая все, что мне нравится.

Отпустив ее сиськи, я приподнимаюсь, чтобы видеть ее лицо, пока я трахаю ее пальцами. Я ожидал увидеть хотя бы намек на страх, но все, что я обнаружил, это раскрасневшиеся щеки, слегка приоткрытые губы и расфокусированный взгляд.

Я крепче сжимаю ее горло и ввожу третий палец в ее тугую киску. Ее глаза встречаются с моими, но затем резко закрываются. Она хватает руками простыни рядом с собой, словно ей нужно за что-то ухватиться.

– Уже жалеешь о своем предложении?

Она качает головой, но глаза остаются закрытыми.

– Делай все, что хочешь.

Я не знаю, почему она подталкивает меня сейчас. Я также не понимаю, почему я хочу надавить на нее в ответ. Почему я хочу испытать ее границы. Я просто хочу.

– Развернись, – приказываю я, вытаскивая пальцы из ее киски и отпуская ее шею. – Я хочу, чтобы ты стояла на руках и коленях.

Она немедленно повинуется, разворачиваясь, она встает на четвереньки.

– Раздвинь ноги шире. Попка в воздухе, – и снова она беспрекословно следует моим указаниям. Ее ноги широко расставлены, попка выпячена, открывая мне полный обзор.

Я раздеваюсь донага в считанные секунды. Мой член настолько тверд, что это причиняет боль. Я сажусь на кровать позади нее, хватаю ее за ягодицы и раздвигаю их еще больше.

Наклонившись, я провожу языком по всему пути от ее клитора до сморщенной дырочки. Она напрягается, но ничего не говорит.

Я продолжаю дразнить ее в этом месте, погружая язык в тугое колечко мышц, пока не чувствую, как она расслабляется.

Выпрямившись, я беру свой член в руку и направляю к ее киске. Скользя головкой по ее киске, я собираю всю влагу, прежде чем прижаться к ее входу.

Со стоном я глубоко проникаю в нее, заполняя ее киску одним толчком.

Блять… Она чувствуется так хорошо. Моя голова плывет. Я могу потеряться в этих ощущениях, потеряться в ней.

Я отстраняюсь, чтобы снова погрузиться в нее, снова и снова. Каждый толчок заставляет ее тело подаваться вперед.

Протянув руку между ее лопаток, я толкаю ее вниз, прижимаю ее верхнюю часть тела к матрасу, а другой рукой крепко сжимаю ее бедро. С вновь обретенным рычагом трахаю ее так, как всегда хотел, жестко и быстро.

Я не знаю, как долго я трахаю ее так. Минуты? Часы? Понятия не имею. Я потерял всякое ощущение времени, впечатывая ее в матрас.

Лишь когда я чувствую, как мой оргазм нарастает у основания позвоночника, я замедляюсь и ослабляю хватку на ней.

Ощущения слишком хороши, чтобы закончиться так скоро. Я хочу, чтобы это длилось всю ночь, если возможно.

– Ты все еще со мной, маленькая сова? – спрашиваю я, задыхаясь, проводя рукой вверх и вниз по ее позвоночнику. Она вздрагивает, но снова прижимается ко мне попкой.

– Да, – бормочет она, прижимаясь щекой к матрасу.

– Ты сказала, что я могу делать все, что захочу, – указываю я, пробегая пальцем по дырочке в ее попке.

– Да, – она задыхается, когда мой большой палец обводит ее заднему отверстию.

Ухмыляясь, я продолжаю массировать ее сжатую дырочку, одновременно лениво трахая ее. Когда я понимаю, что она достаточно расслабилась, я отстраняюсь, чтобы собрать влагу из ее киски и размазать по заднему входу.

Она хнычет, когда я ввожу большой палец в тугое колечко мышц, но когда я несколько раз ввожу и вывожу его, она начинает стонать в простыни. Я знал, что ей это понравится.

Вытащив большой палец, я заменяю его головкой члена.

