Текст книги "Ошейник Омерта (СИ)"

Автор книги: Иван Лагунин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

«Удар Захра»!

Невидимый конус опрокинул двух его подельников. И тут же в бой вступили мои сотоварищи. Бугор накинулся на самого здорового из наших противников. Более чем двухметрового зеленокожего с тупой лыбой. Жвач же, взревев, словно лев, диким в прыжке свалил другого здоровяка.

Голова у лысого крепыша оказалась чугунной. Обычный бы человек после такого удара не встал бы, этот же вскочил, как ни в чем ни бывало, и ринулся на меня, безумно вращая глазами и рыча что-то невнятное.

Челюсть таки я ему, похоже, своротил.

Бам!

За секунду до столкновения что-то ударило меня в живот, сбивая дыхание.

Умение! Черт подери. В эту игру можно было играть вдвоем.

Я едва успел увернуться от несущегося, как паровоз, карлика. В манере боя он здорово напоминал Бородуна.

Вслед за лысым, на меня напал и его подручный. Высокий остроухий вытянул руку, и я почувствовал еще один удар под дых.

Благо, это все, что он успел сделать. Бугор походя снес его локтем. Я же накинул на себя «Восстановление Дыхания» и сам перешел в атаку. Почему-то атаковать у меня получалось значительно лучше, чем обороняться.

Крепыш уже снова несся на меня рассерженным бычком.

Н-на нах!

В момент, когда я доставал из Инвентаря ржавый кинжал, я взмолился богам, чтобы удача обошла меня в этот раз стороной. Умение метать ножи работало у меня через раз, проблесками.

Бам!

Кинжал ударил Ханука рукоятью точно в лоб!

Фух!

Бородач завихлял, потерял скорость и направление и рухнул прямо к моим ногам. Он был все еще в сознании, пытался встать, но на какое-то время удар рукоятью кинжала превратил его мозг в желе. И я ни за что собирался терять этот шанс.

Два аккуратных удара по кумполу ногой и он, наконец, вырубился.

К этому времени еще двое из пяти нападавших тоже лежали мордой в грязь, а еще двое позорно сбежали.

Впрочем, хотя и позорно, но весьма дальновидно!

– Эх, хорошо размялись! – буквально промурлыкал Жвач, выворачивая сцепленные ладони до хруста. Под левым глазом наливался огромный фингал, но его это мало беспокоило.

– Ага. Но теперь ждать гостей.

– Да?

– А ты думаешь, что он не под кем не ходит? Спорю на что угодно, здесь поделен каждый дюйм! – хохотнул Бугор.

Вот в таком состоянии он мне нравился значительно больше, чем в состоянии раздавленного тюфяка.

– А вот теперь пора подумать об исполнении моего плана.

Глава 34

Хрен под именем Хишимр напоминал огромную бородавчатую жабу. Семь подбородков, подслеповатые глазки меж набрякших век, огромная полная мелких зубов в пять рядов пасть от уха до уха. Что в нем было от Джаббы Хата из «Звездных войн».

Хишимр был настоящим живым компьютером. Точно знал, кто и сколько заносил налога и налету переводил в Хрустальную Пыль любой другой «рес». Хишимр был свободным разумным и работал на Хозяев не за страх, а за совесть. Об этом я узнал вчера за кружкой какого-то многоградусного пойла в забегаловке в одном из бараков.

– Вот, – сказал я, вываливая перед Хишимром туго набитый мешок с высушенными внутренностями Нижних Тварей.

– Ты ведь и твои друзья новенькие, – прохрипел он, показав глазами на Бугра и Жвача за моими плечами. – Откуда столько? Кого-то грабанули?

– Мы же цивилизованные люди, – ощерился я. Бородавчатый почему-то мне понравился. – Бьем только в ответ.

Хишимр извлек из Инвентаря длинный острый кинжал, вспорол завязки мешка и принялся деловито перебирать острием всю эту сушеную гадость.

– Гм, что ж… Неплохо, весьма неплохо. Ты и твои друзья уплатили налог за одиннадцать с половиной дней, – сказал он.

– Мы можем добыть больше, если ты дашь нам людей.

В больших глазах живой жабы промелькнул интерес.

– Я не волен распоряжаться теми, кто живет в Копях.