– Оставайся расслабленной, не напрягайся, – предупреждаю я, прежде чем медленно войти в нее. – Черт… ты такая тугая, – настолько тесная, что я не думаю, что смогу это сделать, не причинив ей боли. Во всяком случае, не таким образом.

Обхватив ее за талию, я притягиваю ее к себе и прижимаю к груди. Я обхватываю ее другой рукой, а затем скольжу между ее бедер, нащупывая ее набухший клитор.

– Кончи для меня, – я выдыхаю в ее ухо, не переставая поглаживать ее клитор. – Вот так, впусти меня.

Ее голова закидывается на мое плечо, и я использую это новое положение и осыпаю ее шею и плечо легкими поцелуями.

Она расслабляется в моей хватке, и мой член проникает внутрь на дюйм, заставляя ее стонать. Ее тонкие пальцы обхватывают мое запястье, но не отталкивая меня, а прижимая к себе.

Я погружаю три пальца в ее киску и потираю ладонью ее клитор, одновременно погружая член до конца в ее попку. Она вздрагивает, и с ее губ срывается тихий хнык. Ее острые ногти впиваются в мою кожу, и я шиплю от боли.

– Блять… – мои яйца шлепаются о ее кожу, пока я трахаю ее задницу. Одновременно я погружаю пальцы в ее другое отверстие.

– Райдер, – скулит она, ее ногти все глубже впиваются в мою кожу.

– Это и было твоей целью? – мой голос такой низкий и хриплый, что я едва могу признать его своим. – Ты хотела, чтобы я взял тебя именно так? Трахнул тебя, словно ты моя игрушка?

Мои грубые слова окончательно её подводят. Все ее тело конвульсирует, а из горла вырывается придушенный крик. Ее спина выгибается, а ее попка сжимает меня так сильно, что это вызывает мой собственный оргазм.

Я прижимаюсь к ней, цепляясь за ее стройное тело, когда кончаю глубоко внутри ее задницы. Комната кружится, и я вижу звезды. Разрядка накатывает на меня волна за волной, голова затуманилась, а тело ослабло настолько, что я больше не могу поддерживать себя.

Рухнув на кровать, я прижимаю ее тело к себе, пока не удается перевести дух.

Когда я, наконец, вновь обретаю контроль над своим телом, я поднимаюсь, чтобы убедиться, что с Пенни все в порядке. Она все еще тяжело дышит, тонкий слой пота покрывает ее тело. Я смахиваю влажные волосы с ее шеи и нежно целую ее.

Я хочу спросить, все ли с ней в порядке, но, взглянув на ее лицо, я знаю ответ. Выражение ее лица расслабленное, спокойное и сытое. Ее губы даже растянуты в крошечной улыбке. Глаза уже закрыты, и, несмотря на то, что она лежит на этой дерьмовой кровати в мотеле, похоже, что она собирается выспаться лучшим образом.

Осторожно выхожу из нее, морщась от холода и потери контакта.

Сходив в ванную, я достаю мочалку и смачиваю ее теплой водой. Когда я возвращаюсь к кровати, то обнаруживаю, что она не сдвинулась ни на дюйм, а ее глаза закрыты. Она выглядит полностью изможденной.

Она не вздрагивает, когда я вытираю у нее между ног, и не шевелится, когда я приподнимаю ее тело, так что ее голова оказывается на одной из хлипких белых подушек.

Прежде чем лечь, я дважды проверяю замок и окно. Достав из куртки пистолет, я убеждаюсь, что он заряжен, и кладу его на тумбочку. Это место и эта комната совершенно небезопасны, но на сегодня вполне сойдет. Завтра я найду что-нибудь получше.

Ложась на кровать рядом с Пенни, я накрываю нас шершавым одеялом из мотеля и прижимаю ее обмякшее тело к своей груди.

Сегодняшний день выдался на редкость поганым, но, по крайней мере, у меня есть это… она в целости и сохранности в моих объятиях. Даже если это продлится недолго.

Глава 27

Пенни

Открыв глаза, я осматриваю незнакомую обстановку. Спустя мгновение события вчерашнего вечера вновь нахлынули на меня.