– Но ты можешь подсказать, к кому обратиться. А еще мне нужны пруды. И чтобы ни один говноед не отвлекал меня от добычи ресурсов, – сказал я и добавил. – И тогда пятая доля будет твоей.

Взгляд Хишимра мгновенно заледенел.

– Я не беру взяток, новичок! Я служу господам акционерам за совесть!

– Хорошо, – легко согласился я. – Тогда все, что мы соберем, пойдет в их закрома к их вящей пользе! Так тебя устроит?

Хишимр задумчиво покусал губу и еще раз смерил взглядом лежащий перед ним мешок с ресурсами.

– Все, что идет на вящую пользу акционерам – благо. В этом ты прав, – проговорил он. – И вы действительно хорошо поработали за эти дни. Если у вас будет хотя бы полудюжина разумных… и вы поднимите их производительность хотя бы до трех четвертей своей…

Некоторое время Хишимр бормотал, глядя на небо, прикидывая прибыль и так, и эдак.

– Хорошо, ты получишь три дальних пруда. Вон там у камней. И я дам тебе Гурцла. При нем никто не посмеет вас трогать. Но его долю также заплатите вы. Гурцл поможет подобрать охотников.

Я хотел, было, пожать ему руку, но они были, мало того, что все в бородавках, так еще и покрыты какой-то слизью. Потому, ограничился кивком.

Пруды у камней котировались не слишком высоко. И из-за того, что были довольно мелкие, и из-за того, что здесь можно было нарваться на излишне агрессивных тварей. Раз в день стабильно кто-то из рабов вытягивал не ту гадину и подвергался атаки из тумана. Таких тварей местные называли «демонами». Они подолгу таились у самой кромки этой реальности. Чаще всего стражники их отгоняли, но иногда они успевали собрать кровавую жатву. Бедолаги исчезали бесследно, не оставляя даже пепла. И больше не возрождались.

Кстати, о возрождениях. В поселении был свой Обелиск. К которому всех нас заставили привязаться. Ощущение это было не из приятных. Тебя словно с корнем выдирали из одного места и насильно впихивали в другое. Мне даже показалось, что сей процесс был… как бы это сказать… «ненатуральным», не входил в стройно выстроенную Систему.

Спустя час близ нашей компании объявился невысокий плешивый хрен в жилетке на голое тело. На его плечах виднелись зоновские татуировки. Какие-то звезды, кресты. Охранник. Не раб.

– Это вы чтоль, братки, нашей жабе дохренища ресов обещали? – сказал он, по блатному растягивая слова. Впрочем, настроен был весьма дружелюбно.

– Мы. Ты Гурцла будешь? – спросил я.

– Агась. А ты шо, братан, с Земли?

– Оттуда.

Гурцла тут же расплылся в улыбке.

– Землячок, значится, братуха. А где высадился?

– В Чаграке.

– Чаграке… М-м-м… – он почесал окруженную венчиком волос плешь. – Хрен его знает, где это. Я с Кензаса. Это на севере отсюда.

– Чаграк на западе… Был. Нет его больше, – угрюмо сказал Бугор.

Гурцла оказался весьма вменяемым хреном. Болтливым до невозможности, но это в нашем положении был скорее плюс. Хотя, о важных вещах он не распространялся, по мелочи о местных раскладах мы узнали предостаточно.

Но в то же время, с ним нужно было держать ухо в остро. Вопросик здесь, вопросик там. Он изучал нас, оценивал. На деле особых тайн у нас не было. Единственное, о чем я не собирался распространяться, так это о том, что являюсь Черным. Но Жвач о том не знал, а Бугор был не дурак, чтобы трепаться о таких вещах направо и налево.

К обеду Гурцла собрал нам команду из семи рабов. Как видно, «жаба» решила выдать нам картбланш, чтобы посмотреть, чего мы реально стоим. Вариантов, собственно, было два. Или мы как-то намутили такое количество ресурсов, или реально сумели их добыть.

– Сейчас, господа, здесь появится много вкусных тварей. Ваша задача выбирать из них тех, что послаще, вытягивать и половину отдавать мне.