Райдер лежит рядом со мной, тонкое одеяло накинуто на нижнюю половину его тела, а широкая грудь выставлена на всеобщее обозрение. У меня возникает желание придвинуться ближе, прижаться к нему, провести рукой по его голой груди и покрыть поцелуями всю его кожу.

Любуясь его телосложением, я вспоминаю, чем мы занимались прошлой ночью… как он трахал меня жестче, чем я думала, что когда-либо смогу выдержать. Я не лгала; я полностью доверилась ему, отпустив свои страхи. Я бы позволила ему делать все, что он хочет, потому что знаю, что он не зайдет слишком далеко. Он не причинит мне боли, не подтолкнет меня за грань.

Я отдалась ему, и в ответ он подарил мне самый умопомрачительный оргазм. Господи, я буквально потеряла сознание после этого.

– Я слышу, о чем ты думаешь, – пробормотал он, не открывая глаз.

– Что ты слышишь? – с любопытством спрашиваю я.

– Ты думаешь о том, как хорошо я сейчас выгляжу, – он ухмыляется, и я едва не отдергиваю руку.

Это что-то новенькое. Его игривая сторона. Комфорт, который я чувствую рядом с ним.

– На самом деле, ты почти угадал, – при моем ответе его глаза распахиваются, его брови приподнимаются, одаривая меня вопросительным взглядом.

– Продолжай, – дразнящим тоном говорит он.

– Я думала о том, чтобы прикоснуться к тебе. Может быть, поцеловать тебя, – шепчу я последнюю часть, внезапно почувствовав себя уязвимой.

– Я не знаю, будет ли это разумно. Прикосновения могут привести к сексу, а я уверен, что сегодня утром у тебя немного болит.

Тяжело сглатывая, я сжимаю бедра вместе. Движение подтверждает, что у меня действительно болит. Это не ужасная боль, скорее тупая боль. Это то, с чем я готова столкнуться снова, лишь бы почувствовать себя так, как прошлой ночью.

– Мм, да. Мне больно, но не в плохом смысле. Не похоже на боль в ребрах после того, как кто-то ударил меня в живот. Скорее, как болят мышцы после тренировки. Ты чувствуешь это, но это не совсем боль, скорее дискомфортное напоминание о том, чем ты занимался прошлой ночью.

– Так я и думал, – Райдер сбрасывает одеяло со своего обнаженного тела и встает, разминая спину. Я наблюдаю за тем, как напрягаются его мышцы, и чувствую, как моя сердцевина нагревается, несмотря на то, что я думала об этом всего несколько минут назад. Почему он так влияет на меня?

– Что же будет теперь? – спрашиваю я, пытаясь отвлечься. Цепляясь за одеяло, я натягиваю его, прикрывая свои затвердевшие соски.

– Я не знаю. Но мы не можем оставаться здесь, – он запускает руки в волосы. – Пойдем позавтракаем. Мне нужно немного топлива для мозгов, прежде чем я смогу думать.

– У меня есть время на быстрый душ?

– Конечно, – он кивает и смотрит, как я встаю.

Даже спустя столько времени странно, что Райдер смотрит на меня таким образом, когда я голая. Он рассматривает мою обнаженную фигуру, как произведение искусства, как дорогое блюдо в пятизвездочном ресторане. Которое он хочет поглотить.

Я прохожу мимо него в ванную. Райдер тихо следует за мной, держась позади, когда я включаю воду.

Держа руку под струями, я жду, пока вода нагреется, а затем захожу в душ. Райдер с ухмылкой на лице заходит следом за мной.

Как и в прошлый раз, он моет меня с головы до ног. В ответ я делаю то же самое для него.

Мы ополаскиваемся и вытираемся тонкими полотенцами из мотеля.

Я ненавижу одеваться во вчерашнюю одежду, но у меня нет особого выбора.

Когда мы оба полностью одеты, мы выходим из номера мотеля, и Райдер отвозит нас в небольшую закусочную на окраине города.