– А ты часом, не охренел ли, «господин»? – с ненавистью сплюнул один из охотников. Лысый раб с покрасневшими по локоть от долгой охоты руками. Он был болезненно худ, но жилист, и уже порядочно изъеден гнойниками.

Жвач вразвалочку подошел к рабу и лениво смазал его по морде. От чего тот с разбитым носом рухнул на землю.

– Я никого не держу. Но даже половинная доля у меня, будет заметно больше, чем вы насобираете в других прудах, – сказал я, искоса наблюдая за Гурцлой.

Пока что тот не вмешивался, с полуулыбочкой стоя в стороне и грызя какой-то фрукт. Уверен, каждое слово и каждое действо здесь уже завтра будет известно Хишимру.

Лысый поднялся, сплюнул кровь, но не ушел.

– Десять минут на подготовку и приступим, – сказал я и позвал Тень.

Это был рискованный момент. Она откликалась далеко не всегда, иногда блуждая слишком далеко.

«Тень! Явись!»

Минута текла за минутой, а ее все не было.

«Тень, твою мать!»

«Да, Хозяин!»

Фух.

И дело пошло!

Не знаю механику этого процесса, но на моего призрака Нижние твари сбегались просто таки толпами.

Первоначальное удивление у приданных нам людей вскоре вылилось в азарт. Они носились вдоль кромки прудов, выискивая самых «вкусных» тварей и не обращая внимания на те, которых еще вчера с трудом выслеживали часами. Бугор и Жвач изредка помогали вытащить ту или иную гадину, я же отошел побеседовать к Гурцле.

Мы поболтали о том, о сем и я как бы невзначай спросил:

– Это правда, что спустя год, они снимают Ошейник?

Перед тем, как ответить, Гурцла пожевал губами и длинно сплюнул.

– Бывает, братан. Но не все так просто. Ты здесь всего несколько дней. Не стоит загадывать так далеко. Год… это очень долго.

– Так что же там «непросто»?

– Ну, во-первых, этот год надо прожить. А во-вторых… каждый из вас стоил звонкую монету. Думаешь, Акционеры будут спокойно смотреть, как их капитал утекает сквозь пальцы? Ха-ха!

Сука! Так и знал!

Гурцла еще раз сплюнул.

– Но шанс есть. Акционеры не дураки. Понимают, что имея надежду люди работают лучше, а глупостей делают меньше. Спустя год раб может бросить вызов Арене. Коль пройдет ее – гуляй на все четыре стороны, или… или оставайся здесь. Но уже в другом статусе.

Он ощерился, дернул головой, разминая мышцы, и я вдруг заметил то, что должен был заметить раньше. След от Ошейника.

– Потому, мой совет, братан. Просто живи. На самом деле, Копи не самое плохое место в Городе. Уж ты-то сможешь здесь устроиться. Живи и выживи.

Да уж… Обнадеживающее напутствие…

И как раз в этот момент один из охотников дико заверещал. Истошно вопя, он забился в ореоле брызг и Накипи. Крепко уцепив бедолагу за ногу, его тащила в воду зеленая, вся в роговых наростах, многосуставчатая рука.

– Демон!

– Демон в луже!

– Валим!

Вся группа наших охотников в едином порыве брызнула во все стороны. И весьма вовремя. Вокруг сгустилась мгла. Кричащий человек вдруг замолк и исчез в клубах тумана. Туман, словно живое существо, быстро наступал на наши прудики.

Я в растерянности оглянулся на Гурцла.

– Что стоишь? Валим! Сейчас пребудет подкрепление! – рявкнул тот, пятясь от накатывающего туманного прибоя.

– Демон!..

– Демон явился!..

Сообщение о явившейся из Нижнего мира агрессивной твари быстро пошло к поселению. Все мои сотоварищи уже вовсю показывали пятки, я же все медлил. За эти дни я не раз был свидетелем пришествия демонов, как их называли, но еще ни разу не видел их вблизи.

Орал Гурцла, что-то кричал Бугор, а я же заворожено смотрел на приближающийся туман, в котором виднелись неясные тени.

Страха не было. Я уже не раз имел дело с Силой Нижних. И даже побеждал того, кто хапнул ее слишком много.

– Он идет, Хозяин! Он тут! Опасайся! – взвыла в голове Тень, но я все не двигался, завороженный приближением демона.

Сила Нижних манила, как отравленная красота. Она была знакома откуда-то из прошлой жизни. В иных местах она называлась по-другому, но я уже знавался с ней прежде.

Воздух вокруг загустел до почти полной непроглядности. Солнце скрылось за клубами мглы, а передо мной выросла высокая тень. Она явно принадлежала не гуманоиду. Треугольная голова, многосуставчатые руки, выгнутые назад в коленях ноги. Демон застыл, слегка подрагивая, словно в раздумьях, оставаться ли ему в этой реальности или соскользнуть в другую.

– Беги, Хозяин! Беги-и-и-и! – взвыла Тень, и демон словно услышал ее. Обернулся, показав мне профиль, запрокинул голову, тонко заверещал и вдруг, опустившись на четыре конечности, прыгнул!

Твою ж мать!

Я едва успел уйти с линии атаки и, наконец, сбросив оцепенение, собрался, было, броситься назад, но был остановлен насмешливым голосом.

– Постой, друг мой. Неужели этот таракан тебя испугал? Да я жрал таких на завтрак, ха-ха-ха! – сказал Варга в моей голове.

В тот же миг я почувствовал, как распирает грудь мощь. Нет, я не увеличился в размерах и не отрастил полуметровые клыки, но мне вдруг показалось, будто с меня сдернули рюкзак с тысячей тонн.

– Убей его, как убил бы его я, – сказал Варга, и в его голосе не было ни капли сомнения, что я не могу этого сделать.

Демон возник из тумана, будто переместившись из другого измерения. Мгновение и он снова летит на меня, выставив вперед многосуставчатые руки.

– Беги, Хозяин, беги-и-и-и! – выла Тень.

Но я не двинулся с места. Сила клокотала во мне и желала выйти наружу.

Бам!

Не сходя с места, я врезал твари кулаком в лоб. Сбил суку наземь. Демон снова вскинул голову в неслышном крике, и я врезал по ней сапогом, круша хитиновую броню. Теперь, когда тварь валялась у меня под ногами, я мог хорошо ее рассмотреть. Демон выглядел как помесь богомола с обезьяной. И был не таким уж и большим.

Удар, еще удар. После каждого пинка от морды твари откалывались целые куски хитиновой брони. Такие повреждения невозможно было нанести обычным кованым сапогом. Каждый удар проникал куда-то в самую сердцевину демона.

Еще несколько и тварь просто рассыпалась на куски. И тут же из моей груди ушло пьянящее чувство силы. Горло сжала горячая удавка, а голову наполнила комковатая муть. Ошейник словно бы наверстывал упущенное, сминая и уничтожая мой разум.

– Хозяин, держись! Хозяин, не умирай! Живи, Хозяин, живи-и-и-и!

Невидимые крылья коснулись моего разума, а туман вдруг прорезали лучи солнца.

Твою мать, что со мной творится? По какой-то причине я на пару минут сумел стать почти что собой прежним, тем, кем был еще до того, как стал Виктором Астафьевым на Земле… тем… Имя! Я снова его помню!..

Но в тот же миг оно вновь испарилось вместе с быстро рассеивающимся туманом.

Солнце больно ударило по успевшим привыкнуть к полумраку глазам.

– Живой? Да ладно!

– Быть не может, братва, он живой!

Я же ножкой, аккуратно, спихнул останки демона в пруд. Не стоит местным знать, что я способен в одиночку убить демона.

Тем временем подоспела кавалерия. Отряд в дюжину воинов на двуногих страусоподобных скакунах. Командир, дюжий орк в летах, деловито распределил своих людей и приготовился к отражению возможной атаки. Редко, но бывало, что вылавливали сразу двух демонов.

– Тут нечего ловить, Жбан! – крикнул Гурцла орку. – Он ушел. Взял одного человека и ушел.

Орк пожал плечами.

– Ну и хрен с ним.

Они еще побеседовали несколько минут, пока туман медленно отступал, а потом кавалерия засобиралась обратно в поселение. После чего охотники приступили за работу, даже не вспоминая о понесенной потере. И только Гурцла еще долго стоял над темной гладью пруда там, где «захоронил» останки демона.

Глава 35

– Вот, вот и вот. И еще вот.