В закусочной довольно много народу, что, вероятно, объясняется тем, что сегодня воскресное утро. Как и везде, куда мы ходим вместе, Райдер получает грязные взгляды. Приглушенные голоса окружают нас, когда мы садимся в самую дальнюю от входа кабинку. Райдер либо не замечает этого, либо ему просто все равно.

Официантка подходит, чтобы принять наш заказ, вскоре после того, как мы садимся. Она примерно моего возраста, но ее ярко-рыжие волосы, проколотый нос и походка говорят о том, что мы не можем быть более разными.

– Привет, меня зовут Эбби, и сегодня я буду вашим официантом, – со скукой произносит она свое приветствие. – Что вам принести? – спрашивает она, жуя жвачку. В руке у нее карандаш и маленький блокнот.

– Два завтрака, сладкий чай и кофе для нас обоих, – заказывает Райдер.

– Будет сделано, большой мальчик, – говорит она с подмигиванием и забирает меню со стола. – Мне нравятся мужчины, которые заказывают для своей женщины.

Я жду, что Райдер поправит ее, но он просто кивает, даже не поднимая на нее глаз. Вместо этого он сканирует ресторан, вероятно, в поисках угрозы. Может быть, он просто не услышал ее.

Я смотрю, как Эбби уходит в своем слишком узком и слишком коротком платье. Очевидно, она не из тех, кого пугает Райдер. На самом деле, у меня противоположное впечатление. Мне кажется, он ее привлекает.

Моя догадка подтвердилась, когда она вернулась с нашими напитками. Она ставит кофе и чай, затем вытирает воображаемое грязное пятно со стола. Оно оказывается напротив Райдера, поэтому ей приходится наклониться к нему, открывая ему полный вид на свое роскошное декольте.

В голове сразу всплывают полуобнаженные женщины в клубе, которые бросаются на мужчин. Мне всегда было интересно, где они находят таких женщин. Наверное, в таких забегаловках, как эта.

Она уходит, и я ловлю ухмылку на лице Райдера.

– Ты ревнуешь, маленькая сова?

– Нет, – наполовину лгу я. Ну ладно, может, и ревную. Она уверенная, бесстрашная и явно в вкусе Райдера. – Может быть, немного, – признаю я.

– Ревность смотрится на тебе неплохо. Я постараюсь, чтобы в будущем ты ревновала почаще, – он откидывается на спинку кресла и продолжает осматривать ресторан.

Я не придаю слишком большого значения его словам, но не могу удержаться от попыток проанализировать их. Означает ли это, что он хочет, чтобы я была рядом с ним в будущем?

Вскоре Эбби, наша официантка, приносит нашу еду. И снова она бесстыдно флиртует с Райдером, хлопая ресницами и наклоняясь при каждом удобном случае. Несмотря на то, что теперь я знаю, что он нарочно продолжает с ней кокетничать, во мне поднимается гнев. Я не хочу, чтобы он флиртовал с ней или с кем бы то ни было, в шутку или нет.

– Хватит дуться, – говорит Райдер в середине трапезы. – Ты смотришь на меня так, словно я собираюсь трахнуть ее в уборной.

– Насколько я знаю, ты бы так и поступил, – я пожимаю плечами.

– Нет. У меня ни с кем не было секса с того дня, как ты вошла в бар.

Я смотрю на него, изучая его лицо, пока он продолжает есть. Он не лжет, по крайней мере, я так не думаю. Я была уверена, что у него наверняка был секс после моего ухода. На самом деле я подавляла эту мысль.

– Почему?

– Я не хотел, – Райдер запихивает в рот еще один кусок бекона, затем тянется через стол и забирает еще один с моей тарелки. – К тому же, я был слишком занят, преследуя тебя.

В следующий раз, когда Эбби возвращается, чтобы убрать наши тарелки, Райдер полностью игнорирует ее. Он даже не отвечает, когда она спрашивает, готовы ли мы расплатиться.

– Да, конечно, – говорю я ей.

– Это будет совместно или раздельно?