Я один за одним извлекал из Инвентаря мешочки с выпаренными ресами. Каждый новый вызывал удивленное причмокивание Хишимра. Хотя, я не верил, что он не в курсе объемов нашей добычи.

Достав кинжал, «наша жаба» принялась пересчитывать ресурсы.

– Тут 4,6 норм, не считая того, что заплатили твои рабочие, – сказал он, окончив подсчет.

И это на самом деле было дохрена. Еще столько же осталось у меня в Инвентаре.

– Как тебе это удается? Приманивать Нижних Тварей?

Вопрос был весьма скользкий.

– Я их чую. А они чуют меня.

Хишимр с недоверием посмотрел на меня, будто я двинулся умом, но потом пожал плечами.

– Что ж. Это весьма, весьма хороший результат. Отдаю тебе вон те четыре пруда за кустами. Завтра Гурцла приведет к тебе еще десяток охотников.

Я кивнул и покинул навес, под которым работал Хишимр.

В середине дня на палящей жаре жизнь поселка замирала. Как и в Чаграке, люди сосредотачивались под навесами трактирчиков и попивали все, что можно пить. Конечно, лишь те, кто мог себе это позволить. В основном охранники и члены группировок. Для обычного люда такое времяпрепровождение было слишком расточительным.

Акционеры не задирали норму «налога». Они действовали хитрее. Со всего, что здесь продавалось, имели хороший процент. Хочешь вменяемой жратвы, а не баланды? Плати. Хочешь комнату в бараке, а не угол в пещере? Плати. Хочешь женщину? Плати втройне!

Кстати, именно женщинами сейчас мои товарищи и занимались. Хотя, признаюсь, я с трудом себе представлял, кто захочет прилечь с кем-то вроде Жвача.

Мне снова вспомнилась Айна. Сколько я не расспрашивал Бугра, он так ничего и не смог внятного рассказать о ее судьбе. Почти всех выживших Торговцы заковали в Ошейники и повели на север, чтобы продать на рабовладельческих рынках. Была ли среди них орча или использовала все свои смерти во время сражения? Он не знал.

– Хей! Тебя же Теодор зовут, не так ли?

Я лениво повернул взгляд в сторону говорившего. Невысокий, с грязными патлами изъеденный воспаленной краснотой старикан. Впрочем, ему вполне могло быть лет тридцать. Копи быстро забирали у человека его время.

– Чего тебе?

– У меня есть информация, господин хороший! Есть информация, информация есть! Да-да, есть! – скороговоркой проговорил он с сияющей улыбкой и впился взглядом в лежащих передо мной жареных ящериц – местный деликатес.

Судя по безумному взгляду и стекающей из уголка губ слюне, у него явно были не все дома.

Базарить с сумасшедшим не было никакого желания. Я вспомнил патлатого. Он вечно ошивался близ трактира, попрошайничая еду. Сил тащить Нижних Тварей у него уже почти не осталось.

– Держи и проваливай, – сказал я, швырнув ему ящерицу на палочке.

Тот поймал ее на лету, впился зубами так, что во все стороны брызнул кровавый сок. Ящерка оказалась недожаренной.

– Спафибо! Спафибо фефе, гофподин хорофый!

Но уходить патлатый как будто не собирался.

– Послушай старого Гарса, господин хороший, послушай его, – забормотал он, картинно озираясь. – Проблемы у тебя, господин хороший. Гамазку не нравишься ты, очень не нравишься. И твои друзья тоже. Гурцла охотников от него к тебе переманивает! А это никому не нравится! Охотники – это ресы! А ресы… это все!

Твою мать! Получается, Хишимр занялся подбором для меня людей еще до того, как я вывалил на стол ему наш налог! Вот жук! И Гурцла тоже. Спорю на что угодно, гондон, докладывает о каждом моем шаге.

– Что еще скажешь?

Патлатый ощерился, показав испачканные кровью зубы.

Понятно.

Я извлек из Инвентаря мешочек с ресами и отсыпал нищему несколько сморщенных комочков Хрустальной Пыли.

– Они убьют одного из вас. Этого, волосатого. Чтобы предупредить.

Ах ты, сука!

Со скоростью атакующего зубастого я выпростал руку и схватил Гарса за горло.