– Совместно, – рычит Райдер, заставляя Эбби слегка подпрыгнуть.

Она убегает, а Райдер поднимается. Достав из кармана две двадцатидолларовые купюры, он бросает их на стол и начинает уходить. Я выхожу из кабинки и следую за ним, как потерянный щенок.

– Теперь, когда ты поел, ты знаешь, куда отправиться дальше?

– Сегодня воскресенье, – говорит он, словно я должна знать, что это значит. – День отдыха, – объясняет он.

Мы выезжаем со стоянки и возвращаемся на шоссе. Я не знаю, куда мы едем, но мы направляемся прочь из города.

Все еще измотанная прошлой ночью, я устраиваюсь поудобнее и немного дремлю.

Через некоторое время я просыпаюсь от толчка, когда грузовик останавливается. Дезориентированная, я оглядываюсь вокруг. Мы находимся в другом отеле, но этот отель – полная противоположность тому, в котором мы останавливались прошлой ночью. Он хороший, действительно хороший.

– Что мы здесь делаем?

– Отдыхаем, – объясняет Райдер, словно это самая очевидная вещь в мире. – Подожди здесь, я сниму нам комнату, – он выходит из грузовика, потом останавливается. – Вообще-то, пойдем со мной.

– Хорошо, – я вылезаю из кабины, радуясь, что он не оставляет меня одну. Пусть даже на несколько минут. Я лучше побуду с ним.

Мы вместе входим в шикарный вестибюль, выглядя совершенно неуместно и плохо одетыми. Ради всего святого, администратор в костюме. Я уверена, что он собирается попросить нас уйти, потому что мы не можем позволить себе остаться здесь, или, по крайней мере, скажет, что свободных мест нет.

К моему полному шоку, он приветствует нас с яркой улыбкой, не обращая внимания на наш внешний вид.

– Добро пожаловать в «Гранд Левин». У вас забронирован номер?

– Нет, я бы хотел снять номер на сегодня. Ну, точнее, на сегодня и на ночь. Я знаю, что еще рано, так что если понадобится оплатить две ночи, это будет нормально, – объясняет Райдер.

– Обычное заселение в два часа, но вы можете снять номер с ранним заселением. Дополнительная плата составит всего 100 долларов, нет необходимости платить за полную ночь.

– Звучит отлично.

– У меня есть прекрасный люкс с видом на атриум за 429 долларов за ночь, не считая завтрака, – он, наверное, думает, что мы сейчас уйдем, но Райдер просто достает свою кредитную карту и водительские права и протягивает ему. Если администратор и удивлен, он хорошо это скрывает.

Через минуту он вручает нам ключ от номера, и мы направляемся к лифту. Пока мы идем по отелю, я восхищаюсь тем, насколько здесь красиво: высокие потолки, блестящие мраморные полы, светлые обои с узором пейсли на стенах.

Номер такой же шикарный, каким я его себе представляла. Больше, чем любая спальня, в которой я когда-либо была. Она выглядит как из журнала по интерьеру. В центре расположена кровать королевского размера, покрытая по меньшей мере восемью аккуратно сложенными подушками. На стене перед кроватью висит огромный телевизор с плоским экраном.

Райдер разувается и ложится на кровать с пультом в руках.

– Давай, устраивайся поудобнее, – он похлопывает по месту рядом с собой.

Я хватаю одну из бутылок воды, стоящих рядом с дорогой на вид кофеваркой, и присоединяюсь к Райдеру на кровати.

Он включает телевизор и начинает перелистывать каналы, остановившись на боевике.

Это так странно.

Лежать в постели с Райдером и смотреть кино – это так… нормально. И это не то, чем мы часто занимаемся. Я собираюсь спросить его, нравится ли ему подобное, хочет ли он, чтобы подобное было между нами постоянно, но потом вспоминаю, как все закончилось в прошлый раз, когда я задала ему подобный вопрос. Поэтому я решаю прикусить язык и наслаждаться моментом.

Наслаждаться моментом, пока он длится.