– Откуда ты это знаешь⁈ И разве убийства здесь не караются?

В ответ Гарс, закатив глаза, лишь беззвучно рассмеялся.

Черт подери!

Отбросив нищего, я рванул в сторону пещер. Навстречу, как назло, попалась группа сумрачных охотников. Я растолкал их и под отборный мат и угрозы понесся вверх по дороге.

Северный склон низины походил на решето. Его усеивали десятки дыр, к которым вели натоптанные тропинки.

Куда ж они пошли? Я смутно припомнил, что заведения для утех здесь обозначаются красными тряпками. Но ничего подобного видно не было!

– Где тут шлюхи⁈ – спросил я попавшегося на дороге тщедушного мужичка.

– Резко приспичило, аха-ха-ха⁈

Прыжком я приблизился к нему, а мой кинжал оказался слегка утопленным ему в глотку.

– Мне не до шуток. Где в этой дыре шлюшник⁈

Глаза мужичка наполнились страхом, он ткнул в сторону одной из пещер.

– Тама… тама все. Маман Верона тама…

Снова быстрый бег с препятствиями. Вход заступил дюжий чернокожий мордоворот, но я, не глядя, ткнул его в печень и сквозь вырубленный в скале освещенный факелами проход понесся дальше.

Коридор оказался недлинным. Десяток метров и вот я в уютной пещерке с диванами и еще пятком ходов вглубь.

– Рез и двуногая горилла. Где они⁈ – рявкнул выпорхнувшей откуда-то женщине в годах.

Та бросила испуганный взгляд на вход в пещеру, ожидая появления охраны. Я перехватил его и окончательно рассвирепел.

Звонкой, но несильной затрещиной привел женщину в себя.

– Где они⁈ Отвечай!

– Т-там…

Я ворвался в комнату с Бугром как раз в тот момент, когда он заканчивал натягивать какую-то ну очень объемистую синекожую бабищу. Сопровождающий опорожнение чресел рык, должно быть, мог обрушить своды пещерки.

– Какого… – начал, было, рез, но я уже мчал дальше, отдергивая занавески на проходах в комнатки и упираясь взглядом в ритмично дергающиеся зады.

И я прибыл как раз вовремя.

Когда отдернул очередную занавеску из множества скрепленных веревкой дощечек, взору предстала удивительная картина.

Над обнаженной женщиной нависал Жвач. С выражением неимоверного усилия, засунув руки под тонкую веревку, он балансировал на коленях с двумя здоровяками на спине. Девушка взирала на это все с непередаваемым ужасом, зажав себе рот обоими руками.

Когда я ворвался в едва освещенную масляным фонарем комнатку, все четверо перевели взгляд на меня.

Одним движением, извлек из Инвентаря кинжал и засадил его прямо в задницу одного из душащих Жвача ублюдков. Вскрикнув, тот ослабил схватку и тогда мой волосатый товарищ, добравшись до воздуха, с хрипом вздохнул и рывком перебросил обоих говноедов через себя, прямо на девицу.

И тут же позади послышались крики. Похоже, супостаты были не одни.

Поверженные вскочили, а вот Жвач так и остался на лежаке. Судя по невнятному мычанию, он находился под каким-то дурманом.

Что ж. Как говорится: это не меня с вами заперли, это вас заперли со мной!

Я атаковал ближнего, врезав ему по опорной ноге, тот заверещал, нелепо взмахнул руками. Но добить не успел, на меня набросился второй. Высокий, заросший бородой по самые гланды. С ревом он принялся накидывать удары. Выглядело это, наверное, красиво, но было малоэффективно. Почти все они пришлись по воздуху или в блок. Лишь один смазал по скуле, после чего я стал самой яростью!

На, сука!

С места прошел ему в корпус, свалив на многострадальную шлюшку. Отчетливо хрустнула кость, она взвыла. Я же со скоростью отбойного молотка принялся впечатывать кулаки в рожу бородатого. Уже на третий-четвертый удар он затих, но я всадил для надежности еще несколько, после чего переключился на первого подранка. Достав из Инвентаря кинжал, он как раз примеривался как бы поудобнее засадить его мне в спину.

«Удар Захра»!

Волна невидимой силы впечатала ублюдка в стену пещерки. Вскочив, я подлетел к опадающей туше и несколько раз прописал коленом по ребрам, круша их к чертовой матери!

– Хей, Жвач, ты живой? – потряс я товарища за плечи.

Глаза у него были совершенно дурные.

– Ы-а-а-у-ы…

Его вывернуло наизнанку. Он был живой, но явно под какой-то гадостью. Кто ее в него влил, догадаться было несложно.

– У-у, сука, – я пнул скулящую шлюшку и выбежал из комнаты.

Ха! Какая прелестная картина!

На полу в коридоре уже лежало два скрюченных бездыханных тела, а Бугор активно накидывал еще двум. Его макушка почти касалась потолка. Рез пер, словно танк. Еще пару секунд и парочка здоровяков, коих он трамбовал, обратилась в бегство.

– Закончил? – деловито спросил он, обернувшись.

Бугор буквально на руках вытащил Жвача из пещерки, напоследок разнеся к чертям зал с диванчиками. Маман видно не было. Видимо, смекнула, что ее ждет. Не приходилось сомневаться, что она была в курсе устроенной ловушки.

Мы отволокли блюющего желчью товарища к бараку, который сняли буквально накануне – практически лучшее жилье, которому завидывало девять десятых местных.

– Кто это был?

– Кому-то очень не понравилась наша активность на дальних прудах, – сплюнул я.

– Это люди Гамазка, – вдруг вывернулся откуда-то из подворотни Гарса. – Да-а, люди Гамазка! Точно вам говорю, господа хорошие, точно-точно!

Рез, было, хотел дать нищенки основательно пинка, но я его остановил.

– Пригодится.

И кинул Гарсу кусок вяленого мяса.

Тот исполнил настоящий танец, пытаясь его поймать. Мясо, словно живое, пропрыгало у него по рукам и упало в пыль.

Впрочем, это Гарса совершенно не смутило. Подняв кусок, он с остервенением впился в него остатками зубов.

Гамазк – влиятельный местный заправила. Держал три десятка прудов и занимает целый барак. По соседству с нами, кстати.

Я бросил взгляд на его обиталище. У входа терлось несколько мрачных типчиков. Они лениво проводили нас взглядом. Видимо, были не в курсе задуманного боссом.

– Надо раздобыть что-нибудь для промывки желудка, – сказал я, когда мы свалили Жвача на лежак.

– Разделяться опасно.

– Я раздобуду, господин хороший, раздобуду что нужно, господин хороший! Да-да! Раздобуду! – заплясал от нетерпения Гарса в проеме двери. Заходить он опасался.

Я извлек из Инвентаря кошель с Хрустальной Пылью и ссыпал несколько бусинок патлатому нищенке.

– А также воды и повязок для компрессов.

– Да-да! Да-да, господин хороший!

– Я сейчас этому говноеду Гамазку пойду и сверну ему шею! – сказал Бугор, когда нищенка ушел. – Или нас тут будут уважать, или об нас будут вытирать ноги!

– Он определенно этого заслуживает. Но не таким образом. Я сам займусь уродом. Но не сейчас.

А ночью.

В течение дня мы ожидали продолжение наезда и выхаживали Жвача. Не знаю, чем его траванули, но блевал он до вечера. Зато, когда отошел, нам с Бугром стоило больших усилий остановить рвущегося покарать супостатов товарища.

– Они ответят за это, – сказал я и шагнул в темноту.

Ночь – время Черных. И пусть сейчас Умения Черного мне недоступны, кое-что у меня было.

– Тень!

Тишина.

– Тень, твою мать!

– Да… Да, Хозяин… Я сейчас…

Голос звучал словно бы из очень дальней дали, но вскоре набрал силу.

– Я тут, Хозяин!

– Ты можешь найти мне человека?

– Я не смогу его убить для тебя, Хозяин… Не сейчас…

– Это оставь мне. Мне нужно лишь его найти.

– Проще простого, Хозяин! Покажи мне его!

Я представил Гамазка, коего видел вчера утром буквально за соседним столиким под навесом трактира. Невысокий, широкоплечий, с длинными вислыми усами и волчьим взглядом. Гурцла за предыдущие дни немало рассказал о том, кто есть кто в местных раскладах. Гамазк был одним из влиятельнейших нАбольших, рекетирующих охотников. Как видно, впрямую наезжать на людей, коим на работу дал добро сам Хишимр, он не решился, а решил обставить все, как ссору за шлюху. Теперь же затаился. Я весь день наблюдал за его центровым бараком, но его самого так и не увидел.

– Видишь?

– Да, Хозяин! Жди!

Как я и подозревал, Гамазка в центровом бараке не оказалось. Козлина скрылся, опасаясь мести. И не зря.

Наблюдая за сонным поселком, я простоял почти час, прежде чем снова услышал слабый голос Тени.

– Я нашел его, Хозяин! Нашел! Он в пещере за теми кострищами!

Ага! Спрятался-таки, ублюдок! Аж за поляной с выжигальщиками тварей!

Ведомый Тенью, я выскользнул из поселка. Но не двинулся напрямую, а вначале сместился к болотам. Ночью здесь было особенно жутко. Туман крался между прудами и полнился угрожающими тенями. Призрак сказал, что никого опаснее Жвальщиков и Кубров здесь сейчас нет.

Луны превратили болота в зеркала, отражаясь от гладкой поверхности десятками желтых глаз. В Копях ночь не была холодна. Испарения прогревали воздух и наполняли его запахом гнили.

Приблизившись к одному из прудов, я зачерпнул жижи и под хихиканье Тени обильно размазал зловонную грязь по лицу и открытым участкам тела. Этой ночью мне необходимо быть настоящим ниндзя. Не спалиться.

Сделав крюк вокруг места потрошения тварей, я приблизился к укрытию Гамазка. Оно представляло собой обычную пещерку, коих в отвесном склоне низины было множество. Должно быть, один из нАбольших Копей выгнал «на мороз» какого-то бедолагу, что промышлял у кострищ добычей ресов. У входа виднелось две сидящие фигуры. Один из дозорных сладко дрых, а вот второй настороженно всматривался во тьму. Благо, совсем в другую сторону.

– Сколько внутри людей? – спросил я Тень.

– Один, один, еще один, еще один и еще два раза по одному, Хозяин!

– Шесть? – переспросил я после некоторой паузы.

– Да, Хозяин! Да! Один, один, еще один…

– Понял, можешь не продолжать.

Значит, шесть и двое на входе. Всего восемь. А я лишен Умений Черного… Хреновый расклад. Может, стоит сгонять за своей «братвой»?

Конечно, нет! Я как вожак новосформированной банды обязан лично защитить ее членов от наездов. Чувствуя мою силу и свою слабость, Бугор уступил место вожака мне. Но все может поменяться.

Я прислушался к себе, надеясь снова получить доступ к силам моего прежнего «Я».

Но Варга был где-то вне досягаемости.

Похоже, с этой задачей мне придется справиться самому.

– Тень. Ты можешь хоть как-то воздействовать на людей в этой реальности?

– Я? Воздействовать? М-м-м… Раньше я могла убивать, Хозяин. И вкушать. Вкушать и убивать… Но то раньше… – в голосе Тени прорезалось неподдельное огорчение. – Но… Сны… Я думаю, я могу показать им сны! Мои сны!

Сны? О чем это она толкует?

Я в который раз подумал, что слишком мало знаю о своем личном призраке.

– И что это даст?

– Мои сны… Они не больно-то приятны живущим на поверхности. В них моя боль… и моя тоска и… еще… Да, и еще…

Она замолкла, словно погрузившись в воспоминания.

– Тогда покажешь их тем, кто внутри. Тем, кто будет находиться по левую руку.

– Тем, что внутри? – озадаченно протянула Тень. – А как ты пройдешь мимо тех, что снаружи?

– Легко.

Я извлек из Инвентаря Ножи Сихара. Четыре тяжелых метательных кинжала. И после некоторого колебания, добавил к ним еще два ржавых. Они всегда приносили мне удачу.

Говорили, что убийства в Копях, мягко говоря, не приветствуются. Но момент был не из тех, когда можно было проявлять излишние сантименты. Мне нужно было урыть этих ублюдков быстро и надежно.

Я почувствовал, что Тень меня покинула. Выждал минуту и начал действовать.